Эволюция теорий экономического роста от их зарождения до современного этапа



ОГЛАВЛЕНИЕ

                                          Стр.

ВВЕДЕНИЕ

1. ЭКОНОМИЧЕСКИЙ РОСТ В ПРОИЗВЕДЕНИЯХ МЕРКАТИЛИСТОВ И КЛАССИЧЕСКОЙ ШКОЛЫ

2.КЕЙНСИАНСКАЯ И НЕОКЕЙНСИАНСКАЯ ТЕОРИИ ЭКОНОМИЧЕСКОГО РОСТА

3.НЕОКЛАССИЧЕСКАЯ ТЕОРИЯ ЭКОНОМИЧЕСКОГО

РОСТА

4.НОВЫЕ ТЕОРИИ РОСТА

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ


ВВЕДЕНИЕ

 

Экономическая теория в последние полтора десятилетия в значительной  степени прошла под знаком экономического роста, вызвала к жизни огромное количество исследований, как теоретических, так и эмпирических, одновременно происходили существенные изменения и в характере экономического роста, появлялись новые явления и процессы.

Экономический рост является одним из центральных объектов исследования современной макроэкономики. Он служит основой решения большинства социально-экономических проблем, является главным фактором цивилизационного прогресса, результатом развития науки, техники, институционального развития. Для Беларуси проблема повышения темпов экономического роста также актуальна. Вместе с тем экономический рост представляет собой уникальное сложное, многогранное явление, которое изучалось экономистами-теоретиками всех поколений. В последнее время теория экономического роста стала отдельным, сравнительно обособленным разделом экономической теории. Несмотря на это, окончательная интерпретация и формализация этого явления еще не завершена.

Для более глубокого понимания положения современной теории роста, ее основных постулатов и перспектив развития представляется необходимым проанализировать развитие теорий  экономического роста. Новые теории появились не на пустом месте, они возникли во многом на основе и развитии детально разработанной так называемой неоклассической теории экономического роста. Поэтому в нашей курсовой работе мы постараемся проследить последовательность развития теорий и взглядов в историческом разрезе, выделить теории предшественников, послуживших основанием для появления новых концепций. Как показывает анализ происхождения экономических теорий, многие новые концепции основаны на ранее высказывающихся гипотезах, предположениях, мыслях, не получивших в свое время, по тем или иным причинам, развития.

Таким образом, можно выделить, как минимум две причины, по которым исследование развития теории роста является актуальным. Первая заключается в необходимости создания комплексного представления о процессе экономического роста, его источниках и основных факторах, а это возможно лишь с помощью сопоставления различных подходов к анализу этого явления. Такое представление может быть получено только путем анализа и осмысления взглядов представителей различных школ и направлений экономической науки. Вторая состоит в значимости результатов теории экономического роста для рекомендаций в области экономической политики.

Целью нашей курсовой работы является: проследить закономерности эволюции теорий экономического роста от их зарождения до современного этапа.

Для достижения поставленной цели необходимо решить следующие задачи:

Проанализировать зарождение теоретических взглядов на проблемы экономического роста и их развитие  в рамках классической школы

Проанализировать  развитие теоретических взглядов на закономерности экономического роста в рамках кейнсианского течения  и возникших на ее основе более поздних теорий

Проанализировать  неоклассическую теорию экономического роста

Проанализировать  эндогенные теории экономического роста и модели новой волны, которые сосредоточились на происхождении технического прогресса и детальной разработке  структуры возникновения и реализации инноваций.

Решению этих задач и подчинена структура нашей курсовой  работы.

В данной работе мы старались дать систематизированное изложение наиболее важных и значимых направлений и теорий в исследованиях экономического роста на настоящий момент, но предварительно необходимо хотя бы приблизительно классифицировать эти теории и гипотезы, показать их место в общей картине теоретических и эмпирических исследований экономического роста, соотнести их с процессами, происходящими в самом экономическом росте.

При написании курсовой работы использовались первоисточники (работы А.Смита, Д.Рикардо, Й.Шумпетера, К.Маркса, Р.Харрода), а также критическая литература отечественных (А.В.Воронцовский, А.А.Дагаев, А.Г. Худокормова, В. Автономова, Е.И.Лаврова, Е.А.Капогузова, Н.В.Потехиной и др.) и зарубежных (Д.Хэмберг, М.Блауг) авторов.


1. ЭКОНОМИЧЕСКИЙ РОСТ В ПРОИЗВЕДЕНИЯХ МЕРКАТИЛИСТОВ И КЛАССИЧЕСКОЙ ШКОЛЫ

Проблемы экономического роста находились в центре внимания экономистов с давних пор. Среди них можно выделить следующие пять основных групп, значение которых менялось с течением времени: I) факторы экономического роста; 2) соотношение настоящих и будущих потребностей и их влияние на темпы роста; 3) взаимовлияние экономического роста и распределения дохода; 4) историческая тенденция экономического роста и 5) условия равновесного (устойчивого, сбалансированного) роста.

Проблема обеспечения долговременного экономического роста, который играет ключевую роль в процветании или упадке соответствующей державы, занимала центральное место уже в теориях меркантилистов. [4, с 537]

На начальном этапе развития экономической мысли экономический рост связывали с богатством. При этом важным было не только само определение богатства, но и поиск его источника. Так, в эпоху меркантилистских воззрений богатство ассоциировалось с деньгами, а источник богатства находился в сфере внешней торговли. Под богатством понималось количество драгоценного металла в стране (на стадии раннего меркантилизма), и достижением этой цели служила система «полицейских» мер, направленных на приток в страну полновесной иностранной монеты и недопущение вывоза ее из страны. На этапе позднего меркантилизма приоритеты меняются, главным становится обеспечение положительного торгового баланса, чему должны способствовать протекционистская политика государства, поддержка экспортно-ориентированных отраслей, законодательные меры в области ограничения заработной платы, что должно было обеспечить преимущества в ценовой конкуренции на мировых рынках. Следует заметить что до работы Адама Смита «Исследование о природе и причинах богатства народов» (1776 год) не было стройных теорий, подчеркивающих, за счет чего возможно достигнуть конкурентного преимущества той или иной стране с точки зрения создания условий экономического роста. Наиболее близко к этому подошли физиократы, с одной стороны, рассматривающие источник богатства в сфере производства, а не в сфере обращения, хотя они и настаивали на том, что «чистый продукт» создается лишь в сфере сельского хозяйства. Вместе с тем у одного из наиболее видных представителей физиократов Ж. Тюрго уже присутствует концепция источников накопления, получившая развитие у А.Смита, связывающая накопление капитала с бережливостью и трудолюбием предпринимателя. Во многом близка к смитианскому подходу позиция другого француза, П. Буагильбера, рассматривающего богатство «в массе полезных благ».

Английская классическая школа не имела отдельной специализированной теории экономического роста. Однако она занималась факторами роста национального богатства и его соотношением с распределением дохода. Вопрос о том, чем определяется прирост национального богатства, фактически подразумевается в самом заглавии экономического труда Смита: «Исследование о природе и причинах богатства народов». А. Смит связывал рост богатства того или иного народа с улучшением отдачи от факторов производства (земли, труда и капитала), что выражается в росте производительности труда и увеличении размеров функционирующего капитала. Большое значение также придается росту населения, увеличению доли работников в сфере материального производства, инвестициям и географическим открытиям, способствующим экстенсивному росту.

Смит полагал, что рост населения эндогенен и зависит от имеющихся средств к существованию. Инвестиции также признавались эндогенными и зависели от трудолюбия и сбережений капиталистов, причем под сбережениями понимались суммы запасов, используемых не для личного потребления, а на производственные цели. Рост отдачи от земли связывался в большей мере с географическими открытиями и технологическими улучшениями плодородия существующих земель.

В качестве основных движущих сил увеличения производительности труда по Смиту были разделение труда и усовершенствование техники. Разделение труда Смит связывал с естественной склонностью людей к обмену, а следствием разделения труда является увеличение производительности за счет трех факторов:

-              увеличение ловкости, мастерства работника;

-  сокращение времени перехода от одного производственного процесса к другому;

-  возможность применения машин, поскольку узкая специализация заставляет работать эффект масштаба.

Главный вывод классиков сводился к тому, что прирост богатства определяется величиной факторов производства и их производительностью. Поскольку предполагалось, что величина естественных факторов производства: труда и земли — в значительной степени не зависит от человеческих усилий, то в качестве основы экономического роста рассматривалось накопление — инвестирование части общественного продукта, которое приводит к возрастанию капитала. Отсюда большое значение, придаваемое «бережливости» английскими классиками, начиная со Смита. [5]

Поскольку основные накопления в то время производились из прибыли капиталистов (наемные рабочие в силу недостаточных доходов, а земельные собственники в силу «потребительской» мотивации сберегали и инвестировали значительно меньше), то особое значение для экономического роста приобретала норма прибыли, а также распределение дохода, благоприятствующее капиталистам.

Что же касается самой нормы прибыли, то классики считали неизбежным ее падение в долгосрочном аспекте. Причиной такого неблагоприятного прогноза был так называемый «закон убывающего плодородия почвы». По мере роста населения и необходимого расширения пахотных площадей убывающее плодородие должно было привести к относительному увеличению ренты и сокращению прибыли, что должно было в итоге привести к падению накопления и прекращению экономического роста.  Крайне пессимистичными оказались взгляды на экономический рост Томаса Мальтуса, описывающего рост населения и рост производства. С точки зрения Мальтуса, в случае сохранения прежних пропорций между темпами роста населения и средств существования, когда население растет в геометрической прогрессии, а средства существования - в арифметической, земле грозит скорое истощение и, следовательно, ожесточение борьбы за ограниченные ресурсы, рост войн, эпидемий, голод, массовые болезни и т. д. В качестве выхода из этой проблемы Мальтус предлагал сдерживать рост населения путем «призыва к благоразумию» прежде всего наиболее бедных слоев населения и рождения детей лишь при условии обеспечения их средствами существования для достойной жизни. Несмотря на то, что расчеты Мальтуса были не совсем корректны (он распространял данные о росте населения в США на общемировую тенденцию, не учитывая очевидный факт значительной миграции туда населения из Европы, также не смог предугадать степень развития НТП в сфере сельского хозяйства), вместе с тем его идею об убывающей отдаче факторов производства активно использовали в ХХ веке в рамках теории эндогенизации роста населения.

Давид Рикардо, другой яркий представитель классической школы, развил идею Мальтуса об убывающем плодородии почвы, введя ограничение экономического роста, с одной стороны, за счет снижения прибыли капиталистов из-за удорожания земли, а с другой - за счет роста цен на сельскохозяйственную продукцию, а соответственно, необходимой более высокой номинальной заработной платы для рабочих. Но при этом Рикардо утверждал, что даже в этом случае рост можно контролировать за счет технологических усовершенствований оборудования и специализации торговли, однако он тоже подразумевал исключительно стабильное состояние.

Представители английской классической школы, очевидно, недооценивали потенциал технического прогресса, который уже во времена Рикардо мог компенсировать убывание естественного плодородия почвы. [4, с. 537-538]

Наиболее радикально пересмотрел классическую теорию роста Карл Маркс. Он ввел несколько ограничений. Во-первых, по его мнению, заработная плата определялась сделкой между капиталистами и рабочими - процессом, который был не в пользу последних прежде всего за счет существования «резервной армии труда». Во-вторых, Маркс рассматривал прибыль и «сырьевой инстинкт» как определяющие факторы сбережений и накопления капитала, но при этом, в отличие от Смита, Маркс говорил, что уменьшение коэффициента прибыли не приводит к стабильному состоянию, а является стимулом для капиталистов еще больше сокращать заработную плату рабочим и увеличивать безработицу. Интересны были и идеи Маркса, содержащиеся в черновом варианте рукописи «Капитала». Он обратил внимание, что вследствие роста капиталовооруженности труда (органического строения капитала по Марксу) возникает тенденция к вытеснению непосредственного человеческого труда из производства. Вместо физического труда все большее значение отводится труду научному, рост производства связывается с совершенствованием технологии. Кроме того, поскольку издержки имитации технологии и распространения знаний ниже, чем издержки на их создание, то очевидно, что данные составляющие прогресса, способствуя росту производства, отнюдь не ведут к укреплению частной собственности, поскольку знания становятся общественным благом. Это обстоятельство, а также то, что в связи с сокращением участия непосредственного труда в процессе производства снижается возможность его эксплуатации, с точки зрения Маркса, разрушают основы капитализма.

Заслуга Джона Стюарта Милля заключается в систематизации классической школы, он во многом подвел черту под предыдущими исследованиями в рамках «классики». В частности, он завершил классическую теорию экономической динамики, рассматривающей долговременную тенденцию развития экономики. В основе этой концепции лежит идея о непрерывном накоплении капитала. К чему же в конце концов, по мнению классиков, должен привести продолжающийся рост капитала в сочетании с возрастанием численности населения?

Увеличение капитала ведет к росту спроса на труд, что при стабильной численности населения обусловливает повышение реальной зарплаты, которое стимулирует в долгосрочном периоде рост населения. Если накопление капитала идет быстрее, чем увеличение численности рабочей силы, то оба этих процесса могут в принципе продолжаться до бесконечности, если бы не одно обстоятельство. Рост количества работников означает одновременно увеличение числа «ртов», т. е. возрастание спроса на потребительские блага и прежде всего продукты питания. Последние производятся в сельском хозяйстве, которое, как нам известно, при прочих равных условиях характеризуется убывающей отдачей от масштабов. Каждая новая единица пищи достается ценою все больших усилий. Следовательно, издержки производства, а значит, и меновая стоимость продуктов питания растут. Это приводит к росту расходов на рабочую силу, так как стоимость труда каждого работника становится все больше - чтобы купить прежнее количество сельскохозяйственных благ, необходимо продать большее количество промышленных товаров. В то же время производительность труда работников вторичного сектора остается прежней: работник производит столько же, сколько и раньше, зато предпринимателю это обходится в большую сумму. Как следствие, норма прибыли понижается. Это и есть долговременная (вековая) тенденция экономического развития.

Чем же так примечательна эта тенденция? Дело в том, что падение нормы прибыли уменьшает стимулы к инвестированию капитала. И хотя со временем запросы капиталистов в отношении нормы прибыли убывают, а в условиях значительной массы прибыли она достаточна для серьезных инвестиционных расходов, можно предположить, что существует какая-то наименьшая норма прибыли, которая остановит рано или поздно процесс накопления капитала. Вместе с накоплением капитала прекратится и дальнейший рост населения, ибо остановится рост реальной зарплаты. Люди не склонны будут жертвовать своим благосостоянием в угоду половым инстинктам. Это приведет к падению рождаемости, совокупные величины экономического роста сойдут на нет, и наступит состояние застоя.

Не стоит, однако, слишком пессимистично воспринимать подобную перспективу. Она необязательно означает ухудшение условий жизни людей. Скорее это стабилизация уровня жизни и уменьшение давления на природу со стороны человечества.

Конечно, есть ряд обстоятельств, противодействующих падению нормы прибыли:

-              технический прогресс в первичном секторе, приводящий за счет повышения производительности труда к удешевлению сельскохозяйственной продукции;

-  импорт более дешевых продуктов питания из-за границы;

-  экспорт лишнего капитала за границу.

В целом выход из этой мрачной ситуации не удается найти в трудах классиков. [5]

Значительной попыткой динамизации экономической теории следует считать «Теорию экономического развития» и последующие работы Й. Шумпетера, который связывал динамику экономики с предпринимательской деятельностью по осуществлению новых комбинаций. Однако в центре внимания Шумпетера был не «количественный» экономический рост, а «качественное» экономическое развитие, и его теория с большим трудом поддавалась формализации и квантификации. [4, c.540]

Именно Шумпетер ввел в экономическую науку понятие «инновации» и абсолютно по-новому рассмотрел значение предпринимателя с точки зрения экономического роста. Исходным пунктом, по Шумпетеру, было чистое равновесие, или стабильное состояние экономики. С его точки зрения, двигателем «развития» (в противовес привычному росту) были изменения в экономической сфере. Они были вызваны разными причинами (например, внезапные открытия новых источников предложения), но основной была предпринимательская новация, которая и обусловливала развитие.

Движущей силой развития в теории Шумпетера выступает предприниматель, причем предприниматель-новатор, творческая личность. Ему свойственны инициатива, дар предвидения, склонность к риску. В этом плане предприниматель отличается от простого собственника современным языком инвестора, который лишь передает свои средства в управление, хотя зачастую собственник и предприниматель могут быть и одним субъектом.

Стимулом к предпринимательской деятельности у Шумпетера выступает монопольная прибыль, причем достигаемая за счет инновативной деятельности. Это возможно лишь за счет творческого подхода, иного, чем у Кейнса, толкования «духа жизнерадостности» (animal spirit). Именно возможность самореализации, стремление к успеху, преодолению трудностей и способствуют достижению монопольной прибыли. Монополия, с точки зрения Шумпетера, является положительным моментом, поскольку достигается за счет осуществления новых комбинаций факторов производства, революционных изменений в технике, технологии производства, создания новых товаров, освоения новых рынков и т. д.

Именно такие постоянные инновации, которые осуществляются в производственном процессе, в механизме реализации продукции, являются, по Шумпетеру, главным источником прибыли. Но поскольку на рынке существуют «толпы предпринимателей», данная монопольная ситуация (эффективная монополия) не вечна. Конкурентный рыночный механизм автоматически ведет к внедрению аналогичных инноваций другими предпринимателями (при этом те, кто не делает этого, просто «выбывают из игры») и к переходу всего хозяйственного кругооборота на «новую траекторию».

Развитие, по Шумпетеру, – это построение новых комбинаций из имеющихся в распоряжении предпринимателя производственных ресурсов. «Осуществление новых комбинаций» охватывает, согласно Шумпетеру, пять случаев:

1. Создание нового продукта («потребительского блага»);

2. Внедрение нового метода производства;

3. Освоение нового рынка сбыта;

4. Получение доступа к новому источнику сырья;

5. Создание новой формы организации фирмы (в том числе обеспечивающей монопольное положение фирмы на рынке или подрыв чужой монополии).

Именно эти конкретные формы экономических изменений он и рассматривал как развитие. На уровне макроэкономики развитие имеет место в случае массового осуществления предпринимателями «новых комбинаций».

Необходимым условием экономического развития является развитость кредитного рынка и доступность кредита для предпринимателей. Схожие идеи, связанные с ролью кредита в развитии экономики, присутствовали в рамках немецкой исторической школы, в частности у Бруно Гильденбранда. Наличие кредита позволяет отказаться от накопления первоначального капитала и тем самым облегчает новаторам доступ на рынок для практической реализации идей.

В теории Шумпетера не было сокращающихся доходов по отношению к новации, но, несмотря на это, в своей теории он рассматривал долгосрочные факторы, которые тормозили рост благосостояния. В большей мере эти факторы зависят от социально-культурных изменений:

1) рост предприятия приводит к замене предпринимательских функций менеджерскими, т. е. скорее к администрированию, чем к творчеству. Менеджеры, в свою очередь, менее склонны к новациям;

2) рост производства не «успевает» за ростом в целом, а, как следствие, постоянно высокая индустриальная концентрация и высокая прибыль ослабляют стимулы к новациям;

3) развитие капитализма приводит к краху общественных и семейных отношений и по мере развития становится обузой для интеллигенции и в дальнейшем приводит к изменению в семейных отношениях и снижению доли предпринимателей;

4) в конечном счете поток идей иссякает, что ведет к цикличности экономического развития, снижению темпов роста и кризисам. [5]

В целом такая последовательная стадия сменяющих друг друга циклов эффективной монополии и эффективной конкуренции и обеспечивает экономический рост на новой спирали развития.

 

 


2.КЕЙНСИАНСКАЯ И НЕОКЕЙНСИАНСКАЯ ТЕОРИИ ЭКОНОМИЧЕСКОГО РОСТА

С победой маржиналистской революции в экономической теории возобладал статический равновесный подход, и интерес к проблемам роста снизился. Предметом господствующего направления в экономической теории стало распределение уже созданных редких ресурсов между областями их применения. Кроме того, в период с 1871 по 1914 г. экономический рост был для теоретиков скорее презумпцией, чем проблемой. На первый план и в теоретических дискуссиях, и в политических спорах в это время также выходит проблема не роста, а распределения

В частности, как отмечает М. Блауг, отношение к такому фундаментальному вопросу как экономический рост у теоретиков маржинализма было вполне спокойным, если не сказать равнодушным. «…такой автор, как Маршалл, полагал, что экономический рост будет поддерживаться автоматически, если «свободная» конкуренция в сочетании с минимальным государственным контролем обеспечит подходящую социологическую среду. В результате экономическая теория осталась без концепции роста или развития» [1, c. 650].

Достаточно сказать, что большинство экономистов-неоклассиков разделяло так называемый закон рынков Сэя, постулировавший конечное равенство совокупного спроса и предложения. Соответственно в области экономической политики символом веры неоклассического направления стала небезызвестная французская максима "laissez-faire", которую Баумоль не без юмора трансформирует в энглизированную формулу "анархия плюс констебль". Кризис неоклассического направления со всей очевидностью обнаружился в ходе Великой депрессии: приверженцы этого направления оказались не в состоянии дать сколько-нибудь убедительные ответы на вопросы, поставленные самой жизнью. Во-первых, почему возникла Великая депрессия; во-вторых, что необходимо предпринять, чтобы из нее выйти; в-третьих, что нужно делать для предотвращения хозяйственных катастроф, подобных той, какую мировой капитализм пережил на рубеже 1920 -1930-х годов?

Общепризнано, что из кризиса, вызванного Великой депрессией, западную экономическую теорию вывела кейнсианская революция. [13]

Кейнсианская теория роста имеет более солидный список персоналий, к которым следует отнести самого Дж. М. Кейнса, Р. Харрода, Е. Домара, Дж. Робинсон, Н. Калдора, Л. Пазинетти. Дж. Кейнс не расширял свою теорию равновесия в теорию роста, но именно его «Общая теория занятости, процента и денег» легла в основу всех последующих теорий.

Ключевым фактором кейнсианской модели является эффективный спрос, и именно расширение совокупного эффективного спроса должно способствовать экономическому росту. Фактически Кейнс делает упор не на факторы предложения, свойственные классическому подходу, а на факторы спроса.

Результаты, полученные Дж.М. Кейнсом, позволяют констатировать: чем богаче страна, тем большая часть возросшего национального дохода сберегается и меньшая - потребляется. Поэтому в промышленно развитых странах величина мультипликатора небольшая и наблюдаются устойчивые темпы экономического роста. Если же страна бедна, то почти весь возросший национальный доход будет потребляться, вызывая сильный мультипликационный эффект, т. е. воздействие изменений инвестиций на экономику будет гораздо более существенным.

Тем самым Кейнс фактически предложил ряд направлений воздействия государства на экономический рост:

-   перераспределение доходов в пользу лиц с меньшей склонностью к сбережениям (за счет прогрессивного налогообложения и трансфертов);

-   воздействие через монетарную политику на рыночную процентную ставку с тем, чтобы повысить привлекательность инвестиций;

-   осуществление значительных госрасходов с целью расширения совокупного спроса, в том числе и за счет мультипликативного эффекта. [5]

Модели роста Е. Д. Домара и Р. Ф. Харрода представляют первую попытку обобщить процессы, рассматриваемые в рамках кейнсианской модели, распространив их с краткосрочного периода на долгосрочный. В модели Кейнса рассматриваются условия формирования равновесного уровня национального дохода, тогда как в моделях, предложенных Домаром и Харродом, изучается совокупность условий, обеспечивающих равновесный или устойчивый темп роста национального дохода.

Так, модель устойчивого роста Домара описывает условия, обеспечивающие такой темп роста дохода, который необходим для полной загрузки увеличивающегося основного капитала, а такой подход предполагает совместное рассмотрение мультипликационного эффекта инвестиций и их влияния на расширение производственных мощностей. Модель Харрода несколько перемещает акценты, выдвигая в центр анализа последствия прироста индуцированных инвестиций - инвестиций, которые были вызваны (по крайней мере частично) ростом дохода в результате действия принципа акселерации. В качестве "побочного продукта" такого воздействия у Харрода выступает рост сбережений, связанный с увеличением дохода. В результате исследований Домара и Харрода была разработана модель, в рамках которой удалось интегрировать описание процессов мультипликации и акселерации; такая модель позволяет определить темпы роста дохода, необходимые для поддержания равенства между намечаемыми сбережениями и инвестициями. Оба эти подхода, как мы увидим, неизбежно оказываются двумя сторонами одной и той же медали, поскольку подлинно равновесный темп роста предполагает полное использование капитала в той же мере, как и равенство намечаемых сбережений и инвестиций.

Исследования Домара на несколько лет предвосхитила ставшая теперь знаменитой модель экономического роста Харрода. Последний сосредоточил свое внимание на четкой формулировке в явном виде условий равновесия намечаемых сбережений и инвестиций в расширяющейся экономике. Модель Харрода, основанная на принципе акселерации, к тому же отражала положения теории инвестиционного спроса. В анализе Харрода равновесие сбережений и инвестиций должно рассматриваться в общем контексте экономического роста потому, что, во-первых, сбережения являются функцией от уровня дохода и, во-вторых, капиталовложения (в силу принципа акселерации инвестиционного спроса) представляют собой - по крайней мере частично - функцию от прироста дохода. Но если условием осуществления инвестиций служит увеличение дохода, то вслед за повышением дохода будут расти и сбережения. Следовательно, поддержание равновесия между (намечаемыми) сбережениями и инвестициями требует также увеличения инвестиций. Проблема заключается в следующем: как определить темп роста, способный обеспечить указанное равенство.

Кроме понятия гарантированного темпа, Харрод ввел в литературу, посвященную проблемам экономического роста, другое, не менее известное понятие - естественный, достигающий предела  темп роста. Последний представляет собой такой темп роста, который в условиях полной занятости определяется темпами роста предложения труда и темпом роста производительности труда, представляя собой сумму этих величин. Иначе говоря, естественный темп – это максимальный темп роста, которого может достичь экономика при заданных возможностях расширения предложения труда и повышения его производительности. Во избежание недоразумений, которые может вызвать термин "естественный", необходимо подчеркнуть, что в модели Харрода (в противоположность другим моделям) этот темп роста складывается не в результате свободного взаимодействия рыночных сил: речь идет лишь о максимальных темпах расширения производства. Необходимо также отметить, что естественный темп роста - это темп роста экономики в условиях полной занятости, в отличие от гарантированного, или равновесного, темпа экономического роста, который предполагает иное условие - хозяйственное развитие при полной загрузке производственных мощностей. [14]

В центре внимания Харрода находилось различие между естественным и равновесным (или гарантированным) темпами экономического роста: ведь из его модели следует, что равенство между указанными темпами - просто дело случая. Если же естественный и равновесный темпы различаются между собой, это - в зависимости от обстоятельств - может повергнуть экономику в состояние долговременной стагнации или столь же долговременной инфляции.

Так, если темп гарантированного роста оказывается выше естественного, экономика будет тяготеть к долговременному застою. Причина этого заключается в следующем: после того, как исчерпаны все возможности дополнительного предложения трудовых ресурсов, фактический темп роста просто не может достичь уровня "гарантированных" темпов, поскольку экономика сталкивается с недостатком намечаемых инвестиций - инвестиций, вызванных к жизни благодаря акселерационному эффекту. Намечаемые сбережения неизменно будут превышать планируемые инвестиции; в результате этого размеры совокупного предложения будут превышать совокупный спрос, что и обусловит развитие процессов стагнации. Вместе с тем, как отмечалось выше, существуют пределы увеличению темпа роста, налагаемые наличием трудовых ресурсов, а следовательно, темпы фактического роста могут превышать естественный темп лишь на протяжении коротких периодов. Следовательно, траектория фактического роста, как правило, должна лежать ниже траектории равновесного роста.

В обратной ситуации, когда естественный темп роста Харрода превышает гарантированный, экономика попадает в полосу затяжной инфляции. Показав, что фактический темп экономического роста в таких условиях будет постоянно стремиться превзойти гарантированный, или равновесный, темп, Харрод заключает, что возникающий в этом случае хронический избыток (по сравнению с планируемыми сбережениями) намечаемых инвестиций - инвестиций, которые обусловлены действием акселерационного эффекта, - и обнаруживающаяся в этом случае напряженность в использовании производственных мощностей вызовут к жизни долговременные инфляционные тенденции.