Завершение обединения русских земель

МИНОБРНАУКИ РОССИИ

Федеральное государственное  бюджетное образовательное учреждение

высшего профессионального  образования

«Чувашский государственный  университет имени И.Н.Ульянова»

(ФГБОУ ВПО «ЧГУ им. И.Н. Ульянова»)

Юридический факультет

Кафедра теории государства и права

Контрольная работа на тему.

                                                                    Завершение обединения русских  земель.

                                                                                                 Выполнил студент

                                                                                           группы   ЗЮ-11-12

                                                                                        Сорокин Александр Николаевич

Чебоксары 2013 

                                          Введение.

   Подъем Москвы как центра  новой России, а в дальнейшем  – могучей российской империи,  начался в монгольский период, и освобождение ее от монгольского  владычества в середине XV века освободило путь для объединения  и дальнейшего развития Московского государства.

   Первой ступенью возвеличивания  Москвы стало объединение Великой  Руси благодаря усилиям Ивана  III и Василия III. Второй – также сообразно с программой Ивана III – было установление контроля над Западной Русью (Белоруссией и Украиной). Чтобы достичь этого, Москве пришлось пойти на конфликт с Польшей, последствия которого ощутимы даже в настоящее время.

   Именно в постмонгольский  период сформировалась внешняя  политика России нового времени и основные типы ее политических институтов. Поэтому изучение событий и тенденций этого периода важно для верного понимания последующего хода русской истории.

   Данный реферат состоит  из четырех следующих разделов: 1 раздел – Россия в XV веке, в котором описывается состояние Великороссии в период правления Василия II; в подразделе 1.1 описывается жизнь независимого, а в последствии присоединенного к Москве, государства, именуемого как Новгород. В подразделе 1.2 описано само присоединение Новгорода. В разделе 2 описана внешняя политика Ивана III, сына Василия II, его продолжение дела отца – создание единого русского государства. В подразделах 2.1 и 2.2 рассказывается о конфликтах со Швецией, Литвой и Ливонией. Раздел 3 посвящен внутренней политике Ивана III и в заключительной части – 4 описывается правление продолжателя рода и дела российского Василия III.

  Данная работа выполнена  в объеме   страниц. Состоит  из оглавления, введения, основной  части, заключения и списка  используемой литературы.

                                   оссия в середине XV века.

Россия середины  XV века характеризуется правлением великого князя московского Василия II. Цепкий, неразборчивый в средствах и жестокий, Василий II, казалось, не обладал качествами хорошего правителя, и все же у него была определенная цель, направлявшая его политику: объединение всех владений московской ветви рода Рюриковичей под единым правлением. В этом он имел поддержку церкви, сильной группы приближенных князей, нового дворянства и ряда бояр. С их помощью к концу своего правления он достиг основной цели.[4,c 12 ] Более того, в период его правления Московское государство стало фактически, если и не юридически, независимым от власти татар.

   Ко времени  его смерти Великое княжество  Московское было всего лишь одним из многих русских государств и земель. Рядом с ним существовали два других восточнорусских великих княжества - Тверь и Рязань. На севере-западе ( от Москвы) существовали два процветающих города -государства – Новгород и Псков. Новгородские владения занимали целиком северную часть России, простираясь до берегов Северного Ледовитого океана и приполярной части Уральских гор на севере,  и далее от них - к нижней Оби на востоке.

   К западу от  Московии земля Смоленская, современная  Белоруссия, и большая часть современной Украины были под властью великих князей Литвы. Восточная Галиция была частью Польши (присоединена к ней в 1349 г.). Карпатская Русь принадлежала Венгрии.[2.c.58]

   В одной из  первых новгородских летописей,  датируемой серединой XV в., описаны имена русских городов, организованных в семь групп, соответствующих следующим территориям: (1) нижнедунайский  регион, включая Ясский Торг – «Аланский рынок» (в настоящее время Ясы в Румынии) и Коломию; (2) Киевский регион, включая Чернигов; (3) Волынь, включая Львов  и Галич; (4) Литву, прежде всего белорусские города; (5) Смоленский регион; (6) Рязанский регион; (7) территорию Залесья, т.е. Суздаля (включая Москву), Новгорода и Пскова. 

   Татарская угроза  была в определенной степени уменьшена отделением (около 1445 г.) от старого ханства («Золотой орды») двух новых ханств – Крымского и Казанского. Однако все эти три ханства совместно продолжали контролировать Южную Русь и украинские степи, равно как регионы Средней и Нижней Волги.

   В целом люди как Восточной, так и в Западной Руси инстинктивно чувствовали необходимость объединения против татар, или, не обладая возможностью для этого, формирования сильного русского государства, имеющего центр либо на западе, либо на востоке и контролирующего, по крайней мере, часть ресурсов обоих. По этой причине каждый сильный властитель, пытавшийся объединить Россию, мог рассчитывать в это время на поддержку значительной части ее населения.

   Когда Василий II покорил своих врагов в Московии в 1447 г., он выдвинулся в качестве сильнейшего правителя в Восточной Руси, и в 1449 году был подписан договор о дружбе и ненападении  между Москвой и Литвой. Тверь была введена в литовскую сферу влияния, чего не случилось с Рязанью. Этот договор – важная веха в отношениях между Восточной и Западной Русью, означавшая конец краткого преобладания Литвы в восточнорусских делах. Таким образом, главенство Москвы было предрешено.[6.c.27]

   В это время  развились три отличных друг  от друга типа правительства  и администрации. Московская тенденция заключалась в усилении власти великого князя. Это затронуло, прежде всего, сам московский княжеский род. Большинство владений менее значимых князей было конфисковано Василием II, и эти князья признали великого князя как своего суверена. Великому князю помогала как в законотворчестве, так и в администрации боярская дума (государственный совет), но дума не имела сама четко определенных властных полномочий. Во многих случаях великий князь использовал Дъяков (государственных секретарей) как своих людей вместо бояр. Они назначались великим князем из числа простолюдинов и были полностью зависимы от него.

   В качестве  бывшего вассала монгольского  хана и его фактического наследника  в высшей власти над Москвой  великие князья приняли на  себя функции ханской власти в сфере налогообложения и военной администрации. При Василии II не было какой-либо всеобщей воинской повинности; он зависел от малого, но хорошо обученного количества стражников – двора, сравнимого с монгольской «ордой». Однако великий князь московский никогда не оставлял своего права всеобщего набора войска, и эта система была возрождена при наследниках Василия II, в особенности при его правнуке Иване IV.

   Для администрирования  и осуществления судебной власти  на местах великий князь полагался на своих наместников и волостелей. Они не получали жалования из казны великого князя, а должны были «кормить себя» на данной территории – т.е. они получали содержание от местного населения и оставляли себе долю гонораров от судопроизводства и часть налогов, полученного с данного района.

   В отличие от  роста авторитарного и централизованного  режима в Московии, правительство  Великого княжества Литовского  опиралось на принципы федерации  и конституционных прав. После  первого договора об объединении между Польшей  и Литвой (1385 г.) конституция Литвы была пересмотрена сообразно с польским образцом. Великий князь назначался советом знати, известным как панская рада, соответствовавшим боярской думе Московии, но обладавшим большей властью. В Польше параллельно с этим аристократическим органом возникла ассамблея представителей провинциального мелкопоместного дворянства, посольская изба (палата представителей). Вместе оба органа составили сейм (парламент). Парламент контролировал польский бюджет, включая расходы на армию.

   Великое княжество  было не централизованным государством, а свободной федерацией «земель»  и княжеств. Каждая земля обладала  значительной автономией, гарантированной  привилеями.

   Третьим типом  правления в России в XV веке – типом, который с определенными оговорками можно назвать «демократическим», - был город – государство, сравнимый во многих отношениях с древнегреческим полисом. Русский город – государство, опиравшийся на власть веча, преобладал в Северной Руси: в Новгороде, Пскове и Вятке. Вятка была республикой; Новгород и Псков имели князей, но их власть была ограниченной, а высшая власть принадлежала народу, а не князю. Вече было главным источником власти, как в Новгороде, так и в Пскове; все государственные служащие избирались вечем, а не назначались князем.

   Одновременно  с вечем, как в Новгороде, так и Пскове существовали советы знати – господ. Сообразно с законом, это была не верхняя палата, а комитет веча. Фактически, однако, в особенности в Новгороде, она успешно оказывала значительное влияние на решения веча и таким образом многое делала для последовательности новгородской политики.

   Псков был первоначально  пригородом Новгорода, т.е. находился  под властью Новгорода. В 1347 году новгородцы даровали независимость  Пскову и после этого его иногда называли «младшим братом Новгорода».

   Город Новгород  представлял собой объединение,  состоящее из пяти коммун или  городских районов (концов). Соответственно  основная территория Новгорода  делилась на пять частей, известных как пятины. Внешние провинции назывались волостями. Из них на район Торжка попеременно предъявляли свои притязания то Тверь, то Москва, но новгородцам удавалось сохранять над ними контроль до утраты новгородской независимости. Далее на восток была земля Двины и иные территории, протянувшиеся до Уральских гор. Новгород, таким образом, был не просто годом – государством, а огромной империей, над которой владычествовал город. [1.c.57]

   Как в Восточной,  так и в Западной Руси владельцы  больших земельных поместий составляли высший слой русского общества. Эта элитная группа была известна в киевский период как бояре, и этот термин продолжал использоваться в Восточной России в течении московского периода. В Западной Руси при постепенном изменении его смыслового наполнения он применялся только к определенной группе меньших по значимости собственников, и «боярин» в старом смысле стал паном. Мелкопоместное дворянство находилось в процессе формирования и в Восточной, и в Западной Руси из различных групп мелких землевладельцев и служилого люда князей, которые  Западной Руси стали известны под польским именем «шляхта». В Восточной Руси некоторые из них именовались «дети боярские»; другие же – дворянами (т.е. принадлежавшими ко двору князя в военном звучании этого слова).

   Следует отметить, что в результате монгольского нашествия развитие русских городов в целом приостановилось. Многие крупные города, подобные Киеву и Владимиру – на  - Клязьме, были совершенно уничтожены монголами, и после нападения Киев оставался длительное время мелким городом. Новгород был крупным единственным городом, который не только избежал разрушения, но и в определенном отношении воспользовался монгольским владычеством.

   Большинство населения XV столетия может быть названо крестьянским, хотя и не все обрабатывали землю. Поскольку степи Южной Руси контролировались татарами, основная часть русских жила в лесной зоне, местами расчищенной и подходящей для пашни. Крестьяне занимались не только сельским хозяйством, их благосостояние зависело от рыбной ловли, охоты, пасечного хозяйства и разнообразных лесообрабатывающих производств, таких, как изготовление различной утвари, телег и лодок, равно как и дегтя и поташа.

   Западная Русь  через её связь с Великим  княжеством Литовским не была  изолирована от Запада. Вслед за первым объединением Польши и Литвы (1385 г.) римский католицизм стал официальной религией Великого княжества Литовского, и русские в этом государстве лишь с большим трудом утвердили свое право оставаться приверженцами греческого православия (которое стало известно как «русская вера»). В особенно Литве римско–католическая церковь быстро и прочно укоренилась, и через эту церковь западные понятия распространились среди литовской знати.  Однако греческая православная церковь на Украине в конечном итоге стала сама каналом западной культуры, приняв многие черты римско-католической образовательной системы, включая изучение латыни.

   Среди всех  русских земель западное влияние  было наислабейшим в Московии. Это может быть объяснено частично  географически  -  отдаленностью Москвы от Запада -  и частично тем, что монгольское владычество длилось на столетие дольше в Восточной Руси, нежели в Западной Руси. [2.c.38]

   Хотя московиты  были насторожены по отношению  к римско-католическому влиянию,  они в принципе не относились враждебно ко всему западному.

   Вскоре произошло  событие, которое подготовило  почву для прямого контакта  между Москвой и Италией –  Ферраро-Флорентийский церковный  собор 1438-1439гг. Русская церковь  была представлена там митрополитом  Исидором – греком, родившимся в Салониках, которого сопровождали около ста русских духовных лиц и мирян. Исидор подписал Флорентийскую декларацию об унии церквей, но когда он возвратился в Москву, то не был принят московским властями и должен был бежать из России. Несмотря на неудачу с признанием московитами унии, весь этот эпизод оказался важной вехой во взаимном ознакомлении России и Запада. 

                                   1.1.Новгород.

   Благосостояние Новгорода   и расцвет его культуры зависели от свободы, равно как и принадлежности к русскому миру. В соответствии с этим, политическая программа Новгорода состояла из двух основных положений -  сохранение новгородских институтов и возрождения русского единства. Большинство новгородских лидеров понимали, что Новгород может выжить лишь в сообществе русских земель.

   Обстоятельства были против  этого, поскольку в середине  XV века два больших государства – великие княжества Московское и Литовское -  поглотили большинство прежде самостоятельных русских княжеств. Если бы Новгород был мощным в военном отношении, на равных с Москвою и Литвой, он мог подумать о основании федеративного объединения трех главных государств – Новгородского, Литовского и Московского, - в котором могли принять участие и малые государства (Псков, Тверь и Рязань). Однако Новгороду никогда не удавалось создать сильной армии, и это в дальнейшем оказалось для него роковым.

   При сложившихся обстоятельствах  единственной надеждой на спасение  Новгорода было сохранение превосходства Московии над Литвой и препятствие объединению в этих государствах. Поддерживая отношения с Литвой, новгородцы пытались сохранять дружеские связи с некоторыми меньшими князьями дома Гедимина, в особенности, киевскими. В отношениях с Москвой, в борьбе между Василием II и его дядей Юрием (и после сыном Юрия Дмитрием Шемякой) в 1430–х  и 1440-х гг., новгородцы поддерживали соперников Василия. Василий совершенно естественно ненавидел их, и после победы в отместку попытался урезать новгородские свободы. По очевидным причинам новгородцы боялись силы великого князя московского и централизации московской армии и администрации; в  то же время они не могли понять внутреннюю цель московской политики и поддержку ее значительной частью московитов. Москвичи устали от гражданской войны и что еще более важно, они страдали от постоянного ожидания татарских нападений, поэтому в полной мере осознавали необходимость сильного руководства и создания боеспособной армии. Это была борьба за выживание, и люди чувствовали, что им прежде всего нужна безопасность. Соперник Василя II Дмитрий Шемяка однажды пытался использовать против Василия одновременно Новгород и Казанское ханство. В глазах московитов новгородские симпатии Шемяки были связаны с его дружбой с татарами. Над Новгородом не довлела угроза татарских набегов, поскольку он был защищен от татар Московией. Не многие новгородцы осознавали это, и еще меньшее их число понимало влияние постоянной угрозы нападения татар на московскую политическую программу. [6.c.26]

   Поскольку Литва была  конституционной монархией и  русские земли, подчиненные власти  великого князя литовского, имели  значительную автономию, Новгороду  следовало гораздо меньше бояться  политического объединения с  Литвой, нежели признания власти  великого князя московского. С экономической точки зрения Новгород был теснее связан с Московией, нежели с Литвой. В первую очередь, новгородские земли не давали достаточно зерна для населения, и поэтому Новгород покупал большую часть зерна в залесских городах. Любой конфликт с Московией означал недостаток хлеба и голод. Да и главный путь на восток по реке Волге контролировался Москвой, и новгородские купцы могли получать восточные товары, имеющие большую ценность на западе, в основном через Московию. Что же касается балтийской торговли, западнорусские и литовские города имели собственные выходы на Балтику и были в определенном отношении соперниками Новгорода.

   Более того, отношения между  Новгородом и Литвой были осложнены  объединением Литвы и Польши. Верно, что между 1447 и 1567 гг. это объединение существовало только на уровне правителей. За немногими исключениями Польша и Литва избирали на собственные троны одного и того же человека, известного как король Польши и великий князь литовский. Внутренне Литва была отдельным государством, но литовская политика не могла игнорировать польские интересы. С этим была тесно связана религиозная проблема, поскольку Польша была главным оплотом католицизма в Восточной Европе. [5.c.24]

   Согласно условиям первого  договора об объединении Польши и Литвы ( 1385 г.) римский католицизм официально стал государственной религией Великого княжества Литовского, и лишь католики могли обладать политическими правами. В результате литовцы были обращены в римский католицизм. Западнорусская знать, однако, резко возражала на любую попытку своего обращения в римско-католическую веру или отмены ранее имевшегося политического статуса. В 1432 г. Великий князь литовский должен был пойти на уступки своим русским подданным  и отменить статью, лишавшую их политических прав. Таким образом, получило косвенное признание существование в Литве греческой православной церкви.

   Религиозная проблема была  тесно связана с общим положением  русских в великом княжестве  литовском. Численность русских  составляла большинство населения великого княжества. Политически, однако, их положение было ослаблено после объединения Польши и Литвы  и обращения литовцев в римский католицизм. Как указывал украинский историк Михаил Грушевский, несмотря на «Привилеи» 1432 года лишь немногие русские были допущены к какому-либо высокому посту в государстве. Хотя римско-католические епископы играли важную роль в раде, мы не обнаруживаем там ни одного Греко-православного епископа. С другой стороны, литовские магнаты не могли исключить мирян из правящего слоя великого княжества, поскольку литовцы нуждались с их поддержке то против Польши, то против Москвы. В 1441 г. Казимир должен был признать своего дядю Свидригайло, популярного среди русских, князем Волыни, а своего двоюродного брата Александра (Олелько) князем киевским. Эти уступки были результатом слабого положения Казимира в начале его царствования и существования претендентов на трон. Позднее Казимир и литовские магнаты попытались воспрепятствовать подъему русского движения в великом княжестве, что создало оппозицию по отношению к Казимиру со стороны многих защитников прав русских. [3.c.15]

   Взаимным интересом русских  как в великом княжестве Литовском,  так и в Новгороде была координация  своей политики. Новгородцы попытались  это сделать, но без большого успеха.

   Новгород был политически  связан с Москвою правлением  князя, который обычно был одновременно  и великим князем московским. Князь в Новгороде, однако, обладал  совершенно иным статусом, нежели  в Москве. Прежде всего, пост  князя в Новгороде был выборным. Во-вторых, новгородский князь имел лишь ограниченную власть. Каждый князь после избрания должен был дать особую клятву и подписать договор, в котором он обещал сохранять новгородские институты и ограничивать свои действия строго определенной сферой полномочий. Если новгородцы невзлюбят князя, они имели право отстранить его.

  Из сказанного следует, что  новгородский князь не правил Новгородом; он был официальным наемным лицом с ограниченными полномочиями. Фактически Новгород был республикой -  господином Великим Новгородом.

   Высшей властью обладало  городское собрание. Этот орган  выбирал городскую главу и  других высших должностных лиц,  которые действовали от имени  Новгорода. Вече собиралось звоном  особого колокола – главного  символа новгородской свободы. Канцелярия веча располагалась на так называемом «Ярославовом Дворище», где организовывалось и собрание.

                           1.2.Конфликты с Москвой, 1456 и 1470 гг.

   Политическая программа  Москвы, подобно новгородской, основывалась на сплочении русского народа. Ее методы достижения единства весьма отличались от новгородских. Москва предложила русским людям единство путем их подчинения политической и военной власти великого князя. Вся Россия рассматривалась в Москве как вотчина великокняжеской короны. Итак, в противовес республиканской идее свободной русской федерации (поддержанной новгородцами), Москва выдвинула монархическую идею централизованного русского государства. Вследствие подобного расхождения в основных политических целях, конфликт между Новгородом и Москвой стал неизбежным.

   Но из за  неравного количества и плохого  облачения солдат, Новгород вынужден  был признать победу московитов. Прося о мире великого князя,  они его получили, но на тяжелых условиях. Был заключен новый договор от имени Василия II и его сына Ивана III, который был тогда шестнадцатилетним подростком. Этот мастерский удар московской дипломатии дал позднее Ивану возможность объявить Новгород своей «отчиной». На новгородцев наложили штраф в размере 8500 рублей, кроме того великий князь мог теперь собирать с некоторых новгородских провинций специальный налог, так называемый «черный бор», остаток монгольской дани. Вече было лишено древнего права принимать договорные грамоты независимо от князя. Печать великого князя должна была присутствовать на всех договорных грамотах. Новгородцы обязывались не допускать в Новгород сына Шемяки, а так же кого-либо из других врагов Василия. Тем самым новгородцы не только отошли от своего древнего правила давать убежище любому просящему его, но также приняли политический контроль Москвы над их отношениями со всеми русскими князьями, не подчиненными власти великого князя московского. Более того, этим пунктом договора было введено новое понятие в отношениях между Москвой и Новгородом – предательство.

   Договор 1456 года  оказался серьезным ударом по  новгородской свободе. Он означал,  что первый этап борьбы с  Москвой был проигран. Это подготовило  почву для похода Ивана III на Новгород пятнадцать лет спустя.[2.c.57]

   История московско-новгородского  конфликта 1470 года известна нам  в основном из московских источников.

   По понятным  причинам трудно было ожидать  от новгородцев окончательного  принятия условий договора 1456 г.; они были готовы избавиться  от унизительных условий договора при первой же возможности. Влиятельная группа новгородских бояр теперь искала помощи у Литвы. Во главе этой группы стояла женщина – Марфа Посадница.

   Дипломатическая  почва была подготовлена предварительно. Псков, Тверь и Вятка согласились поддержать Ивана III. Новгородцы надеялись на союз с Псковом, и новость о союзе с Москвой была для них тяжким ударом. С помощью псковичей они надеялись выстоять до прихода сил Казимира. Теперь они стали просить Казимира послать литовскую армию для их спасения как можно скорее, и посылали письмо за письмом к Казимиру, но Казимир не отвечал.

   Его бездействие объяснялось различными причинами. Во-первых, он, очевидно, не хотел порывать с Псковом. Единственным путем для достижения Новгорода литовской армией в обход Пскова была дорога через владения ливонских рыцарей. Казимир обратился к магистру ливонцев за разрешением на проход литовских войск, но магистр после долгой проволочки отказал. Сложилось так, что Новгород остался без союзников, и новгородцы зависели только от самих себя.

   Московская армия  была укреплена татарской кавалерией, приведенной вассалом Ивана III царевичем Даньяром, и в июне несколько частей московских и татарских войск с трех сторон вторглись на новгородскую землю.

   Война фактически была комбинацией отдельных кампаний. Было несколько столкновений и битв. Решающая битва произошла на берегах реки Шелонь, на юго-западе от Новгорода. Мир был дарован на условиях менее жестких, чем можно было ожидать в сложившейся ситуации. Новгородцы должны были выплатить штраф в размере 15500 рублей и разорвать свой договор с Казимиром. В договоре от 11 августа 1471 года были повторены наиболее важные статьи договора 1456 г. Новгородцы также торжественно заверяли в том, что никогда не будут искать защиты у короля (великого князя) Литвы и никогда не примут служилых князей из Литвы. [5.c.75]

   Результаты войны  1471 года были ужасны для Новгорода.  Многие из его провинций были  опустошены. Новым договором подтверждались  не только наиболее унизительные статьи договора 1456 г., теперь новгородцы должны были также признать постоянную зависимость Новгорода от Москвы. При этом Новгород оставался полуавтономным государством, и если бы новгородцы смогли теперь объединиться в защиту оставшегося от их древних институтов, они могли бы попытаться предотвратить дальнейшее посягательство Москвы на их права, хотя бы на время. К сожалению, разногласия среди новгородцев не прекратились, и боярская партия все еще думала о восстании Ивана III при первой же возможности.

1. Внешняя политика Ивана III.

   Главной целью  в жизни Ивана III стало создание единого русского государства под верховной властью одного правителя, государства настолько сильного, чтобы существовать во враждебном мире. Именно на достижение этой цели были направлены все его действия как внутри страны, так и так и за ее пределами. Когда он стал великим князем московским, Великороссия еще оставалась раздробленной, и традиции киевского периода были живы. Не только правители местных великих княжеств, таких, как Тверское, Рязанское или Новгородская земля, но даже самые младшие московские князья не желали признавать верховной власти Ивана III.

   Когда русским  противникам Ивана III стало ясно, что их сил не достаточно, чтобы противостоять укреплению великокняжеской власти, они обратились за помощью к Литве и Золотой Орде. Иван счел это предательством и объединил интересы своей русской национальной политики с внешней дипломатией. Это не могло не отражаться на ходе борьбы между ним и его противниками на Руси.

    Переплетение внутренних и внешних поблеем особенно ясно прослеживается в случае нападением Новгорода. Иван III, возможно, предпочел бы подчинять Новгород своей власти постепенно, но союз Новгорода с Литвой подтолкнул его действовать быстро и решительно. Точно так же попытки тверского великого князя и младших московских князей объединиться с Казимиром Литовским только заставили Ивана принять жесткие меры. Таким образом, процесс объединения Великороссии зависел от успехов Ивана III как внешней, так и внутренней политик.

   После достижения  фактической независимости от Золотой Орды при отце Ивана III Василии II, примерно в 1452 году, Московия превратилась в важный фактор международной политики Западной Евразии и Восточной Европы, и в правление Ивана III значение ее в этом качестве постоянно росло. После нападения Новгорода границы московского государства распространились до берегов Финского залива, и Московия стала Балтийской державой.

   Рубежи страны, за исключением Крайнего Севера, в то время были безопасными:  с востока и запада страну окружали государства, многие из которых являлись ее фактическими или потенциальными врагами. Армия московитов была недостаточно сильна, чтобы противостоять всем врагам одновременно. Поэтому перед правительством Московии постоянно стояла дипломатическая задача: предотвратить формирование каких-либо коалиций противников Москвы среди зарубежных стран, а когда подобная коалиция, тем не менее, складывалась – разрушить союз потенциальных или фактических врагов сепаратным соглашением с некоторыми из них и противопоставить вражескому блоку собственный. Таким образом, Ивану III часто удавалось справляться со своими врагами по отдельности, и в подобной политике заключался секрет многих его успехов. [6.c.95]