Теория культуры, школы культурологии, история культуры

Министерство образования  и  науки Российской Федерации

Филиал федерального государственного бюджетного образовательного учреждения

высшего профессионального  образования

«Южно-Уральский государственный  университет»

(национальный исследовательский  университет) в г.Озерске

Кафедра «Экономика, финансы»

Тема: «теория культуры, школы культурологии, история культуры»

Контрольная работа

по дисциплине «Культурология»

Работу выполнил

Рыженькова  Анастасия Сергеевна

Ф.И.О. студента

группа: 133

Проверил

Кузнецова Наталья  Владимировна

Ф.И.О. преподавателя

«27 »мая 2013г.

Озерск 

2013

1.ЯЗЫК И СИМВОЛЫ КУЛЬТУРЫ

Языком культуры в широком  смысле этого понятия называются те средства, знаки, символы, тексты, которые  позволяют людям вступать в коммуникативные  связи друг с другом, ориентироваться  в пространстве культуры. Язык культуры — это универсальная форма  осмысления реальности, в которую  организуются все вновь возникающие  или уже существующие представления, восприятия, понятия, образы и другие подобного рода смысловые конструкции (носители смысла).  
 
            Язык фиксирует значимые для человека представления, его отношения к ним. В сфере социального взаимодействия язык выступает в качестве медиатора, проводника, посредника, средства, позволяющего придавать интерсубъективное, культурное значение субъективному, индивидуальному опыту, транслировать социально-значимые представления, придавать таким представлениям общезначимый, разделяемый смысл.  
 
           Самая серьезная проблема коммуникации заключена в переводе смыслов с одного языка на другой, каждый из которых имеет множество семантических и грамматических особенностей. В культурологии эта проблема эффективности культурного диалога как на «вертикали», т. е. между культурами разных эпох, так и по «горизонтали», т. е. диалога разных культур, существующих одновременно, между собой, осмысливается как проблема понимания. Термин «понимание» используется в двух смыслах как фактор интеллектуальный, познавательный, но и как сопереживание, в чувствование. Сложность понимания обусловлена тем, что восприятие и поведение детерминированы стереотипами — идеологическими, национальными, сословными, половыми, сформированными у человека с детства. Понимание апперцептивно, т. е. новая информация ассимилируется путем соотнесения с тем, что уже известно, новое знание и новый опыт включаются в систему знания, уже имеющегося, на этой основе происходит отбор, обогащение и классификация материала.  
 
              Основной структурной единицей языка культуры, с точки зрения семиотики, являются знаковые системы. Знак — это материальный предмет (явление, событие), выступающий в качестве объективного заместителя некоторого другого предмета, свойства или отношения и используемый для приобретения, хранения, переработки и передачи сообщений (информации, знаний). Это овеществленный носитель образа предмета, ограниченный его функциональным предназначением. Наличие знака делает возможной передачу информации по техническим каналам связи и ее разнообразную — математическую, статистическую, логическую — обработку.  
 
              Любой язык культуры имеет природные предпосылки формирования, но сам не является природным явлением. Он формируется во взаимодействиях и коммуникациях совместно живущих людей. Он возникает тогда, когда индивидуальные представления не просто обретают внешнее выражение, но когда такие выражения в коммуникативных процессах приобретают статус разделяемых знаковых единиц, а их использование перестает быть произвольным и подчиняется определенным, установленным, конвенциональным, обязательным правилам. Язык формируется там, где знак осознанно отделяется от представления и начинает функционировать как репрезент (представитель) этого представления, его выразитель.  
 
               Знаки, составляющие каждого из языков культуры и предназначенные для выражения представлений и переживаний, различаются как по своему происхождению, так и степени подобия того, что они представляют. Исследователи культуры выделяют 5 основных знаковых систем:  
 
естественные, функциональные, конвенциальные, вербальные, системы записи.  
 
I. Под естественными знаками понимаются вещи и явления природы в том случае, когда они указываются на какие-то иные предметы или явления и рассматриваются в качестве носителя информации о них. Чаще всего естественные знаки являются принадлежностью, свойством, частью какого-то целого и поэтому дают информацию о последнем. Естественные языки — это знаки-признаки, например, дым — знак огня.  
 
II. Функциональные знаки — это также знаки-признаки. Но в отличие от естественных знаков, связь функциональных знаков с тем, на что они указывают, обусловлена не их объективными свойствами, а теми функциями, которые они выполняют. Как правило, это вещи и явления, имеющие непосредственное прагматическое предназначение, но включенные в человеческую деятельность помимо своих непосредственных функций, они еще получают знаковую функцию, т. е. дают какую-то информацию о вещах и явлениях. К функциональным знакам, например, можно отнести производственную технику, поскольку любой механизм или деталь может выступать как знак, который имеет информацию обо всей технической системе, элементом которой он является и т. д.  
 
III. Если для естественных и функциональных знаков знаковая функция является побочной и выполняется ими как бы «по совместительству», то для конвенциональных это функция является основной. Конвенциональные знаки являются знаками в полном смысле этого слова. Их значения задаются не предметами и процессами, о которых они информируют, а соглашениями между людьми. Различают 4 типа конвенциональных знаков:  
 
1) сигналы, извещающие или предупреждающие людей. Например, цвета светофора, «зебра» на пешеходной дорожке, флажковая сигнализация на флоте;  
 
2) индексы — условные обозначения каких-либо предметов или, ситуаций, имеющие компактный легко обозримый вид и применяемый для того, чтобы выделить эти предметы или ситуации из ряда других. Например, показания приборов, картографические знаки, различного рода условные значки в схемах, графиках, профессионально-деловых текстах и т. д.;  
 
3) образы строятся на сходстве, подобии с тем, что они обозначают. Это сходство может носить внешний или внутренний, содержательный характер, полном или частичном совпадении идей и ассоциаций, которые вызывают образ и изображаемое. Например, знаки-рисунки, обозначающие пешеходные переходы, эскалаторы и т. д.;  
 
4) символы — материальные или идеацнальные. Культурные объекты, выступающие в коммуникативном или трансляционном процессе как знаки, которые им просто указывают на обозначаемый объект, но выражают его смысл, т. е. в наглядно-образной форме передают абстрактные идеи или понятия, связанные с этим объектом. Наиболее простыми формами символов являются эмблемы, гербы, ордена, знамена и т. д.  
 
            Наряду с отдельными конвенциональными знаками, вводимыми по тому или иному поводу, в ходе развития культуры возникают разнообразные системы конвенциональных знаков. Например, геральдика, система знаков дорожного движения, церемониальные системы, связанные с выполнением различного рода обрядности (свадебная, похоронная. праздничная, религиозно-культовая, вступление в должность — коронация, инаугурация и т. д.). Можно сказать, что каждая область социокультурной жизни имеет свою символическую систему.  
 
IV. Важнейшей знаковой системой являются вербальные знаковые системы — разговорные языки. Любой естественный язык — это исторически сложившаяся знаковая система, образующая основу всей культуры того или иного народа, говорящего на данном языке. Эта система складывается на основе психофизиологических возможностей, заложенных в биологической природе человека (устройство мозга, гортани, органов слуха и т. д.). Однако язык имеет социальную природу. Он формируется и развивается людьми только благодаря их совместной деятельности и общения.  
 
          Самая главная особенность вербальной системы состоит в ее специфической структурной организации. Вербальная система представляет собой полиструктурную, разветвленную, иерархическую, многоуровневую организацию знаков. Базисной структурной единицей является слово, которое, в свою очередь, внутренне структурировано (корень, суффикс, приставка, окончание и т. д.). Слова объединяются во фразы, предложения, высказывания. Из последних складываются тексты.  
 
           Естественный язык — это открытая знаковая система. Он, в отличие от искусственных формализованных языков, способен к неограниченному развитию. Эта особенность языка имеет большое значение для изучения культуры. История развития культуры отражается в истории развития языка. Новые явления в жизни людей, открытия в науке и технике запечатлеваются словами, пополняют словарный запас языка — лексику. Вместе с тем уходят из употребления или изменяют значение и стилевую окраску слова, связанные с уходящими в прошлое условиями жизни. Особенно сильное влияние на эволюцию естественного языка оказывают общественные преобразования в стране. Однако, несмотря на подвижность, основной словарный фонд — лексическое «ядро» языка — сохраняется веками. Таким образом, язык в своей основе остается одним и тем же в течение столетий, и это является основой взаимопонимания поколений, сохранения опыта прошлого в культуре.  
 
V. На относительно высокой стадии развития человеческой культуры формируются знаковые системы записи: письмо (система записи естественного языка), нотная грамота, способы записи танца и т. д. Особенностью знаковых систем этого типа является то. что они возникают на базе других знаковых систем оазговорного языка, музыки, танца и вторичны по отношению к ним. Изобретение знаковых систем записи — одно из величайших достижений человеческой культуры. Особенно большую роль в истории культуры сыграло появление и развитие письма. Без письма невозможно было бы развитие науки, техники, права и т. д. Появление письма ознаменовало начало цивилизации.  
 
             Базовым знаком письма является не слово, как в разговорном языке, а объективная и более абстрактная единица —- буква. Количество базисных знаков в системе существенно уменьшается и становится обозримым. Это ведет к коренному изменению в логике использования знаковой системы. Становятся возможными качественно новые способы обработки, восприятия и передачи информации.  
 
             Запись создает возможность искусственно увеличить словарный состав языка. С возникновением письменности начинают складываться зыковые нормы и правила. Это дает возможность создание нормированного литературного языка, обогащения и совершенствования способов выражения мысли, на основе записи снимаются временные и пространственные границы общения. Письменность открыла путь к тиражированию знаков — книгопечатанию.  
 
             Одним из важных направлений развития систем записи является создание искусственных, формальных языков, играющих большую роль в современной науке и технике.  
 
              Синтетической обобщенной формой языка культуры является текст. В современной интерпретации культурологии текст не сводим к речевому акту или совокупности письменно зафиксированных высказываний. Текст — это все, что искусственно сделано человеком (вещи, ритуалы, художественные произведения, книги, танцы и т. д.). Текст — это совокупность знаковых систем, наделенная определенным значением. Таким образом, всякое явление культуры есть сочиненный людьми с помощью знаковых систем текст. С этой точки зрения, образно выражаясь, текст — это «плоть и кровь» культуры, а сама культура может быть интерпретирована так совокупность, определенная система текстов. Поэтому познание культуры означает познание текста.  
 
            Текст выступает как главный носитель информации, и для познания того или иного культурного явления необходимо навлечь эту информацию. Это значит, что требуется определить степень достоверности, содержащейся з нем информации и увидеть за ним ту "подлинную реальность", которую он обозначает. Это осуществляется на основе научных методов исследования.  
 
            Данный текст сопоставляется с другими текстами, оценивается в свете исторических данных. На этой основе анализируется его место и значение в культуре и т. д. Все это дает возможность объяснить к объективно оценить его содержание. Таким образом достигается объективное познание-текста как исторического факта.  
 
           Однако каждый текст многозначен. В нем, помимо объективной, научно фиксируемой информации, заложены тайные субъективные смыслы, выражающие особенности видения мира автора текста, психологические мотивы его создания и т. д. Познание своеобразия культуры, носителем которой является автор текста, невозможно объективными методами. Оно достигается на основе герменевтических процедур «понимания». Герменевтика исходит из предпосылки, что никакая читательская интерпретация текста в принципе не может совпадать с авторской. И не только потому, что читатель и автор — разные, неповторимые личности, существенное значение здесь имеет различие культурных контекстов, в которых воспроизводится данный текст. Текст, попадая в новый историко-культурный контекст, пополняется новым смыслом, отличным от того, какой он имел во время его создания. Таким образом, понимание произведений культуры меняется от эпохи к эпохе. Оно никогда не может быть окончательным, «единственно верным». Тексты живут в истории, и в диалоге с ними новые поколения осмысливают их содержание заново в поисках ответа на вопросы, которые ставит перед ними жизнь. Таким образом, благодаря объективации в текстах, культурные ценности не умирают, потому что они все время обогащаются новым смыслом.

2. ОПРЕДЕЛЕНИЕ ПОНЯТИЯ «КУЛЬТУРА» В КОНЦЕПЦИИ Б.МАЛИНОВСКОГО

В основе концепции культуры Б.Малиновского лежит теория потребностей. Исследователь рассматривает культуру как вещественную и духовную систему, посредством которой человек обеспечивает свое существование и удовлетворяет возникающие потребности. Потребности разделяются на два вида: основные биологические потребности и производные. Б.Малиновский считает, что культура возникает под воздействием биологических потребностей, которые выступают как стимулы для процессов добывания пищи и топлива, для строительства жилья, для создания одежды и т.д. Удовлетворение биологических потребностей (воспроизводство, защита от сырости, ветра, отдых и др.) приводит к преобразованию окружающей среды, к формированию нового, искусственно создаваемого окружения, которое и выступает как культура. Производные потребности порождаются не природой, а культурной средой. Они возникают тогда, когда возникает культура. К производным потребностям Б.Малиновский относит потребности в экономическом обмене, авторитете, социальном контроле, системе образования и т.д.

Важное место в концепции  культуры Б.Малиновского занимает понятие «институт». Культура, в его представлении, это есть единство социальных институтов, таких как: семья, клан, локальное сообщество, образование, социальный контроль, экономика, системы знаний, верований и морали, а также различные способы творческого и артистического самовыражения. Исходя из такого понимания, Б.Малиновский делает вывод о необходимости изучения культуры через социальный институт. Особенностями этой функциональной единицы, по его мнению, являются обязательная связь между ее элементами, конкретность, т.е. возможность ее наблюдения, наличие универсальной структуры, обособленность, связь с первичными или производными потребностями. В структуре института выделяются хартия (идеологическое обоснование института), определенный состав, определенные нормы поведения, материальное оснащение ( собственность, материальные объекты и т.п.). Важнейшими типами институтов, по мнению Б.Малиновского, являются: 1. Семья, расширенная семейная группа, клан, фратрия; 2. Все организованные и кристаллизовавшиеся группировки, определяемые полом и возрастом (тотемные половые группы, возрастные группировки, организованные лагеря, создаваемые для посвящения в женщины и в мужчины, мужские секретные общества, клубы и т.п.); 3. Профессиональные институты (образование, экономика, судопроизводство, магический обряд, религиозное богослужение). Эти теоретические положения о социальных институтах могут быть рассмотрены как структурная модель культуры.

Наряду с институтом центральное  место в концепции Б.Малиновского занимает понятие «функция». Ученый подчеркивает важность определения культурных феноменов через их функцию, чтобы избежать фантастических эволюционных схем или раздробленных истолкований отдельных элементов. Понятие функции рассматривалось им в качестве эвристического инструмента при изучении институциональных групп. Каждый элемент культуры считается им не как что-то случайное или ненужное, а как образование, выполняющее определенную функцию, как необходимое звено целостной системы культуры. Исследователь подходит к определению функции через понятие полезности и взаимосвязи, через удовлетворение определенной потребности человека. «…Под функцией, – пишет Малиновский, –  всегда подразумевается удовлетворение потребности, идет ли речь о простейшем акте употребления пищи или о священнодействии, участие в котором связано со всей системой верований, предопределенной культурной потребностью слиться воедино с живым Богом». Потребность в пище лежит в основе таких процессов, как: сбор плодов и корней, ловля рыбы, охота на животных, дойка и убой домашнего скота. Добывание и поддержание огня соотносится с приготовлением пищи и поддержанием тепла. Б.Малиновский считает, что любой элемент материальной культуры, любой обычай, любую идею можно поместить в какую-то организационную систему человеческой деятельности. Например, добывание огня можно рассматривать как интегральную часть института домашнего хозяйства, охоты, рыбной ловли или детской игры. Ученый дает определения функций семьи, клана, локальной группы. При этом понятие функции он определяет как вклад, вносимый в упрочение социальной текстуры, в более широкое и организованное распределение благ и услуг, а также идей и верований. Малиновский критически оценивает предшествующие школы и учения. В частности, он подвергает критике эволюционизм, метод пережитков Э.Тайлора. Исходя из своей теоретической концепции, Малиновский выступает за сохранение традиционного образа жизни представителей архаичных культур. Чтобы сохранить образ жизни местных народов в Африке, им предлагается сегрегация, т.е. отделение этих народов, отдельное их проживание. Малиновский осуждает грубое вмешательство колониальных чиновников в жизнь коренного населения, выступает против запрета отдельных обычаев и традиций туземных народов, т.к. это могло нанести вред культуре этих народов. Методология и техника антропологического исследования разрабатываются Б.Малиновским в его книге «Аргонавты западной части Тихого океана», опубликованной в 1922 г.

Функционалистская концепция Б.Малиновского имела и имеет до сих пор значительное число сторонников, в то же время она неоднократно подвергалась критике. Сторонники Малиновского отмечают большое значение его теории потребностей, видят в ней методологию проведения антропологических исследований. Противники критикуют за биологизаторство культуры (К. Леви-Строс), за тривиальность, многословие, описательность и упражнение в философском прагматизме (Э.Эванс-Причард), за откровенный антиисторизм (С.А.Токарев) и за многое другое. Однако, несмотря на критику, учение Б.Малиновского до сих пор привлекает внимание исследователей. Ни один серьезный культуролог или этнолог, говоря о культуре, не обходит вниманием теорию британского антрополога. Российский этнолог А.А.Никишенков отмечает, что антропология в послевоенной Великобритании развивалась на теоретических основаниях, сформулированных Рэдклифф-Брауном и Малиновским. Более того, он допускает, что можно говорить о двух линиях развития структурно-функциональной традиции: структуралистской, восходящей к Рэдклифф-Брауну, и интуитивно-беллетристической, связанной с Малиновским.

1. Формирование религиозных представлений

Вопрос о возникновении  религии и ее влиянии на развитие общества и искусства вызывает немало споров. Ученые-материалисты обычно заявляют о наличии длительного «безрелигиозного» периода первобытной истории. Идеалисты, наоборот, как отмечалось выше, подчеркивают важность влияния религии на развитие производства, искусства, мышления и т.д.

Показательны в этом отношении  мнения о причинах возникновения  религии. Античный атеист Критий (V в. до н.э.) указывал, что религия возникла из обмана, ее выдумали люди, стоящие у власти, чтобы держать в повиновении рабов и бедняков. Эту точку зрения в XVIII в. поддержал Вольтер. Лукреций Кар отказался от столь поверхностного отношения к этой проблеме. Он связывал возникновение религии со сновидениями, воображением и страхом людей перед силами природы, что невольно рождало образы всемогущих богов. Немецкий материалист Л. Фейербах (1804-1872) подчеркивал, что корни религии не на небе, а на земле. Страх и невежество первобытных людей (главное – страх смерти) составили основу религиозности. «Могила человека есть место рождения богов»,– писал он. К. Маркс и Ф. Энгельс впервые обратили внимание на гносеологические (познавательные) основы религии. Они отмечали, что религия – это одна из форм общественного сознания, в которой превратно отражена социальная реальность. Таким образом, возникновение религии – один из важнейших этапов развития человеческого сознания и культуры. Крупнейший английский этнограф Э. Тайлор (1832-1917) считал, что в основе религии лежит вера в духовные существа, т.е. в души и духов. Эту веру Тайлор назвал анимизмом (от лат.– душа). Корни анимизма ученый видел в «философствовании первобытного дикаря», который интересовался такими явлениями, как сон, сновидение, смерть.

Существует еще одна гипотеза, объясняющая изначальную религиозность  человека. Современные мистики, экстрасенсы  заявляют о существовании семи уровней  материального мира. Мы живем в  седьмом (последнем) мире грубой материи  и не способны видеть или ощущать  более тонкие материальные миры. Но это – сейчас, а в прошлом  человек обладал способностью общения  с тонкоматериальными мирами. Поэтому  мифы, сказки о привидениях, русалках и домовых, о непосредственных контактах  с божествами не выдуманы, они свидетельствуют  о реально пережитом. В этих вопросах трудно отделить правду от вымысла. Но фактом остается то, что первобытный  человек нередко приписывал себе возможность оказывать сверхъестественное воздействие на природу. животных и растения. Это воздействие осуществлялось при помощи особых колдовских (магических) обрядов.

Постепенно в процессе развития анимизма произошло выделение  из всей массы промысловых зверей (или растений – у собирателей) какого-то одного вида, который признавался  тотемом – родоначальником, общим  предком племени, ему поклонялись, приносили жертвы. Таким образом возник тотемизм – еще один вид первобытных религиозных верований. Культ неодушевленных (в современном понимании) предметов получил название фетишизм (от франц.– идол, талисман). Фетиш наделялся сверхъестественными свойствами, что привело в дальнейшем к вере в чудодейственную силу амулетов, талисманов и оберегов. Даже русский обычай брать с собой горсть родной земли, отправляясь на чужбину, имеет очевидную связь с фетишизмом.

Хронологически возникновение  религиозных представлений относится  к среднему палеолиту.                                                                                        Свидетельством религиозности неандертальцев был, например, совершаемый ими обряд  каннибализма – поедания своих умерших  сородичей. Так они, очевидно, стремились получить от них силу, знания и прочие достоинства. Сложился и своеобразный погребальный обряд, согласно которому покойнику придавали определенную позу (чаще на боку) с ориентацией по сторонам света и помещали в погребальной камере съестные припасы, орудия труда, необходимые в загробной жизни. Значит, идея смерти и воскрешения была известна человеку еще 100 тыс. лет назад.

С развитием земледелия и  скотоводства распространился культ  матери-земли как великой плодоносящей силы. По мере разложения родового строя  начинается обожествление племенных  вождей. Возникла каста профессиональных служителей культа – жрецов, шаманов, колдунов, которые признавались посредниками в общении людей с духами. Жрецы  монополизировали многие отрасли знаний и искусства. Складывался их союз с официальными (светскими) руководителями – вождями. Возник известный принцип: любая власть – от Бога.

Высшим уровнем развития религии в первобытном обществе стал политеизм (многобожие). У каждого  племени складывался культ богов  – покровителей различных видов  хозяйственной деятельности, управляющих  разными природными явлениями, а  также культ предков, вождей, почитание  неких сил природы вообще. Религиозные  представления оказывали воздействие  на основные сферы жизни людей  – мораль, право, эстетические потребности  и т.п., а это в свою очередь  обеспечивало стабильность и порядок  в обществе, способствовало развитию различных отраслей знаний и искусства. В ходе отправления религиозных  культов возникла система ритуальных действий, которые составляли основу праздничных церемоний. Во время  этих действий складывались различные  виды искусств – музыка, танец, театрализованные представления, пантомимы, литературные жанры и т.п.

На обыденном уровне и  даже в некоторых научных теориях  первобытное общество (как и современные  «застойные цивилизации») представляется как «доистория» – происходит недооценка достижений «дикаря» в соревновании с природой. Однако следует помнить, что в первобытном обществе возникло множество явлений современной жизни – жилища, одежда, земледелие, скотоводство, общественное разделение труда, брак и семья, нравственность и этикет, наука и искусство. И эти достижения при сравнении с уровнем интеллектуального развития человека времен каменного века имели ничуть не меньшее значение, чем современные научно-технические открытия. Именно в первобытном обществе был создан фундамент современной цивилизации, т.е. запас знаний, практического опыта, интеллекта и психофизических достоинств человека.

1. Факторы формирования

Социальный: Один из первичных. Он проявлялся в случаях, когда социумом навязывалась некая идея, в связи с этим человек начинал думать как окружающая среда. Их гипотезы становились его аксиомами, которые в последствии переходили по роду.

Материальный: Материальное неравенство было, есть и будет всегда. Именно поэтому, материальный фактор также отыгрывал некую роль. Человек, не имеющий никаких материальных благ, надеялся, веровал в лучшую жизнь после смерти.

Подсознательный: Человек до конца не мог объяснить множество вещей, происходящих в мире, поэтому, всё то, что не входили в рамки ума относились к деяниям богов.

Политический: Не секрет, что во времена политических крушений, именно религия не давала допустить полного краха, объединяя и группируя народ.

Именно они оказывали  наибольшее влияние на сознание человека, навязываясь, порой как неоспоримые  факты. Одним из примеров можно привести «Крещение Руси». Ведь именно так  Владимир, только с взглядов на общие  политические интересы с выгодными  ему государствами, такими как Византия, принял крещение, а вскоре и насильно окрестил весь народ русский.

Почему не отрекаются от религии?

Религия сама по себе навязывалась на протяжении многих сотен лет, поэтому  процесс его искоренения не может  быть моментальным, а с той политикой, которую ведет большинство государств – и вовсе нереален. Тем более  что до тех пор, пока усилий человека не будет хватать на что-то – он будет наедяться, а значит и верить…

В каких формах будет выражаться эта вера – вопрос, но то что она при любых условиях будет присутствовать – факт.

Влияние религии на экономику  и как следствие на культуру общества вытекает уже, из развития экономики  и станет очевидным в ходе описания. В экономике в настоящее время  имеются критерии, по которым можно  оценить ее развитие. Культура еще  не обладает такими критериями, и оценить  ее развитие весьма трудно.

2.Особенности экономической  культуры в религии

Впервые на связь между  экономикой с религией указал Мах  Вебер. В его работе «Протестантская  этика и дух капитализма» на основании  анализа статистики, он показал, что  «дух капитализма» развивается в  районах заселенных протестантами. В продолжение этой работы Мах  Вебер написал сравнительный  анализ наиболее значимых религий и  проанализировал взаимодействие экономических  условий, социальных факторов и религиозных  убеждений. Впервые данное произведение было опубликовано в 1905 г. в Германии и с тех пор является одной  из лучших работ по анализу причин возникновения современного капитализма  или лучше сказать лучшая работа устанавливающая связь между  религией и экономическим и культурным развитием.

Вслед за работой Маха Вебера появилась работа тоже немца Вернера  Зомбарта «Евреи и хозяйственная жизнь». (СП(б). Книгоиздательство «Разум», 1912.) Вернер Зомбарт вслед за Вебером показал, что евреи очень хороши для развития «духа капитализма».

Следует заметить, что Зомбарт был поклонником Карла Маркса и был такой же, как Карл Маркс антисемит, Это не помешало Зомбарту отметить положительную роль евреев. Впоследствии после прихода в Германии к власти Гитлера и нацистов книги Вернера Зомбарта были запрещены, а сам он проклят. В этом проклятии нет чего-либо особенного. Гитлер конфликтовал и с религией.

3.Особенности экономической культуры и религия

Традиционные формы переплетения политики и религии, выявившиеся  в истории России, основные направления  их взаимодействия сводятся к следующему:

1. Воздействие религии  на политику неизменно ощущается прежде всего в том, что религия как определенная мировоззренческая система, включающая обязательные общественно-нравственные установки, влияет на умонастроения своих последователей, их жизненные устремления, социальное поведение, политические действия.

Разумеется, воздействие  это тем сильнее, чем глубже вера приверженцев данной религии, чем больше их готовность следовать ее нормам в повседневной жизни.

Это наблюдалось на протяжении всей истории, особенно наглядно при  бурных социальных и национальных выступлениях. То же имеет место и сегодня.

Проводимые Исследовательским  центром «Религия в современном  обществе» РНИСиНП1 на протяжении ряда лет социологические исследования выявили некоторые характерные  особенности политического поведения  верующих.Так, верующие в относительно большей мере склонны придерживаться более мягких способов возможных политических действий. Их социальная реакция более толерантна даже по отношению к тем явлениям и процессам, которые они оценивают отрицательно. Например, они не предрасположены к очередной экспроприации: за насильственное изъятие у «новых русских» неправедно нажитых состояний неизменно выступают на 10—15% меньше верующих в Бога, чем неверующих. Аналогичным образом превалирует число неверующих над верующими, выступающих за забастовки, за жесткие формы протеста, включая готовность взяться за оружие для отстаивания своих интересов. Противоположная ситуация наблюдается при ответах на вопрос: готовы ли терпеть, никак не реагируя на ухудшение жизни? В этом случае верующие превалируют над неверующей частью населения.

2. Среди элементов религиозного  комплекса, оказывающих воздействие  на политику, особое место принадлежит  конфессиональной организации, деятельности  самих священнослужителей. В зависимости  от особенностей данной религии  это воздействие бывает открытым  и всеобъемлющим или преобладающим  (например, в ряде мусульманских  регионов). Чаще, однако, особенно в  регионах с развитыми светскими  традициями, руководство религиозных  объединений высказывается за  неучастие в политической жизни,  против вмешательства в политику  партий, в государственные дела.

На деле же, как правило, определенную политику осуществляют не только собственно религиозные учреждения, но и примыкающие к ним специфические  общественно-политические институты, в первую очередь, различные созданные  по конфессиональному признаку движения и структуры.

Формы осуществления политики во многом определяются организационными и догматическими особенностями  конфессиональных объединений России. Так, по протестантскому вероучению важнейшим условием спасения души является индивидуальная вера в Иисуса Христа, что ослабляет роль духовенства как особого посредника между Богом и человеком, тем самым ослабляется общественный авторитет духовенства, а стало быть его политические возможности.

Иные более широкие  возможности у религиозных организаций, располагающих сугубо политическими рычагами и средствами воздействия на население. К примеру, объединению широких масс чеченского общества под зеленым знаменем ислама во время кавказской войны в прошлом веке, как и в ходе войны в наши дни, способствовало то, что духовные лидеры играли и играют здесь довольно авторитетную общественно-политическую роль. В современной России в условиях в целом демократического законодательства в области свободы совести руководство многих конфессий неоднократно заявляло о своей приверженности конституционному принципу отделения религиозных организаций от государства, неприемлемости установления государственной религии, вмешательства властей в их внутренние дела, как и их участие в политике.

Однако на практике наблюдаются  отступления от светских правовых норм, хотя восприятие многих из них общественным мнением (как и в прошлом) положительное. Ряд сугубо общественно-политических действий духовенства не рассматриваются  в качестве противоправных, наоборот, встречают широкую поддержку  как направленные на общенародное благо.Это наглядно проявилось в годы Великой Отечест-венной войны в отношении политической патриотической деятельности Русской Православной Церкви, других религиозных организаций нашей страны. Патриотизм, идея превалирования единства над удельными интересами, призывы к сплочению населения против чужеземных захватчиков свойственен православной церкви во все периоды отечественной истории.

Например, при поворотном событии в истории Руси — Куликовской  битве — православная церковь, ее деятели — митрополит Алексий, Сергий Радонежский — выступили поборниками  освобождения русских земель от монгольского ига.

Позитивное отношение  наблюдается и к другим общественно-политическим, в первую очередь миро-творческим действиям религиозных лидеров  во время социальных и национальных конфликтов православных и мусульманских руководителей при урегулировании противоречий, возникавших в связи с суверенизацией Татарстана, против войны в Чечне и т.д.), к их выступлениям в защиту нравственности, за разрешение демографических и экологических проблем, против коррупции, наркомании и т.д.

В выступлениях православных, мусульманских, буддистских и других религиозных деятелей России значительное внимание уделяется теоретическому обоснованию миротворческой деятельности, осуждению политического насилия, приверженности мирному способу  разрешения споров, заботе о справедливом мире и благоденствии для всех страдающих от конфликтов людей, независимо от их национальности и вероисповедания.

Так, религиозные деятели  России осудили агрессию НАТО в Югославии  в связи с событиями в Косово.

В современной России общественно-политическая деятельность представителей традиционных религий (православия, ислама, буддизма, иудаизма и др.) связана также  с сохранением этнического самосознания, традиций и ценностей населяющих ее народов, с неприятием ныне пропагандируемых установок общества потребления, индивидуалистических, сугубо утилитарных, прагматических ориентаций.

Русское православие, например, всячески противопоставляет таким  ориентациям традиционные российские духовные ценности, в том числе  коллективистские, соборные начала, выступает  защитником национальной культуры, истории.

Вместе с тем наблюдаются  и случаи прямого вмешательства  религиозных деятелей в политические события на стороне тех или  иных политических сил.

Известна, например, активная защита самодержавия Русской Православной Церковью, другими религиозными организациями. В настоящее время некоторые священнослужители — сторонники как власти, так и оппозиции — участвуют в политических собраниях и уличных митингах, со страниц печати призывают голосовать за политически близкие им движения.

Руководство Русской Православной Церкви недвусмысленно поддержало во время предвыборной кампании 1996 г. действующего президента (хотя в определении Архиерейского  Собора 1994 г. говорилось «о не предпочтительности для Церкви какого-либо государственного строя, какой-либо из существующих политических доктрин, каких-либо кон-кретных общественных сил и их деятелей, в том числе находящихся у власти»), периодически поддерживает существующую власть (освящение Белого дома, участие в инаугурации президента и т.д.). Отдельные священнослужители устно и в прессе высказываются за введение государственной религии. Вопреки принципам светскости государства заметны тенденции распространения конфессионального влияния на армию, учебные учреждения.

Проявляют в той или  иной мере политическую активность также  партии и движения, созданные по конфессиональному признаку, хотя прямо  не связанные с религиозными центрами (Христианско-демократический союз — Христиане России, Российское христианско-демократическое движение, Православное политическое совещание, Буддийско-христианский союз, мусульманское движение «Нур», общественно-политическое движение «Союз Мусульман России», «Мусульмане России» и др.). Правда, сколько-нибудь заметного влияния на политическую жизнь они пока не могли оказать. Об этом свидетельствуют и результаты выборов.

Получает распространение  религиозный экстремизм в качестве составляющей политического экстремизма. Религиозно-экстремистское движение, нередко при зарубежной поддержке (например, ваххабиты на Северном Кавказе), используют религиозные идеи в сугубо политических целях — нарушения территориальной целостности России, свержения в отдельных регионах государственной власти, навязывания клерикальных порядков.

Значителен и политический резонанс от реальных или мнимых незаконных действий ряда новых религиозных  культов и движений, преимущественно  зарубежного происхождения. Вокруг них наблюдается неправомерный  ажиотаж, вызываемый как незаконными  действиями властей разного уровня, так и усилиями западной пропаганды, да и некоторых российских граждан.