Сущность лозунга: Страна из ввозящей станки и оборудование, должна превратиться в страну производящую станки и оборудование

Содержание

Введение……………………………………………………………………………………3

1. Индустриализация. Первые пятилетки………………………………………………4

2. Сущность лозунга…………………………………………………………………….8

3. Промышленная модернизация в тоталитарном исполнении………………..13

4. Статьи и документы…………………………………………………………………18

• Первые успехи индустриализации……………………………………………18
• Из резолюции XIV съезда ВКП(б) по отчету центрального комитета…………………………………………………………………………19
• Ткацкая машина изготовлена в СССР………………………………………19
• Не уступают английским………………………………………………………20
• Наступление социализма по всему фронту. Создание экономического фундамента социализма…………………………………………………………..20
• Из постановления ЦК ВКП(б) «О строительстве Магнитогорского металлургического завода»……………………………………………………21
• Американский инженер о строительстве Магнитогорска……………………22
• Освобождение от импортной зависимости………………………………..22

Заключение………………………………………………………………………………..24

Список  литературы………………………………………………………………………26 
Введение

     Актуальность  темы контрольной работы. Тема моей контрольной работы «Страна из ввозящей, станки и оборудование, должна превратиться, в страну, производящую станки и оборудование», которая основана на перевороте развития промышленности в конце 20-30 гг. За это короткое время СССР смогло освободиться от импортной зависимости.

     В качестве основной задачи в экономической области советское руководство рассматривало превращение страны в самообеспечиваемую, и в первую очередь это касалось отраслей тяжёлой промышленности.

     Основная  цель работы состоит в раскрытие понятия лозунга «Страна из ввозящей, станки и оборудование, должна превратиться, в страну, производящую станки и оборудование».

     В соответствии с данной целью в  исследовании были поставлены следующие  задачи:

1. Охарактеризовать индустриализацию и первые пятилетки;
2. Раскрыть сущность лозунга;
3. Охарактеризовать промышленную модернизацию в тоталитарном исполнении;
4. Предоставить статьи и документы.

1. Индустриализация. Первые пятилетки

     Проблемы  индустриализации в качестве первоочередной задачи развития советской экономики были поставлены в конце 1925 г. Тогда же были определены и ее основные цели:

• ликвидация технико-экономической отсталости страны;
• достижение экономической независимости;
• создание мощной оборонной промышленности;
• первоочередное развитие базовых отраслей промышленности (топливной, химической, металлургии, машиностроения).

     Выполнение  этих задач тормозилось отсутствием  необходимых материальных и финансовых средств, что вынуждало руководство идти по пути все большей централизации распределения имевшихся в стране ресурсов.

     К такому решению подталкивал не только опыт гражданской войны, но и марксистские установки на существование при социализме плановой экономики.

     В 1927 г. советские экономисты приступили к разработке первого пятилетнего  плана, который должен был предусмотреть  комплексное развитие всех районов и использование всех ресурсов для индустриализации страны.

     Когда этот план был составлен, Сталин собственноручно  скорректировал его, подняв все плановые показатели на головокружительную высоту. Но и это казалось ему недостаточным. В декабре 1929 г. на съезде ударников был выдвинут лозунг: «Пятилетку в четыре года!» Обосновывая этот призыв, Сталин заявил: «Задержать темпы — это значит отстать. А отсталых бьют. Но мы не хотим оказаться битыми... Мы отстали от передовых стран на 50—100 лет. Мы должны пробежать это расстояние в десять лет. Либо мы сделаем это, либо нас сомнут».

     Масштабность  задач и крайняя ограниченность всех средств заставляли усиливать  централизованное планирование, жестко регламентировать задания, ресурсы  для их выполнения, формы оплаты труда, режим работы. Эти же обстоятельства диктовали тактику индустриального рывка.

     Рис.1 Магнитогорский комбинат в 30-е гг. XX в.¹

     Из 1500 крупных предприятий — новостроек пятилетки выделялась группа первоочередных. Эти 50—60 объектов обеспечивались всем необходимым. Но и среди ударных строек предпочтение получали четырнадцать важнейших. За их сооружением следила вся страна, их в первую очередь обеспечивали всем необходимым.

     Для выполнения сталинских планов требовалось огромное количество рабочей силы. В короткий срок была ликвидирована безработица. В 1930 г. в СССР была закрыта последняя биржа труда.

     Главным источником средств, пошедших на осуществление  первой пятилетки, были «внутренние накоплениям, полученные прежде всего за счет «потребительского аскетизма» населения. Из страны интенсивно вывозилось сырье, продовольствие — хлеб, масло, сахар, потребление которых собственным населением было резко ограничено. Вывозили нефть, золото, лес, распродавались сокровища музеев.

     Рис.2 Первые трактора Сталинградского  тракторного завода.²

     Вместе  с тем помощь в поставке новейшего  оборудования оказывали иностранные  фирмы Сложилась парадоксальная ситуация — правительство США не спешило с юридическим признанием СССР, но американские частные фирмы активно сотрудничали с Советским правительством, потеснив после 1928 г. немецких предпринимателей.

     И хотя задания первой пятилетки не были выполнены, в 1928—1932 гг. был сделан значительный шаг в области индустриализации страны, производство продукции тяжелой промышленности выросло за пятилетие в 2,8 раза, машиностроения — в 4 раза. Вступили в строй Днепрогэс, Магнитогорский и Кузнецкий металлургические комбинаты, крупные угольные шахты в Донбассе и Кузбассе, Сталинградский и Харьковский тракторные, Московский и Горьковский автомобильные заводы, открылось движение на Туркестано-Сибирской железной дороге.

     Выполнение  заданий второго пятилетнего  плана (1933— 1937 гг.) превратило страну из аграрной в мощную индустриальную державу, экономически независимую от других стран. Производство продукции всей промышленности к концу 1937 г. выросло по сравнению с 1932 г. в 2,2 раза, за два пятилетия — в 4,5 раза Свыше 80% всей промышленной продукции дали вновь построенные или реконструированные предприятия, число которых пополнилось такими гигантами, как Уральский и Краматорский заводы тяжелого машиностроения, Челябинский тракторный и Уральский вагоностроительный заводы, металлургические заводы «Азовсталь и «Запорожсталь», авиационные заводы в Москве, Харькове, Куйбышеве. Намеченный Сталиным 10-летний срок страна, путем неимоверных усилий и лишений, «пробежала», обогнав по своей индустриальной мощи крупнейшие государства Европы. 

     Таблица 1³

Промышленность  в первой пятилетке

Таблица 2⁴

Промышленность  в годы второй пятилетки (1933—1937 гг.)

2. Сущность лозунга

     В конце 20-х гг. многие договоры, по которым  частникам сдавались в аренду предприятия были аннулированы, постепенно ликвидировались иностранные концессии и ограничивалась свобода торговли. Принятый весной 1929 г. на XVI партийной конференции первый пятилетний план был рассчитан на возврат к военно-коммунистическим методам руководства экономикой. Причём к моменту принятия плана его реализация уже началась с октября 1928 г. В качестве основной задачи в экономической области советское руководство рассматривало превращение страны в самообеспечиваемую, и в первую очередь это касалось отраслей тяжёлой промышленности. "Превратим нашу страну из страны, ввозящей станки и оборудование, в страну, производящую станки и оборудование!" - таков был один из основных официальных лозунгов начала 30-х гг. Поскольку расчёт на мировую социалистическую революцию не оправдался, необходимо было обеспечить максимальную экономическую независимость страны в условиях враждебного капиталистического окружения. Исходя из этого постулата, при реализации первого пятилетнего плана необходимо было ориентироваться на развитие топливной, металлургической, химической промышленности, машиностроения и других отраслей, обеспечивавших высокий уровень обороноспособности страны.

     К началу работы XVI партконференции специалисты  Госплана подготовили два варианта плана: минимальный и максимальный ("оптимальный"), показатели которого были выше в среднем на 20%. Партконференция, а за ней и V Всесоюзный съезд Советов приняли "оптимальный" вариант плана развития народного хозяйства на 1928/29 - 1932/33 гг. В соответствии с ним за пять лет намечалось увеличить выпуск промышленной продукции на 180%, из них средств производства - на 230%, выпуск сельскохозяйственной продукции должен был возрасти на 55%, национальный доход - на 103%. Эти показатели были и так достаточно высоки, но в процессе реализации плана они ещё пересматривались в сторону увеличения, что делало его практически не выполнимым и приводило к колоссальным социально-экономическим деформациям.

     Из-за несбалансированности изменяемых плановых показателей невозможно было одновременно обеспечить все важнейшие объекты  народного хозяйства строительными материалами, сырьём, рабочей силой. К концу первой пятилетки в начатых и незавершённых стройках было заморожено 76% капиталовложений. В связи с этим сложилась практика определения приоритетных объектов, которые в первую очередь обеспечивались всем необходимым за счёт других. Таким образом, в эти годы были введены в строй Магнитогорский и Кузнецкий металлургические комбинаты, Сталинградский, Челябинский и Харьковский тракторные заводы, автозаводы в Москве (ЗИЛ) и Нижнем Новгороде (ГАЗ). Созданная в годы первых пятилеток Урало-Кузбасская топливно-металлургическая база сыграла большую роль в годы Великой Отечественной войны в организации производства военной продукции.

     В конце 1932 г. было официально заявлено о  выполнении I пятилетнего плана за 4 года и 3 месяца, хотя многие плановые показатели достигнуты не были. Основным лозунгом второй пятилетки (1933-1937 гг.) стал следующий: "Кадры, овладевшие техникой, решают всё". Дело в том, что основную часть рабочей силы на стройках и предприятиях составляли выходцы из деревни, не только не обладавшие рабочими профессиями, но и просто неграмотные. На строительстве важнейших объектов использовался и бесплатный труд заключённых системы ГУЛАГа. При этом в 1931 г. в СССР была ликвидирована безработица. Эти явления свидетельствовали о том, что в процессе индустриализации преобладали экстенсивные методы (за счёт увеличения неквалифицированной рабочей силы и т. п.).

     "Новых  рабочих" необходимо было учить,  для этого была создана сеть  фабрично-заводского обучения (ФЗО) и фабрично-заводского ученичества (ФЗУ), в рамках которой ликвидировалась неграмотность и приобретались профессии без отрыва от производства. Безусловно, качество подготовки таких кадров оставляло желать лучшего, этим объяснялись высокий уровень брака и травматизма на производстве. Эти явления, в свою очередь, создавали питательную базу для обвинения во вредительстве инженерно-технических работников (ИТР) с образованием, полученным до революции ("спецов"). Несколько крупных процессов по таким делам прошли в 1928-1931 гг. Для того, чтобы восполнить ряды ИТР, значительно поредевшие после этих процессов, был провозглашён курс на воспитание советской интеллигенции (это понятие взамен нравственного приобрело социальный смысл), в основном с техническим средним специальным и высшим образованием. При высших учебных заведениях создавалась система рабочих факультетов (рабфаков), на которых молодые люди по комсомольским путёвкам в ускоренном темпе осваивали курс средней школы. Выпускники рабфаков обладали преимуществами при поступлении в вузы. Эта политика привела к тому, что к 1938 г. на промышленных предприятиях осталось лишь 0,8% инженеров с образованием, полученным до 1917 г. К началу 30-х гг. стали отказываться также от услуг иностранных инженеров, работавших на важнейших предприятиях.

     С 1935 г. в стране развернулось стахановское движение, название которого связано  с именем Алексея Стаханова, донецкого  шахтёра. Изменив организацию труда  в шахте, Стаханов добыл за смену 102 т угля вместо 7 т. Вскоре он перекрыл свой собственный рекорд. Стахановское движение распространилось и в других отраслях промышленности, и в сельском хозяйстве. Как отмечал посетивший СССР в 1936 г. французский писатель А. Жид, стахановское движение было "замечательным изобретением, чтобы встряхнуть народ от спячки (когда-то для этой цели был кнут). В стране, где рабочие привыкли работать, стахановское движение было бы ненужным. Но здесь, оставленные без присмотра, они расслабляются. И кажется чудом, что, несмотря на это, дело идёт". Развитие нового движения во многом было связано с введением в середине 30-х гг. сдельной оплаты труда, взамен существовавших до сих пор фиксированных зарплат, но советская пропаганда делала упор на моральный фактор (ударный труд на благо социалистической Родины) и использовала это явление для укрепления у народа коммунистических идеалов.

     Пропаганда  ориентировала советских трудящихся также на то, что нужно мириться с некоторыми лишениями в повседневной жизни, которые носят временный  характер и связаны с необходимостью концентрации всех ресурсов страны для обеспечения её обороноспособности. Средняя заработная плата в промышленности за годы двух первых пятилеток выросла в Советском Союзе в 4,5 раза, тогда как цены на товары первой необходимости - в 6,5 раза. В 1929-1934 гг. в стране существовала карточная система распределения продуктов (вплоть до хлеба).

     В ходе первой и второй пятилеток Советский  Союз превратился в промышленную державу, но тем не менее по многим показателям он уступал развитым капиталистическим государствам. Основное внимание уделялось развитию военно-промышленного комплекса, созданию совершенно новых отраслей (например, авиационной), для руководства которыми создавались новые управленческие структуры. Так в 1931 г. началось дробление ВСНХ на промышленные наркоматы, численность которых к концу 30-х гг. достигла 21. Этот процесс иллюстрировал постоянное усиление контроля над экономикой со стороны государства.

     В связи с масштабами индустриализации проблема первоначального накопления для неё перешла из плоскости теоретических споров и политической борьбы в сферу неумолимой практики. Средства от внешнеторговых операций (на экспорт шли хлеб, лес, нефть, меха) были недостаточны, надежды на доходы от концессий и на получение зарубежных кредитов не оправдались. В связи с этим изыскивались различные источники средств внутри страны. К ним относились:

     - увеличение денежной массы, находившейся  в обращении (за 1929-1932 гг. - в 4 раза);

     - прямые и косвенные налоги (увеличение  продажи водки, с 1931 г. - один из основных источников бюджетных поступлений - налог с оборота);

     - внутренние займы, которые с  течением времени стали носить  принудительный характер;

     - продажа за рубеж художественных  ценностей из музеев.

     Однако  одним из основных источников социалистического накопления стало сельское хозяйство, которое должно было обеспечивать рабочих продовольствием, а промышленность некоторыми видами сырья. Вовлечение сельского населения в процесс индустриализации рассматривалось советским руководством как одна из важнейших задач на рубеже 20-30-х годов. Это предполагало насыщение рынка промышленными товарами, доступными крестьянам, и получение в обмен на них сырья и хлеба. В соответствии с решением сталинского руководства эту задачу предполагалось решить путём форсированной коллективизации с целью безвозмездного получения хлеба путём не продналога, а обязательных поставок.  

3. Промышленная модернизация в тоталитарном исполнении

     Исходным  пунктом тоталитарно-коммунистического  варианта промышленной модернизации являлось утверждение о глубочайшей промышленной отсталости России до 1917 г. Признание того, что Россия набирала уверенные темпы роста, находилось под запретом. Это давало идеологическое обоснование для применения любых, самых крайних мер по проведению индустриализации в духе «большого скачка». Самым популярным лозунгом становится призыв «Догнать и перегнать!», — имеется в виду развитие стран Европы и США. Но для проведения такой политики в стране, испытавшей революцию, не было соответствующих условий. Не хватало капиталов для инвестиций, вложений в промышленное строительство и производство оборудования. Недоставало квалифицированных инженерных, конструкторских кадров, сметенных волной эмиграции и вычищенных репрессиями и недоверием. Крайне узким был слой квалифицированных, подготовленных рабочих. Даже те немногие кадры специалистов, что имелись в стране, находились под постоянным ударом. Летом 1928 г. состоялся так называемый «Шахтинский процесс». Несколько позже прошел такой же фальсифицированный процесс «Промпартии», «Союзного бюро меньшевиков», «Трудовой крестьянской партии». Ни самих этих партий, ни «вредителей», объединившихся в них, в реальности не было. Были репрессированы серьезные ученые, экономисты, производственники, практики промышленного производства.

     Тем не менее индустриализация началась и стала фактом. Кажется невозможным, если смотреть с обычных экономических  позиций, что это могло произойти. Но в тоталитарной системе обычная  экономическая логика принимает характер своей противоположности. Так, на Западе и в России промышленная модернизация начиналась лишь после того, как были накоплены соответствующие капиталы для инвестиций. СССР, а точнее его политическое руководство, не могло получить сколь-нибудь значительных кредитов на промышленное строительство. Западные страны потребовали бы предварительных гарантий выплаты долгов прежних правительств. Осуществлявшаяся же продажа драгоценных металлов, художественных ценностей из отечественных музеев не приносила достаточных дивидендов. Главным способом накоплений стало ограбление деревни, гулаговская экономика. В обычных условиях необходимо платить за работу хотя бы на уровне прожиточного минимума, затратить немалые средства, особенно при размахе строительных работ. Если же ограничиться выдачей минимальной лагерной пайки, образуется огромный капитал, перекачивающийся в инвестиции. Тоталитарное государство получало огромные доходы, образующиеся за счет невыплат колхозам за сельхозпродукцию при обязанности колхозов кормить себя и свои семьи. Эта экономия была столь велика, что давала возможность начинать одновременно не один десяток крупнейших строек, организовывать массовые закупки техники и технологий у «буржуазного» Запада. Она позволяла создать минимальный уровень социальных гарантий для поддержания политической стабильности и промышленного развития некоторых групп населения.

     Другим  важным фактором, обеспечившим индустриализацию, стала «великая депрессия» на Западе. Большинство капиталистических стран попали в полосу циклического развития, проявившегося в классическом кризисе перепроизводства. Цены на промышленную продукцию на мировом рынке стремительно падали. Продавцы были заинтересованы в ее скорейшем сбыте. Концентрация в руках тоталитарного государства огромных сумм делала его привлекательным партнером и до кризиса. Теперь же, в конце 20 — начале 30-х гг., такой партнер стал во много раз привлекательнее. По подсчетам, в этот период не менее 40% продукции машиностроения США закупалось советскими внешнеторговыми ор ганизациями, Горьковский автозавод практически был полностью оборудован американскими конвейерными линиями. То же самое можно сказать об абсолютном большинстве знаменитых строек первых «сталинских» пятилеток. В решающие годы индустриализации (1928—1938 гг.) до трех четвертей всего установленного на новых предприятиях оборудования было импортным. Значительная часть закупок осуществлялась за счет продажи сырья, продовольствия. А это значит, что, став индустриальной страной, СССР превращался одновременно и в сырьевой придаток западных стран.

     Таким образом, львиную долю в тоталитарной индустриализации занимало массовое использование бесплатной или необычайно дешевой рабочей силы на строительных работах, прокладке дорог, коммуникаций, установке в построенных корпусах, как правило, импортного оборудования. Отечественное оборудование, выпускавшееся под маркой «Догнать и перегнать!», встречалось нечасто, но служило предметом особой гордости.

     Тоталитарная  индустриализация, в отличие от модернизации, проходящей в условиях рынка, не имела комплексного характера. Она была «прорывной», осуществляясь лишь на некоторых участках, преимущественно приспособленных к производству вооружений и боеприпасов. Вне ее сферы оставались значительная часть легкой промышленности, где сохранялся дореволюционный уровень, а также аграрный сектор с преобладанием ручного труда. Ручной труд широко использовался и на вспомогательных работах.

     Государство с конца 20-х гг. приступило к среднесрочному планированию. Начали вырабатываться пятилетние планы развития. Их родоначальником являлся составленный еще в 1920 г. план электрификации, одобренный Лениным (план ГОЭЛРО). Характерной чертой этого плана был принципиально внешнеэкономический характер. Он не имел реальных финансовых расчетов, выдвигая на первый план технические показатели. Попытки плановиков из числа «буржуазных специалистов» обратить внимание на экономические аспекты планирования закончились их осуждением. Пятилетние планы приобрели характер твердых заданий по производству промышленной продукции, без учета издержек. Официальная пропаганда систематически объявляла об их выполнении и перевыполнении, но это было ложью. Тем не менее относительная простота техники и технологий периода ранней индустриализации придавала планированию роль ориентира, а завышенные планы создавали постоянную угрозу для их исполнителей. Ведь его невыполнение могло привести к обвинению во «вредительстве», последующим репрессиям. Таким образом, планирование «по пятилеткам» играло прежде всего мобилизационную роль, а само народное хозяйство приняло военно-мобилизационный характер.

     Наряду  с этим расширение строительства  позволило в быстрые сроки ликвидировать безработицу, что преподносилось как победа социалистических методов хозяйства. Особенно выигрышным это было на фоне непрекращающейся безработицы эпохи «великой депрессии». Наконец, экстенсивный путь развития промышленности требовал значительного числа инженеров, техников, шире говоря — специалистов, что открывало дорогу для получения образования и обретения самоуважения для тысяч и тысяч людей. Давая им шанс, тоталитарный режим требовал от них полной профессиональной самоотдачи, а также абсолютной преданности коммунистической идеологии и практике. Появление слоя «успешных», по советским меркам, людей создавало стимулы для молодежи, делало привлекательной карьеру на производстве. Сильная психологическая мотивация в сочетании с идеологическими стереотипами формировали энергию, энтузиазм, чувство искренней благодарности «товарищу Сталину и советской власти» за то, что им удалось выбиться в люди. Среди таких энтузиастов пятилеток было действительно немало способных, энергичных конструкторов, технологов, инженеров.