Социально-экономические и политические истоки Реформации, Реформация и немецкий Гуманизм, Библия как идейный источник информации

Национальный  авиационный университет

Институт  заочного и дистанционного образования

Контрольная работа №1

По дисциплине «История Украинской Культуры»

На тему: «Социально-экономические и политические истоки Реформации, Реформация и немецкий Гуманизм,  Библия как идейный источник информации.

Вариант №13

Выполнил  студент 1 курса

Специальности 6.070103

Шаповалов Дмитрий  Николаевич

Зачетная  книжка № 100085

ЦЗДО Ташкент  – 2010 г.

Вариант №13

1 Социально-экономические и политические  истоки Реформации.

К началу XVI в. в странах Центральной и Западной Европы чрезвычайно возросли материальные и политические претензии к католической церкви ставшей весьма влиятельной международной силой со сложным и разветвленным организмом.

Основанием  для этих претензий было то, что  католическая церковь служила в  средние века идеологической опорой всего феодального строя. Она  учила, что мир и весь существующий в нем порядок, в том числе  и общественный строй, созданы богом и не подлежат никакому изменению, а на долю масс остается лишь покорность властям.

Постулировалось идея об исконной "греховности" человека. Согласно этому учению, человек греховен по самой своей природе и собственными силами не способен "спастись", т.е. искупить свою греховность. Только церковь может дать через свои таинства (крещение, покаяние, причащение и др.) недостающую человеку "благодать" и обеспечить ему вечное "спасение". Папы и высший католический клир вполне сознавали значение своего учения и своей организации в феодальном мире. Папский Рим не без основания считал себя оплотом существующего строя в его борьбе против всех подымающихся антифеодальных сил, а в конце средних веков – оплотом начавшегося процесса национальной консолидации народов. Отсюда претензии высшего католического духовенства во главе с папой на то, чтобы установить свою политическую гегемонию, подчинить себе светскую власть, использовать влияние в целях своего обогащения. Папские дипломаты, сборщики церковных поборов и продавцы индульгенций заполняли страны Европы.

Претензии католической церкви вызывали недовольство даже крупных светских феодалов, но в значительно большей степени  – жителей городов, в которых  зарождалась новая, буржуазная идеологи.

Просуществовавший в Европе более тысячи лет феодализм, основанный на земельной собственности, абсолютном преобладании сельского  хозяйства и деревни над городом, на натуральном производстве полностью  зависимых от земельного собственника крестьян, характеризовался чрезвычайно  устойчивостью и стабильностью. Однако совершенствование орудий труда  и развитие специализации в их изготовлении привело к появлению  ремесленного производства и отхожих  промыслов, а с ними и отделения  ремесленного производства от земледелия, и зарождения множества новых  поселений и посадов – преобразовав будущих городок как центров  новой, городской, культуры.

Города  быстро росли и развивались, становясь  центрами ремесла, торговли, средневековой  науки и образования. Основу их развития составляли интенсивное разделение труда, рост трудовой частной собственности  и расширение сферы товарного  производства и товарно-денежных отношений. В свою очередь товарное производство на продажу снимало с производства присущие натуральному хозяйству ограничения  и стимулировало потребность  в развитии производительных сил, т.е. совершенствовании средств производства, навыков, умений и знаний работника.

Попытки феодалов подчинить себе города, уже  почувствовавшие свою силу, вызвали  возмущение их населения и длительный период борьбы за независимость. В конечном итоге феодалы были вынуждены  признать известную автономию городов  и "городские вольности", с введением  городского самоуправления и подобием демократии по античным образцам. Города постепенно превратились в центры антифеодальных настроений и оплоты относительной  свободы горожанина от феодального  гнета.

Таким образом, рост городов, обусловленный развитием  общественного производства на основе товарно-денежных отношений, развитие торговых связей и коммуникаций городской  культуры, появление свободных от феодальной зависимости сословий подрывало  основы феодализма.

Необходимость развития производительных сил дала толчок к опытному познанию природы, к переориентации философии с  теологических и схоластических проблем на вопросы познания природы, а потребность в свободном  от внешнего принуждения труде послужила  импульсом к возникновению новых  представлений о человек, его  свободе и достоинстве.

Таким образом, католическая церковь оказалась  неспособной ответить на вызов времени  – выразить в религиозной, доступной  народу форме культуры исторические потребности прогрессивного общественного  развития, возглавить процесс исторического  преобразования феодальных общественных отношений.

Будучи  самым крупным феодалам средневековья  и владея не менее чем третьей  частью земельных владений в странах  Западной Европы, она освещала феодальный строй, феодальную иерархию, угнетение  и эксплуатацию народных масс ореолом  божественной благодати.

В условиях, когда королевская власть, опираясь на горожан, постепенно сломила мощь феодального дворянства и начала создавать крупные централизованные монархии, объединявшие нацию сверху в ответ на пробивающиеся снизу  ростки товарно-денежных связей, такое  положение становилось нетерпимым и для светской власти.

Католическая  церковь, обладая огромными богатствами  и достигнув небывалой власти над странами Западной Европы, оказалась, тем не менее, к концу XIV в. в чрезвычайно печальном положении. Возникнув как движение униженных и порабощенных, бедных и гонимых, христианская религия стала в средние века господствующей в Европе. Однако только католическая церковь оказалась единственной в истории человечества, которая пережила эпоху высшего светского владычества. Нигде и никакая церковь не имела дела с таким опасным искушением, как почти безграничная светская власть. Такое безраздельное ее господство во всех сферах жизни, абсолютная монополия на власть и привела ее к внутреннему перерождению и нравственному разложению. Для укрепления своей власти и преследования неугодных католическая церковь создала в XIII в инквизицию – учреждение для расследования и наказания виновных в ересях и прегрешениях перед церковью. На самом деле инквизиция явилась орудием борьбы церковной номенклатуры, "князей церкви", со своими врагами, которая выразилась в самой невероятной и дикой форме жестокости, ибо оправдательных приговоров инквизиция не знала. В то же время инквизиционные репрессии стали также и средством обогащения католической церкви: имущество осужденных переходило в ее собственность. Проповедуя бедность и смирение, церковь непристойно богатела, наживаясь на всем, чем можно: помимо положенных ей со всех доходов "десятины" она стала брать плату за рождение, крещение, венчание, исповеди, отпевания и др. обряды.

Высшие  чины католической церкви жили в неслыханной  роскоши, предаваясь разгулу шумной светской жизни, очень далекой от христианского идеала.

Высшие  церковные должности продавались  и покупались, так же как и низшие, которые в основном служили источником извлечения дохода. Монастыри, представляющие собой места чистого духовного  покаяния, смирения и служения Богу, превращались в вертепы разврата и порока.

При таком  состоянии дел всякий порядочный христианин был просто обязан со всей решительностью выступить против официальной  католической церкви, чем бы ему  это не грозило.

Первый  удар по теократическим притязаниям  римского папы, претендовавшего на высшую власть от Бога, абсолютную непогрешимость и право на утверждение или  низложение светских или церковных  властей, был нанесен в XIV в, когда папство почти на 70 лет попало в зависимость от французского короля. Вторым ударом стала деятельность непосредственного предшественника М. Лютера, чешского профессора и богослова Я. Гуса, выступившего за ограничение и упрощение католического богослужения, ведение его на национальном языке и фактически за создание национальных церквей, независимых от Рима. За это он был вероломно, вопреки выданной ему германским императором охранной грамоте, схвачен и сожжен как еретик в 1415 г.

В XV и XVI вв. притязания церкви встречали решительный отпор со стороны королевской власти в тех странах, которые стали на путь государственной централизации. В раздробленной же Германии папы не хотели идти ни на какие уступки. Огромные суммы денег шли из германских земель в папскую казну через разветвленную папскую агентуру, к которой принадлежали прежде всего суверенные духовные князья и всякого рода сборщики. Это обстоятельство в немалой степени способствовало тому, что реформационное движение, почва для которого была подготовлена и в других странах Европы, началось ранее всего именно в Германии и объединило здесь наиболее широкие слои населения. Беззащитное состояние Германии перед лицом политических интриг и финансовых вымогательств папской курии особенно проявилось после краха попыток создания общеимперских учреждений, предпринятых в конце XV в, вслед за созданием в Юго-Западной Германии Швабского союза. По замыслу князей-инициаторов имперских реформ княжеский суверенитет в территориях должен был оставаться незыблемым. Но при таких условиях задача обеспечения имперских учреждений реальными военными и финансовыми средствами оказалась неразрешимой. Особое положение церкви в Германии содействовало усложнению и обострению внутренней обстановки. Вопрос об освобождении от папских претензий стал национальной задачей немецкого народа. Требования церковной реформы содержались в каждой из выдвигавшихся тогда программ политических преобразований. Подъем общественного движения бурно нарастал.

СОДЕРЖАНИЕ  И НАПРАВЛЕНИЕ ОСНОВНЫХ ТЕЧЕНИЙ  РЕФОРМАЦИИ. ЛИДЕРЫ ПРОТЕСТАНТСКИХ ТЕЧЕНИЙ

Особенности экономического, социального и политического  развития ряда германских земель, переживаемая в начале XVI в эра бурного экономического и социального подъема в сочетании с особо неблагоприятными условиями общего национального развития (многообразие разрозненных интересов, усилившаяся сеньориальная реакция, утвердившаяся система политической раздробленности, особое положение в стране католической церкви) явились причиной того, что Реформация приняла в Германии характер широкого общественного движения, стала первой крупной битвой против феодализма в Европе.

Отпущение грехов начало практиковаться католической церковью еще с XI в. как распространение монашеской практики на мирскую жизнь и осуществлялось первоначально в натуральной форме. Постепенно, с развитием торговли и денег, церковные грамоты по случаю отпущения грехов стали предоставлять за деньги.

Эта практика вызвала повсеместное возмущение. Лютер  усмотрел в этом "сатанинскую  выдумку" – стремление освободить человека от необходимости внутреннего  покаяния, к чему призывает Евангелие. Нельзя заменить полагающиеся человеку в силу его прирожденной грешности  очищающие душу страдания, ибо это  есть единственно достойный человека путь укрепления веры и нравственной чистоты, т.е. искренней готовности жить по-божески. Фактически Лютер потребовал возврата к нравственным принципам  первоначального христианства с  присущей ему простотой, искренностью, погруженностью в веру. Он утверждал, что церковь и духовенство  не являются посредниками между Богом  и человеком, поэтому церковь  не может отпускать грехи. Вера человека – единственное средство общения  с Богом, потому претензии церкви на господствующее положение в мире, мирской жизни беспочвенны. Яркая  антиклерикальная направленность тезисов  Лютера встретила горячее одобрение  и поддержку в самых широких  слоях немецкого общества, которое  не позволило папе римскому и высшему  духовенству расправиться с реформатором. [3, с. 184]

Реформация  в Швейцарии, как и в Германии, проходила в условиях политической раздробленности и охватила только отдельные кантоны. Центром Реформации стал Цюрих, один из крупных городских  кантонов, претендовавший на лидерство  в конфедерации. Основоположником швейцарской  Реформации был Ульрих Цвингли (1484-1531).

После окончания  университета в Вене Цвингли занимался  преподавательской деятельностью  в Базеле и примыкал к кружку базельских гуманистов. Как и Лютер, он принял духовный сан.

Цвингли одновременно с Лютером начал  борьбу против индульгенций и обосновал  тезис об оправдании верой. После  выступления Лютера он стал его горячим  приверженцем. Однако вскоре они разошлись  в трактовке догмата о пресуществлении. Если Лютер говорил о "реальном присутствии Христа" в таинстве причащения, то Цвингли придавал этому таинству только символическое значение.

Цвинглианская церковь была намного демократичнее лютеранской. Она имела республиканское устройство. Проповедники и пастыри избирались общиной. Каждая община ведала своими церковными делами, подчиняясь городскому магистрату. Учение Цвингли было горячо поддержано ремесленными гильдиями Цюриха. В начале 1523 г. городской совет Цюриха поручил Цвингли провести в городе и кантоне церковную реформу. Из церквей были убраны иконы, распятия, статуи святых, стены побелены. Вместо алтарей поставлены простые столы. Церковь стала молитвенным домом, где вместо пышной мессы с органной музыкой слушались проповеди пастыря. Отменялись многочисленные праздники, закрывались монастыри и проводилась секуляризация монастырской собственности. Надзор за соблюдением реформированного вероисповедания осуществлялся городским магистратом и специально созданным судом. Вместе с тем пришедшие к власти цвинглианцы провели некоторые социально-политические преобразования.

Социально-экономические  и политические взгляды Цвингли  характеризовались известным радикализмом. Он порицал крепостничество, защищал  мелкую собственность крестьян и  ремесленников, был решительным  сторонником республиканского строя  и противником монархии.

Магистрат Цюриха был демократизирован и состоял  почти целиком из представителей бюргерства, главным образом ремесленных  гильдий. В городе и кантоне было запрещено ростовщичество, военное  наемничество и получение иностранных пенсий. Цвинглианская Реформация распространилась на ряд других городских кантонов – Берн, Базель, Сен-Галлен, Гларус, Шафгаузен. Протестантские кантоны создали союз и стремились распространить Реформацию по всей Швейцарии. Однако между Цюрихом и Берном происходила острая борьба за лидерство в союзе. В начавшейся войне с католическими лесными кантонами Цюрих оказался одинок и потерпел поражение. Цвингли погиб в битве при Каппеле в 1531 г. В дальнейшем центр швейцарской Реформации переместился из Цюриха в Женеву.

Создатели наиболее последовательного реформационного  учения, которое послужило идеологической основой раннебуржуазных революций, был Жан Кальвин (1509-1564). Он родился в городе Нуайоне (Северная Франция) в семье епископского секретаря; окончил юридический факультет Буржского университета и вместе с тем получил хорошую богословскую и филологическую подготовку. До 1534 г. Кальвин примыкал к гуманистам. Его переход на сторону Реформации, по собственному признанию, произошел внезапно. Начавшееся в 1534 г. гонение на протестантов заставило Кальвина вместе с другими сторонниками Реформации покинуть Францию. Он поселился вначале в Страсбурге, а затем в Базеле, где и опубликовал в 1536 г. свое основное богословское сочинение "Наставление в христианской вере", ставшее катехизисом кальвинистского вероучения.

Основным  положением кальвинизма является догмат об абсолютном предопределении, согласно которому участь человека в земной жизни и в "жизни вечной" раз и навсегда предопределена со времени "творения". Никакими делами или заслугами нельзя изменить. Это  извечное предопределение. Одним это "божье избрание" дарует спасение и райское блаженство, других оно  обрекает на страдание и погибель. Причем это предопределение не только необратимо, но и непостижимо. Однако Кальвин не делал из этого фаталистических выводов. Он учил, что каждый верующий должен считать, что именно он является божьим избранником, и стремиться всей своей деятельностью оправдать это избрание. Если он преуспевает, то не должен этим гордиться и пренебрегать обязанностями перед богом и общественным благом. Точно так же и тот, кто терпит неудачу и впадает в бедность, не должен поддаваться искушению и совершать бесчестные поступки. Неудачи в жизни и деятельности – показатель греховности избранного пути, непонимания божественного призвания. Другими словами, богатый должен преуспевать в накоплении богатств, а бедный смиренно нести бремя нищенской жизни. В отличие от Лютера Кальвин считал бога неумолимым и карающим. Страх перед его десницей должен заставить верующего покаяться, хотя спасение даруется не самим покаянием, а искупительной жертвой Христа. Но из догмата Кальвина об абсолютном предопределении не следовал вывод об обреченности человека. Последователи Кальвина создали учение о "мирском призвании", согласно которому каждый верующий должен неутомимо трудиться на избранном поприще, быть умеренным и бережливым. Преуспевание в мирских делах объявлялось самым богоугодным делом.

Благородство  происхождения и сословные привилегии теряли у кальвинистов всякое значение. Таким образом, кальвинизм давал  религиозное обоснование притязаниям  буржуазии на руководящее положение  в обществе. Этим целям служила  и основанная на принципах республиканизма  кальвинистская церковно-политическая организация. Институт священства в  кальвинистской церкви совсем упразднялся. Община верующих избирала пастыря, пресвитеров (старейшин), ведавших административными  делами, и дьяконов, занимавшихся сбором и распределением милостыни. Высшим органом кальвинистской церкви была консистория в составе 12 старейшин  и 5 пастырей, которая ведала не только церковными делами, но и подчиняла  всю светскую власть. В Женеве, куда Кальвин прибыл в 1536 г., практически была установлена теократия. Это вызвало недовольство влиятельных буржуазных кругов, заставивших его покинуть город. В 1541 г. Кальвин с триумфом возвратился в Женеву, и кальвинистская Реформация победила окончательно. До конца своей жизни Кальвин пользовался неограниченной властью над городом и всей кальвинистской церковью, распространившейся в городских кантонах Швейцарии. Не без основания его называли "Женевским папой".

Кальвин был таким же нетерпеливым к инаковерию и инакомыслию, как и глава католической церкви. В Женеве были введены строгие порядки: установлен надзор за соблюдением кальвинистских религиозных предписаний, запрещены излишняя роскошь, пышные празднества и увеселения.

Высшей  добродетелью объявлялась строгость  нравов, бережливость и накопление.

Критика кальвинизмом роскоши, праздности переходило у Кальвина в отрицание художественного  творчества, литературы, искусства, запрет увеселений и развлечений, в строгую  мелочную регламентацию личной жизни  верующих и суровое преследование  всякого инакомыслия.

В соответствии с присущей буржуазному укладу тенденцией к духовно-идеологическому плюрализму кальвинизм позднее породил целый  ряд течений и протестантских сект: пресвитериан, конгрегационалистов, пуритан, баптистов, адвентистов и  др.

Пожалуй, наиболее последовательно и полно  их общую духовную сущность и родство  с кальвинизмом выразил пуританизм (от английского "чистый", "истинный"), основателем которого стал английский пресвитерианин Дж. Нокс. Исповедуемые им ценности и образ жизни были общими для большинства этих течений, так что термин "пуританство" стал именем нарицательным. Пуританством стали называть характерное для последователей кальвинистской церкви мировоззрение и стиль жизни, связанные с абсолютизацией "мирского аскетизма", фетишизацией строгости нравов, бережливости, переходящей в скопидомство, мелочного благочестия, религиозного усердия, приобретающего демонстрационный характер. Этика пуританства характеризовалась ригоризмом, требованием простоты в отношениях между людьми, проповедью решительного ограничения и упрощения потребностей, крайне отрицательным отношением к роскоши, развлечениям и праздникам. Ее представители отличались строгой пунктуальностью, педантизмом в соблюдении суровых и строгих нравов, подчеркнутой скромностью образа жизни и набожностью. В то же время эта скромность и сдержанность сочеталась у них с чрезвычайно высокой самооценкой, представлением о себе не просто как об одной из разновидностей христианства, а как о носителях божественной миссии всемирно-исторического масштаба. Своей жизнью они стремились доказать, что Господь указывал именно на протестантов, а не на католиков, когда предвидел истинный путь человечества к спасению. Это стимулировало их социальную активность и религиозную непоколебимость, которая оказалась надежным средством против преследований, сомнений, колебаний, душевной слабости. Именно представители радикальной протестантско-пуританской ветви христианства, вынужденные в результате религиозных и политических преследований бежать в 1620 г. из Европы в Северную Америку, заложили фундамент для рождения новой нации и национальной культуры.

2. Реформация и немецкий Гуманизм. Искусство времени Реформации.

Реформа́ция  - массовое религиозное и общественно-политическое движение в Западной и Центральной Европе XVI - начала XVII веков, направленное на реформирование католического христианства в соответствии с Библией. Деятельность гуманистов подготовила умы к реформации Католической церкви.

В Германию гуманизм проник из Италии, но при этом немецкий гуманизм имел свои собственные  корни в новых экономических  и социальных явлениях конца XV и  начала XVI в.

Люди, изучавшие  в XVI веке классическую литературу (греческую  и римскую), получили название гуманистов. Они превозносили сочинения древних  философов и начали нападать на недостатки своих современников, особенно доставалось  католическому духовенству.

Против  них восставали старые ученые, или  схоласты, доказывая, что гуманисты  распространяют вредные мысли. Гуманисты  схоластов обскурантами. Несмотря на противодействие обскурантов, гуманисты  приобретали все больше и больше последователей среди молодых людей. Из немецких гуманистов начала XVI века следует назвать знаменитейших: Рейхлина, Эразма Роттердамского и Ульриха фон Гутена.

Иоганн  Рейхлин был отличный знаток языков, не только латинского и греческого, но и еврейского. Когда-то доминиканские  монахи в Кёльне испросили у императора Максимилиана I указ, чтобы предать  огню все противные христианству еврейские книги.

Власти, не зная, как поступить, обратились к Рейхлину как к знатоку еврейского языка. Рейхлин написал сочинение, в котором доказывал, что не следует  жечь еврейские книги. Доминиканцы  обвинили Рейхлина в ереси, но за него вступились другие гуманисты и даже некоторые германские князья; таким  образом возник горячий спор между гуманистами и обскурантами. Последние не ограничились еврейским языком, а напали и на греческий, как на источник ереси. Наконец папа велел прекратить этот спор, в котором победа  была на стороне гуманистов.

Эразм Роттердамский, обладавший огромной ученостью, был также врагом монахов и обскурантов.

Он сочинял  учебники, издавал и переводил  греческих и римских писателей  и вообще много способствовал  возрождению наук в Германии.

В то же время он писал сочинения, в которых  разоблачал недостатки католического  духовенства. В  его сатире «Похвала глупости» глупость представлена здесь  царицей большого государства; она  воздает самой себе похвалы и  хулит все сословия, особенно же едко — духовенство.

Но Эразм  Роттердамский любил мирную, спокойную жизнь и не был расположен в пользу крутых реформ в Католической церкви; он был сторонником постепенного улучшения духовной среды и потому не принял сторону Лютера.

Он создал стройную систему нового богословия, которое называл «философией  Христа». В этой системе главное  внимание сосредоточивается на человеке в его отношении к богу, на нравственных обязательствах человека перед богом.

Ульрих  фон Гуттен был в дружбе с Рейхлином и Эразмом Роттердамским. Он происходил из рыцарской фамилии. Отец предназначал его к духовному званию, но Гутен бежал из монастыря и тем навлек на себя гнев отца. Он вел жизнь странствующего рыцаря, ученого и поэта. — жизнь, наполненную приключениями и превратностями; он участвовал в итальянских войнах, писал едкие сатиры против обскурантов.

Самой остроумной сатирой на обскурантов считаются  «Письма темных людей» (Epistolae obscurorum virorum). Они сочинены несколькими гуманистами; Гутен также принимал в них участие. Эти письма написаны испорченным латинским языком (каким писали средневековые монахи) и адресованы к одному кёльнскому профессору теологии от имени приверженцев старой церковной системы; рассуждения их исполнены обычных схоластических тонкостей в соединении с чрезвычайным невежеством.

Сочинители  так искусно подделали характер и тон обскурантов, что при  первом появлении писем доминиканцы  приняли их за произведение своих  сторонников и восхищались их содержанием. Когда же истина сделалась известной, обманувшиеся доминиканцы стали предметом всеобщего осмеяния. Когда начал проповедовать Лютер, Гутен открыто стал в числе его последователей.

Уже давно  злоупотребления папской власти и духовенства были осуждаемы  благомыслящими людьми, но эти люди объявлялись еретиками и по большей  части гибли на костре (Гус, Савонарола). Между тем с распространением просвещения вера в непогрешимость пап постепенно угасала. Особенно много  недовольных было в Германии. Народ  тяготился поборами на содержание духовенства; рыцари и бароны с завистью смотрели на богатство и роскошную жизнь  прелатов (духовных сановников), а немецкие князья желали избавиться от вмешательства  духовной власти в их правление.

3 Библия как идейный источник  информации

Библия как  идейный источник информации: Библия полна свидетельств о том, что, имея дело с Писанием, мы имеем дело с авторизированным Богом, источником истины. Пророки Ветхого Завета занимали такую же позицию (напр. Ис. 1,10; Иер. 7,1; Иос. 4,6), как и апостолы в Нового Завета (напр. 2. Тим. 3,16; 2. Пет. 1,21). Из свидетельства археологических исследований Х.В. Бек заключает: «Гипотеза о существовании долгой устной традиции и длительного эволюционного литературного процесса возникновения не является правдоподобной». Апостолы были не только отличными знатоками Писания, но с помощью Святого Духа могли раскрывать его глубокий смысл. Павел – избранный сосуд Божий, получивший свою информацию через откровение Иисуса Христа (Гал. 1,12), выразил свое понимание однозначно: «Верую всему, написанному в законе и пророках» (Деян. 24,14). Петр свидетельствует, что он не следует хитросплетенным басням, но всегда возвещает, как очевидец (2 Пет. 1,16). Особенный ключ к пониманию Писания мы находим у Самого Сына Божьего. Иисус свидетельствует о непреходимости Слова Божьего во веки веков (Мат. 24,35). Он гарантирует: «И совершится все написанное» (Лук. 18,31). Он авторизировал все элементы библейского текста, заключающие в себе важный смысл (напр. Лук. 16,17) и подтвердил все библейские рассказы (напр., сотворение первой пары людей: Мат. 19,4–5; всемирный потоп, в результате которого погибло все живое: Мат. 24,38–39; рассказ об Ионе: Мат. 12,40–41) как реальные исторические события в пространстве и времени.

2. Отношение  ВЗ к НЗ: В Новом Завете часто  цитируются выдержки из Ветхого  Завета, однако НЗ является не  только комментарием к ВЗ. НЗ  является исполнением ВЗ: «И все  сии (люди Ветхого Завета), свидетельствованные  в вере, не получили обещанного, потому что Бог предусмотрел  о нас нечто лучшее» (Евр. 11,39–40). Во Христе исполнилось все.  В этом смысле ВЗ непосредственно  ведет к НЗ. О ВЗ Иисус говорит:  «Исследуйте Писания, ибо вы  думаете чрез них иметь жизнь  вечную, а они свидетельствуют  о Мне» (Иоан. 5,39). И все-таки НЗ является новым, потому что многие откровения появляются лишь в нем. Отталкиваясь от НЗ, мы еще лучше понимаем ВЗ, так как его Писания свидетельствуют о Христе. Иисус открыл этот принцип своим ученикам по пути в Эммаус. Во всех своих изречениях ВЗ остается в силе, вплоть до исполнившихся во Христе предписаний закона (Евр. 9,10) и практики жертвоприношения (Евр. 10,1+4).

3. Толкование  рассказа о сотворении: Часто  приводимая аргументация «В вопросе  сотворения мы не можем заглянуть  Богу в карты» звучит смиренно  и, на первый взгляд, даже рассудительно.  Однако, она ложна, так как противоречит воле Божией, согласно которой следует серьезно относиться к Слову во всех его аспектах (Иер. 22,29; Иоан. 8,47; 2. Тим. 1,13). Так будем же благодарны за любую информацию, которую мы можем почерпнуть как из самого рассказа о сотворении, так и из многочисленных других мест. Библейская история о сотворении – не миф, не притча или аллегория, но ее следует читать как информацию:

• В поучительной форме в ней представлены утверждения, относящиеся к области биологии, астрономии и антропологии.

• Для названных  из области физики единиц времени  «день» и «год» приводятся – как  это принято и в современной  измерительной технике – соответствующие  методы измерения (Быт. 1,14).

• В десяти заповедях Бог обосновывает учреждение шести трудовых дней и дня отдыха Своими действиями, описанными в рассказе о сотворении (Исх. 20,8–11), пользуясь такими же величинами времени.

• В НЗ Иисус  неоднократно ссылается на факты  сотворения (напр. Мат. 19,4–5).

• Относительно сотворения в Библии нигде не имеется  указания на то, чтобы рассказ о  сотворении понимать в иносказательном  смысле.

Теистическое  эволюционное учение совершает резкие нападки на эти основные позиции  понимания Писания, представленные Иисусом, пророками и Апостолами. Библейски засвидетельствованные  события искажаются в мистические  речевые образы, а дословное и разумное общение с библейской вестью расценивается прямо-таки как мерзость и суеверие. В этом смысле X. Дитфурт пишет:

«Дословное  значение мистических образов, с  помощью которых проповедуют  теологи, с самого начала не имело  почти ничего общего с содержанием  проповеди. Оно ничего не означало даже более 2000 лет тому назад, то есть в  то время, в которое возникли эти  образы, как выражение живой веры... Все это двухтысячелетней давности. К нам это не имеет больше никакого отношения. Вместе с тогдашней культурной средой, с бытовавшей во время рождения Христа картиной мира и с самосозерцанием иудейско-римского общества уже давно отзвучали и семантические «обертоны» сформировавшихся тогда мифологических формул... То, что мы имеем перед собой сегодня, – только лишь скелет, голый остов слов и предложений. Словно эхо времени, из которого они вышли, они наполняют нас чувством уважения и благоговения. Однако они уже давно лишились объема значения и глубины смысла, когда-то связанного с ними... Если, однако, мифологические высказывания будут сведены к одному только смыслу, тогда они превратятся в суеверие».