Сталинградская битва

Сталинградская битва.

                                      Введение

«Потомок!

Глядя горделиво

На вольные степи страны,

Припомни,

Как честь отстояли

Не знавшие страха сыны!

Упорный в борьбе, величавый,

В кольце не преступных оград,

У Волги в огне и пожарах

                                                                                    Победу ковал Сталинград».

(Ираклий Абашидзе)

В мире нет ничего страшнее, чем война, никогда и некому не принесла она  ничего хорошего, лишь горе и страдание. Одна из самых страшных и кровопролитных войн  охватила мир с 1939 по 1942 годы, в которую были вовлечены практически все страны мира и поэтому ее и называют мировой войной, второй по счету того кровавого прошлого века.

Прошло уже более 60 лет с того победного 1945 года, как вторая мировая война закончилась крахом Германии на западе, а затем несколько месяцев спустя капитуляцией Японии на востоке. Однако совсем другая ситуация ожидала нашу страну  накануне 22 июня 1941 года.

Надо признать, что армия фашистского вермахта была более подготовлена к войне. Во всех направлениях наша армия отступала, оставляя врагу города и села. Лишь в суровые декабрьские морозы 1941 года под Москвой сконцентрировав все свои силы  наши войска отбросили гитлеровцев от столицы.

Все этапы этой кровавой войны достаточно изучены нашими историками. Но наиболее важным и переломным этапом, когда фашисты по настоящему осознали, что зря они пришли в Россию,  была Сталинградская битва или битва на Волге, которая, по сути, решила исход всей Мировой войны.

Сталинградская битва внесла решающий вклад в достижении коренного перелома в ходе второй Великой Отечественной войны, предопределив поражение Германии и всего блока государств-агрессоров.

В ходе Сталинградской битвы красная армия разгромила свыше 100 дивизий Германии и ее союзников или более 40 процентов всех сил, действовавших против СССР. Общие потери противника на советско-германском фронте составили около 1,7 млн. солдат и офицеров, более 3500 танков, 24 тыс. орудий и 4300 самолетов.

Поражение вермахта под Сталинградом вызвало кризис блока фашистских государств. В битве на Волге были разгромлены лучшие соединения Италии, Венгрии и Румынии. Через два дня после капитуляции 6-й армии Паулюса правительство Финляндии приняло решение о подготовке выхода страны из войны.

Цель моего исследования - определить значение Сталинградской битвы, как этапа коренного перелома в ходе Великой Отечественной войны.

Этому способствует решение следующих задач - определение преимуществ и слабых мест воюющих сторон, определение последствий Сталинградской битвы, ее цены.

Историография

Почти шестьдесят лет назад, 2 февраля 1943 года, уничтожение стратегической группировки немецко-фашистских войск в междуречье Волги и Дона завершилась Сталинградская битва - величайшая во Второй мировой войне. По размаху, длительности, напряженности и количеству участвовавших в ней сил она не имела равных в мировой истории.

В оценке исторической роли Сталинградской битвы у немецких авторов нет единого мнения. В 50-е годы, а также – в первой половине 60-х в ФРГ «под законом «холодной войны» преобладали публикации оправдательного характера, тон задавали мемуары бывших генералов вермахта, в которой основное внимание уделялось не значению Сталинградской битвы в судьбе войны против СССР, а причинам поражения германских войск. Именно тогда были сформулированы долговременные стереотипы о «единоличной ответственности» Гитлера за военные поражения. По мнению исследований сражений на Волге, вина фюрера заключалась в недооценке сил Красной Армии, которая, как полагал последний, «уже полностью исчерпала свой потенциал и вряд ли сумеет его остановить»[1].  Именно это, считают они, побудило «диктатора принять в июле 1942 года решение разделить при осуществлении операции «Блау» войска и, не приостанавливая продвижение к Волге, направить часть из них на для прорыва на Кавказ… это привело к ослаблению тех сил, которые были брошены на превращенный в крепость Сталинград. К тому же главным для Гитлера, как он заявил при обсуждении обстановки новому начальнику генерального штаба сухопутных войск Цейтцлеру, «был прежде всего «фантастический принцип» - удержать Сталинград во что бы то ни стало, ибо сдать его означало потерять всю технику и город навсегда».

Следует отметить, что уже впервые послевоенные годы появились публикации  в которых ответственность за тяжелейшее поражение вермахта под Сталинградом возлагалось на военное и политическое руководство Германии. «Весь немецкий народ… должен, - писал в 1947 году Р. Хердтер[2], - …обвинять неумолимо и неустанно тех, на чьей совести Сталинград, обвинять перед лицом немецкого народа и перед лицом истории, чтобы кощунственные слова из специального сообщения ставки фюрера 3 февраля 1943 года, которые знаменовали собой конец Сталинградской битвы: «Жертвы армии не были напрасны», - а стали правдой». Однако не они определяли основное содержание работ, посвященных битве на Волге.

Лишь позднее произошла «демифологизация» истории Сталинградской битвы, был сделан существенный вклад в реалистическое освещение операции в «тесной взаимосвязи с общими установками о германской войне». В капитальной войне «Германский рейх и Вторая мировая война» в девяти главах описываются события периода Сталинградской битвы. В них прослеживаются стремление нарисовать объективную картину хода боевых действий на советско-германском фронте с весны 1942 года до зимы 1943 года, приводятся критические высказывания Г. Кюхлера, Э. Фромма, адмирала В. Канариса и др. называвших план летнего наступления немецких войск «утопическими», дается объяснение провалу попыток Паулюса окончательно захватить Сталинград, высоко оценивается значение победы красной армии в битве на Волге.

Однако как прежде, так и сейчас часть немецких историков пытается приуменьшить значение сражения на Волге, отрицать его решающее влияние на ход и исход войны, нередко эти исследования ставят его в один ряд со значительно меньшими по масштабам операциями, проведенными англичанами и американцами в 1942-1943 годах на других театрах военных действий то есть, они следуют концепции так называемых поворотных пунктов, имеющей целью провести о второстепенности советско-германского фронта и сформировать искаженное представление о решающих военных событиях.

Суть этой операции заключается в том, что читателю внушается локальная точка зрения на ход и исход войны, которая снимает вопрос о решающем фронте войны против фашистского блока. Ряд немецких историков утверждает, что Вторая мировая война делится на две фазы: оборонительную и наступательную, а на границе их были «поворотные пункты», которые и определили в конечном итоге исход войны.

Г. – А. Якобсен пишет, что «Сталинград был одной из крупнейших катастроф германской стратегии войны. Но она не является единственной, а только лишь одним имевшим решающий характер поражением стратегического масштаба». «В ноябре, - утверждает он, - союзники высадились крупными силами в Алжире и Марокко; в то же самое время Роммелю пришлось под Эль-Аламейном со всей своей армией неудержимо отступать на запад, и отступление это закончилось в мае 1943 года капитуляцией группы армий «Тунис». По мнению, «именно эти три события и прошедший весной 1943г. крах германской подводной войны означали в военном отношении поворотный пункт Второй мировой войны»[3].

По мнению Г. Дамса, перелом в ходе Второй мировой войны наступил в следствии нескольких операций на Средиземноморском театре военных действий, начиная с «воздушной битвы за Мальту», кончая «германско-итальянской капитуляцией в Тунисе», «советским зимним наступлением 1942-1943 гг.» и «провалом подводной войны»[4]. Г. Доллингер и Г. – А. Якобсен утверждают, что «Мидуэй, Гуадалканал, Эль-Аламейн, Тунис и Марокко, Сталинград, подводная война, бомбардировка Германии. Аналогичная точка зрения и у Форстмайера[5].

Немецкие историки, придерживающиеся этой концепции, если и оценивают победу Красной Армии под Сталинградом как поворотный пункт, то только по отношению к военным действиям на восточном фронте. Б. Вегнер, например, утверждает, что было бы ошибкой безоговорочно трактовать поражение под Сталинградом как «коренной перелом в войне»[6].

Совершенно иным будет ответ на вопрос, явилась ли гибель 6-й армии на Волге началом коренного поворота в военных действиях на восточном фронте? Отвечая на него, он так определяет свою позицию: «Там вермахт, по крайней мере, два раза был близок к решению стратегической проблемы. Как наступление осенью 1941 года на Москву, так и операция летом следующего года на южном участке фронта вполне могли повлечь за собой развал советской системы обороны и даже крах сталинского режима… Поражение на Волге окончательно лишило сражавшиеся на восточном фронте германские войска способности в третий раз создать такую же решающую ситуацию, как два года предыдущих года. Они навсегда утратили стратегическую инициативу на этом (как, впрочем, и на всех остальных) театре военных действий».

По мнению отечественных авторов, несопоставимость масштабов, а главное, результатов и военно-политических последствий перечисленных операций и крупнейших битв на советско-германском фронте очевидна. В сражении в районе Эль – Аламей - в Северной Африке потери итало-немецких войск составили 55 тыс. человек. На острове Гуадалканал американское командование высадило 7 августа 1942 года всего одну дивизию морской пехоты. Решающие сражения, а сними и поворот событий на Тихом океане началось значительно позднее.

Под Сталинградом же была окружена 330-тысячная группировка противника. Только за время операции по ликвидации окруженных немецких войск с 10 февраля 1943 года войска Донского фронта взяли в плен, по последним немецких историков, около 113 тыс. солдат и офицеров 6-й армии – немцев и румын, в том числе и 22 генерала. В ходе контрнаступления Красной Армии под Сталинградом с 19 ноября 1942 по 2 февраля 1943 года потери противника составили свыше 800 тыс. человек. Вермахт лишился 32 дивизии и 3 бригад, а 16 его дивизий понесли такие потери, что их пришлось выводить с фронта на доукомплектование. Всего же во время Сталинградской битвы враг потерял около 1,5 млн солдат и офицеров, т.е. более четверти всех сил, которыми располагал тогда фашистский блок на советско-германском фронте. 

Не случайно, что многие немецкие историки не разделяют теорию «поворотных пунктов». Летом 1982 года в Берлине состоялся международный семинар по случаю 40-летия Сталинградской битвы. В его проспекте говорилось, что он посвящен «крупнейшему событию в преступной войне против Советского Союза, защитникам Сталинграда, которые гордились поворота в войне и создали условия для освобождения Германии и Европы от гитлеровской диктатуры и фашизма». Х. Гайс, выступая на нем, заявил, что не согласен с тенденцией рассматривать «в одном и том же контексте битву под Сталинградом, сражение в районе Эль-Аламейна и в Тунисе»[7]. В его докладе прозвучала мысль о том, что «решающее значение для Германии имели Сталинградская битва и советско-германский фронт в целом».  Генерал Цейтцлер, бывший во время Сталинградской битвы начальником генеральского штаба сухопутных войск вермахта, заявил: «Ход событий показал, что Сталинградское сражение действительно оказалось поворотным пунктом всей войны». С ним солидаризируется и Г. Дерр, который признает, что «Сталинград стал поворотным пунктом Второй мировой войны»[8]. Для Германии битва под Сталинградом была тягчайшим поражением в ее истории, для России - ее величайшей победой». А бывший офицер 6-й немецкой армии И. Видер писал о катастрофе вермахта на Волге, что она «была своего рода репетицией полного политического, идеологического и морального крушения нацизма»[9].

Немецкие историки и мемуаристы отмечают, что на Волге не только были разгромлены лучшие соединения вермахта, но и сломлен моральный дух солдат и офицеров. Победа советских войск психологически потрясла немецкий народ. «Поражение под Сталинградом, - признавал в последствие генерал Вестфаль, повергло в ужас, как немецкий народ, так и его армию. Никогда прежде за всю историю Германии не было столь страшной гибели такого количества войск».

Сталинград стал катастрофой для немецкой нации, считавшей себя расой господ. Трагическое положение 6-й армии «до глубины души потрясло весь народ. Кроме того, оно резко изменило оценку населением общего положения на фронте.  «В обществе, - подчеркивалось в другом донесении от 4 февраля 1943 года, - господствует убеждение, что Сталинград стал переломным моментом в войне». И далее следовал вывод о том, что «широкие круги населения пребывают в глубоком пессимизме». Немцы теперь уже спрашивали не «когда же мы наконец одержим победу?», а «сколько мы сумеем продержаться, чтобы исход войны оказался более менее благоприятным для нас?». Впервые с началом войны жители германских городов и сел вместо бравурных маршей услышали погребальный звон церковных колоколов. Нацистские правители объявили в стране трехдневный траур.

3 февраля 1943 года А.С. Чуянов сделал в дневнике следующую запись: «На второй день наступившей здесь оглушительной тишины, преодолевая буераки и овраги, я въехал весь город. Путь от Бекетовки до Тракторного и обратно занял более десяти часов. Передо мной предстала картина гигантских разрушению город лежал в развалинах, догорали руины рабочих поселков. Из подвалов несло едким дымом и смрадом разлагающихся трупов. Не сохранилось не одного из 126 предприятий, при этом 48 заводов полностью стерты с лица земли. Мертвыми гигантами замерли «Красный Октябрь», «Баррикады», СТЗ. Оккупанты уничтожили свыше 41 тыс. домов, или более 90% городского жилого фонда. Выведены из строя железнодорожный узел, речной порт, средства связи, водопровод, радиосеть. Трамвайные и шоссейные мосты взорваны…  В феврале городской Совет депутатов провел учет населения. В Ерманском районе зарегистрировано 33 жителя: 20 взрослых и 13 детей. Во всей центральной части Сталинграда зарегистрирован 751 житель»[10]. Согласно первой переписи населения, проведенной в Сталинграде вскоре после битвы, в городе насчитывалось 10000 жителей, в том числе 994 ребенка, 9 из которых нашли своих родителей[11].

Победа под Сталинградом была оплачена дорогой ценой жизней защитников социалистической Родины. По официальным данным общие численные потери боевого состава советских войск в Сталинградской битве составляли 1 126 619 человек, в том числе безвозмездные потери – 478 741 человек[12]. В последние годы предпринимаются попытки уточнить потери Красной Армии в Сталинградской битве. Советские потери фронтов Сталинградского направления составили 1 347 214 человек, из них 674 990 – безвозвратные потери. Это без учета войск НКВД и народного ополчения. С 17 июля 1942 года по 2 февраля 1943 года потери в технике по фронтам Юга - Западного и Сталинградского направлений составили 524 800 единиц стрелкового окружения, 15 052 орудий и минометов. 4341 танк и 5654 – боевых самолета[13].

Разумеется, уточнение статистических данных минувшего сражения заслуживает положительной оценки. Но дело приобретает совершенно иной оборот, когда под видом поисков «исторической правды» искусственно завышаются наши потери. Это с неблаговидной целью доказать, что наша победа под Сталинградом, как и вся Победа в целом, была оплачена потомками людской крови из-за неумелого военного руководства и вопреки существующему социалистическому строю и его военно-политических руководителей[14].

Победа в Сталинградском сражении в решающей степени предопределила исход Второй мировой войны. «На рубеже века Сталинград был признан решающей битвой не только Второй мировой войны, но и эпохи в целом»[15], - к такому выводу пришел британский историк Дж. Робертс.  

Основная часть

Предпосылки начала Великой Отечественной войны

Цель немецкой фашисткой армии заключалась в том, чтобы отрезать Москву и центр нашей страны от Бакинской нефти и продовольственных товаров численность и оснащенность немецких войск в несколько раз превышало советские войска. Но ни это, ни другие преимущества гитлеровцев не смогло помешать во время мобилизовать дополнительные войска советских сил. Также важную роль в Сталинградской битве сыграл: стойкий моральный дух и великая вера, и сила в победу русских солдат и военноначальников, а также народа в целом.

Прелюдией любой войны служит какая-либо дипломатическая деятельность. Поэтому я хочу рассмотреть характер внешней политики СССР и Германии в 30-х - начале 40-х годов двадцатого века.

В 1933 году Адольф Гитлер стал новым рейхсканцлером Германии. Результатом этого стала резкая смена курса внешней политики. Но в начале правления нового лидера изменения были не столь заметны. Первые грозные сигналы стали заметны в 1936 году. Уже в 1936 году нацистское руководство рассматривало все военное планирование через призму своей основной цели - нападение на СССР. В соответствии с этим Гитлер требовал: Итак, я ставлю следующие задачи:

1. Немецкая армия через четыре года должна быть готова к бою.

2. Немецкая экономика в течение четырех лет должна быть готова к войне.

24 июля 1937 года была введена в силу новая “Директива о единой подготовке Вермахта к войне” за подписью военного министра Вернера фон Бломберга. Он отмечал, что необходима “постоянная готовность Вермахта к войне:

а) чтобы отразить любое нападение;

б) быть в состоянии использовать для войны, создавшиеся благоприятные политические возможности.

Это должно быть учтено при подготовке Вермахта к возможной войне в мобилизационный период 1937/38 гг.».

25 ноября 1936 года в Берлине заключен “Антикоминтерновский пакт” между Германией и Японией, оформивший блок этих государств в целях завоевания мирового господства. В ноябре 1937 года к этому договору присоединилась Италия. Таким образом, образовалась ось Рим - Берлин - Токио. 4 февраля 1938 года указ Гитлера преобразовал военное министерство в штаб Верховного Главнокомандования и подчинил его непосредственно фюреру. Затем агрессивная внешняя политика вылилась в аншлюс Австрии и захват Чехословакии. Затем последовало нападение на Польшу, которое начало мировую войну. Что же делали наиболее вероятные противники Германии в будущей войне: Англия, Франция и СССР. 17 апреля 1939 года советское руководство предложило западным державам тройственный договор о взаимопомощи. Переговоры шли крайне медленно. В конце июля 1939 года западные державы приняли советское предложение начать переговоры по военным вопросам. Миссия Англии и Франции прибыли в Москву 11 августа. Затем переговоры зашли в тупик. После этого Сталин резко изменил курс внешней политики и стал искать сближения с Германией. Сближения с СССР искала и Германия, и 23 августа 1939 года был заключен договор о ненападении сроком на 10 лет. Одновременно был подписан “секретный дополнительный протокол”, определивший сферы интересов обеих сторон от Балтийского до Черного морей. По этому договору в зону влияния СССР попали Финляндия, Литва, Латвия, Эстония, Бесарабия, Буковина, районы Польши с украинским и белорусским населением. Эти районы и были присоединены к СССР в 1940 году, за исключением Финляндии, которую защитило мнение Лиги Наций.

Пакт о ненападении был выгоден обеим сторонам. Германии он предоставлял возможность разобраться с Англией и Францией и лучше подготовиться к войне против СССР. В свою очередь СССР имел возможность укрепить промышленность и подготовить Красную Армию к войне против Германии. Однако, усыпляя бдительность Советского государства, фашистская Германия грубо нарушила условия пакта  и 22 июня 1941 года, без объявления войны вторглась в пределы Советского союза, началась Великая Отечественная война.

«Война в России (заявил Гитлер) будет такой, которую нельзя будет вести по рыцарским правилам.  Это будет борьба идеологий и расовых противоречий, и она будет вестись с беспрецедентной безжалостной и неутомимой жестокостью. Все офицеры должны отвергнуть от себя устаревшую идеологию… я категорически требую, чтобы мои приказы беспрекословно выполнялись. Комиссары являются носителями идеологии, противоположной национал-социализму, поэтому комиссары должны быть ликвидированы»[16].

Гитлер сделал вывод, что Германия должна приобрести более обширное пространство, пригодное для сельского хозяйства, в малонаселенных районах Восточной Европы. Было бы глупо надеяться, что ей добровольно уступят его. «История всех времен, в том числе Римской и Британской империи доказывает, что всякое расширение пространства может происходить только путем преодоления сопротивления, и причем с риском»[17]. Эту проблему необходимо решить, самое позднее, к 1945 году – «после этого периода можно ожидать лишь изменения обстановки не в нашу пользу». Возможные выходы будут блокированы, и неизбежно наступит продовольственный кризис.

Военное положение Советского Союза было трудным и опасным. Немцы захватили Крым, Кубань, вышли к Волге, проникли на Северный Кавказ, достигли предгорий Главного Кавказского хребта. Враг оккупировал огромную территорию, где до войны проживало 80 млн. советских людей и выпускалась треть валовой продукции промышленности СССР.

Разгром под Сталинградом потряс всю Германию, и это потрясение из гущи немецкого народа эхом докатилось до верхнего командования германских вооруженных сил. Сознание неизбежного поражения, хотя до фактического проигрыша войны было еще далеко, разрасталось как гигантская тень.

На период военных действий под Сталинградом, экономическое развитие нашей страны, ослабленное периодам эвакуаций заводов и предприятий, заметно стабилизировалось, что не могло отразиться на значительном пополнении средств вооружении. Стало производиться больше танков, «Катюш», снарядов и боеприпасов к ним.  На предприятиях была организованна трехсменная трудовая вахта. Люди и жили и работали, непосредственно у своих рабочих мест, так что победа ковалась в глубоком тылу. А вместе с тем, после провидения ряда переговоров, от берегов Америки потянулись караваны судов с помощью союзников, в состав которой входило: вооружение, боеприпасы, продовольствие. Это помощь имела регулярный и систематический характер, что также в положительном смысле повлияла на фронтовую обстановку.

Контрнаступление советских войск под Сталинградом

(19 ноября  1942 г. – 2 февраля 1943 г.)

Назревание перелома на советско-германском фронте

Наступление возможности вермахта к осени 1942 г. были основательно подорваны. В ходе борьбы Красная Армия перемолола силы врага и постепенно добилась изменения стратегической обстановки на советско-германском фронте.

Наступавшая на 1300-километровом фронте немецкая группа армий «Б» так и не смогла преодолеть сопротивление противостоящих ей советских войск. Ее главная ударная группировка-6-я и 4-я танковая армии - втянулись в натяжные бои в Сталинграде и на Нижней Волге. Для восполнения огромных потерь немецкое командование вынуждено было перебросить 32 дивизии с кавказского направления. Группа армий «А» (немецкие 1-я танковая и 17-я полевая армии) овладела значительной территорией Кавказа, но врагу так и не удалось заполучить ни грозненский, ни бакинский нефтеносный район. На Кавказе, как и под Сталинградом, положение противника становилось все более угрожающим. Его оперативные и стратегические резервы были израсходованы.

К концу 1942 года с Советском Союзе, в основном, завершились перестройка тыла, в результате чего были созданы материальные условия для достижения коренного перелома в войне. По производству основных видов вооружения (танков, боевых самолетов, артиллерии) Советский Союз обогнал Германию.

В результате возросшей роли Красной Армии и огромных потерь, понесенных вермахтом в ходе оборонительного этапа Сталинградской битвы и битвы за Кавказ, к ноябрю 1942 г. соотношение сил на советско-германском фронте изменилось в пользу советских войск.(Таблица 1)

К тому времени в составе действующией германской армии находилось 6795 тыс. солдат и офицеров, из них на советско-германском фронте 5 млн. всего же с учетом войск сателлитов противник имел на советско-германском фронте 6,2 млн. солдат и офицеров, 51 680 орудий и минометов, 5080 танков и штурмовых орудий и 3500 боевых самолетов. В действующией Красной Армии к этому времени были 6591 тыс. солдат и офицеров, 77 850 орудий и минометов, 7350 танков и САУ, 4544 боевых самолета. Таким образом, враг уже не обладал былым превосходством в боевой технике и вооружении. Существовавшее к началу войны и в летней кампании 1942 г. превосходство противника в живой силе также было ликвидировано.

В результате грандиозных оборонительных операций Красная Армия на Дону, под Сталинградом и на Северном Кавказе к началу зимней компании 1942-1943 г. создались благоприятные условия для контрнаступления советских войск на южном крыле советско-германского фронта. Зимняя компания 1942-1943 г. должна была начаться контрнаступлением Красной Армии в районе Сталинграда, в междуречье Волги и Дона, с целью уничтожения находившихся здесь ударной группировки армий «Б» (6-й немецкой танковой армии генерала Гота).

Соотношение сил и средств на советско-германском фронте

В ноябре 1942 г.

Таблица №1[18]

Разгром основных сил группы армий «Б» в междуречье Волги и Дона привел к крушению обороны противника на южном крыле советско-германского фронта и к отсечению увязшей на Кавказе немецкой группы армий «А». от успеха контрнаступления под Сталинградом зависела возможность проведения советскими войсками всех последующих операций зимне-весенней компании 1942-1943 г.

Замысел контрнаступления советских войск

под Сталинградом

План контрнаступления под Сталинградом предусматривал ударами войск Юго-западного, Донского и Сталинградского фронтов с плацдармом на Дону, в районах Серафимовича и Клетской, и из района Сарпинских озер разгромить прикрывавшие фланги сталинградской группировки противника 3-ю и 4-ю румынские и 8-ю итальянскую армии и, развивая наступление по сходящимся направлениям на Калач, Советский, окружить главные силы немецкой группы армий «Б», действовавшие непосредственно под Сталинградом. В дальнейшем предполагалось отрезать вторгшуюся на Кавказ группу армий «А» и ликвидировать окруженную в Сталинграде группировку врага.

По характеру задач, решаемых советскими Вооруженными Силами, в Сталинградской стратегической наступательной операции выделяют:

- операцию по окружению сталинградской группировки противника (кодовое название-операция «Уран»);

- оборонительно - наступательную операцию по срыву попыток деблокады окруженной в Сталинграде немецкой группировки фельдмаршала Паулюса (Котельниковская наступательная операция);

- Среднедонскую наступательную операцию (кодовое название-операция «Малый Сатурн»);

- операцию по ликвидации, окруженной в Сталинграде группировки Паулюса (кодовое название-операция «Кольцо»).

Соотношение сил и средств на сталинградском направлении к началу  контрнаступления

Таблица 2 [19]