Существенные отличия российских правил (стандартов) от МСА
1. Существенные отличия российских правил (стандартов) от МСА.
Российские стандарты аудита представляют собой адаптированную версию Международных стандартов аудита (МСА) 1999 года. Российские стандарты отличаются от МСА по структуре и логике изложения, они базируются на положениях российского гражданского права, в них содержатся образцы типичных для российской юридической практики договорных документов и пр. В этом смысле российские стандарты по форме достаточно сильно отличаются от МСА. Тем не менее, они весьма близки по сути, а имеющиеся расхождения связаны в первую очередь со спецификой российской правовой практики. С 2010 года различия также включают изменения МСА в соответствии с реализацией проекта «Ясность». Цели проекта, в частности, состояли в том, чтобы повысить четкость положений стандартов и обеспечить единообразное понимание их требований в разных юрисдикциях. В результате кардинально изменились структура и характер изложения содержания стандартов — требования были отделены от комментариев и разъяснений, вынесенных в приложения.
Цель разработки российских Правил (стандартов) аудиторской
деятельности — подготовка пакета документов, основанного на системе МСА, поэтому стандарты, противоречащие МСА, умышленно никто готовить не планировал. Тем не менее, по различным причинам некоторые российские Правила (стандарты), даже совпадающие по названию и содержанию с международными прототипами, существенно от них отличаются.
Прежде всего укажем МСА, которые были подвергнуты существенной переработке в 1999 г.: МСА 530 (российский аналог — «Аудиторская выборка») и ПМАП 1005 (российский аналог — «Особенности аудита малых экономических субъектов». Указанные документы системы МСА стали подробнее, их объем во много раз увеличился, был изменен или уточнен ряд концептуальных положений. Таким образом, одной из причин несоответствия российских и международных стандартов является изменение самих МСА и ПМАП, поэтому целесообразно переработать российские Правила (стандарты) аудиторской деятельности.
Другой причиной различия российских Правил (стандартов) и МСА являются требования российских нормативных актов более высокого уровня, которым не должны противоречить положения отечественных стандартов.
Одним из ярких примеров является Правило (стандарт) аудиторской
деятельности «Порядок составления аудиторского заключения о бухгалтерской отчетности». Формально оно подготовлено на основе МСА 700. Вместе с тем в ходе разработки отечественного стандарта неизбежно требовалось выполнять Временные правила аудиторской деятельности в Российской Федерации, где неоправданно подробно описана форма аудиторского заключения. Логика авторов Временных правил понятна: в то время, когда они разрабатывались, не были еще очевидны роль и место стандартов аудита во внутрифирменной системе контроля качества работы аудиторов. Поэтому возникли опасения, что неправильно разрешать аудиторам по результатам проверки подписывать лаконичный документ объемом менее одной страницы. Считалось, что многие аудиторы будут подписывать аудиторские заключения, не проводя серьезных проверок. В качестве возможного выхода предложили готовить в составе аудиторского заключения развернутый перечень отмеченных нарушений, названный аналитической частью. Кое-каких упущений и оговорок, Временных правил (например, там не были предусмотрены условно-положительные аудиторские заключения или было запрещено передавать пользователям аудиторского заключения вводную часть, где содержалась общедоступная
информация об аудиторской организации, проводившей проверку) удалось
избежать в Правиле (стандарте), но в целом российское аудиторское заключение обрело вид, существенно отличающийся от предписанного МСА.
Видимо, данное расхождение сможет быть устранено только после отмены
Временных правил и замены их законом об аудите.
Еще одно положение Временных правил, идущее вразрез с международной практикой аудита,— положение о проведении аудиторскими организациями специальных тематических проверок по заказу государственных органов. Причем такие проверки, являющиеся по терминологии МСА «специальными аудиторскими заданиями», во Временных правилах отнесены к «обязательному аудиту», т.е. перепутаны с ежегодными проверками предприятий, отвечающих определенным критериям. Данное недоразумение неизбежно нашло отражение в подготовленном как на основе Временных правил, так и на основе МСА 800 Правиле (стандарте) «Заключение аудиторской организации по специальным аудиторским заданиям». В нем значительное внимание уделяется проверкам, проводимым по заданию государственных органов, хотя и сделана попытка «исправить» Временные правила и квалифицировать такие проверки как специальный, а не как обязательный аудит. Форма отчета приведена в соответствие с требованиями Временных правил (с вводной, аналитической и итоговой частями) и тем самым отличается от описанной в МСА.
Российское Правило (стандарт) «Характеристика сопутствующих аудиту услуг и требования, предъявляемые к ним» существенно отличается от МСА 920, посвященного выполнению согласованных процедур. Предыстория здесь такова: при подготовке Временных правил были учтены общепризнанные требования о том, что аудиторы в своей деятельности должны избегать конфликта интересов. Например, было бы неправильно, если бы аудиторы, с одной стороны, проверяли работу брокерских контор, располагали бы некоторой конфиденциальной информацией о динамике стоимости акций, а с другой сто-Мроны, использовали полученную информацию, чтобы активно играть на бирже. Точно так же нельзя было допустить, чтобы аудиторы проверяли предприятия некой отрасли и сами
активно действовали как предприниматели в той же отрасли. Данное противоречие в разных экономически развитых странах решается по-разному, но в системе МСА эта проблема не затрагивается, она рассматривается в Кодексе этики профессиональных бухгалтеров; тем самым признается, что дать однозначные предписания по урегулированию указанной проблемы затруднительно.
В период подготовки Временных правил практически не существовало профессиональных аудиторов, не было речи и о каких-либо документах профессиональных объединений аудиторов, содержащих нормы их поведения, поэтому во Временных правилах была ограничена сфера деятельности аудиторов собственно аудитом и оказанием «других услуг по профилю своей деятельности». Получилось, что в МСА 920 описаны лишь требования, предъявляемые к аудиторским услугам, связанным с различными проверками и бухгалтерскими услугами, а в российском Правиле (стандарте) предпринята более-менее успешная попытка определить, какие сопутствующие услуги вправе, а какие не вправе оказывать аудиторские организации, включая издательскую деятельность, проведение семинаров, рекрутинг (услуги по набору персонала). В результате российский документ имеет мало общего с международным аналогом, а главное — так у не оговорены виды деятельности, которые запрещены для аудиторских организаций.
Правило (стандарт) аудиторской деятельности «Действия аудитора при выявлении искажений бухгалтерской отчетности» формально разработано на базе МСА 240, буквальный перевод названия которого — «Мошенничество и ошибки». Такое существенное различие в названиях не случайно: во время обсуждения проекта данного Правила (стандарта) специалистами рецензент обратил внимание на то, что согласно Уголовному кодексу Российской Федерации мошенничество является одним из видов уголовных преступлений, в связи с чем квалифицировать некоторое деяние как мошенничество может только суд или следствие, но никак не аудитор. После этого речь в отечественном стандарте пошла не о мошенничестве и ошибках, а о преднамеренных и непреднамеренных искажениях отчетности.
Различие двух документов не ограничивается заголовком. Западные
аудиторы обычно работают в государствах, имеющих многолетние традиции
правового подхода к решению различных вопросов. Эти аудиторы, как правило, имеют такое же право на профессиональную тайну в отношении своих клиентов, как врачи и юристы, а правоохранительные, налоговые и другие аналогичные органы таких стран уважают право представителей некоторых профессий на свою тайну. Наше правовое государство находится в процессе становления, и до сих пор не прекращаются попытки использовать конфиденциальную информацию аудиторов для получения доказательств вины их клиентов, причем речь зачастую идет не о серьезных случаях, угрожающих безопасности государства, а о фактах мелких налоговых нарушений. Поэтому при подготовке названного Правила (стандарта) разработчики попытались, насколько это было возможно, освободить аудитора как от ответственности за не обнаружение фактов умышленных искажений, так и за недонесение о таких фактах. В результате в
российском стандарте (в отличие от МСА) появились пространные высказывания о том, чем отличаются умышленные искажения бухгалтерской отчетности от неумышленных, перечисление внутренних и внешних факторов, способствующих таким искажениям. Вместе с тем четкие формулировки МСА 240 о том, как и в каких случаях следует информировать о фактах мошенничества руководство проверяемой фирмы, в каких случаях и каким образом следует отражать факты мошенничества в аудиторском заключении, когда возникает возможность информировать о фактах мошенничества правоохранительные органы и пр., в отечественном стандарте вылились в обтекаемые рассуждения о том, что случаи искажений отчетности следует отражать в рабочей документации аудиторской организации и в итоговых документах аудита: заключении и письменной информации руководству экономического субъекта. Видимо, в ходе дальнейшей нормотворческой работы необходимо будет приблизить российское Правило (стандарт) к МСА, но для этого одновременно потребуется обеспечить законодательные гарантии прав аудиторов на профессиональную тайну. Правило (стандарт) аудиторской деятельности «Аудиторские доказательства» подготовлено на основе МСА 500, но между ними есть значительные расхождения. По-видимому, это связано с тем, что разработчики Правила (стандарта) на начальном этапе перехода к стандартизации аудиторской деятельности сочли внедрение МСА 500 достаточно сложным и в ходе адаптации значительно упростили текст, опустив много существенных положений. В российском Правиле (стандарте) вообще не рассматриваются утверждения (или предпосылки подготовки) бухгалтерской отчетности (это, по сути, обстоятельства, которые подлежат проверке при поиске аудиторских доказательств). В пункте 13 МСА 500 приведены семь таких утверждений:
- существование;
- права и обязательства;
- возникновение;
- полнота;
- стоимостная оценка;
- измерение;
- представление и раскрытие.
Следует отметить, что концепция утверждений (или предпосылок подготовки) бухгалтерской отчетности пронизывает всю систему МСА. В российской практике появление данного понятия было заблокировано на том
основании, что, якобы, в российском
бухгалтерском учете
Во-первых, российский Перечень определений должен был базироваться на Временных правилах и на российских нормативных актах, регулирующих бухгалтерский учет, поэтому он объективно не может быть тождествен глоссарию из МСА. Можно рассчитывать, что с приближением российских подходов к аудиту к международным, а российских подходов к бухгалтерскому учету — к МСФО дефиниции данных двух перечней будут приближаться друг к другу.
Во-вторых, российский Перечень содержит большее количество понятий. Такие понятия, как «честность», «объективность», «профессиональное суждение аудитора», «профессиональное суждение аудитора», «профессиональный субъективизм аудитора» возможно очевидны для западных аудиторов, но отечественным специалистам их необходимо было разъяснить. Некоторые же термины, например «утверждения (предпосылки подготовки) бухгалтерской отчетности», еще ждут того, чтобы занять положенное место в российском перечне.
Существует значительное число российских Правил (стандартов) аудиторской деятельности, которые не имеют прямых аналогов в системе МСА.
Обычно национальные аудиторские стандарты экономически развитых стран предусматривают ту или иную форму развернутого отчета аудитора перед руководством (так называемого management letter, письма руководству) содержащего перечень обнаруженных недостатков, рекомендации по их устранению, усовершенствованию системы бухгалтерского учета и внутреннего контроля, а также анализ устранения замечаний по результатам аудита прошлого года и пр.
Несомненна и необходимость регламентирующего документа, где были бы сформулированы национальные требования к уровню образования аудиторов. В системе МСА такого стандарта нет не потому, что данный вопрос не важен, просто MАС выпускает по этому вопросу отдельную подборку инструктивных и регулирующих материалов. У нас требования к образованию аудиторов сформулированы во Временных правилах, и в Правиле (стандарте) «Образование аудитора», как документе более низкого законодательного уровня, требования Временных правил могли бы лишь конкретизироваться и детализироваться, но содержать какие-либо новации Правило (стандарт) не могло.
Многие из этих требований с сегодняшних позиций воспринимаются неоднозначно, например, вероятность того, что аудитором может быть лицо, имеющее юридическое образование, по нашему мнению, использовалось на практике редко — не так уж много профессиональных юристов разбираются в дебете и кредите. В силу ряда причин в бухгалтерский учет и аудит за последнее время пришло много специалистов с техническим образованием, которые вынуждены были для формального соблюдения аттестационных требований получить дополнительное высшее или среднее специальное образование. Вместе с тем давно говорят о необходимости введения требования относительно дополнительной послевузовской подготовки для тех, кто хочет получить аудиторский аттестат.
Однако пока такое требование может быть лишь рекомендательным. Таким образом, российский стандарт, посвященный образованию, необходим, но документ этот может стать полноценным только в том случае, когда неоправданно жесткие и конкретные положения Временных правил будут заменены отсылочной нормой закона об аудите, передающей полномочия формулировать соответствующие требования в таком стандарте.
Что касается Правила (стандарта) «Права и обязанности аудиторских организаций и проверяемых экономических субъектов», то история его появления такова. Несколько лет назад готовились концептуальные документы, определявшие, какие российские Правила (стандарты) следует разрабатывать и в каком порядке. Разработчики решили, что в Правилах (стандартах) несомненно должны быть конкретизированы права и обязанности участников аудита. Имелось в виду, что, например, в соответствии с одним из стандартов аудитор обязан документировать процесс аудита, а в соответствии с другим стандартом руководители экономического субъекта обязаны предоставлять аудитору письменные разъяснения и пр. Стало быть, предполагалось, что реально такие права и обязанности будут «разбросаны» по разным документам.
Однако когда верстался список планируемых к подготовке Правил (стандартов), наименование документа о правах и обязанностях было внесено в этот список самостоятельным пунктом. На наш взгляд, необходимость решать названный вопрос в документе уровня стандарта сомнительна: базовые права и обязанности должны были бы быть сформулированы на уровне Временных правил или федерального закона, а в Правилах (стандартах) такие требования должны детализироваться и конкретизироваться.
Теперь рассмотрим Правило (стандарт) «Требования, предъявляемые к внутренним стандартам аудиторских организаций». В зарубежной практике
подготовка внутренних стандартов аудиторских фирм отдана на откуп самим
фирмам, зависит от масштаба их деятельности и во многом продиктована содержанием и логикой применяемых в этих странах аудиторских стандартов.
Поскольку для подавляющего большинства российских аудиторских организаций требование подготовки внутренних стандартов в новинку, такой документ важен и нужен. Многие положения данного Правила (стандарта) носят методический, рекомендательный характер и должны подсказать аудиторам, как готовить внутренние регламентирующие документы.
Что касается Правила (стандарта) «Налоговый аудит и другие
сопутствующие услуги по налоговым вопросам. Общение с налоговыми органами», то его появление было вызвано тем, что до сих пор в ходе аудита большинство российских аудиторов обращает наибольшее внимание именно на налоговые проблемы. Создание этого стандарта сопровождалось многочисленными дискуссиями. Несколько лет назад, когда подготавливались планы разработки российских стандартов, решили, что именно такой стандарт, не имеющий международных аналогов, российским аудиторам будет полезен. Когда дело дошло до подготовки, необходимость такого стандарта многим уже казалась сомнительной, поскольку на повестку дня была поставлена задача показать российским аудиторам, что аудит как раз не сводится к налоговой проверке.
После того, как стандарт все-таки решили готовить, стали обсуждаться две точки зрения. Согласно одной точке зрения в стандарте должны были устанавливаться требования по проверке налоговых вопросов в ходе обязательного ежегодного аудита. В соответствии с другой точкой зрения в стандарте должны были формулироваться требования к налоговому аудиту как к дополнительной аудиторской услуге. Победила вторая точка зрения, поскольку аудитору в ходе проверки достоверности отчетности следует анализировать все счета бухгалтерского учета с позиции их существенности, величины и вероятности появления ошибок и искажений, а балансовому счету 68 «Расчеты по налогам и сборам» нужно уделять столько же внимания, сколько и любому другому счету. Наконец, при подготовке материала к рассмотрению в Комиссии по аудиторской деятельности было решено придать документу статус методики, а не стандарта, подчеркнув тем самым его методический, рекомендательный характер.
Следовательно, можно обсуждать
необходимость существования
Российские Правило (стандарты) разрабатываются небольшими партиями (по 4—5), что связано с организационными проблемами и особенностями финансирования. Те из них, до которых «не дошли руки», видимо, не считались приоритетными. В первую очередь,— это предисловие к Правилам (стандартам) и их концептуальная основа. Отсутствие таких документов связано с тем, что предисловие и введение к любой книге обычно готовят к тому моменту, когда она уже создана. Поскольку комплект российских Правил (стандартов) еще не представляет собой единого целого, было естественно оставить подготовку предисловия на потом.
Российским законодательством по бухгалтерскому учету предусматривается возможность передачи ведения бухгалтерского учета централизованной бухгалтерии или специализированной организации. Тем не менее, наиболее крупные и важные российские экономические субъекты, отвечающие критериям обязательного аудита: акционерные общества, предприятия со значительным объемом выручки и большой стоимостью активов и пр.— обычно все-таки не считают возможным отдавать свой учет на откуп некой сторонней организации, а имеют в штате главного бухгалтера, а то и бухгалтерию. Таким образом, разработка российского документа, касающегося аудита субъектов, пользующихся услугами специализированных организаций, также не была отнесена к первоочередным задачам.
Особого комментария заслуживает МСА501, касающийся аудиторского подхода к дополнительному рассмотрению особых статей бухгалтерской отчетности с точки зрения получения соответствующих аудиторских доказательств. Выше мы уже говорили о том, что российское Правило (стандарт) по аудиторским доказательствам является одним из наименее удачных с точки зрения соответствия международному прототипу.
Во-первых, в нем полностью отсутствует упоминание так называемых утверждений (или предпосылок подготовки) бухгалтерской отчетности.
Во-вторых, в российском Правиле (стандарте) приведен список способов получения аудиторских доказательств, который лишь частично совпадает с приведенным в МСА 500. Поэтому создать отечественный стандарт, в котором более подробно раскрывались бы требования к сбору аудиторских доказательств в приложении к конкретным ситуациям, было затруднительно. Разработчикам пришлось бы выбирать одно из двух зол: либо готовить документ, мало связанный с основным Правилом (стандартом) по аудиторским доказательствам, либо создавать оригинальный документ, заведомо мало связанный с международными стандартами. По нашему мнению, логично приступать к работе над российским аналогом МСА 501 только после кардинальной переделки российского Правила (стандарта), посвященного сбору и использованию в ходе аудита аудиторских доказательств.
Нет пока российских Правил (стандартов), аналогичных МСА 910 и 930, которые касаются двух видов сопутствующих аудиту услуг, еще не нашедших применения в российской практике,— обзора (геview) и подготовки (compilation) финансовой отчетности. И в том и в другом случае речь идет о проверке аудитором финансовой отчетности на предмет ее достоверности, но в первом случае имеется в виду беглая обзорная проверка, менее глубокая, чем полноценный аудит, а во втором случае — участие аудитора в подготовке такой финансовой отчетности. Письменные отчеты или заключения аудитора по результатам выполнения заданий, связанных с обзором или подготовкой (компиляцией) отчетности клиента, обладают меньшей доказательной силой, чем полноценное аудиторское заключение об отчетности клиента. В первом случае проверка по определению более беглая и обзорная, чем аудит, а во втором случае аудитор не является независимым, поскольку принимает участие в подготовке отчетности. Тем не менее на Западе считается, что участие квалифицированного специалиста-аудитора в подготовке отчетности может добавлять авторитетности такой отчетности по сравнению с той, которую клиент готовил бы самостоятельно. В ряде случаев банки или иные кредиторы экономических субъектов не настаивают на проведении полноценного аудита перед выдачей займа и бывают удовлетворены отчетами аудиторов по МСА 910 или МСА 930, что можно получить быстрее и что стоит дешевле аудита.
Перечисленные способы «облегченных» аудиторских проверок давно практикуются и в России, хотя не описаны ни в одном регламентирующем документе. Некоторые российские аудиторские организации, занимающиеся налоговым аудитом, но выдающие полноценное аудиторское заключение, на самом деле проводят обзорные проверки отчетности своих клиентов, хотя, возможно, сами не отдают себе в этом отчета. Однако в большинстве случаев осуществления работ по подготовке отчетности российских предприятий в соответствии с международными стандартами финансовой отчетности аудиторы вовлечены в этот процесс таким образом, что можно говорить об оказании услуг по компиляции, а не о независимом аудите отчетности. К сожалению, Временными правилами не предусматривается проведение аудитором проверок, не являющихся аудитом. Экономические субъекты должны либо платить аудиторам за полноценный аудит, когда он, строго говоря, не требуется, либо заказывать аудиторам то, в чем есть потребность, но тогда не будет выполнено требование осуществления ежегодного полноценного аудита. В российской практике часто встречается и третий вариант: и платят скромно, и аудит проводится неполноценный, но из аудиторского заключения этого не видно. Во многих же случаях инициативный аудит в форме обзора или компиляции был бы дешевле и удовлетворял бы требованиям некоторых пользователей бухгалтерской отчетности. Можно сказать, что внедрение подобных альтернативных способов проведения аудиторских проверок требует внесения изменений в действующее законодательство и проведения соответствующей разъяснительной работы среди экономических субъектов и пользователей их отчетности.
В России аудиторскими стандартами по банковскому аудиту занимается Центральный банк Российской Федерации. К сожалению, стандартизация работы аудиторов находится там на начальной стадии и развивается зачастую далеко не в направлении МСА.
Большая часть российских Правил (стандартов) по принципам, на которых они базируются, и содержанию близка к МСА, а существующие различия связаны не с намеренным желанием отказаться от соблюдения МСА, а с особенностями действующего российского законодательства, уровнем развития отечественного аудита, другими объективными и субъективными причинами. Такие расхождения могут быть со временем устранены, и понятно, в каком направлении для этого следует менять российские регламентирующие документы.
Основная проблема проведения в России аудита согласно МСА заключается не в отсутствии соответствующих национальных аудиторских стандартов или неудовлетворительном их содержании, а в необходимости создания надежного механизма, который обеспечил бы выполнение этих стандартов теми российскими аудиторскими организациями, которые выдают экономическим субъектам аудиторское заключение по результатам обязательного ежегодного аудита.
2. Структура МСА, возможное отступление от требований МСА.
Структура МСА является единой. Она включает в себя:
- введение, где отражается цель стандарта и задачи, стоящие перед аудитором, а также даются определения важнейших используемых терминов;
- разделы, излагающие суть стандарта;
- приложения (для некоторых стандартов).
Международные стандарты аудита в настоящее время включают 46 стандартов. Они структурированы и сгруппированы по следующим темам:
Стандарты по вводным положениям (ISА 100-199) выполняют функцию по определению общих условий МСА или рамок аудиторской деятельности (рамочная концепция). Они определяют логику развития МСА, являются основой для разработки новых стандартов, содержат список терминов, общие указания, как по аудиторской деятельности, так и по другим услугам, связанным с аудитом.
Стандарты, распределяющие обязанности в рамках аудиторской деятельности (ISА 200-299), определяют условия заказа на аудит, примерное содержание договора на выполнение аудиторских услуг, а также условия, при которых аудиторский риск (риск положительного аудиторского заключения вопреки существенным ошибкам в отчетности) должен быть снижен до приемлемого минимума.
Стандарты по планированию аудиторской деятельности (ISА 300-399) требуют, что при планировании аудиторской проверки следует четко определить круг проверяемых вопросов, состав сотрудников, которые будут участвовать в проверке (имеется ли достаточное количество сотрудников, достаточно ли они компетентны в вопросах, связанных с заказом), необходимость привлечения внешних экспертов, специалистов других аудиторских фирм
Стандарты по использованию
результатов внутреннего
Стандарты, определяющие аудиторские доказательства (ISА 500-599), устанавливают, что аудитор должен получить достаточное количество соответствующих доказательств, позволяющих сделать обоснованное аудиторское заключение, при этом для получения аудиторских доказательств могут использоваться также внешние данные, подтверждающие те или иные элементы проверки. В этих стандартах приведены примеры процедур проверки.
Стандарты, предусматривающие работу аудитора с информацией третьих лиц (ISА 600-699), регулируют вопросы использования информации других аудиторов, взаимодействие со службой внутреннего аудита, использования работы экспертов.
Стандарты, посвященные итоговым
аудиторским заключениям и
Стандарты, регулирующие специальные вопросы (ISА 800-899), определяют вопросы проверки информации, ориентированной на будущее (финансовой информации, служащей основой для прогнозирования возможных событий в будущем).
Стандарты, регулирующие сопутствующие аудиту услуги (18А 900-999).
Стандарты, дополняющие положения по вопросам международной практики аудита (IАРS 1000-1100).
В предисловии к МСА отмечается, что их следует применять только к существенным аспектам, что свидетельствует о возможности использования национальных нормативных актов, регулирующих аудит финансовой или иной информации в каждой отдельной стране. В этой связи целесообразно разрабатывать национальные стандарты аудита и сопутствующих услуг для более полного учета особенностей национальных систем законодательства, налогообложения, бухгалтерского учета и других аспектов финансово-хозяйственной деятельности организаций и предприятий.
Федеральные правила (стандарты) базируются на международных стандартах аудита.
Правила (стандарты) аудиторской деятельности -- это, как отмечается в законе об аудиторской деятельности в Российской Федерации, единые требования к порядку осуществления аудиторской деятельности, оформлению и оценке качества аудита и сопутствующих ему услуг, а также к порядку подготовки аудиторов и оценке их квалификации.
