Римское право. 12
РОССИЙСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ ДРУЖБЫ НАРОДОВ
Филиал РУДН в г. Перми
Направление: юриспруденция
Дисциплина: Римское право
Контрольная работа № 1
Тема: " Римское право "
Студент: Горбунов Сергей
Николаевич
№ 3732110111
ПЕРМЬ
2012 г.
Содержание
Введение …………………………………………………………………………..
1. Понятие универсального правопреемства……………………………………..
2. Формы осуществления правопреемства по Римскому праву………………… 5
3. Понятие завещания и его формы………………………………………………. 7
4. Вопросы наследования в Римском праве……………………………………… 11
Заключение ………………………………………………………………………… 14
Список использованной литературы……………………………………………...
Введение
Римское право - это система рабовладельческого права древнего Рима, включающая в себя частное право и публичное право. Римское право возникло в рабовладельческом обществе, но оно могло применяться и в обществах феодальном, буржуазном, поскольку представлялось классическим правом общества частной собственности.
Для римского общества понятие «частного права» (ins privatum) не совпадало с понятием «гражданского права» (ins civile), поскольку не все жители Рима были гражданами. Поэтому существовало два разных понятия: «частное право» и «гражданское право». Кроме того существовало понятие «право народов» (ins gentoum) возникшее в связи с завоеванием римлянами обширных территорий в Средиземноморье.
Необходимо в рамках римского права различать публичное право (ins publicum) и частное право (ins privatum). Публичное право - это то право, которое «ad statum rei Romanae spectat» (т.е. относится к положениям Римского государства); частное право - это то право, которое относится «ad singulorum utilitatem» (т.е. касается выгоды, интересов отдельных лиц).
Изучение римского частного права имеет важное значение. Оно позволяет понять исторические корни современного гражданского права и подготовиться более основательно к изучению последнего.
Наследственное право Рима прошло долгий и сложный путь развития. Этот путь неразрывно связан с ходом развития римской частной собственности и семьи. По мере того, как индивидуальная частная собственность освобождалась от пережитков родового и семейного отношения к собственности, в римском праве всё более последовательно отстаивается принцип свободы завещательных распоряжений. В законах XII таблиц уже законодательно закреплён принцип свободы завещания: «Как кто распорядится на случай своей смерти относительно своего домашнего имущества или относительно опеки над подвластными ему лицами, так пусть и будет ненарушимым.» (Таблица V, ст.III) . По мере того как когнатическое родство вытесняет агнатическое, т.е. ограничивается patria potestas (родительская власть) во всех её проявлениях одновременно с последовательным изменением форм собственности от излишнего изначального формализма, и в системе права становятся преобладающими нормы ius gentium (права нации), то когнатическое родство становится основой наследования по закону. Вместе с тем римское право нашло способы сочетания свободы завещаний с интересами наследников по закону: за некоторыми из них были признаны определённые права в имуществе наследодателя, которых нельзя было ни отменить, ни умалить завещанием (необходимое наследование определённых разрядов наследников по закону). Это порождало основу современного института гражданского права - обязательную долю в наследстве.
1. Понятие универсального правопреемства
Весь ход развития римского наследственного права был связан с постепенным освобождением завещания от первоначального формализма, однако пережитки формализма в наследовании по завещанию не были окончательно уничтожены и в законодательстве Юстиниана. Равно как и некоторые следы древнейшего права проявлялись и в окончательно сложившемся порядке наследования по закону.
Основные институты наследственного права, выработанные римским правом, были использованы системами гражданского права европейских народов, распространились по миру и до сих пор составляют основу наследственного права цивилизованных стран. Римскому праву мы обязаны и самим понятием наследования, как универсального правопреемства, понятием наследования по закону, завещания, завещательного отказа (легата), обязательной доли в наследстве, очерёдности в наследовании, доли в наследовании, т.е. почти все понятия современного наследственного права были выработаны в своё время римскими юристами.
Более того, римскому праву современные законодательства обязаны самим понятием наследования как продолжения в лице наследника юридической личности наследодателя и универсального правопреемства как единого комплекса имущественных прав и обязанностей наследодателя и наследника.
Нормы наследственного, права принадлежат к способам приобретения имущества, т.к. они регламентируют переход имущества к другим лицам в связи со смертью собственника.
Римское частное право выработало важнейшие понятия института наследования и ряд его конкретных положений, воспринятых современными правовыми системами. К таким понятиям и положениям относятся:
- наследство (hereditas) - имущество, переходящее в связи со смертью собственника;
- наследодатель (defunctus - умерший);
- наследник (heres);
- универсальное преемство, в соответствии с которым на наследника переходят все имущественные права и обязанности, включая долги наследодателя;
- сингулярное преемство – преемство в отдельном праве;
- основания наследования и порядок приобретения наследства;
- отношения наследников между собой и с кредиторами наследодателя и др.
Понятие наследования включает в себя категорию универсального преемства, ибо для возникновения права наследования (у одного или нескольких лиц) недостаточно факта смерти наследодателя, но и необходимо, чтобы на наследника переходили все права и обязанности умершего (но не отдельное, правоотношение). Таким образом, наследование в римском частном праве (и в современном) характеризуется как универсальное преемство, т. е. преемство всего комплекса имущественных прав и обязанностей наследодателя.
2. Формы осуществления правопреемства по Римскому праву
Рим знал два вида наследования:
по закону (heriditas legitima- законное наследство) и
по завещанию (secundum tabulas testamenti).
Как считает Паскуале Вочи, древнейший период характерен предобладанием наследования законными наследниками (heredes sui), без каких-либо отступлений от такого порядка. Обоснование этого тезиса он видит в том, что время для придания законной силы завещаниям наступало редко; дважды в год, когда завещания утверждались народным собранием. Отсюда следует, что завещания были не частым явлением. Вместе с тем, учитывая высокую рождаемость в патриархальных семьях, можно предположить, что редко встречались семьи без сыновей (т. е. законных наследников). После смерти патерфамилиа сменялось только количество членов семьи, о доле неразделившихся братьев не было речи, ибо хозяйство было совместным. Как пишет П. Вочи, здесь нет наследования в собственном смысле, поскольку еще при жизни отца сын считался «некоторым образом хозяином». Но при переходе наследственной массы к другим агнатским родственникам наследование имело место. Соответствующие ситуации регулировались нормой XII таблиц: «Если кто-нибудь, не имея подвластных, т. е. агнатов, умрет, не оставив завещания, пусть его хозяйство возьмет себе ближайший агнат» (V, 4). Этой нормой призывались к наследованию в случае смерти без завещания и при отсутствии законных наследников - родственники по степеням родства. По-видимому, данное положение и явилось источником происшедшей впоследствии метаморфозы, закрепленной в постулате «при отсутствии завещания - наследуется по закону», выраженное в термине «наследование при отсутствии завещания (seccessio ab intastato)», утвердившем в древнеримском обществе более позднего периода преимущественное практическое значение наследования по завещанию.
Как отмечалось, при отсутствии завещания имущество умершего переходило к наследникам по закону, обозначенным в XII таблицах. Со времени преторского права к ним относились и лица, указанные в эдиктах как законные наследники.
В наследовании по закону основными являются правила, устанавливавшие круг законных наследников и размер наследственной доли каждого из них.
По цивильному праву круг законных наследников соответствовал сущности агнатского родства и составлял три очереди.
К первой очереди относились лица, являвшиеся членами семьи наследователя, так называемые свои наследники (sui heredes), и в результате его смерти ставшие юридически самостоятельными (personae sui juris), например, сын, приобретавший положение патерфамилиас. Внуки, освободившиеся от бремени подвластности, наследовали лишь в том случае, если ко времени вступления в наследство умер или был эманципирован их отец, который в противном случае сам был бы призван к наследованию. В таких ситуациях внуки наследодателя как бы представляли своего умершего или эманципированного отца и наследовали не на общих основаниях, а по праву представления.
Во вторую очередь входили agnati proximi - ближайшие агнаты умершего (агнаты второй степени), призывавшиеся к наследованию при отсутствии «своих наследников», т.н. наследников первой очереди. К ближайшим агнатам относились лица, связанные в прошлом с наследодателем отношениями подвластности и имевшие общего патерфамилиас: братья, сестры и мать умершего (последняя занимала положение его сестры). Ближайшие агнаты (агнаты второй степени) устраняли от наследования, агнатов отдаленных степеней, т. е. таких, которые в кровном отношении были дальше от умершего; (сын вытеснял внука и т. п.). Таким образом, агнаты более отдаленной (в кровном отношении) степени призывались к наследованию при отсутствии агнатов предыдущей степени.
К третьей очереди законных наследников принадлежали когнаты - кровные родственники умершего . При этом не имела значения степень кровнородственной близости. Но и здесь ближайший когнат (как во второй очереди ближайший агнат) вытеснял более отдаленного, а в случае отказа от своих прав его не мог заменить другой когнат очередной степени родства. В таких обстоятельствах наследство признавалось выморочным, а в древнейший период - бесхозяйным.
Юридический смысл изложенной очередности наследников состоит в том, что каждая следующая очередь призывалась к наследованию лишь при отсутствии всех наследников предыдущих очередей. Данное положение вытекает из XII таблиц: «Если умер тот, у кого нет своего наследника, имущество получает ближайший агнат; если нет агната, имущество получают кровные родственники» (III, 17). Преторское право в регулировании наследственных отношений отразило тенденцию преобладающего значения когнатического родства над агнатическим, явившейся следствием распада патриархальной римской семьи.
Преторский эдикт установил четыре очереди законных наследников.
В первую очередь претор, помимо sui heredes («свои наследники» по цивильному праву), включил детей наследодателя как эманципированных, так и кем-то усыновленных, если они ко времени открытия наследства стали persona sui juris, уравняв тем самым последних (когнатов) с наиболее близкими наследодателю агнатами.
Вторую очередь составили все агнаты с устранением от наследования ближайшим из них более отдаленных.
В третью очередь вошли все кровные родственники умершего, вплоть до шестой степени родства (включая детей троюродных братьев и сестер). Ближайшая степень родства исключала более отдаленную, родственники одной степени делили наследство поровну.
К четвертой очереди претор отнес пережившего супруга, состоявшего в браке sine manu, не устанавливавшего, как известно, отношений подвластности. Если же умерший состоял в браке cum manu, то правила наследования подчинялись принципу подвластности.
Процесс вытеснения агнатического родства когнатическим в качестве основания наследования был завершен новеллами Юстиниана (118-я новелла 534 г. и 127-я новелла 548 г.), которые вовсе не упоминают агнатов и говорят лишь о когнатах.
3. Понятие завещания и его формы
Завещанием (testamentum) в римском праве признается не всякое распоряжение лица на случай смерти, а лишь такое, которое содержит назначение наследника. По классическому праву требуется, чтобы такое назначение было в самом начале завещания. Назначение наследника составляет существенную часть завещания: если в распоряжении, сделанном на случай смерти, имеются даже исчерпывающие указания, кому и в каких долях должно перейти имущество после смерти данного лица, но никто не назван в этом распоряжении в качестве наследника (никому не дано nomen heredis, имя наследника), завещание недействительно.
Завещание есть односторонняя сделка, т. е. выражение воли только завещателя. То обстоятельство, что завещание получит действительное значение лишь при условии, если назначенный в нем наследник согласится принять наследство, не делает завещание договором, ибо это выражение воли наследника имеет место не при совершении завещания (как например, согласие одаряемого при одарении), а только после смерти завещателя, как совершенно самостоятельный, отдельный от завещания акт. Односторонний характер завещания проявляется, между прочим, в праве завещателя в любое время также односторонне изменить или вовсе отменить завещание.
Форма завещания, чрезвычайно громоздкая в древнейшее время, постепенно упрощалась, но все-таки и в праве Юстиниана была достаточно сложной, ввиду требования присутствия семи свидетелей (но письменная форма не была безусловно обязательной).
Наряду с частными завещаниями, практиковались публичные, составляемые при участии органа государственной власти:
а) путем занесения распоряжения завещателя в протокол суда или муниципального магистрата;
б) путем передачи в императорскую канцелярию на хранение письменного завещания.
По римскому праву солдаты имели право совершать завещание в устной форме без соблюдения обязательных правил относительно формы завещания.
В Фрагментах Домиция Ульпиана на этот счет указывалось, что «то завещание, которое солдат совершил против норм права, действительно, только если он умер или в лагерях, или на протяжении года после отставки».
Таким образом, из данной нормы можно сделать вывод, что сам факт нахождения солдата на военной службе или в походе по римскому праву автоматически делал действительным его завещание.
Также в Институциях Гая содержались нормы о праве воинов совершать завещания в устной форме без соблюдения установленной законом обязательной формы, и такой подход объяснялся «чрезвычайной их неопытностью».
Назначение наследника под условием допускалось, если условие имеет характер отлагательного. В этом случае наследство открывается не в момент смерти наследодателя, а по наступлении условия. Условие отменительное в завещании не допускалось потому, что оно противоречит принципу римского наследственного права: лицо, раз ставшее наследником, остается в этом положении навсегда, а между тем наступление отменительного условия привело бы к прекращению прав и обязанностей наследника. Если тем не менее наследник назначен под отменительным условием, условие считается не написанным, и наследник признается назначенным безусловно.
Равным образом, не допускается при назначении наследника включение срока как отменительного, так и отлагательного; при нарушении этого требования сроки считаются неписанными.
В римском гражданском праве предусматривалась кроме письменной также устная форма завещания. Если завещание было устным, то завещатель должен был выразить свою волю на словах или знаками так, чтобы свидетели слышали его и понимали. Иногда о таком завещании для лучшего доказательства его содержания составлялся документ; поскольку документ здесь есть только способ доказывания, а само завещание по форме остается устным, то от этого документа не требуется соблюдения формы письменного завещания.
В древнейшую эпоху завещатель пользовался неограниченной свободой распоряжаться своим имуществом. По законам ХII таблиц "как домовладыка распорядится относительно своего имущества, так пусть и будет". Но по мере разложения старой патриархальной семьи, с одной стороны, и утраты былой простоты и строгости нравов, с другой стороны, завещатели стали осуществлять эту неограниченную свободу завещательных распоряжений так, что имущество иной раз передавалось по завещанию совершенно посторонним и даже случайно оказавшимся лицам, а ближайшие родственники завещателя, в значительной мере способствовавшие своею деятельностью образованию наследственного имущества, ничего из него не получали. На этой почве постепенно появились ограничения завещательной свободы, разросшиеся затем в право некоторых наследников по закону на так называемую обязательную долю в наследстве, т. е. на то, чтобы и в случае составления завещания им было обеспечено, кроме особых исключительных случаев, получение некоторого минимума из наследства.
По древнейшему цивильному праву для завещателя было установлено лишь то ограничение, что своих он не должен обходить в завещании полным молчанием: он должен или назначить их наследниками или прямо лишить их наследства, хотя бы и не указав никакого уважительного для того основания. При этом лишение наследства подвластных сыновей (включая так называемых постумов мужского пола, т. е. родившихся после смерти завещателя, но уже зачатых ко времени составления завещания), должно было совершаться поименно в отношении каждого; дочерей (и постумов женского пола) можно было и не называть по имени ("все прочие мои подвластные лишаются наследства"). Несоблюдение этих правил в отношении сына влекло за собой ничтожность завещания и открытие наследства по закону (ab intestate). При несоблюдении этих правил в отношении дочери, внука, внучки, завещание сохраняло силу, но неправильно обойденные в завещании лица "прирастали" к назначенным в завещании наследникам, т. е. вместе с ними участвовали в наследовании.
Наследование по закону.
Наследование по закону наступает в тех случаях" когда после умершего лица не осталось завещания, признаваемого действительным, или когда наследник по завещанию по той или иной причине не вступил в наследство. К наследованию по закону, в особенности, относятся приведенные выше указания относительно исторического развития наследственного права.
Древнейшая известная нам римская система наследования по закону, относящаяся к эпохе законов XII таблиц, исходит из семейной общности имущества и агнатского родства. В соответствии с этим законы XII таблиц признают первоочередными наследниками ab intestate непосредственно подвластных наследодателя (детей, внуков от ранее умерших детей и т. п., но при условии, если эти лица к моменту открытия наследства не вышли из-под власти домовладыки). Эти наследники называются "своими" (heredes sui), и вместе с тем, "необходимыми" (necessarii), в том смысле, что они признаются наследниками независимо от выражения их воли на то. Если после наследодателя не оставалось "своих наследников", к наследству призывался ближайший по степени агнатский родственник (agnatus proximus). Если ближайший агнат не принимал наследства, то оно не переходило ни к следующему по степени родства, ни к кому другому, а становилось выморочным - принцип однократности призвания к наследству. Это выражалось афоризмом: "в наследовании по закону (т. е. по закону XII таблиц) не допускается successio, преемство", между наследниками разных степеней или категорий. Только в том случае, если после наследодателя и агнатов не осталось, к наследству призывалась третья группа наследников - gentiles, члены одного с ним рода.
По мере развития экономики, а на ее базе - и всех вообще сторон общественной жизни, патриархальная семья стала разлагаться, и на смену семейной собственности стала складываться индивидуальная частная собственность. В связи с этим, система наследования, построенная на принципе агнатского родства, утратила свое основание. "Живой голос народа" - преторский эдикт уловил новые требования жизни и, не производя радикальной реформы, придал все-таки известное значение родству по крови (когнатскому), которое в изменившихся условиях стало важнее агнатского.
Именно претор давал bonorum possessio (право владеть имуществом) соблюдая следующую очередность. На первом месте он поставил детей (liberi); эта категория отличалась от древних sui heredes тем, что в состав liberi входят также эманципированные дети (претор применил тут нередко применявшийся им прием фикции, допустив предположение, что эманципация не повлекла за собой capitis deminutio minima. Претор учитывал при этом, что эманципированные дети со времени эманципации работали так сказать на себя: в их пользу шли и всякие приобретения по сделкам. Напротив, дети, оставшиеся под властью домовладыки, приобретали все для него, так что известная доля наследства представляла собой результат их деятельности. Поэтому претор, давая bonorum possessio одинаково всем детям - как подвластным, так и эманципированным - установил требование, чтобы эманципированные дети при разделе наследства присоединяли к нему и то имущество, которое они приобрели после эманципации (так называемое collatio bonorum).
Вторую (по очереди) группу наследников составляют в преторском эдикте legitimi, т. е. лица, которые имели право наследования по законам XII таблиц, другими словами, агнатские родственники. В третью очередь преторский эдикт призывает cognati, кровных родственников (до 6-й степени включительно), в порядке близости по степени родства. Наконец, на четвертом месте претор дает наследство по закону пережившему супругу, vir aut uxor (муж или жена).
Помимо включения в круг законных наследников кровных родственников и пережившего супруга, претор провел еще одно новшество: он установил так называемую successio ordinum et graduum, преемство между наследниками разных классов и степеней, т. е. если призываемое к наследству лицо не принимает наследства, наследство теперь не становится выморочным, а открывается следующему по очереди кандидату.
Императорское законодательство обеспечило окончательную победу за преторскими принципами наследования, как более отвечавшими потребностям жизни. Сначала, (еще в эпоху принципата), введены были частичные дополнения: за матерью признали предпочтительное перед агнатами право наследования после детей, и обратно, дети получили такое же право наследования после матери.
По новеллам Юстиниана первый класс наследников ab Intestato составляют нисходящие (сыновья, дочери, внуки, внучки и т. д.). Нисходящий более близкой степени исключает от наследования нисходящих более отдаленных степеней, например, если имеются дети, то не призываются к наследству внуки и т. д. Однако нисходящий родственник более отдаленной степени призывается к наследству наряду с более близкими нисходящими наследодателя, если то лицо, через которое такой более отдаленный нисходящий происходит от наследодателя, умерло до открытия наследства. Например, в момент смерти наследодателя оказались в живых из числа его нисходящих дети и внуки от ранее умершего сына или дочери. В этом случае эти внуки имеют право получить ту долю, которая досталась бы их умершему отцу или матери, если бы те пережили наследодателя.
Римское право начало свое развитие с полного отрицания наследственной трансмиссии: право, возникающее у наследника в момент открытия наследства, есть строго личное, как бы особый вид его правоспособности; переходить по наследству "право принять наследство" не может. А в конечной стадии развития римского права проводится, под влиянием выступившей вперед имущественно - правовой стороны наследования и ослабления мистического представления о воплощении в наследстве личности наследодателя, иной принцип. Если наследство не принято ни одним наследником как по завещанию, так и по закону, оно становится выморочным. В древнейшем праве такое имущество считалось ничьим и могло быть захвачено каждым желающим. Начиная с эпохи принципата, выморочное имущество передавалось государству; в период абсолютной монархии городская курия, церковь, монастырь и т. д. получили преимущественное право на получение выморочного наследства после лиц, принадлежавших к этим организациям.
4. Вопросы наследования в Римском праве
Наследование по Законам XII таблиц. В Древнем Риме порядок наследования по закону основывался на агнатическом родстве. Завещание, хотя и возможное для составления, оформлялось редко. Законы XII таблиц определили порядок наследования следующим образом: «si intestate moritur moritur cui sum heres nee ascit, agnatus proximus familiam habeto. si agnatus nee escit, gentilies familiam habendo» - «Если кто-либо умрет без завещания и при отсутствии наследников разряда sui, пусть примет наследство ближайший агнат. Если нет и агнатов, наследство достается членам рода» (Законы XII таблиц, 5-я таблица).
Таким образом, наследование по закону осуществлялось согласно степеням родства:
1-я очередь наследования по закону - подвластные, жившие вместе с главой семьи, которые в момент его смерти из лиц, находящихся в «чужой» власти становились правоспособными лицами (дети, внуки от умерших детей и т. п.);
2-я очередь (при отсутствии первой очереди) - ближайшие агнатские родственники;
3-я очередь - члены одного с наследодателем рода (gentiles). Непринятие наследства самой первой из имеющихся очередью сразу делало наследство «лежачим» (при отказе от наследства 1-й очереди 2-я не получала ничего).
Наследование по преторскому праву. Преторское право изменило порядок наследования в связи с тем, что к концу республики римское общество переросло патриархальный агнатический уклад наследования. Потребовались новые существенные изменения в регулировании наследственных отношений. Возникшую проблему разрешила преторская фикция (bonorum possessio), согласно которой если претор призывал к наследованию лиц, не являвшихся наследниками по гражданскому праву, и предоставлял им право владения имуществом наследодателя, то они признавались наследниками.
В основном изменения по сравнению с цивильным правом заключались в следующем:
1) претор установил, что в случае непринятия наследства ближайшим наследником по закону оно должно открываться следующему за ним по порядку;
2) претор впервые придал значение при наследовании наряду с агнатическим родством и когнатическому, а также институту брака. В течение императорского времени законодательство все более расширяет значение когнатического родства при наследовании. Очередность наследования становится следующей:
1-я очередь (unde liberi). В эту категорию входили дети наследодателя, как легитимные, так и приемные, а также отданные им в усыновление, если к моменту смерти наследодателя они были освобождены из-под власти усыновителя. Лица, освобожденные от власти главы семьи при его жизни, наследовали по правилам collatio bonorum emancipati (эмансипированные дети обязаны были при наследовании вносить в наследственную массу все свое имущество, которое и поступало в распределение между всеми наследниками в составе наследственной массы);
2-я очередь (unde legitimi). Если никто из 1-й очереди наследников не выразил свою волю наследовать, то следующими наследовали агнатические родственники наследодателя (unde legitimi);
3-я очередь (unde cognati). Кровные родственники до шестой степени включительно в виде исключения и до седьмой степени родства наследовали после двух предыдущих очередей. Именно в этой очереди наследуют дети после матери и мать после детей. Таким образом, впервые в наследовании признается роль кровного родства, хотя агнатическое и остается предпочтительным;
4-я очередь (unde vir et uxor). Переживший умершего супруг (муж после жены, жена после мужа) наследовал последним. Наследство становилось «лежачим» только при отсутствии или отказе от наследства всех очередей.