Серебрянный век русской культуры
ПЛАН
- Введение.
- Лирика «Серебряного века».
- Музыка.
- Живопись.
- Заключение.
Серебряный век - термин, которым, по сложившейся в русской критике 20 в. традиции, обозначают европейское и русское искусство рубежа XIX - XX вв.
В
начале XX века в России произошла
переоценка всех нравственных ценностей
человека. Новая эпоха явилась
противоположностью предыдущей, и национальные,
народные сокровища, предстали в
совсем ином переродившимся виде. Эта
было начало эпохи большого творческого
подъема, по своей силе и значимости второй
после "золотого века".
Художественная культура рубежа веков - важная страница в культурном наследии России. Идейная противоречивость, неоднозначность были присущи не только художественным направлениям и течениям, но и творчеству отдельных писателей, художников, композиторов. Это был период обновления разнообразных видов и жанров художественного творчества, переосмысления.
Лирика "серебряного" века многообразна и музыкальна. Сам эпитет "серебряный" звучит, как колокольчик. Серебряный век- это целое созвездие поэтов. Поэтов - музыкантов. Стихи "серебряного" века - это музыка слов. В этих стихах не было ни одного лишнего звука, ни одной ненужной запятой, не к месту поставленной точки. Все продуманно, четко и... музыкально.
В начале XX в. существовало множество литературных направлений. Это и символизм, и футуризм, и даже эгофутуризм Игоря Северянина. Все эти направления очень разные, имеют разные идеалы, преследуют разные цели, но сходятся они в одном: работать над ритмом, словом, довести игру звуками до совершенства.
Особенно, футуристы. Футуризм отказался от старых литературных традиций, "старого языка", "старых слов", провозгласил новую форму слов, независимую от содержания, т.е. пошло буквально изобретение нового языка. Работа над словом, звуками становилась самоцелью, тогда как о смысле стихов совершенно забывалось. Взять, например, стихотворение В. Хлебникова " Перевертень":
Кони, топот, инок.
Но не речь, а черен он.
Идем молод, долом меди.
Чин зван мечем навзничь.
Голод чем меч долог?
Пал
а норов худ и дух ворона
лап...
Смысла в этом стихотворении никакого, но оно замечательно тем, что каждая строчка читается и слева направо, и справа налево.
Появлялись, изобретались, сочинялись новые слова. Из одного лишь слова "смех" родилось целое стихотворение " Заклятие смехом":
О, рассмейтесь смехачи!
О, засмейтесь смехачи!
Что смеются смехами, что смеянствуют смеяльно,
О, засмейтесь усмеяльно!
О, рассмешек надсмеяльных - смех усмейных смехачей!
О, иссмейся рассмеяльно сих надсмейных смеячей!
Смейво, смейво,
Усмей, осмей, смешки, смешки,
Смеюнчики, смеюнчики.
О, рассмейтесь, смехачи!
О,
засмейтесь, смехачи!
Культы формы долго не просуществовал, и многие новые слова не вошли в язык общества. Футуризм быстро изжил себя. Но работа футуристов не пропала даром. В их стихах к почти совершенному владению словом добавился смысл, и они зазвучали, как прекрасная музыка. Борис Пастернак "Метель":
В посаде, куда ни одна, нога
Не ступала, лишь ворожей да вьюги
Ступала нога, в бесноватой округе,
Где и то, как убитые, спят снега, -
Постой, в посаде, куда ни одна
Нога не ступала, лишь ворожеи
Да вьюги ступала нога, до окна
Дохлестнулся
обрывок шальной шлеи...
Уже с первых строк слышна песня метели. Всего одно предложение, а тебя закружила, понесла метель... Пастернак начинал как футурист. Талант Пастернака и владение формой - школа футуризма, дали потрясающий результата: необыкновенно красивые, музыкальные стихи.
Обратимся теперь к символистам. Символизм провозглашал не только культ формы стиха, но и культ символов: отвлеченность и конкретность необходимо легко и естественно слить в поэтическом символе, как " в летнее утро реки воды гармонично слиты солнечным светом". Это и происходит в стихах К.Бальмонта, похожих на шелест листвы. Например, его таинственное, загадочное стихотворение "Камыши":
Полночной порою в болотной глуши
Чуть
слышно, бесшумно кричат камыши.
В каждом слове этого стихотворения употребляется шипящий звук. Из-за этого все стихотворение как будто шелестит, шуршит.
О чем они шепчут? О чем говорят?
Зачем огоньки между нами горят?
Мелькают, мигают - и снова их нет.
И снова забрезжит блуждающий свет...
И тиной запахло. И сырость ползет.
Трясина заманит, сожжет, засосет.
"Кого? Для чего?" - камыши говорят.
Зачем
огоньки между нами горят?
Разговор камышей, мигание мелькание огоньков, трясина, сырость, запах тины - все создает ощущение таинственности, загадки. И в то же время от строк
В болоте дрожит умирающий лик.
То месяц багровый печально поник...
И вздох повторяя погибшей души,
Тоскливо,
бесшумно шуршат камыши.
веет дыханием смертельной тоски. Так рождается таинственная, жутковато-притягательная музыка стихотворения... Еще одно стихотворение Бальмонта, очень красивое и символичное - это " Я мечтою ловил уходящие тени..." постоянное повторение слов в каждых двух строчках создает как бы переливающийся, журчащий ритм:
Я мечтою ловил уходящие тени,
Уходящие тени погасавшего дня,
Я на башню всходил, и дрожали ступени,
И
дрожали ступени под ногой
у меня.
В повторении слов "и дрожали ступени, и дрожали ступени", "тем ясней рисовались, тем ясней рисовались", " вокруг раздавались, вокруг меня раздавались" и т.д. употребляются звуки "р" и "л", за счет чего стихотворение получается похожим на журчащие переливы ручья. Это что касается языка. Что же касается содержания стихотворения - оно наполнено глубоким смыслом. Человек идет по жизни все выше и выше, ближе и ближе к своей цели:
И чем выше я шел, тем ясней рисовались,
Тем ясней рисовались очертания вдали...
Чем я выше всходил, тем светлее сверкали,
Тем
светлее сверкали выси дремлющих
гор...
Он оставляет позади прожитые годы - "уходящие тени погасшего дня", уснувшую Землю, но цель его все еще далека:
Для меня же блистало дневное светило,
Огневое светило догорало вдали.
Но он верит, что достигнет заветной мечты. Он узнал, "как ловить уходящие тени... потускневшего дня", т.е. как не зря проживать время, отведенное ему в этом мире и все выше шел, дальше, ближе и ближе к своей мечте.
Акмеизм - стиль, придуманный и основанный Гумилевым, подразумевал отражение реальности легкими и емкими словами. Сам Гумилев очень критически относился к своим стихам, работал над формой и над содержанием. Гумилев, как известно, много путешествовал по Африке, Турции, востоку. Впечатления от путешествий отразились в его стихах, диких экзотических ритмах. В его стихах звучит и музыка заморских стран, и песни России, и смех и слезы любви, и трубы войны. Одни из самых прекрасных стихотворений об Африке - это " Жираф" и " Озеро Чад".
"Жираф" - это изысканная музыка "таинственных стран". Все стихотворение особенное:
Сегодня, я вижу, особенно грустен твой взгляд
И руки особенно тонки, колени обняв.
Послушай: далеко, далеко на озере Чад
Изысканный
ходит жираф.
И начинается особенно таинственная и грустная сказка " про черную деву, про страсть молодого вождя, . . . перо тропический сад, про стройные пальмы и запах немыслимых трав . . ." Потрясает описание жирафа:
Ему грациозная стройность и нега дана,
И шкуру его украшает волшебный узор,
С которым равняться осмелится толь луна,
Дробясь и качаясь на влаге широких озер...
необычные сравнения:
Вдали
он подобен цветным парусам
И бег его плавен, как радостный птичий полет.
Это
стихотворение настолько
На таинственном озере Чад
Посреди вековых баобабов
Вырезные фигурки стремят
На заре величавых арабов.
По лесистым его берегам
И в горах, у зеленых подножий
Поклоняются странным богам
Дев-жрицы с эбеновой кожей.
Таинственное озеро, величавые арабов, странные боги, девы-жрицы - все это создает загадочную и величественную атмосферу, в которую погружается читатель. Вот он видит прекрасную пару: дочь властительного Чада и ее мужа - могучего вождя, и красивого, но лицемерного европейца. Он видит красивый, простой мир Чада и "цивилизованный" грустный мир Европы, где кабаки, пьяные матросы и грязная жизнь. "Озеро Чад" не очень большое стихотворение, но написано оно столь ярким и выразительным языком, что перед нами проходит целая жизнь . . .
Гумилев пережил первую мировую войну. В своих стихах он показал бессмысленность этой войны, которая принесла только горе, траур в города и села, печальную, песню заупокойных. . . Интересны сравнения войны и мирными образами:
Как собака на цепи тяжелой,
Тявкает за лесом пулемет,
И жужжат пули, словно пчелы,
Собирая ярко-красный мед.
А "ура" вдали - как будто пенье
Трудные
день окончивших жнецов.
Поэт говорит, что перед богом равны как воюющие люди, так и мирное люди:
Их сердца горят перед тобою,
Восковыми свечками горят.
"Зачем, для чего война, во имя чего?" - спрашивает Гумилев. Да, кому-то она приносит славу, титулы, удачи. Но
...сосчитают ли потопленных
Во время трудных переправ,
Забытых на полях потоптанных
И громких в летописях слав?
Иль зори будущие ясные
Увидят такими как встарь -
Огромные гвоздики красные
И
на гвоздиках спит дикарь?
О музыке гумилевских стихов можно говорить бесконечно долго и много. Поэзия Гумилева - это вся его жизнь, занятая поисками красоты. Стихи его отразили "не только искание красоты, но и красоту исканий".
Анна Ахматова. Русская Сапфо, жрица любви . . . Ее стихи - это песни любви. Всем известна ее потрясающая поэма "У самого моря", в которой слышится шум прибоя и крики чаек . . .
Смешно называть "врагом народа", "пошлой мещанкой" человека, который создал "Реквием" - страшную правду о России, и который написал стихотворение, в котором выражена вся красота старинных городов Святой Руси. В 12-ти строчках А.Ахматова смогла описать всю ту благостную, умиротворяющую атмосферу древних русских городов:
Там белые церкви и звонкий, светящийся лед,
Над городом древних алмазные русские ночи
И серп поднебесный желтее, чем липовый мед.
Там вьюги сухие взлетают с заречных полей,
И люди, как ангелы, Большому празднику рады,
Прибрали светлицу, зажгли у киота лампады,
И
книга благая лежит на дубовом столе...
Все
стихотворение наполнено
Безусловно, во всех стихах Ахматовой можно найти ту или иную мелодию (даже некоторые ее стихи называются "песнями", "песенками"). Например, в "Песне последней встречи" слышна тревожная, растерянная музыка:
Так беспомощно грудь холодела
Я на правую руку надела
Перчатку с левой руки
Между кленов шепот осенний
Попросил: "Со мною умри!
Я обманут своей унылой,
Переменчивой, злой судьбой."
Я ответила: "Милый, милый!
И
я тоже, умру с тобой..."
А в другом стихотворении "Широк и желт вечерний свет . . ." звучит мелодия счастья, спокойствия после бури исканий:
Ты опоздал на много лет,
Но все-таки тебя я рада
Прости, что я жила скорбя
И солнцу радовалась мало.
Прости, прости, что за тебя
Я
слишком многих принимала.
Говоря о музыке в поэзии "серебряного" века, нельзя не остановиться на стихах Игоря Северянина, короля поэтов, основателя эгофутуризма. В манифесте эгофутуризма не отвергалось старое, как в футуризме, но также провозглашалась борьба с заставками и стереотипами, поисками новых, смелых образов, разнообразных ритмов и рифм. Игорь Северянин, бесспорно, виртуозно владел словом. Доказательством этому служит потрясающее стихотворение "Чары Лючинь", где в каждом слове, начиная с названия есть буква "ч".
Лючинь печальная читала
Так
чутко чувствуя журчащий вычурно
чужой ей пла...
Хотя все стихотворение довольно большое, оно, в отличие от стихов футуристов, имеет смысл.
И,
наконец, поразительное стихотворение
В.Маяковского "Скрипка и немножко нервно",
где музыкальные инструменты олицетворены
и представлены как люди, разные, с разными
характерами, Маяковский предлагает скрипке,
как девушке: "Знаете что, скрипка, давайте
- будем жить вместе! А?".
В конце XIX и в начале XX века, а особенно в предоктябрьском десятилетии, через всё русское искусство, и в частности музыку, проходит тема ожидания великих перемен, которые должны смести старое, несправедливое
Уже ушли из жизни Мусоргский и Бородин, на смену приходят ученики. Классические, консервативные традиции сменяются экспрессионизмом, импрессионизмом и неоклассицизмом. Опера отходит на второй план, а роль балета напротив возрастает. Широко развиваются симфонические, камерные жанры в творчестве Глазунова. Огромной популярностью пользуется фортепьянное творчество Рахманинова, который и сам был великим пианистом.
Среди
молодого поколения музыкантов, вступивших
в творческую жизнь в конце прошлого
- начале нынешнего века, были композиторы
и иного типа. Уже первые их сочинения
написаны очень по своему: остро, иногда
даже дерзко. Таков Скрябин. Одних слушателей
его музыка покоряла вдохновенной силой,
других возмущала необычностью. Несколько
позднее выступил Стравинский. Его балеты,
Поставленные во время "Русских сезонов"
в Париже, привлекли внимание всей Европы.
И наконец, уже в годы первой мировой войны
на русском восходит ещё одна звезда -
Прокофьев.
Рубеж веков - важная страница в жизни литературы, связанная с великими именами. Был ещё жив Лев Толстой, действовали герои Чехова, но уже начали свое существование различные новые литературные течения: символизм, акмеизм, футуризм. Термин "серебряный век" возник по аналогии с "золотым веком" - веком Пушкина и Тургенева.
Абсолютное
неприятие быта определило характер
жизни Хлебникова. Это был странник
в русской поэзии, но не простой,
а зачарованный: стихотворение "В
лесу" (1913г.) показывает, как умел
он придаваться восторгам от встречи
с цветами растениями. Среди шума и дрожи
в первозданной природе возникает монументальный
гигант: "И только шум речной осоки,
и только дрожь речного злака, и кто-то
бледный и высокий стоит, с дубравой одинаков".
Вознесенный Хлебниковым и возвеличенный
поэтической гиперболой человек этот
чем-то родственен известному персонажу
Кустодиева, созданному в 1919 году.
Для живописи этого времени больше всего был характерен классицизм. "Академия художеств" со своими консервативными взглядами не давала пробиться свободному творчеству. Она требовала от живописцев полное соответствие с канонами классицизма. Многих талантливых русских художников это не устраивало, поэтому они чаще обращались к портретному жанру.
В живописи воплотились романтические идеалы эпохи национального подъема. Отвергнув строгие, не допускающие отступлений принципы классицизма, художники открыли многообразие и неповторимость окружающего мира. Это не только отразилось в привычных уже жанрах - портрете и пейзаже, - но и дало толчок к рождению бытовой картины, которая оказалась в центре внимания мастеров второй половины столетия.
Но всё же первенство стояло пока за историческим жанром. За этой классической оболочкой русские художники уже скрывали романтические идеи...
В истории русской культуры конец XIX - начало XX в. получил название “серебряного века” русской культуры, который начинается “Миром искусства” и заканчивается символизмом. “Мир искусства” - это организация, возникшая в 1898 г. и объединившая мастеров самой высокой художественной культуры, художественную элиту России тех времен. В этом объединении участвовали почти все известные художники - А. Бенуа, К. Сомов, Л. Бакст, Е. Лансере, А. Головин, М. Добужинский, М. Врубель, В. Серов, К. Коровин, И. Левитан, М. Нестеров, Н. Рерих, Б. Кустодиев, К. Петров-Водкин, Ф. Малявин, М. Ларионов, Н. Гончарова и др.
История отечественной культуры не ограничивается национальными рамками. Громадный вклад в русскую культуру внесли представители других народов, так же как и русские по происхождению деятели отдавали свои силы и талант культурному развитию народов СССР и других стран.
Русская культура формировалась как одна из ветвей могучего дерева мировой общечеловеческой культуры. Ее вклад в мировой культурный прогресс бесспорен: это и культурные научные открытия, и шедевры литературы и искусства, и, может быть самое важное, верность гуманистическим идеалам.
Огромное значение для формирования “Мира искусств” имела личность С. Дягилева, мецената и организатора выставок, а впоследствии - импресарио гастролей русского балета и оперы за границей, так называемых “Русских сезонов”. Благодаря деятельности Дягилева русское искусство получает широкое международное признание. Организованные им “Русские сезоны” в Париже относятся к числу этапных событий в истории отечественной музыки, живописи, оперного и балетного искусства. В 1906 г. парижанам была представлена выставка “Два века русской живописи и скульптуры”, которая экспонировалась затем в Берлине и Венеции. Это был первый акт всеевропейского признания “Мира искусства”, а также открытия русской живописи XVIII - начала XX в. в целом для западной критики и настоящий триумф русского искусства.
Под редакцией Дягилева с 1899 по 1904 г. издавался журнал “Мир искусства”, состоявший из двух отделов: художественного и литературного. Можно сказать, что “серебряный век” русской культуры - это век культуры высокого ранга и виртуозности, культуры воспоминания предшествующей отечественной культуры. Русская культура этого времени представляет собой синтез старой дворянской и разночинной культур. Значительный вклад “Мира искусства” состоит в организации грандиозной исторической выставки русской живописи за границей - от иконописи до современности.
Рядом с “мирискусниками” виднейшим направлением рубежа века был символизм - многогранное явление, не вмещающееся в рамки “чистой” доктрины.
Конец
XIX - начало XX века - важный период в развитии
русского искусства, совпавший с
тремя революциями - 1905-1907 гг., февральской
буржуазно-демократической и
К
молодому поколению передвижников
относятся также Сергей Алексеевич
Коровин (1858-1908) и Николай Алексеевич
Касаткин (1859-1930). Десять лет трудился
Коровин над своей центральной
картиной “На миру” (1893, ГТГ). Он отразил
в ней сложные процессы расслоения крестьянства
в современной ему капитализировавшейся
деревне. Важнейшие стороны жизни России
сумел выявить в своем творчестве и Касаткин.
В его изображениях шахтеров, угадывается
та мощная сила, которая в недалеком будущем
разрушит старый мир.
Но в искусстве этого периода обнаружилась и иная тенденция. Многие художники стремились отыскать в жизни, прежде всего, ее поэтические стороны, поэтому даже в жанровые картины они включали пейзажи. Часто обращались и к древнерусской истории. Эти веяния в искусстве отчетливо прослеживаются в творчестве таких художников, как А.П. Рябушкин, Б.М. Кустодиев и М.В. Нестеров.
Излюбленным жанром Андрея Петровича Рябушкина (1861-1904) был исторический жанр, но он писал и картины из современной ему крестьянской жизни. Однако художника привлекали лишь отдельные стороны народной жизни: обряды, праздники. В них он видел проявление исконно русского, национального характера (“Московская улица XVII века”, 1896, ГРМ). Большинство персонажей не только для жанровых, но и для исторических картин были написаны Рябушкиным с крестьян - художник почти всю свою жизнь провел в деревне. В свои исторические полотна Рябушкин привносил некоторые характерные черты древнерусской живописи, как бы подчеркивая этим историческую достоверность изображений (“Свадебный поезд в Москве (XVII столетие)”, 1901, ГТГ).