Судебная система. 3

КОНТРОЛЬНАЯ РАБОТА

Судебная система 

Доклады - Статьи на тему 

Судебная система

1.Понятие и основные  признаки судебной власти.

2. Судебная система, её  структура.

3. Понятие звена судебной  системы - основные суды, суды  среднего звена, высшие суды.

4. Понятие правосудия, его  признаки, принципы.

1.ПОНЯТИЕ И ОСНОВНЫЕ  ПРИЗНАКИ СУДЕБНОЙ ВЛАСТИ.Проблему рационального устройства государственной власти и ее органов пытаются разрешать, пожалуй, столько времени, сколько существует государство как форма организации общества. Люди, размышлявшие над этой проблемой, уже давно, многие столетия тому назад, заметили, что концентрация государственной власти в чьих-то одних руках неизбежно ведет к отрицательным последствиям. Чем больше такая концентрация, тем выше вероятность произвола и злоупотреблений. Об этом свидетельствует многовековой опыт человечества. Самые просвещенные властители, в руках которых сосредоточивались неограниченно все нити власти, рано или поздно становились своенравными тиранами, признававшими только свой авторитет, попиравшими свободу и не считавшимися с неотъемлемыми правами человека. На этом фоне и велись поиски путей преодоления тенденций такого рода.

Наиболее широкое признание  получила и продолжает сохранять  его вплоть до настоящего времени  идея, в соответствии с которой  основные направления (ветви) государственной  власти должны разделяться и вверяться "в разные руки". Это будет  мешать узурпаторским намерениям, а  вместе с этим злоупотреблению властью  и произволу. Чаще всего сторонники данной идеи (концепции) придерживаются мнения, что государственная власть в целом включает три основных направления (ветви) - законодательную, исполнительную и судебную. Сферы их реализации должны быть четко разграничены, они не должны быть помехой друг другу. Разделение властей следовало бы основывать прежде всего на их сотрудничестве, которое, однако, сдерживало бы каждую из них, ставило бы в определенные рамки и балансировало.

Активным сторонником  рассматриваемой концепции, внесшим  заметный вклад в ее разработку и  популяризацию, вполне заслуженно считают  известного французского просветителя, правоведа и философа Ш. Монтескье. В своем знаменитом сочинении "О  духе законов" (1748 г.) он писал: "Когда  одному и тому же лицу или одному и тому же составу должностных  лиц предоставлены вместе законодательная  и исполнительная власти, тогда нет  свободы, потому что можно опасаться, что монарх или сенат будут  создавать тиранические законы, чтобы  тиранически исполнять их. Нет  также .свободы, если судебная власть не отделена от законодательной и исполнительной. Если бы она была соединена с исполнительной властью, судья обладал бы достаточной силой, чтобы сделаться угнетателем. Все было бы потеряно, если бы один и тот же .человек, или корпорация высокопоставленных лиц, или сословие дворян, или, наконец, весь народ осуществляли все три вида власти: "власть создавать законы, власть приводить их в исполнение и власть судить преступления и тяжбы частных лиц". Не все в этом высказывании современно. Оно относится к XVIII веку и с точки зрения накопленного к настоящему времени опыта может быть кое в чем оспорено. Однако в целом сказанное тогда не утратило своей актуальности и в наши дни.

Концепция разделения властей  на российской почве прижилась не сразу. Ведь она в какой-то мере ориентирована  на подрыв устоев монархического устройства. Только в конце XIX - начале XX века о  ней заговорили в полный голос, в  том числе в университетских  аудиториях, как об идее, реализация которой должна привести к преобразованию России в правовое государство.

После октября 1917 года положение  круто изменилось. Основная причина- курс на всевластие Советов, а впоследствии и на господство командно-административной системы, которая не допускала и не могла допустить какого-то разделения государственной власти. В таких условиях концепция разделения властей оказалась в немилости и нередко преподносилась как выдумка, которая понадобилась буржуазии в период ее борьбы за господство.

Лишь в конце 80-х годов  стало появляться более серьезное  отношение к проблеме разделения властей. По времени это совпало  с официозным провозглашением курса  на преобразование нашего государства  в правовое, с признанием того, что  такое государство невозможно без  верховенства закона и надежно обеспечивающего  его механизма, основной рычаг которого многие усматривали и усматривают  в разделении властей.

Съезд народных депутатов  РСФСР одобрил 12 июня 1990 года Декларацию "О государственном суверенитете Российской Советской Федеративной Социалистической Республики", в  п. 13 которой четко сказано: "Разделение законодательной, исполнительной и  судебной властей является важнейшим  принципом функционирования РСФСР  как правового государства". Почти  два года спустя, 21 апреля 1992 года, эта  идея была закреплена на конституционном  уровне. В ст. 3 действовавшей тогда  Конституции РСФСР говорилось, в  частности, что "система государственной  власти в Российской Федерации основана на принципах разделения законодательной, исполнительной и судебной властей...". Это положение приобрело несколько  иное звучание в Конституции РФ, принятой 12 декабря 1993 года: "Государственная  власть в Российской Федерации осуществляется на основе разделения на законодательную, исполнительную и судебную. Органы законодательной, исполнительной и судебной власти самостоятельны" (ст. 10).

Приведенные положения дают основание считать, что судебная власть - одно из проявлений государственной  власти в целом. Следовательно, ее понятие  производно от общего понятия власти и понятия государственной власти в частности.

Общее понятие власти, как  известно, категория многоаспектная и многоликая. Власть родительская и отцовская, власть чувств, власть толпы или улицы, местная власть, власть тьмы и т.д. - столь широк  диапазон употребления слова "власть". Поэтому общее определение власти тоже является весьма широким.

В него нередко включают прежде всего способность и возможность оказывать определяющее воздействие на деятельность, поведение людей с помощью каких-то средств: авторитета, волевого влияния, правовых велений, принуждения и т.п. Таким его видят не только философы и обществоведы, но и знатоки русского языка. Например, В. Даль писал, что власть - это "право, сила, воля над чем- либо, свобода действия и распоряжения, начальствование, управление...". Несколько иначе, но по сути так же определял власть и С. Ожегов. По его мнению, таковой следует считать "право и возможность распоряжаться кем-либо или чем-либо, подчинять своей воле". Другими словами, властью нельзя считать какое-то лицо, орган, объединение, учреждение. Они - действующие лица, но не власть.

Более узким является понятие  государственной власти. В отличие  от общего это понятие персонифицировано. В нем уже присутствует действующий  субъект - народ и (или) государство, его аппарат и органы местного самоуправления, которым народ делегирует свою власть (см. ст. 3 Конституции РФ). Соответственно, такого рода властью  принято считать возможность  и способность народа и(или) государства в лице его органов оказывать воздействие на поведение людей и в целом на процессы, происходящие в обществе, с помощью убеждения либо принуждения. .

Еще уже понятие судебной власти. Это, как отмечено выше, одна из ветвей государственной власти. Субъектом, осуществляющим ее, является не любой государственный орган, а лишь суд, который обладает присущими  только ему возможностями и способностями  воздействия на поведение людей, а через это - и на процессы, происходящие в обществе. С учетом этого судебную власть можно было бы определить как  реализуемые занимающими особое положение в государственном  аппарате органами (судами) присущие им возможности и способности воздействия  на поведение людей и социальные процессы.

Из этого определения  следует, что понятию судебной власти свойственно по крайней мере два компонента: во-первых, данная власть может реализоваться только специально создаваемыми государственными учреждениями - судами; во-вторых, у этих органов должны быть свои, присущие только им способности и возможности воздействия. Эти признаки взаимосвязаны и взаимозависимы. Их нельзя изолировать друг от друга или противопоставлять.

Будет ошибкой сведение судебной власти к суду как государственному органу (нередко говорят: "Судебная власть - это суд"). Еще большей ошибкой и даже свидетельством низкого уровня правовой культуры является встречающаяся иногда склонность называть судебной властью должностных лиц, работающих в судебных учреждениях, (порой при появлении где-то, скажем, судебного исполнителя можно услышать и такое: "Смотрите-ка, судебная власть явилась!"). Властью надлежит считать не орган или должностное лицо, а то, что они могут и в состоянии сделать. По существу, это полномочия, функция, но не ее исполнитель. Пользуясь театральной терминологией, вполне допустимо утверждать, что это роль, но не актер.

Довольно распространены- ошибки и иного рода - сведение судебной власти к какому-то одному из видов судебной деятельности. Нередко о судебной власти говорят и пишут как о синониме правосудия и наоборот. Такого рода ошибка распространена, пожалуй, шире, чем отмеченная выше.

В следующей главе учебника о правосудии будет сказано достаточно подробно, и это позволит убедиться, что судебная власть и правосудие - понятия родственные, но не тождественные. Последнее надо рассматривать как  важное проявление судебной власти, но не единственное.

Упомянутые в приведенном  определении понятия судебной власти "возможности и способности" - это многогранные полномочия, которыми наделяются суды. Их реализация в целом  и есть реализация судебной власти.

Среди этих полномочий доминирующую роль играет правосудие. Его может  осуществлять только суд, и никакой  другой орган. Это специфически судебное полномочие. Но судебная власть, как  уже говорилось, не сводится только к данному полномочию. Она включает и ряд других, которые, как и  правосудие, имеют большое социальное значение:

* конституционный контроль;

* контроль за законностью и обоснованностью решений и действий государственных органов и должностных лиц;

* обеспечение исполнения  приговоров, иных судебных решений  и решений некоторых других  органов;

* разбирательство и разрешение  дел об административных правонарушениях,  подведомственных судам;.

* разъяснение действующего  законодательства по вопросам  судебной практики;

* участие в формировании  судейского корпуса и содействие  органам судейского сообщества.

Эти полномочия было бы неправильно  полностью отождествлять, как это  нередко делается, с правосудием. Можно говорить, пожалуй, лишь о том, что их реализация тесно связана  с правосудием и содействует  его надлежащему осуществлению.

Проведению в жизнь  каждого из названных полномочий, образующих судебную власть, призвано способствовать наделение органов, на которые возложено осуществление  данной власти, средствами принуждения  к исполнению принимаемых ими  решений. Закон, к примеру, прямо  провозгласил общеобязательность судебных решений всех видов. Он требует от организаций и должностных лиц, граждан неукоснительного подчинения велениям судебной власти.

И это не обычный, "дежурный" призыв, с какими нам нередко приходится сталкиваться. Реальность велений судебной власти подкрепляется довольно внушительными  средствами воздействия. Например, если .какое-то лицо не представляет без уважительных причин имеющийся у него документ, необходимый для правильного разрешения дела арбитражным судом, то последний вправе подвергнуть такое лицо штрафу в сумме до 200 минимальных размеров оплаты труда (ч. 3 ст. 54 АПК). Гражданин, нарушивший порядок в зале обычного (не арбитражного) суда, разбирающего гражданское дело, и не подчиняющийся распоряжениям судьи, в соответствии с ч. 2 ст. 149 ГПК (в редакции Закона от 28 апреля 1995 года-СЗ РФ. 1995.№ 18. Ст. 1570) может быть оштрафован в сумме до 50 минимальных размеров оплаты труда. Эффективные меры применяются судами и к гражданам (обвиняемым в совершении преступления, потерпевшим, свидетелям и др.) в случаях, когда они, скажем, уклоняются от явки в суд по его вызову. Закон разрешает подвергать их по решению суда (судьи) принудительному приводу с помощью милиции и (или) денежному взысканию. Предусматриваются и иные меры воздействия на тех, кто не желает уважительно относиться к судебным велениям. При определенных в законе обстоятельствах может возникнуть вопрос, как будет показано ниже, и о применении самых строгих мер юридического воздействия - мер уголовного наказания.

Общее положение о властном характере выполняемых судами функций сформулировано в ч. 6 ст. 1 Закона о статусе судей следующим образом: "Требования и распоряжения судей при осуществлении ими полномочий обязательны для всех без исключения государственных органов, общественных объединений, должностных лиц, других юридических или физических лиц. Информация, документы и их копии, необходимые для осуществления правосудия, представляются по требованию судей безвозмездно. Неисполнение требований и распоряжений судей влечет установленную законом ответственность".

Обобщенное знание полномочий судов (их "способностей и возможностей") не только дает представление о том, чем могут и должны заниматься эти государственные органы, но и  ориентирует относительно их роли и  места в системе всех учреждений, реализующих в целом государственную  власть, а равно и соотношения  названных выше трех ее ветвей (отраслей). Оно наполняет конкретным содержанием  широко употребляемое, хотя и несколько  упрощенное объяснение сути разделения властей: законодатель законодательствует, исполнительные органы исполняют законы, а суды судят. Во всяком случае, один только перечень судебных полномочий свидетельствует о том, что за формулой "суды судят" скрывается весьма емкая и разнообразная  деятельность, которая в целом  существенно отличается от того, что  должны делать законодательные и  исполнительные органы.

Круг судебных полномочий говорит и о том, что данная власть призвана выполнять важную и  ответственную социальную функцию, не менее значимую, чем функции, выполняемые  другими ветвями власти. А это  позволяет делать вывод уже о  равнозначности, равноправности и паритетности всех ветвей власти.

Такой вывод до сравнительно недавнего времени считался ошибочным, противоречащим основной государственно-политической установке, выражавшейся в словах "Вся  власть Советам". Сообразно с этим у судов не было многих из перечисленных  полномочий. Они, к примеру, не могли  заниматься конституционным контролем, проверять законность и обоснованность решений и действий большинства  исполнительных органов. На них смотрели как на органы, которые должны заниматься главным образом разбирательством гражданских и уголовных дел, содействием исполнению собственных  решений. Лишь в крайне ограниченных случаях им дозволялось разбирать  дела об административных правонарушениях  и рассматривать жалобы на незаконные действия некоторых (далеко не всех) исполнительных органов.

Поворот произошел в конце 80-х - начале 90-х годов, когда начало расти сознание того, что правовое государство без полноценной  судебной власти немыслимо. С этого  времени и начался процесс  принятия конкретных мер, направленных на повышение авторитета судов. Это  проявилось не только в совершенствовании  порядка подбора и формирования судейского корпуса, создании условий  для его независимости, повышении  материальной обеспеченности, установлении ответственности за неуважение к  суду, но и в существенном расширении судебных полномочий.

Такую тенденцию можно  видеть во многом. В частности, в  наделении судов правом осуществлять контроль за законностью и обоснованностью действий правоохранительных органов, призванных заниматься выявлением и раскрытием преступлений, в первую очередь в тех случаях, когда есть опасность ограничения конституционных прав и свобод граждан. В наши дни суды (общие и военные), как будет показано ниже, могут проверять законность и обоснованность задержания лиц, подозреваемых в совершении преступлений, ареста, продления его срока, совершения действий, связанных с ограничением права гражданина на тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений, а также права на неприкосновенность жилища и т.д. Уже только в этом четко просматривается признание положения о том, что суды - это вершина пирамиды правоохранительных органов.

Признание высокой социальной значимости судебной власти проявилось весьма недвусмысленно и в том, что  одним из ее полномочий стал конституционный  контроль. Это, как будет показано ниже, закреплено сначала в Конституции  РФ, а затем и в законах о  Конституционном Суде 1991 и 1994 года. Следующим шагом стало предоставление всем судам возможности проверять  законность решений местных представительных и всех исполнительных органов. Еще в Законе "О дополнительных полномочиях местных Советов народных депутатов в условиях перехода к рыночным отношениям" от 24 ноября 1990 года (см.: ВВС. 1990. №26. Ст. 322) предусматривалось, что граждане имеют право обжаловать в суд решения местных Советов народных депутатов, их органов, должностных лиц, если они нарушают права и охраняемые законом интересы граждан.

Конституция РФ 1993 года явилась  логическим завершением эволюции в  данной области. В ч. 2 ст. 46 говорится: "Решения и действия (или бездействие) органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений и должностных лиц  могут быть обжалованы в суд". Это конституционное положение  существенно развито и дополнено  другим: "Суд, установив при рассмотрении дела несоответствие акта государственного или иного органа закону, принимает  решение в соответствии с законом" (ч. 2 ст. 120 Конституции РФ).

За сравнительно непродолжительное  время, прошедшее после принятия ныне действующей Конституции РФ, тенденция более широкого привлечения  судов к контролю за действиями и решениями органов, осуществляющих другие ветви государственной власти, дает о себе знать все чаще и ощутимее. Состоялся ряд решений высших судебных инстанций, свидетельствующих о том, что суды и впредь будут проявлять активность в данной сфере и станут делать это в расширяющихся масштабах.

К числу таких решений  можно было бы отнести принятые в 1995 и 1996 годах, к примеру, постановления  Конституционного Суда РФ, ориентирующие  на расширение судебного контроля за законностью и обоснованностью решений и действий правоохранительных органов, занимающихся выявлением и расследованием преступлений. Внес свой вклад в признание значимости социальной роли судов и Верховный Суд РФ, вынесший в октябре 1995 года постановление, в котором судам даны разъяснения относительно прямого применения Конституции РФ. В этом постановлении внимание судов обращено на то, что ныне действующая Конституция РФ, в отличие от всех своих предшественниц, . является актом, который можно и нужно применять непосредственно, особенно тогда, когда тот или иной закон не соответствует ее предписаниям. Наряду с принципиальными решениями такого рода уже состоялось немало судебных процессов по конкретным делам, по итогам которых вынесены решения, давшие авторитетную юридическую оценку соответствующим действиям и решениям и законодательных (представительных) , и исполнительных органов. Не ушли от судебного контроля даже воинские начальники, чья деятельность практически всегда была "запретной зоной", в том числе, разумеется, и для судов.

2. СУДЕБНАЯ СИСТЕМА, ЕЁ  СТРУКТУРА.

Один из двух основных компонентов  судебной власти состоит в том, что  ее осуществление доверяется только специально учреждаемым государственным  органам - судам, которые отличаются от органов, выполняющих законодательные  и исполнительные функции. Такое  отличие выражается не только в специфике  судебных полномочий, о которых говорилось в предыдущем параграфе данной главы, но и а порядке формирования судов.

Особенности выполняемых  функций требуют, чтобы суды формировались  и действовали с соблюдением  специальных правил - правил, которые  коренным образом отличались бы от тех, что установлены для законодательных  и исполнительных органов.

В последующих главах еще  будет детально освещен порядок  формирования судов. Здесь достаточно отметить, что в настоящее время  суды всех видов и уровней образуются с соблюдением установленной  законом процедуры. Реализация ее призвана обеспечить беспристрастный отбор  судей, способных профессионально  грамотно и честно рассматривать  и разрешать отнесенные к их ведению  дела. Достижению данной цели призвано содействовать, в частности, установление системы гарантий, предупреждающих  проникновение в судейский корпус некомпетентных и безнравственных  людей. Такие "защитные средства" характерны для органов судебной власти. Для формирования органов  законодательной и исполнительной властей закон не устанавливает  детальных правил. Скажем, официально установленный перечень требований к кандидатам в депутаты Федерального Собрания или местных представительных органов значительно скромнее, чем  тот, что существует для кандидатов на судейские должности. К кандидатам на те или иные (даже самые высокие) должности в исполнительных органах закон тоже не предъявляет жестких требований. От судей же требуется высокий уровень подготовки и компетентность, поскольку судебные ошибки чреваты рчень серьезными, порой необратимыми последствиями для жизни, здоровья, свободы, прав и охраняемых законом интересов конкретных людей.

Существенным моментом, характеризующим  построение органов судебной власти, является обеспечение их независимости, ограждение от постороннего влияния  как извне, так и внутри (со стороны  вышестоящих инстанций и судебного  начальства). Этого не скажешь о  законодательных и исполнительных органах. Особенно последних, где субординация, подчинение вышестоящих нижестоящим, обязательность указаний руководства считаются явлением вполне нормальным. Не предусматриваются какие-то особые меры, ограждающие законодателей (членов представительных органов) от влияния извне, поскольку сделать это практически невозможно. Данная категория людей в своей деятельности обязана руководствоваться внешними факторами, учитывать требования социальных и политических сил (партий, общественных объединений и т.д.).

Сказанное, однако, не означает, что существует непроходимая пропасть между, с одной стороны, судебной, а с другой - законодательной и исполнительной властями, их органами. При всей их обособленности имеется немало точек соприкосновения между ними. Например, органы законодательной (представительной) власти издают законы, обязательные для исполнения всеми, в том числе судами, утверждают финансирование судов, размеры оплаты труда судей и других судебных работников. Органы судебной власти, со своей стороны, могут влиять, используя предоставленные им полномочия, на содержание деятельности законодательных (представительных) и исполнительных органов. Они вправе, скажем, признать закон неконституционным, а решение исполнительного органа - незаконным. И это влечет за собой неприменение закона, обязывает соответствующие органы отказаться от реализации незаконного решения, рассмотреть вопрос вновь или пересмотреть данное решение.

Специфика суда как органа судебной власти состоит также в  том, что для его деятельности установлены особые правила, процедуры. Эти процедуры, отражающие общечеловеческий опыт, жестко лимитируют все, что должно происходить в суде при рассмотрении им подведомственного вопроса. Основная их цель - обеспечить законное, обоснованное и справедливое решение. Краеугольным камнем всех судебных процедур являются гласность, коллегиальность (с некоторыми исключениями) , возможность участия представителей народа в вынесении решений, равноправие сторон, участвующих в разбирательстве дел, и ряд других, о которых речь будет ниже. Установленные для законодательных и исполнительных органов процедуры (регламенты, существующие кое-где в исполнительных органах правила принятия решений и т.д.) не обладают той тщательностью и всесторонностью, которая характерна для судебных процедур.

К настоящему времени сложилось  несколько вариантов процедур осуществления  судебной власти, которые принято  именовать видами судопроизводства. К ним относятся:

* конституционное судопроизводство;

* гражданское судопроизводство;

* арбитражное судопроизводство;

* уголовное судопроизводство;

* административное судопроизводство.

Каждое из этих судопроизводств  регламентируется 'достаточно подробным  законодательным актом - Законом  о Конституционном Суде, ГПК, АПК, УПК и КоАП. Изучению названных  видов судопроизводства и законодательных  актов, регламентирующих их, посвящены  специальные учебные дисциплины, преподаваемые на старших курсах юридических вузов.

Под судебной системой принято  понимать совокупность судов, построенную  в соответствии с их компетенцией и поставленными перед ними задачами и целями.

Основополагающим актом, определяющим в общих Чертах суть российской судебной системы, является Конституция РФ, в ст. 118 которой, в частности, сказано:

"I. Правосудие в Российской  Федерации осуществляется только  судом...

3. Судебная система Российской  Федерации устанавливается Конституцией  Российской федерации и федеральным  конституционным законом. Создание  чрезвычайных судов не допускается".

Для уяснения сложившейся  к настоящему времени судебной системы  важное значение имеют также положения ст. 125-127 Конституции РФ. Они четко определяют место, занимаемое высшими судами в судебной системе в целом, а вместе с этим и место всех других подчиненных им судов. В первой из этих статей определен статус Конституционного Суда РФ и сформулированы его задачи и цели как судебного органа, призванного контролировать конституционность законов и иных правовых актов. Этот суд занимает особое место. Как будет видно по материалу соответствующей главы учебника, ему напрямую не подчиняются никакие суды, в том числе конституционные суды и другие подобные органы субъектов Федерации, хотя его решения могут иметь существенное значение для всех судов страны и тем самым влиять в целом на судебную практику.

Что касается Верховного Суда РФ и Высшего Арбитражного Суда РФ, о которых говорится в ст. 126 и 127, то им отведено несколько иное место, У них есть свои подсистемы судов. В отношении каждой из них  они осуществляют судебный надзор за их деятельностью и дают им разъяснения  по вопросам судебной практики.

В наши дни структура всей судебной системы, в целом и ее подсистем может быть определена на основе анализа не только положений  Конституции РФ, приведенных выше, но и ряда других законодательных  актов: Закона о судоустройстве. Закона об арбитражных судах, Положения  о военных трибуналах, а также  некоторых постановлений Верховного Совета РФ, касающихся реорганизации  военных судов.

Из приведенных конституционных  положений и положений названных  законодательных актов можно  сделать по крайней мере два вывода. Они говорят, во-первых, о том, что правосудие должно осуществляться только судебными органами, уполномоченными на это, а равно на выполнение каких-то иных полномочий, образующих судебную власть. Никакие другие государственные органы или негосударственные образования, даже те, в наименовании которых присутствуют слова "суд" или "судебный" (например, третейский суд, Международный коммерческий арбитражный суд. Судебная палата по информационным спорам), не относятся к числу органов судебной власти, реализующих указанные выше полномочия - правосудие, конституционный контроль, обеспечение исполнения судебных и других решений и т.д. Предписания названных актов говорят, во-вторых, о том, что всю совокупность судов следовало бы сгруппировать в три подсистемы (блока). В одну из них входит Конституционный Суд РФ, в другую - Верховный Суд РФ и суды общей юрисдикции, в отношении которых он осуществляет судебный надзор, а в третью- Высший Арбитражный Суд РФ и поднадзорные ему суды.

Наибольшее количество судов  входит во второй блок. В ст. 126 Конституции  РФ они именуются судами общей  юрисдикции. К ним наряду с Верховным  Судом РФ причисляются Верховные  суды республик, краевые, областные, городские  в Москве и Санкт-Петербурге суды, суды автономной области и автономных округов, районные (городские) народные суды (см. сноску на с. 85). В ведение  этих судов передано рассмотрение подавляющего большинства дел, разрешаемых в  судебном порядке. Часто их называют общими или гражданскими судами. Особую ветвь во втором блоке судов образуют военные суды. Их не относят к  числу общих (гражданских) судов, поскольку  им подведомственны, как будет подробно показано ниже, только такие дела, которые так или иначе затрагивают интересы военнослужащих, Вооруженных Сил и других воинских структур. Это специализированные суды, состоящие из военных судов гарнизонов, соединений, флотилий, армий, округов, флотов, видов Вооруженных Сил, групп войск, а также Военной коллегии - одного из основных подразделений Верховного Суда РФ.

В третий блок включены федеральные  арбитражные суды округов и арбитражные  суды субъектов Российской Федерации (арбитражныесуды республик, краев, областей, городов федерального значения, автономной области, и автономных округов). Возглавляет этот блок Высший Арбитражный Суд РФ.

Конституционный Суд РФ занимает обособленное положение в российской судебной системе. По сказанному в ст. 125 Конституции РФ видно, что у  этого суда свои специфические задачи и что он, как отмечено выше, не осуществляет надзора ни за какими федеральными судебными органами. Он также не надзирает ни в коей мере за конституционными судами и подобными органами субъектов Федерации.