Брачный возраст на фоне социальных катастроф XX века

Введение.

Прошедший XX в. был насыщен грандиозными событиями глобального характера. Революции, две мировые войны, репрессии, смены режимов, «перестройка». Всё перечисленное оставило неизгладимый след на демографическом состоянии России. Пытаясь ликвидировать демографические провалы, советское государство неоднократно вносило изменения в семейно-брачное законодательство. Также многократно в умах советских людей менялось представление о ценностях семьи и законного брака. Юридически не оформленные отношения периодически приравнивались к юридически оформленным с точки зрения юридических последствий. Рождение детей вне официального брака то поощрялось, то подвергалось публичному осуждению, разводы то подвергались жёсткому контролю со стороны правящей партии или церкви, то становились вполне обыденным явлением. В результате в начале XXI в. на территории России сложилась весьма своеобразная модель брачного поведения, от традиционных патриархальных семей с многочисленными детьми до периодически сменяющихся незарегистрированных союзов с детьми и без детей.

Свою роль в сложившейся  ситуации играет крайне лояльная политика современного государства ко всем проявлениям  брачного, репродуктивного и сексуального поведения населения. Отсутствие интереса к брачному поведению населения со стороны государства находит своё продолжение в ликвидации системы продуманного текущего статистического учёта браков и разводов в результате принятия Федерального закона «Об актах гражданского состояния» в 1997 г. Определённые сложности вызывают разногласия в определении самого понятия «брак» и форм брака в научной среде среди демографов, социологов, юристов. Помимо прочего, семейно-брачное законодательство РФ не соответствует международным нормам и создаёт юридические прецеденты при заключении трансграничных браков, и особенно при оформлении разводов и опеки над общими детьми.

Одним из перспективных  и актуальных направлений современной  статистики является исследование проблем  семьи и происходящие в ней  изменения. Часто приходится слышать, что семья как и общество в целом, поражена системным кризисом, подорвавшим моральные основы человеческой жизни.

Актуальность темы курсовой работы обусловлена социальными, экономическими изменениями в России, а так же изменениями статуса семьи, как института. Семейно-брачные отношения могут быть охарактеризованы по таким показателям, как брачность и разводимость.

Одним из основных параметров брачности является заключение брака, который представляет  собой союз мужчины и женщины, на законных основаниях  порождающий их права и обязанности по отношению друг к другу и к детям.

На основании выше сказанного определим основную цель исследования данной работы, которая  заключается в статистическом исследовании брачности.

Достижение поставленной цели предполагает решение следующих  задач:

Ознакомиться с  понятием брачности;

Изучить основные показатели брачности;

Исследовать брачность в России и прогнозировать дальнейшие возможные количества браков в нашей стране.

Объектом исследования в данной курсовой работе являются семья и брак.

Предметом исследования являются особенности явлений брачности в современных российских условиях, их основные показатели и методика подсчета. 

Брачный возраст на фоне социальных катастроф XX века.

В истории нашей  страны не раз бывали периоды, которые  никак нельзя назвать спокойными, и тогда процесс вступления в брак испытывал сильные возмущения, а «нормальная» возрастная модель брака деформировалась. Стоит ли говорить, что и с демографической статистикой за эти годы дело обстояло неважно, а потому и углубленный анализ брачности не был возможен.

Для того чтобы понять, как социальные катаклизмы сказались  на среднем возрасте вступления в  брак и распространенности окончательного безбрачия, требуется анализ возрастных характеристик вступления в брак на основе таблиц брачности для реальных поколений россиян, прошедших через все периоды XX века. Такие характеристики представлены на рис. 1-3.

Рисунок 1. Доля вступивших в первый брак к указанному возрасту, %

Источник: [Захаров  С.В.] Меняющиеся параметры  матримониального поведения // Демографическая  модернизация России 1900-2000. Под ред. А.Г. Вишневского. М.: Новое издательство, 2006. С. 113.

Рисунок 2. Доля никогда не состоявших в браке, %

Источник: [Захаров  С.В.] Меняющиеся параметры  матримониального поведения // Демографическая  модернизация России 1900-2000. Под ред. А.Г. Вишневского. М.: Новое издательство, 2006. С. 114.

Рисунок 3. Характеристики среднего возраста вступления в первый брак поколений российских женщины 1900-1974 годов рождения 

Источник: [Захаров  С.В.] Меняющиеся параметры  матримониального поведения // Демографическая  модернизация России 1900-2000. Под ред. А.Г. Вишневского. М.: Новое издательство, 2006. С. 114.

Главные выводы, которые можно  сделать из анализа  тенденций брачности для поколений, родившихся в XX веке, сводятся к следующему. Вторая мировая война вызвала временную дестабилизацию брачности, затронувшую в первую очередь женские поколения 1920-х годов рождения, для которых возможности создания семей в годы войны были резко ограничены. В послевоенные годы подавляющее большинство представительниц данных когорт (почти 90%) все-таки смогло выйти замуж, но в более позднем возрасте, по сравнению со старшими поколениями, и нередко за женихов моложе себя, поскольку слишком многие ровесники мужского пола были убиты на войне. В результате максимальное увеличение доли никогда не состоявших в браке к 50 годам оказалось совсем небольшим — с 7-8% до 9-10%. А вот средний возраст первого брака для женщин, родившихся в первой половине 1920-х годов, возрос существенно — на 2-3 года по сравнению с поколениями, успевшими вступить в брак до войны.

По мере нормализации половых пропорций населения  в молодом возрасте, для чего потребовалось  два-три десятилетия, прежняя модель ранней брачности в России полностью восстановилась. Более того, тенденция к омоложению брачности в дальнейшем даже усилилась — уже в условиях нормального соотношения полов в бракоспособном возрасте. Так, частота браков 18-летних женщин, рожденных в начале 1970-х годов, достигла такого уровня, что превысила частоту браков во всех остальных однолетних возрастных группах. В результате к началу 1990-х годов возрастные характеристики первого брака оказались на уровне второй половины XIX века, т.е. вернулись к тем, какими они были когда-то у их прабабушек и прадедушек. Возраст сексуального дебюта, возраст начала брачной жизни и возраст рождения первенца оказались сближенными до предела. Мечта традиционалистов о слитности сексуального, брачного и репродуктивного поведения была вновь воплощена — но не в условиях пуританских «законов жизни» и «высокой морали» позднего сталинизма, а в результате размывания традиционных ценностей в эпоху брежневского застоя и горбачевской перестройки.

Причины парадоксального  омоложения брачности в России в 1960-1980-х годов заключаются, главным образом, в низкой культуре планирования семьи на фоне снижения возраста начала регулярной половой жизни, на которое указывали все, правда, не очень многочисленные обследования [8]. Это приводило к высокой распространенности добрачных зачатий, что в свою очередь стимулировало заключение ранних браков. Известно, что среди всех детей, рожденных в 1960-1980-е годы в первом браке, 30-40% были зачаты до официальной регистрации брака, а у женщин до 20 лет эта пропорция составляла 50-60%. Можно не сомневаться, что практически все эти беременности были незапланированными, а зачастую и нежеланными. В результате главной причиной повышения вероятности заключения брака до 20 лет стала малодоступность контрацептивных средств и массовая безграмотность советских людей в сексуальной и контрацептивной сфере на фоне официальной табуированности темы для научных и общественных дискуссий. Даже между мужем и женой проблемы предохранения от беременности должным образом не обсуждались.

Тем не менее, наиболее осведомленные отечественные демографы  уже тогда, более тридцати лет  назад, понимали глубинную связь  возраста заключения брака и рождения первенца со специфическими особенностями  модели планирования семьи в России. М.С. Тольц в 1974 году писал: «Переход к широкому применению высокоэффективных и простых в употреблении гормональных контрацептивов, может быть, явится фактором, повышающим как брачный возраст (для женщины), так и возраст при рождении первого ребенка. Преждевременное наступление беременности уже не будет стимулировать более раннее вступление в брак в тех случаях, когда оно откладывается молодыми людьми. Эту возможную тенденцию следует принимать во внимание при составлении прогнозов рождаемости и брачности». [9]Как показала практика, условия для реализации этого прогноза появились в России лишь во второй половине 1990-х годов.

Другим, более известным  фактором, стала активизация государственной  семейной политики начала 1980-х годов (предоставление ранее не существовавших отпусков по уходу за ребенком, появление  официальной категории «молодая семья» с соответствующими льготами), которая значительно увеличила  рождаемость в молодом возрасте, и тем самым интенсифицировала  процесс омоложения брака. Само наличие  свидетельства о браке повышало доступность некоторых социальные льгот, например, жилья.

Наконец, нельзя не упомянуть  и об официально не декларированной  политике государства по сдерживанию  доступа к высшему образованию, проявившей себя с особой силой со второй половины 1970-х годов. Высшее образование становилось все  более популярным, особенно в городах. В то же время плановые и перспективные  балансы трудовых ресурсов обнаруживали растущий дефицит рабочих рук, что  воспринималось экономистами того времени  весьма болезненно, учитывая экстенсивный характер развития советской экономики  и гипертрофированно индустриальную структуру занятости. Так, один из ведущих  советских экономистов писал  в то время: «Желание нашей молодежи получать высшее образование — явление  прогрессивное, и по мере создания необходимых  материальных предпосылок оно будет  реализовываться. Однако необходимо преодоление  чрезмерной ориентации молодежи, окончившей среднюю школу, на поступление в  высшие учебные заведения».[10]

Государственные и  партийные органы требовали от школы  выполнения спущенного сверху плана  поступления в ПТУ. Заметим, что  Постановление ЦК КПСС и Совмина  СССР 1972 г. «О завершении перехода к  всеобщему среднему образованию» не предполагало всеобщность среднего образования в стенах общеобразовательной  школы, тем более, что ПТУ, ориентированные прежде всего на выпускников 8-х классов, были в течение десятилетия реорганизованы таким образом, чтобы давать «полное» среднее образование. Закон 1984 г. гласил, что ориентация учащихся после 8-класса будет осуществляться в зависимости от «потребностей экономики, регионов, городов и сёл».

Широко развернувшаяся кампания по развитию профессионально-технического образования (ПТУ), установление более  жестких барьеров для обучения в 9-х — 10-х классах средней школы  и при приеме в ВУЗы должны были увеличить приток молодежи в рабочие  профессии[11], что на самом деле и  произошло. Примерно каждый второй человек  из поколений, начавших учиться в  школе во второй половине 1970-х годов, завершал свое образование в ПТУ[12], т.е. в 17-18-летнем возрасте. Торможение распространенности полноценного высшего  профессионального образования, как  и задумывали идеологи реформы, было достигнуто. Комментаторы того времени с удовлетворением отмечали: «в последние годы наблюдалась тенденция к преодолению однобокой ориентации молодежи на высшие учебные заведения», «возрастает процент восьмиклассников, поступающих в техникумы и профтехучилища, и уменьшается процент восьмиклассников, продолжающих учиться в 9-х классах полной средней школы». [13]В результате средний возраст выхода молодежи из системы профессионального образования если и не снизился, то едва ли увеличился, что не способствовало повышению возраста вступления в брак: в советское время возраст заключения брака был теснейшим образом связан с возрастом завершения образования. Вместе с тем, как показывали обследования, в начале 1980-х годов до одной трети новобрачных еще продолжали учиться либо совмещали учебу с работой[14] , и процент семейных студентов увеличивался [15].

Удивительный феномен  позднего советского периода — возникновение  «студенческих семей» — объясняется  также снижением возраста сексуального дебюта, все еще по традиции требующего легитимации вступлением в брак, особенно если в результате этих отношений  наступала беременность. Либерализация  сексуального поведения в студенческой среде протекала очень активно, что вызвало снижение возраста заключения брака в реальных поколениях женщин с высшим образованием, родившихся в 1955-1964 годах. Расширившаяся практика предоставления специальных общежитий для семейных еще больше подталкивала к раннему заключению брака. Кроме того, в заключении брака до завершения учебы, нередко, был и меркантильный интерес исключительно советского свойства: избежать обязательного распределения после получения диплома, остаться (прописаться) в большом городе и т.п.[16] 

Основные  показатели брачности.

Общие показатели вступления в брак.

Показатели брачности делятся на две большие группы: показатели вступления в брак и показатели состояния в браке. Мы начнем с первой группы и остановимся, прежде всего, на общих показателях вступления в брак. К ним относятся абсолютное число браков и общий коэффициент брачности.

Абсолютное число  браков за год никак не может характеризовать  уровень брачности, так как зависит от общей численности населения.

Это число может  быть использовано лишь для расчета  общего коэффициента брачности или сопоставления с ним числа разводов.

Общий коэффициент  брачности представляет собой число браков (подчеркиваем, что речь здесь идет именно о числе браков, а не о числе вступающих в брак) в расчете на 1000 населения, т.е. рассчитывается в о/оо. Как и в любом другом общем демографическом коэффициенте, здесь временным отрезком может быть как один год, так и несколько лет сразу. Расчет производится по следующей формуле: 

где

b – общий коэффициент брачности за период времени;

B – абсолютное число браков за период времени;

S^ср – средняя за период времени общая численность населения;

Т– число лет, входящих в рассматриваемый период времени.  

Пользоваться общим  коэффициентом брачности безусловно лучше, чем абсолютным числом браков. Но все же этот показатель имеет существенный недостаток. Дело в том, что интенсивность вступления в брак в разных возрастах, естественно, не одинакова. Чаще всего вступают в брак в возрастном интервале 18-30 лет. Однако дело не только в возрастных различиях интенсивности вступления в брак. В условиях официальной моногамии (единобрачия) зарегистрировать брак (а текущая статистика, естественно, имеет дело только с зарегистрированными браками) могут только те, кто в нем не состоит. Следовательно, чем выше в данном населении будет доля, не состоящих в зарегистрированном браке людей в возрасте 18-30 лет, тем, при прочих равных условиях, выше будет и общий коэффициент брачности. 

Первые  и повторные браки.

Браки бывают первые и повторные. Последние, в свою очередь, делятся на те, в которые люди вступают после развода и после  овдовения.

Определение числа  браков по сочетанию брачных состояний  супругов может иметь следующие  сочетания:

– первые для обоих  супругов браки;

– повторные для  обоих супругов браки;

– браки вдовых для  обоих супругов;

– браки разведенных  для обоих супругов;

– первые для жены и повторные для мужа браки;

– повторные для  жены и первые для мужа браки;

– для жены брак первый, а муж – вдовец;

– жена – вдова, а  для мужа брак первый;

– для жены брак первый, а муж – разведен;

– жена – разведена, а для мужа брак первый;

– жена – вдова, а  муж – разведен;

– жена – разведена, а муж – вдовец.

Разработки с таким  распределением браков органы государственной  статистики не делают. Однако для анализа  брачности такого рода информация была бы весьма полезна, например, с точки зрения оценки значимости брачного состояния, как критерия выбора супруга. Числа браков по сочетанию брачных состояний супругов (а, соответственно, и их доли в общем числе браков) могут быть подсчитаны при дополнительной разработке записей актов о заключении брака, где есть информация о брачном состоянии каждого из супругов.

Отметим здесь же, что данные микропереписи населения 1994 г. дают очень важную информацию, характеризующую вступление в повторный брак, которая может быть использована при обосновании мер семейной политики, направленной на повышение компенсации разводов и овдовений повторными браками. 

Возрастные, суммарные и кумулятивные коэффициенты брачности.

То обстоятельство, что для наиболее адекватной характеристики интенсивности вступления в брак числа вступающих в брак следует соотносить с числами не состоящих в зарегистрированном браке, вносит серьезные ограничения в использование показателей брачности.

Главное ограничение  связано с тем, что данные о  числе не состоящих в браке  получаются только по результатам переписи населения. Следовательно, наиболее корректные индикаторы интенсивности вступления в брак могут быть рассчитаны только за годы, примыкающие к переписи населения. А это значит, примерно, раз в 10 лет.

В принципе можно  конечно пользоваться и данными  микропереписи населения. Но в этом случае мы получим не численность не состоящих в браке, а только их долю в населении. Полученные доли не состоящих в браке по полу и возрасту нужно будет умножить на численность всего населения по полу и возрасту, ежегодно рассчитываемую органами государственной статистики. Понятно, что эти доли должны быть взяты именно в долях единицы, а не в % (на 100 человек) или ‰(на 1000 человек). Таким образом, мы получим оценку численности не состоящих в браке. Степень совпадения этой оценки с реальной численностью этой категории населения будет зависеть от степени репрезентативности данных микропереписи населения.

Второе ограничение, на наш взгляд, не так значимо. Оно  заключается в том, что числа  вступающих в брак берутся из текущей ("ЗАГСовской") статистики и относятся, следовательно, только к зарегистрированным бракам. Численности же не состоящих в браке берутся из данных переписи населения где брачное состояние определяется по самоопределению, т.е. речь идет скорее о фактическом браке независимо от его регистрации. Это обусловливает некоторую несопоставимость числителя и знаменателя при расчете показателей интенсивности вступления в брак. Однако эта несопоставимость, по нашему мнению, невелика, так как население нашей страны, отвечая на вопрос о состоянии в браке, ориентируется, главным образом, на зарегистрированный брак и, следовательно, различия в понимании брака в числителе и знаменателе здесь невелики. Кстати при использовании данных микропереписи населения 1994 г. есть возможность во многом преодолеть это ограничение. Дело в том, что там состоящие в браке отвечали на вопрос о том, зарегистрирован ли их брак. Следовательно, здесь можно выделить не состоящих в зарегистрированном браке. Однако, документального подтверждения этого при микропереписи, естественно, не спрашивают и, поэтому некоторая несопоставимость с документально подтверждаемой регистрацией брака в органах ЗАГС здесь сохраняется.

Охарактеризовав специфику  источников информации для расчета  интенсивности вступления в брак, мы перейдем теперь к рассмотрению самих показателей интенсивности  этого процесса.

Возрастной коэффициент  брачности представляет собой число лиц данного пола, вступивших в брак в возрасте х в расчете на 1000 не состоящих в браке соответствующего пола и возраста, т.е. рассчитывается в ‰.

Возрастной  коэффициент брачности рассчитывается по следующей формуле: 

где

b_(х/х+а) – возрастной коэффициент брачности для поло-возрастной группы (х/х+а) за период времени;

B_(х/х+а) – число лиц данного пола, вступивших в брак в возрастной группе (х/х+а) за период времени;

S_(х/х+а)^вбр – среднее за период число не состоящих в браке в поло-возрастной группе х;

х – возраст начала возрастного интервала;

а – длина возрастного интервала;

T – число лет, входящих в рассматриваемый период времени.

В связи с тем, что для расчета этого показателя, как отмечалось выше, нужно использовать данные либо переписи, либо микропереписи населения, которые относятся в нашей стране, как правило, к начальной части года, возрастные коэффициенты брачности рассчитываются за двухлетний период, за годы, примыкающие к переписи или микропереписи населения.

Обратим внимание еще  и на то, что, если при расчете  общего коэффициента брачности берется число браков, то здесь – число вступивших в брак. Это, понятно хотя бы потому, что возрастные коэффициенты брачности рассчитываются отдельно для женщин и мужчин.

Численность не состоящих  в браке мужчин и женщин по возрастным группам рассчитывается суммированием  соответствующих чисел никогда  не состоявших в браке, разведенных  и вдовых, которые есть в таблицах переписи населения. Доли не состоящих  в браке мужчин и женщин по возрастным группам рассчитываются суммированием  соответствующих долей никогда  не состоявших в браке, разведенных  и вдовых. Если численности не состоящих в браке рассчитываются исходя из данных микропереписи населения, то необходимая для расчета численность населения по половозрастным группам берется из распределения населения по полу и возрасту.

Дифференцированный  анализ брачности показывает, что интенсивность вступления в брак различается между первыми (т.е. никогда не состоявших в браке) и повторными (т.е. состоявших ранее в браке) браками. А среди последних имеют место различия в интенсивности вступления в брак между вдовыми и разведенными. В этой связи представляется безусловно целесообразным рассчитывать возрастные коэффициенты брачности для отдельных категорий не состоящих в браке.

При этом формулы  расчета этих коэффициентов аналогичны рассмотренной выше.

Различают:

возрастной  коэффициент брачности для первых браков;

возрастной  коэффициент брачности для повторных браков ;

возрастной  коэффициент брачности разведенных;

возрастной  коэффициент брачности вдовых.

На основе возрастных коэффициентов брачности иногда рассчитываются суммарные коэффициенты брачности. Суммарный коэффициент брачности показывает, сколько раз в среднем один человек на протяжении своей жизни вступает в брак при условии сохранения существующих возрастных коэффициентов брачности. Здесь речь идет о показателе суммарного коэффициента брачности для условного поколения. Этот коэффициент является как бы обобщающим по отношению к возрастным коэффициентам брачности, обобщающей характеристикой интенсивности вступления в брак. Формула для расчета этого показателя выглядит следующим образом:

,где

b_(х/х+а) – возрастные коэффициенты брачности;

a – длина возрастного интервала.

Умножение на 0,001 здесь  делается из-за того, что возрастные коэффициенты брачности рассчитываются на 1000 человек данного пола и возраста, а суммарный коэффициент – на одного человека.

Понятно, что, как  и возрастные коэффициенты брачности, суммарный коэффициент рассчитывается только отдельно для женщин и мужчин.

Аналогичным образом  суммарные коэффициенты брачности рассчитываются для первых и повторных браков, для браков разведенных и вдовых.

Особый интерес  здесь представляет суммарный коэффициент  брачности для первых браков, так как он одновременно является долей когда-либо вступающих в брак. Если из единицы вычесть суммарный коэффициент брачности для первых браков, то мы получим процент окончательного безбрачия, рассчитанный для условного поколения. Судить о доле вступающих в повторный брак на основе суммарного коэффициента брачности для повторных браков строго говоря нельзя, так как повторных браков (в отличие от первого) у человека может быть несколько.

Среднее число вступлений в брак одного человека может рассчитываться и для реальных поколений. При  этом просто общее число вступлений в брак среди представителей данного  поколения (естественно, дифференцированно  по полу) делится на численность  поколения (опять же, отдельно женщин и мужчин). Информация, необходимая  для расчета суммарного коэффициента брачности для реальных поколений, у нас в стране получалась только по микропереписям населениям и специальным выборочным исследованиям.

Суммарный коэффициент  брачности для первых браков для реальных поколений рассчитывается путем деления всех случаев вступления в первый брак в данном поколении на численность данного поколения (естественно, раздельно для женщин и мужчин и с учетом сказанного выше). Этот коэффициент показывает долю вступивших в брак в данном поколении и, как обратную величину (т.е. полученную путем вычитания первой из единицы), процент окончательного безбрачия.

Аналогично рассчитывается суммарный коэффициент брачности для повторных браков для реальных поколений. При наличии информации о числе вступивших в брак по каждой очередности повторного брака можно рассчитывать и суммарные коэффициенты брачности по каждой очередности.

Наряду с суммарными, как для условного, так и для реального поколений, есть смысл рассчитывать и кумулятивные коэффициенты брачности. Если суммарный коэффициент брачности показывает сколько раз в среднем один человек вступает в брак на протяжении всей жизни, то кумулятивные – к достижению того или иного возраста (например, к 30 или 40 годам). При расчете кумулятивных коэффициентов суммируются не все возрастные коэффициенты брачности, а лишь до того возраста, для которого рассчитывается кумулятивный коэффициент. Наряду с возрастными коэффициентами брачности рассчитываются таблицы брачности, включающие и вероятности вступления в брак.