Сравнительная характеристика международного публичного права

Введение 

 В  каждом государстве важнейшим  регулятором общественных  отношений является  право.   Это   система   юридических   норм,   которые   фиксируют определенные  отношения;  охраняют   общеобязательные   правила   поведения; закрепляют права и обязанности  лиц.  В  совокупности  эти  нормы  (а  также другие источники) составляют национальную систему права. В  мире  существует более двухсот  национальных  систем  права  (столько,  сколько  государств).

Часто между ними возникают отношения, которые  вызывают  множество  взаимных прав  и  обязанностей.  Поэтому  развитие  экономики,  политики,   культуры, средств коммуникации, транспорта требуют правового  оформления  такого  типа отношений, как международные.

Международные правоотношения можно условно  разделить  на  две  большие группы:  межгосударственные   и   не   межгосударственные.   Первая   группа составляет сферу международного публичного права, вторая является  предметом регулирования международного частного права ,которые имеют как соотношение так и отличия. 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

1.Соотношение  и взаимосвязь  международного публичного  права с международным  частным правом. 

Виды  взаимодействия международного публичного и международного частного права устанавливает и подвергает исследованию два их вида: структурное и функциональное взаимодействие. С точки зрения установления векторов взаимодействия МПП и МЧП его анализ в структурном аспекте первичен. С внешнего взгляда, понятия «международное публичное» и «международное частное право» выступают как «парные категории». Несмотря на фактическую терминологию, необходимо все же остерегаться гиперболизации противопоставления не только «публичного» и «частного» друг по отношению к другу, но и в целом понятий «международное публичное право» и «международное частное право.¹

Структурный взгляд на соотношение МПП и МЧП  способен выявить не только важные черты взаимоотношений между  рассматриваемыми объектами, но и специфику  самих объектов. Тезисы о самостоятельности  и в то же время взаимосвязанности  международного и внутригосударственного права друг по отношению к другу, с одной стороны, а также включенности МЧП во внутреннее право государства, - с другой, диктуют необходимость  сопоставления МЧП с международным  публичным правом через призму соотношения  систем международного и национального  права. Однако в этом   не должно быть места для механического  подхода. Скажем, из постулата, что МЧП  суть внутригосударственное право, с позиций формальной логики неизбежно  вытекает, что его нормы должны быть зафиксированы только во внутригосударственных  источниках права, а соответственно международные договоры и обычаи не являются их носителями и внешними формами выражения. Такая позиция  нередко встречается в современных  публикациях по МЧП. Признание подобного  рода закономерно заставляет считать, что в МЧП в целях воздействия  на объект, разительно отличающийся от «внутренних» отношений, используются те же средства, что и для последних: международные по характеру отношения  упорядочиваются с помощью сугубо внутригосударственных источников права (большей частью законодательных). При этом не ясен ряд моментов, связанных  с толкованием возникающих в  подобных случаях «внутригосударственных»  норм, их местом в системе юридических предписаний национально-правового характера (скажем, причинами автономности), основаниями   утраты их силы и т.д., - многих иных сторон и последствий концепции гомогенности источников МЧП.

Существующие  ныне в науке суждения о соотношении  МПП и МЧП, будучи порождены структурным  подходом, ограничиваются некоторыми базовыми формулами (большей частью либо о взаимоотношениях двух самостоятельных  объектов, либо части и целого). Между  тем структурное взаимодействие может осуществляться на различных  уровнях и в разных плоскостях. Это демонстрирует такой его  срез, как взаимовлияние источников МП и МЧП. Выдвинутый в диссертации  тезис об обособлении международного частного права в особую подсистему национального права, не только имеющую  специфический объект регулирования, правовые средства воздействия на подлежащие регламентации общественные отношения, но и обладающую классическим для  рамок МЧП инструментарием, который  может в свою очередь рассматриваться  его внутренней подсистемой, именуемой  коллизионным правом, позволяет проводить  анализ взаимодействия МПП и МЧП  с иных позиций, основанных в том  числе на роли и двойственности характера  источников его норм (национальных актов, международных договоров  и обычаев).

Утверждаемая  в рамках структурного подхода идея однопорядковости национального и  международного права, хотя и с оговоркой  об имеющейся в каждом из них внутренней специфике, не обеспечивает полноценности  представлений о предмете. Недостающий  для его познания «элемент» в  этом плане вносит анализ функционального  их взаимодействия. Решающее значение для этих целей имеет категория  «международного взаимодействия правовых систем».²

Правовая  связь между национальными и  международной системами права  не является ни линейной, ни одновекторной. В одних ситуациях взаимодействие проявляется непосредственно - в  силу прямого указания международно-правовой нормы, требующей от государств учитывать  при внутригосударственном правотворчестве  стандарты, существующие в международном  праве, либо в результате необходимости  автономной корректировки национально-правовых установлений, запретов и дозволений в связи с выполнением соответствующего международно-правового обязательства. В этом ряду стоят императивы, вытекающие из общепризнанных принципов и норм международного права (прежде всего принципа pacta sunt servanda, суверенного равенства и равноправия государств, невмешательства во внутренние дела и др.), которые обеспечивают юридическую связь между национальной правовой системой конкретного государства и международным правом. Влияние международно-правовых принципов и норм, направленное на изменение национального права, особенно когда норма непосредственно это предусматривает, представляет прямое взаимодействие между национальными правовыми системами и системой международного права. Во всех иных ситуациях речь должна идти об их косвенном взаимодействии.

Отдельное направление в исследовании соотношения  МПП и МЧП с категориальных позиций составляет их функциональное взаимодействие. Формы и правовые средства функционального взаимодействия международною публичного и международного частного права, в отечественном правоведении специальные попытки по освещению данного аспекта, как известно, не предпринимались. В зарубежной науке часть проблем соотношения вообще решалась на путях поисков управляющих связей в характере соотношения между ними - выяснения вопроса о том, существует ли между МПП и МЧП юридическая соподчиненность, в соответствии с чем их взаимодействие рассматривается в трех плоскостях: юрисдикция в международном праве и международное частное право; предметная юрисдикция в международном праве и нормы международного частного права; пространственная юрисдикция и нормы международного частного права .

При подходе  к взаимным связям национальных правовых систем и системы международного права многими исследователями (от У.Губера до современных авторов) справедливо  указывалось на институт применения иностранного права как традиционную их основу. Это составляет и одну из ведущих правовых форм взаимодействия международного частного и международного публичного права. Французские ученые А. Батиффоль и П. Лягард, отмечая  роль международных договоров и  общих начал МЧП, обращают внимание на его специфическую функцию, ранее  особо не выделявшуюся. Речь идет о  том, что МЧП должно способствовать совместной жизни различных юридических  систем. Конкретизация данного тезиса неизбежно приводит к анализу  феномена применения иностранного права  во внутригосударственной сфере  другого государства, механизмов действия национальных и международных коллизионных норм, материально-правовых правил, унифицированных международным договором, основных начал МЧП и некоторых общих понятий.³

Основные  начала МЧП и принципы международного публичного права предоставляют  богатый материал для исследования с позиций вопроса о формах функционального взаимодействия. К  примеру, принцип наибольшего благоприятствования, являясь основным началом МЧП  и одновременно специальным принципом  международного экономического права, предметно опосредствует сложный  механизм связей между международным  и международным частным правом. Юридическое содержание данного  принципа, состоящее в уравнивании  в пределах территории конкретной страны условий и прав всех иностранцев-граждан  государств, обладающих статусом наиболее благоприятствуемой нации в силу заключенных международно-правовых соглашений, требует соотнесения  режимов, уже предоставленных или  могущих быть предоставленными в  будущем любому третьему государству, между собой. В то же время обязанность  государства по предоставлению вытекающего  из него режима не затрагивает действия других соглашений государств, затрагиваемых  указанной нормой международного права.

В данном случае отчетливо видны линии  пересечения международного частного и международного публичного права  в их взаимодействии друг с другом: нормы национального нрава, принимаемые  государствами во исполнение международного договора, фиксирующего статус его  участника как наиболее благоприятствуемой нации, сообразуются с правилами  международных договоров - как тех, которые связывают обоих (или  всех) партнеров, так и обязательных лишь для одного из них. Это присуще  и механизмам взаимодействия, когда  речь идет о принципе взаимности, «обратной  взаимности» - реторсиях, а также  при закреплении договорным путем  принципа национального режима. В  функционировании всех имеющихся основных начал МЧП и принципов МПП  отмечается особое их качество - способность, будучи одной из разнообразных форм взаимодействия МПП и МЧП, обеспечивать не только реальное или потенциальное  влияние их друг на друга, но и юридическую  связь двух систем права: международного и национального, подсистемой которого выступает МЧП.

В обеспечении  взаимосвязи международного и международного частного права особая роль принадлежит  формам: функционального взаимодействия, выработанным в период новейшей истории, - например, «оговорке о публичном порядке», причем в частной ее разновидности, именуемой «международным публичным порядком». Хотя она представляет собой многогранное явление, способность объективировать международное взаимодействие правовых систем национального, и конкретно МЧП, и международного права выступает наиболее заметной. Сущностью этой формы является неприменение национальной нормы (или акта) ввиду их противоречия (либо противоречия последствий применения) «международному публичному порядку» или «публичному порядку сообществ», иногда - «действительно международному публичному порядку». В подобной ситуации основанием для отказа в применении актов какого-либо государства (признании вытекающих из них последствий) служит такое юридическое содержание конкретных основополагающих норм международного права, образующих «публичный порядок» в международном общении, которое делает их принципиально несовместимыми с иными моделями поведения.

В ходе анализа форм взаимодействия МПП  и МЧП стало возможным выделить наиболее заметные его направления, а также юридические средства, применяемые в современной практике международного общения. Они различны по природе и характеру. Одним  из примеров служит lex mercatoria. Вся история  права международной торговли свидетельствует  о тесном переплетении международно-правового  и национально-правового элементов  в его содержании, состоящем в  эволюции от обычаев купеческого  сословия, вышедших за рамки национальных границ и трансформировавшихся в  последующем в истинно международное  право, через инкорпорацию соответствующих  правил в национальное право («писаное»  или «прецедентное») до автономности совокупности предписаний, обслуживающих  международные торговые сделки, по отношению к национально-правовым системам. Важной составляющей lex mercatoria, помимо международных договоров  и обычаев, выступают общие принципы права (согласно ст. 38 Статута Международного Суда ООН - «общие принципы права, признанные цивилизованными нациями») 
 
 

2.Основные отличия международного частного права от международного публичного права. 

совокупность норм, регулирующих гражданско-правовые отношения, т.е. имущественные и связанные с ним неимущественные отношения, а также отношения, регулируемые нормами семейного, трудового и процессуального права, которые имеют международный характер. Международный характер этих отношений может проявляться в том, что: в них участвуют иностранные граждане и лица без гражданства, иностранные юридические лица и иностранные государства; они связанны с территорией двух или нескольких государств; объектом таких правоотношений является вещь, находящаяся за границей. Таким образом, нормы международного частного право регулируют отношения, возникающие в ходе международного экономического и научно-технического сотрудничества. К области междуна- родного частного право относятся вопросы гражданско-правового положения иностранцев, иностранных юридических лиц и смешанных обществ, права собственности, обязательственного права (внешнеторговые сделки, договоры морской, железнодорожной и воздушной перевозки, кредитно-расчетные отношения), авторского и изобретательского права, семейного и наследственного права, гражданско-процессуальные вопросы (процессуальные права иностранцев, судебные поручения, исполнение иностранных судебных и арбитражных решений, внешнеторговый и морской арбитраж. В состав международного частного право входят нормы двух видов. В одних случаях норма содержит прямое правило, устанавливающее права и обязанности (нормы прямого и не посредственного регулирования). В других случаях норма международного частного право указывает лишь, право какого государства должно быть применено к данному отношению, т.е. содержит отсылку к праву какого-либо государства. Такая коллизионная норма осуществляет разрешение какого-либо вопроса, но не самостоятельно, а в совокупности с законодательством той страны, на которое она ссылается. Большинство норм международного частного право являются коллизионными, в связи с чем его называют иногда коллизионным правом. Международное частное право связано с международным публичным правом, ряд его норм непосредственно вытекает из общих начал международного публичного право. Связь с международным публичным правом проявляется и в том, что источники международного частного право носят двоякий характер: часть норм международного частного право содержится во внутренних законах государств, часть - в международных договорах и некоторых международных обычаях. Нормы международного частного права содержатся как в двусторонних, так и в многосторонних международных договорах. В то же время международное частное право отличается от международного публичного права главным образом тем, что субъектами международного частного права являются наряду с государствами также граждане и юридические лица.⁴

 Итак, основным отличием международного  частного права от международного  публичного, является то, что последнее,  служит для регламентации взаимоотношений  государств между собой, определения  их взаимных обязательств, способов  взаимодействия и тому подобное, причем, как правило, для обеспечения  этих целей самими государствами  участниками создаются международные  организации. Субъектами отношений  в международном публичном праве  выступают государства как таковые,  а также международные организации,  членами которых являются те  же государства.

А международное  частное право в свою очередь, направлено на регулирование общественных отношений так называемого цивилистического характера, относящихся к различным отраслям внутригосударственного права, причем не только к  гражданскому праву (семейному, трудовому, торговому, земельному, хозяйственному и т.д., в зависимости от существующей в данном государстве разбивки объективного права на отрасли), но лежащих в сфере международного хозяйственного (гражданского) оборота (в широком смысле слова). Субъектами отношений в международном частном праве являются, прежде всего, физические и юридические лица, иногда - государства. Здесь спецификой отношений является наличие так называемого “иностранного элемента”. Под “иностранным элементом” понимают:

1. субъект, который имеет иностранную принадлежность (гражданство, место жительства - относительно физических лиц; “национальность” - относительно юридических лиц);
2. объект, кот находится на территории иностранного государства;
3. юридический факт, который имел или имеет место за границей

3. Источники международного частного права. 

В настоящее  время под источниками права  в юридико-техническом смысле в  общей теории права, как правило, понимается совокупность форм и средств  внешнего выражения и закрепления  правовых норм. Другими словами, это  те национальные законы, подзаконные  нормативные правовые документы, международные  договоры и акты неписаного права, которые  содержат нормы, регулирующие международные  немежгосударственные невластные отношения.

Если  обобщить все мнения, которые высказывались  и высказываются сегодня в  литературе по международному частному праву относительно видов источников МЧП, то в их перечень следовало бы включить:

внутреннее  законодательство государств;

международные договоры;

судебные  прецеденты;

международные и внутригосударственные правовые обычаи и обычаи делового оборота;

правовую  доктрину;

право, творимое самими участниками общественных отношений.

Однако, на наш взгляд, не все категории  из числа перечисленных выше действительно  можно отнести к числу источников международного частного права. Поэтому, не вдаваясь в подробности характеристики их содержания, остановимся предварительно на анализе сущностной основы и способности  указанных образований непосредственно  регулировать правовыми средствами невластные отношения в международной  сфере.

Характер  содержания международного частного права  как полисистемного комплекса, объединяющего  в себе нормы национальных правовых систем и международных договоров  публичного права, предопределяет двойственность его источников. Ими, прежде всего, являются акты внутреннего законодательства государств и международные дог  воры, а также национальные и международно-правовые обычаи, которые практически повсеместно  признаются основными источниками, права в своих правовых системе.

Вместе  с тем нельзя не отметить довольно широкое распространение в нашей  стране точки зрения о том, международные  договоры и обычаи не являются источниками  МЧП, так как само международное  частное право– это не более чем  «элемент системы национального  права», источниками которого могут  выступать толы национальные нормативные  юридические документы: законы и  подзаконные акты.⁵

В то же время международные договоры и  обычаи способны выступать в качестве источников норм, непосредственно регулирующих отношения между национально-правовыми  субъектами различных государств или  даже одной страны, в тех случаях, когда их действие в таком качестве будет санкционировано соответствующим  государством.(см. далее)

В тех  случаях, когда внутригосударственное  право санкционирует применение правил международных договоров  для регулирования общественных отношений, субъектами которых могут  быть физические либо юридические лица, возникает проблема так называемых само исполнимых и несамоисполнимых договоров.

Нормы самоисполнимых договоров в силу их детальной проработанности и  завершенности могут применяться  для регулирования соответствующих  общественных отношений без каких-либо конкретизирующих и дополняющих  их норм. Практика зарубежных государств, конституции которых объявляют  международные договоры частью права  страны или даже выше его (США, Франция, Германия, Испания и др.), показывает, что самоисполнимыми, как правило, являются договоры, регулирующие отношения  между национально-правовыми субъектами различной государственной принадлежности, то есть договоры, являющиеся источниками  МЧП.

Несамоисполнимый  договор, даже если государство санкционирует  применение его правил внутри страны, требует для своего исполнения наличия  акта внутригосударственного нормотворчества, конкретизирующего положения соответствующего документа. Именно о таких внутренних актах шла речь в приведенных  выше статьях ГК РФ и Закона о  международных договорах. Необходимость  их принятия объясняется тем, что  несамоисполнимые международные договоры, как правило, имеют общий характер и определяют известные рамки, масштабы поведения, в пределах которых сами государства устанавливают права  и обязанности субъектов национального права. Такие соглашения обычно принимаются в целях достижения определенного урегулирования отношений внутри страны (например, в области обеспечения и соблюдения прав и свобод человека) и не предназначены для регулирования отношений типа МНН.

Изложенное  выше позволяет прийти к выводу, что международные договоры и  общепризнанные принципы и нормы  международного права, наряду с актами национального законодательства отдельных  государств, относятся к числу  источников МЧП и способны непосредственно  регулировать международные немежгосударственные невластные отношения. Поэтому они  должны восприниматься и использоваться в этом качестве всеми физическими, юридическими лицами, государственными и общественными органами и организациями.

Необходимо  также отметить, что законодательством  Российской Федерации установлен принцип  приоритетного применения положений  международных договоров. Это означает, что в случае если международным  договором нашей страны установлены  иные правила, чем предусмотренные  законодательством РФ, то применяются  правила международного договора. Данный факт лишний подчеркивает необходимость  тщательного изучения и анализа  «международной составляющей» МЧП  в процессе осуществления любого вида деятельности, выходящего рамки  границ одного государства.⁶

В странах  общего (англосаксонского) права, к  числу которых можно отнести  Великобританию, США, Канаду, Австралию, Новую Зеландию и некоторые другие rocударства, в качестве источников международного частного права, наряду с международными договорами и национальным законодательством, признаются также судебные прецеденты. Под ними в теории права обычно понимал решения судов, вынесенные по конкретному делу и являющиеся обязательными для данных судебных органов, также для всех судов  низшей инстанции при рассмотрении ими аналогичных дел в дальнейшем. В таких странах, как Великобритания и США, судебные прецеденты играют даже более существенную роль, чем акты писаного права. В этих государствах положения законов и подзаконных  актов могут изменяться или отменяться судебными решениями.

В странах  континентальной системы права, в том числе и в России, прецеденты не являются источниками прав. В  этих государствах судебная власть не обладает полномочием принимать  юридически обязательные нормативные положения, а решения судебных органов обязательны только для тех дел, по которым они вынесены. В тоже время, судебная практика в странах континентальной системы играет существенную роль в вопросах уяснения содержания, правильного применения и толкования правовых норм в процессе их реализации.

Некоторые авторы к числу источников МЧП  относят также правовую доктрину – научные труды и высказывания пользующихся известностью и авторитетом  иных-юристов. Сторонники этой точки  зрения утверждают, что в сфере  международного частного права значительно  чаще, чем в рамках других нормативных  правовых образований, возникает необходимость  применения аналогии закона и аналогии права. Данный процесс практически  всегда происходит на основе и в  рамках концепции и схем, разрабатываемых  не на законодательном, а на доктринальном  уровне. Все это, по их мнению, предопределяет безусловную практическую значимость соответствующих теоретических  конструкций в МЧП.⁷

Нет никаких  оснований для определения в  качестве источника МЧП и так  называемого права, творимого участниками  правоотношений. Речь в данном случае идет преимущественно о правилах поведения, разрабатываемых субъектами внешнеэкономических сделок на основе соглашения между ними и закрепляемых в соответствующих контракта. Такие  соглашения, дополняя положения нормативных  правовых актов, более детально определяют содержание прав и обязанностей сторон сделки, процедуру их реализации, форму  и порядок осуществления расчетов между контрагентами, виды и объем  их ответственности и т. д.

Изложенное  выше позволяет отнести к числу  источников международного частного права  внутреннее законодательство государств, международные договоры, судебные прецеденты (для стран англосаксонской системы  права), а также внутригосударственные  и международно-правовые обычаи.

Удельный  вес различных источников МЧП  в правовых системах государств неодинаков. Он зависит от многих факторов, в  числе важнейших из которых следует  выделить исторические традиции развития правовых институтов и правовой культуры, а также национальные особенности  правотворческой и правоприменительной  деятельности той или иной страны. Справедливость такого утверждения  нетрудно проследить при более детальном  анализе классификации, основных разновидностей и содержания отдельных видов источников международного частного права. 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

Заключение 

Международное частное право, совокупность норм, регулирующих гражданско-правовые отношения (имущественные  и связанные с ними неимущественные  отношения, а также отношения  семейно-правовые, трудовые и процессуальные), имеющие международный характер. В этих правоотношениях либо участвуют  иностранцы, иностранные юридические  лица и иностранные государства, либо их объектом является вещь, находящаяся  за границей. Нормы М. ч. п. регулируют прежде всего отношения, возникающие  в ходе международного экономического и научно-технического сотрудничества. М. ч. п. связано с международным публичным правом: ряд норм М. ч. п. непосредственно вытекает из общих начал международного публичного права. Например, норма о неподсудности одного государства судам другого без прямого согласия на это является прямым выводом из ведущего принципа международного права о суверенном равенстве государств (см. также Иммунитет государства). Источники М. ч. п. носят двоякий характер: часть норм М. ч. п. содержится во внутренних законах государств, часть — в международных договорах и некоторых международных обычаях. 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

Список  литературы 

1.Международное частное право. (Учебное пособие) Шевчук Д.А. (2009, 272с.)

2.Международное частное право. (Учебное пособие) Рузакова О.А. (МФПА, 2005, 178с.)