Судебная реформа 1864 года. 5

Судебная реформа 1864 г. 

    Судебные  Уставы 20 ноября 1864 года, с изложением рассуждений, на коих они основаны, – это уникальная публикация четырех  знаменитых кодексов, принятых в ходе великой отечественной судебной реформы 1864 г. Их принятию предшествовала колоссальная работа российских реформаторов. Начало этой работы относятся к 40-м годам XIX столетия, когда привилегированным коронным юристом графом Д.Н. Блудовым (1785 – 1864) были затребованы от членов судебного ведомства замечания «о доказанных практикою недостатках судебного законодательства» и на основании полученных сведений составлено «предположение» о некоторых необходимых его улучшениях¹. В начале 50-х годов XIX столетия при канцелярии Николая I были учреждены комитеты для составления проектов уголовного и гражданского судопроизводства. Однако работы этих комитетов в период его царствования не были закончены.

    С восхождением на царство Александра II в условиях начавшегося в обществе нравственного и духовного подъема сразу же произошло оживление работ по судебной реформе. Уже в 1857 г. граф Блудов решительно высказался за необходимость не частичных улучшений судопроизводства, а коренных его изменений. В 1857 - 1860 годах им были составлены подготовительные проекты будущих уставов «сообразно требованиям непреложных начал юридической науки»². После предварительного рассмотрения этих подготовительных проектов в Государственном совете было решено получить заключение практиков.

    Провозглашение 19 февраля 1861 года акта о крестьянской реформе влило новые силы в ход судебно–правовых преобразований. Анализ поступивших «из разных концов России» практических замечаний на составленные Блудовым подготовительные проекты будущих уставов и разработку «главных основных начал» реформы был поручен Государственной канцелярии вместе с прикомандированными к ней юристами. Причем не просто чиновниками-«законоведами», а виднейшими представителями правовой науки, в числе которых были Н.А. Буцковский, Н.И. Стояновский, К.П. Победоносцев и др.³, чья деятельность затем была отражена в книге Анатолия Федоровича Кони «Отцы и дети судебной реформы: к пятидесятилетию Судебных Уставов». Юристам при этом было дано «высочайшее повеление»: «изложить в общих чертах соображения Государственной канцелярии и прикомандированных к ней юристов о тех главных началах, несомненное достоинство коих признано в настоящее время наукою и опытом европейских государств и по коим должны быть преобразованы судебные части в России».

    Выработанные  Государственной канцелярией «Главные начала» в апреле – июле 1862 г. были рассмотрены соединенными департаментами Государственного совета. Затем, в августе и сентябре 1862 г., они снова трижды были рассмотрены Общим собранием Государственного совета с участием значительного количества ученых юристов и практиков. Выработанный таким образом проект Основных положений преобразования судебной части после утверждения его 29 сентября 1862 года императором был опубликован для всеобщего и всестороннего обсуждения. Несмотря на всю бедность тогдашней России юридическими силами, на разосланный проект предстоящей реформы «поступило 446 разных замечаний со всех концов России, не исключая и самых глухих закоулков Сибири и Закавказья»⁴.

    Для составления подробных окончательных проектов уставов в развитие основных положений «соответственно условиям и особенностям нашей гражданской жизни» была создана новая особая комиссия, в которую были привлечены лучшие юридические силы, начиная от сенаторов и профессоров права и кончая представителями наиболее опытных практиков. Данная комиссия начала свою деятельность тоже с истребования мнений практиков. В ходе анализа значительного количества отзывов, замечаний и предложений с мест к осени 1863 г. были составлены окончательные проекты Уставов, которые сопровождались превосходными и обширными (по полторы тысячи и более страниц) объяснительными записками.

    Представленные  в таком виде осенью 1863 г. проекты  поступили на заключение II–го отделения  Государственной канцелярии и министра юстиции. Последний не только сам  предоставил весьма ценные замечания, составившие целый том в 500 страниц, но потребовал еще замечаний на проекты от сенаторов и обер-прокуроров.

    В декабре 1863 г. проекты Судебных Уставов  вместе с поступившими многочисленными  замечаниями снова были обсуждены  в Государственном совете при  участии практически всего цвета отечественной юстиции, как ученых, так и практиков.

    Судебная  реформа 1864 г., как видим, готовилась и проводилась не каким-то узким кругом юристов, но при самом активном участии фактически всей юридической общественности тогдашней России. В многочисленных и многосторонних обсуждениях проектов Уставов участвовали не только члены Государственного совета, министры, сенаторы и профессора, но и представители всего юридического сообщества России, вплоть до секретарей уездных судов. Участие значительного количества высококлассных юристов обеспечило реформе прочный научный фундамент. Причем науки не только отечественной, но и общеевропейской. Вполне справедливо было отмечено в первой части публикуемых Уставов, что принятые в ходе судебной реформы «новые законы истекают не от произвола, а от начал истины и справедливости, в той степени, в какой они выработаны наукою и опытом». При этом зарубежные опыт и достижения использовались не путем механического перенесения их в Россию, но исключительно творчески и критически, с учетом всех особенностей отечественной действительности. Сказанное признавали такие виднейшие отечественные правоведы, как А.Ф. Кони, И.Я. Фойницкий, Вл. Случевский и другие. Признавали это и виднейшие ученые Запада. Сравнивая, например, проект российского Устава уголовного судопроизводства 1864 г. с соответствующими законодательными актами Европы, известный немецкий правовед Карл Миттермайер писал, что «он стоит выше даже многих новейших законодательных работ»⁵. То же следует сказать относительно остальных Уставов.

    Судебная  реформа 1864 года провозгласила буржуазные принципы судопроизводства:

    - независимость и отделение суда от администрации;

    - создание всесословного суда;

    - равенство всех перед судом;

    - введение присяжных заседателей;

    - установление прокурорского надзора;

    - создание чёткой системы судебных инстанций.

    “Устав  о наказаниях, налагаемых мировыми судьями” являлся кодексом, в котором были выделены менее серьёзные преступления (проступки), подведомственные мировым судьям. Устав состоял из 13 глав. Глава 1-я содержала общие положения и перечень наказаний за преступления против общественного и политического строя, проступкам против порядка управления и т.д. В главах 10-13 говорилось о проступках против личной безопасности, против семейной чести и т.д.

    “Устав  уголовного судопроизводства” (уголовно-процессуальный кодекс) определял компетенцию судебных органов по рассмотрению уголовных дел, общие положения, порядок производства в мировых установлениях, порядок производства в общих судебных местах, изъятие из общего порядка уголовного судопроизводства. Основными стадиями в уголовном процессе, согласно Уставу, были: предварительное расследование, предание суду, приготовительные распоряжения к суду, рассмотрение дела, исполнение приговора. Различались приговоры окончательные (которые подлежали пересмотру только в кассационном порядке) и неокончательные (допускавшие возможность пересмотра дела по существу). Цель уголовного судопроизводства – обнаружение материальной истины. Правила свободной оценки доказательств должны были содействовать беспристрастности судей.

    “Устав  гражданского судопроизводства” (гражданский процессуальный кодекс) различал судопроизводство гражданских дел в мировых и судебно-административных установлениях (в суде земских начальников и уездных съездов) и судопроизводство в общих судебных местах. В уставе, отразившем основные принципы буржуазного права, наиболее последовательно осуществлены начала состязательности, доказательства в нем должны были обеспечивать стороны. Низшей инстанцией являлся окружной суд, апелляционной – судебная палата. Слушание дела происходило в открытом судебном заседании. Судебные уставы ввели суд присяжных и институт судебных следователей, заседаний.

    Большинство западных историков расценивают  идеи Судебных уставов 1864 года как важнейший шаг к построению гражданского общества в России. Благодаря им была уничтожена многовековая прерогатива царя – контроль за отправлением правосудия, и началась трансформация самодержавия в современную форму монархии. В то же время работа реформаторов-юристов заложила краеугольный камень современного общества, основанного на общественной справедливости и гражданской ответственности⁶.

    Судебными уставами 1864 года создавалась оригинальная и эффективная система правосудия. Она имела две ветви, две подсистемы, которые объединял высший судебный орган – Сенат: общие суды и мировые суды. При чем, первые являлись судами с назначаемыми судьями, в то время как вторые – с избираемыми. Кроме того, существовали суды особой подсудности: военные, волостные, коммерческие и другие, создание которых предусматривалось иными законодательными актами.

    Каждый  уезд с входившим в него городом, а в ряде случаев и отдельно крупный город составляли мировой  округ, делившийся на несколько участков. Каждый из них имел одного участкового, мирового судью и одного почетного. Мировые судьи – участковые и почетные – избирались на три года местными органами городского и земского самоуправления⁷. Судья должен быть не моложе 25 лет, обладать имуществом не менее чем в 400 дес. Земли или недвижимым имуществом не ниже 15 тыс. руб., в городах обладать собственностью, оцененной для взимания налогов: в столице 6000 руб., а в других городах 3000 руб. Судья должен иметь высшее или среднее образование или трехлетний стаж судебной практики. Список лиц для баллотировки на выборах судей должен был предварительно утверждаться губернатором – так фактически попирался принцип независимости судей от администрации.

    В компетенцию института выборных мировых судей входил разбор мелких уголовных, гражданских дел. Мировой судья единолично рассматривал дела по обвинению в преступлениях, за совершение которых могло быть определено одно из следующих наказаний: замечание, выговор, денежное взыскание на сумму не свыше 300 рублей, арест на срок не свыше трех месяцев, заключение в тюрьму на срок до одного года. Мировые судьи (участковые и почетные) данного округа собирались на уездные съезды мировых судей или мировой съезд судей, который был окончательной апелляционной инстанцией. Дальнейшее рассмотрение дел мировых судей проводилось лишь в кассационном порядке в Сенате.

    Учреждением судебных установлений (ст.237 и 239) предусматривалось, что основой внутренней самостоятельности  судей служат прочность судейских  должностей и равенство судей: у них не может быть начальников; члены всех судебных инстанций как судьи равны между собой, а сами судьи различаются только по степени власти – суды первой и высших инстанций. Прогрессивными были и такие важные принципы, закрепленные в Судебных уставах, как коллегиальность суда, несменяемость судей и дисциплинарная ответственность их только перед судом, несовместимость судебной службы с другими профессиями⁸.

    Следует отметить, что, институт мировых судей при всей ограниченности демократизма в нем не удовлетворял высшее чиновничество и в 1889 году был упразднен везде кроме Москвы, Петербурга и Одессы. Мировые судьи были заменены назначенными лицами.

    Томас Пирсон, изучая деятельность мировых судов с 1866 г. и до их отмены в 1889 г. приходит к заключению, что, вопреки традиционной точке зрения, в сельской местности мировым судьям не удалось обеспечить задуманный реформой 1864 г. правопорядок. По существу это был провал мирового суда как института, и среди причин провала автор называет "отсутствие достаточно усердного и политически надежного (с точки зрения правительства) персонала"; местные "институциональные конфликты, порожденные фрагментарными реформами 1860-х" и во многом являющиеся отголосками конфликтов министерств; и, наконец, тотальное невежество, бедность и пассивность сельского населения (10, с.54-55). Неудачи мировых судов выявили трудность введения сложной системы права, основанного на западных моделях, в чрезвычайно отсталом (по европейским меркам) традиционном обществе, привыкшем к прямому администрированию. Этим в значительной степени объясняется тот факт, что многие мировые судьи и вообще сельские жители требовали введения более эффективной судебной власти - "желание, лишь частично исполненное введением земских начальников ".

    Основными звеньями общих судебных установлений были окружные суды, судебные палаты и Правительствующий сенат,

    Сенат рассматривался как верховный кассационный суд и имел уголовный и гражданский  кассационные департаменты. Сенаторы назначались царем по представлению  министра юстиции. К кассации принимались только те дела, при производстве которых были нарушены правила  судопроизводства или неправильно применялись законы, но не жалобы на неправильное решение по существу дела.

    Окружные  суды создавались в специальных  судебных округах. Округах, как правило, совпадающих с территорией губернии. Председатель и члены окружного суда назначались императором по представлению министра юстиции.

    К лицам, назначаемым на судейские  должности, предъявлялись определённые требования. И если ранее закон не предусматривал и не устанавливал для судей образовательного ценза, поэтому в судах первой инстанции были неграмотные судьи, то теперь это было необходимо. Срок полномочий для судей этого уровня не устанавливался.

    Окружной  суд состоял из гражданского и  уголовного отделений, а уголовное отделение, в свою очередь, делился на две части: коронный суд и суд присяжных заседателей. В заседаниях участвовали три коронных судьи (председатель и два члена).

    К основному полномочию окружения  судов относилось рассмотрение уголовных и гражданских дел по первой инстанции.

    Для проведения предварительного следствия  при окружных судах имелись судебные следователи, которые должны были действовать  в контакте с полицией (производство дознания, сбор необходимых сведений и т.д.).

    Суд с участием присяжных заседателей  – прогрессивное явление для  того времени. Он считался лучшей формой суда, т.к. обеспечивал привлечение  к отправлению представителей народа. Кандидаты в присяжные заседатели отбирались специальными комиссиями и  утверждались губернатором. Они должны были отвечать имущественному цензу, цензу оседлости и т. д. Закон оговаривал, что ни учителя школ, ни лица, находящиеся в услужении у частных лиц в списки не вносятся. То обстоятельство что общие списки присяжных передавались губернатору и им утверждались, а затем уже их этих списков отбирались лица, которые в этом году будут участвовать в судебных заседаниях, подчеркивало ограниченность этой буржуазной юридической нормы.

    Теория  свободной оценки доказательств  была приспособлена главным образом к деятельности  суда присяжных, а ее сущность выражена в правилах, определявших исследование доказательств и вынесение судебного решения в этом суде. Правила свободной оценки доказательств должны были содействовать беспристрастности судей, убеждение которых формируется  якобы исключительно под влиянием тех впечатлений, которые присяжные  получают в ходе судебного разбирательства. Подчеркивая, что основным критерием  в решении вопроса о виновности или невиновности лица является совесть присяжных, закон запрещал ставить их в известность, в том числе и в напутственном слове председателя, о грозящем подсудимому наказании в случае признания его виновным, а в совещательной комнате присяжным запрещалось обращаться к тексту уголовного закона. Только высказывание убеждения о фактах, основанных на впечатлении, полученном в суде, без всякой мысли о том, что грозит обвиняемому, признанному  виновным, должно было составлять смысл деятельности присяжных.

    Закон, ограждая таким образом "совесть  присяжных", устанавливал, что перед  удалением их в совещательную комнату председатель произносит напутственное слово, в котором излагает обстоятельства дела, доказательства, собранные по делу. По существу, напутственное слово выражало отношение председательствующего к делу и рассмотренным доказательствам. Это резюме председательствующего, как правило, квалифицированного юриста, не могло не отражать его субъективного отношения к собранным по делу доказательствам и оказывало определенное влияние на убеждение присяжных.

    При рассмотрении конкретных дел этот суд состоял из трёх судей и 12-ти присяжных заседателей. Роль присяжных заседателей была довольно ограниченна. Председатель суда ставил перед ними вопрос о виновности подсудимого. Присяжные должны были ответить на вопросы коронного суда (т.е. вынести вердикт о виновности или невиновности подсудимого). Приговор окружного суда с участием присяжных заседателей считался окончательным и мог быть обжалован (или опротестован прокурором) только в кассационном порядке в Сенат по признаку формального нарушения процессуального закона. Закон подробно определял все стадии рассмотрения дел в окружном суде, права сторон (и их равенство в процессе), порядок ознакомления с доказательствами и их оценки (суд должен был оценивать доказательства свободно по внутреннему убеждению, основанному на обстоятельствах дела). Введение суда присяжных в России было встречено неоднозначно. Одни восторженно хвалили его как одно из проявлений демократизма государственного устройства тех лет, а другие высказывали сомнения и критиковали, порой довольно остро⁹.

    “Судебные палаты” – вышестоящая по отношению  к окружным судам инстанция. Создавались они на территориях нескольких губерний. Председатели и члены назначались царём. Всего их было образовано 14, каждая из них направляла деятельность 8-10 окружных судов. Судебные палаты состояли из 2-х департаментов (гражданского и уголовного). С.п. были апелляционной инстанцией для окружных судов по делам, рассмотренным без присяжных заседателей, и первой инстанцией по делам о государственных и должностных преступлениях против порядка управления. Предварительное следствие вел один из членов судебной палаты.

    Основными функциями судебных палат являлись:

    - принятие решений о предании  суду, в том числе иногда по  делам, рассматривавшимся в окружных  судах с участием присяжных; 

    - разбирательство по первой инстанции дел о государственных преступлениях и “преступлениях по должности” (обычно в эти суды попадали чиновники так называемого среднего уровня);

    - проверка в апелляционном порядке  обоснованности и законности  решений, окружных судов по  гражданским делам, их приговоров, вынесенных по уголовным делам без участия присяжных заседателей или сословных представителей. Над всеми судебными органами России стоял Сенат – орган формируемый по указу императора. Сенат являлся верховным кассационным судом для всех судебных органов государства. Сенат выполнял функции:

    - рассмотрение дел о наиболее  опасных преступлениях по первой  инстанции с участием или без  участия представителей.

    - проверку в апелляционном порядке  обоснованности законности приговоров, вынесенных без участия сословных  представителей и судебных палат. Следует пояснить, что суд сословных представителей был одним из наглядных проявлений непоследовательности судебной реформы. Власти не решались полностью изолировать суды от влияния сословных интересов, поэтому были выделены категории преступлений, рассмотрение дел о которых ставилось под контроль представителей основных сословий. При их разбирательстве к профессиональным судьям присоединялись предусмотренные законом сословные представители, которые участвовали в вынесении приговора и пользовались правами профессиональных судей. Иногда Сенат выступал в качестве инстанции, решавшей вопрос о предании суду. Для рассмотрения дел о государственных преступлениях особой важности.

    Царским указом создавался Верховный уголовный  суд. Он состоял из председателей департаментов государственного совета и членов Сената под предводительством председателя государственного совета. Приговоры этого суда не обжаловались, но могли быть изменены царским приказом.

    Хотя  теоретически запрещалось как-либо интерпретировать закон, вскоре после реформы 1864 г. российские судьи стали заниматься тем, что на языке русской юриспруденции называлось "правотворчеством ", а также использовать прецеденты, что несколько напоминало систему британского судопроизводства. Ко второй половине XIX в., как считает Т.Тарановски, стал постепенно сужаться разрыв между желаемым и действительным в отправлении правосудия и обеспечении справедливого и беспристрастного обращения с подданными Российской империи¹⁰.

    Судебная  реформа 1864 года по-новому определила систему права прокуратуры. Её главной задачей стало поддержание государственного обвинения в суде, надзор за деятельностью судебных следователей, полиции, судов и мест заключения. После судебной реформы деятельность прокуратуры ограничилась судебной сферой.

    Учреждением судебных установлении (ст. 237 и 239) предусматривалось, что основой внутренней самостоятельности  судей служат прочность судейских должностей и равенство  судей: у них не может быть начальников; члены всех судебных  инстанций как судьи равны между собой, а сами суды  различаются только, по степени власти - суды первой и  высших инстанций. Прогрессивными были и такие важные  принципы, закрепленные в Судебных уставах, как коллегиальность  суда, несменяемость судей и дисциплинарная ответственность их  только перед судом, несовместимость судебной службы с другими  профессиями.

    При окружном суде состоял прокурор с  группой своих помощников ("товарищи прокурора") и канцелярией. Для назначения на прокураторскую должность надо было иметь высшее юридическое образование и опыт работы в правоохранительных органах (5 лет). Число товарищей прокурора и распределение их обязанностей зависели от размеров судебного округа. В результате судебной реформы прокуратура приобрела большее значение: она руководила следствием,  поддерживала обвинение в суде, следила за исполнением приговоров.  Безусловно, прокуроры находились в гораздо большей зависимости от правительства и в силу их прямого подчинения министру юстиции, и потому, что на них не распространялся принцип несменяемости. Вся прокурорская система строилась по принципу строгой иерархической подчиненности. В непосредственном подчинении генерал-прокурора (министра юстиции) находились  обер-прокуроры Сената; прокуроры судебных палат. Специальные обер-прокуроры состояли при каждом из департаментов Сената и при  объединенных их присутствиях. Министру юстиции принадлежало право общего надзора за судебными установлениями и должностными лицами судебного ведомства. Кроме того, министр юстиции — он же генерал-прокурор — руководил деятельностью прокуроров, ему предоставлялось право вносить в Сенат через обер-прокуроров предложения по различным вопросам законодательства и управления.

    Была  радикально изменена система предварительного следствия, которая до реформы выполнялась полицией. Еще в июне 1860 г. были утверждены царем «Учреждение судебных следователей», «наказ судебным следователям» и «Наказ полиции о производстве дознания», которые затем были включены в Устав уголовного судопроизводства 20 ноября 1864 г. Проекты этих законов были разработаны либеральными юристами во главе с Н.И. Стояновским, что определило их прогрессивный характер. Судебные следователи входили в состав окружных судов, по предварительным расследованиям подчинялись прокурору, а по другим вопросам – председателю суда. Судебные следователи не имели права передавать расследование полиции, но могли прибегать к ее помощи. Ткак полиция лишилась функции предварительно расследования¹¹.

    Важной  частью реформы 1864 г. были решения об адвокатуре. Составители Судебных уставов исходили из того, что в уголовном  судопроизводстве без присяжных поверенных невозможно ведение состязания, которое необходимо для раскрытия истины. Введение адвокатуры явилось прогрессивным шагом. В основу ее  организации был положен принцип — адвокат не только  правозаступник и судебный оратор, но и поверенный своего клиента.

    В адвокатуру потянулись видные юристы-профессора, прокуроры,     обер-прокуроры  Сената и лучшие юристы, состоявшие при коммерческих судах. Сюда и вошел  друг М.Е.Салтыкова-Щедрина известный деятель движения крестьянского освобождения А.М.Унковский. На страницах газет и журналов все чаще стали встречаться имена адвокатов: Ф.Н.Плевако, В.Д.Спаговича, К.К.Арсеньева, Н.П.Карабчевского, А.М.Унковского, А.И.Урусова, С.А.Андреевского, П.А.Александрова, В.М.Пржевальского, А.Я.Пассовера и других¹².

    Адвокатура  по судебным уставам была двух категорий. Адвокатами высшей категории являлись присяжные поверенные, которые объединялись в корпорации по округам по округам  судебных палат. Присяжные поверенные избирали Совет, который ведал приемом новых членов и надзором за деятельностью отдельных адвокатов.

    Вторую, низшую категорию адвокатуры составляли частные поверенные. Они занимались малозначительными делами и могли  выступать в тех судах, при которых состояли.

    Между обвинением и защитой происходили  публичные состязания в правильном понимании и применении закона, в  остроумии, в блеске фраз и в постижении тончайших зигзагов человеческой души. Прокуратура "щеголяла беспристрастием", а  защита брала изворотливостью и патетикой. В судебной практике стали встречаться даже случаи, когда товарищ прокурора завоевывал себе авторитет у публики и у своих  коллег тем, что отказывался от обвинения за отсутствием состава преступления или вообще  освобождением арестантов по этой причине. Иногда адвокат делался героем дня в связи с умелой и острой критикой полиции пли смелым выпадом против председателя суда, еще не успевшего усвоить новые положения Уставов. Отцами судебной реформы 1864 года были: Д. А. Ровинский, С. И. Зарудный, Н. И. Стояновский,  Н. Б. Неклюдов, Н. А. Буцковский.  В.А. Арцимович, М. Е. Ковалевский. Г. Н. Мотовилов, В. Д. Спасович, К. К. Арсеньев, Ф. Н. Плевако, А. И. Урусов и многие другие.

    Судебная  реформа 1864 года явилась одной из последовательных буржуазных реформ в России второй половины 19 века, однако сохранившая немало сословно-феодальных пережитков. Судебные уставы ввели суд присяжных и институт судебных следователей, была реорганизована прокуратура, учреждена адвокатура и провозглашены такие буржуазно-демократические принципы судопроизводства, как гласность, устность, состязательность. Некоторые судебные органы (мировая юстиция) стали выборными, была создана более четкая система судебных инстанций.