Римская империя. 2
Государственное
образовательное учреждение
Высшего
профессионального образования
Озерский
филиал
Южно-Уральский
государственный университет
Кафедра
"Гуманитарные и естественные науки"
Контрольная работа по дисциплине
"История
государства и права зарубежных
стран"
Римская
Империя
Озерск
2011-2012
Содержание
Введение......................
Глава 1.
Рождение Римской Империи.......................
Глава 2. Общегосударственный и политический строй в Римской Империи...........9-20
Глава 3. Право
в Римской Империи.......................
Заключение....................
Список
библиографической
литературы....................
Введение
Новая историческая эпоха в истории Римского государства - эпоха Римской империи, пришедшей на смену Римской республики начинается с 30-х годов до н.э. Падение республиканской формы правления и рождения монархического строя в Риме не было второстепенным эпизодом социально- политической борьбы, как например, во многих полисах Греции, где на смену полисным органам приходили тиранические режимы, они недолго держались у власти и, в свою очередь, заменялись традиционными республиканскими институтами.
Падение римской республики и утверждение Римской империи стало событием огромного исторического значения, радикальным социально- политическим переворотом, революцией, вызванной перестройкой традиционных общественно- экономических и политических институтов. В истории период Римской империи принято делить на два этапа:
1. Принципат (1 в до н.э.-III в.н.э.).
2. доминат (III-V вв).
Одной из интереснейших проблем в истории древнего мира является решение вопроса о том, как и в силу каких причин римское государство, построенное на основах античного народоправства,то есть свободного гражданского строя, и просуществовавшее на этих основах ряд столетий, в результате процесса, длившегося всего несколько десятилетий, оказывается в руках носителей абсолютистской власти и притом не преходяще, как это наблюдается в ряде греческих городов-государств, а длительно. Раз появившись и укрепившись, Римская империя, все более и более выявляющая свое абсолютистское лицо, существует непрерывно ряд столетий, погибая только вместе с гибелью римского государства или, вернее сказать, переживая эту гибель и возрождаясь в новой обстановке и при новых условиях. К концу II в. до Р. х. римское государство в результате долгой и сложной внутренней и внешней эволюции превращается из города-государства греко-италийского типа, тесно связанного с племенным союзом латинов, в государство, объединившее около себя большинство в той или иной мере культурных государственных образований во всем Средиземноморье и за его пределами. С объединенными около Рима отдельными италийскими племенами постепенно сливаются под главенством Рима все те, кто на пространстве античного мира так или иначе являлись носителями культурной государственности: и мир греческих городов-государств, сначала в Италии и Сицилии, а затем и в Элладе, и в Азии, и на Западе - в Галлии и Испании; и мир семитических городов-государств, величайшим представителем которых является Карфаген; и плеяда эллинистических монархий, выросших на основе слияния греческой и восточной государственности и культуры; и культурнейшие из великих наций Западной Европы - сначала этруски, лигуры, мессапы и иллирийцы в Италии и на берегах Адриатики, затем иберы в Испании, кельты в средней Европе и на севере Италии, фракийцы по течению Дуная и на Балканском полуострове. Эта беспримерная в мировой истории эволюция, ни разу не повторившаяся на протяжении всего дальнейшего развития человечества, сама по себе представляет интереснейшую проблему, которая, однако, не может входить в задачу предлагаемой книги. Основными причинами того, почему городу-государству Риму удалось осуществить то, что оказалось не под силу величайшим творцам вечных культурных ценностей - греческим городам-государствам, не раз сознательно пытавшимся разрешить эту задачу в тех или иных государственных формах (Спарта, Афины, федеративные союзы средней Эллады, сицилийская тирания и т. д.), надо считать особенности политического и культурного развития Рима на почве Италии: ближайшую связь города-государства Рима с племенными союзами, сначала латинским, затем италийскими; сознательное и последовательное расширение рамок римского гражданства, вплоть до превращения всей Италии в территорию одного города-государства, с удержанием, однако, основ самостоятельного развития внутри каждого из италийских племени италийских городов-государств; сознательное и последовательное развитие основ народоправства внутри самого римского гражданства, с приспособлением римской государственности к изменявшимся задачам государственной жизни. В результате всех этих процессов Риму удалось осуществить то, что оказалось непосильным Элладе - подчинить центробежные силы, руководившие государственной жизнью Эллады, центростремительным и создать единое объединившееся около господствующей национальности государство с единым всенародным ополчением, неисчерпаемым источником физической и моральной силы в критические моменты жизни государства.
Этой сплоченной силе Италии, руководимой сознательной и планомерной политикой представительного органа римского гражданства - сената, опиравшегося на доверие, поддержку и патриотизм всего итальянства, тогдашний античный мир не мог противопоставить хотя бы приблизительно равной силы.
Разъединенное и разбитое на ряд государств самого разнообразного типа эллинство, все более и более дробившееся и не находившее ни в городе-государстве, ни в федеративном союзе, ни в космополитической эллинистической монархии объединяющего центра, не могло быть по своей разъединенности, несмотря на культурное и техническое превосходство, серьезным соперником единой Италии. Не мог им быть и торговый Карфаген, организаторская сила которого никогда не умела сплотить около себя и объединить с собою даже ближайших своих соседей в Африке, Испании и Сицилии и вся мощь которого зиждилась на его мировой посреднической торговле и на крупных денежных средствах, способных временно создать и содержать большие морские и сухопутные наемные силы, но не способных воодушевить и спаять настоящую, постоянно возрождающуюся после неудач и поражений, действенную силу.
Еще менее устойчивы были временные национальные союзы среднеевропейских племен - кельты, фракийцы, иберы, медленно шедшие по пути постепенного создания племенной и национальной государственности.
Все это вместе взятое дало Риму и Италии мировое господство, создало римское мировое государство, власть (империю) римского народа и сената на пространстве всего культурного античного человечества, приобщившегося к греко-восточной мировой культуре.
Но в этом рождении мирового государства лежит и причина тех кризисов, которые неминуемо должен был пережить строй, сочетавший основы строя города-государства с мировым владычеством. При всей приспособляемости римского гражданства к новым задачам своего изменяющегося государственного положения оно всегда и неизменно основано было в строении своего государственного, экономического и социального бытия на принципах античного городского народоправства.
Актуальность темы исследования:
В данной работе мною была поставлена цель изучить историю возникновения Римской империи, охарактеризовать государственное устройство принципата и домината.
Достижение данной цели осуществляется через промежуточные задачи, к которым можно отнести: изучение предпосылок образования Римской империи, изучение системы государственного управления в период принципата; изучение предпосылок перехода к периоду домината в Римской империи, изучение государственного устройства в Римской империи периода домината, осуществить анализ проводимых Диоклетианом реформ в период домината.
При написании данной работы использовались следующие принципы:
-принцип научности, который выразился в том, что наши суждения были построены исключительно на источниках подлинность и точность которых проверены;
-принцип объективности, использование которого выразилось в том, что установленные при написании данной работы наши истины логически непротиворечивы.
Так же были использованы следующие методы:
1).Метод историзма - необходимость использования данного методы было вызвано тем, что развитие Римской империи происходило в определенной исторической обстановки, учитывать которую невозможно при написании данной работы;
2).Формально- догматический метод, использование
которого заключается в формально- юридическом
анализе фактов, имеющих правовое значение
и подлежащее истолкованию с помощью юридических
терминов, определений; и юридическо-догматический
метод под которым понимается совокупность
приемов узнавания и исследования юридических
фактов, их оценка и истолкование с использованием
специальных терминов, определений и конструкций,
использование данного метода касается
в частности анализа реформ Диоклетиана.
Глава
1. Рождение Римской
Империи
Превращение города-государства Рима в мировую державу, как только что было указано, задержало на время острое проявление той социальной и политической борьбы, которая характерна и типична для каждого города-государства. Но, наряду с этим, то же явление в дальнейшем необычайно обострило ту же борьбу, придало ей грандиозные размеры и сделало ее особенно сложной и запутанной. Возникшие в связи с мировым ростом Рима экономические и социальные явления общеизвестны, и их достаточно только назвать. Завоевание богатого Запада и Востока создало крупные и прочные состояния руководящих родов, питавшиеся как продолжением завоевания, так и эксплуатацией господства как в области разработки государственного колоссально возросшего недвижимого имущества, в состав которого вошли целые государства, так и в области выгодного использования господства для обеспечения себе руководящей роли в посреднической торговле и в мировом денежном обращении. Появление этих крупных состояний неизбежно вело к стремлению вложить приобретенные капиталы в землю, сосредоточить в одних руках крупные комплексы земельных участков, увеличить производительность земель путем более совершенных методов обработки и перехода к более выгодным культурам с широким применением рабской силы, в массах наводнившей Италию.
Этим создавалась жестокая конкуренция мелкому землевладению, работавшему по старинке и не выдерживавшему все усиливавшегося роста цен на землю. Возможность выгодно продать землю и найти легкий заработок в городах, и особенно в провинции, выбраcывaлa мелких землевладельцев с насиженных мест и делала из них при удаче новых капиталистов, при неудаче - пролетариев. Ряды пролетариата пополнялись отпущенными на волю за негодностью, ненадобностью или по иным причинам рабами и переселенцами из провинции, теми или иными путями получавшими право римского гражданства. Одновременно возрастали и ряды обеспеченных граждан, не принадлежавших к правящему сословию, но добивавшихся руководящей роли в государстве.
И все это в размерах и качественно, и количественно небывалых и не имевших места нигде и никогда в развитии других городов-государств античности. Естественным образом Рим, столица мира, вырос в колоссальный город, единственный в своем роде, выросли до грандиозных размеров и другие, особенно приморские города Италии. Везде, и особенно в Риме, в связи с этим ростом обострился в небывалых размерах продовольственный вопрос. До крайности жгучими стали и вопросы политические. Принадлежать к правящему сословию сделалось теперь не только вопросом честолюбия, но и вопросом материального обеспечения. Магистратура из почетной обязанности и тяготы превратилась в статью дохода, дававшую колоссальные выгоды. Естественно, что обладатели крупных исторических имен стремились обеспечить себе исключительное обладание этой доходной статьей и оградить себя от появления в своих рядах новых людей. Для этой цели все средства были хороши, и самым могучим был подкуп современного гражданства и колоссальными состояниями правящего класса. Осуществление права гражданства в связи с этим стало хорошей доходной статьей и вызвало, с одной стороны, приток граждан в столицу, с другой - ранее невиданную исключительность гражданства в вопросе о расширении рамок гражданства и все большее и большее одичание нравов и падение гражданского чувства на римском форуме, откуда все честное и граждански сознательное вытеснялось мародерами и спекулянтами, игравшими на своем праве гражданства.
Суверенный народ римского государства, управлявшего миром, превращался все в большей и большей мере в искусственно подобранную группу активных граждан, монополизировавших политические права гражданства, рассеянного по Италии и провинциям.
Римское гражданство к этому времени достигло необычайной для греческих городов-государств численности, и римская гражданская территория распространилась по всей Италии. Дальнейшее расширение количества лиц, пользовавшихся правом гражданства, и увеличение римской гражданской территории казались поэтому каждому, не только гражданству римского форума, но и руководящим политическим деятелям, прежде всего сенату, серьезной опасностью, грозившей подкопать в корне основы городского строя Рима. Отсюда резкое изменение политики в этом вопросе и почти полное прекращение доступа новым лицам в состав гражданства.
Чем
резче проявлялась эта
Италики не хотели более довольствоваться тем, что вне Италии они пользовались привилегиями римского гражданина, их самолюбие, их чувство собственного достоинства, наконец, их материальные интересы оскорблялись и нарушались недопущением в командный состав войска, исключением из числа кандидатов на магистратуры и даже насильственным устранением от голосования в римском народном собрании.
Великая союзническая война - первая гражданская война на земле Италии, война кровопролитная и жестокая, - не могла не кончиться победой италиков, то есть исполнением их требования, так как иначе мировое владычество, опиравшееся исключительно на сплоченность Италии вокруг Рима, могло ускользнуть из рук римских граждан. С 88 года до Р. Х. вся Италия, а несколькими десятилетиями позже и вся италийская Галлия входят в состав римского гражданства, и отныне весь Апеннинский полуостров, приписанный по частям к той или другой римской трибе, делается территорией правящего города. Соответственно этому, суверенное гражданство Рима, долженствующее осуществлять свое право гражданства на римском форуме, лично голосуя в составе той или другой трибы, представляет собою многомиллионную, все еще разноязычную массу, рассеянную по всей Италии от Альп до Калабрии и Брутия.
Это включение всех италиков в состав римского гражданства является первым из упомянутых выше осложняющих политическую жизнь Рима факторов, и действие его немедленно сказывается на всем ходе развития исторического процесса. Прежде всего, становится совершенно нетерпимым решение вопросов на форуме так называемым гражданством Рима, ни в коей мере не представляющим всей Италии. Необычайно осложняется вопрос аграрный, отныне касающийся всей Италии с ее сложными и разнообразными аграрными отношениями. Совершенно иной характер приобретает и вопрос о войске, его составе и его роли в политической жизни.
Меняется и культурная физиономия Италии. Разноязычная и многоплеменная, она становится все более и более латинской. Старые носители греко-италийской культуры - самниты и этруски - почти совершенно стираются с лица земли, и их действенные силы впитываются латинством. Бесконечное разнообразие культурных особенностей различных частей Италии почти окончательно стирается, исчезает политическая пестрота и на место причудливо меняющихся в зависимости от культурного прошлого каждой общины форм политического бытия италийских племен и городов-государств становится утомительный в своем однообразии италийский муниципий.
Для мировой латинской культуры это было большим плюсом. Все деятельное и сильное в Италии растворяется в римско-латинской государственности и культуре, вливая в них новые и свежие силы. Недаром же в 1 в. до Р. Х. и в 1 в. по Р. Х. почти все наиболее видные имена в литературе, искусстве и науке принадлежат Италии, а не Риму.
Все местное, провинциальное сглаживается и исчезает, латинская культура впервые приспособляется к мировым задачам и приобретает мировой характер. Но надо помнить, что этим же убито было местное здоровое развитие отдельных частей Италии и что достигнуто это было путем организованного насилия и уничтожения многих тысяч жизней и талантов.
Вторым не менее важным фактором политического развития Италии и Рима в 1 в. до р. Х., фактором типичным только для Рима и стоящим в теснейшей связи с развитием Рима как мирового государства, является изменение состава и характера римского войска.
Этим
моральным престижем и
Все эти факторы создали в Риме условия социальной, экономической и политической борьбы, значительно более сложные, чем те, которые мы наблюдаем в греческих городах-государствах, хотя основы борьбы, в общем, одинаковы и тесно связаны со строем города-государства, как такового.
В
конце концов, все новое и осложняющее
сводится к одному основному, к мировой
роли Рима, к тому мировому значению, которое
приобрел город-государство Рим. Поэтому
в Риме центр тяжести борьбы перемещается.
Создавшие ее экономические и социальные
процессы отходят на задний план, а на
первый план выдвигается острый и больной
вопрос о том, как совместить строй города-государства
с мировым владычеством и в рамках этого
нового строя так или иначе разрешить
назревший и осложнившийся экономический,
социальный и политический кризис.
Глава 2. Общегосударственный и политический строй
в
Римской Империи
На протяжении трех веков политическая система Принципата, созданная Августом и сочетавшая в себе как новые монархические, так и старые республиканские формы правления, все более и более эволюционировала в сторону утверждения абсолютной монархии и постепенно порывала со всеми республиканскими традициями. К концу III века все республиканские названия являлись формальностью, с которой императоры, опирающиеся прежде всего на войско, уже давно перестали считаться.
Секрет императорской власти был открыт еще в гражданскую войну 68-70-х годов I в. н.э., когда впервые сделалось ясно, что достижение императорской власти отнюдь не связано с пребыванием в Риме и поддержкой сената. Отныне владык Рима выдвигает армия.
И только тот претендент на престол может рассчитывать на успех, на чьей стороне поддержка легионов. При таком положении дел старые республиканские государственные институты не могли не утратить своего значения, в результате чего своеобразная диархия, то есть сочетание монархических и республиканских институтов управления государством должна была уступить место чисто монархическим формам правления. Диархия не могла быть прочной формой правления, и уже к концу предшествующего периода императорская власть приобретает заметный монархический оттенок.
Продолжительные смуты, наступившие после Северов, обнаружили необходимость полной реорганизации государства, и эта реорганизация была проведена Диоклетианом, а затем в том же духе завершена Константином.
Действительно, сосуществование двух противоположных форм государственного управления рано или поздно кончается торжеством одной из них, более жизнеспособной, тем более что при самом зарождении Принципата республиканские институты были сохранены Августом лишь для того, чтобы тщательно замаскировать монархическую сущность своего режима, и их сохранение вряд ли предполагало их политическую активность в дальнейшем.
Если проследить ход римской истории на протяжении этих трех веков, то легко можно обнаружить постоянную борьбу императоров за увеличение объема своей власти, постоянно обнаруживается их стремление отбросить мишуру республиканизма и юридически утвердить монархический характер своей власти.
С того самого времени, когда в Риме установился принципат Августа, начался и императорский культ, непременной частью которого было обожествление личности правителя империи. Уже само имя Августа (≪умножающий≫), которое сенат пожаловал ему в 27 г. до н.э., имело значение некоей божественной силы (numen), выделявшей Августа из числа простых смертных. Со времени Августа личность императора стала считаться носителем божественной мощи и силы, и, соответственно, функций божества. Теперь его деяния, воля, проявления власти расценивались как явления божественного характера, а сам принцепс выступал как носитель божественной власти3Божественную природу император получал после смерти, после постановления сената о его обожествлении. Соответственно, каждый его преемник, будучи преемником ≪божественного≫, был или считался сыном, внуком, правнуком прочих божественных (кровное, действительное родство здесь, как известно, значения не имело).
Именно последнее обстоятельство позволило знаменитому французскому историку справедливо упрекнуть основателя Принципата в том, что Август не исполнил долга истинного политика, оставив будущее на произвол судьбы. Без твердо установленного права престолонаследия, без точных законов об усыновлении, без всякого закона об избрании императора, без всяких конституционных ограничений, цезаризм оказался слишком тяжелым грузом на этом корабле без балласта. Самые ужасные взрывы были неизбежны. Три раза в течение одного века — при Калигуле, при Нероне и при Домициане, — самая огромная какая когда-либо существовавшая власть попадала в руки презренных или полоумных людей. Вот отчего совершались все те ужасные преступления, которые не уступят, пожалуй, чудовищным зверствам монгольских династий.
Уже первые императоры неплохо осознали значение своей ≪божественности≫ и не желали быть только принцепсами — первенствующими в сенате, но государями, господами — не princeps, но dominus. Однако осознание это было далеко неоднозначно, и это в первую очередь проявляется в том, что собственно видят императоры I века в самой своей почти необъятной власти. Если для Августа власть — это, прежде всего, служение государству, возможность управлять им, то для цезарей типа Калигулы, Нерона власть превращается в средство удовлетворения своих необузданных желаний. К императорам такого типа в позднейшие времена можно отнести Коммода и Гелиогабала, но там они скорее исключения, ибо правители, отождествляющие себя с государством, явно превалируют. Это Антонины, исключая Коммода, Северы, ряд солдатских императоров — Деций, Аврелиан. Важнейшим же представляется то обстоятельство, что монархические тенденции все более и более подавляют республиканское наследие.