Судебная реформа 1864. 2
План
Введение
1. Общая характеристика дореформенной судебной системы
2. Судоустройство по Судебным уставам 1864 года
Заключение
Список литературы
Введение
Судебная система занимает
особое место среди органов управления
Деятельность всех элементов судебной системы подчинена задаче осуществления правосудия, которое является основным путём решения конфликтов в цивилизованном обществе. Под влиянием тенденций и явлений, возникавших внутри социума на определенных этапах его исторического развития, формировались структура и принципы деятельности системы судебных органов.
В деятельности судов находили свое отражение противоречия, конфликты между обществом и государством. Исследование эволюций судебной системы даёт возможность с новой точки зрения проанализировать содержание исторического процесса.
Современные общественно-политические процессы в России актуализируют тему, поскольку проводимые в стране преобразования, в том числе и судебной системы, можно рассматривать как продолжение реформаторских традиций, таких как Судебная реформа 1864 года. И успех современных реформ зависит от того, насколько их программы учитывают отечественный опыт и уроки прошлых кардинальных изменений политико-правовых институтов.
Конечным результатом
этих многочисленных преобразований должно
стать создание стабильно работающего
и удовлетворяющего общественным потребностям
института судопроизводства.
1. Общая характеристика дореформенной судебной системы
Суд в дореформенный период в Российской империи, являлся частью громоздкой и малоподвижной бюрократической машины, был представлен разнообразными исторически сложившимися сословными учреждениями, оформленными в 1775 - 1785 гг. екатерининскими «Учреждениями о губерниях» и претерпевшими незначительные изменения в первой половине XIX в.
Высшей инстанцией, венчающей судебную пирамиду, выступал Правительствующий Сенат, который в начале XIX века представлял собой массивное учреждение, структурные части которого находились в Москве и Петербурге. После проведенной в 1805 году Александром I реформы сократились многие административные функции Сената, которые были переданы министерствам. Все дела департаментов были перераспределены, увеличены штаты. Количество департаментов стало равняться двенадцати. В состав каждого департамента входили несколько сенаторов, назначаемых царем, а также генералов. Возглавлялся департамент обер - прокурором. С учреждением в 1802 г. министерств генерал - прокурор Сената становится одновременно и министром юстиции.
Право судиться в Сенате было преимущественно сословным: здесь рассматривались дела дворян, почетных граждан, чиновников. В нем судились за должностные преступления все первые чины губернии, председатели палат и прокуроры и даже представители органов центрального управления. Его исключительной подсудности подлежали директора министерских департаментов. Сюда же законодатель стал последовательно направлять все, что он признавал заслуживающим внимания. В Сенат поступали следующие уголовные дела:
- возникшие по Высочайшим повелениям;
- возбуждаемые при сенаторской ревизии;
- по которым состоялся приговор палаты, изменивший первоначальный приговор в виду обнаруженных губернатором новых данных;
- о малолетних преступниках и др.
Сенат был ревизионной и
Таким образом, даже высшие судебные полномочия не были строго определены законодательством. Не существовало единого высшего судебного органа, а его функции выполнялись порой органами исполнительной власти. Судебными функциями было наделено не только министерство юстиции, но и подразделения других министерств. Так, аудиторы, состоящие при Военном и Морском министерстве и Главном управлении путей сообщения выступали в качестве ревизионных инстанций по военно-судебным делам, а при Министерстве Финансов был создан особый судебный орган - горный суд, который управлял горным военным округом и ему были подсудны спорные исковые дела в отношении казенной и частной собственности.
На уровне губернии основными судебными учреждениями были палаты гражданского и уголовного суда. В состав каждой входили председатель, его товарищ и заместители. С 1831 г. в ответ на требования дворянства должность председателя становится выборной. На должность председателя каждой палаты дворянство стало выбирать по два кандидата, которых начальник губернии представлял Сенату на высочайшее усмотрение. Но в случае не утверждения избранных кандидатур, эти должности замещались по назначению. Прежний порядок назначения председателей палаты от короны был оставлен только для губерний, возвращенных от Польши, для Астраханской, Таврической, для Грузии, Кавказа, Бессарабии - в последних до тех пор, пока местное начальство не признает возможность замещать эти должности также по выбору дворян. Товарищ председателя назначался министром юстиции с санкции императора. Заседатели избирались по два от дворянского и городского обществ. Должность председателя палаты соответствовала V классу, заседателей - VII. В штате палат для ведения делопроизводства состояли секретари, протоколисты, регистраторы, архивариусы и другие служащие.
Издав Положение 6 декабря 1831 г., император Николай I предписал с 1 января 1832 г. губернским предводителям дворянства обращать внимание, чтобы на службу по выборам избирались люди достойные и способные. Но дворянство не всегда охотно шло на судебную службу. По этой причине чиновники по судебной части оказывались нередко не достаточно сведущими в законах, что явилось следствием запущенности и упущений при разрешении дел.
В компетенцию палаты уголовного суда входила ревизия дел уголовных, рассматриваемых в уголовном суде, «первоначальное производство дел следственных в преступлениях должностных» и некоторых иных. Кроме того, уголовная палата обязывалась вносить некоторые категории дел на ревизию Правительствующего Сената до исполнения приговора. В частности, дела, за которые следовало наказание в виде смертной казни или лишения чести, дела по обвинению дворян и чиновников в убийстве. Решения второй инстанции считались окончательными, за исключением приговоров, осудивших лиц привилегированных сословий, дел, затрагивающих интересы казны. Решения уголовной палаты по делам о самовольных порубках, пожарах, истреблении казенных лесов и ином ущербе для казны подлежали утверждению Казенной палаты. В случае несогласия последней с решением они передавались в Сенат на ревизию. Высочайшим повелением можно было отсрочить любой приговор палаты, а дело при этом передать в Сенат. Палата гражданского суда разрешала окончательно иски до 600 рублей и рассматривала в ревизионном порядке соответствующие дела, разрешенные уездным, надворным судами, магистратом и ратушею. Ревизия гражданского дела по определению п.116 гл.8 «Учреждения для управления губерний Всероссийской империи» есть не что иное, как «прилежное рассмотрение произведено ли дело порядочно и сходственно с законами сколь для приведения в ясность права определенной стороны, столь и для опровержения мнимого права противоречащей стороны»15. Ревизионное дело утверждалось губернатором. При палатах гражданского суда были созданы «крепостные отделения» для оформления всевозможных документов и актов.
Общесословный характер носили и учрежденные в губерниях совестные суды. Они имели весьма своеобразное назначение. В «Учреждениях для управления губерний» о них говорилось: «Понеже личная безопасность каждого верноподданного весьма драгоценна есть человеколюбивому Монаршему сердцу; и для того, чтобы подать руку помощи страждущим иногда более по несчастливому какому ни на есть приключению, либо по стечению различных обстоятельств, отягощающих судьбу его выше меры им содеянного, заблагорассуждать учредить...в каждом наместничестве по одному суду под названием: совестный суд»16. Должность совестного судьи соответствовала V классу, кроме него состав суда включал 2 члена от дворянства, 2 члена по выбору от города и 2 члена, выбранных поселянами. Он должен был служить не только органом правосудия, но и естественной справедливости. В сфере его компетенции были преступления, учиненные безумными или малолетними, дела колдунов или колдовства, спорные дела между родителями и детьми об имуществе. Совестный суд являлся примирительной инстанцией по гражданским делам (выступал как бы в роли третейского суда). Примечательно, что в совестный суд дозволялось приносить жалобы на незаконные заключения в тюрьму. Всякий, кто содержался в тюрьме более 3-х дней без объявления причин, мог жаловаться в совестный суд; последний, по получении такого прошения, должен был послать повеление, чтобы содержащийся в тюрьме, если он обвиняется не по оскорблению особы Императорского Величества, не по измене, смертоубийству, не по воровству или разбою, был прислан и представлен в совестный суд с указанием причин содержания под стражей. Если жалоба оказывалась основательной, то совестный суд мог освободить его на поруки.
Если губернские судебные палаты рассматривали дела всех сословий, то низшие судебные инстанции носили выраженный сословный характер. Основным учреждением первого звена судебной иерархии в середине XIX века оставался уездный суд. Но с 1801 г. его состав и компетенции изменились. Ликвидированные Павлом I нижние расправы не были восстановлены его преемником, а дела поселян, которые они рассматривали, были переданы в ведение уездного суда. При этом число заседателей в нем возросло до четырех человек за счет включения двух представителей от государственных крестьян. Должности судей и заседателей уездного суда были выборными и с 1831 г. приравнивались соответственно к 7 и 9 классам, а срок деятельности выборных лиц был продлен с 3-х до 6 лет. Но полномочия заседателей были не равнозначны: дворяне рассматривали все дела, в то время как поселяне только те, в которых участвовали представители их сословия.
В компетенцию уездного суда входило разрешение мелких гражданских и уголовных дел. Его окончательному рассмотрению подлежали гражданские иски до 30 рублей, преступления, по которым не предусматривались наказания в виде смертной казни, лишения чести или торговой казни. Но эти дела не подлежали пересмотру, если касались низших сословий. Дворянство же могло обжаловать любой приговор.
Среди уголовных дел, рассматриваемых судом в первой инстанции, встречались дела об избиениях и покушениях на жизнь, убийствах, членовредительстве во избежании рекрутства, кражах, поджогах с целью грабежа, о незаконных порубках леса, так называемые бытовые преступления. К категории особо секретных относились дела о фальшивомонетчиках и раскольниках. Рассмотрение уголовных дел начиналось в суде, как правило, по рапорту земского суда, сообщению городской полиции, указам Губернского Правления или по частной жалобе. По большинству категорий дел уездный суд не был компетентен принимать окончательные решения и передавал все документы «по исследовании дела» с применяемыми по делу законами и «мнением» суда в губернскую палату уголовного или гражданского судов.
Кроме рассмотрения гражданских и уголовных дел уездный суд вел регистрацию дарственных актов, купчих на продажу земель, вотчин, духовных завещаний, отпускных на крестьян и дворовых людей, разделительных актов, купчих крепостей, заемных писем, закладных земель и имущества, вел книги по записи разных сделок и пошлин. В суде также хранились межевые журналы, описи ревизских сказок. За те или иные юридические действия (регистрацию заемных писем, запродажных записей и т.д.) суд производил предусмотренные законом денежные сборы, которые поступали в казну.
Судом низшей степени для городских сословий «не подведомственных по правилам их состояния местным уездным судам» выступали вновь восстановленные вначале XIX в. городовые магистраты. В состав магистрата входили 2 бургомистра и 4 ратмана. Это учреждение также состояло под апелляцией палат уголовного и гражданского судов. Городовые магистраты подразделялись на 3 департамента: один для рассмотрения уголовных дел и два для гражданских. Каждый городовой магистрат или ратуша (в посадах) обладали установленным штатом делопроизводителей - секретарем и канцелярскими служащими
При уездных судах
и городовых магистратах
суд (в составе городского головы, членов магистрата и городского старосты). Их задачей было сохранение соответствующей собственности дворян или мещан в том случае, если владельцами ее оказывались вдовы, малолетние или «порочные» лица, проматывающие имущество. Дворянские опеки и сиротские суды следили за осуществлением опеки, разбирали жалобы на опекунов, представляли отчеты гражданской палате. Но делалось это весьма нерегулярно.
В 1802 г. в городах были восстановлены и словесные суды по мелким гражданским тяжбам с устным упрощенным судопроизводством, целью которых было примирение тяжущихся сторон. В Санкт-Петербурге и Москве также были опять открыты по одному Надворному суду в качестве первой судебной инстанции.
Общая судебная система в первой половине XIX в. была дополнена созданием в крупных городах особого суда - коммерческого. Первоначально они были устроены лишь в нескольких преимущественно приморских городах. С течением времени их число увеличилось, и. деятельность их была преобразована в соответствии с утвержденным императором 14 мая 1832 г. «Учреждением коммерческих судов и уставом их судопроизводства», в разработке которых принимали участие представители торгового сословия . В состав суда входили: председатель, четыре члена и один юрисконсульт (докладчик или секретарь). Члены суда избирались купечеством из своей среды. При суде состоял прокурор, имелась канцелярия. В ведении суда были торговые сделки, иски городских и иногородних купцов. Ему предоставлялось право окончательного решения дел, цена иска по которым не превышала 500 рублей, остальные дела подлежали апелляции Сената.
Кроме того, в России в предреформенный период сохранялись различные ведомственные суды: духовные, военные, лесные и т.д.
Следует также отметить и то, что судебные функции выполнялись не только судебными органами, но и учреждениями администрации и полиции. Например, мелкие уголовные дела разбирались квартальными надзирателями, городничими и становыми приставами. Сохранялась особая юрисдикция в отношении крестьянства. В каждой волости государственных крестьян был учрежден сословный суд - волостная и сельская расправы. Эти суды разбирали мелкие иски и проступки крестьян. Они состояли из выборных старшин и двух заседателей. Волостная расправа решала дела по спорам до 15 руб., сельская - до 5 руб. По проступкам расправы могли назначать штраф от 25 коп до 1 рубля. Деятельность волостных органов скрупулезно регламентировалась как «Учреждением для управления губерний», так и Полицейским и судебным уставом от 23 марта 1839 г. Низшей инстанцией для помещичьих и удельных крестьян являлся вотчинный суд помещиков и администрация удельных крестьян, которая имела над ними права, равные правам помещиков над своими крестьянами. В имениях существовали локальные системы суда и управления либо в лице назначаемых помещиками управляющих, либо органов мирского самоуправления - старост, целовальников, избираемых миром.
Суд фактически не был отделен от управления и местные судебные учреждения находились в большой зависимости от губернской власти. Следует отметить, что местным судебным органом надлежало исполнять повеления Губернского Правления, в аппарате которого существовало специальное отделение, которое осуществляло связь администрации с местными судами.
Одним из институтов судебной системы империи являлась прокуратура. И прокурору законом отводилась немаловажная роль. Прокуроры относились в основном к чинам 5-7 класса (от коллежского секретаря до статского советника). В основной массе своей прокуроры являлись людьми образованными: более половины имели специальное юридическое образование, а лица получившие высшее и среднее образование составляли 78,8% . При прокурорах состояли стряпчие уголовных дел, помогавшие им при осуществлении надзора за судами (слово «стряпчие» в законах Петра1 употреблялось в значении «заботящийся»). Прокурор, согласно закону, подчинялся непосредственно министру юстиции, однако в действительности не был лицом независимым. Закон обязывал его обо всех замеченных злоупотреблениях и беспорядках «доносить немедленно губернскому начальству, а в некоторых определенных случаях и Министру Юстиции»40. Это требование в известной мере ставило прокурора в зависимость от властей губернии. Что касается губернских, а тем более уездных стряпчих, то они напрямую ставились в зависимость и даже в подчинение от губернского начальства. «Губернскому правлению», - указывалось в Своде учреждений государственных и губернских, - «подчиняются губернские стряпчие токмо в отношении к возлагаемым на них губернским начальством комиссиям или поручениям»41.
Общее руководство судебными учреждениями России в первой половине XIX в. осуществляло министерство юстиции, за которым манифестом от 25 июня 1811 г. закреплялось «все, что принадлежит к устройству судебного порядка». Важнейшими задачами министерства юстиции были:
- управление судебной системой (под которым подразумевалось как руководство личным составом, так и созданием и упразднением судебных органов);
- осуществление общего надзора за деятельностью судебных учреждений.
Второе вытекало из совмещения должности министра юстиции и генерал - прокурора.
Надзор за деятельностью судебных учреждений производился путем просмотра определений Сената и донесений обер-прокуроров, протестов губернских прокуроров на решения губернских судов, рассмотрение отчетов о движении дел в судах, жалоб, производства ревизий. В области управления личным составом судебных органов министерству юстиции было предоставлено право назначать чиновников на некоторые должности и утверждать в должности по выборам. Все дела, подведомственные министерству юстиции, распределялись по трем экспедициям департамента. Первая ведала делами, поступившими из Сената, вторая - делами по «губернским присутственным местам», третья - делами герольдии (личным составом судов). Для ведения секретных дел, которые не подлежали огласке (по «заблуждениям простолюдинов в религии», по донесениям о фальшивых ассигнациях и т.д.) учреждалась должность особого столоначальника45.
Учрежденная в 1859 г. в составе министерства юстиции в качестве структурного подразделения Консультация на правах совета министра, рассматривала дела, поступавшие из Сената в том случае, если они встречали разногласие сенаторов. Ее ведению подлежали такие дела, которые относились к личному составу министерства и ревизиям судов. Другие дела, подведомственные министерству, распределялись между структурными подразделениями департамента - отделениями. Уголовное и гражданское отделения осуществляли в судебной сфере контроль за деятельностью судебных органов и их должностных лиц, чиновников прокурорского надзора по производству уголовных и гражданских дел; принимали меры к устранению недостатков в деятельности судебных органов; представляли на усмотрение императора определения и приговоры судебных органов, ходатайства о помиловании и смягчении наказания. В отделениях составлялись циркулярные разъяснения, направляемые подведомственным судебным учреждениям; рассматривались и направлялись в соответствующие инстанции жалобы частных лиц и представления чиновников прокуратуры по поводу нарушений, допущенных в судебных решениях губернских органов, и т.п. Деятельность Консультации и двух указанных отделений непосредственным образом была связана с отправлением правосудия.
Законодательное отделение занималось детальной разработкой проектов дополнений и изменений действовавших законов о судебном ведомстве, а также принимало участие в обсуждении законопроектов, подготовленных другими государственными учреждениями.
Таким образом, до реформы 1864 г. в Российской империи не было единой судебной системы. В организации судов историческими пластами лежали разные наслоения, между собой несогласованные. Дореформенный суд в Российской империи был представлен множеством инстанций, компетенции которых не всегда были четко определены. Среди них: уездные суды для дворян и поселян, магистраты и ратуши для городских сословий, волостные правления и сельские расправы для крестьян. На уровне губернии действовали палаты уголовного и гражданского суда, существовали также специальные словесные и сиротские суды в уездах и совестный - в губернском городе. Кроме того, большая часть крестьянства находилась под юрисдикцией помещиков. Состав суда, как назначаемый, так и выборный отличался пестротой и был далеко не удовлетворителен. Отсутствие образовательного ценза для судей и заседателей приводили к тому, что заседатели уездных судов и магистратов были не только не сведущи в законах, но часто и вовсе безграмотны. Благодаря такому составу коллегиальность решения, которая должна была по замыслу законодателя служить гарантией для подсудимых и тяжущихся обращалась в пустой звук. Кроме того, зависимость суда и прокуратуры от администрации, давление которых было делом обычным, лишала суд самостоятельности и втягивала в неповоротливый бюрократический механизм, где процветало взяточничество, лихоимство и волокита.