Теория познания. 3
ФЕДЕРАЛЬНОЕ
ГОСУДАРСТВЕННОЕ
Кафедра
«Экономика и предпринимательство»
КОНТРОЛЬНАЯ
РАБОТА
по дисциплине:
«Философия»
на тему:
«Теория познания
»
«___» _______2011г.
«___» _______2011г.
Калининград 2010
Содержание:
- Познание как предмет филосовского познания. Субъект и объект познания
- Познание и творчество
- Основные формы и методы познания
- Проблемы истины философии и науки
- Многообразие форм познания и типы рациональности
- Истина, оценка, ценность
- Познание и практика
Познание как предмет филосовского познания. Субъект и объект познания
Сознание всегда есть осознанное бытие, выражение отношения человека к своему бытию. Знание - объективная реальность, данная в сознании человека, который в своей деятельности отражает, идеально воспроизводит объективные закономерные связи реального мира. Познание - обусловленный прежде всего общественно-исторической практикой процесс приобретения и развития знания, его постоянное углубление, расширение и совершенствование. На такое взаимодействие объекта и субъекта, результатом которого является новое знание о мире.
Термин “знание” обычно употребляется в трех основных смыслах: 1. способности, умения, навыки, которые базируются на осведомленности, как что-либо сделать, осуществить; 2) любая познавательно значимая (в частности, адекватная) информация; 3) особая познавательная единица, гносеологическая форма отношения человека к действительности, существующая наряду и во взаимосвязи со “своим другом”- с практическим отношением. Второй и третий аспекты - и есть предмет рассмотрения гносеологии, теории познания.
Вопрос о том, может ли
При характеристике агностицизма следует иметь в виду следующее. Во-первых, нельзя представлять его как концепцию, отрицающую сам факт существования познания, который (факт) агностицизм и не опровергает. Речь ведется не о познании, а о выяснении его возможностей и о том, что оно собой представляет в отношении к реальной действительности. Во-вторых, элементы агностицизма можно обнаружить в самых различных философских системах. Поэтому, в частности, неверно отождествлять всякий идеализм с агностицизмом. Так, немецкий философ Гегель, будучи объективным идеалистом, критиковал агностицизм, признавал познаваемость мира, разработал диалектическую теорию познания, указывая на активность субъекта в этом процессе. Однако он толковал познание как развитие, самопознание мирового духа, абсолютной идеи.
В-третьих, живучесть агностицизма объясняется тем, что он смог уловить некоторые реальные трудности и сложные проблеем процесса познания, которые и по сей день не получили окончательного решения. Это, в частности, неисчерпаемость, границы познания, невозможность полного постижения вечно изменяющегося бытия, его субъективное преломление в органах чувств и мышления человека - ограниченных по своим возможностям и т.п. Между тем самое решительное опровержение агностицизма содержится в чувственно-предметной деятельности людей. Если они, познавая те или иные явления, преднамеренно их воспроизводят, то “непознаваемой вещи-в-себе” не остается места.
В отличие от агностиков, сторонники скептицизма не отрицают познаваемость мира, но либо сомневаются в возможности' ого познания, либо не сомневаясь в этом, останавливаются на отрицательном результате (скептицизм как “паралич истины”). А именно понимают процесс познания как “зряшное отрицание”, а не как диалектическое (с удержанием положительного). Такой подход неизменно приводит к субъективизму, хотя скептицизм (особенно “мыслящий”) в определенном смысле способствует преодолению заблуждений в достижении истины.
Зарождение гносеологической проблематики в античной философии. Познание и его изучение не есть нечто неизменное, раз навсегда данное, а представляет собой “нечто диалектическое”, развивающееся по определенным законам. Они имеют длительную историю, истоки которой уходят в древнюю философию. На каждом из этапов своего развития знание есть резюме истории познания, квинтэссенция всех форм человеческой деятельности, в том числе и, прежде всего - чувственно-предметной (практики).
В античной, особенно в древнегреческой философии (VI в до н. э.- II в. н. э.), были сформулированы глубокие идеи о соотношении знания и мнения, истины и заблуждения, о совпадении знания и предмета, о диалектике как методе познания и др. Так, Гераклит высказал идею о том, что все течет, все изменяется и все переходит в свою противоположность. Но все течет не как попало, а повинуясь законам “единого мудрого”, которые присущи и бытию и познанию.
Чтобы постигнуть природу каждого отдельного предмета, нужно уметь приложить общий закон. Поэтому много - учености, которая “уму ненаучает”, Гераклит предпочитает “единое знание всего”. Исходя из того, что мышление присуще всем, что всем людям дано познавать самих себя и размышлять, он считает, что человеческий, субъективный логос (т. е. познание) имеет все возможности быть в согласии с объективным логосом.
Зенон Элейскнй пытался выразить реальное движение в логике понятий, в связи с чем подверг скрупулезному анализу противоречия (апории), возникающие при попытке мыслить движение. Знаменитые апории Зенона (“Дихотомия”, “Ахилл”, “Стрела” и “Стадий”) не утратили своего значения я для современной науки, развитие которой связано с разрешением многообразных противоречий, возникающих при отображении в познании объективного процесса движения.
Заметными фигурами в истории гносеологической и диалектической мысли были античные софисты - Протагор, Горши и др. Они привели в бурное движение человеческую мысль с ее вечными противоречиями, неустанным исканием истины в атмосфере острых и бескомпромиссных споров и стремлением найти тонкие ходы мысли. Античная софистика при всей своей неоднозначности, субъективизме и “игре слов” имела целый ряд рациональных моментов. К их числу можно отнести: сознательное исследование мышления самого по себе; понимание его силы, противоречий и типичных ошибок; стремление развить гибкость, подвижность мышления, придать ему диалектический характер; попытка с помощью такого мышления “разъесть как щелочь” все устойчивое, расшатать конечное; подчеркивание активной роли субъекта в познании; анализ возможностей слова, языка в познавательном процессе и т. п.
Сократ выдвинул на первый план диалектическую природу познания как совместного добывания истины в процессе сопоставления различных представлений, понятий, их сравнения, расчленения, определения и т. п. При этом он подчеркивал тесную связь познания и этики, метода и нравственности.
Рациональное содержание философии Платона - его диалектика, изложенная в диалогической форме, т. с, диалектика как искусство полемики. Ом считал, что бытие заключает в себе противоречиям оно едино и множественно, вечно и преходяще, неизменно и изменчиво, покоится и движется. Противоречие есть необходимое условие для пробуждения души к размышлению, важнейший принцип познания. Поскольку, согласно Платону, любой предмет, любая вещь в мире “есть движение”, и, познавая Мир, нам следует по необходимости, а не по прихоти и субъективному произволу изображать все явления как процессы, т. е. в становлении и изменчивости.
Вслед за элеатами и софистами Платон отличал мнение (недостоверные, часто субъективные представления) от достоверного знания. Мнение он разделял на догадку и доверие и относил его к чувственным вещам, в отличие от знания, имеющего своим предметом духовные сущности. В гносеологии Платона содержится идея о двух качественно различных уровнях мыслительной деятельности - рассудке и разуме, “ нацеленных ” соответственно на конечное и бесконечное.
Аристотель в созданной им логике видел важнейший “органон” (орудие, инструмент) познания. Его логика носит двойственный характер: она положила начало формальному подходу к анализу знания, но одновременно Аристотель стремился определить пути достижения нового знания, совпадающего с объектом. Он пытался вывести свою логику за рамки только формальной, ставил вопрос о содержательной логике, о диалектике. Тем самым логика и гносеология Аристотеля тесно связана с учением о бытии, с концепцией истины, так как в логических формах и принципах познания он видел формы и законы бытия.
Важную роль в процессе познания Аристотель отводил категориям - “высшим родам”, к которым сводятся все остальные роды истинно-сущего. При этом он представил категории не как неподвижные, а как текучие, дал систематический анализ этих существеннейших форм диалектического мышления, считая их содержательными формами самого, бытия.
Продемонстрировав веру в силу разума и подчеркнув объективную истинность познания. Аристотель сформулировал ряд методологических требований к последнему: необходимость рассмотрения явлений в их изменении, “раздвоение единого”- представленное им не только как закон объективного мира, но и как закон познания, принцип причинности и др. Заслугой Аристотеля является также то, что он дал первую обстоятельную классификацию софистических приемов - субъективистских, псевдодиалектических ходов мысли, свидетельствующих лишь о мнимой мудрости, уводящей познание на путь заблуждений.
Оценивая в общем античную (точнее - древнегреческую) философию и гносеологию, следует указать на то, что для них были характерны целостность взгляда, на мир, отсутствие чисто аналитического, абстрактно-метафизического расчленения природы. Последняя рассматривалась в универсальных моментах единства всех ее сторон, во всеобщей связи и развитии явлений. Однако эта развивающаяся целостность была результатом непосредственного созерцания, а не развитого теоретического мышления.
Крупным этапом в разработке проблем теории познания стала философия Гегеля. Он дал анализ важнейших законов, категорий и принципов диалектики, обосновал положение о единстве диалектики. Логики в теории познания, создал первую в истории мысли развернутую систему диалектической логики. Гегель выявил во всей полноте (насколько это можно было с позиций идеализма) роль и значение диалектического метода в познании, подверг критике метафизический метод мышления, обосновал процессуальный характер истины.
Если Кант в форме трансцендентальной логики представил лишь “неясный абрис” диалектической логики, то Гегель вполне ясно, определенно изложил содержание последней как целостную систему знания (логику разума). При этом он нисколько не принижал роль и значение формальной (рассудочной) логики в познании, а тем более не “третировал” ее. Вместе с тем Гегель отмечал ограниченность (по не порок!) формальной логики, обусловленную тем, что она рассматривает формы мышления в их неподвижности и различии, вне их взаимосвязи и субординации.
Гегель подчеркивал, что невозможно понять предмет, не уяснив всего предшествующего пути развития. Источником развития является противоречие, которое есть не только “корень всякого движения и жизненности”, но и фундаментальный принцип всякого познания. Разрабатывая субординированную систему категорий диалектики и выводя их друг из друга по ступеням логического восхождения познания от абстрактного к конкретному, Гегель гениально угадал, что логические формы и законы не пустая оболочка, а отражение объективного мира в его целостности и развитии.
Диалектика как Логика, теория познания и всеобщий метод не должна, по Гегелю, содержать пустые, мертвые формы мысли и принципы, в псе должна войти вся жизнь человека (и индивидуальная, и родовая). Он стремился рассмотреть логику в качестве необходимого компонента практической деятельности человека как общественного существа, который изменяет внешнюю действительность делает ее объективно-истинной. А это значит, что исследование всеобщих закономерностей жизни человека, т. е. его практической деятельности (“добра”, “волн”) во всех ее формах является ключом к разгадке тайны логических категорий, законов и принципов, механизма их обратного воздействия на практику.
Гегель впервые включил практику (хотя и понимаемую им как абстрактно - духовный труд) в рассмотрение гносеологических проблем, сделал ее ключевой категорией своей логики. Последняя, резюмированная в диалектическом методе, есть то средство, которое находится на вооружении субъекта, стоит на его стороне не только как существа мыслящего, познающего, но и действующего, преобразующего действительность. А это значит, что диалектика как Логика и теория познания принадлежит не только теоретической, но и практической идее, служит (и должна служить) не только (средством развития познания, но и орудием “добра”, “воли”, “жизни”- практически-преобразовательной деятельности.
В настоящее время познание изучается не только философией. Сейчас происходит интенсивное развитие различных специальных наук, исследующих познание : когнитивной психологии (психологии изучающей познавательные процессы ), логики и методологии научного познания, истории науки, науковедения, социологии знания, и т.д. Все эти науки вносят ценный вклад в изучение познания, рассматривая его отдельные аспекты. Без его опоры на их достижения невозможно и квалифицированное, успешное философское исследование познания. Однако сущность познавательного отношения к миру является предметом именно философского осмысления, ибо оно связано с анализом и решением коренных мировоззренческих проблем отношения человека к действительности. Познание является необходимой стороной этого отношения и само может быть понято только в контексте последнего.
Познание
и творчество
Творчество – деятельность, порождающая нечто качественно новое, никогда ранее не бывшее. Деятельность может выступать как творчество в любой сфере: научной, производственно-технической, художественной, политической и т.д. – там, где создаётся, открывается, изобретается нечто новое. Творчество может рассматриваться в двух аспектах: психологическом и философском. Психология творчества исследует процесс, психологический «механизм» протекания творческого акта как субъективного акта индивида. Философия рассматривает вопрос о сущности творчества, который по-разному ставился в разные исторические эпохи.
В античной философии творчество связывается со сферой конечного, преходящего и изменчивого бытия, а не бытия бесконечного и вечного; созерцание этого вечного бытия ставится выше всякой деятельности, в том числе и творческой. В понимании художественного творчества, которое первоначально не выделялось из общего комплекса созидательной деятельности, в дальнейшем, особенно начиная с Платона, развивается учение об Эросе как о своеобразной устремлённости человека к достижению высшего созерцания мира, моментом которого и выступает творчество
Воззрения на творчество в средневековой философии связаны с пониманием бога как личности, свободно творящей мир. Творчество предстаёт, таким образом, как волевой акт, вызывающий бытие из небытия. Творчество человека у Августина Аврелия выступает, прежде всего, как творчество истории: именно история есть та сфера, в которой конечные человеческие существа принимают участие в осуществлении божественного замысла о мире. Так как не столько разум, сколько воля и волевой акт веры связывают человека с Богом, приобретает значение личное деяние, индивидуальное решение как форма соучастия в творении мира Богом; это создаёт предпосылки для понимания творчества как уникального и неповторимого. При этом сферой творчества оказывается преимущественно область исторического, нравственно-религиозного деяния; художественное и научное творчество, напротив, выступает как нечто второстепенное.
Расцветом творческих возможностей человека проникнута эпоха Возрождения. Творчество осознаётся в ней, прежде всего, как художественное творчество, сущность которого усматривается в творческом созерцании. Возникает культ гения как носителя творческого начала, интерес к самому акту творчества и к личности художника, характерная именно для нового времени рефлексия по поводу творческого процесса. Всё явственнее выступает тенденция рассматривать историю как продукт чисто человеческого творчества.
Философия английского эмпиризма склонна трактовать творчество как удачную – но в значительной мере случайную – комбинацию уже существующих элементов, как например, в теории познания Ф. Бэкона и особенно теориях Гоббса, Дж. Локка и Д. Юма. Творчество выступает как нечто родственное изобретательству. Завершенная концепция творчества в 18 в. создаётся И. Кантом, который специально анализирует творческую деятельность в учении о продуктивной способности воображения. Последняя оказывается соединительным звеном между многообразием чувственных впечатлений и единством понятий рассудка в силу того, что она обладает одновременно наглядностью впечатления и синтезирующей силой понятия. «Трансцендентальное» воображение, таким образом, предстаёт как общая основа созерцания и деятельности, так что творчество лежит в самой основе познания.
Это учение Канта было продолжено Ф.В. Шеллингом. По Шеллингу, творческая способность воображения есть единство сознательной и бессознательной деятельности, поэтому те, кто наиболее одарён этой способностью, – гении – творят как бы в состоянии наития, бессознательно, подобно тому, как творит природа, с той разницей, что этот объективный, то есть бессознательный, процесс протекает всё же в субъективности человека и потому опосредован его свободой. Согласно Шеллингу, творчество, и прежде всего творчество художника и философа, – высшая форма человеческой жизнедеятельности: здесь человек соприкасается с абсолютом. Культ творчества и гения у романтиков достигает своего апогея, одновременно с этим усиливается интерес к истории культуры как продукту прошлого творчества.
В
идеалистической философии
В экзистенциализме носителем творческого начала является личность, понятая как экзистенция, то есть как некоторое иррациональное начало свободы, экстатический прорыв природной необходимости и разумной целесообразности, выход за пределы природного и социального, вообще обыденного мира.
В отличие от философии жизни и экзистенциализма, в таких философских направлениях 20 в., как прагматизм, инструментализм и близкие к ним варианты неопозитивизма, Творчество рассматривается с односторонне прагматистской точки зрения, прежде всего, как изобретательство, цель которого – решать задачу, поставленную определённой ситуацией. Продолжая линию английского эмпиризма в трактовке творчества, инструментализм рассматривает его как удачную комбинацию идей, приводящую к решению задачи. Другой вариант интеллектуалистичного понимания творчества представлен отчасти неореализмом, отчасти феноменологией. Большинство мыслителей этого типа в своём понимании творчества ориентируются не столько на естествознание, сколько на математику, выступающую как так называемая чистая наука. Основой творчества оказывается не деятельность, как в инструментализме, а скорее интеллектуальное созерцание, так что это направление в трактовке творчества оказывается ближе всего к платонизму.
Марксистское
понимание творчества, противостоящее
идеалистическим и
Диалектический материализм отвергает точку зрения, согласно которой природа тоже творит. В природе происходит процесс развития, а не творчества, которое всегда предполагает бытие и действие творца – субъекта творческой деятельности. По-видимому, какие-то биологические формы и предпосылки творчества имеются и у высших животных, но своё специфическое выражение оно находит лишь у человека как общественно развитого существа.
Творчество всегда происходит в конкретных социально-исторических условиях, оказывающих на него серьёзное влияние, в тесной связи с окружающим миром, формами уже созданной культуры, в разветвленную сеть которых всегда включен субъект творчества. Одним из необходимых условий развития научного и художественного творчества является свобода критики, творческих дискуссий, обмена и борьбы мнений. Выдвижение новых идей предполагает выход за рамки сложившихся и уже ставших привычными теорий и связанных с ними методов, критическое отношение к традиции. Догматизация достигнутого уровня знаний тормозит развитие науки. Так, гений Аристотеля высоко поднял научную культуру античности, но абсолютизация его авторитета привела к догматизации всех его теоретических положений, что на века затормозило развитие ряда областей знания. Открытия в науке делает чаще всего тот, над кем не довлеет авторитет преходящих истин.
Наряду с объективной обусловленностью творческого процесса большое значение имеют и субъективные факторы, прежде всего внутренняя мотивация личности, наличие продуктивного воображения, развитой фантазии, в воспитании которой существенную роль играет искусство.
Творчество как процесс рассматривалось первоначально, исходя из самоотчётов деятелей искусства и науки. Некоторые крупные естествоиспытатели выделили в этих самоотчётах несколько стадий в творческом процессе от зарождения замысла до момента, когда в сознании возникает новая идея. Так как главные звенья процесса (созревание и озарение) не поддаются сознательно-волевому контролю, это послужило доводом в пользу концепций, отводивших решающую роль в творчестве подсознательному и иррациональному факторам. Однако экспериментальная психология показала, что бессознательное и сознательное, интуитивное и рассудочное в творческом процессе дополняют друг друга. Будучи поглощён своим объектом, индивид меньше всего способен к самонаблюдению, сохраняя лишь неопределённое ощущение общего направления движения мысли: моменты догадки, открытия, внезапного решения переживаются в виде особо ярких состояний сознания, которые первоначально главным образом и описывались в психологии. Однако изучение продуктивного мышления выявило, что догадка, «озарение», неожиданное новое решение возникают в экспериментальных условиях при соответствующей организации творческого процесса. На примере открытия Д.И. Менделеевым периодического закона Кедров показал, что анализ продуктов и «субпродуктов» (неопубликованных материалов) творчества позволяет выявить вехи на пути научного открытия безотносительно к тому, как они осознавались самим учёным. При этом личностные механизмы творчества могут быть раскрыты только в контексте их обусловленности конкретной общественно-исторической ситуацией.
Познание, осознание вещей имеет различные уровни, глубину проникновения в объект и степень ясности понимания. Отсюда обыденное, научное, философское, эстетическое и религиозное осознание мира, а также чувственный и рациональный уровни сознания. Ощущения, восприятия, представления, понятия, мышление образуют основу познания, но они не исчерпывают всей его структурной полноты: оно включает в себя и акт творчества как необходимый компонент.
Воздействующие на нас предметы, события вызывают в нас не только познавательные образы, мысли, идеи, но и эмоциональные всплески. Познание и творчество – это не холодно-рассудочное, а страстное искание истины. Оба эти процессы при всех комбинациях от бытового уровня до философских категорий взаимодополняющие. Иногда в процессе творчества всплывают ответы на такие вопросы, на которые не мог найти ответы нигде до этого. Причем, это происходит в моменты наибольшей продуктивности, подспудно, как бы подсознательно. Эти минуты познания очень ценны, в таком случае, как будто приоткрывается завеса в ответ на усилия познающего.