Ирина Эланс

Автор который поможет с любыми образовательными и учебными заданиями

Эвтаназия как способ уйти из жизни

СОДЕРЖАНИЕ

ВВЕДЕНИЕ…………………………………………………………………3

1 САМОВОЛЬНЫЙ УХОД ИЗ ЖИЗНИ………………………………….5

1.1 Исторический аспект изучения самовольного ухода из жизни (сиуцида)…………………………………………………………………………..5

1.2 Социальные и асоциальные факторы, сопутствующие суициду…..11

1.3 Философский аспект анализа самовольного ухода из жизни (суицида)…………………………………………………………………………15

2 ЭФТАНАЗИЯ КАК СПОСОБ УЙТИ ИЗ ЖИЗНИ……………………18

2.1 Историко-социальный аспект эвтаназии…………………………….18

2.2 Современный философский аспект эвтаназии……………………...23

ЗАКЛЮЧЕНИЕ…………………………………………………………...29

СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ……………………...31

ВВЕДЕНИЕ

При достаточно поверхностном анализе суицида, не вдаваясь пока ни в какие подробности оценки этого явления с точки зрения ключевых для него причин и сопутствующих ему условий можно сделать следующий вывод: самоубийство в качестве проявления дееспособной воли, когда страдающим лицом является сам активно действующий субъект, знающий об ожидающих его результатах и сознательно выполняющий задуманный план насилия, - это феномен болезни сознания, для характеристики, которого нельзя использовать медицинский термин.

Для выяснения истинных причин возникновения феномена самоубийства необходимо рассмотрение его в разных аспектах, а также с учетом различных условий, социального и асоциального характера, сопутствующих суициду и затемняющих его действительную природу. Именно в результате анализа такого рода, в ходе рассуждения от противного: ни одно из условий нельзя считать истинной причиной самоубийства - должен проступить сквозь толщу возможных интерпретаций этого феномена собственно философский аспект исследования корней суицида.

Цель курсовой работы – изучить феномен самовольного ухода из жизни и эвтаназию как один из способов ухода из жизни.

Для полного достижения цели необходимо решить следующие задачи:

1) изучить исторические аспекты изучения самовольного ухода из жизни (сиуцида);

2) рассмотреть социальные и асоциальные факторы, сопутствующие суициду;

3) охарактеризовать философский аспект анализа самовольного ухода из жизни (суицида);

4) раскрыть историко-социальный аспект эвтаназии;

5) раскрыть философский аспект эвтаназии.

Объект исследования – философский взгляд на смерь человека.

Предметом курсовой работы является философский взгляд на самовольный уход из жизни и эвтаназию.

Методы исследования – исторический, философский, аналитический, метод синтеза.

Тема широко освещается в научно-публицистической литературе и научных источниках, что определяется ее актуальностью.

Теоретической базой написания курсовой работы стали труды следующих авторов: Т.Т. Алиева, П.В. Алексеева, Н.Л. Ардашевой, И.П. Красненковой, А.Л. Пулатова, А.А. Радугина, Г.Б. Романовского, Ю.А. Чернышевой, Ю.Н. Филиппова и др.

1 САМОВОЛЬНЫЙ УХОД ИЗ ЖИЗНИ

1.1 Исторический аспект изучения самовольного ухода из жизни (сиуцида)

Самовольный уход из жизни (суицид) - самодеструктивное поведение человека, направленное на намеренное лишение себя жизни, а также отказ от реальных возможностей избежать смерти в критической ситуации. Приходится различать проведение двух типов расследования причин суицида. Выяснение причин и обстоятельств данного конкретного случая и исследование некоторых общих оснований, которые приводят человека к мысли о необходимости безвременно уйти из жизни. Специалисты насчитывают большое количество факторов, имеющих отношение к суицидальным попыткам. Среди них и изменение солнечной активности, и влияние магнитных полей Земли, и загрязнение окружающей среды, накопление определенных морских воздушных масс, циклонов и антициклонов, но наиболее ценными для понимания самоубийства являются социальные, социально-психологические и психологические причины, разрушающие личность человека, его «я» [2, С. 249].

Непосредственные причины, толкнувшие человека на отказ от жизни, как правило, тесно связаны с его ближайшим окружением - семьей, родителями, друзьями. И, наконец, главным звеном в решении вопроса «быть или не быть» является сам человек, от силы его личности зависит, как поведет он себя в кризисном психическом состоянии, какой выбор сделает, столкнувшись с трудностями приспособления к сложным жизненным ситуациями, и не сдастся ли он под влиянием длительных травмирующих психику обстоятельств. Другой важный момент, связанный с проблемой самоубийства, - это временная перспектива. Поиск причин суицида нередко приводит в прошлое человека или общества, в котором он живет, а неопределенность или безысходность будущего часто явный признак или причина стремления к самоуничтожению.

Связь «общество» - «микросоциум» - «я» во временном пространстве «прошлое - настоящее – будущее» в большей или меньшей степени можно проследить во всей истории общественного развития человека. Есть, по крайней мере, два вида самоубийств, прямым образом связанных с социальными причинами [10, С. 207].

В первом случае общество в определенных ситуациях как бы требует от своих членов самопожертвования, и эти социальные нормы заложены в общественных нормах, правилах поведения и неписаных кодексах чести. Добровольное принесение себя в жертву богам во имя общественных интересов в древности существовало практически у всех народов. В голодные годы старики ради сохранения жизни рода лишали жизни себя; нередко жертвы приносились ради прекращения войн, эпидемий, стихийных бедствий. Человеческая жизнь считалась лучшей гарантией успешности многих крупнейших мероприятий, начиная от военных действий и кончая строительством городов, крепостей и других важных объектов (в Японии при постройке моста в основании закапывалась человеческая жертва «хитобашира», чтобы мост был прочным и бог реки не гневался на самоуправство строителей). Определенную долю общественно регламентированных самоубийств составляли добровольные уходы из жизни после смерти «повелителя» - жены и слуги правителей и других высокопоставленных лиц обязаны были разделить участь господина и отправиться в загробный мир, самоубийства же вдов во многих странах являлись свидетельством подлинной любви к мужу и доказательством их верности. В Индии обычай сати - самосожжение вдовы вместе с телом мужа вплоть до 19 в. являлся обязательным ритуалом. Самоубийство женщин ради сохранения своей чести и во избежание насилия и позора также фактически предписывалось общественными нормами поведения. У мужчин существовал другой кодекс чести, требовавший свою долю самоубийств. Один из главных пунктов в нем - это искупление позора от военных поражений. В подтверждение этому служит печально известный сталинский приказ от 1942 года, фактически предписывавший советским воинам в случае угрозы плена совершать самоубийства - попавшие в плен живыми считались предателями [2, С. 250].

Самоубийство в истории общества также рассматривается как способ выражения гнева, протеста против оскорбления, средством восстановления своей чести. До сих пор в некоторых африканских племенах сохранилась такая странная форма защиты своего достоинства: человек, которому нанесено оскорбление, должен по обычаю, взобраться на высокое дерево и публично излив свой гнев на обидчика, броситься вниз головой. В Японии, где власть иерархического подчинения была доведена до предела, во многих случаях самоубийство было единственной возможностью выражения протеста людей, стоявших на низших ступенях иерархической лестницы.

Большинство из этих национально-традиционных форм «общественного поощрения» суицидов стало достоянием историков и этнографов, но обычаи прошлого то и дело вплетаются в современность.

Другим видом самоубийств, непосредственно связанным с социальными причинами, является тот случай, когда общественное положение какой-либо группы людей или конкретного индивида по независимым от них причинам настолько тяжело и невыносимо, что суицид становиться одним из реальных путей избавления от страданий. «Нужда и безработица», «бесплодность и беспросветность борьбы за существование» - эти слова стали штампами и уже давно связываются с причинами самоубийств. Известно, что в целом экономическое положение общества очень сильно отражается на кривой суицидов. Другие социальные причины более опосредованно влияют на добровольный уход из жизни. Существует мнение, что в технически высокоразвитых странах вероятность самоубийств резко возрастает, также процент самоубийств в городах в 2 раза больше, чем в сельской местности. В целом научно-технический прогресс, увеличивающий разделение труда и дифференциацию различных слоев общества, способствует развитию процесса отчуждения у человека и зачастую вызывает ощущение «винтика» в огромной машине цивилизации, не обладающего ценностью собственной жизни [10, С. 213].

Во время же войн и революций, когда наблюдается действие механизма переноса накопленной агрессии против своего «я» на других людей, принадлежащих к «лагерю врагов», кривая самоубийств ползет вниз. С другой стороны практически невозможно подсчитать количество людей добровольно стремящихся уйти от жизни в такие периоды, ведь в военное время нет недостатка в ситуациях, когда человек, стремящийся покончить с жизнью, отказывается от реальных возможностей избежать смерти. Да и смерть в эти периоды истории является настолько обычным явлением, что преднамеренность некоторых случаев не является предметом изучения.

Среди общественных условий, влияющих на самоубийства, особую роль играют некоторые культурные явления. Например, появление «Вертера» Гёте в 1774 году, в котором описаны жизнь и смерть от несчастной любви юного Вертера, породило целую эпидемию самоубийств. Средства массовой информации множат этот эффект заражения вирусом самоубийства, основанный на подражании кумирам. Смерть Курта Кобейна в 1994 году - солиста популярной группы «NIRVANA» повлекла за собой целый ряд самоубийств среди молодежи.

Одна из главных тенденций, прослеживающихся в процессе развития общества, это связь самоубийств с общественно-политической обстановкой в стране, и здесь четко просматривается закономерность уменьшения суицидов при общественном подъеме, при оживлении в политике, экономике и культурной жизни общества и увеличения суицидов при общественных спадах. Потеря же надежд после общественного подъема, как правило, усугубляет кризис общественного сознания, угнетающе действует на членов общества и способствует добровольному отказу от жизни наиболее слабых его членов.

Особенно сильно это проявляется в обществе, переживающем упадок и не имеющем перспектив для развития. Общество без будущего представляет неистощимый источник для самоубийц.

Позитивно суицид оценивался некоторыми древними сообществами людей периода родоплеменных отношений, такими, например, как древние скандинавские племена с их идеологией альтруистического самоубийства стариков, освобождающих племя от неутешительных забот о дряхлеющей старости, или готы с существовавшей у них «скалой предков», с которой бросались из-за страха перед естественной смертью. Суицид оценивался не только позитивно, но и приобретал эффект эстетизации в ритуальных формах Харакири (Япония) и Сати (Индия). Античный мир периода правления римских императоров и борьбы политических партий и группировок знает немалое число самоубийств римской аристократии по политическим мотивам.

В Индии, наоборот, давняя традиция сати «живительный» источник самоубийств. Она предписывает жене после смерти мужа совершить сожжение на его кремационном костре. Из-за этого обычая процент самоубийств женщин в Индии в несколько раз выше, чем у мужчин.

Негативная оценка явления суицида все-таки имеет более устойчивый и массовый характер по сравнению с позитивной на протяжении всего существования известной нам человеческой цивилизации.

Так, в частности, народы Ближнего Востока - Древняя Персия и Вавилон строго осуждали самоубийство, исходя из священных заповедей «Авесты» (книги основных догматов религии зороастризма); древний иудейский мир вообще практически не знал такого рода насилия, что дало право социологу Э. Дюркгейму без всякой иронии заметить: «еврейство - это как раз та религия, в рамках которой склонность к самоубийству имеет наименьшую величину» [6, С. 29].

Христианство осуждает самоубийство в качестве следствия впадения в смертный грех уныния, а также как форму убийства в нарушение заповеди «не убий!».

Эпоха «первых христиан» практически не знает самоубийства (Новый Завет дает в качестве примера две судьбы: отчаявшегося получить прощение своему предательству самоубийцы Иуды и преодолевшего отчаяние троекратного отречения от Христа апостола Петра).

Век Просвещения в лице Д. Юма и Ж. Ж. Руссо сломал представление об абсолютной неприемлемости цивилизованным человечеством права человека на смерть. Логическим завершением такого по существу атеистического взгляда на самоубийство в истории человеческой культуры явилось принятие советским законодательством в 1922 году в России статьи 148 Уголовного кодекса, совершенно исключающей наказуемость самоубийства и покушения на него и карающей лишь за содействие или подговор к нему [10, С. 215].

Следует отметить, что Россию отличало от многих европейских государств более взвешенный и дифференцированный подход к этому явлению общественной жизни: законы, карающие самоубийство, постоянно уточнялись и дополнялись. Так, например, до проведения реформ Петром Великим предусматривался только суд церкви и никакой уголовной наказуемости за покушение на самоубийство или за самоубийство. Первые формы наказуемости сознательного суицида появляются в военном уставе Петра Первого за 1716 год. Позже по русскому законодательству классифицировались 2 вида самоубийства: суицид, совершенный в состоянии вменяемости (уголовно наказуемо), и в состоянии невменяемости (ненаказуемо), причем меры, предпринимаемые в отношении сознательно покушавшихся на собственную жизнь, постоянно смягчались (см. Уложения о наказаниях 1845, 1857, 1866 и 1885 годов). Не подвергались в соответствии со статьей 1474 Уложения наказанию лица, которые пошли на смерть по великодушному патриотизму ради сохранения государственной тайны или из желания сохранить честь и целомудрие (самоубийцы такого рода не лишались церковного погребения, все их распоряжения оставались в силе).

В советское время был ликвидирован сектор социальных аномалий при Центральном статистическом Управлении. В этот период нашей истории существовала официально признанная статистика только по доведению до самоубийства, она обнаруживала странные демографические перекосы: большинство такого рода самоубийств совершалось в сельской местности (более 51 процента), несмотря на то, что суицид в мире преимущественно явление городское; уровень образования самоубийц был в основном средний, или неполный средний, тогда как феномен сознательного суицида чаще фиксируем в высоко интеллектуальной среде (в царской России, например, это офицеры флота, представительницы высших женских учебных заведений, известные поэты, художники и т.д.); по своему социальному статусу советские самоубийцы - это чаще всего колхозники или домохозяйки.

1.2 Социальные и асоциальные факторы, сопутствующие суициду

Обычно выделяют факторы асоциального характера (у Дюркгейма они названы «космическими факторами») такие как время года, дня, а также пол и возраст.

Давно уже принято считать одним из фундаментальных теоретических вопросов социологии и одновременно суицидологии существование ряда социальных (демографических) констант, в число которых входит странное соотношение 1:3, означающее, что в мире на одну женщину-самоубийцу приходится в среднем три мужчины (не означает ли это эволюционное сохранение той особенности, что более рациональная природа мужчины склонна к сознательному суицидальному акту в большей степени, чем «хаотическая», более защищенная инстинктом самосохранения и сохранения рода, природа женщины).

Параллельно с прояснением проблемы «мужского» характера суицида вновь встает проблема соотношения между суицидом и сумасшествием, т.к. если самоубийство - не женское, как правило, преступление, то сумасшествие как раз имеет в статистическом плане женский характер, что позволило в свое время Э. Дюркгейму высказать странное предположение о том, что «идиотизм предохраняет от самоубийства» [7, С. 15].

Кроме того, что суицид преимущественно «мужское явление», хотя женщины и опережают мужчин по числу суицидальных попыток, он еще и явление «молодое», т.к. суицидальный возраст без различия пола, национальности, места проживания - это 19-40 лет, т.е. период наибольшей жизненной активности человека. Коррективы в эту константу не внес ни «помолодевший» суицид в США и Европе, начиная с конца 60-х годов нашего века, ни искаженная статистика советского периода в нашей стране, ни культурологические исследования истории анализируемого феномена. Например, когда в странах Европы, США, Канаде, Японии и Австралии стал наблюдаться неизменный рост суицидальных попыток в молодежной среде, а смертность от самоубийства стала третьей ведущей причиной ухода из жизни молодых людей в возрасте от 14 лет и старше, то суицидальный «всплеск» опять-таки пришелся на наиболее «сознательный» возраст (сохраняется по сей день) от 20 до 24 лет [7, С. 16].

Время и сезон сознательного суицидального деяния не менее странны по своим ведущим характеристикам. Ф. Ницше, Н. В. Гоголь, М. М. Пришвин не однажды отмечали особое влияние на психику человека «слепящего» полдня.

Именно полдень составляет наиболее опасное в плане суицидальных попыток время суток выдающийся русский космист А. Л. Чижевский писал о причинах «весенних кризисов» в человеческом сообществе. Чижевский настаивал на том, что воздействие окружающей Среды на нашу психику несравненно глубже, чем это представляется обыкновенно с позиций последовательного антропоморфизма.

Он делал вывод о предрасположенности живого организма в периоды сезонной солнечной активности к «резким и бурным» психическим переживаниям, включая суицид.

Если взять статистику только в течение ХХ века, то наиболее опасным временем года будут, как их называют суицидологи, «убийственные месяцы» - май и июнь, современные американские исследователи отмечают сезон - весна.

«Убийственные часы» - с утра до полудня, т.е. до 12.00, либо от 13.00 до 15.00.

Гениальность также накладывает печать неврастении, поэтому неслучаен искус самоубийством у таких известных личностей как Байрон, Гёте, Бетховен, Жорж Санд, Л. Н. Толстой, А. А. Фет, Н. В. Гоголь и др.

Особую роль в современных обществах, безусловно, играют средства массовой информации, влияющие на заразительность и коллективный характер суицида.

Учитывая заразительность суицида, легко перерастающего в психическую эпидемию на грани болезни и здоровья, можно сделать вывод о серьезной опасности влияния на психику современного человека mass media во всех его возможных на сегодняшний день формах [6, С. 30].

К социальным факторам, сопровождающим суицид, обычно относят урбанизацию населения, влияние средств массовой информации, заразительность и коллективность самого феномена самоубийства, ослабление института семьи и разрушение ее внутренней гармонии, специфику национальной окраски данного явления, а также определенную связь с характером вероисповедания определенных народов.

Внутреннее противоречие, скрытое в просвещенческом истолковании индивидуальной свободы личности имело печальные последствия, т.к. по существу разрешало человеку ошибаться, как ему заблагорассудиться, но, даруя право на ошибку, не решало тех мучительных внутренних проблем, которые ставят личность на грань между жизнью и смертью, обрекая на выбор последней, что собственно и подтвердил печальный опыт законодательства в нашей стране.

Сквозь толщу условностей, обрядов, обычаев, традиций проступает биение живого пульса личности, помещающей себя в рискованные обстоятельства («пограничную ситуацию» между жизнью и смертью), путеводной же звездой такой личности выступает специфика человеческого сознания, его способность к рефлексии, связанность в нем интеллекта с волевым началом (или «практический разум», в терминах И. Канта) [7, С. 20].

Значительная часть самоубийств совершается психически здоровыми людьми в результате социально-психологической дезадаптации личности в условиях «микросоциального конфликта».

Необходимо отметить, что, как представляется, «микро» может стать «макро» - конфликтом, если использовать оценку социальной регулируемости поведения личности, данную в начале нашего века Э. Дюркгеймом. В частности, с точки зрения известного французского социолога, для защиты общества от всплесков массового суицида необходимо отчетливо представлять зависимость сознательного покушения на свою жизнь от степени социальной интегрированности личности. Имеется в виду как возможность жесткой, предельной регуляции поведения личности со стороны общества, так и «слабая» регуляция персонального поведения (варианты заброшенности детей в семье, отсутствие уголовной наказуемости суицида в обществе) как следствие, «аномический суицид» (особенно в среде подростков, эффект разобщенности, отчуждения) [6, С. 22].

Обе крайности, по мысли Дюркгейма, одинаково опасны в плане провоцируемости сознательного суицида. Подтверждает данную мысль и существование как эгоистического, так и альтруистического характера самоубийства, которые совершают либо асоциальные личности, либо излишне интегрированные (например, солдат-самоубийца, бросившийся на гранату, спасая жизнь своего товарища).

Сознательный суицид преимущественно асоциален (чем менее интегрирована личность, тем более подвержена она суицидальным настроениям), глубоко эгоцентричен (статистика показывает значительное преобладание «эгоистического» самоубийства над «альтруистическим»), обусловлен не только рядом внешних условий, но и рядом скрытых от посторонних глаз внутренних индивидуальных причин. За дебрями всевозможной статистики часто упускается главное - личностный, неповторимый характер всякого сознательного сведения счетов с жизнью [7, С. 17].

Человек, обладающий свободой «От» принятия самостоятельно решений, реже подвергает себя риску самоубийства. В каком-то смысле господин чаще кончает собой, чем раб на протяжении всей человеческой истории; богатый чаще сводит счеты с жизнью, чем бедный; склонный к рефлексии интеллектуал чаще подвержен суицидальным настроениям, чем простой рабочий. Степень социализации человека проявляет себя не в пользу самоубийцы, однако подлинная индивидуальная свобода оказывается важнее для человечества, чем рабство в любых его исторических формах, ибо именно борьба за свободу личности в обществе часто оплачивается кровью героев.

1.3 Философский аспект анализа самовольного ухода из жизни (суицида)

По существу, и Достоевскому, и Джемсу удалось определить парадигму «несчастного сознания» самоубийцы-интеллектуала, заключенную в двух основных несоответствиях человека и мира:

1) тоска по гармоничному устройству мира, по тому, что «за пределами природы» существует дух, и полная невозможность доказать существование разумного начала вне человека;

2) тоска о Боге как всемогущей личности при невозможности доказать его бытие [6, С. 31].

По Камю, самоубийство - один из способов борьбы с абсурдом бытия, один из методов познания мира. «Дойдя до своих пределов, ум должен вынести приговор и выбрать последствия. Таковыми могут быть самоубийство и возражение». Но просто самоубийство так же абсурдно, как и сама жизнь, не имеющая цели (смысла). А вот смерть-самопожертвование - есть деяние с гармонизирующей основой. Самоубийство как бунт против непознаваемости мира бесплодно, ибо «самоубийство есть полная противоположность бунта, так как предполагает согласие... На свой лад самоубийство тоже разрешение абсурда, оно делает абсурдной даже саму смерть».

Можно выделить три формы суицида:

- истинный (когда человек действительно хочет убить себя);

- аффективный (с преобладанием эмоционального момента);

- демонстративный (самоубийство как способ привлечь внимание к своей личности) [6, С. 30].

Первый в основном характерен для мужчин, второй и третий - для женщин. Причем истинный суицид, как правило, «удается» самоубийцам.

По мнению академика А. Амбарцумовой: «Самоубийство - это социально-психологическое состояние личности в условиях неразрешенного конфликта, реализация вполне осознанного желания добровольно уйти из жизни. Поэтому неверно считать всех самоубийц сумасшедшими».

Причин суицида много. Например, для мегагорода (например, Москвы) очень характерна такая причина, как одиночество, которое в сочетании с городскими суперстрессами социально-экономического характера приводит очень многих к роковому концу.

Играет свою зловещую роль пресловутый микроконфликт: претензия личности к личности. Мы попросту не умеем нормально, по-доброму общаться друг с другом».

Американский психолог из Колумбийского университета Джеффри Янг называет одиночество младшей сестрой депрессии. Не каждый одинокий человек страдает депрессиями, но каждый, кого они мучают - одинок. А от депрессии до самоубийства путь порой бывает короче, «чем из прихожей в комнату, к телефонному аппарату».

Проблемы молодых людей, как юношей, так и девушек, связаны в первую очередь с тем, что они не могут найти себе партнера или же не в состоянии наладить с ним такие отношения, которые удовлетворяли бы обоих. Среди людей старшего возраста это в основном женщины, у которых вдруг опустел дом, когда выросшие дети вылетели из гнезда, или которых оставил муж.

«Одиночество потому воспринимается как нечто ужасное, - объясняет доктор психологических наук Регула Фрейтаг, работающая в Обществе по предотвращению самоубийств (Германия), - что мы никак не можем понять: это состояние вообще присуще человеку. Любому из нас знакомо чувство, что он один на всем белом свете, что возможности выразить себя, как-то заявить о своем «я» в принципе очень ограниченны. Людям было бы неприятно это сознавать, и мысли об одиночестве они подсознательно стараются подавлять» [7, С. 23].

2 ЭФТАНАЗИЯ КАК СПОСОБ УЙТИ ИЗ ЖИЗНИ

2.1 Историко-социальный аспект эвтаназии

Одним из важнейших личных прав и свобод, обеспечивающих само физическое существование человека как биологического существа и его социальный статус как субъекта правовых отношений, является право на жизнь.