Технологии манипуляции в системе коммуникации

Содержание

Введение

1. Психология манипуляции
1. Манипуляция на уровне психических процессов
2. Манипуляция на уровне психологических процессов
2. Механизмы реализующие манипулятивное воздействие

3. Основные манипулятивные технологии в системе массовых коммуникаций

Заключение

Список использованной литературы

Введение

Слово «манипуляция» имеет  корнем латинское слово manus – рука (manipulus – пригоршня, горсть, от manus и ple – наполнять). В словарях европейских  языков слово толкуется как обращение  с объектами с определенными намерениями. Имеется в виду, что для таких действий требуется ловкость и сноровка. В технике те приспособления для управления механизмами, которые как бы являются продолжением рук (рычаги, рукоятки), называются манипуляторами.

Отсюда произошло и  современное переносное значение слова  – ловкое обращение с людьми как  с объектами, вещами. Оксфордский  словарь английского языка трактует манипуляцию как «акт влияния  на людей или управления ими с  ловкостью, особенно с пренебрежительным  подтекстом, как скрытое управление или обработка». Изданный в 1969 году в Нью-Йорке «Современный словарь  социологии» определяет манипуляцию  как «вид применения власти, при  котором обладающий ею влияет на поведение  других, не раскрывая характер поведения, которое он от них ожидает».

С. Кара-Мурза выделяет три главных, родовых признаков манипуляции:

Во-первых, это – вид  духовного, психологического воздействия (а не физическое насилие или угроза насилия). Мишенью действий манипулятора является дух, психические структуры  человеческой личности.

Во-вторых, манипуляция –  это скрытое воздействие, факт которого не должен быть замечен объектом манипуляции. Когда попытка манипуляции вскрывается  и разоблачение становится достаточно широко известным, акция обычно свертывается, поскольку раскрытый факт такой  попытки наносит манипулятору значительный ущерб. Еще более тщательно скрывается главная цель – так, чтобы даже разоблачение самого факта попытки  манипуляции не привело к выяснению  дальних намерений. Поэтому сокрытие, утаивание информации – обязательный признак, хотя некоторые приемы манипуляции  включают в себя «предельное самораскрытие».

В-третьих, манипуляция –  это воздействие, которое требует  значительного мастерства и знаний. Встречаются, конечно, талантливые  самородки с мощной интуицией, способные  к манипуляции сознанием окружающих с помощью доморощенных средств. Но если речь идет об общественном сознании, о политике, хотя бы местного масштаба, то, как правило, к разработке акции привлекаются специалисты или хотя бы специальные знания, подчерпнутые из литературы или инструкций. Поскольку манипуляция общественным сознанием стала технологией, появились профессиональные работники, владеющие этой технологией (или ее частями).

1. Психология манипуляции

1.1 Манипуляция на уровне психических процессов

В том искусственном мире культуры, который окружает человека, выделяется особый мир слов – логосфера. Он включает в себя язык как средство общения и все формы «вербального мышления», в котором мысли облекаются в слова. Язык как система понятий, в которых человек воспринимает мир и общество, есть самое главное  средство подчинения. В культурный багаж современного человека вошло  представление, будто подчинение начинается с познания, которое служит основой  убеждения. Однако в последние годы все больше ученых склоняется к мнению, что проблема глубже, и первоначальной функцией слова на заре человечества было его суггесторное воздействие  – внушение, подчинение не через  рассудок, а через чувства. Внушаемость  – глубинное свойство психики, возникшее  гораздо раньше, нежели способность  к аналитическому мышлению.

Многие ученые и специалисты  акцентировали внимание на значении внушения в общественных процессах. Необходимо подчеркнуть различия внушения и убеждения, как непосредственных элементов воздействия. Внушение осуществляется манипулятивным методом, также действует  контрвнушение для сохранения самобытности восприятия индивида. Убеждение –  процесс логического обоснования, с целью добиться результата. В  ходе убеждения приводятся факты, аргументы, разъяснения. Убеждение предполагает активное участие субъекта, ибо ему  предлагается ряд доводов, которые  он осмысливает и принимает или  отвергает. «Внушение, напротив, «обходит»  разум субъекта и проникает в  психическую сферу помимо личного  сознания, входя без особой переработки  непосредственно в сферу общего сознания и укрепляясь там, как всякий предмет пассивного восприятия».

Внушение прямо связывается  с манипуляцией сознанием, поскольку  представляет собой вторжение в  сознание посторонней идеи без прямого  и непосредственного участия  в этом акте «Я» субъекта.

1.2 Манипуляция на уровне психологических процессов

Восприятие неразрывно связано  с воображением, которое новым  образом комбинирует то, что мы когда-то познали на опыте и зафиксировали  это в памяти: нельзя вообразить то, что в разных своих элементах  не присутствовало бы в действительности. Дети до полутора лет не проявляют никаких признаков воображения – им для этого не хватает материала.

Так как воображение – способность творческая, оно гораздо меньше, чем мышление, подвержено дисциплине (логики, традиции). Значит, более уязвимо для воздействия извне. Преобразуя в нашем сознании полученные когда-то и где-то от действительности впечатления, воображение создает образы и мыслительные, и чувственные. Следовательно, через воображение манипулятор может воздействовать и на мышление, и на чувства. Максимальной подвижностью и уязвимостью перед манипуляцией обладает сочетание двух «гибких» миров – воображения и чувств. Говорят, что эмоции – основные деятели в психическом мире, а образы – строительный материал для эмоций.

Для понимания процессов  массового сознания важно, что воображение  тесно связано с имитацией  – мы «воображаем себя на месте  кого-то». Так, наблюдая движения танцующих, люди порой начинают повторять эти  движения, хотя бы покачиванием рук  или мысленно – при этом не отдавая  себе отчета в том, что они вовлечены  в имитацию. Так воображение, если его умело направлять, может привести к массовому «заражению» настроением  и даже действием.

Важнейшими мишенями, на которые необходимо оказывать воздействие  при манипуляции сознанием являются память и внимание. Задача манипулятора – в чем-то убедить людей. Для  этого надо прежде всего привлечь внимание людей к его сообщению, в чем бы оно не выражалось. Затем  надо, чтобы человек запомнил это  сообщение, ибо многократно проверенный  закон гласит: убедительно то, что  остается в памяти.

Аналитическое и теоретическое  изучение внимания сопряжено с большими трудностями, но зато ему посвящено  огромное количество опытных исследований, так что технологи манипуляции  сознанием имеют неограниченный запас «раздражителей», позволяющих  привлечь, переключить или рассеять внимание, а также повлиять на его  устойчивость и интенсивность. Это  касается всех способов подачи зрительной и слуховой информации, всех характеристик  ее содержания и формы . Понятно, что для целей манипуляции одинаково важны приемы привлечения и удержания внимания на убеждающем сообщении (захват аудитории), и в то же время отвлечения внимания от некоторых сторон реальности или некоторых частей сообщения – всегда предпочтительнее не лгать, а добиться, чтобы человек не заметил «ненужной» правды.

Для успешной манипуляции  вниманием важно верно оценить  такие характеристики аудитории, как  устойчивость и интенсивность внимания. Они зависят от уровня образования, возраста, профессии, тренировки людей  и поддаются экспериментальному изучению.

Не менее важна и  технологическая база манипулятора. Телевидение, которое оперирует  одновременно текстом, музыкой и  зрительно воспринимаемыми движущимися  образами, обладает исключительно высокой, магической способностью сосредоточивать, рассеивать и переключать внимание зрителя. Эффективность телевидения  связана с тем, что оно мобилизует периферические системы внимания, что  обеспечивает большую избыточность информации в центральной интегрирующей  системе. Чем больше избыточность, тем  меньших усилий требует восприятие сообщения.

В целях манипуляции сознанием  приходится воздействовать на все виды памяти человека и разными способами. С одной стороны, надо, чтобы человек  запомнил (а то и заучил до автоматизма) какую-то мысль, метафору, формулу. С другой стороны, бывает необходимо «отключить» его краткосрочную или историческую память – они создают психологический барьер против внушения.

Рассмотрим сначала важность запоминания. Когда человек получает какое-то сообщение, его взаимодействие с памятью делится на два этапа: сначала происходит пассивное запоминание. Затем информация перерабатывается рассудком, и если она признается мало-мальски убедительной, эмоционально окрашенной и представляющей интерес, она «внедряется» в память и начинает воздействовать на сознание.

Исследователи пришли к печальному для простого человека выводу: то, что  в результате частого повторения прочно запоминается, действует на сознание независимо от того, вызывает ли это утверждение возражения или  одобрение. Этот вывод проверен на коммерческой рекламе, ценность которой для ученых – в огромном количестве эмпирического  материала. Мастера рекламы знают, что для ее эффективности неважно, вызывает ли она положительную или  отрицательную реакцию, важно, чтобы  она застряла в памяти. Так возник особый вид – «раздражающая реклама», подсознательное влияние которой  тем больше, чем сильнее она  возмущает или раздражает людей. Подробно изучено влияние эмоциональных  элементов сообщения на его запоминаемость. Во всем балансе разных видов памяти (образной, словесной, звуковой и т.д.) главной для манипуляции сознанием  является именно эмоциональная память. Запоминается и действует, прежде всего, то, что вызвало впечатление.

Очень важна связь эмоциональной  памяти и узнавания. В манипуляции  сознанием узнавание играет ключевую роль, потому что порождает ложное чувство знакомства. Это становится предпосылкой согласия аудитории с  коммуникатором (отправителем сообщения) – он воспринимается аудиторией как  свой. Для «захвата» аудитории  узнавание гораздо важнее сознательного  согласия с его утверждениями.

Действуя через средства массовой информации, манипуляторы главную  ставку делают на непроизвольное запоминание. Поэтому для них гораздо важнее создать поток сумбурных сообщений, чем изложить одну связную идею, которую человек обдумает и преднамеренно  запомнит. Сумбурные сообщения откладываются  в латентных, дремлющих слоях  памяти и действуют подспудно, больше на подсознание. Они оживляются ассоциациями, новыми образами и сообщениями, которые  их «будят». При этом для манипулятора даже не важно, как отнесся человек  к сообщению, которое он запомнил непроизвольно.

2. Механизмы, реализующие манипулятивное воздействие

Присоединение к внутреннему  мира аудитории. «Включается в работу в тех случаях, когда структура  ситуации… оказывается сходной  по своим характеристикам с соответствующей  частью внутреннего мира». С. Кара – Мурза называет это вторым этапом после установления контакта с аудиторией (установление контакта предполагает создание канала, по которому может пройти сообщение). Присоединением называют такой контакт, который в силу положительного отношения к нему аудитории имеет тенденцию сам себя поддерживать, воспроизводится уже без специальных больших усилий манипулятора. Различают «присоединение по…» и «присоединение к…». Первое – это контакт, который поддерживается в силу каких-то объективных признаков общности (по языку, этнической принадлежности и т.д.). Главная задача манипулятора – «присоединение к…» (к каким-то ценностям, лозунгам, действиям).

Первое правило для  успешного контакта – заявить  о том, что отправитель сообщения  входит с аудиторией в какую-то общность (по социальному, национальному, культурному  признаку и т.д.). Так что первые же шаги по установлению контакта служат кличем «мы с тобой одной крови  – ты и я!». Поэтому первый признак  манипуляции – уклончивость в  изложении собственной позиции, использование туманных слов и метафор. Ясное обнаружение идеалов и  интересов, которые отстаивает «отправитель сообщения», сразу включает психологическую  защиту тех, кто не разделяет этой позиции, а главное, побуждает к  мысленному диалогу, а он резко затрудняет манипуляцию.

Психические автоматизмы. «Психические автоматизмы выступают в роли передаточных рычагов, благодаря которым энергия воздействия манипулятора превращается в энергию действия адресата». Психические автоматизмы – это типичные схемы поведения, естественные для большинства людей. Ни один человек не может прожить без «автоматизмов» в восприятии и мышлении – обдумывать заново каждую ситуацию у него не хватит ни психических сил, ни времени. Здесь впервые появляется понятие «стереотипа». Полезность стереотипов для человека заключается в том, чтобы воспринимать и оценивать сообщение быстро, не думая; манипулятор может применять их как «фильтры», через которые его жертвы видят действительность.

Одним из главных «материалов», с которым орудует манипулятор, являются социальные стереотипы. В  словарях сказано: «Социальный стереотип  – устойчивая совокупность представлений, складывающихся в сознании как на основе личного жизненного опыта, так  и с помощью многообразных  источников информации. Сквозь призму стереотипов воспринимаются реальные предметы, отношения, события, действующие  лица. Стереотипы – неотъемлемые компоненты индивидуального и массового  сознания. Благодаря им происходит необходимое сокращение восприятия и иных информационных и идеологических процессов в сознании…» Обычно стереотипы включают в себя эмоциональное отношение  человека к каким-то объектам и явлениям, так что при их выработке речь идет не только об информации и мышлении, а о сложном социально-психологическом  процессе. Таким образом, стереотипы, как необходимый человеку инструмент восприятия и мышления, обладают устойчивостью, могут быть выявлены, изучены и  использованы как мишени для манипуляции.

Еще более удобны для манипулятора метафоры – выраженные художественно  стереотипы – это готовые штампы мышления, но штампы эстетически привлекательные. Поэтически выраженная мысль всегда играла огромную роль в соединении людей и программировании их поведения. «Метафоры, включая ассоциативное  мышление, дают огромную экономию интеллектуальных усилий». Известно, что человек, чтобы действовать в своих интересах (а не в интересах манипулятора), должен реалистично определить три вещи: нынешнее состояние, желательное для него будущее состояние, путь перехода от нынешнего состояния к будущему. Соблазн сэкономить интеллектуальные усилия заставляет человека вместо изучения и осмысления всех этих трех вещей прибегать к ассоциациям и аналогиям: называть эти вещи какой-то метафорой, которая отсылает его к иным, уже изученным состояниям. Чаще всего, иллюзорна и сама уверенность в том, что те, иные состояния, через которые он объясняет себе нынешнее, ему известны или понятны.

Механизм «включения»  автоматизмов – мотивационное обеспечение. Никакой автоматизм не будет работать без мотивационной поддержки. Впрочем, манипуляционное воздействие в  числе мишеней обязательно имеет  и мотивационные структуры. Е. Доценко выделяет такие способы управления мотивационными предпочтениями человека, как прямая актуализация мотивов, простое обусловливание и знаковое опосредствование.

Прямая актуализация требуемого мотива может происходить в ответ  на появление релевантных этому  мотиву раздражителей. «Открытое побуждение со стороны автора нередко принимает  форму соблазнения – от вполне легального и невинного до скрытого и злонамеренного». С манипулятивной целью прямая актуализация мотива используется в основном в составе комплекса мероприятий: для маскировки основного воздействия, отвлечения внимания на второстепенные элементы ситуации, приведения адресата в необходимое состояние (дискомфорт, бездумная легкость). Обусловливание – «перенесение побудительной силы какого-нибудь мотива на действия, к которым раньше этот мотив не побуждал». Данный механизм лежит в основе дрессировки животных.

Мотивационное опосредствование – «эмоциональное переключение на основе представляемых, воображаемых, восстанавливаемых вследствие полученной словесно информации событий».

3. Основные манипулятивные технологии в системе массовых коммуникаций.

Одним из самых часто встречающихся  приемов манипуляции в СМИ  является искажение информации. В то время как Е. Доценко исследует такие конкретные приемы как подтасовка фактов или смещение по семантическому полю понятия, С. Кара-Мурзавыделяет: фабрикацию фактов, манипулятивную семантику, упрощение, стереотипизацию. Почти всегда искаженная информация используется вместе с соответствующим способом подачи. Здесь мы отметим такие приемы как утверждение, повторение, дробление, срочность, сенсационность, а так же отсутствие альтернативных источников информации (или отсутствие у них альтернативной информации).

Фабрикация фактов (прямая ложь). И политики, и деятели современной  прессы часто заявляют, что пресса не использует прямой лжи – это  и дорого, иопасно. В разных вариантах  повторяется такой афоризм: «Какой смысл лгать, если того же результата можно добиться, тщательно дозируя  правду?». А. Моль пишет, что искажение реальности достигается чаще через процесс «кумуляции мелких отклонений, происходящих всегда в одном и том же направлении, чем решительных, бросающихся в глаза действий. «Honesty is the bestpolicy» – всегда гораздо выгоднее быть честным, если речь идет о фактах, чем их сознательно замалчивать». Подчеркивается также, что малые сдвиги, приводящие к «поляризации» потока сообщений, должны быть ниже порога семантической восприимчивости среднего получателя (то есть, в среднем должны не замечаться).

Одно из важнейших правил манипуляции сознанием гласит, что  успех зависит от того, насколько  полно удалось изолировать адресата от постороннего влияния. Идеальной ситуацией для этого была бы тоталитарность воздействия – полное отсутствие альтернативных, неконтролируемых источниковинформации и мнения. Сложность выполнения этого правила прежде всего в том, чтобы создать у адресата иллюзию независимости, иллюзию плюрализма каналов информации. Для этого создается видимость многообразия СМИ по типу организаций, политической окраске, жанрам и стилям – при условии, что реально вся эта система подчиняется единым главным установкам. Идеальный случай – когда удается создать (точнее, допустить создание) радикальных оппозиционных источниковинформации, которые, однако, ограничивают свою информационную борьбу с режимом вопросами, которые не затрагивают сути главных программ манипуляции.

Помимо замалчивания «ненужной» информации и создания таким образом  «виртуальной» реальности вместо отражениядействительности, СМИ широко используют принцип демократии шума – потопление сообщения, которого невозможно избежать, в хаотическом  потоке бессмысленной, пустопорожней информации. Г. Шиллер пишет: «Подобно тому как реклама мешает сосредоточиться и лишает весомости прерываемую информацию, новая техника обработки информации позволяет заполнить эфир потоками никчемной информации,еще более осложняющей для индивида и без того безнадежные поиски смысла».

"Язык, как средство  вербальной коммуникации, строго  нормирован, как в межличностном,  так и в институциональном  общении. Современные масс-медиа, с размахом воспользовавшись свободой слова и ее интерпретациями, коренным образом изменили общественную культуру языка. Языковая культура обогатилась, в основном, благодаря использованию СМИ официального языка сообщения, состоящего из профессиональной лексики политики и мировых стандартов, взятой на вооружение при освещении актуальных проблем повседневности. Эта стандартизация языка производится по единому шаблону, который должен отражать компетентность СМИ, как официального источника получения информации". Такимобразом, язык масс-медиа превращается в вещание оракула, язык избранных противопоставляется языку толпы.

С. Кара-Мурза определяет неофициальный язык толпы как «туземный», в отличие от «правильного» официального языка. По этому поводу он пишет: «Туземный» язык рождается из личного общения людей, которые излагают свои мысли – в гуще повседневной жизни. Поэтому он напрямую связан со здравым смыслом (можно сказать, что голос здравого смысла «говорит на родном языке»). «Правильный» – это язык диктора, зачитывающего текст, данный ему редактором, который доработал материал публициста в соответствии с замечаниями совета директоров. Это безличная риторика, созданная целым конвейером платных работников. Язык диктора в современном обществе связи со здравым смыслом не имеет, он несет смыслы, которые закладывают в него те, кто контролирует средства массовой информации. Люди, которые, сами того не замечая, начинают сами говорить на таком языке, отрываются от здравого смысла и становятсялегкими объектами манипуляции.

Манипулятивная семантика: изменение смысла слов и понятий. Разновидностью лжи в прессе является «конструирование» сообщения из обрывков высказывания или видеоряда. При этом меняется контекст, и из тех же слов создается совершенноиной смысл. Отдельные «крупицы» сообщения вроде бы ложью не являются, но то целое, что слепил из них репортер или редактор, может не иметь с действительностью ничего общего. Сегодня политики и пресса постоянно меняют смысл слов и правила игры в зависимости от конъюнктуры. Политические эвфемизмы, маскирующие истинный смысл явлений, создаются и с помощью терминов. Это специальные слова, имеющие точный смысл, причем аудитория резко разделяется на тех, кто знает точное значение термина, и на тех, кто не знает. Но главное, что термины обладают магическим воздействием на сознание, имея на себе отпечаток авторитета науки.

Упрощение, стереотипизация. Пресса (и вообще СМИ) сыграла важнейшую  роль впроцессе «толпообразования» в западном обществе. Человек массы, продукт мозаичной культуры, был  в значительной степени создан прессой. Сами СМИ быстро стали объектом изучения в социодинамике культуры, и вскоре были обнаружены и даже математически выражены связи между простотой сообщения и его восприятием. СМИ, в отличие от высокой культуры, предназначенны именно для массы. Поэтому в них были установлены жесткие ограничения на сложность и оригинальность сообщений (даже на длину слов, хотя два-три заумных слова всегда допускаются в статье в качестве «приправы» – они повышают привлекательность статьи в силу «гомеопатического» эффекта). В общем, давно было сформулированно такое правило: «Сообщение всегда должно иметь уровень понятности, соответствующий коэффициенту интеллектуальности примерно на десять пунктов ниже среднего коэффициента того социального слоя, на который рассчитано сообщение».

Под этим эмпирическим правилом лежит психологическое оправдание, согласно которому человек подсознательно тяготеет к примитивным объяснениям. Концепцию упрощения выдвинул еще в начале 20-х годов У. Липпман (будущий «журналист №1»США). Он считал, что процесс восприятия – это всего-навсего механическая подгонка еще неизвестного явления под устойчивую общую формулу (стереотип). Поэтому пресса должна произвести стандартизацию явления, ставшего объектом сообщения. При этом, по его выражению, редактор должен опираться на стереотипы и рутинные мнения и «безжалостно игнорировать тонкости». Человек должен воспринимать сообщение без усилий и безоговорочно, без внутренней борьбы и критического анализа.

Утверждение и повторение. Упрощение позволяет высказывать  главную мысль, которую требуется внушить аудитории, в «краткой, энергичной и впечатляющей форме» – в форме утверждения. Утверждение в любой речи означает отказ отобсуждения, поскольку власть человека или идеи, которая может подвергаться обсуждению, теряет всякое правдоподобие. Это означает также просьбу к аудитории, к толпе принять идею без обсуждения такой, какой она есть, без взвешивания всех «за» и «против» и отвечать «да» не раздумывая.

Опираясь на сложившийся  в мозаичной культуре тип мышления человека массы, СМИ в то же время  стали важнейшим фактором укрепленияэтого  типа мышления. Они приучали человека мыслить стереотипами и постепенно снижали интеллектуальный уровень  сообщений так, что превратились в инструмент оглупления. Этому послужил главный метод закрепления нужных стереотипов в сознании – повторение.

Повторение придает утверждениям вес дополнительного убеждения  и превращает их в навязчивые идеи. Слыша их вновь и вновь, в различных весиях и по самому разному поводу, в конце концов начинаешь проникаться ими. Будучи навязчивой идеей, повторение становится барьером против отличающихся или противоположных мнений. Таким образом, оно сводит к минимуму рассуждения и быстро превращает мысль в действие, на которое у массы уже сформировался условный рефлекс, как у знаменитых собак Павлова… С помощью повторения мысль отделяется от своего автора. Она превращается в очевидность,не зависящую от времени, места, личности. Она не является более выражением человека, который говорит, но становится выражением предмета, о котором он говорит.

Дробление и срочность. Разделение целостной проблемы на отдельные  фрагменты– так, чтобы читатель или  зритель не смог связать их воедино  и осмыслить проблему – одна из особых и важных сторон упрощения. Это  – фундаментальный принцип мозаичной культуры. Дроблению служит множество технических приемов: статьи в газете разбиваются на части и помещаются на разных страницах, текст или телепередача разбиваются рекламой.

Одним из условий успешной и как бы оправданной фрагментации проблем является срочность, немедленность  информации, придание ей характера незамедлительности и неотложности сообщения. Это – один из самых главных принципов американских СМИ. Считается, что нагнетаемое ощущение срочности резко усиливает их манипулятивные возможности. Ежедневное, а то и ежечасное обновление информации лишает ее какой-либо постоянной структуры. Человек просто не имеет времени, чтобы осмыслить и понять сообщения – они вытесняются другими, еще более новыми.

Г. Шиллер пишет: «Ложное чувство срочности, возникающее в силу упора на немедленность, создает ощущение необычайной важности предмета информации, которое также быстро рассеивается. Соответственно ослабевает способность разграничивать информацию по степени важности. Быстро чередующиеся сообщения об авиационных катастрофах и наступлении национально-освободительных сил во Вьетнаме, растратах и забастовках, сильной жаре и т.д. мешают составлению оценок и суждений. При таком положении вещей умственный процесс сортирования, который в обычных условиях способствует осмыслению информации, не в состоянии выполнять эту функцию. Мозг превращается в решето, в которое ежечасно вываливается ворох иногда важных, но в основном пустых информационных сообщений».

Сенсационность. Обеспечивать фрагментацию проблем и дробить  информацию так, чтобы человек никогда не получал полного, завершающего знания, позволяет использование сенсаций. Это – сообщения о событиях, которым придается столь высокая важность и уникальность, что на них концентрируется и нужное время удерживается почти все внимание публики. Под прикрытием сенсации можно или умолчать о важных событиях, которых публика не должна заметить, или прекратить скандал или психоз, который уже пора прекратить – но так, чтобы о нем не вспомнили.

Подготовка сенсации –  кропотливая и дорогая работа, которую выполняют профессиональные специалисты. Замечательно то, что поданная в виде сенсации на телевидении информация, со всеми репортажами с места события, интервью в прямом эфире и т.д., как правило, принципиально искажает происшедшее событие. Это отмечается в специальной литературе по данной теме. Но это и не важно, важен эффект, ради которого запускается сенсация. При этом зритель очарован именно тем, что он наблюдает «неожиданное», неотобранный жизненный материал, так что между ним и реальностью нет никакого посредника. Эта иллюзия достоверности – сильное свойство телевиденья.

             Заключение

Как мы установили, манипуляция  – способ господства путем духовного  воздействия на людей через программирование их поведения. Это воздействие направленно  на психические структуры человека, осуществляется скрытно и ставит своей задачей изменение мнений, побуждений и целей людей в нужном власти направлении.

Успех манипуляции гарантирован, когда манипулируемый верит, что  все происходящее естественно и  неизбежно. Одной из первых книг, прямо  посвященных манипуляции сознанием, была книга социолога из ФРГ Герберта Франке «Манипулируемый человек» (1964). Он дает такое определение: «Под манипулированием в большинстве случаев следует  понимать психическое воздействие, которое производится тайно, а следовательно, и в ущерб тем лицам, на которых  оно направлено».

Природа манипуляции состоит  в наличии двойного воздействия  – наряду с посылаемым открыто  сообщением манипулятор посылает адресату «закодированный» сигнал, надеясь на то, что этот сигнал разбудит в сознании адресата те образы, которые нужны  манипулятору. Это скрытое воздействие  опирается на «неявное знание», которым  обладает адресат, на его способность  создавать в своем сознании образы, влияющие на его чувства, мнения и  поведение.

Искусство манипуляции состоит  в том, чтобы пустить процесс  воображения по нужному руслу, но так, чтобы человек не заметил  скрытого воздействия.