Уголовное право ВКЛ

Содержание

Введение 
 
 

     Законодательство  Великого княжества Литовского значительное внимание уделило уголовному праву, направленному в основном на защиту жизни, здоровья и имущества феодалов, которые пользовались правом судить и наказывать зависимых от них людей. Узаконенное право феодалов судить зависимых от них людей привело к тому, что помещик мог расправиться с простыми людьми, основываясь только своими желаниями и прихотями, а не нормами права. Поэтому говоря о феодальном уголовном праве, надо понимать его ограниченный характер применения.

     В зависимости от характера преступной деятельности и её последствий преступления делились на преступления против здоровья, имущества и личной неприкосновенности и преступления, которые носили противоправный и общественно опасный характер.

     Во  второй половине XVI в. в Беларуси уже  было хорошо разработанное уголовное право. В статуте 1588 года наравне со старыми нормами уголовного права были отражены новые положения, которые отражали начало зарождения буржуазного права.

     Система Статута была составлена так разумно, что в его были включены нормы  государственного (конституционного) права, чего в то время не было ни в одному европейском государстве, административного, военного, судо-процессуального, брачно-семейного и опекунского, государственного, наследственного, земельного, лесного и охотничьего, уголовного.

     В этом законодательном акте отобразились государственно-правовые идеи того времени  и даже те, что опережали время, выявилась богатая правовая культура белорусского народа, ведь составлен  он был на белорусском языке и  правовая лексика была положена в  его основу.

     Целью данной курсовой работы является изучение особенностей уголовного права ВКЛ.

     Для достижения поставленной цели были сформулированы следующие задачи:

1. Охарактеризовать общие положения уголовного права ВКЛ;
2. Рассмотреть классификацию преступлений;
3. Изучить особенности наказания по статуту ВКЛ 1588 года.

     Объектом  исследования в данной курсовой работе является уголовное право ВКЛ, предмет  – преступления и наказания по уголовному праву ВКЛ.

      1 Общие положение  уголовного права  ВКЛ 

     1.1 Понятие и состав преступления 

     Впервые Судебник Казимира 1468 г. на первый план выдвинул противоправность деяния: преступник совершил «проступку», «над правом сягнул», т. е. нарушил правовую норму. Несколько  отступая от этого, Статут 1529 г. рассматривает  преступное деяние прежде всего как «кривду», а преступника - как «шкодника». Статут 1588 г. первостепенное значение при­дает противоправности преступления, его общественной опасности, обращая внимание на постыдность криминальных деяний и их греховность. Законодатель много раз повторяет, что преступление является «общевредным» и «общеопасным», а поэтому преступник должен быть пойман и наказан за свои «злые вчинки» и «свовольства». Это станет возмездием за совершенные преступления для него и устрашением - для других.

     Из  содержания норм Статута следует, что преступление - это не только «кривда» для потерпевшего, но и «шкода» государственная. Однако, нарушив закон, злоумышленник, прежде чем понести наказание, должен предстать перед судом, т. к наказание является институтом государственным. Употребляя в отношении криминального деяния термины «проступка», «выступ», законодатель имеет в виду, как правило, нарушение «уставы государя», т. е. правовой нормы [5].

     Термин  «кривда», употреблявшийся чаще всего  в древние времена, обозначал  прежде всего посягательства на блага и интересы частных лиц. Сущность «кривды» в ряде случаев исчерпывается заключающимся в ней имущественным ущербом, а последствия ее ограничиваются компенсацией потерпевшему за убытки. Даже в первом Статуте ВКЛ прежний взгляд на преступление как на вред, причиненный частному лицу, имел место только применительно к незначительным правонарушениям. В отношении более тяжких проступков к понятию вреда (ущерба) присоединяется элемент вторжения в сферу субъективных частных прав. В связи с этим «укривжоный» кроме компенсации за вред должен получить удовлетворение в виде возмещения убытков в двойном размере («шкода совито», «грабеж з навязкой») или же в виде особых штрафов («вина», «гвалт»).

     Посягательства  на блага и интересы всего общества носили название «шкода посполитая». Так, нанесение побоев во время судебного заседания являлось «кривдой» в отношении потерпевшего и «шкодой» в отношении общества (оскорбление судебного места).

     Закон часто именует «гвалтом» как  само преступление, в первую очередь разного рода самоуправные действия относи­тельно чужого имущества, так и одну из характерных его черт, адекватную современному понятию «насилие». Употребляемые законодателем термины «гвалтовне», «гвалтовным обычаем» не разъясняются, как общеизвестные. Из содержания же артикулов можно заключить, что они означают применение к потерпевшему физического или психического принуждения [6].

     Термин  «вина» известен с древности, однако и он имел различные значения, соответствуя в отдельных случаях современному понятию вины или преступления, заменяя слово «ответственность», а нередко - означая вид наказания (штраф, денежная компенсация и пр.). В статутовом законодательстве, подчеркивая общественный характер преступного деяния, законодатель употребляет термины «господарская вина», «вина разбойная», «вина злодейская», «кровавая».

     Для раскрытия определенных характерных  черт преступления иногда употребляются  термины «учинок», «злочинство». При  этом законодатель отграничивает от простого «учинка» «горячий учинок», т. е. преступление, после совершения которого не истекли 24 часа. Иногда в законе употребляется термин «злодейство», т. е. злое (плохое) дело. Применялся этот термин для обозначения посягательств на имущественные права. Законодатель данную категорию преступных деяний сгруппировал в одном разделе Статутов «О злодействе всякого стану».

     В качестве субъектов преступления могли  выступать как виновный человек, так и группа лиц, которые отвечают за чужое преступление. Коллективная ответственность целой группы (семьи, деревни, города) была удобным средством принуждения к повиновению феодально-зависимых людей, установления среди них круговой поруки, давала возможность заставить всех следить за поддержанием порядка или отвечать за него. Вместе с тем в правовых актах делались попытки ограничить ответственность за чужую вину и оглашался принцип персональной ответственности только виновного лица [6].

     На  практике право о ограниченной ответственности  за чужую вину в отношении к  простым людям, особенно феодально-зависимых, часто не применялось. Так, когда след преступника приводил в какую-нибудь деревню, то её жители должны были найти и выдать его или возместить все нанесенные им убытки и выплатить судебные штрафы. Коллективная ответственность широко применялась за государственные, антифеодальные и религиозные преступления. Известен случай, когда за убийство униатского архиепископа в городе Витебске все жители города были наказаны ликвидацией органов самоуправления, на них были возложены дополнительные налоги и повинности, 100 человек были приговорены к смертной казни. Колокол городского веча был снят, здание ратуши разрушено, должна была быть разрушена и соборная церковь.

     Субъектом преступления признавался только человек. За ущерб, причиненный животным, отвечал  её хозяин. Лица психически больные, чаще всего, к уголовной ответственности не привлекались, но должны были быть под замком.

     В некоторых случаях от ответственности  освобождались лица, которые совершили  преступление «по глупости».

     Освобождались от уголовной ответственности и лица, которые не достигли определённого возраста. В Статуте 1566 года предусматривалось, что уголовная ответственность наступает после 14 лет, а согласно Статута 1588 года – после 16 лет.

     В зависимости от объекта преступления в феодальном праве можно поделить на следующие группы:

     - государственные;

     - против осуществления власти  и правосудия;

     - военные;

     - против христианской религии  и церкви;

     - против морали;

     - против жизни, здоровья, чести  человека;

     - имущественные преступления;

     - преступления слуг и феодально-зависимых людей против помещиков [3].

     Согласно  Статута 1588 года наказание определялось в зависимости от ступени участия  лица в преступлении. Отличалось простое  соучастие, при котором все соучастники  били исполнителями преступления, и  сложное соучастие, в котором одни действовали как подстрекатели, другие – как исполнители, третьи – как соучастники.

     Соучастниками считались лица, которые помогали преступникам советами или лошадьми, оружием, людьми или деньгами. Насчитывалось  несколько видов подстрекательства. Уголовную ответственность вместе с убийцами нес и тот, «з направы чыее» было совершено преступление. Подстрекателем признавался и феодал, который направил зависимых от себя людей на преступление. Подстрекатель психически больных (невменяемых) лиц рассматривался как непосредственный исполнитель.

     Не  считался соучастником преступления и  подлежал уголовной ответственности  слуга помещика, который сопровождал  его при нападении на чужой  дом и ранил или убил кого-нибудь во время защиты своего господина. Эти нормы были направлены на защиту интересов крупных помещиков, которые имели при себе слуг и охранников, которые обязаны были исполнять все приказы помещика, не боясь уголовной ответственности за преступления. Сами помещики, когда их привлекали к уголовной ответственности за преступную деятельность своих слуг, могли избежать наказания или отделаться денежными штрафами [3].

     Наказание виновных лиц решалось по разному  в зависимости от классовой и  сословной принадлежности как потерпевшего, так и преступника. Когда был убит шляхтич несколькими шляхтичами и все они были признаны виновными, то карался смертью только один, по выбору обвинителя (истца, остальные осуждались к тюремному заключению и выплаты «головщины». Если шляхтича убили простые люди, то смертная казнь ожидала всех, сколько бы их не было, и только в случае убийства в драке количество простых людей, которые подлежали наказанию смертью, ограничивалось тремя лицами.

     Прогрессивным явлением в уголовном праве XVI века было введение ответственности шляхты за убийство простого человека. Однако процессуальный порядок установления вины шляхтича в таком преступлении был настолько сложным, что доказать его виновность часто было просто невозможно, в связи с чем и само преступление могло остаться безнаказанным. Вместе с тем, тот факт норм уголовного права, направленный на защиту жизни простых людей от своевластия представителей привилегированных сословий имел значительное значение. Эта норма так же свидетельствует про некоторый прогресс в развитии уголовного права и воздействия на него влияния идей гуманизма. В этой части уголовное право ВКЛ опережало право многих европейских стран.

     В тех случаях, когда суд не в  состоянии установить степень виновности лица в драке при отсутствии свидетелей, вопрос виновности решался путем жребия или присяги. Если перед началом драки или во время её кто-нибудь потушил свечу и нельзя было установить виновного в нанесении ранений из-за темноты, то отвечало лицо, которое потушило свечу [2].

     Все эти примеры свидетельствуют  о том, что законодательство стремилось предусмотреть не только разные формы вины, но и те случаи, когда её практически было очень тяжело или даже невозможно установить и назвать виновное лицо. Для правильного определения вины суд должен был выявлять причинную связь между деянием виновного и последствиями.

     Криминальные  нормы Статута не охватывали всех видов наказаний, поэтому феодал, который совершал суд над зависимым  населением, мог применять наказания, не предусмотренные законом или  даже обычным правом. Существовала также своеобразная система наказаний в церковных судах.

     В государственных судах наиболее часто применялись следующие  наказания:

     а)имущественные  наказания, конфискация и штрафы;

     б)смертная казнь;

     в)телесные наказания;

     г)выдача преступника потерпевшему (для отработки

       долгов или для казни;

     д)тюремное заключение;

     е)изгнание и объявление вне закона;

     ж)лишение  чести;

     з)покаяние;

     и)лишение  занимаемой должности [1].

     Имущественные наказания и штрафы были самыми распространенными  наказаниями. Они могли применяться  как основной или дополнительный вид наказания. Деньги могли идти на пользу как потерпевшего и его родных, так и государства и судей.

     Смертная  казнь могла быть простой и  квалифицированной. Простым наказанием считалось повешение. Квалифицированной  смертной казнью было четвертование, сожжение на огне, утопление и пр.

     К простым людям широко применялись  телесные наказания - отрезание каких–либо частей тела, битье палками или  плетью.

     В Статуте 1588 года было записано, что  преступник или его жена и дети могут передаваться потерпевшему не в качестве подневольных, а для отработки определенной денежной суммы.

     Тюремное  заключение было двух видов: легкое –  в верхней части замка и  тяжелое – в подземелье, с цепью  на шее. На содержание невольника деньги должен был давать он сам и его близкие или потерпевшие, по обвинению которых преступник был приговорен к тюремному заключению.

     Изгнание  и объявление вне закона применялось  в основном к преступникам феодалам, которые скрывались от суда, когда  обвинялись в совершении тяжких преступлений, за которые могло быть наказанием – смертная казнь.

     Лишение чести было дополнительной мерой  наказания для шляхты. Это наказание  означало утрату привилегий сословия шляхты и всего поместья. Лишались чести шляхтичи, которые убежали  с поля битвы, изгнанники, преступники, которые были осуждены к смертной казни, но потом помилованы.

     При покаянии осужденный должен был прилюдно, в церкви или костёле, четыре раза в год объявлять людям о  своем преступлении. В случае нанесения  оскорбления шляхтичу, виновный мог быть осужден публично просить прощения у шляхтича, что могло происходить в суде или другом общественном месте [1].

     Классово-сословный  характер права ВКЛ особенно наглядно был виден при назначении наказаний. Когда шляхтич ранил или покалечил  другого шляхтича, то он мог быть осужден к такому же наказанию. Если же шляхтич нанёс побои или покалечил простого человека, то он приговаривался только к выплате штрафа. Если простой человек ранил или побил шляхтича, то он карался отсечением руки, а если покалечил шляхтича, то наказывался смертной казнью. Слуга, который ранил помещика, карался смертной казнью, а тому, кто поднял руку на помещика – её отрубали. 

     1.2 Основания освобождения от уголовной ответственности 
 

     Необходимая оборона и крайняя необходимость, признавались обстоятельствами которые освобождали от уголовного преследования. Согласно Статута 1588 года при превышении мер необходимой самообороны виновный освобождался от уголовной ответственности, но он должен был выплатить родственникам погибшего «головщину». При нанесении только ранений для освобождения от уголовной ответственности было достаточно доказать, что потерпевший первый начал агрессивные действия не зависимо от того, какая была угроза и какие действия мог предпринять тот, кто защищался [7].

     Сдача неприятелю замка и капитуляция гарнизона считались тяжким преступлением, но сдача замка в связи с тяжелым голодом рассматривалось как действие, которое было выполнено при крайней необходимости и не подлежало уголовной ответственности.

2 Классификация и виды преступлений 
 

     Довольно  редко встречающийся в уголовном  законе термин «збыток» означал хулиганские  действия (буйство, бесчинство). Например, Статут 1588 г. говорит: «албо бы який збыток, гвалт, бой, раны, забийство  вчынено...». Иногда слово «преступление» заменяется словами «своволенство», «неслушеньство». Этим подчеркиваются характерные черты отдельных видов противоправных деяний, таких, например, как преступления против порядка управления, против правосудия и т. д.

     Характеризуя  некоторые составы преступлений, законодатель одновременно дает им моральную, нравственную оценку, называя их греховными, постыдными, безнравственными. Например, говорит, что преступник совершил злодеяние, «пробачивши боязни бозское и встыду людского» [6].

     Как видно, феодальный уголовный закон не содержит четкого понятия преступления. Однако, исходя из анализа соответствующих уголовно-правовых норм, можно сделать вывод, что законодатель XVI в. признает преступлением противоправное, виновное деяние, несущее в себе элемент общественной опасности и посягающее на феодальный общественный строй, правопорядок, собственность, личность, права и интересы частных лиц [8].

     Долгое  время основным источником уголовного права феодальной Беларуси являлся  обычай. В дошедших до нас древ­них законах содержались лишь отдельные уголовно-правовые нормы. Только в первом общегосударственном кодексе ВКЛ (Судебник Казимира 1468 г.) преступные деяния были сгруппированы в определенной последовательности. Однако Судебник не претендовал на полноту регулирования правоотношений в области преступления и наказания. По довольное простой схеме он закрепил виды единых для всего государства преступлений против собственности и личности и наказаний за них.

     Только  в статутах, знаменующих собой  новый этап развития уголовного законодательства, создана достаточно четкая правовая система. Статут 1588 г., завершивший кодификацию уголовного закона ВКЛ, содержит определенную классификацию криминальных деяний, которая прежде всего основывается на объекте преступного посягательства. Правда, классификация эта еще далека от совершенства. Так, наиболее важные, по мнению законодателя, государственные преступления содержатся в первом разделе («О персоне нашой господарской»); преступления против имущественных и личных прав («О гвалтех, о боех, о головщизнах шляхетских») сконцентрированы в одиннадцатом разделе; в четырнадцатом разделе говорится «О злодействе всякого стану»; преступления против правосудия сгруппированы в четвертом разделе («О судьях и о судех»); воинские преступленияво втором разделе («О обороне земской»).

     В то же время рядом с однородными  преступлениями здесь мы встречаем  и такие, которые включены в определенные разделы на основе совершенно случайных  признаков. Кроме того, вместе с уголовно-правовыми  нормами в каждом разделе содержатся конституционные, гражданско-правовые и пр.

     Законодатель XVI в. при кодификации права основывался  на собственных, понятных ему, критериях  и принципах. Так, включая в первые три раздела Статута 1588 г. рядом  с основными конституционными нормами  некоторые уголовно-правовые, он руководствовался, вероятно, их особой значимостью и важностью [11].

     Одновременно  с классификацией преступлений по объекту  посягательства Статут подразделяет их на «речи крвавые, где о горле  идеть» и «речи меньшие, не крвавые, где о горле не идеть», т. е. классифицирует их по степени тяжести (опасности). Как исчерпывающего перечня, так и разъяснения этих терминов нет в законе, но почти всегда вслед за словами «речи крвавые», «речи меньшие» следуют пояснения «за што горлом карають» или «где о горле не идеть». В одном из артикулов дается примерный перечень «речей крвавых»: убийство, разбой, изнасилование, поджог, наезд, сопряженный с убийством, после чего законодатель говорит: «и иншые речи крвавые, то ест за што горлом карають».

     Перечня «речей меньших» Статут не содержит, но в ряде артикулов разъясняется: «за  што горлом не карають», «розлитьем крви не карають», «где о горле не идеть».

     Семантика данных конструкций дает основания  предполагать их тождественность современным  понятиям тяжких и менее тяжких уголовных преступлений [13].

     Исследуя  уголовный закон, действовавший  на территории феодальной Беларуси, историк-правовед профессор И. А. Юхо делит преступления на:

     1) государственные;

     2) против порядка управления и  правосудия;

     3) военные;

     4) против религии и церкви;

     5) против нравственности;

     6) против жизни, здоровья и чести  людей;

     7) посягательство на имущество;

     8) преступления слуг и феодально  зависимых людей против феодалов.

     Кроме того, по способу возбуждения дел  в суде И. А. Юхо подразделяет преступления на три вида:

     1) преступления, дела по которым  возбуждались представителями государственной  власти независимо от наличия  потерпевшего или его воли;

     2) преступления по делам частного  обвинения;

     3) преступления по делам смешанного  обвинения, по которым обвинителями могли выступать как должностные лица государственного аппарата, так и отдельные граждане [13].

     Преступления  государственные и против порядка  управления. В период централизации  ВКЛ усиливается власть государя (великого князя), что выражено в законодательном закреплении полномочий верховного правителя в области принятия решений, имеющих высшую юридическую силу, в установлении единых государственных пошлин, праве на чеканку монеты и пр. В связи с этим посягательства на полномочия государя расцениваются как посягательства на верховную власть.

     Великий князь является и верховным правителем, и высшим должностным лицом в  государстве. Поэтому закон закрепляет и определенные его обязанности, делая попытку регламентации  правового статуса этой должности. Государь не только сам обязан соблюдать закон, но и должен заботиться о соблюдении его всеми должностными лицами и подданными государства. В первую же очередь Статут указывает на обязанность государя заботиться о правах и вольностях шляхетского сословия. Посягательствам на жизнь и здоровье должностных лиц при исполнении ими своих обязанностей, а также граждан, взятых под особую защиту государства, преступлениям, совершенным в местах пребывания великого князя.

     Статут 1588 года разграничивает заведомо ложный донос о государственном преступлении от доноса о совершении других уголовных преступлений.

     Воинские  преступления. Правовые нормы, касающиеся воинских правоотношений, впервые встречаются  в привилегиях и сеймовых постановлениях ВКЛ. Так, один из первых общеземских привилеев от 20 февраля 1387 г. говорит об обязанности феодалов участвовать в военном походе на основе собственных затрат. С выделением шляхты в особое приви­легированное сословие, основной обязанностью которого являлась воинская служба, появилась необходимость законодательной регламентации порядка ее несения с установлением соответствующих санкций за возможные нарушения [14].

     Впервые раздел «Об обороне земской», содержащий 15 артикулов, появился в Статуте 1529 г. В последующем появлялись новые артикулы: в соответствующем разделе Статута 1588 г. их было уже 27. Эти артикулы включали ряд составов воинских преступлений, отличительной чертой которых являлось совершение их военнослужащими или военнообязанными в период войны или военного похода. К ним относятся:

     1. Уклонение от воинской службы, т.е. неявка в назначенное время  на сборный пункт, отсутствие  на смотрах войск, переписях  и пр., за что виновный «именье  свое тратить»

     2. Нарушение порядка несения воинской  службы (самовольное оставление места службы, бегство с поля боя и др.).

     3. Преступления, совершенные военнослужащими.

     Устанавливая  наказание за преступления, совершенные  военнослужащими, законодатель, как  правило, учитывал тяжесть наступавшего преступного результата. Так, наезд  на шляхетские дома, сопряженный с убийством, насилием, причинением ран, наказывался смертной казнью с выплатой соответствующих штрафов, а наезд, сопровождающийся только «шкодой», обязывал виновного «гвалт и шкоду за доводом слушным совито платити».

     4. Преступления, совершенные военачальниками [4].

     Преступления  против правосудия. В XVI веке в ВКЛ  серьезное внимание уделяется судебной власти в государстве, делается попытка отделить ее от административной. В пользу такого утверждения свидетельствует судебная реформа, нашедшая законодательное отражение во всех трех статутах. Впервые появившийся в Статуте 1529 г. шестой раздел «О судьях», состоящий из 28 артикулов, стал 'четвертым разделом в Статуте 1588 г. и уже включал в себя 105 артикулов. Правовые нормы, касающиеся деятельности судебных органов, занимают более, чем пятую часть Статута 1588 г.