Стиль жизни российской молодежи
ИНСТИТУТ ДОПОЛНИТЕЛЬНОГО
Контрольная работа
по дисциплине социология
Тема: « Стиль жизни российской молодежи»
- Стиль жизни российской молодежи.
Вокруг
молодежи как социальной
связанные как с определением самого понятия, так и с расшифровкой
«места, функции и предназначения» молодежи. Актуальность
подобных дискуссий очевидна. За нынешней молодежью – будущая
власть, ценности, культура. Одни молодежные группы демонстрируют
инновационность, другие – традиционность, подчас большую, чем
взрослые поколения. И те, и другие группы, пусть и по-разному, но
вызывают у родителей и
переходящие в панику: «Что ждет в будущем нас и наше общество,
когда нынешняя молодежь такова?»
В современном обществе одновременно сосуществует несколько
дискурсов молодежи, как доминирующих, так и радикальных. При этом
первые всегда формируются под патронажем господствующей в
государстве идеологии и поддерживаются соответствующей политикой.
Один из интересных парадоксов в отношении к молодежи заключается в том,что ни к какой другой выделенной по возрастному признаку социальной группе не проявляется подобного интереса, подогреваемого желанием расшифровать ее функции.
Можно назвать несколько дискурсов, оставивших наиболее «заметный»
след в истории
дискурсы проблематизации – акцент на «девиантном» характере новых
молодежных практик, идеализации – инвестиции в развитие «прогрессивных» молодежных трендов, романтизации –
художественное представление о молодежи как об образе «надежды,
весны и пробуждения», эксплуатации – использование символов молодежного потребления в качестве упаковки коммерческих
предложений (в экономике – реклама, политике – молодежный
электорат, в массовой и популярной культуре – шоу-бизнес).
Современная российская молодежь стала одним из самых активных
и властных социальных субъектов. От ее экономического,
политического и культурного выбора во многом зависит развитие
общества. Однако многие из реальных проблем молодежных практик
остаются вне академического и исследовательского интереса.
Молодежная «проблематика» не входит в перечень приоритетов
научных фондов и школ. Отдельные проявления современной
молодежной жизни попадают в сферу государственной заботы только в
ситуации явной угрозы общественной стабильности. «Взрослые»
дискурсы остаются невероятно противоречивыми даже в ситуации
бесспорной опасности, например роста молодежной наркотизации. До
сих пор в обществе не найдено согласия, некоего «всенародного
консенсуса» относительно причин, путей и методов реагирования на эту
социальную болезнь. Политика федерального уровня оторвана от
региональной, между субъектами антинаркотической деятельности
продолжается конкуренция за право единоличного решения. Боль и
страдания родителей и самих наркозависимых служат источником
прибыльного бизнеса и сомнительного политического пиара.
Информационное пространство вокруг этой проблемы выглядит очень
запутанным. Публичный медиа-дискурс одной рукой заигрывает с этой
темой, делает промоушен наркотикам, а другой – реализует
душещипательные проекты «откровенного» разговора с молодежью,
сопровождая их «страшилками» из жизни «законченных нарков».
Социология молодежи (контекст, которой ждет своей
деконструкции) переживает серьезный кризис. Он связан не только с
необходимостью дополнения возрастного критерия в определении
молодежи социокультурными измерениями. Не менее важен отказ от
любой унификации этой сложной социальной группы.
Понятия взяты в кавычки в силу условности их исторических контекстов, которые формулируются в соответствии с властными дискурсами.
Трансформаций современного молодежного пространства сводится к
одному, пусть и действительно значимому признаку.
Ждет своего переосмысления новый статус молодежи в обществе.
Отечественная социальная наука, вырвавшись из ограниченных рамок
двух противоположных подходов:
период и ее проблематизации в постперестроечную эпоху, находится в
поиске новых векторов, внутри которых можно было бы разместить
практики, характерные для современной российской молодежи. Они не
имеют аналогов или образцов в прошлых поколениях. Следовательно,
не менее важно разработать новый понятийный аппарат, включающий
в себя «живые» образы, описывающие молодежное пространство
языком, адекватным новым феноменам культурных молодежных сцен.
Для реализации этого подхода явно недостаточно, а подчас и
неэффективно использование
опросов. Для того чтобы услышать «собственно» молодежь, больше
внимания следует уделять их «качественным» портретам.
Не стоит говорить о резком понижении социально-культурного
статуса молодежи, скорее всего – об изменении оснований для его
определения. Так, например, ждут своего анализа такие проблемы, как
молодежная безработица, жесткое социальное расслоение, усложнение
стартовых условий вхождения в жизнь, новые социально-культурные
ресурсы и их разная доступность для молодежных групп, не всегда
напрямую связанная со структурными и формальными статусными
признаками.
Новые молодежные практики во многом являются
институциализирующимися реакциями на увеличение риска во всех
сферах современной жизни. Ситуации риска стимулируют развитие
индивидуализма как основной «достижительской» стратегии. Множатся
представления об успехе и приемлемых путях его достижения. Растет
значимость такого социального ресурса, как стиль жизни, наряду со
снижением значимости унаследованного от родителей социального и
культурного капитала. Меняются представления о безопасности: защита
личного пространства во многих случаях оказывается значимее
государственной (как в национальном, так и интернациональном
измерении). Глобальные процессы трансформации российского
общества усугубляют социальное неравенство. Разнообразие
возможностей для
шансов ведут к
заметно в сфере труда и потребления.
В качестве такого принципа может быть социальный статус (школьники,
студенты, молодые специалисты) или, например, тип субкультурной активности и др. Связаны не только с более значимым имущественным расслоением, что отражается в анализе современной российской реальности. Различия между группами молодежи могут быть связаны и со стилевыми предпочтениями, что особенно ярко проявляется в культурных
практиках. Меняется и смещается смысл труда: не так важно, кто, как и
сколько работает, как то, в какой отрасли и фирме и в каком
территориально-географическом пространстве. Стихийно, аморфно и
неопределенно развивающаяся социальная структура не только
углубляет социальное неравенство и способствует маргинализации
значительной части
социальную маркировку, с помощью
которой можно отнести
к той или другой страте.
Новые социальные реалии, вызванные трансформацией
(модернизацией, изменением) практически всех векторов ценностно-
нормативного пространства, привели к нарушению, а иногда и к
разрыву социальной коммуникации между старшим и молодым
поколением. Развитие и сосуществование разных социокультурных
контекстов (жизненных миров «взрослых» и «молодых») имеет не
только негативные, но и позитивные стороны. Будучи не связанной
какими-либо определенными «социальными обязательствами»,
современная молодежь оказывается более приспособленной к
сегодняшней жизни. И если для «родителей» богатый жизненный опыт
был дорогим социальным капиталом, то в условиях трансформации
одним из значимых ресурсов «техник выживания» становится
способность и готовность к отказу или быстрому переосмыслению
ценностей любой степени «вечности». Вероятно, благодаря наличию
этих качеств современная
меняющимся условиям жизни, быстрее осваивает рыночные практики и
индивидуальные техники
потребительские предложения, проще включается в информационные
сети, овладевает ее технологиями. Молодежь из «продвинутых»
(новаторских) стилевых групп оказывается более мобильной, менее
привязанной к привычным приметам стабильности. Индивидуализм
означает освобождение от обязательных групповых связей –
дружеских, семейных, соседских, коллективистских; при этом индивид
сам определяет действия и несет личную ответственность за поступки,
успехи и неудачи. Не стоит впадать в крайность и идеализировать новое поколение, «по умолчанию» считая его одинаково адекватным новым условиям «Продвинутые» (понятие используется и в молодежном сленге) – это те, кто максимально включены в новомодные культурные и стилевые тенденции, открыты новому опыту, склонны к инновациям и риску и т.д.
Постоянство неопределенности формирует, с одной стороны,
завышенные притязания, с другой – ограниченность возможностей.
Развиваются и институциализируются помимо «продвинутых» и другие
практики сосуществования с риском: иждивенчество, социальный
цинизм и инфантилизм, полукриминальная и криминальная активность,
вещественные злоупотребления (алкоголизация, наркотизация).
Происходят усложнение и более тонкая дифференциация
современных культурных молодежных сцен. В массовых продуктах,
рассчитанных на молодежные аудитории, смешиваются стили, жанры,
эпохи. Медиа-тексты обращаются к разным молодежным группам на
отличающихся «культурных языках», активно формируя подчас
диаметрально противоположные культовые иерархии. Массовая
культура, эстетика множественности, популярное чтиво превращаются
в вещи, широко предлагаемые на рынке и рассчитанные на
невзыскательные вкусы. В молодежной среде это находит выражение в
большей поляризации, с одной стороны, и смешении, с другой,
различных клубных сцен, которые пытаются балансировать между
андеграундом и попсой, для того чтобы сохранять и увеличивать свою
аудиторию.
Не менее важна для понимания современной молодежи и такая
новая тенденция, как развитие шоппинг-культуры. Товары все больше
приобретают не только утилитарное, но и символическое значение,
походы в магазины становится родом активности, все менее зависимой
от реальных потребностей. Шоппинг-центры, мега-магазины,
постепенно отвоевывающие
столицах и мегаполисах, становятся своего рода «народными
университетами», помогающими молодежи формировать вкус, стиль,
пристрастия.
Новые культурные практики и создаваемые ими проблемы требуют
другого прочтения и осмысления. В формировании и развитии свежих
подходов к пониманию
только главная задача, но и пафос или, как говорят актеры, «кураж»
столь увлекательного занятия, каковым является социология молодежи.
Понятие молодежи в контексте современности
Понятие «молодежь» неизбежно ассоциируется с тем новым, что
возникает в любой культуре. Если отталкиваться от сказанного выше,
то может помимо ожиданий обновления появиться и ощущение
опасности для будущего нашего общества. Непонимание специфики
современной молодежи может прямо привести к подтверждению
«страшных» диагнозов
потребления, не только наркотиков и алкоголя, но и вещевого. Особую
опасность и тревогу вызывают увлечения «новейшими» экспериментами в поп-музыке, видео с насилием и жестокостью, столь же «кровавые» компьютерные игры и, конечно же, рост молодежной преступности, криминализация современного языка культуры на фоне общего разложение морали и нравственности.
Трагические «прогнозы», основанные лишь на единственном
объединяющем молодежь признаке – возрасте, приходят в явное
противоречие с
жизни, вере в прогресс и надежде на преодоление кризисов
современности.
Многие серьезные ученые, начиная с Карла Маннгейма, а сегодня,
например, такие авторы, как Ж. Форнас, Г. Болин , считают, что
молодежь вместе творцами искусства и учеными составляет в обществе
наиболее продуктивную группу. Именно она способна «посеять» нечто
новое и воспринять то, чего ранее не существовало. Нельзя не
заметить, что «разность» молодежи проявляется вовсе не только в
росте негативных привычек и пристрастий. Масса свидетельств тому,
что у части молодежи наблюдается значительный рост интернальности,
то есть готовности отвечать за себя. Наиболее продвинутая молодежь
легче адаптируется к новым условиям, готова наращивать свой
социальный ресурс путем увеличения образовательного и культурного
капитала, стремится получать разнообразный опыт. Эта молодежь
открыта усвоению новой трудовой этики, принятию либеральных
ценностей, склонна верить в будущее и в свои способности влиять на
него.
Наряду с «новаторами» описанного типа есть и консервативные
группы молодежи, продолжающие хранить старые рутинные привычки
и обычаи. Кто-то стремится вернуться не только к родительским, но и к
«дородительским», традиционным, патриархальным, религиозным
ценностям. Часть современных молодых становится конформистами,
другие обращаются к идеям фундаменталистов, примыкают к
тоталитарным сектам, некоторые включаются в радикально-левые,
другие – в расистские и профашистские движения.
Шведские авторы предлагают проанализировать влияние
современности на изменение представлений о молодежи с помощью
таких понятий, как разъединяющий кризис, культурное освобождение,
индивидуализация и
Первые два понятия связаны с изменениями в нормах и традициях,
произошедшими за последние десятилетия прошлого века.
Сегодняшняя молодежь, в том числе и российская, во многом утратила
или значительно изменила смысл родительских норм и ценностей.
Иначе говоря, в понятии «разъединяющий кризис» отражаются
сущностные трансформации, которые относятся к статусной позиции и
стилям жизни всех социальных групп. В общении между нынешним
молодым поколением и их «родителями» эти трансформации
«работают» на разрыв традиционных семейных и соседских связей,
норм и ценностей.
В понятии «культурное освобождение» отражаются изменения в
характере воспитания и социализации нынешней молодежи.
«Индивидуализация» трактуется названными авторами в узком
контексте развития «нарцисстической структуры потребностей»
(концентрация на себе, своего рода самолюбование). Вместо героев
классических романов, учителей и родителей образцами для
самоидентификации все чаще становятся идолы и кумиры рыночной
экономики, а своя компания становится для молодых людей подобием
«социальной матки».
«Рефлексивность» означает, что современная молодежь имеет
намного больше возможностей для сознательного планирования своей
позиции в жизненном мире, что скорее всего лишь частично
справедливо для российского общества с его экономическими и иными
проблемами, серьезно ограничивающими свободу жизненных планов.
Новое поколение – новые стили жизни.
Тендерных различий в трудовом поведении выпускников университетов
и техникумов в течение двух лет после окончания обучения.
Выбор стилевого анализа трудовых биографий связан с культурными
доминантами молодежного возраста и значимостью потребительских
практик для формирования основных измерений личности. Стиль жизни
непосредственно «участвует» в конструировании жизненных и
профессиональных стратегий. Стиль жизни – это способ, которым живет
индивид или группа, это ценностный стержень, который направляет
индивида на цель, определяет пути достижения успеха с точки зрения
их приемлемости или неприемлемости в контексте его ценностного
мира, помогает корректировать и «проверять» жизненно важные
решения .
Представления о шансах реализации избранной стратегии могут
варьировать от заниженных до адекватных и завышенных. Это связано
с множеством экономических, культурных и других барьеров, равно как
и с отношением к ним самих молодых людей. К «реально объективным»
следует отнести отношения
«символически объективным» можно отнести те, которые
конструируются внутри различных культур, как, например, гендерные
или этнические. Их объективность заключается в том, что различные
гендерные и этнические порядки, принимаемые большинством в тех или
иных сообществах (семье, коллективе, группе) способны «управлять»
социальным поведением индивидов. Не менее значимы и субъективные
барьеры, связанные с личностными особенностями индивидов –
волевых и безвольных, талантливых или не очень способных и т.д.
Иначе говоря, помимо реальных барьеров в желаемой социализации
юноши и девушки сталкиваются и с собственными, дополняющими
практики исключения (и даже дискриминации), самоизоляцией и
самоограничениями.
2. Анкетирование учащихся 10-11 класса МБОУ «Потьминская СОШ» Свободное время, организация досуга подростков вне школы.
( Рядом с нужным вариантом ответа поставьте галочку)
1. Много ли у Вас свободного времени?
А) достаточно
Б) 1-2 часа
В) только выходной
2. Посещаете ли Вы какие-нибудь кружки (секции, муз. школу)?
А) да
Б) нет
3. Всем ли Вы довольны при посещении кружков?
А) да, мне интересно проводить там время
Б) нет, оснащение помещений слишком старое (некачественное)
В) нет, преподаватель (тренер, учитель) не уделяет мне должного
внимания
Г) другое________________________
4. С кем Вы проводите свободное время?
А) в кругу семьи
Б) в компании друзей
В) в одиночестве, дома
5. Как Вы проводите свободное время?
А) по возможности посещаю театр (кино, концерты, музеи)
Б) гуляю во дворе, разговариваю с друзьями
В) смотрю телевизор, слушаю музыку
Г) другое ______________________________
6. Как Вы считаете, много ли бесплатных акций для молодёжи (концертов, праздников и т.д.) проводится в Зубово Полянском районе?
А) да, можно с пользой и весело провести время
Б) нет, за то, что действительно интересно, приходится платить
7. Как Вы думаете, что нужно сделать для улучшения досуга подростков ?
А) нужно увеличить количество доступных секций по всем интересам современных подростков
Б) нужно организовывать больше развлекательных мероприятий
В) думаю, что изменять ничего не надо
Г) другое ______________________________
Анализ по результату анкетирования
В целях выяснения способов проведения досуга несовершеннолетними, посещаемых ими в свободное время мест, мной была , проведен социологический опрос среди учащихся нашей школы.
Всего в социологическом опросе приняли участие 72 человек.
На вопрос «Много ли у Вас свободного времени?» 22 человек из 72 ответили «достаточно», 42 чел. – «1-2 часа». Остальные 8 подростков написали, что имеют свободное время только по воскресеньям.
Современные дети действительно очень загружены: после школы 53 человека посещают кружки , 17 человек отдыхают дома.
Ребятам, безусловно, нравится проводить на кружках время (62 чел.), однако некоторые сожалели о том, что оборудование секций слишком старое (8 чел.). 2 подростка пожаловались, что иногда не хочется тратить на кружок единственный выходной из-за усталости после школьной недели.
Если у подростков появляется свободное время, то чаще всего они проводят его в компании друзей (56 чел.), или в кругу семьи (29 чел.). Остальные, по причине «жуткой усталости» проводят свободное время в одиночестве, дома (16 чел.).
Большинство подростков от 16-17 лет считают лучшим отдыхом прогулки с друзьями (48 чел.), 40 человек сидят дома, слушая музыку или смотря телевизор. Лишь 22 подростков по возможности стремятся к культурному отдыху – посещению театров, музеев, кино. Отрадно, что 18 человек из 72 самым хорошим отдыхом называют посещение молодёжных организаций, кружков, клубов.
На вопрос «Много ли бесплатных
акций для молодёжи проводится в
Зубово - Полянском районе?»
Самым главным для улучшения досуга подростки считают увеличение количества развлекательных мероприятий (48 чел.). «Занятий хватает, но иногда по выходным хочется развлечься по-другому, »- таков аргумент 5 человек. 29 настаивают на создании секций по всем интересам подростков, «а не только по шитью и спорту», как написали 4 подростка. Лишь 5 человек считают, что ничего менять не надо, «всего достаточно».
Некоторые подростки с
энтузиазмом отнеслись к
- построить больше спортивных комплексов (преимущественно от мальчикиов);
- сделать бесплатные дискотеки в клубах (от девочек);
- проводить побольше мероприятий на открытом воздухе, при любой погоде;
- построить молодёжные центры отдыха.
При проведении анализа анкетирования я столкнулась с проблемой чрезмерной загруженности подростков школьными занятиями, которая и является причиной дефицита свободного времени. 45 подростков написали, что главное, что нужно сделать для улучшения их досуга – уменьшить объём домашних заданий, сократить количество уроков.
Литература:
- См.: Луков Вал. А. Теории молодежи: пути развития [Статья 1] // Знание. Понимание. Умение. - 2007. - №3. - С. 70.
- См.: Чупров В. И. Социальное развитие молодежи: Теоретические и прикладные проблемы.- М.: Социум, 1994; Ковалева А. И., Луков В. А. Социология молодежи: Теоретические вопросы. - М.: Социум, 1999; Ильинский И. М. Молодежь и молодежная политика.- М.: Голос, 2001; Павловский В. В. Ювентология: Проект интегративной науки о молодежи.- М.: Акад. проект, 2001; Чупров В. И., Зубок Ю. А., Уильямс К. Молодежь в обществе риска.- М.: Наука, 2001; Зубок Ю. А. Феномен риска в социологии: Опыт исследования молодежи.- М.: Мысль, 2007;
- См.: Молодежная культура и ценности будущего: [Материалы конф. 19 апр. 2001 г.] / Отв. ред. А. Г. Козлова, М. С. Гаврилова. - СПб.: Verba Magistri, 2001; Левикова С. И. Молодежная субкультура. - М.: ФАИР-ПРЕСС, 2004.
