Философия абсурда А.Камю
Введение.
Во французской философии середины ХХ века проблема абсурда становится чуть ли не одной из важнейших. Эта проблема связана, в первую очередь, с философией экзистенциализма, и, соответственно, с творчеством Ж. П. Сартра и А.Камю. Именно с их легкой руки философия экзистенциализма нашла воплощение в литературе. Такое сочетание литературы и философии является явлением новым, ведь литература Франции, как ни одна другая, смогла приблизиться к философии. Философичность литературы - это давняя традиция, которая развивается еще со времен Средневековья и Возрождения, а в эпоху Просвещения она достигла значительного взлета. Стоит назвать хотя бы имена Ж.-Ж. Руссо, Монтескье, Д. Дидро, Вольтера и др. Именно во Франции зародился жанр эссе, который функционирует на стыке философии и литературы, а Камю был художником - эссеистом.
Стоит отметить, что Камю не стремился к творению философских систем. Камю тяготеет к образному типу мышления, которое прослеживается и в его эссе.
Камю неоднократно повторял, что он не является философом. Еще в молодом возрасте Камю записал в своих записных книжках: «Думают только обидами. Хочешь быть философом - пиши романы».
Проблема абсурда у Камю раскрывается в его философских трудах, а также в художественных произведениях: драматургии и прозе. Сами лишь философские труды не дают достаточного понимания этой проблемы философом. Лишь рассмотрев в комплексе все творчество Камю, можно иметь достаточный материал для анализа.
Творчество А. Камю можно разделить на несколько этапов. Эволюцию творчества Камю проследить не трудно, - изменение его философских взглядов непосредственно связано с историческими обстоятельствами. Камю сам сделал попытку разделить собственное творчество на определенные этапы (Записные «книжки», 1947р.).
Первый этап своего творчества Камю именовал этапом «Абсурда». Это произведения написаны во время войны и к ее началу. К ним принадлежат: «Калигула», «Посторонний», «Миф о Сизифе».
Вторым этапом является «Бунт». Этот этап образуют произведения: «Чума», «Праведные», «Бунтующий человек».
Третий этап – произведения, написанные в 50-ые годы. В записных книжках А. Камю он не имеет названия. Это произведения: «Падение», «Изгнание и царство». Без внимания остались лишь ранние лирические эссе: Камю считал их незрелыми.
Поскольку тема моей курсовой работы ограничена лишь философией абсурда, то к рассмотрению мы возьмем произведения первого этапа, но в контексте всего творчества А. Камю.
Проблемой абсурда в творчестве А. Камю интересовались, начиная со времени написания его ранних произведений. Во-первых, это была не только достаточно новая проблема, но и актуальная, во-вторых, у Камю проблема абсурда нашла достаточно интересное и неоднозначное толкование.
Камю вознес проблему абсурда до уровня важнейших проблем человечества. В философской науке есть уже определенное количество исследований философии абсурда у Камю. Многие из исследований стоят, как и само творчество Камю, на грани философии и литературоведения, и стремятся охватить при анализе все творчество во всех ее аспектах.
Наиболее интенсивно занимались этой проблемой в 70е, 80е годы. Однако в России, особенно в последние годы, имя этого французского писателя и философа было однозначным и полузапретным. Это объясняется тем, что его творчество, по мнению многих литературоведов, не отвечало интересам общества и, более того, было направлено против него. Особенно большие претензии предъявлялись к предвоенному циклу, который сам Камю назвал «Абсурд». В связи с этим, исследовательских работ по творчеству писателя в настоящей стране очень мало. В имеющихся же работах, внимание исследователей, как правило сосредоточено на позднем творчестве писателя или на содержании его работ, не затрагивается философский аспект.
Также философ в своем творчестве затрагивает проблемы, имеющие огромное значение и в наше время: проблемы самоубийства и пути выхода из него и смысла жизни.
Таким образом, актуальность темы моей курсовой работы обусловлена:
- Необходимостью целостного осмысления проблемы абсурда человека в творчестве Камю;
- Нестабильным и тревожным положением в современном обществе, которому свойственны проблемы, рассматриваемые Камю в своем творчестве.
Цель моей курсовой работы является рассмотрение философии абсурда А.Камю благодаря исследованию понятия абсурда в теоретических трудах Камю ( в частности, в «Мифе о Сизифе») и исследованию философию абсурда в литературе.
Достижению этой цели подчинены решаемые в работе задачи:
- познакомиться с первоисточниками и провести их анализ;
- разъяснить появление проблемы абсурдности человека в творчестве философа;
- определить, что вкладывает А. Камю в понятие «абсурда»;
- проследить, как представлена проблема абсурдности человека А. Камю в философии на примере эссе «Миф о Сизифе» и в литературе и театре на примере романов «Счастливая смерть», «Посторонний» и трагедии «Калигула». Методологической основой моей курсовой работы является анализ философских идей и проблем, рассматриваемых А.Камю в своих трудах;
- Обозначить свои философские идеи на основе анализа философии абсурда А.Камю.
Объектом моего исследования являются труды Камю, предметом исследования является философия абсурда.
Глава 1. Биография А. Камю.
Детство
Камю прошло в бедняцких предместьях
Алжира. Он родился 7 ноября 1913г. в семье
сельскохозяйственного
Став студентом Алжирского университета, где он занялся древнегреческой философией, Камю одновременно включился в просветительскую работу. Он организует в 1935г. передвижной Театр труда, где пробует себя и как драматург, и как актёр, и как режиссёр. Состоя в комитете содействия Международному движению в защиту культуры против фашизма, он возглавляет алжирский Народный дом культуры, сотрудничает в левых журналах и газетах. Выходят в свет и первые две книжки коротких лирических эссе Камю «Изнанка и лицо» (1937) и «Бракосочетания» (1939), - навеянных спорами в кружке его тогдашних друзей о языческих, дохристианских заветах древних культур Средиземноморья.
Весной 1940г. Камю перебрался в Париж и устроился там работать в одну из крупных газет. Свободные часы он посвящает своим рукописям, начатым ещё в Алжире. Среди них – в основном сложившаяся уже к1938г. трагедия «Калигула»; текст так и не доведённого до печати романа «Счастливая смерть»; наброски философского эссе «Миф о Сизифе»; повесть «Посторонний», которой суждено было вскоре принести Камю широкое признание. Она была закончена к маю 1940г. Однако, прежде чем попасть в типографию и выйти летом 1942г., ей предстояли скитания в вещмешке Камю по дорогам поражения. В июне 1940г. «странная война» завершилась разгромом Франции. Отступление забросило Камю в Клермон-Ферран, потом в Лион, городе Оране. Здесь дописывался «Миф о Сизифе» (напечатан в 1942г.), тогда же в черновых тетрадях Камю появляются первые заготовки к хронике-притче «Чума».
Когда во Франции и за её пределами бескровные, но яростные сражения «холодной войны» в очередной раз потребовали от деятелей культуры твёрдо самоопределиться и в том или другом стане, Камю попробовал уклониться от чёткого выбора. Столь шаткая межеумочная позиция отчасти его верой в могущество своего писательского слова: «Чума» (1947), театральная мистерия «Осадное положение» (1948) и пьеса «Праведные» (1949) принесли ему международную славу. Но ещё больше его утверждала в своей правоте мысль о том, что он глашатай множества разрозненных одиночек, которые в мире, расколотом на лагери, ведут поиски собственного срединного пути. Принадлежа к кругу Сартра – хотя и не придерживаясь умозаключений «философии существования», экзистенциализма, а лишь разделяя умонастроения, её питавшие, - Камю рисовал себе оплотом вольности и правды, живым укором роду людскому, отравленному «цезаристски-полицейским угаром».
Жаркие споры по поводу выпущенного Камю в 1957 г. философского памфлета «Бунтующий человек» поссорили его с Сартром и левыми интеллигентами во Франции. В этом пространном эссе вина за казарменные извращения и злоупотребления властью в пореволюционных государствах возлагалась на сами революционные учения, а не на отход от их освободительных заветов, на коварство политической истории ХIХ–ХХ веков – неоднократно повторявшееся в ней «перерождение Прометея в Цезаря». Во избежание подобных сокрушительных срывов Камю предписывал строжайше ограничиваться осторожной починкой исподволь отдельных взрывоопасных узлов той самой цивилизации, которая, по его же приговору, после Хиросимы «спустилась на последнюю ступень варварства». Заключение Камю о серьёзности застарелых недугов, очевидно, разошлось с его предписаниями, как их лечить. В конце концов, он был уже не в силах скрыть от себя, что запутался, попросту сбился с дороги. Протесты, протесты, протесты против всех и вся, отлучения, перемежаемые благими пожеланиями, - так выглядит большая часть публицистики Камю, собранная им в трёх книгах его «Злободневных заметок» (1950, 1953, 1958).
Однако Камю был слишком прочно прикован, как он заверял в речи по случаю вручения ему Нобелевской премии за 1957 год, к «галере своего времени», чтобы с лёгкой душой позволить себе не «грести вместе с другими, даже полагая, что галера провоняла селёдкой, что на ней многовато надсмотрщиков и что, помимо всего, взят неверный курс». Очутившись в ловушке такого рода, он мучительно метался, тосковал в книге лирических эссе «Лето» (1954) по минувшим дням молодости в Алжире, впадал в надрывное покаяние потерявшего себя и потерянного для других изгнанника. Повесть «Падение» (1956) и сборник рассказов «Изгнание и царство» (1957) – горькие, во многом исповедальные книги, внушённые подозрением в каком-то непоправимом просчёте, заведшем его туда, где ему смолоду менее всего хотелось бы очутиться. Зато как раз тогда на Камю обрушился водопад похвал, почестей, восторгов. Их и прежде хватало, но теперь они шли с другой стороны и имели особый оттенок. В кругах официозных Камю нарекли «совестью Запада» - не очень-то лестный титул для «мятежника», гордившегося своей рабочей закваской. В последние годы он словно подтверди признание, вырвавшееся у него ещё в одной из первых проб пера: «В глубине моего бунта дремало смирение».
Охранительное
бунтарство позднего Камю самого его
повергало в смятение. И подрывало
писательскую работоспособность. Он предпринимал
шаги, чтобы вернуться к режиссуре, подумывал
о собственном театре, пока суд да дело,
пробовал кое-что ставить, но не свои пьесы,
а сценические переработки «Реквиема
по монахине» Фолкнера (1956) и «Бесов» Достоевского
(1959). Когда Камю 4 января 1960г. разбился
на машине, возвращаясь в Париж после рождественских
дней, в ящиках его письменного стола не
нашлось почти ничего годного для печати,
кроме набросков к едва продвинувшейся
повести «Первый человек» и записных книжек.
Глава 2. Концепция абсурда в философии Альбера Камю.
Альбера Камю вместе с Сартром принято определять как самых выдающихся экзистенциалистов во Франции да и во всей Западной Европе. Сам Камю отрицал свою принадлежность к экзистенциализму. В действительности, взгляды Камю и экзистенциалистов Сартра и Хайдеггера во многих вопросах являются скорее оппозиционными. Но, как утверждает Д. Наливайко, «особенно сближает Камю - мыслителя с экзистенциалистами - идея абсурдности бытия».1
Поскольку одной из основных задач экзистенциализма является установление содержания человеческого существования, то естественно, что каждый из философов - экзистенциалистов выдвигал свою концепцию смысла бытия - религиозную, или, наоборот, атеистическую. Камю утверждал, что среди мыслителей, нет ни одного, кто бы отрицал смысл жизни.
Камю считает, что человек открывает важнейшие истины относительно самого себя и мира с помощью чувств. Он ссылается на «тревогу» Хайдеггера и «тошноту» Сартра, обращается к философии С. Кьеркегора и раскрывает фундаментальные вопросы человеческого существования. Следуя за своими предшественниками, Камю определяет единственное ощущение, которое, по его мнению, характеризует бытие человека, - таким ощущением является ощущение абсурдности. Оно способно родиться внезапно, стоит лишь человеку выпасть из ежедневного механического существования и изменится вся жизнь, у индивида непременно возникает вопрос, «стоит ли жизнь труда быть прожитой или она того не стоит»? Ощущение абсурдности, захватив сознание человека хоть раз, может перечеркнуть все другие ощущения. 2 Что же такое абсурд?
Само понятие абсурда в его современном философском значении ввел философский писатель А. Мальро, то есть абсурд, как характеристика существования человека в современном мире. В определенном понимании и Камю, и Сартр считали Мальро своим наставником.
Камю
превратил абсурд в фундаментальное
понятие своей философской
Сам термин «абсурд» ( от лат. absurdus ) означает бессмыслицу, невозможность.3
Камю определил абсурд как «метафизическое состояние человека в мире», следовательно, как основную проблему человеческого бытия. «Для Камю абсурдность не является онтологической категорией, имманентной мирозданию,- она является порождением самоосознания человека в мире».4
В 1940-1941 годах, следом за «Посторонним» Камю взялся за философский труд «Миф о Сизифе», чтобы изложить в логических заключениях свой замысел - проанализировать абсурдность жизни как начало всего, как «отправную точку».
Далее подробнее остановимся на подробном рассмотрении эссе «Миф о Сизифе» для анализа понятия абсурда в творчестве А.Камю.
Начинается эссе с рассуждения об абсурде.
А.Камю еще в начале своего труда замечает, что «страницы, следующие ниже, посвящены распыленному в воздухе нашего века абсурдному жизнечувствию, а не собственно философии абсурда»5. Ощущение абсурда появляется с осознанием действительного места человека в мире, у Камю, абсурд – «метафизическое состояние человека в мире».
В первую очередь Камю обращается к проблеме самоубийства. Эта проблема интересовала Камю еще со студенческих лет, а в конце в 30х г. для Франции она стала особенно актуальной, потому Камю в «Мифе о Сизифе» акцентирует: «Есть лишь один поистине серьезный философский вопрос – вопрос о самоубийстве. Решить, стоит ли жизнь труда быть прожитой или она того не стоит, - это значит ответить на основополагающий вопрос философии». ( С. 97)
В большей степени я разделяю мнение философа по этому поводу: ведь, действительно, все прочие вопросы возникают потом, в первую очередь, нужно ответить на исходный вопрос. Но эта мысль заставляет меня задуматься над следующей проблемой : «А как можно судить, какой из вопросов наиболее важен, чем другие?» Камю дает ответ : «Тот, который обязывает к действию», он говорит о том, что ему неизвестны случаи, когда люди шли бы на смерть ради онтологического доказательства, но зато он видит, что большое количество людей умирает, придя к убеждению, что их жизнь не стоит труда быть прожитой.
Я согласна с высказыванием А.Камю, ведь на самом деле большое количество людей уходят из жизни во имя своих идей и иллюзий, составляющих смысл их жизни. Таким образом, я считаю, что смысл жизни является одним из неотложных вопросов.
Самоубийство всегда истолковывалось лишь как явление социального порядка, Камю, наоборот, в первую очередь, говорит об отношении между индивидуальной мыслью и самоубийством .
Проще говоря, это отношение зарождается глубоко в сердце , человек не подозревает о нем. И вот однажды он вдруг прыгает из окна или стреляется. Приведу пример из жизни : был у меня знакомый сосед, покончивший жизнь самоубийством, а за несколько лет до этого события у него погибла дочь. Честно говоря, с того времени он очень сильно изменился, можно сказать, что эта история его «подкосила». Поэтому я согласна с философом в том, что причина самоубийства таится в сердце человека и именно там ее и нужно искать, нужно проследить и понять смертельную игру. Самоубийство может иметь множество различных причин, и, как ни странно, самые очевидные из них чаще всего не оказываются самыми решающими. Чувство абсурда, до которого человек способен дойти в результате расстройства между самим собой и окружающей его жизнью, можно сравнить с расстройством «между актером и его кулисами» (С. 100), может стать для человека причиной самоубийства. Именно связке между абсурдом и самоубийством и посвящено эссе «Миф о Сизифе». Камю в первую очередь рассматривает вопрос : «Понуждает ли абсурд к смерти?», и, соответственно, «Логичен ли смертельный исход?»» и выдвигает на первый план вопрос о выходах из этого «метафизического состояния».
В следующем разделе «Стены абсурда» Камю пишет : «Чувство абсурда может поразить в лицо любого человека на повороте любой улицы». (С. 104). Эту мысль можно пояснить, опираясь на жизненный опыт. Ни одного человека мы никогда не сможем изучить до конца, в чем всегда останется что-то такое, что нам неведомо. Но на практике я знаю этого человека, могу без труда отличить его по походке, голосу, поведению, поступкам. Теперь проведу параллель с иррациональными переживаниями : конечно, я не узнаю актера глубже, если увижу его в 10й раз, но если соединю в своей памяти всех героев, которых он играл, то на какую-то малую долю я смогу узнать его лучше, и в этом будет присутствовать доля истины. В этом содержится некий парадокс: ведь ложь человека может рассказать о нем не меньше, чем искренность.
Далее Камю говорит о том, что абсурд для него - это расстройство. Сам по себе мир не является абсурдным, и человек также. «Абсурд рождается, - утверждает Камю, - из столкновения этого человеческого запроса с безмолвным неразумением мира» (С. 119).
Я разделяю мнение Камю и хочу пояснить, что абсурд, как таковой, не содержится ни в человеке, ни в мире, а лишь в их общем присутствии. Вне человеческого ума абсурд существовать не может, потому что сам по себе мир не имеет смысла – смысл предоставляет ему человеческий ум. И поэтому, как и все существующее в этом мире, абсурд ждет гибель.
Если в начале исследования
Камю еще пробует
В следующем разделе эссе – «Философское самоубийство» я считаю нужным упомянуть о том, что, по мнению Камю, человек, который осознал абсурд, уже навеки к нему привязан. Продолжая мысль, поясню свое понимание этого высказывания. Если человек потерял надежду и осознал это, то для него теряется смысл жизни, он не видит будущего и, соответственно, он прилагает все усилия, чтобы убежать из этого мира. И раз мы упомянули о проблеме осознания абсурда человеком, то логичным, на мой взгляд будет назвать пути выхода из состояния абсурда.
По мнению А. Камю, из состояния абсурда есть лишь два выхода: самоубийство физическое и самоубийство философское.
Изучив данное эссе, я пришла к выводу, что ни один из этих выходов Камю не находит правомерным, потому он не принимает ни одного из них. «Вне человеческого ума, - пишет Камю, - нет абсурда». Следовательно, вместе со смертью исчезает и абсурд, как и все другое. Абсурд существует лишь в человеческом сознании, он возникает из противостояния человеческого сознания неумному миру, с осознанием человеком своей замкнутости и немощности. Если исчезает человеческое сознание ( сам человек) - исчезает абсурд, но это не тот выход, который стремится найти Камю.
В следующем разделе эссе – «Абсурдное творчество» Камю рассматривает различия между философией и романом, а, соответственно, между их создателями – философом и художником через призму абсурда, а также рассматривает возможность существования абсурдного произведения.
По моему мнению, эта часть эссе играет значимую роль, потому что она непосредственно связана с деятельностью Камю как философа и литератора (о чем мною было сказано еще во введении курсовой работы), ведь, действительно, существуют различные мнения разных исследователей его творчества о том, кем же был Камю? Философом или все-таки литератором?
Проанализировав этот раздел, я пришла к выводу, что основным различием между философом и художником является тот факт, что философ пребывает внутри своего учения, а художник находится перед своим произведением.
Также рассуждения Камю в этом разделе эссе натолкнули меня на мысль о том, что различие между этими двумя персонажами состоит и в том, что философ, как правило, за свою жизнь не создает несколько учений, в отличие от художника. Но этот момент может служить и неким сходством, ведь художник также никогда не выходит за границы изображения одного и того же, но в разных обличиях. Философ, как и художник, вкладывает в свое произведение самого себя и в нем реализуется. Меня заинтересовало именно это взаимопроникновение.
Связывая данную проблему с проблемой абсурда, Камю говорит, что «задача абсурдного художника в том, чтобы умение жить превосходило у него умение писать…Абсурдное произведение свидетельствует об отказе мысли от ее преимуществ и ее согласие быть лишь интеллектуальной силой. Будь мир ясен, искусства могло бы не быть»6.
Соглашусь с позицией философа в этом вопросе, ведь на самом деле, в искусстве, будь то музыка, театр, литература авторы изображают острые проблемы того общества, государства и мира, в котором живут, и, несомненно, все эти проблемы вызывают множество непониманий со стороны их обладателей и , как следствие, возникают вопросы «Как же их решить и предотвратить последующее появление?» Несомненными спутниками этих действий являются всевозможные сомнения и неясности, которые, на мой взгляд, и служат в дальнейшем основой искусства.
Далее в эссе Камю выводит из абсурда три последствия, которыми является «бунт», «свобода», «жажда». «Одной лишь игрой сознания,- пишет Камю, - я превращаю в правило жизнь то, которое было приглашением к смерти, и отбрасываю самоубийство» (С. 123). Философ рассматривает абсурд как самоочевидный факт человеческого существования.
Осознание абсурда для Камю - это состояние человека, который осознал, что жизнь не достойна того, чтобы быть прожитой. Без этого осознания нет и абсурда. Но более важное другое - если жизнь не имеет смысла, то какой другой выход, кроме самоубийства? Этому вопросу Камю посвятил последний раздел своего труда - притчу о Сизифе.
Метод Камю, который выходит из непреодолимости абсурда, из начального понимания абсурдности бытия получил название « абсурдного метода».7
Философское исследование «Миф о Сизифе» нередко называют манифестом философии абсурда. Камю удалось разработать детальный анализ явления абсурда во всех сферах бытия, он придал ему универсальный характер.
Подытоживая вышеизложенное, скажу, что «Миф о Сизифе» - это теоретические размышления об абсурде. В этом философском эссе Камю рассматривает все аспекты «ощущения абсурда», обосновывает «понятие абсурда», трактует проблемы абсурдного творчества, и, наконец, завершает притчей о Сизифе - своеобразной «мифологемой абсурда».
«Миф о Сизифе».
«Боги обрекли Сизифа вечно вкатывать на вершину горы огромный камень, откуда он под собственной тяжестью вновь и вновь низвергался обратно к подножию. Боги не без основания полагали, что нет кары ужаснее, чем нескончаемая работа без пользы и без надежд впереди».8 Согласно Гомеру Сизиф был самым мудрым и осторожным из всех смертных. Если верить другому преданию, он, напротив, был склонен к разбойным делам.
Прежде всего, его винят в неприемлемо вольном обращении с Богами. Он словно разглашал их тайны. Дочь Асопа – Эгина была похищена Зевсом. Убитый горем отец рассказа обо всем Сизифу, который знал и похищении и пообещал открыть Асопу тайну, если он пустит в крепость Коринф воду. небесным грому и молнии Сизиф предпочел благословение водой. За что был наказан в преисподней. Если верить Гомеру, то Сизиф также заковал смерть. «Плутон не мог вынести зрелища своего опустевшего безмолвного царства мертвых. Он послал бога войны, который освободил Смерть из-под власти ее победителя».9 Также говорится, что Сизифу перед самой смертью захотелось проверить любовь своей жены. Он велел ей оставить его тело на городской площади, не соблюдая никаких погребальных обрядов. Через некоторое время Сизиф оказался в подземном царстве теней. Плутон разрешил ему вернуться на землю для того, чтобы наказать его супругу за послушание, которое противоречит человеческой любви. И когда Сизиф вновь увидел дневной мир, выпил воды, насладился теплом солнца, он не захотел вернуться в мрак преисподней, несмотря на напоминания, угрозы и гнев. Лишь много лет спустя, Гермес спустился с небес и насильно доставил Сизифа в преисподнюю, оторвав от радостей. Там его ждал приготовленный ему обломок скалы.
Сизиф и есть герой абсурда. Его ненависть к смерти, презрение к Богам, огромная жажда жизни стоили ему невероятных мук – необходимость заниматься делом, которое не имеет конца. Это явилось расплатой за земные привязанности. Стоит лишь представить несказанное напряжение мышц, необходимое для того, чтобы сдвинуть камень, вкатывать его наверх и взбираться вслед за ним по склону, бесконечно все повторяя снова. В конце концов цель оказывается достигнутой, и Сизиф наблюдает, как камень всего лишь за несколько секунд оказывается в самом низу склона, откуда его снова нужно поднимать на вершину. И Сизиф спускается вновь.. именно во время спуска, во время короткой передышки, Сизиф интересует А.Камю : «Ведь застывшее от натуги лицо рядом с камнем само уже камень! Я вижу, как этот человек спускается шагом тяжелым, но ровным навстречу мукам, которым не будет конца. В каждое из мгновений после того, как Сизиф покинул вершину и постепенно спускается к обиталищам Богов, он возвышается духом над своей судьбой. Он крепче обломка скалы».10
Этот миф трагичен, а значит, все дело в сознательности героя. И вправду, все тяготы Сизифа были бы легче, если бы при каждом шаге его сопровождала надежда когда-нибудь преуспеть. В наше время рабочий трудится ради того же самого ежедневно и всю жизнь, и его судьба ничуть не менее абсурдна. Камю отмечает, что его герой трагичен лишь в те минуты, когда его посещает ясное сознание, Сизиф прекрасно понимает ничтожество человеческого существования – об этом он и думает, спускаясь в долину. Ясность ума обеспечивает ему победу, хотя должна бы стать для него мукой.