Ирина Эланс

Автор который поможет с любыми образовательными и учебными заданиями

Судебник 1497 г.

СОДЕРЖАНИЕ:

Содержание………………………………………………………………….2

Судебник 1497 года…………………………………………………………3

Правовое положение зависимого населения: закрепощение

крестьян, изменение положения холопов……………………………………………3

Уголовное право: развитие общего понятия преступления,

система преступлений, цели и система наказаний………………………………….6

Процессуальное право: органы, осуществляющие

правосудие, состязательный процесс, розыск……………………………………...10

Первый советский семейный кодекс (1918г.)……………………….....19

Разработка семейного кодекса. Предпосылки создания кодекса.

История подготовки и принятия………………………………………………….....19

Брак. Форма заключения брака; недействительность брака,

прекращение брака…………………………………………………………………...20

Семья. Права и обязанности супругов. Установление

отцовства и материнства, права и обязанности детей и родителей,

права и обязанности лиц, состоящих в родстве………………………………….....24

Органы регистрации актов гражданского состояния …………………….28

Список использованной литературы…………………………………30
1. СУДЕБНИК 1497 ГОДА.

1.1 Правовое положение зависимого населения: закрепощение крестьян, изменение положения холопа.

Закрепощение крестьян. Сельское феодальное население к началу данного периода именовалось сиротами. В XIV в. этот термин постепенно вытеснялся новым - крестьяне (от «христиане»), хотя в XV в. употребляется и древний термин - смерды.

Крестьянство делилось на 2 категории:

- чернотяглых;

- владельческих.

Владельческие крестьяне жили на землях, принадлежащих помещикам и вотчинникам, чернотяглые - на остальных, не отданных какому-нибудь феодалу. Эта вторая категория земель считалась принадлежащей непосредственно князю. Следовательно, чернотяглые крестьяне жили в домениальных владениях великих и удельных князей.

XV в. знаменуется прикреплением чернотяглых (черносошных) крестьян к земле и усиленным закрепощением владельческих крестьян. Прикрепление черносошных крестьян к земле осуществлялось путём договоров между князьями о непринятии на свои земли чужих тяглых людей. Закрепощением владельческих являлось прикрепление крестьянина к определённой вотчине или поместью, т.е. к земле и её владельцу, лишение крестьянина возможности выбирать себе господина, переходить от одного хозяина к другому.

Установление феодальной зависимости предполагает экономическое принуждение крестьянина к труду на феодала, захватившего основное средство производства - землю. С развитием феодализма требуются уже меры политического, правового принуждения. Феодалы всё более усиливают эксплуатацию крестьян, но последние, имея юридическую возможность переходить от одного владельца к другому, осуществляют это право, стараясь найти место, где жить было бы легче. Обычно такими местами были крупные вотчины. В результате этого от крестьянских переходов страдали преимущественно мелкие феодалы. Они и стремились к закрепощению крестьян. Организованное закрепощение началось с того, что великие князья особыми грамотами закрепляли за отдельными владельцами определённые группы крестьян. Одними из первых были прикреплены старожильцы.

Старожильцы - это в основном люди, исстари живущие у того или иного феодала и несущие в его пользу обычные феодальные повинности, а также тягло государству. Они ещё пользовались правом перехода от одного господина к другому, всё более ограничивавшимся в XV в.

Старожильцам противопоставлялись новопорядчики (новоприходцы). Феодалы, которые были заинтересованы в притоке рабочей силы, охотно принимали крестьян в свои вотчины и поместья. Чаще всего это были крестьяне, бежавшие от других феодалов. Новопорядчик освобождался от государственного тягла, а иногда и от феодальных повинностей. Новопорядчики получали иногда от вотчинника или помещика подмогу или ссуду. Они имели право перейти от одного феодала к другому, расплатившись со своим господином. Если новопорядчик много лет проживал на одном месте, он считался старожильцем.

Следующую группу зависимых людей составляли серебряники. Это были люди, взявшие у феодала «серебро», т.е. деньги в долг, и обязаны были отрабатывать его. Расплачиваться с такими долгами часто было трудно из-за высоких процентов. Серебряник до уплаты долга не мог уйти от хозяина.

Одной из групп зависимых людей были половники. Они пахали господскую землю на своих лошадях, отдавая половину урожая хозяину. Это были бедняки, не имевшие земли.

В конце XV в. появляется ещё одна категория зависимых людей - бобыли. Бобыли получали у феодалов жилище, иногда и землю (нетяглую, т.е. не облагаемую налогами). Бобыли имелись не только у светских феодалов, но и у церкви. Были даже бобыли, живущие на чёрных землях. В этом случае они зависели не от господина, а от крестьянской общины. Судебник 1497 г. положил начало всеобщему закрепощению крестьян. Статья 57 данного Судебника установила, что крестьяне могут уходить от своих господ только в Юрьев день осенний (26 ноября), за неделю до него и неделю после него. Единый срок перехода отвечал потребностям централизованного государства и был закреплён в ст. 57. Так дословно гласит указанная статья: О ХРИСТИАНСКОМ ОТКАЗЕ. А христианам отказыватися из волости, ис села в село, один срок в году, за неделю до Юрьева дни осеннего и неделю после Юрьева дни осеннего. Дворы пожилые платят в полех за двор рубль, а в лесех полтина. А которой христианин поживет за ким год, да пойдет прочь, и он платит четверть двора, а два года поживет да поидеть прочь, и он полдвора платит; а три годы поживет, а пойдет прочь, и он платит три четверти двора; а четыре года поживет, и он весь двор платит.

Для уходившего крестьянина устанавливалась повинность (пожилое): он должен был заплатить 1 рубль, если его двор находился «в полех», и полтину в менее плодородных лесистых местностях («в лесех»). По тем временам это была значительная сумма.

Полная сумма выхода платилась прожившими на земле не менее 4 лет. Для проживших меньше она снижалась за каждый год на четверть.

Изменение положения холопа. Монголо-татарское иго привело к сокращению численного состава холопов на Руси. Плен как источник холопства потерял значение. Наоборот, татары уводили громадное число русских в рабство.

Холопы подразделялись на несколько групп. Имелись большие, полные и докладные холопы. Большие холопы - это верхушка холопства, княжеские и боярские слуги, иногда занимавшие высокие посты. Так, до XV в. княжеской казной ведали должностные лица из холопов. В XV в. некоторые холопы получали за свою службу князю землю. Полные и докладные холопы работали в хозяйстве феодала в качестве прислуги, ремесленников, землепашцев. Всё более очевидной становится экономическая невыгодность холопского труда. Поэтому наблюдается тенденция к относительному сокращению холопства. По ст. 66 Судебника 1497г. в отличие от Русской Правды свободный человек, поступивший в ключники в городе, уже не считался холопом. Ст. 66: О ПОЛНОЙ ГРАМОТЕ. По полной грамоте холоп. По тиуньству и по ключю по сельскому холоп з докладом и без докладу, и с женою и с детми, которые у одного государя; а которые его дети у иного или себе учнут жити, то не холопи; а по городцкому ключю не холоп; по робе холоп, по холопе роба, приданой холоп, по духовной холоп.

Отменялось и превращение феодально зависимого крестьянина в холопа за бегство от господина.

Вместе с тем широкое распространение получила самопродажа в холопы.

Продавались в холопы обедневшие крестьяне. Цена холопа в XV в. колебалась от одного до трёх рублей. Количество холопов сокращалось также за счёт отпуска их на волю. С течением времени это становится вполне обычным явлением. Чаще всего отпускали холопов по завещанию. Так, великий князь Василий Дмитриевич дал свободу почти всем своим холопам, оставив наследницам лишь по пяти холопских семей каждой.

Освобождали своих холопов и монастыри. Холоп, бежавший из татарского плена, считался свободным (ст. 56 Судебника 1497г.).

В данный период развивается процесс постепенного стирания грани между

холопами и крестьянами, начавшийся ещё в Древней Руси. Холопы получают некоторые имущественные и личные права, а закрепощённые крестьяне всё больше их теряют. Среди холопов различаются страдники, т.е. холопы, посаженные на землю.

Наряду с относительным сокращением числа холопов возникает новый разряд людей, сходных по положению с холопами, - кабальные люди. Кабала возникала из долговой зависимости. Человек, взявший в долг (обычно 3-5 рублей), должен был отрабатывать проценты. Чаще всего кабала становилась пожизненной.

1.2 Уголовное право: развитие общего понятия преступления, система преступлений, цель и система наказаний.

Если гражданские правоотношения развивались сравнительно медленно, то уголовное право в данный период претерпело существенные изменения, отражая обострение противоречий феодального общества и усиление классовой борьбы.

Преступление понимается Судебником 1497г. не как «обида», то есть нанесение материального, физического или морального вреда, а как «лихое дело», то есть совершение такого деяния, которое нарушает интересы господствующего класса и государства.

При этом Судебник даёт лишь примерное перечисление деяний, относимых к категории лихих дел, оставляя за господствующим классом право подводить под это понятие любое деяние, нарушающее интересы господствующего класса или посягающее на установленный в государстве порядок. Перечисляя такие виды преступлений, как татьба, разбой, душегубство, ябедничество, Судебник в статье 8 вводит новое понятие: «...иное какое лихое дело...».

Развитие феодализма нашло своё отражение в некотором изменении взгляда на субъект преступления. По Судебнику ответственности подлежали все лица, совершившие преступления, в том числе и холопы.

По «Русской Правде» холопы отвечали за совершённые ими преступления и проступки перед своим господином. Убийство господином своего холопа не считалось преступлением, а убийство чужого раба рассматривалось как нанесение материального ущерба его владельцу и влекло обязанность возместить нанесённый ущерб и уплатить штраф за самовольное истребление частной собственности.

В связи с развитием феодализма и превращением холопов в крепостных Судебник 1497г. признаёт холопов субъектами преступления, распространяя на них уголовную ответственность за совершённые преступления.

Судебник ничего не говорит о моментах, исключающих вменение, то есть об условиях, освобождающих лицо от ответственности за совершённое преступление в силу малолетства или преклонного возраста, тяжёлой болезни, увечья и т.д.

В случаях, когда человек не мог сам вести дело, ему предоставлялось право нанять наймита, то есть человека ведущего процесс за него. «А на ком чего взыщет жонка, или детина мал, или кто стар, или немощен, или чем увечен, или поп, или чернец, или черница, или кто от тех в послушестве будет кому, ино наймита наняти волно» (ст. 52 Судебника).

В Судебнике не указывается, освобождается ли от наказания собственник, убивший вора в своём дворе, учитывается ли при определении вины состояние опьянения преступника, различается ли преступление по стадиям совершения - приготовление, покушение, неоконченное преступление, оконченное преступление.

По сведениям Герберштейна - австрийского дипломата, бывшего послом при дворе Ивана III и оставившего записки о нравах и обычаях Московского государства того периода, - собственник имущества, поймавший вора на месте преступления, мог «безнаказанно убить его, однако под тем условием, что он принесёт убитаго во дворец князя и расскажет, как было дело».¹

Обострение классовых противоречий, борьба за централизацию государства и установление единодержавной великокняжеской власти обуславливали усиление ответственности за посягательства на государственный строй и особу государя.

И хотя статьи Судебника не устанавливали ответственности за неоконченное преступление или покушение, в действительности лица, покушавшиеся на государственный строй или особу царя, подлежали такой же ответственности, как и за совершённое преступление. Можно предположить, что в этих случаях наказывали даже за голый умысел.

Так, в 1456 г. за прежние деяния и подозрения в умыслах «крамолы» был «поиман» на Москве и сослан в Углич Серпуховской князь Василий Ярославич.

Попытка серпуховских детей боярских и дворян освободить князя из заточения, когда «обличися мысль их», была подавлена с неслыханной для того времени жестокостью. Жестокой казни подверглись участвовавшие в заговоре против правительства Ивана III Владимир Гусев и др. «И сведав то и обыскав князь великий Иван Васильевич злую их мысль, и велел изменников казнити».

Судебник 1497 г. ярко проводит основной принцип феодального права - права-привилегии. Одно и то же преступление влекло за собой различную степень ответственности в зависимости от того, кем и по отношению к кому оно было совершено.

В соответствии с этим в статьях Судебника подчёркивается социальная принадлежность виновного или пострадавшего: «О ЗЕМЛЯХ СУД. А взыщет боярин на боярине, или монастырь на монастыре, или боярской на монастыре, или монастырской на боярине, ино судити за три годы, а доле трех годов не судити. А взыщет черной на черном, или поместник на помесчике, за которым земли великого князя, или черной или селской на помесчике, или помесчик на черном и на сельском, ино судити потому ж за три годы, а дале трех годов не судити. А взыщут на боярине или на монастыри великого князя земли, ино судити за шесть лет, а дале не судить. А которые земли за приставом в суде, и те земли досужывати.» (ст. 63 Судебника 1497г.), «О МЕЖАХ. А кто сореть межу или грани ссечет из великого князя земли боярина и монастыря, или боярской и монастырской у великого князя земли, или боярской или монастырской у боярина, или боярской у монастыря, и кто межу сорал или грани ссек, ино того бити книтием, да исцу взяти на нем рубль. А христиане промежу себя в одной волости или в селе кто у кого межу переорет или перекосит, ино волостелем или поселскому имати на том за борам по два алтына и за рану присудят, несмотря по человеку и по ране и по рассужению.» (ст. 62 Судебника).

Судебник вводит понятие «добрых» и «лихих» людей.

К людям добрым Судебник относит наиболее зажиточных, благонамеренных представителей господствующего класса или чёрного крестьянства, зарекомендовавших себя рачительными хозяевами или особо ревностно проявлявших себя на службе. Им предоставлялось право «облиховать», то есть признать «ведомым лихим человеком» любого. Доказывать виновность оговорённого не требовалось.

Человек, признанный добрыми людьми «ведомым лихим человеком», подлежал при обвинении его в совершении «лихого дела» смертной казни, а в остальных случаях был обязан удовлетворить требования истца вне зависимости от того, совершил он преступление или нет.

В отличие от Русской Правды Судебник 1497г. выделяет уже преступления против государства и его оплота - церкви, а также преступления, совершаемые феодально-зависимым населением против своих господ.

Особенностью Судебника является не только включение новых видов преступлений, но и то, что он главное внимание сосредотачивает на наиболее существенных, особо опасных для феодального государства преступлениях - душегубстве, разбое, татьбе, поджогах, злостной клевете и др., меньше уделяя внимания незначительным проступкам против личности, главным образом, против телесной неприкосновенности (раны, наносимые оружием, удары рукой, палкой, острой или тыльной стороной меча и другими предметами, повреждение руки, ноги, глаза, зуба, усов и т.д.).

1.3 Процессуальное право: органы, осуществляющие правосудие, состязательный процесс, розыск.

Судебник 1497 г. выражал стремление господствующего класса к созданию централизованного государственного аппарата, в том числе судебного аппарата.

Судебник устанавливал следующие виды судебных органов: государственные, духовные, вотчинные и помещичьи.

Государственные судебные органы.

Государственные судебные органы делились на центральные и местные.

Центральными государственными судебными органами были великий князь, Боярская дума, путные бояре, чины, ведавшие отдельными отраслями дворцового управления, и приказы.

Центральные судебные органы были высшей инстанцией для суда наместников и волостелей. Дела могли переходить из низшей инстанции в высшую по докладу суда низшей инстанции или по жалобе стороны (пересуд) (ст. ст. 20 и 64 Судебника 1497г.).

Доклад излагался в специальном докладном списке (или докладной грамоте - ст.16) - протоколе судебного заседания суда первой инстанции, передававшимся на рассмотрение вышестоящей инстанции.

Великий князь рассматривал дела в качестве суда первой инстанции по отношению к жителям своего домена, особо важные дела или дела, совершённые лицами, имеющими привилегию на суд князя, к которым относились обладатели тарханных грамот и служилые люди (начиная с чина стольника), а также дела, поданные лично на имя великого князя.

Помимо этого князь рассматривал дела, направляемые ему «по докладу» из нижестоящего суда для утверждения или отмены принятого судом решения, а также являлся высшей апелляционной инстанцией по делам, решённым нижестоящими судами, осуществляя пересуд. Наряду с самостоятельным рассмотрением дел великий князь мог поручить разбор дела различным судебным органам или специально назначенным князем лицам - путным боярам и другим чинам, ведавшим отдельными отраслями дворцового управления. Поэтому обещания великого князя о самостоятельном рассмотрении того или иного дела обычно заканчивались: «или кому я прикажу».

Связующим звеном между судом великого князя и остальными судебными инстанциями была Боярская дума. Боярская дума состояла из «введённых бояр» - людей, введённых во дворец великого князя в качестве постоянных помощников в управлении, бывших удельных князей, возведённых в чин думного боярина, и окольничих - лиц, занимавших высшую придворную должность. По мере расширения политического влияния дворянства в состав Боярской думы были введены представители дворян, обычно занимавших в Думе должность думных дьяков.

Вопросами суда и управления ведали высшие чины Боярской думы - бояре и окольничие. Однако дворянство, стремясь ограничить права бояр, добилось того, что судопроизводство проводилось в присутствии его представителей - дьяков.

«Судити суд бояром и околничим. А на суде быти у бояр и у околничих диаком...», - гласила ст. 1 Судебника, определявшая порядок судопроизводства.

Боярская дума в качестве суда первой инстанции судила своих собственных членов, должностных лиц приказов и местных судей, разбирала споры о местничестве и иски служилых людей, не пользовавшихся привилегией великокняжеского суда. Боярская дума была высшей инстанцией по отношению к решениям местного суда. В неё переходили «по докладу» дела, изъятые из самостоятельного рассмотрения наместнического суда. В Боярскую думу также переходили дела от приказных судей, обычно в 2 случаях: когда между приказными судьями при решении не было единогласия или когда отсутствовали точные указания в законе.

В первом случае дело могло быть рассмотрено Боярской думой без обращения к великому князю. В случаях же, когда требовались объяснения по законодательству, доклад направлялся к князю или обсуждался Боярской думой в присутствии великого князя, который определял и утверждал решение по данному делу. «А которого жалобника а непригоже управити, и то сказати великому князю...» (ст. 2 Судебника).

Помимо этого, Боярская дума была наряду с великим князем апелляционной инстанцией.

Большинство дел разбиралось приказами. Великий князь «приказывал» тому или иному лицу ведать каким-либо «делом» или отраслью управления. Ему же как специалисту в определённой отрасли поручался, надо полагать, и разбор споров и дел, связанных с этой отраслью.

Статья 2 Судебника устанавливает наличие определённой подсудности для разного рода дел: «... к тому его послати, которому которые люди приказаны ведати».

На местах судебная власть принадлежала наместникам и волостелям.

Наместник ставился «на место князя» для осуществления управления и суда обычно на территории города с уездом. В волостях (частях уезда) функции управления и суда осуществляли волостели. Наместники и волостели назначались князем из бояр на определённый срок, обычно на год, и находились на содержании населения, которое предоставляло им так называемый «корм». Отсюда они и получили название «кормленщиков». Помимо наместников и волостелей в Москве и Московских волостях были «тиуны государевы», также пользовавшиеся правом суда и управления и собиравшие доход с наместничьего и своего суда в пользу государя, а в других местностях - тиуны боярские, передававшие доход с суда своему боярину. Если в одну местность посылался не один, а два или несколько наместников и волостелей, то они делили своё кормление поровну (ст. 65 Судебника).

Духовные суды.

Духовные суды подразделялись в свою очередь на суды епископов, где судьёй был епископ или назначенные им наместники, и суды монастырские, где судьёй был игумен или назначенные им «приказщики». Так же, как и кормленщики, епископы и игумены получали вознаграждение с подсудного им населения.

Ведению духовных судов подлежало духовенство, крестьяне, находящиеся в распоряжении церковных и монастырских феодалов, а также люди, питающиеся за счёт церкви (вдовы, строи - лица с прирождёнными недостатками, обычно жившие за счёт церкви) (ст. 59 Судебника). К ведению духовных судов относился также разбор брачных и семейных дел, отношений между родителями и детьми, дел о наследстве.

Из подсудности духовных судов изымались:

1) наиболее важные уголовные дела – «душегубство» и «разбой с поличным», хотя бы и совершённые лицами, подсудными духовному суду, так как рассмотрение этих дел являлось исключительной компетенцией государственных органов;

2) дела, совершённые лицами, подлежащими разной подсудности. Например, споры между крестьянами и слугами духовных и светских феодалов или крестьянами и слугами, принадлежащими разным феодалам, разбирались так называемым «сместным судом».

«Сместной», или «вопчей» суд состоял из представителей обоих судов, которым подсудны спорящие. Например, в разборе споров между крестьянами духовных и светских феодалов участвовали представители от духовного и светского судов.

«...А будет простой человек с церковным, ино суд вопчей...» (ст. 59 Судебника).

Пределы власти духовных и светских феодалов над подвластным им населением устанавливались тарханными и иммунитетными грамотами, жалуемыми феодалам великим и удельными князьями. Так, в жалованной грамоте Звенигородского князя Юрия Димитриевича Савво-Сторожевскому монастырю от 1404 г. говорится: «...а ведает игумен Савва сам свои люди во всех делех и судит сам во всем, или кому игумен прикажет, оприче душегубства».

Вотчинные и помещичьи суды.

Суд помещиков и вотчинников, компетенция которого определялась, как и суды духовных феодалов, иммунитетными грамотами, распространялся на крестьян и слуг бояр и помещиков.

Из ведения помещичьего и вотчинного суда так же, как и суда духовного, изымались наиболее важные уголовные дела - разбой с поличным и душегубство, рассматриваемые лишь государственными судебными органами, и споры с лицами иной подсудности, подлежавшими «сместному» суду.

Суд над чернотяглыми крестьянами осуществлялся выбранным ими судьей, так называемым слабодчиком, которому были подсудны все споры между чернотяглыми крестьянами, с изъятием тех же дел, что и для суда духовных и светских феодалов.

В вотчинном суде так же, как и в суде государственном, дела разбирались в присутствии «лучших» представителей местного населения - сотских, старост, судных мужей.

Высшей инстанцией для вотчинного суда были государственные судебные органы. Изъятие из компетенции вотчинного суда наиболее важных дел и подчинение вотчинного суда государственным судебным органам как вышестоящей инстанции означали централизацию судебного аппарата.

Состязательный процесс.