Ирина Эланс
Философия коммуникации Карла Ясперса
МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
ФГБОУ ВПО НОВОСИБИРСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ТЕХНИЧЕСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ
Факультет гуманитарного образования
Кафедра социально-массовых коммуникаций
КУРСОВАЯ РАБОТА
«Философия коммуникации Карла Ясперса»
Выполнил: студент 4 курса
Лобанов Ю.С.
Новосибирск
2014 г.
Оглавление
ВВЕДЕНИЕ
Актуальность:
Темой философии Карла Ясперса являются человек и история как изначальное измерение человеческого бытия и философия как способ свободного размышления, постижения человеческого и исторического в его индивидуальности и неповторимости.
Цель курсового проекта:
Рассмотреть коммуникацию как центральное понятие философии К. Ясперса и понять её социокультурную роль в современном обществе.
Задачи данной курсовой работы:
- исследовать истоки учения К. Ясперса о коммуникации
- раскрыть содержание понятия «экзистенциальной коммуникации»
- выявить связь «экзистенциальной коммуникации» с проблемами социокультурного бытия человека
- выявить взаимосвязь коммуникации и трансценденции
Объект исследования:
Философское творчество К. Ясперса
Предмет исследования:
Учение К. Ясперса об экзистенциальной коммуникации
Методы исследования:
Анализ
Структура работы:
Данная курсовая работа состоит из введения, двух глав и заключения.
ГЛАВА 1. КАРЛ ЯСПЕРС: БИОГРАФИЧЕСКИЕ ИСТОКИ И НАЧАЛО ФИЛОСОФСТВОВАНИЯ
1.1 ФИЛОСОФСКАЯ БИОГРАФИЯ КАРЛА ЯСПЕРСА
К. Ясперс родился в 1883 году в городе Ольденбурге на севере Германии. Он прожил долгую жизнь, наполненную бурными событиями, был свидетелем трагичного для Европы времени в связи с двумя мировыми войнами, испытал чувство постоянного страха и беззащитности, проживая в течение долгих лет в фашистской Германии. Он на себе ощутил воздействия неблагоприятной социальной среды, вызывающей боль, возмущение и обострённое чувство безысходности, по существу постоянно находился в той самой «пограничной ситуации», которая оказалась решающей и для его экзистенциальной философии. И особенно К. Ясперс обращает внимание на атмосферу разобщённости и недоверия между людьми, которая сформировалась в годы фашизма на родине философа. Процветало доносительство, становилась нормой боязнь проявлять сострадание и милосердие, порой не всегда люди чувствовали себя спокойно даже в собственной семье.
К. Ясперс понимал, что на его родине подвергаются сомнению общечеловеческие ценности, насаждается культ власти, отрицается самоценность человеческой индивидуальности. Философ на себе испытал «прерывание коммуникации», на примере собственной жизни убеждался, что доверительное общение является основополагающим фактором общественного благополучия. Безусловно, что именно обстановка в Европе после первой мировой войны, а также прожитые К. Ясперсом годы в фашисткой Германии существенно повлияли на духовное состояние философа, привели его к мысли, что дефицит подлинно доверительных отношений, отсутствие душевной отзывчивости и чувства взаимопомощи, ведут к дегуманизации общества, не позволяют понять истинную сущность человеческого бытия.
Его отец происходил из торгового рода, но не продолжил семейную традицию. Он был юристом, затем служил окружным начальником, а к концу жизни стал директором банка. Мать философа, родом из крестьян занималась воспитанием детей. По поводу роли своей матери К. Ясперс пишет: «Она вдохновляла нас на достижения наших целей своим неукротимым темпераментом, окрыляла нас своим пониманием жизни, для которого не существовало рамок условностей, и оберегала нас своей мудростью»1.
Карл Ясперс был от рождения тяжело болен. Он знал о возможной кратковременности отпущенных ему дней и от знания этого чувствовал себя одиноким даже среди близких ему людей. В повседневном общении К. Ясперс будет ограничен на протяжении всей своей жизни и это одиночество существенно повлияло на формирование его мироощущения. В отличие от своих сверстников и друзей, К. Ясперс выделялся острым чувством понимания жизненных обстоятельств, он видел много того, чего не замечали другие. Но это не было ущербностью его душевного состояния: семья не только оберегала мальчика, но и воспитывала в нём твёрдость духа, закладывала в характере будущего философа стойкость перед лицом жизненных трудностей. Именно благодаря семье, К. Ясперс никогда не испытывал чувства незащищённости, слабости. Как раз, наоборот, семейная обстановка вырабатывала привычку противостоять неблагоприятным внешним условиям. «Наши родители воспитывали нас в строгости и почтении. Главными принципами в этом воспитании были правдивость, верность, постоянная деятельность, наполненная смыслом, а также свободное влечение к великолепию природы и к богатству содержания творений человеческого духа»2. По поводу влияния на духовную жизнь будущего философа детских лет К. Ясперс пишет: «Нельзя недооценивать глубину той основы, которую заложили впечатления детства — насколько я мог их постичь: вынужденная изоляция в школе; болезнь, лишившая меня большей части того, что составляет естественную здоровую жизнь; счастье жить в семье разумно мыслящих родителей, в семье, проникнутой любовью и дающей ощущение надёжности»3.
В 1901 году К. Ясперс завершает обучение в гимназии и перед ним возникает трудный вопрос о выборе профессии. Молодой человек, склонный по своему характеру к общению и с достаточно широким кругом интересов, должен был выбрать такую профессию, которая бы соответствовала его духовным запросам и которая могла бы принести не только моральное удовлетворение, но и быть полезной людям. И будущий философ поступает в Гейдельбергский университет, в котором он на протяжении трёх семестров изучает право. Но затем К. Ясперс начинает понимать, что для здоровья его духа будет всё же полезнее заняться медициной. Молодому человеку казалось, что именно «медицина открывала широчайшие горизонты, потому что была связана со всеми естественными науками, а предметом своим имела человека»4. Довольно рано К. Ясперс ощущает острую потребность проникнуть в душевное состояние человека и делает выбор профессии врача исключительно исходя из желания глубже понять основы человеческого бытия. Окончив медицинский факультет и получив профессию врача-психиатра, К. Ясперс с 1909 года по 1915 год работает ассистентом в психиатрической клинике города Гейдельберга. Он увлечённо занимается психопатологией, будучи уверенным, что именно в конкретном единичном человеке заложены все возможности постижения человеческой сущности.
Начиная с малых лет, К. Ясперс обращает пристальное внимание на пограничные ситуации, в которых частенько приходилось пребывать и ему самому в связи с осознанием своей болезни. Точка зрения на пограничную ситуацию окончательно утвердилась во время работы К. Ясперса в психиатрической клинике. Будущий философ приходит к выводу, что «экстремальные проявления жизни» являются наиболее интересными в том плане, что в них открываются неограниченные возможности для изучения душевных состояний человека. Понимает К. Ясперс и то, что даже простейшие случаи душевных патологий весьма перспективны с точки зрения выяснения границ человеческих способностей. Наблюдая в клинических условиях отдельных людей, К. Ясперс приходит к мысли о решающей роли человеческой индивидуальности в познании человека. Важным является именно взгляд «изнутри», а не «со стороны», ибо человек не может быть объектом. Главное в изучении человека — его действительное индивидуальное существование.
1.2 «ПОНИМАНИЕ» – ИСХОДНОЕ ПОНЯТИЕ ФИЛОСОФИИ КАРЛА ЯСПЕРСА
К. Ясперс приходит к проблеме понимания, наблюдая за поведением людей с отклоняющейся психикой. Он убеждается, что процесс успешного лечения должен опираться на тесное взаимодействие между врачом и пациентом. Основным моментом этого взаимодействия является взаимопонимание. В одной из своих ранних работ «К анализу ложных восприятий» К. Ясперс пытается исследовать возможность достоверных суждений больного о собственных переживаниях. Понимание в данном случае отвечает на вопрос, насколько адекватно больной вникает в своё душевное состояние и способен выразить результат рефлексии в понятиях.
В этом направлении К. Ясперс испытывает трудности, поскольку даже психически здоровый человек способен ошибаться. Тем не менее, вопрос о понимании К. Ясперс разрабатывает с особой тщательностью. В частности, он различает два направления анализа. Во-первых, можно говорить о понимании, относящемся к фрагментам предметного мира. Такое понимание не затрагивает «жизни души» и поэтому должно быть отвергнуто. Другое направление имеет отношение к проникновению в психологическое состояние человека. Его суть в том, чтобы уметь «представлять себя на месте другого, проникать во внутреннюю связь душевного процесса». В свою очередь, «представление себя на месте другого» может быть рассмотрено двояко. Ведь человеческое бытие имеет внешнее и внутреннее проявления. Если вникать в цели, желания и устремления человека для утверждения себя в предметном мире, то понимание в этом смысле не представляет для К. Ясперса интереса. Главное - состояние души больного и передача для «другого» сообщения об этом состоянии. Это, конечно, не есть некое объективирование. К. Ясперс принципиально против того, чтобы конструировать из человека объект. Передача сообщения «состоит не в чувственно воспринимаемом, измеренном или подсчитанном, а в правильности определённого чувствования или определённого понимания».
В этой связи возникают новые проблемы, поскольку не каждый больной способен к адекватному психологическому самонаблюдению и не каждый врач способен извлекать из сообщения больного нужную информацию. Выражаясь современным языком, это есть проблема коммуникационного канала, в котором «передатчик» и «приёмник» одинаково способны искажать информацию. К. Ясперс явно теряется в догадках и рассуждениях, осознавая, насколько тяжело в этом случае прийти к правильному суждению. По существу становится проблематичным результат понимания, а вместе с ним и вывод о состоянии болезни больного. Но К. Ясперс не теряет оптимизма. Он полагает, что заблуждаться может и «нормальное сознание» и что пути заблуждения доступны корректировке. Поэтому понимание вполне достижимо. Главное заключается в том, чтобы выделить «понятное», ибо оно есть признак «нормального». «Понятное» определяет своеобразную границу, с его помощью можно осуществить переход к «ненормальному», а потому ситуация не столь безнадёжная, как это кажется на первый взгляд.
Состояние «представления себя на месте другого» интересует К. Ясперса также и в том смысле, что в нём намечается расхождение, имеющее методологическое значение. Дело в том, что существуют психологические структуры, которые вполне могут быть объективированы, а значит, объяснены в понятиях. К. Ясперс называет их «объективированными психологическими связями». Такие связи характерны тем, что мы их можем объяснять, но не можем понимать. Они составляют основу «объясняющей психологии». Но К. Ясперс выделяет и такую психологическую реальность, которая не может быть объяснена. Именно эта реальность как раз и имеет отношение к действительному пониманию. Отсюда и возможность «понимающей психологии» (термин К. Ясперса), для которой важны не объяснения и понятия, а сопереживание и душевная близость.
Объясняющая психология оперирует рациональными психологическими элементами. Эти элементы только внешние, они разрозненны и не затрагивают проблему целостности личности. К. Ясперс приходит к выводу о необходимости учитывать сверхрациональный «остаток» — своеобразную «надстройку» над разумно-теоретическим мышлением. С одной стороны, нуждающиеся в рационализации, но «не понимаемые» элементы, а с другой стороны, целостный человек как своеобразное единство, «которое мы не дефинируем, а можем только пережить». Налицо существенное различие между объективируемыми психологическими элементами и невыразимыми в понятиях признаками целостного человека. Тем самым «понимание» призвано осуществить выход к новой необъяснимой в понятиях реальности. Это не выявление смыслов или значений, а сопереживание, совпадение «душевного настроя», лишённое всякой возможности быть словесно реализуемым. Точную характеристику ясперсовского «понимания» даёт A.M. Руткевич: «Понимание имеет у Ясперса чётко очерченные границы. С одной стороны, оно упирается в то, что может быть только объяснено - как биологическое существо человек принадлежит миру природы. С другой стороны, область понимаемого есть мир «душевного», тогда как над ним возвышается сфера, которую ранее философы называли духом, а у Ясперса она предстаёт как «трансценденция», требующая философского прояснения».
Следует отметить, что в использовании понятия «понимание» для объяснения ситуации сопереживания, К. Ясперс явно находится под влиянием работ Вильгельма Дильтея, представителя философии жизни и старшего современника философа. В. Дильтей рассматривает проблему понимания как основополагающую в постижении человеческой реальности. Так же как и К. Ясперс, В. Дильтей решительно противопоставляет понятия «понимание» и «объяснение». Объяснение имеет отношение к естественнонаучному познанию. В нём предмет исследования представлен как внешний, оно призвано объективировать. Что же касается понимания, то оно есть результат внутреннего опыта: посредством понимания происходит постижение всей целостности внутреннего состояния духа. Понимание есть обнаружение тотальности внутренней жизни. Согласно В. Дильтею, понимание у каждого человека начинается не с себя самого, а с «другого». Для самого себя человек абсолютно понятен, он находится в полном тождестве с самим собою. В этом смысле человеку нет необходимости понимать самого себя. Проблема понимания возникает тогда, когда человек имеет дело с другим человеком и сопереживает с ним.
ГЛАВА 2. УЧЕНИЕ КАРЛА ЯСПЕРСА О КОММУНИКАЦИИ
2.1 КОММУНИКАЦИЯ «ПОДЛИННАЯ» И «НЕПОДЛИННАЯ»
Впервые К. Ясперс упоминает о коммуникации в своей книге «Общая психопатология». Интерес к понятию «коммуникация» был обусловлен стремлением молодого врача разработать метод диагностики и лечения, основанный на глубоком понимании психического состояния больного. Мы уже обсуждали вопрос о «понимании» в предыдущей главе и выяснили, что речь идёт о проблеме общения между врачом и пациентом. К. Ясперс развивает эту проблему глубже, привлекая понятия «экзистенция» и «коммуникация». Он обстоятельно исследует ситуацию связи между врачом и больным, полагая, что именно в ней надо искать истоки успешного лечения. Психотерапия трактуется философом как попытка «помочь больному посредством душевной коммуникации, проникнуть в последние глубины его существа и найти там основу, исходя из которой его можно было бы вывести на путь исцеления»1. На этом пути врач как бы связывает свою судьбу с судьбой пациента «полностью раскрывается перед ним и тем самым вступает в отношение равенства»2. Это есть единение, в котором происходит «взаимное высветление». К. Ясперс горячо отстаивает правомерность во врачебной практике особой разновидности психотерапии, «при которой врач апеллирует к «самости» больного, стремится прояснить её на всех уровнях, осуществляя действенную коммуникацию...».
Философ подчёркивает, что коммуникация индивидуальна, о ней не может знать кто-либо третий, она не осуществляется планово или преднамеренно, она только настоящее. Суть коммуникации нельзя раскрыть в каких-либо общих категориях и определениях. Это общение двух родственных экзистенций, в связи с чем К. Ясперс часто применяет термин «экзистенциальная коммуникация». В такой коммуникации достигается единство двух личностей, для которых важно состояние полного взаимопонимания и доверия, а значит, открывается возможность для самопрояснения. Экзистенциальная коммуникация способствует тому, что больной раскрывает себя для самого себя и тем самым становится на путь излечения. Но коммуникация «прерывается», если врач будет обнаруживать своё превосходство, то есть нарушать равноправность экзистенций. В таком случае больной становится объектом и происходит выход из коммуникативного процесса. Главное в коммуникации - абсолютное слияние душевных состояний. Это своеобразное совпадение экзистенций, тождественность переживаемых событий. Философ называет такую ситуацию «подлинной коммуникацией» и вычленяет ее как важнейший принцип «душевной жизни» человека.
Подлинную коммуникацию надо отличать от неподлинной, характеризующей общение человека в социокультурной среде. Это связи между людьми в эмпирической мире. К. Ясперс отрицательно относится к общественным формам существования человека, полагая, что социальная среда разрушает личность, социальные институты ограничивают свободу личности. Поэтому неподлинная коммуникация носит внешний характер, не затрагивает «глубины души». Такая коммуникация порождает страх, тревогу, ненависть, беспокойство и т.д. — всё то, что характерно для общественной жизни. В работе «Психология мировоззрений», которую философ издал в 1919 году, точка зрения единства коммуникации и экзистенции продолжает разрабатываться, однако, уже не в связи с врачебной практикой1. Это первая работа, в которой К. Ясперс отходит от психопатологии и размышляет как философ-профессионал. Коммуникация трактуется как возможность экзистенциального общения вне связи с поиском путей излечения больных. С помощью понятия коммуникации философ пытается осмыслить проблему общения в её общечеловеческой значимости: психологически «средний человек» в такой же мере может быть субъектом экзистенциальной коммуникации, как и человек с психическими отклонениями. Причём, путь к подлинной коммуникации есть высший духовный уровень, который можно обрести посредством экзистенциального философствования.
По существу, сам К. Ясперс входит в круг философских проблем именно благодаря своему искреннему стремлению постичь глубинные основы души. И, прежде всего, с позиции врача-психопатолога. Но со временем становится ясно, что нельзя ограничиваться узкими рамками врачебной практики: в излечении нуждается человечество в целом. Отсюда и настоятельная потребность в особой форме философствования, для которой важна мировоззренческая установка, принципиально отличная от практики научных исканий. К. Ясперс резко противопоставляет философию и науку, мировоззрение и научное познание. Как врач-психопатолог К. Ясперс был склонен придавать особую функцию научному исследованию, например, в области «объясняющей психологии». Но в роли философа-профессионала, озабоченного проблемой «экзистенциального прояснения», К. Ясперс полностью принимает точку зрения «философского мировоззрения», абсолютно противоположного научному знанию.
Особенность философствования заключается в том, что оно предполагает трансцендирование, — выход к высшему сверхрациональному началу. В связи с этим и точка зрения на коммуникацию существенно преобразуется. Оказывается, для всех людей существует нечто общее - возможность трансцендирования. Поэтому подлинная коммуникация становится фактом единения всех людей и всеобщей основой человеческой истории. Это именно то, что является общественным достоянием и может послужить позитивному развитию общества. Но возникает вопрос: как могут создаваться общественные предпосылки для осуществления подлинной коммуникации? Для ответа на этот вопрос К. Ясперс использует понятие «пограничной ситуации», которое является центральным в его философии. Он связывает данное понятие с предельными, жизненными об стоятельствами, рождёнными как общественными катаклизмами, так и личностными мотивами. В частности, в пограничных ситуациях заключается всё то, что является существенным перед лицом смерти - страдание, вина, покаяние, тревога и др.
Очевидно, суть пограничных ситуаций заключается в чрезмерном, эмоциональном напряжении, вызванном трагическими обстоятельствами или острыми коллизиями, которыми наполнена современная эпоха кризисов и социальных катастроф. Пограничная ситуация антиномична, парадоксальна, в ней «заложена в качестве её основы антиномия. Борьба и взаимная помощь, жизнь и смерть, случай и смысл, вина и искупление греха связаны друг с другом так, что одно не существует без другого. Философ осознаёт, что жизнь человека наполнена противоречиями, которые могут глубоко затрагивать душевные состояния и тем самым определять возможность экзистенции. Противоречие -самая общая форма пограничных ситуаций, в них человек выходит за пределы конечной ситуации, пытаясь увидеть её в целом.
2.2 КОММУНИКАЦИЯ И ТРАНСЦЕНДЕНЦИЯ