Сущность свободы человека: основные подходы

Содержание 

Введение………………………………………………………………………….3

Сущность свободы...……………………………………………………………..4

Как понимали свободу  философы……………..………………………………..5

Заключение…...………………………………………………………………….17

Список использованной литературы…………………………………………..18

Введение 

   История развития человечества неразрывно связана с историей развития его свободы. Издревле каждый человек понимал свободу по своему, и воспринимал окружающий мир исходя и этого. Возможно, это было одной из причин, что происходили все возможные волнения в обществе. В современном мире понятие свободы очень сильно исказилось в виду разных взглядов на его сущность. А с появлением, так называемых демократических государств, за основу которых берется различные свободы человека, эта проблема стала как никогда наиболее остро в современном обществе.

   Целью моей работы является получение ответа на вопрос – что же такое свобода? Для этого необходимо выполнить  следующие задачи:

   1) изучить идеи, мысли по данной  тематике философов разного времени

   2) выявить отличительные особенности данных идей и мыслей философов на данную тему

   3) сделать вывод и ответить на  главный вопрос – что такое  свобода?

Сущность  свободы 

       Если вернуться к предмету, то  можно сказать, что философская   категория «свобода» характеризует сущность человека и  его  существование.  В  истории развития общества понятие «свобода» всегда рассматривалось в  соотношении с необходимостью,   которая    воспринимается    в    виде    судьбы, рока, предопределения, повелевающих поступками человека и отрицающих  свободу  его воли.

       Существует  антиномия «свобода  и  необходимость»  и  решение   этой антиномии в истории философии зависело от того, к какой концепции  тяготели те  или  иные  философы  –  волюнтаризма  или   фатализма.   Волюнтаризм – рассматривает волю,  как высшее  начало  бытия над другими проявлениями духовной жизни человека. Фатализм – отражает  свободную  волю,  рассматривая весь ход жизни человека, каждый его поступок,  как  реализацию  неотвратимой судьбы,   рока,   как   предопределение   некой   сверхъестественной   силы, исключающую свободу выбора и случайность. Наиболее выразительное  воплощение позиция фатализма нашла в латинской поговорке Fata volentem decunt  nolentem trahunt («судьба направляет того, кто ее принимает, и тащит того,  кто  ей сопротивляется»).

   Исторически,  категории  необходимость  и  случайность   возникли как следствие размышления о человека судьбе, божественном провидении, свободе воли, о предопределенности или стихийности всего человеческого бытия. С другой стороны, для личности обладание свободой –это  исторический, социальный и нравственный императив, критерий ее индивидуальности  и уровня развития  общества.  Произвольное  ограничение  свободы  личности,   жесткая регламентация ее сознания и поведения, низведения человека до роли  простого «винтика»  в  социальных  и  технологических  системах  наносит  ущерб,  как личности, так  и  обществу.  В  конечном  счете,  именно  благодаря  свободе личности общество приобретает  способность  не  просто  приспосабливаться к наличным естественным и социальным обстоятельствам окружающей действительности, но и преобразовывать их в соответствии со  своими  целями. Конечно, нет и не может быть какой-то  абстрактной,  тем  более   абсолютной  свободы человека ни от природы, ни от общества, но вместе с тем конкретным материальным носителем свободы, ее субъектом  всегда  является  личность,  а соответственно и те общности,  в  которые  она  включена  –  нации,  классы, государства.  
 

Как понимали свободу  философы

   Понятие свободы личности зародилось в древних полисах Греции и Рима в V-VI веках до н. э. в связи с философскими теориями Платона, Аристотеля, Перикла, Демосфена и других замечательных мыслителей той эпохи. Вместе с тем начали появляться идеи о ценности закона, как регулятора свобод, а так же прав граждан. С античным гражданством связаны многие политические аспекты свободы: личная свобода, равное право на решение государственных дел и участие в отправлении правосудия, свобода слова и т.д. Однако в то время идеи свободы не получили широкого мирового распространения, поскольку противоречили самим устоям рабовладельческого строя. Античный человек был полностью «растворен» в своей семье, общине, полисе; он не рассматривался в качестве самостоятельной ценности, а выступал лишь средством обеспечения процветания соответствующих социальных общностей. Свобода чаще всего рассматривалась как возможность устройства жизни человека и государства на основах разума вопреки слепому року. Свобода человека трактовалась узко, как непребывание в рабстве. Возможность поступать по своему усмотрению была мизерной: над человеком довлели религиозные догматы, общинные табу, воля старших членов рода, предписания органов власти, собственные предрассудки, беззащитность перед силами природы и т.д. Государство признавалось неограниченным; предполагалось, что оно может свободно распоряжаться личностью, жизнью, имуществом гражданина; оно могло предписывать гражданину определенные верования и определять склад его домашней жизни. В особенности велика была власть государства над личностью в древней Спарте, и лишь несколько слабее в Афинах, в других греческих государствах и в Риме. Даже те мыслители древности, которые особенно живо чувствовали недостатки общественного строя (например, Платон) в своих построениях идеального государства в этом отношении ничуть не возвышались над современными им понятиями и допускали для государства возможность существенного вторжения в личную сферу. Платон в одном из своих диалогов «Законы» отмечал, что для достижения справедливости в обществе свободу необходимо ограничивать, а значит, абсолютной свободы и быть не может¹. А в продолжение этой мысли, следуя из другого его диалога «Государство», можно отметить, что свобода - понятие очень хрупкое, грань между свободой и вседозволенностью проходит очень близко. Так из демократии, которая сейчас считается наивысшей степенью свободы в любом государстве, по мнению Платона, вырастает её продолжение и противоположность – тирания, иначе говоря, из абсолютной свободы возникает величайшее и жесточайшее рабство.  В таком обществе «…наглость будут называть просвещенностью, разнузданность - свободою, распутство - великолепием, бесстыдство – мужеством»². Что зачастую подтверждается на практике, и что мы можем увидеть в современном мире, где свобода уже начинает подменяться разнузданностью, а в массовой культуре можно заметить, что распутство начало заменять собой великолепие.

     В философско-религиозной традиции  Средних веков свобода - это  неотъемлемая характеристика Бога, это способность творения мира «из ничего», направляемая доброй волей. Человек как образ и подобие Божие в определенных пределах наделен этой способностью. Интерпретация свободы в христианской средневековой философии была фундаментальной для понимания человека, его деятельности, взаимоотношений с Богом, людьми, природой.

   Одним из ярких мыслителей этого времени был Августин. Он был объективным идеалистом и связывал  свободу  с  божественным предопределением.  Суть  этого  учения   в   следующем.   Первые   люди   до грехопадения обладали свободной волей: могли  не  грешить.  Но  Адам  и  Ева дурно использовали эту свободу и после грехопадения потеряли ее. Теперь они уже не могли не грешить. После искупительной жертвы Иисуса Христа избранные Богом уже не могут грешить. Божество от века предопределило  одних  людей  к добру, спасению и блаженству, а других — к злу,  погибели  и  мучениям.  Без предопределенной божественной благодати человек не может иметь доброй  воли³. Эту позицию Августин отстаивал в ожесточенной полемике с одним из  церковных писателей — Пелагием, который утверждал, что спасение  человека  зависит  от его собственных нравственных  усилий.  Учение  Августина  о  предопределении можно назвать  религиозным  фатализмом.  Идеи  Августина  по  этому  вопросу породили широкую и острую дискуссию, длившуюся многие  века  (даже  сейчас). Следовательно, жизнь человека, его поступки  предопределены  и свободы,  как таковой не существует.  

   Несмотря  на узость концептуальных подходов к  осмыслению свободы человека, обусловленную  жесткими рамками христианских догматов, средневековая философская мысль послужила мощным толчком развития данной проблематики, поскольку впервые обратила внимание на отдельно взятого человека, вычленив его из общей массы, увидела в нем некую самоценность; она создала существенные предпосылки для либерализма и иных материалистических концепций Нового времени.  

   Со  временем религия начала отходить на второй план и в связи с этим начали появляться новые концепции. Так можно выделить взгляды Б. Спинозы,  который объяснял и связывал свободу с мышлением. Кроме этого он считал, что свободной называется такая вещь, которая существует по одной только необходимости своей собственной природы и определяется к действию только само собой⁴.  

   Ещё один философ, современник Спинозы, Джон Локк отмечал по поводу свободы, что это естественное природное состояние человека, которое может быть ограничено только для достижения всеобщей справедливости и равноправия⁵. Он понимал свободу как право человека распоряжаться своими действиями, владениями и собственностью в рамках законов, не подвергаясь при этом деспотической власти другого человека. Более точное и развёрнутое понятие дал Т. Гоббс - «под свободой, согласно точному значению слова, подразумевается отсутствие внешних препятствий, которые нередко могут лишить человека части его власти делать то, что он хотел бы, но не могут мешать использовать оставленную человеку власть сообразно тому, что диктуется ему его суждением и разумом»⁶. Именно Т. Гоббсу принадлежит и иное определение свободы личности, - в ее соотношении с правовыми предписаниями, - ставшее классикой современного конституционализма: «Наибольшая свобода подданных проистекает из умолчания закона. Там, где суверен не предписал никаких правил, подданный свободен делать или не делать согласно своему собственному усмотрению»⁷. Идеи Гоббса, Локка по поводу свободы человека, оказали огромное влияние на умы других людей живших в тот период и живущих ныне. На их идеях строилось законодательство Англии, Франции и других стран.   

  Позже появляются иные идеи. И. Кант принимает и разрешает антиномию, противополагающую между собою идеи  необходимости  и  свободы.  Существует  ли  свобода  воли, свобода человеческих действий, или же человек,  подобно  камню,  подчиняется лишь  закону  необходимости?  Кант  отвечает  на  это:  свобода   вовсе не противоречит необходимости. Человек в одно и то  же  время  и  свободен,  и  подчинен  естественным законам. В мире явлений все подчинено закону  причинной  связи.  Но  понятие свободы не относится к явлению. Свобода есть  способность самостоятельного начинания, то есть не требует никакой  другой  причины,  кроме  себя  самой: очевидно, что свобода относится не к явлению,  а  к  «вещи  самой  в  себе». Поэтому без всякого противоречия можно признать,  что  одна  и  та  же  вещь сразу и свободна (как вещь в себе), и не свободна  (как  явление).  Разумное существо, действующее по законам разума, то есть на основании  присущих  ему идей, свободно, но в то же  время  оно  подчинено  и  естественным  законам, например падает при известном  положении  центра  тяжести,  подобно  всякому неустойчивому телу. Весь спор о свободе воли основан на  недоразумениях, на смешении  явления  с  «вещью  в  себе».  Действия  свободны  единственно  по отношению к разумному субъекту, сознающему свою способность  действовать по основаниям разума; они необходимы по отношению к внешним  причинам  явления. Если бы можно было научно изучить все причины, побуждающие меня  действовать так, а не иначе, то и это не превратит меня в бессознательного автомата,  не лишит меня сознания моей свободы как разумного существа.     На это можно было бы возразить Канту, что о «вещах в самих себе» мы  не имеем никакого познания, исключая того, что они существуют, то  есть  служат подкладкой явлений; откуда же мы можем знать, что какая-либо «вещь  в  себе» определяется законом свободы? Кант предвидел это возражение. Он  утверждает, что хотя мы и не знаем вообще о «вещах в себе», каковы их свойства, но  одно их свойство нам известно, а именно мы знаем, что постигаются они умом, а  не чувствами; поэтому и характер у  них  должен  быть  «умопостигаемый»,  а  не чувственный, следовательно, к ним «неприложимо  отвлеченное  от  чувственных предметов  понятие  естественного  закона,  или  необходимости».  Понятие о необходимой  причинной  связи  всегда  включает  в  себе   понятие   времени (действие всегда следует за причиной, а не предшествует ей). Но  время,  как уже показал Кант, присуще не «вещам в себе»,  а  явлениям,  потому  что  оно есть  лишь  форма  нашей  чувственности,  которая  наполняется  содержанием, взятым исключительно из мира явлений. Из этого уже ясно, что в  мире  «вещей в себе» о времени не может быть речи, стало быть, нет и следования  событий, но есть лишь безусловное самоопределение, то есть полная   независимость  от всего предшествующего, а это и есть понятие свободы. 

   На  рубеже XIX века В. Гегель выводил понятие свободы из  «духа»,  поэтому  чтобы  понять  это ознакомимся кратко с его «Философией духа». Это третья  ступень  гегелевской системы, которая состоит из:

    . логики,

    . философии природы,

    . философии духа, представляющая собой  синтез  философии  природы  и  философии  духа. Здесь абсолютная идея  как  бы  пробуждается,  освобождается  от  природных  уз  и находит свое выражение в абсолютном  духе.  Человек  часть  природы.  Однако человеческий дух – продукт  не  природы,  а  абсолютного  духа.  Да  и  сама природа порождена духом. «Для нас дух имеет своей предпосылкой  природу,  он является ее истиной, и тем самым абсолютно первым в  отношении  ее.  В  этой истине природа исчезла, и дух обнаружился в  ней  как  идея,  достигшая  для себя бытия».     Саморазвитие духа идет по трем ступеням. Первая – «субъектный дух»  – индивидуальное  человеческое  сознание,  подразделяющееся   на   три   вида:

антропологию, феноменологию, психологию. Вторая ступень  «объективный дух» – человеческое общество  и  три  его  главных  формы:  право,  нравственность, государство. Последняя ступень –  «абсолютный  дух»  –  включает  искусство, религию и философию. «Философия духа» – труд посвященный главным образом  индивидуальному и общественному сознанию, а также диалектике исторического развития. Дух есть нечто единое и целое,  но  находящееся  в  процессе  развития, перехода от низшего к высшему. Движущей силой развития духа  Гегель  считает диалектическое  противоречие  субъекта  и   объекта,   мысли   и   предмета. «Субстанция духа есть свобода, т.е. независимость от  другого,  отношение к самому себе». действительная свобода состоит не в  отрицании  необходимости, а в ее  осознании,  в  раскрытии  ее  содержания,  которое  имеет  идеальный характер. История человечества есть прогресс в сознании свободы,  но  опять-таки свободы духа, мысли. Понимание свободы Гегелем носило  прогрессивный характер, т.к. было направлено против феодальных пережитков. Философия истории у Гегеля носит теологический характер, т.е.  развитие общества направлено к заранее установленной цели.  Мировую  историю  философ делит на три  эпохи:  восточную,  античную  и  германскую.  Восточная  эпоха полностью лишена  сознания  свободы,  в  античную  эпоху  сознание  достигло избранное меньшинство, а что касается германских народов, в  первую  очередь немцев, то они уже  достигли  стадии  свободы.  Сословный  строй,  монархия, вполне вписываются, по Гегелю, в категорию свободы. Государство он  считал не только воплощением  свободы,  но  и  шествием  Бога  по  земле.  Пределом развития человеческого общества  и  его  политических  институтов выступает конституционная монархия, сохраняющая сословные черты, но способствующая преобразованиям в буржуазно-либеральном духе.

  Позднее, ближе к середине XIX века, Карл Маркс разработал свою концепцию. Марксистская концепция свободы покоиться на  диалектическом  понимании природы  социального  детерминизма.  Она   противостоит   как   субъективно - идеалистическим  представлениям  о свободе воли человека, отрицающим причинную обусловленность его поступков, так и  механистическому сведению детерминизма к предопределенности – фатализму. В своей повседневной деятельности  человек  сталкивается  с  конкретно - историческим воплощением исторической необходимости, судьбы,  рока,  в  виде реально существующих естественных условий жизни, социальных и экономических отношений, наличных материально-технических средств и т.п. Люди не  свободны в выборе объективных  условий  своей  деятельности;  более  того,  сами  эти условия во много определяют круг их интересов,  их  стремления,  ожидания  и т.д. Однако люди обладают значительной свободой в  определении  целей  своей деятельности, поскольку в каждый данный исторический  момент  существует  не одна, а несколько вполне реальных  возможностей  развития.  Даже  когда  нет разумной   альтернативы,   человек   в   состоянии   отдалить    наступление нежелательных для него явлений, либо ускорить  приближение  желательных.  Он более или менее свободен в выборе средств для достижения поставленных  перед собой целей. Свобода, следовательно,  не  абсолютна  и  воплощается  в виде осуществления возможности путем выбора определенной цели и  плана  действий. Она тем больше, чем лучше человек сознает  свои  реальные  возможности, чем больше средств  для  достижения  поставленных  целей находиться в его распоряжении, чем в большей степени он может воспользоваться  благоприятными тенденциями развития общества и противодействовать неблагоприятным. В реальной  действительности  историческая  необходимость  и   свобода личности  тесно  взаимосвязаны,  диалектически  взаимодействуют.  При   этом свобода  личности  не  только  выявляет  историческую  необходимость,  но  и присутствует и накапливается в ней в виде непрерывной цепи  свободы  выбора, которая осуществлялась людьми в прошлом и привела  общество  к  его  данному состоянию. Исторический  детерминизм,  следовательно,  не  отрицает  свободу личности,  а,  напротив,  предполагает ее  и включает  в себя  как свой результат.     Отвергая антиномию свободы и необходимости,  марксистская  философия исходит из определения свободы как процесса «познания  необходимости»,  т.е. ее понимания и учета в деятельности.  В  соответствии  с  этим  определением свобода  личности  заключается  «не   в   воображаемой   независимости» от объективных законов природы и общества, а  в  способности  разумно  выбирать свою линию поведения среди  реальных  возможностей,  что  возлагает  на  нее моральную и социальную ответственность, которая  возрастает  пропорционально ее свободе.

     На рубеже XIX и XX веков Рудольф Штайнер посвятил  «нашей» теме  целую книгу,  название  которой «Философия свобода». Однажды, Рудольфа Штайнера спросили, что он хотел бы увидеть  уцелевшим из всего им созданного, Штайнер ответил  моментально:  «Философию  свободы». Это была его любимая книга: самый  одинокий  человек  любил  самую  одинокую книгу. Штайнер называл «Философию свободы» «непрочитанной» книгой, и  спустя двадцать пять лет после ее первого издания, когда в 1918 году  встал  вопрос о переиздании «Философии свободы» Р.Штайнер  сказал:  «Держались  отнюдь  не того, что им давалось, а всяких лозунгов и шаблонов...  По  сути  относились довольно-таки безразлично к сказанному мною самим, к тому, что  сам  я  счел нужным издать. Конечно что-то читалось. Но  из  того,  что  нечто читается, никак не следует еще, что оно принималось...»⁸. Говоря  о «Философии  свободы»,  Р.Штайнер  всегда  в  первую  очередь подчеркивал, что ничто  не  имеет  такого  значения  для  ее  понимания  как «самостоятельное мышление», более того без этого  не  возможно  постичь  то, что  в  ней  заложено.  Не  мозг  должен  автоматически  мыслить,  а  должно включаться свободное сознание, свободное от навязанных  правил,  терминов  и их комбинаций, которые не зависимо от нас возникают в  нашем  мозгу  и  дают шаблонные оценки происходящему вокруг. В основу  композиции  книги  легло  евангельское  изречение:  «Познайте истину, и истина сделает вас  свободными».  Каждая  из  обеих  частей  книги отражает  поступенчатость  самого  изречения:  «познайте  истину»  –  «Наука свободы», и «истина сделает вас свободными» – «Действительность свободы». Многими философами поднимался вопрос «свободы воли», одни соглашались с ее существованием, другие нет,  но  и  те  и  другие  видели  в  ней  высшее проявление свободы. Штайнер говорит о том, что воля как таковая  несвободна. Человек, осознающий свои  желания,  думает,  что он  свободен,  если действует в соответствии с  ними.  Но  возникает  вопрос,  действительно  ли человек  свободен  или  он  только  думает,  что  он  свободен,  и  что  все происходит согласно его воли. Штайнер придерживается той точки  зрения,  что подобная свобода является иллюзорной, и в подтверждение проводит аналогию  с камнем, который получив от внешней причины определенное количество  движения через  толчок,  продолжает  с  необходимостью  двигаться  и  по  прекращении толчка. Штайнер пишет: «Допустите теперь, прошу вас,  относительно  камня, что он во время своего  движения  мыслит  и  знает  о  своем  стремлении по возможности  продолжить  движение. Этот камень,   сознающий   лишь свое стремление и отнюдь не  ведущий  себя  безразлично,  будет думать,  что он совершенно свободен и что он продолжает свое  движение  не  по  какой-нибудь причине, а только по той, что он этого хочет. Но это и есть та  человеческая свобода, о которой все утверждают, что они ею обладают,  и  которая  состоит только в том, что люди сознают свое желание, но не  знают  причин,  которыми оно определяется"⁹. Настоящая  свобода  заключается  в  раскрепощение  мысли,  ибо   только мышление способно познать причины. В мышлении мы совершенно  не  зависим  от внешнего мира. Весь непосредственный образ мира  мы  получаем  извне, через внешние органы чувств; мысль – единственное, что нам дано  автономно  и  без какой-либо соподчиненности телесным и душевным процессам. И  первое  узнание мысли есть опыт в  самом  прямом  эмпирическом  смысле  слова,  но  опыт  не чувственный, а сверхчувственный. Суть  которого  состоит  в  том,  чтобы  не принимать  ничего  на  веру  без  предварительного  прогона  через  контроль сознания. Штайнер говорил о том, что нужно строго держаться  опыта,  не  связывая его заведомо всякого рода ограничениями, но  доверяясь  ему,  контролировать его собственной здоровой  силой  суждения.  Р.Штайнер  подразделял  опыт на ступени. На первой ступени опыта происходит непосредственное мировосприятие при отсутствии каких-либо   категориальных   упорядочений   воспринятого. Данность чистого восприятия – данность хаоса; о познании,  по  Штайнеру,  на этой стадии не может быть и речи, но налицо – воля к познанию. Познание начинается тогда, когда в самой данности хаоса  обнаруживается некая более высокая данность: данность мысли,  в  обнаружении  которой  опыт расширяется до сверхчувственного.     Познание – это соединение обеих половинок данности: чистого восприятия и  чистого  понятия,  когда  к  данности  чувственного  опыта  подыскивается соответствующая данность опыта сверхчувственного. По  учению  Штайнера  сама мысль находится «в» вещи,  как  сущность  ее  и  смысл,  и  задача  познания состоит в том, чтобы извлечь ее «из» вещи и понять   тем самым саму  вещь, подыскав ей нужное понятие. И  только  через  мышление  возможно  осмысление (т.е. соединение с понятием) и упорядоченность этого «извлечения», и только после этого оно становится познанием. Мышление и чувствование, по  Штайнеру,  соответствуют двоякой природе человеческого  существа.  Он  пишет:  «Мышление  есть  элемент,  посредством которого мы соучаствуем в общем свершении Космоса; чувствование – это то, посредством чего мы можем идти на попятную и стягиваться  в  тесноту  нашего собственного существа"¹⁰. В мышление, говорит Р.Штайнер, человеку дан  элемент,  соединяющий  его индивидуальность в одно целое с космосом: «Когда мы ощущаем и  чувствуем (а также воспринимаем), мы суть отдельные существа; когда мы мыслим, мы  все  – единое существо, которое  все  проницает».  Мышление  связывает  человека  с миром, а чувствование уводит человека обратно в самого  себя,  - и именно оно делает человека индивидуумом. Р.Штайнер  считает,  что  благодаря  тому, что мышление в человеке выходит за пределы его отдельного бытия и  находится в связи  со  всеобщим  мировым  бытием,  в  человеке  возникает  влечение  к познанию. 
 
 

    Заключение

   Подводя общий итог можно сказать, что  на идеи свободы, её понимание, каждого  из знаменитых мыслителей отложила свой след общество в котором они существовали. То есть, например на идеи Платона отложилась обстановка того общества – особого развития они на тот период не получили, а на идеи Августина Блаженного уже другого периода – сказалось сильное влияние церкви. Это есть одна из причин того, что идеи отличаются.

   Первая  попытка обоснования точки зрения объяснения взаимосвязи свободы  и необходимости ее признания  их органической взаимосвязи принадлежит  Спинозе, который определил свободу, как осознанную необходимость. Развернутая концепция диалектического единства свободы и необходимости с идеалистических позиций была дана Гегелем. Научное, диалектико-материалистическое решение проблемы свободы и необходимости исходит из признания объективной необходимости как первичного, а воли и сознания человека - как вторичного производного. В обществе свобода личности ограничивается интересами общества. Каждый человек - индивид, его желания и интересы не всегда совпадают с интересами общества. В этом случае личность под воздействием общественных законов должна поступать в отдельных случаях так, чтобы не нарушать интересов общества, в противном случае ему грозит наказание от имени общества.

   И так, можно обобщить все выше сказанное и ответить на главный вопрос - что же такое свобода? Свобода - это значит научиться  самостоятельно  мыслить,  то  есть  обнаружить в мысли содержание мира и понять, что я не только созерцаю со стороны развитие  Вселенной, но и принимаю деятельное участие в нем.

    Список использованных источников

1) Платон «Диалоги - Законы, или О законодательстве» // Электронный ресурс. [Режим доступа]: http://www.gumer.info/bogoslov_Buks/Philos/Platon/zakon.php 

2) Платон «Диалоги  – государство, или О справедливости»  // Электронный ресурс. [Режим доступа]: http://www.gumer.info/bogoslov_Buks/Philos/Platon/_Index.php

3) Августин Блаженный «О свободе воли» // Электронный ресурс. [Режим доступа]: http://filosof.historic.ru/books/item/f00/s00/z0000121/st000.shtml

4) Б.  Спиноза Этика / Пер. с лат. Н.А. Иванцова. СПб.: Аста-пресс ltd., 1993. 248 С.

5) Дж. Локк Сочинения: В 3 т. – Т. 3. / М.: Мысль, 1988. 561 С.

6) Мир философии: Книга для чтения. Ч. 2. Человек. Общество. Культура. — М.: Политиздат, 1991. 672 С.

7) Т. Гоббс  Избранные произведения. В 2-х тт. Т.2. - М.: Мысль, 1964. 512 С.

8) Рудольф Штайнер. Философия свободы  // Электронный ресурс. [Режим доступа]: http://lib.ru/URIKOVA/STEINER/freedom.txt