Социальная психология предпринимательства. 2

Социальная психология предпринимательства 
 

Социальная психология предпринимательства: состояние исследований и современные тенденции развития

Предварительно  проанализируем само определение понятия  предпринимательства. Такая необходимость  связана с тем, что в современной науке до сих пор отсутствует единство в понимании сущности этого явления, его отличительных признаков и даже четкое и общепринятое определение самого термина предприниматель. Одна из трудностей определения предпринимательства состоит в том, что это слово является одновременно и общеупотребительным термином, и научным понятием. В первом случае его содержание может быть раскрыто, исходя из его толкования в словарях и энциклопедиях. Здесь оно раскрывается как деятельность, связанная с созданием, поддержанием и развитием предприятия, дела, производством товаров и услуг.

Уже в этом, достаточно широком смысле понятие предпринимательство  имеет не только экономическое (производство товаров и услуг с целью  получения прибыли), но и психологическое  содержание. Предпринять что-либо – значит сделать инициативное, упреждающее действие, проявить активность до того, как будут четко определены ее условия и последствия. Способность к регулярному и успешному осуществлению такого рода активности, предполагающей умение быстро принимать и реализовывать решения в условиях неопределенности, в повседневном языке называется предприимчивостью.

Таким образом, предпринимательство есть особый вид  экономической деятельности, предполагающей наличие у ее субъекта особых психологических качеств. Раскрытие этих особых психологических качеств и является главной задачей психологии предпринимательства.

Историческая  эволюция взглядов на предпринимательство. Исторический анализ развития термина  предприниматель (от фр. entrepreneur – предприниматель) показывает, что этот термин появился в Западной Европе в средние века и первоначально обозначал организаторов крупных музыкальных представлений и парадов, а также строительных и производственных проектов. Затем, начиная с XVII в., так называли лиц, которые заключали с государством контракт на выполнение определенных работ или поставку продукции и выступали посредниками между заказчиком и исполнителями. Поскольку стоимость выполнения работ оговаривалась заранее, предприниматель распоряжался прибылью и нес ответственность за убытки от реализации контракта. С этого времени наряду с функциями организации и руководства осуществлением предприятия отличительными чертами предпринимательства становятся деятельность в условиях риска и ответственность за результаты предприятия.

Другой важной вехой развития представлений о  предпринимательстве явилось разграничение  функций предоставления капитала для  рискованного предприятия (венчурный  капиталист) и реализации самого предприятия (собственно предприниматель). Существенный вклад в развитие представлений о психологии предпринимательства внесли немецкие социологи М. Вебер (1900) и В. Зомбарт (1994), давшие развернутые социально-психологические портреты типов предпринимателей.

Среди отечественных  мыслителей большое внимание роли психологических факторов в хозяйственной, и в частности предпринимательской, деятельности уделяли С.Н. Булгаков (1871-1944), П.Б. Струве (1870-1944), П.Н. Савицкий (1895-1965). Характерной особенностью российских работ, посвященных предпринимательству, является повышенное внимание к социально-психологическим аспектам этого феномена: проблемам общения, взаимодействия и взаимоотношений между людьми и группами в хозяйственной деятельности. Так П.Н. Савицкий рассматривает предпринимательство не только как хозяйственно-экономическую, но и как особую духовно-экономическую деятельность. Хозяйское отношение включает в себя, по мнению автора, не только стремление к получению наибольшего дохода, но и стремление к сохранению и расширению удовлетворенности работающих в хозяйстве людей.

Большое число  исследований в дореволюционной  России было посвящено таким интересным социально-психологическим феноменам  как предпринимательские общности. В обзоре этих работ Е.В. Шорохова отмечает, что в основе создания таких хозяйственных общностей как товарищества и артели наряду с чисто хозяйственными целями немаловажное значение имело и общение, объединение людей в группы на основе взаимопомощи, доверия и взаимной ответственности. Однако с развитием капиталистических отношений все большее распространение получали акционерные общества, для которых характерно четкое ограничение имущественного участия и ответственности индивидов в совместном предприятии («Социально-психологические исследования руководства и предпринимательства» под ред. А. Л. Журавлева, Е. В. Шороховой, 1999, с. 144-151).

Предпринимательство как экономическое явление. Современное  понимание предпринимательства  как экономического явления и  его роли в экономическом развитии представлено в работах Й. Шумпетера  «Теория экономического развития» (1912, на русском языке – 1982), Ф. фон Хайека (1992), Дж. М. Кейнса (1978), П. Друкера (1992) и др. В последние годы к анализу феномена предпринимательства обратились и отечественные экономисты: В.С. Автономов (1990), Л.И. Абалкин (1994), А.И. Агеев (1991), В.Ф. Бусыгин (1995), философы: Т.В. Борисова (2005) и социологи: Р.Ф. Гибадуллин (2000), Т.И. Заславская (1995), В.В. Радаев (1993) А.Ю. Чепуренко (ред., 1995) и др.

Й. Шумпетер определял  предпринимателя как ключевую фигуру развития экономики. Основной задачей предпринимателя является нарушение равновесного состояния в экономике и перевод ее в новое равновесное состояние, разрешение многочисленных противоречий в экономике (между статикой и динамикой, традициями и нововведениями, спросом и предложением и т.д.), создание новых комбинаций факторов производства и экономики.

Ф. фон Хайек  обратил особое внимание на такие  отличительные черты предпринимательской  деятельности как жесткую конкурентную борьбу между предпринимателями  и стремление к поиску новых возможностей получения прибыли.

П. Друкер в своей  концепции предпринимательского общества обратил внимание на то, что предпринимательство  как инновационная активность, связанная  с использованием имеющихся возможностей с максимальной выгодой, не ограничивается только сферой экономики, но может проявляться в самых разнообразных сферах социальной деятельности.

В современных  представлениях о предпринимательстве  условно можно выделить функционально-ролевой  и структурный подходы. В рамках функционально-ролевого подхода предпринимательство рассматривается как разновидность экономической или, более широко, социальной деятельности, связанной с реализацией определенных функций экономического и социального развития. При этом одни авторы ограничивают функции предпринимательства исключительно экономической сферой, другие соотносят его со всеми видами человеческой деятельности.

Функции предпринимательства. При анализе экономических функций  предпринимательства в одних  случаях подчеркивается роль предпринимателя как хозяйственного субъекта, осуществляющего функции оптимальной комбинации наличных ресурсов (финансовых, человеческих, организационных, информационных и т.д.) для удовлетворения спроса и извлечения дохода, в других – основная экономическая функция предпринимателя определяется как поиск и создание новых возможностей и комбинаций в экономике. В последнем случае принято говорить об инновационном предпринимательстве, дабы отграничить функции изобретателя с одной стороны, и функции традиционного менеджера, с другой.

Одни определения  подчеркивают в предпринимательстве  функцию инновации, определяя его  как процесс создания чего-то нового, обладающего ценностью (Хизрич, Питерс, 1992), другие выделяют в качестве основных функции собственника и менеджера, определяя предпринимателя как организатора экономического предприятия, который его создает, владеет и управляет им и несет ответственность за все виды риска своего бизнеса (Новый словарь Вэбстера). В любом случае в рамках функционального подхода предпринимательство рассматривается обезличенно, как тип деятельности, не привязанный к характеристикам конкретных субъектов.

В современной  литературе по менеджменту (Мескон и  др., 1992, Друкер, 1992) выполнение предпринимательских  функций, связанное с развитием управления, проведением организационных нововведений, созданием новых видов товаров и услуг и т.д., рассматривается как отличительная особенность эффективного, инновационного управления, и в этой связи используются термины предпринимательского управления и корпоративного или внутреннего предпринимательства. Владение собственностью и персональная ответственность за риски не рассматриваются как необходимые признаки предпринимательства. При таком подходе формально-статусные различия между менеджерами и предпринимателями фактически стираются.

Предприниматели как социальная группа. В рамках структурного подхода, напротив, делаются попытки более или менее четкой социальной идентификации предпринимателей как особой социальной группы, что  совершенно необходимо для включения этого феномена в разряд объектов эмпирических социальных и психологических исследований.

С юридической  точки зрения предпринимательство  определяется как самостоятельная, осуществляемая на свой риск деятельность, направленная на систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг лицами, зарегистрированными в этом качестве в установленном порядке. Такое, достаточно широкое, определение предпринимательства фактически включает в себя все виды деловой активности (бизнеса) за исключением наемного труда.

Попытки выделения  предпринимателей как особой социальной группы в рамках социальной стратификации (Заславская, 1995) позволяют сформулировать критерии эмпирической идентификации  ее представителей. На основании предложенных критериев были эмпирически выделены и идентифицированы представители предпринимательского слоя современного российского общества (бизнес-слоя по определению Т.И. Заславской), в рамках которого в свою очередь были выделены подгруппы, различающиеся условиями и содержанием предпринимательской деятельности:

1) собственно  предприниматели, выступающие одновременно  и собственниками, и руководителями  своего предприятия (особую группу  из их числа образуют т.н.  самозанятые, т.е. занимающиеся индивидуальным бизнесом);

2) полупредприниматели,  совмещающие предпринимательскую  деятельность с наемным трудом (в этой группе выделяются руководители  и рядовые работники);

3) менеджеры,  осуществляющие функции руководства  и распоряжения ресурсами, но не являющиеся собственниками предприятия (здесь выделяются совладельцы и наемные менеджеры).

Результаты проведенной  работы позволяют сформулировать достаточно четкие критерии идентификации субъектов  предпринимательской деятельности. Вместе с тем, они со всей очевидностью указывают на неоднородность предпринимательского слоя, что делает необходимым для исследователей предпринимательства, в том числе психологов, в каждом случае четко определять специфические признаки выборки, на которой проводится исследование.

В заключение можно  привести определение предпринимательства, которое дает авторитетный специалист в этой области основатель Гарвардского исследовательского центра истории  предпринимательства А. Коул – целесообразная деятельность индивида или группы ассоциированных индивидов, предпринятая с целью создать, сохранить, увеличить ориентированную на получение прибыли организационную единицу, являющуюся совокупностью ресурсов, капитала, информации и труда, чтобы добиться денежной или иной выгоды, которая является мерой его успеха, во взаимодействии с экономическими, политическими, социальными (институтами, обычаями) условиями того периода развития общества, который позволяет значительную степень свободы принятия решений (Цит. по: Глущенко и др., 1996, с. 292-293). 

Основные направления  исследований психологии предпринимательства. Начиная с работ Й. Шумпетера  в экономической литературе делаются попытки определения предпринимателя  не просто как субъекта особого вида экономической деятельности, но как  человека особого психологического типа, отличительные свойства которого могут проявляться и рассматриваться безотносительно к содержанию выполняемой им экономической функции. Эта идея послужила мощным толчком к проведению психологических исследований, основной целью которых явился поиск тех специфических качеств, которые побуждают человека к предпринимательской деятельности и обеспечивают эффективное выполнение предпринимательских функций.

Исследования  мотивации предпринимательской  деятельности. Американский психолог Д. Макклеланд, развивая теоретические идеи и эмпирические подходы исследований мотивации достижения Х. Мюррея, провел серию экспериментов, объектами которых выступали как студенты учебных заведений, так и предприниматели. Этот опыт, описанный в его книге «Общество достижения» (1961), явился одной из первых серьезных попыток использования теории и методов психологической науки при анализе и решении проблем экономического развития. Основная идея Д. Макклеланда заключалась в том, что отличительной психологической особенностью предпринимателей является более высокий уровень мотивации достижения, которую он определял как соревнование с некими существующими стандартами. Мотивация достижения проявляется при следующих условиях:

– ситуация поведения  индивида характеризуется наличием определенных стандартов, по которым оценивается успешность или неуспешность решения индивидом поставленных задач;

– индивид рассматривает  себя как субъекта, ответственного за результаты своего поведения;

– достижение успеха в решении задачи не является заранее предрешенным, но связано с определенным уровнем риска.

Для оценки выраженности мотивации достижения Д. Макклеланд использовал ТАТ (тематический апперцепционный  тест) – проективную методику, разработанную  американским психологом Х. Мюрреем и модифицированную в последствии немецким психологом Х. Хекхаузеном (1988). Испытуемым предъявлялись картинки с достаточно неопределенными изображениями, допускающими различную интерпретацию, и предлагалось сочинить по каждой картинке рассказ о том: что происходит на предъявленной картинке, что привело к возникновению изображенной ситуации, что может произойти в будущем, о чем думают и что переживают изображенные лица.

С помощью специально разработанных ключевых категорий  экспериментаторы анализировали содержание рассказов, фиксируя частоту тех, которые свидетельствуют о проявлении мотивации достижения успеха. Получаемый в результате индекс (n Ach – от англ. achiеvement – достижение) служил количественной оценкой степени выраженности мотива. После длительной серии лабораторных экспериментов Д. Макклеланд и его сотрудники (Д. Аткинсон, Д. Винтер) пришли к выводу о том, что индивиды с высоким уровнем мотивации достижения вели себя как успешные, рациональные предприниматели. Они устанавливали для себя средний уровень трудности задач и стремились к достижению максимального успеха в их решении.

Кроме того, для  них были характерны: позитивное отношение  к ситуации достижения; стремление к решению интересных, достаточно сложных, но реально выполнимых задач; уверенность в успешном решении задачи; высокая настойчивость в достижении поставленной цели; стремление к разумному риску и отсутствие интереса к сверхсложным и очень простым задачам; интерес к ситуации соревнования с другими индивидами и активный поиск информации о своих результатах; проявление активности, решительности и ответственности за результат в неопределенных ситуациях; повышение уровня притязаний при достижении успеха и его снижение при неудаче. На основе полученных результатов Д. Макклеланд выдвинул гипотезу о том, что предприниматели (люди, достигшие успехов в бизнесе) имеют более высокую потребность в достижении успеха, чем профессионалы – не предприниматели. Результаты эмпирических исследований, проведенных в ряде стран, подтвердили это предположение.

В более поздних  исследованиях мотивации (Д. Аткинсон, Х. Хекхаузен) стали различать мотив  достижения успеха и мотив избегания  неудачи. Для людей, мотивированных на достижение успеха, характерны: четкая постановка позитивных целей деятельности и активное последовательное стремление к их достижению, уверенность в своих возможностях, адекватная самооценка. Они предпочитают задачи средней трудности, а при неудачах они мобилизуют свои силы и повышают активность. Люди, мотивированные на избегание неудачи проявляют: неуверенность в своих возможностях, тревогу в ожидании возможной неудачи. Они нередко характеризуются неадекватной самооценкой (завышенной или заниженной), поэтому склонны выбирать или очень легкие, или очень трудные задачи. Успех повышает их активность, однако неудачи приводят к еще более резкому ее снижению. Индивидуальные особенности мотивации личности определяются сочетанием в разной степени выраженности того и другого типа мотивации. В современных психологических исследованиях для изучения особенностей мотивации достижения успеха и избегания неудач наиболее часто используется опросник М. Мехрабяна. Опросник МД был впервые переведен на русский язык М.Ш. Магомед-Эминовым и опубликован в 1988 году. Однако результаты адаптации методики на русскоязычной выборке представлены не были. Новая модификация методики, адаптированная к российской культуре и апробированная на российской выборке была выполнена С.А. Шапкиным (см. гл. 4 данной монографии). По мнению многих исследователей, отличительной особенностью успешных предпринимателей является выраженное преобладание мотивации достижения успеха над мотивацией избегания неудач. Практика психологического консультирования показывает, что с помощью специальных упражнений можно корректировать индивидуальные особенности мотивации человека, повышая его уверенность в себе и направленность на достижение успеха.

Локус контроля. Дж. Роттер (1966) предложил различать  людей по тому, где они преимущественно  располагают (локализуют) факторы контроля за собственным поведением и значимыми для них событиями. Люди с преобладанием внешнего (экстернального) локуса контроля – экстерналы, склонны считать, что основные значимые события их жизни определяются (контролируются) преимущественно внешними обстоятельствами (благоприятностью внешних условий, влиянием других людей, случайностью и т.д.). Свои успехи и неудачи они также склонны объяснять преимущественно внешними по отношению к себе факторами. Люди с преобладанием внутреннего (интернального) локуса контроля – интерналы, напротив, полагают, что они сами способны в высокой степени контролировать значимые для себя события и склонны принимать на себя ответственность как за свои достижения, успехи, так и за неудачи. Оценивая уровень экстернальности-интернальности с помощью специально разработанного опросника, Д. Роттер и другие исследователи показали, что преобладание экстернального локуса контроля чаще сочетается с такими качествами как конформность, т.е. уступчивое, зависимое поведение, неуверенность в себе, тревожность. Люди с преобладанием интернальности отличаются более высокой активностью, независимостью и самостоятельностью, они более уверены в себе, имеют более высокую самооценку и проявляют более высокую ответственность за свое поведение.

Результаты исследований подтвердили также связь интернальности с мотивацией достижения успеха. Эти данные легли в основу гипотезы о том, что предприниматели характеризуются более высоким уровнем интернальности, чем профессионалы-непредприниматели, например, менеджеры. Результаты ряда эмпирических исследований (Р. Брокхаус, М. Кетс де Врис, Д. Миллер и др.) подтвердили эту гипотезу. Они показали также, что менеджеры с более высокими оценками интернальности проявляют более высокую маркетинговую активность и более склонны к нововведениям в управлении производством. В отечественных психологических исследованиях для диагностики локуса контроля наиболее широко используется тест Д. Роттера в адаптации Е.Ф Бажина, Е.А. Голынкиной и А.М. Эткинда, новая модифиакция которого была выполнена и апробирована на российской выборке Е. Г.Ксенофонтовой (см. главу 4 данной монографии).

Отношение к  риску в предпринимательской  деятельности. Экономическая деятельность в условиях неопределенности и риска  является одной из отличительных  особенностей предпринимательской  деятельности, поэтому изучению отношения предпринимателей к риску посвящено значительное число психологических исследований. Для изучения отношения предпринимателей к риску Р. Брокхауз (1982) использовал методику Когана-Уоллача. В ней испытуемым предлагался ряд ситуаций, в которых они должны были сделать выбор между более безопасными (менее рискованными), но и менее привлекательными и более рискованными, но и более привлекательными альтернативами. Например, предлагалось определить, при какой вероятности сохранения финансовой устойчивости компании (шкала вероятности варьирует от 1 до 9 из 10) испытуемый рекомендовал бы некому лицу наниматься на работу. На основании полученных данных Р. Брокхауз сделал вывод о том, что более успешные предприниматели характеризуются предпочтением умеренного риска. В сравнительном исследовании менеджеров и предпринимателей (руководителей – собственников фирм) он обнаружил отсутствие значимых различий между ними по отношению к риску. Однако, в сравнении со средними (нормативными) значениями, обе группы показали более высокую склонность к риску. Анализируя результаты этого и других исследований отношения предпринимателей к риску, К.-Э. Вернерид (1988) отмечает, что при исследовании отношения к риску нельзя ограничиваться объективно заданными характеристиками рискованности ситуации (вероятность успеха или проигрыша), необходимо учитывать особенности восприятия и оценки степени риска самими субъектами, т.е. предпринимателями. Эта субъективная оценка во многом зависит от их субъективной оценки благоприятности условий и собственных возможностей достижения успеха. При высокой оценке собственных способностей и усилий предприниматель может субъективно оценивать ситуацию для себя как менее рискованную, чем она представляется внешнему наблюдателю или исследователю.

Современные тенденции  исследований в области психологии предпринимательства (по материалам зарубежных исследований). Многочисленные исследования в области предпринимательства  уже доказали важность социальных, экономических и даже политических факторов при принятии решения о выборе предпринимательской карьеры. К сожалению, как показывают зарубежные авторы (Berings, De Fruyt & Bouwen, 2004; Ciavarella et al., 2004; Wooten, Timmerman & Folger, 1999), наличие у индивида психологических черт, соответствующих сложившемуся психологическому портрету предпринимателя, не гарантирует успеха в реальном бизнесе. Последние годы исследования характеризуются интересным смещением направления научного поиска с изучения предпринимательского стремления к независимости, автономности или финансовой независимости на объект позитивной психологической установки по отношению к себе и миру (Krueger, Reilly & Carsrud, 2000; Markman, Baron & Balkin, 2005; Shook, Priem & McGee, 2003). Конечно, нет смысла отрицать важность знания, компетентности, профессионализма, целеустремлённости, но именно позитивная психология (термин, используемый М. Селигменом), может являться той детерминантой, которая приводит предпринимателя к успеху. Надежда, оптимизм, уверенность в будущем, высокая самоэффективность, способность к быстрому восстановлению после неудач являются основными кирпичиками для построения позитивной психологии (Jensen & Luthans, 2006).

Со времён Бандуры  высокая самоэффективность воспринималась как необходимость при решении  сложных комплексных задач. Работы Chen, Greene & Crick (1998) показали связь между принятием решения о предпринимательской карьере и степенью выраженности самоэффективности индивида. Успешные предприниматели имеют устойчиво высокий уровень самоэффективности и, кроме того, есть данные, показывающие корреляцию уровня самоэффективности с уровнем дохода (Markman, Balkin & Baron, 2002; Markman, Baron & Balkin, 2005). Опираясь на теорию Селигмена, считающего чувство оптимизма чувством, связанным с интерпретацией прошлых успехов и неудач, можно увидеть несложную логику связи оптимизма предпринимателя и усилий, которые он прилагает для достижения будущего результата. Как утверждает Oettingen & Mayer чем выше оптимизм, тем выше планка желаемой цели (Oettingen & Mayer, 2002).

Интересными представляются исследования феномена надежды. Таких  исследований пока мало, но они показывают на существующую связь между уровнем  надежды и удовлетворением от управления своим бизнесом (Jensen & Luthans, 2006). Надежда также может  служить хорошим индикатором оценивания важности собственных целей, возможных шансов на успех и готовности воплощать свои намерения (Laguna, 2006). Необходимо отметить, что все эти позитивные установки не являются постоянными качествами, как например черты личности индивида, и могут быть развиты путём тренингов (Luthans & Youssef, 2004). Авторы определяют эти позитивные психологические установки как поддающиеся измерениям и анализу и видят хорошие перспективы в их дальнейших исследованиях.

К сожалению, достаточно небольшое количество исследований посвящено роли доверия в предпринимательстве (Liao & Welsch, 2005; Zahra et al., 2006). Большая часть этих исследований фокусируется на важности социальных сетей для создания предприятия и роста бизнеса. Многие из них косвенно затрагивают роль доверия. Сети содержат доверие, которое описывается в данном случае как некий клей, или связка, которая удерживает части сети вместе (Anderson & Jack, 2002). Более того, сети помогают новому предприятию в создании легитимности компании. Это напрямую связано с доверием, так как недостаточность легитимности отражает недостаточность доверия. Новые компании неизвестны, поэтому им не доверяют их потенциальные клиенты и партнёры и бизнес не развивается. В этом контексте, Aldrich (2000) указывает, что успешные новые предприниматели это, прежде всего те, кто может построить сети доверия, которые помогают им в создании легитимности в пределах своего рынка.

Другим интересным направлением исследования предпринимательства  является антропологический подход, изучающий этническую идентичность как форму социального капитала, поддерживающую предпринимателей - представителей малых национальностей или мигрантов для открытия бизнеса и завоевания рынка. Исследование предпринимательства внутри этнических меньшинств (Portes, Guarnizo, & Haller, 2002) представляют большой интерес в связи со всё увеличивающимся потоком мигрантов, например, из стран Азии и Африки в страны развитой экономики. Тут лежит и глобальный интерес для исследования российского миграционного предпринимательства как принимающего глобальные масштабы в малом бизнесе центральных городов России. Данные свидетельствуют о том, что даже сталкиваясь со значительными трудностями при организации и ведении бизнеса, мигрантский бизнес является достаточно устойчивым благодаря возможности опираться на развитые этнические социальные сети, не говоря уже о сильных взаимопомогающих семейных и родственных узах, базовых для укладов жизни, характерных для восточных культур.

Работы McDonald (2005) чётко показывают интересную тенденцию малых предпринимателей, основывающих свой бизнес на почве этнических социальных сетей, стремиться к вхождению в формальные организации после достижения финансовой стабильности. В целом, по мнению зарубежных исследований, антропологическому подходу к изучению предпринимательства необходимо уделить большее внимание, чем это делалось до сих пор.

Как указывает F. Schneider(2002) процент предпринимателей, работающих вне рамок официальных  организаций, в странах с развитой экономикой составляет 17%, в то время  как в странах с развивающейся  экономикой эта цифра составляет порядка 40 % ВВП. Эти данные ясно свидетельствуют в пользу существования связи между уровнем развития экономики страны и степенью развитости неофициального бизнеса. Большим вопросом остаётся то, каким образом происходит социальная идентификация неофициальных предпринимателей и как эти предприниматели определяют и используют новые возможности своего бизнеса (Webb, Tihanyi, Ireland, & Sirmon, 2007).