Формы организованной преступности и сферы ее распространения
Оглавление
Введение
Организованная преступность представляет собой одну из наиболее негативных и сложных социальных проблем современного общества. По оценкам специалистов, «организованная преступность препятствует выходу страны из системного кризиса, основой которого является кризис российской экономики, характеризующийся разрушением единого народнохозяйственного комплекса, сложившихся экономических связей, резким, многократным спадом производства и потребления, кардинальным изменением социальной структуры общества, обнищанием миллионов людей, с одной стороны, и сказочным обогащением относительно небольшой части населения - с другой». Растущие масштабы организованной преступности представляют угрозу безопасности государства и общества, поскольку она усиливает свои позиции, монополизируя многие виды противоправной деятельности, активно внедряется в экономику, а в последнее время проявляет очевидное стремление проникнуть во властные структуры.
В организованной преступности скрыта реальная угроза национальной безопасности, а именно в степени защищенности жизненно важных интересов личности, общества и государства. По своим параметрам - коррупции органов государственной власти, наркобизнесу, торговле оружием, заказным убийствам, контролю за банковскими и промышленными предприятиями, использованию женщин и детей в целях сексуальной эксплуатации и принудительного труда, легализации доходов, полученных незаконным путем, - организованная преступность достигла уровня, подрывающего социально-экономические, духовно-нравственные основы жизнедеятельности российского общества, авторитет и статус Российского государства на международном уровне.
Уголовное законодательство не дает четкого понятия преступного сообщества (преступной организации), его отличий с указанием конкретных признаке от организованной группы. Отсутствует четкий перечень признаков, позволяющих разграничить организованную группу (устойчивую группу лиц) и преступное сообщество (преступную организацию). Статья 35 УК РФ не дает исчерпывающего определения указанных формирований, что приводит к затрудненному использованию законодательной базы на практике.
В связи с этим тема является весьма актуальной на сегодняшний день, поскольку вызывает немало дискуссий по ее правовому регулированию.
Цель настоящей работы – рассмотреть такое понятие как организованная преступность в сфере экономики.
Для достижения поставленной цели необходимо выполнить следующие задачи:
• изучить понятие организованной преступности, ее причины и условия;
• изучить истоки и факторы устойчивости организованной преступности;
• рассмотреть формы организованной преступности и сферы ее распространения.
ГЛАВА 1. Понятие организованной преступности, ее причины и условия
Дословное толкование термина «организованная преступность» позволяет отнести к данной категории любое преступление с элементами организации (преступление может быть организовано как одним человеком, так и группой лиц). В криминологии же под организованной преступностью понимается иное. В процессе противостояния с обществом криминальный феномен эволюционировал, и ему удалось найти такую форму бытия, которая делает его малоуязвимым по отношению к антикриминальным воздействиям государства и общества.
Основной вектор эволюции криминального феномена как бы двунаправленный:
— первое направление — получение максимальной выгоды от преступной деятельности;
— второе — обеспечение максимальной безопасности по отношению к государственному преследованию.
Развитие преступности по этим направлениям привело к образованию своеобразного криминального монстра.
Обеспечение сверхприбыльности криминальной деятельности и неуязвимости функционеров преступного мира достигается посредством следующих факторов, которые можно отнести к сущностным характеристикам организованной преступности:
1) высочайший уровень преступной специализации. Этот признак имеет две составляющие:
а) наличие промежуточных руководителей, которые получают приказы от лидера и передают их исполнителям, изолируя высшие эшелоны криминалитета от прикосновенности к преступлению, — эта прослойка становится гарантией безопасности высших функционеров преступных групп (практически исключает возможность привлечения их к уголовной ответственности);
б) выделение не только организаторов и исполнительной:
— идеологов;
— советников;
— органов разведки и контрразведки;
— корруптеров (специалистов по подкупу различных должностных лиц);
— специалистов по отдельным видам преступной деятельности (киллеров, подделывателей, специалистов по компьютерным преступлениям, специалистов по сигнализациям и замкам и т. п.). Для подготовки этих специалистов создаются специальные структуры и выделяются значительные средства;
2) готовность использовать весь спектр мер защиты от государства и общества:
— формирование благоприятного общественного мнения (создание имиджа преступников, не опасных для общества);
— подкуп должностных лиц, угрозы и шантаж;
— физическое устранение предателей и лиц с низкой криминальной исполнительской дисциплиной, свидетелей преступной деятельности, неподкупных работников правоохранительных органов, политических деятелей и журналистов;
3) использование значительных финансовых средств для обеспечения преступной деятельности.
На основе криминологических исследований ученые разных стран выработали понятие организованной преступности. Выработка этой дефиниции имеет значительную научную и практическую ценность, поскольку невозможно разработать адекватные меры противодействия организованной преступности, не уяснив ее сущность и не зафиксировав ее в конкретном понятии. Определение организованной преступности крайне важно для законодателя, поскольку только на его основе можно проводить политику криминализации деятельности всех структур организованной преступности. Наиболее остро эта проблема стоит в отношении высших эшелонов криминалитета, внешне неприкасаемых к преступлениям. Найти такие законодательные формы, которые смогли бы устранить правовую неуязвимость этих руководителей, — одна из ключевых проблем разработки эффективных мер воздействия на организованную преступность.
В 1967 г. после достаточно основательного изучения феномена организованной преступности в США президентская комиссия сформулировала одно из первых определений этого явления: «Организованная преступность — это сообщество, которое стремится действовать вне контроля американского народа и его правительства. Она включает тысячи преступников, действующих в рамках таких же сложных структур, как структуры крупных корпораций, и подчиняющихся своим законам, которые применяются с большей жестокостью, чем законы правительства. Ее действия не импульсивны, они являются результатом сложных соглашений, направленных к достижению контроля над целыми сферами деятельности для получения огромных прибылей».
Различные ученые в качестве главных выделили самые Разные признаки феномена организованной преступности. Их попытался обобщить и синтезировать немецкий криминолог Г. Шнайдер. Он считает, что:
— организованная преступность удовлетворяет потребности населения в нелегальных товарах и услугах;
— она осуществляет свою деятельность рационально и планомерно. Преступные действия определяются исходя из соображений малого риска и крупной выручки;
— организованная преступная группа основывается на строгом распределении ролей;
— все представители организованной преступности — профессионалы. Они развивают в своем кругу криминальную систему ценностей;
— любой преступный синдикат находится в подчинении небольшой планирующей группы, которая ведет поиск возможностей для криминальных действий, взвешивает риск, стоимость и выгодность преступных проектов, контролирует их выполнение. Располагая огромными финансовыми возможностями, преступная конфедерация имеет возможность не торопиться в выборе целей и проведении операций. «Она лишь тогда нажимает курок, когда преступное действие связано с минимальным риском»;
— преступная организация имеет свои руководящие принципы (безусловная лояльность всех членов, запрет на любые преступные действия без приказа руководства);
— организованная преступность основывается на нейтрализации государственного уголовного преследования. Его отключение достигается путем изолированности руководящей и планирующей групп от исполнителей, а также за счет систематического подкупа властей.
В отечественной криминологии одно из наиболее объемных определений организованной преступности сформулировала А.И. Долгова: «Организованная преступность - это сложная системаорганизованных преступных формирований с их широкомасштабной преступной деятельностью и созданием для такой деятельности наиболее благоприятных условий...»
В эту систему вовлечена немалая часть населения и по существу организованная преступность представляет собой альтернативное общество со своей экономикой, социальной и духовной сферами, своими системами управления безопасности, формирования молодого поколения, судами', своей внутренней и внешней политикой».
Преступный мир берет под контроль все новые и новые сферы социальной жизни: по оценкам экспертов, 40 % частного бизнеса, 60 % государственных предприятий и от 50 до 85 % банков в России находятся под контролем организованной преступности.
Организованная преступность как явление может быть оценена и даже измерена в определенных количественных и качественных показателях, что очень важно для уяснения сущности этого явления, выявления его внутренних взаимосвязей, зависимости от внешних факторов. Без объективной оценки масштабов организованной преступности невозможно адекватно приготовиться к борьбе с нею и разработать соответствующие меры эффективного воздействия на нее.
Количественные характеристики организованной преступности — это ее состояние и динамика.
Состояние организованной преступности — число преступлений, совершенных организованными группами, преступными организациями (сообществами) за определенное время на определенной территории. Обычно состояние преступности оценивают за год по тем или иным государственным или административным единицам: стране, региону, области, району, городу.
Состояние организованной преступности может охарактеризовать не только количество преступлений. Иногда оценку данного вида преступности делают по количеству лиц, участвующих в организованных группах, преступных организациях, преступных сообществах. В некоторых зарубежных странах считают, что одним из самых объективных показателей состояния преступности является количество потерпевших от преступлений. В связи с этим в целях получения более объективных данных о преступности там дважды в год проводят опрос населения на предмет выявления лиц, пострадавших от преступлений.
Кроме этого можно выделить такой показатель, как коэффициент организованной преступности, показывающий отношение количества преступлений, совершенных организованными преступными формированиями, к определенному количеству лиц, проживающих на территории, для которой он определяется. Фактически коэффициент преступности показывает степень «пораженности» общества данным явления.
Динамика организованной преступности — показатель ее изменения (изменение ее уровня и структуры за определенный период). Зная данные о динамике организованной преступности, мы можем оценить, какие процессы происходят в этом явлении: благоприятные для общества или негативные, растет преступность или снижается. Динамика организованной преступности может исчисляться в абсолютных показателях (количество преступлений, совершенное организованными преступными формированиями, увеличилось на 500 тыс.) или в относительных (рост преступности составил 12 %). Последнюю цифру (12 %) иногда называют темпом прироста организованной преступности.
Качественные показатели организованной преступности — это ее структура и характер.
Структура организованной преступности — это удельный вес и соотношение различных видов преступлений в общем числе преступлений, совершенных организованными преступными формированиями за определенный период времени на определенной территории. В данном случае термин организованные преступные формирования означает собирательное понятие, включающее в себя организованные группы, преступные сообщества и преступные организации.
Структуру организованной преступности обычно характеризуют в процентных показателях.
Характер организованной преступности определяется тем, каково количество наиболее опасных преступлений в структуре организованной преступности, а также тем, какова характеристика членов организованных преступных формирований.
Помимо состояния, динамики и структуры организованной преступности в криминологии выделяется также понятие географии организованной преступности, т. е. ее различного распределения по регионам (областям, районам, городам) страны. Интенсивность организованной преступности далеко не однородна по всей территории страны, поэтому анализ географии преступности крайне важен для уяснения, в каком регионе следует приложить наибольшие усилия и в какой области.
Примером может служить Дальний Восток, где организованная преступность развивается в специфических социальных условиях. Дальний Восток России исторически сложился как сырьевой придаток. Это обусловливает и особенности организованной преступности. Под сильным влиянием преступных группировок продолжает находиться добыча морепродуктов, экспорт леса и нефти. В результате такого влияния суммарные ежегодные потери страны от деятельности только «рыбной мафии» составляют около двух миллиардов долларов.
Подобной сырьевой базой является Урал и Уральский регион. На его территории ведется добыча черных, цветных и редкоземельных металлов, драгоценных и полудрагоценных камней, леса и иного сырья. Сосредоточение большого количества сырьевых ресурсов привлекает российских и зарубежных предпринимателей. Вместе с тем большое количество участников на сырьевом рынке, отсутствие эффективной законодательной базы и контроля за их деятельностью создали благоприятные условия для совершения противозаконных операций.
В свою очередь, незаконный оружейный бизнес является одной из серьезных проблем в Удмуртской Республике, основу промышленного потенциала которой составляют предприятия оборонного комплекса, в том числе два наиболее крупных из них — ГП «Ижевский механический завод» и АО «Ижмаш», производящие 80 % стрелкового оружия. И такой список можно продолжать довольно долго.
ГЛАВА 2. Истоки и факторы устойчивости организованной преступности
Организованная преступность — наиболее опасная форм социального зла. Иногда ее сравнивают с раковой опухолью имея в виду и то, что она, подобно смертельной болезни, ведет к деградации социального организма, и то, что общество не нашло эффективных мер избавления от нее.
Обстоятельства, делающие организованную преступность устойчивой к мерам социального воздействия, можно классифицировать на две группы:
1) факторы устойчивости организованной преступности, вытекающие из ее внутренней природы;
2) факторы, связанные с пороками социально-политических и культурных основ жизни общества.
Первая группа факторов показывает, почему организованная преступность чрезвычайно устойчива и почему с ней так трудно бороться. Вторая группа раскрывает истоки приобретения криминальным феноменом столь опасного характера.
Подобно живому организму, организованная преступность очень устойчива, имеет много степеней защиты. Корректным было бы определение этого феномена как вида преступности, наименее уязвимого для общественного воздействия. Особенно хорошо организованная преступность защищена от «лобового» противостояния с государством. При таком столкновении она теряет наименее ценных бойцов, ряды которых быстро восстанавливаются благодаря неуязвимости мозговых и организационных центров.
При кажущемся несоответствии в «весовых категориях» государственной машины и любого общественного (в том числе криминального) образования преступные структуры подчас не только не уступают, но и оказываются сильнее.
Преимущества организованной преступности определяются следующим:
1. Преступное сообщество всегда активно, для него противостояние с правоохранительными органами — проблема номер один. Приоритет этой деятельности для организованной преступности несомненен, он один из главных элементов ее сущности. Приоритетность борьбы с преступностью для государства и общества необходимо доказывать, аргументировать, и часто это не приводит ни к каким результатам.
2. Во главе организованных преступных структур всегда стоят люди энергичные, с установкой на бескомпромиссное противоборство со всем, что представляет угрозу. Таким образом, адекватность криминальных функционеров занимаемым ими должностям в преступных группах — одно из условий выживаемости этих структур. И если преступный клан сформировался, выжил при утверждении в криминальном мире и активно развивается — это значит, что глава сообщества и его советники — люди незаурядные. Руководители боевых структур обладают значительным опытом и изрядными управленческими способностями. Появление на этих должностях случайных людей практически невозможно. Утрата их подчас трудновосполнима, и зарубежный опыт показывает, что устранение этих фигур приводит к устойчивой дезорганизации мафиозного сообщества. Идеальный боевик дерзок, отличается пониженной чувствительностью, безжалостностью, отсутствием нравственных барьеров. По этим критериям осуществляется отбор и специальная подготовка. При формировании данных групп существует определенный протекционизм, т. к. большинство новых членов приходит лишь по рекомендации наиболее авторитетного участника организованной преступной группы или преступного сообщества. Однако последующая «опека» лиц, поставленных на ответственные должности в криминальных структурах, практически исключается, чего нельзя сказать о государственных учреждениях.
3. В борьбе с государственными структурами для преступников приемлемы любые средства (подкуп, клевета запугивание, убийства и другие виды террора). Государство, как правило, ограничено в использовании аналогичных мер. Особенно остро эта несоразмерность в средствах противостояния ощущается на ранних этапах противоборства, когда общество еще не готово воспринять в качестве аксиомы простую истину: в белых перчатках с мафией справиться не удалось никому. Именно благодаря такой «нерасторопности» и мнимому благородству тех слоев общества, которые в меньшей мере испытывают отрицательное воздействие этого зла, организованная преступность стремительно набирает обороты при старте и становится мощным противником. Почти все государства прошли через следующие стадии в воздействии на организованную преступность: отрицание самого факта существования организованных преступных групп (сообществ); затем — попытка бороться с ними традиционными средствами и осознание неэффективности старых подходов; следующий этап — разработка правовых и организационных мер, которые могут в значительной мере компенсировать преимущества мафии, связанные с ее коварством и жестокостью. Наше общество сейчас находится на второй стадии и никак не решится сделать очередной шаг, который во многих странах увенчался успехами в борьбе с организованной преступностью.
4. На обеспечение защиты и противостояние государству преступные структуры вкладывают оптимальное количество материальных средств. Принцип материального обеспечения в этой среде — некоторое превышение нормы, чтобы успех был гарантированным. Практика свидетельствует, что материальное обеспечение государственных структур, ведущих борьбу с преступностью, всегда ниже нормы (подчас отклонение от оптимального бывает настолько велико, что оно исключает какие-либо положительные результаты).
5. Стержень стратегии организованной преступности — поиск максимальной выгоды при минимуме риска. Противостояние со стороны государства не всегда строится на основе принципа: проведение государственной политики, которая сводила бы выгодность преступного промысла к минимуму, а риск увеличивала бы до максимума, могло бы стать эффективным средством противодействия.
6. Интеллектуальные и исполнительные структуры организованной преступности очень динамичны, они восприимчивы ко всему новому, выгодному для них, активно осваивают новые зоны криминальной активности, новые способы преступной деятельности. Государственные структуры, как правило, отстают. Обычно их деятельность носит вторичный характер — реагирование на действия преступных групп. Даже хорошо отлаженная аналитическая служба прогнозирования динамики преступной деятельности в различных сферах в совокупности с чутко реагирующей на эти прогнозы гибкой государственной политикой не всегда позволяет опередить преступников, которые подчас находят весьма нетрадиционные подходы к извлечению криминальных сверхприбылей. Инициатива оказывается прерогативой преступного мира.
7. Проникнуть в управленческие структуры организованной преступности многократно сложнее, чем в парламент, органы государственного управления или правоохранительные органы. Соответственно возможности преступного мира отрицательно влиять на выработку антикриминальной стратегии и тактики очень велики.
8. Феномен объединения криминальных группировок в преступное сообщество имеет следующие последствия: — во-первых, расширяются возможности преступных групп по объединению усилий, у преступных групп появляются значительные резервы на случай критической ситуации. Они обмениваются информацией, помогают устанавливать контакты с коррумпированными чиновниками, оказывают взаимопомощь в розыске и уничтожении свидетелей и нарушителей криминальной дисциплины. На периодических совещаниях высших представителей криминалитета совместно вырабатывается оптимальная стратегия преступной деятельности и противодействия государственному разрушающему воздействию; — во-вторых, в регионах, на которые поделена страна, образовывается своеобразное криминогенное поле, которое распространяется от преступного сообщества, как от мощного криминального магнита. Эффективность деятельности правоохранительных органов значительно снижается. Даже если органам МВД или ФСБ удается уничтожить полностью преступную организацию (что случается крайне редко), преступное сообщество проводит перераспределение сил и закрепляет освободившееся поле криминальной деятельности за другой преступной группировкой.
Негативные социальные явления вынуждают общество самосовершенствоваться: чтобы избавиться от них, необходимо улучшать организацию общественной жизни. Еще А. Кетле в середине XIX в. подметил: изменение социальной системы влечет изменение преступности. Для избавления от организованной преступности необходимо понять ее истоки — почему она возникла, какие социальные факторы делают ее устойчивой и почему не удается ее искоренить.
Одним из глобальных факторов организации преступности является несоответствие между сложной социальной природой криминального феномена и упрощенными подходами к воздействию на него - попытки избавиться от преступности с помощью различных мер борьбы без серьез ных изменений культурных и политических основ жизни общества. Оно продуцирует преступность посредством социального неравенства, несправедливости общественного устройства, поддержания бедности, безработицы, нищеты. Пороки подчас не только не отторгаются, но и получают поддержку, а некоторые (такие как проституция, наркомания, гомосексуализм) постепенно становятся культурной нормой современной западной цивилизации. Все это постоянно продуцирует преступность, а попытки избавиться от нее в рамках порочных политических и культурных основ социальной организации лишь «уплотняют» криминальный феномен. И однажды становится очевидным, что традиционная методика деятельности правоохранительных органов оказывается неспособной справиться с ней.
Капиталистический взрыв стал причиной мутаций криминального феномена, в результате чего бандитские группировки типа китайских «Триад», японского «Бориокудана» и неаполитанской «Каморы» превратились в преступных монстров, практически неуязвимых для государственного разрушающего воздействия. Им удалось нащупать социальную нишу, вытеснить из которой их оказалось весьма затруднительно.
Эволюция преступного мира проходила в условиях жесткой борьбы. В ходе этой борьбы слабые уничтожались, а сильные становились еще более живучими. В итоге сильным представителям криминального мира удалось найти такую форму социального бытия, которая сводила на нет все усилия правоохранительной системы по их уничтожению и нейтрализовывала различные механизмы социального контроля.
Этот процесс одним из первых описал Э. Ферри: «В истории преступности наблюдаются два явления: с одной стороны, цивилизация, как это заметил Тард, уничтожает одни виды преступности, ею же созданные, и создает на их месте новые; с другой стороны, преступность претерпевает двойную морфологическую эволюцию, делающую ее характерным показателем каждого исторического периода для каждой социальной группы... В Италии мы видим, как разбой в течение последних лет перешел из формы кражи с применением оружия и взимания выкупа в форму взимания постоянной платы».
Способность к самоорганизации показала, что преступность — это не просто разрозненные преступники, совершающие преступления независимо друг от друга. Преступность — это не просто цифра преступлений (статистическая совокупность). Это социальное явление, проявляющее признаки жизнеспособного организма, обладающего инстинктом самосохранения (причем не только на уровне отдельных преступников, но и на уровне явления в целом).
Факторами криминальной эволюции являются:
— развитие криминальной мысли, криминального управления, криминальной организации;
— аккумуляция и воспроизводство криминального опыта, формирование криминальной культуры;
— взаимосвязь преступников, преступных организаций, поколений преступников (взаимопомощь и передача криминального опыта от одного преступника другому, от одной преступной организации другой, от одного поколения другому).
Итак, к числу негативных факторов, продуцирующих организованную преступность, относятся:
1) пороки культурных, политических и социально-экономических основ организации жизни общества;
2) неэффективность мер борьбы с криминальными проявлениями: несоответствие между глубинными факторами преступности и поверхностными мерами, с помощью которых государство пытается от нее избавиться;
3) криминальное саморазвитие (способность преступности к самоорганизации и способность на ужесточение мер борьбы с нею отвечать усилением мер обеспечения криминальной безопасности и эффективности преступной деятельности);
4) пороки политической системы общества:
— пассивность органов государственной власти, обусловленная дефектами политического устройства, политическими, идеологическими и социальными кризисами, коррумпированностью, слабостью политических лидеров, их неспособностью эффективно действовать в сложных условиях;
— необеспеченность (материальная, культурная, организационная) рационального функционирования демократических институтов общественного устройства;
5) межгосударственные противоречия, препятствующие концентрации усилий общества на борьбе с преступностью. Опора государственных структур на преступные группировки в межгосударственных конфликтах (например, в 1944 г. вторжение войск США и Великобритании в Италию обеспечивали группировки сицилийской мафии, в 1999 г. в ходе войны с Югославией силы НАТО опирались на вооруженные формирования албанской наркомафии).
В XIX в. немецкий философ Гегель детально исследовал закон развития через разрешение противоречий. Когда общество оказывается перед дилеммой — тотальная криминализация и господство организованного криминалитета либо избавление от пороков социального устройства, судьба будущего зависит от способности человечества сделать разумный выбор: как на интеллектуальном уровне (найти оптимальные ориентиры социального развития), так и на политическом (адекватно реализовать идеалы в социальной практике).