Риторика Древней Греции

Содержание

1. История риторики. Риторика  в Древней Греции. Причины возникновения  риторики как науки…………………………………..………….3

2. Первые учителя риторики. Сократ и Платон. Демосфен - яркий  представитель греческой риторики…………………………………………..10

Список используемой литературы………………………………………16

1. История риторики. Риторика в Древней Греции. Причины возникновения риторики как науки

Рито́рика — первоначально  наука об ораторском искусстве, наука  красноречия. В классическом понимании  риторика также включала в себя теорию литературы и искусство убеждения, обоснования своей точки зрения.

Судя по определению, можно  сказать, что понятие риторики за время своего существования неоднократно претерпевало изменения. Объем понятия  то расширялся, то сужался, в зависимости  от периода исторического развития.

Наиболее объемным будет  представление о риторике как  об умении красиво произносить тексты, а также искусно их составлять и теоретически осмысливать родившуюся форму.

Суженное представление  о риторике сводит ее к какому-то частному аспекту: только к красноречию  или только к культуре речи.

На самом деле в риторике в любом случае есть теоретическая  часть и практическая, причем теория без практики мертва. Также можно  выделить две сферы, в которых  необходима риторика: порождение письменных текстов, включая сюда теоретические  знания о существующих разновидностях и практические навыки по написанию  этих текстов. Вторая сфера – устная речь, в которой присутствуют две  стороны: составление текста (методика отличается от методики составления  письменных шедевров) и его произнесение, подача. Устная речь может быть монологической и диалогической, т.е. к сфере риторики относятся также методы ведения  дискуссии и переубеждения оппонентов.

Если рассматривать историю  русской риторики, то эта связь  революционно общественных преобразований с теориями публичного красноречия  можно увидеть на всех этапах нашей  государственной истории. После  сложного для Руси Сметного времени, эпохи междуцарствования в начале 17 века, избрания нового царя (Михаила  Федоровича Романова в 1613 году) и возвращения  к мирной жизни естественным было требование развивать словесные науки. В 1616 году в Троицкий монастырь посылается грамота с побуждением к поиску монахов, которые "грамматику и риторию умеют", и, видимо, именно в это время создается первая русская риторика.

Эпоха петровских преобразований вызывает к жизни серию блестящих  руководств по ораторскому искусству  наиболее популярные из которых: "О  силе риторичей" Софрония Лихуда, основателя и преподавателя Славяно-греко-латинской  академии в 1698 году, "Риторика" Михаила  Усачева (конец 17 века), "Наука проповедей" Андрея Белобоцкого начала 18 века и  др. Эти учебники риторики переписывались и сохранились сейчас в наших  архивах во множестве списках, являясь  образцами школьного преподавания риторики. К сожалению, они до сих  пор не изданы и мало изучены.

Временем расцвета русской  риторики следует считать 1 половину 19 века, и особенно период после войны 1812 года, кода подъем общественных и  патриотических настроений побуждал к  развитию словесных наук, и, прежде всего, риторики, которая как описывала  общие правила создания сочинений (общая риторика), так и представляла правила отдельных видов и  родов словесности (частная риторика).

Вторую половину 19 века можно  назвать временем постепенного упадка риторики как науки о прозе (деловой, научной, ораторской). Русская филологическая мысль все больше поворачивалась в сторону изучения художественной литературы и поэтических форм речи. Эволюция курсов теории словесности  начиная с 1850 до 1917 года заключается  в постепенном изгнании из школы  всего связанного с прозаически  деловыми, научными, ораторскими видами речи и в обращении к поэтическим  и эстетическим видам речи, когда  при изучении языку и литературе используются только художественные тексты. К 20 годам нашего столетия этот процесс  завершился вполне, и даже, несмотря на революционное переустройство общества, в школе по-прежнему проходили  язык "литературных героев" и "узнавали жизнь в романе".

Плоды такого образования  мы пожинаем доселе, когда видим, что  наши школьники (а вследствие этого  и взрослые) слабо подготовлены в  бытовой речи, не знают правил речевого этикета, не владеют правилами документации, основами ораторского искусства, не могут выступить на собрании и  т.д. (между тем на каждом уроке  они занимаются "рассказом", "диалогом", "убеждением" учителя в своих  знаниях), зато их сразу пытаются обучать  толковать об образах, идеях, эстетике художественного произведения, на воображаемом материале научить говорить о  предметах серьезных и жизненно необходимых.

Между тем именно в послеоктябрьский период ясно наблюдаются попытки  возродить риторику, как учение о  прозе, теорию ораторского искусства. И это закономерно: социальные изменения  рождают новые формы речи так, Октябрьская революция увеличила  объем совещательной речи (классический термин риторики для обозначения  дискуссионной речи в собрании, на форуме с целью решения государственных  вопросов), а с развитием средств  массовой информации и пропаганды потребовалось  дать конкретные рекомендации к введению речи в этих сферах общения. Это и  было понятно многим филологам, разработавшим  проблемы речи, публичного выступления.

Риторика Древней Греции

Первые систематические  работы по теории ораторского искусства  появились в Древней Греции. Их возникновение было связано с  потребностью точно и красиво  выражать мысли в философских  беседах и судебной деятельности, в выступлениях государственных  деятелей. Расцвет древнегреческой  культуры в V-IV вв. до н.э. отразился и  на ораторском искусстве. С середины V в. до н.э появляются первые риторы.

Беспокойный V век до н.э. выдвинул свободного человека как сгусток  энергии и самостоятельности, какие  только возможны в рамках рабовладельческого общества, и тем самым стал на путь антропоцентризма, прогрессирующего с каждым десятилетием. Отсюда та невероятная  страсть к слову и преклонение перед его силой, которой отличались греки. Ведь всякий грек издревле славился как заядлый разговорщик, а гомеровские поэмы и до сих пор удивляют обилием и умелым построением речей. Греки, можно сказать, абсолютизируют слово, делая его владыкой всего сущего...

Возникновение и развитие риторики обусловлено рядом обстоятельств.

Во-первых, достигнутым уровнем  духовной культуры древнегреческого общества. При общем подъеме экономической  жизни здесь бурно развивались  науки и искусства, судебная деятельность. Возникает потребность убеждения  словом во многих диалогах и спорах, столкновениях обвинителей и  защитников на судах. Страх перед  правителем или наказанием, невежество или грубая сила уступают место диспутам и беседам, в которых обосновываются не только философские проблемы бытия, но и решение практических вопросов. Именно в этот период было понято значение и могущество слова. С древности  дошли до нас меткие оценки речевой  деятельности и значимости слова. Выражения  «блистательность речи», «статность (тезисность) речи», «хорошо учит говорить тот, кто  учит хорошо делать», «сказано – сделано», «пожалуйста, поменьше слов», «словоохотливый  попутчик заменяет в дороге экипаж»  и другие значимы и сегодня. Формирование и развитие риторического мастерства, осознание его важности происходило  в тесной связи с теми культурными  процессами и традициями, которые  были характерны для Древней Греции. Если, например, история как дисциплина, философия и искусство имели  лишь одну покровительницу — музу Клио, то красноречие находилось в  ведении сразу трех богинь. Это  были Пейто — богиня убеждения  и две Эриды — богини спора.

Во-вторых, содержанием политико-правовой жизни древнегреческих городов-полисов. Во многих из них демократия была основой  политического строя. Народное собрание, совет пятисот, народный суд –  три государственных учреждения, достижение успехов в которых  зависело в первую очередь от речевого искусства. Политическая карьера, защита своих прав определяются умелым владением речью, способностью воздействовать на слушателей, доказывать, убеждать, наиболее приятным образом привлекая их внимание. Речь оказывается реальным и эффективным инструментом приобретения славы, богатства. Могущество слова в политической жизни приравнивается к могуществу железа на войне. Суждения «Закон — это справедливое рассуждение, предписывающее то, что благородно», «Нет такого закона, который был бы удобен для всех», «Народное благо — высший закон» также пришли к нам из эпохи античности. Они наглядно свидетельствуют о мастерстве речи тех, кто их высказывал.

В-третьих, в основе античного  судопроизводства лежала состязательность: обвинитель, и защищающийся произносили  речи, стараясь убедить судей и  присутствующих в своей правоте. Существовал актуальный «социальный  заказ» на умение красиво и убедительно  говорить, а также на определенную группу учителей риторики и составителей публичных речей. Именно в этот период возникла профессия логографа, который  помогал гражданам составить  судебную речь с использованием правил ораторского искусства и выступить  с нею в судебном разбирательстве.

Следовательно, общественная жизнь Древней Греции была такова, что политику приходилось выступать  в различных советах и на народных собраниях, полководцу – перед войском, частному лицу – перед судом и  гражданами, а также на праздниках, дружеских встречах, поминовениях, которые бывали достаточно многолюдными. В этих условиях красноречие становится необходимым каждому свободному гражданину города-полиса.

Причины возникновения риторики как науки:

Любовь к красивому  слову, пространной и пышной речи, изобилующей разнообразными эпитетами, метафорами, сравнениями, заметна уже  в самых ранних произведениях  греческой литературы— в «Илиаде» и «Одиссее». В речах, произносимых героями Гомера, заметно любование  словом, его волшебной силой— так, оно там всегда «крылатое» и может  поражать, как «оперенная стрела». В  поэмах Гомера широко используется прямая речь в ее наиболее драматической форме— диалога. По объему диалогические части поэм намного превосходят повествовательные. Поэтому герои Гомера кажутся необыкновенно словоохотливыми, обилие и полнота их речей порой воспринимается современным читателем как растянутость и изли­шество.

Сам характер греческой литературы благоприятствовал раз­витию ораторского  искусства. Она была гораздо более  «устной», если так можно выразиться, более рассчитанной на непосредственное восприятие слушателями, почитателями литературного таланта автора. Привыкнув к печатному слову, мы не всегда отдаем себе отчет в том, какими большими преимуществами обладает живое слово, звучащее в устах автора или чтеца, перед словом написанным. Непосредственный контакт с аудиторией, богатство интонации и мимики, пластика жеста и движения, наконец, само обаяние личности ора­тора позволяют добиться высокого эмоционального подъема в аудитории и, как правило, нужного эффектна. Публичная речь — это всегда искусство.

В Греции классической эпохи, для социального строя которой типична форма города-государства, полиса, в его самом развитом виде — рабовладельческой демократии, создались особо благоприятные условия для расцвета ораторского искусства. Верховным органом в государстве, — по крайней мере номинально — было Народное собрание, к которому политический дея­ель обращался непосредственно. Чтобы привлечь внимание на­родных масс (демоса), оратор должен был представить свои идеи наиболее привлекательным образом, убедительно опровергая при этом доводы своих противников. В такой ситуации форма речи и искусство выступающего играли, пожалуй, не меньшую роль, чем содержание самой речи. «Тем могуществом, которым обладает на войне железо, в политической жизни обладает слово»,— утверждал Деметрий Фалеркий.

Практическими потребностями  греческого общества была рождена теория красноречия, и обучение риторике стало высшей ступенью античного образования. 3дачам этого обучения отвечали создаваемые учебники и наставления. Они стали по­являться с V века до н. э., но до нас почти не дошли. В IV веке до н. э. Аристотель уже пытается обобщить теоретические достижения риторики с философской точки зрения. Согласно Аристотелю, риторика исследует систему доказательств, при­меняемых в речи, ее слог и композицию: риторика мыслится Аристотелем как наука, тесно связанная с диалектикой (т. е. логикой). Аристотель определяет риторику как «способность находить возможные способы убеждения относительно каждого данного предмета. Он де­лит все речи на три вида: совещательные, судебные и эпидиктические (торжественные). Дело речей совещательных—скло­нять или отклонять, судебных — обвинять или оправдывать, эпидиктических—хвалить или порицать. Здесь же определяется тематика совещательных речей — это финансы, вой­на и мир, защита страны, ввоз и вывоз продуктов, законодательство.

Из упомянутых трех жанров публичной речи в классической античности наиболее важным был жанр совещательный, или, иными словами, политическое красноречие.

В эпидиктических речах содержание часто отступало перед формой, и некоторые из дошедших до нас образцов оказываются ярким примером искусства ради искусства. Однако далеко не все эпидиктические речи были бессодержательными. Историк Фукидид включил в свое сочинение надгробное слово над телами павших афинских воинов, вложенное в уста Перикла. Эта речь, которую Фукидид с таким искусством вплел в ткань своего громадного исторического полотна, представляет собой изложенную в высокохудожественной форме политическую программу афинской демократии эпохи рас­цвета. Она является бесценным историческим документом, не говоря уже о ее эстетическом значении как памятника искусства.

Особенно распространенным жанром в древности были судебные речи. В жизни древнего грека суд занимал очень большое место, но весьма мало походил на современный. Института прокуроров не существовало, обвинителем мог выступить каждый. Обвиняемый защищался сам: выступая перед судьями, он стремился не столько убедить их в своей невиновности, сколько разжалобить, привлечь их симпатии на свою сторону. Для этой цели применялись самые неожиданные, на наш взгляд, приемы. Если обвиняемый был обременен семьей, он приводил своих детей, и те умоляли судей пощадить их отца. Если он был вои­ном— он обнажал грудь, показывая рубцы от ран, полученных в боях за родину. Если он был поэтом— он читал свои стихи, демонстрируя свое искусство (такой случаи известен в биогра­фии Софокла). Перед громадной с нашей точки зрения судейской коллегией (в Афинах нормальное число судей было 500, а всего суд присяжных, гелиэя, насчитывал 6000 человек!) довести до каждого суть логических доводов было делом почти безнадежным: гораздо выгоднее было любым способом подействовать на чувства. «Когда судьи и обвинители — одни и те же лица, необходимо проливать обильные слезы и произносить тысячи жалоб, чтобы быть с благожелательностью выслушанным»,— писал опытный мастер и знаток проблем риторики Дионисий Галикарнасский.

2. Первые учителя  риторики. Сократ и Платон. Демосфен - яркий представитель греческой  риторики

Сократ и Платон

Что в жанре судебного  красноречия сделал Лисий, то в жан­ре торжественного красноречия сделал Сократ (ок. 436— 338 гг.), происходивший  из зажиточной прежде, но разорившейся афинской семьи. Смолоду он тоже был вынужден избрать себе профессию логографа, впоследствии открыл ораторскую школу с высокой платой за обучение, из которой вышли многие политики, ораторы и писатели. Школа Сократа была одно­временно чем-то вроде политического кружка с идеями и настроениями, враждебными афинской демократии (чему немало способствовал аристократический состав учащихся), поэтому глава школы неоднократно обвинялся в «развращении юношества».

Литературная деятельность Сократа по времени совпала с  политическим кризисом греческого общества и ожесточенной классовой борьбой  в греческих городах, где попеременно  брали верх то демократические, то олигархические элементы. Следствием ее было увеличение числа безработных и разорившихся людей. Бесконечные междоусобные воины не привели к устойчивой гегемонии какого-нибудь одного из греческих государств и только истощили их экономический и политический потенциал. Воспользовавшись создавшимся положением, македонский царь Филипп сумел в 338 году нанести сокрушительное поражение объединившимся против него полисам и установить над Грецией политический контроль.

В таком сложном переплетении политических и социальных противоречий Сократ выдвинул в своих речах, распространявшихся в письменном виде, политическую программу спасения Эллады. Впервые он выступил с ней в своей речи «Панегирик») в 380 году; суть ее заключалась в том, чтобы объединить силы греков для борьбы против варваров — то есть для завоевания Персии. В дальнейшем он обращался с этой идеей к различным монархам и тиранам Греции. Последний, к которому он обратился, Филипп II, действительно начал готовить этот поход, завершить который ему не удалось (это выполнил его сын, Александр Македонский). Сократ практически стал идеологом промакедонской партии в Афинах, вокруг которой группировались в основном граждане из зажиточных кругов.

Приемы ораторского искусства Сократа развивают принципы, выдвинутые Горгием. Особенностью стиля Сократа являются сложные периоды, обладающие, однако, ясной и четкой конструкцией и поэтому легкодоступные для понимания. Для его стиля характерно также ритмическое членение речи, плавность которой достигалась тщательным избеганием так называемого зияния—стыка гласных в конце слова и в начале другого.

В школе Сократа были выработаны основные принципы композиции ораторского  произведения, которое должно было содержать следующие части: 1) введение, целью которого было привлечь внимание и благожелательность слушателей; 2) изложение предмета выступления, сделанное с возможной убедительностью; 3) опровержение доводов противника с аргументацией в пользу собственных; 4) заключение, подводящее итог всему сказанному.

Как мастер красноречия, Сократ считался в древности выс­шим  авторитетом— о популярности его  произведении говорит большое количество отрывков из его речей, найденных  на па­пирусах. Его литературное наследие ближе всего стоит к тому, что  мы сейчас называем публицистикой. Бесспорная заслуга Сократа состоит в  совершенствовании стиля письменной речи, отличия которой от устной подчеркивает Аристотель: «Один слог для речи письменной, другой для  речи в споре, один для речи в собрании, другой для речи в су­де. Надо владеть  обоими». Но крупнейший римский теоретик красноречия Квинтилиан сознавал недостатки, свойственные литературному творчеству Сократа, о чем говорит его оценка: «Стиль Сократа полон многочисленных украшений и отличается большой гладкостью в различных жанрах ораторского искусства. Он тренирован скорее для арены, чем для поля боя...» В какой-то мере это понимал и сам оратор, когда писал в речи «Филипп»: «Для меня не осталось скрытым, насколько большей убеждающей силой обладают речи произносимые по сравнению с речами, предназначенными для чтения...»

4. Демосфен – яркий  представитель греческой риторики

Величайшим мастером устной, по преимуществу политической, речи стал великий афинский оратор Демосфен (385— 322 гг.). Он происходил из зажиточной семьи—отец его владел мастерскими, в которых изготовлялись оружие и мебель. Очень рано Демосфен осиротел, состояние его попало в руки опеку­нов, оказавшихся нечестными людьми. Самостоятельную жизнь он начал с процесса, в котором выступил против расхитителей (произнесенные им в связи с этим речи сохранились). Еще до этого он стал готовиться к деятельности оратора и учился у известного афинского мастера красноречия Исея. Простота слога, сжатость и значительность содержания, строгая логика доказательства, риторические вопросы—все это было заимствовано Демосфеном у Исея.

С детства Демосфен обладал  слабым голосом, к тому же он картавил. Эти недостатки, а также нерешительность, с которой он держался на трибуне, привели к провалу его первых выступлений. Однако упорным трудом (существует легенда, что, стоя на берегу моря, он часами декламировал стихи, заглушая звуками своего голоса шум прибрежных волн) он сумел преодолеть недостатки своего произношения. Интонационной окраске голоса оратор придавал особое значение, и Плутарх в биографии оратора приводит характерный анекдот: «Рассказывают, что к нему пришел кто-то с просьбой сказать речь на суде в его защиту, жалуясь на то, что его поколотили. «Нет, с тобой ничего подобного не было»,— сказал Демосфен. Возвысив голос, посетитель закричал: «Как, Демосфен, этого со мной не было?!»— «О, теперь я ясно слышу голос обиженного и пострадавшего»,— сказал оратор...»

В начале своего творческого пути Демосфен выступал с судебными речами, но в дальнейшем он все больше втягивался в бурную политическую жизнь Афин. Вскоре он стал ведущим политическим деятелем, часто выступая с трибуны Народного собрания. Он возглавил патриотическую партию, боровшуюся против македонского царя Филиппа, неустанно призывая всех греков к единству в борьбе против «северного варвара». Но, подобно мифической пророчице Кассандре, ему суждено было возвещать истину, не встречая понимания или даже сочувствия.

Филипп начал свои натиск на Грецию с севера — постепенно подчинил города Фракии, овладел Фессалией, затем утвердился в Фокиде (Средняя Греция), засылая своих агентов даже на остров Евбея, в непосредственном соседстве от Афин. Первая война Афин с Филиппом(357—340 гг.) закончилась невыгодным для Афин Филократовым миром, вторая(340—338 гг.)— сокрушительным поражением греков при Херонее, где Демос­фен сражался как рядовой боец. Две самые знаменитые речи Демосфена связаны именно с этими событиями. После Филократова мира он обличал виновников его в речи «О преступном посольстве»(343 г.), а после Херонеи, когда за услуги отечеству было предложено наградить оратора золотым венком, ему пришлось отстаивать свое право на эту награду в речи «О венке»(330 г.). Великому оратору было суждено пережить еще одно поражение своей родины, в Ламийской войне 322 го­да, когда греки, воспользовавшись замешательством после смерти Александра Македонского, выступили против его преемников.

На этот раз македонские  войска захватили Афины. Демос­фену вместе с другими вождями патриотической партии пришлось бежать. Он укрылся  в храме Посейдона на острове  Калаврия. Настигшие его там македонские  солдаты хотели вывести Демосфена  силой, тогда он попросил времени написать письмо друзьям, взял папирус, задумчиво поднес к губам тростниковое перо и прикусил. Через несколько секунд он упал мертвым — в тростнике был спрятан быстродействующий яд.

В литературном наследии Демосфена (до нас дошла 61 речь, но не все, видимо, являются подлинными) именно политические речи определяют его место в истории греческого оратор­ского искусства. Они сильно отличаются от речей Сократа. Так, например, вступление в речах Сократа обычно растянуто; напротив, поскольку речи Демосфена произносились на животрепещущие темы и оратор должен был сразу же привлечь внимание, вступление в его речах было по большей части кратким и энергичным. Обычно оно содержало какую-нибудь сентенцию (гному), которая затем развивалась на конкретном примере. Главной частью речи Демосфена является рассказ— изложение существа дела. Строится он необычайно искусно, все в нем полно экспрессии и динамики. Здесь налицо и пылкие обращения к богам, к слушателям, к самой природе Аттики, и красочные описания, и даже воображаемый диалог с противником. Поток речи приостанавливается так называемыми риторическими вопросами: «В чем же причина?», «Что же это на самом деле значит?» и т. п., что придает речи тон необыкновенной искренности, в основе которой лежит подлинная озабоченность делом.

Демосфен широко применял тропы, в частности метафору. Источником метафоры нередко оказывается язык палестры, гимнастического стадиона. Очень изящно используется противопоставление, антитеза — например когда сравнивается «век нынешний и век минувший». Применявшийся Демосфеном прием олицетворения кажется необычным для современного читателя: он заключается в том, что неодушевленные предметы или абстрактные понятия выступают как лица, защищающие пли опровергающие доводы оратора. Соединение синонимов в пары: «смотрите и наблюдайте», «знайте и понимайте»— способствовало ритмичности и приподнятости слога. Эффектным приемом, встречающимся у Демосфена, является «фигура умолчания»: оратор сознательно умалчивает о том, что он непременно дол­жен был бы сказать по ходу изложения, и слушатели неизбежно дополняют его сами. Благодаря такому приему нужный оратору вывод сделают сами слушатели, и он тем самым значительно выиграет в убедительности.

Список используемой литературы

1. Основы риторики. Р.Я.  Вельц, Т.Н. Дорожкина, Е.Г. Рузина, Е.А. Яковлева. -учебн.пособ.-Уфа: китап, 2008 г.

2. Аверинцев С.С. Риторика и истоки европейской литературной традиции. М., 2008 г.

3. Античные риторики. М., 1978. Античные теории языка и стиля. СПб., 2009 г.

4. Волков А.А. «Основы Риторики», Москва, 2010 г.