Функции корпоративного правового регулирования

Содержание

Введение

1. Понятие корпоративного регулирования

2. История корпоративного регулирования

3. Функции корпоративного регулирования

4. Функция доверия в корпоративном регулировании

4.1 Социальные функции доверия

4.2 Доверие и власть

Заключение

Список литературы

Введение

Цель данной работы – изучить функции корпоративного регулирования.

Корпорации являются ведущей формой хозяйствования в мировой экономике. Они производят основную массу продукции, и получают наибольшую долю прибыли. Это можно объяснить, прежде всего, теми преимуществами, которые обеспечивает данная форма хозяйствования, а именно: отделение собственности от управления, жесткое разделение собственности хозяйственного общества от собственности его участников, ограничение риска для отдельных участников, возможность привлечения дополнительного капитала путем эмиссии акций и т.д.

Путь становления корпоративной  формы ведения бизнеса в России шел бурно, на разных этапах сопровождался  кризисами. Возникло корпоративное  регулирование давно, и сегодня  оно вновь находится в стадии глубокого переосмысления. Современные кризисы в корпоративном секторе, такие как крах корпорации Enron и WorldCom, корпоративные кризисы в компаниях Parmalat и Vivendi, свидетельствуют о серьезности проблем в корпоративном секторе разных стран. Эти проблемы затрагивают глубинные основы экономических отношений в современном мире. Конфликты и скандалы в корпоративном секторе в начале XXI века стимулировали широкую общественную дискуссию вокруг корпоративного сектора экономики.

Корпоративное регулирование - важнейший вопрос современного бизнеса. Например, конкурентоспособность предприятия выявляется сегодня не только его экономическими показателями. Для инвесторов решающим моментом теперь оказывается степень развития этики бизнес-поведения и корпоративных отношений в компании.

Высокий уровень корпоративного регулирования  способен создать благоприятный  имидж не только для бизнеса, но и  для всего государства. В этом смысле подобные технологии – это  стратегический ресурс, который уже  приносит индустриальным корпорациям большие доходы. Эта сфера стала основным сегментом конкурентной борьбы в Европе и США. Системное управление напрямую повышает результативность работы компании и одновременно оказывается механизмом, продуцирующим инвестиционное доверие.

Данная тема актуальна, потому что российская экономика вступила в XXI век как экономика рыночного типа, нацеленная на стабильное и поступательное развитие. Перед страной стоят задачи обеспечить дальнейшее социально-экономическое развитие и расширенное воспроизводство ведущих отраслей экономики. В достижении этих задач огромная роль принадлежит корпоративному сектору.

правление

1. Понятие корпоративного  регулирования

Корпоративное регулирование  – комплекс мер и правил, которые  помогают акционерам контролировать руководство компании и влиять на менеджмент с целью максимизации прибыли и стоимости предприятия.

Сегодня в России осуществлено главное условие рыночных преобразований - имеет место реальное многообразие форм собственности, среди  которых наиболее значительной и перспективной является корпоративная форма организации производства и предпринимательства. Корпоративная форма социальной жизни и хозяйственной деятельности в России стала одной из составляющих многоукладной рыночной экономики. Она еще не доминирует, но ее удельный вес в экономике страны приближается к пятидесяти процентам.

В настоящий момент в российской экономике имеет место целый  ряд аргументов, выступающих в  пользу стимулирования создания корпоративных  структур. Среди тех, которые лежат  на поверхности следует отметить:

1. Объединение огромного количества самостоятельных субъектов хозяйствования в небольшое число корпоративных структур с точки зрения государственного управления экономикой страны объективно способствует снижению инфляционного роста цен, увеличивает предсказуемость динамики цен и т.п.
2. Концентрация капитала в корпорациях повышает эффективность регулирования рыночной экономики с помощью финансовых методов.
3. Создание сильного корпоративного сектора сокращает потребность в государственных предприятиях с социально ориентированной программой производства (например, госзаказ оборонного комплекса).
4. Корпоративная форма предпринимательства без вмешательства государства обеспечивает быстрый процесс оптимизации экономической деятельности в различных отраслях экономики.
5. Повышается инновационная активность в экономике, к.т. инновационная деятельность традиционно относится к приоритетным направлениям работы корпораций.
6. Усиливаются позиции на рынке отечественных производителей, объединенных в корпорации.
7. Корпоративные структуры имеют больше возможностей для интеграции в мировую экономику.

Таким образом, большая роль и социально-экономическая  значимость корпоративного сектора  в структуре экономики резко  актуализирует проблему организации  государственного регулирования корпоративного сектора экономики. Пришло время говорить об этом как о целостном системном процессе, поставленном на строго научную основу. Корпоративный сектор является относительно новым сектором российской экономики, который порождает принципиально новые отношения в экономической деятельности. Он включает в себя целый ряд специальных, специфических организационных структур и атрибутов, таких как, собрание акционеров, пакет акций, дочерняя компания и многое другое. С этим связано также возникновение целого пласта новых экономических правонарушений и преступлений.

Суть корпоративного регулирования заключается в  том, чтобы дать акционерам возможность  эффективного контроля и мониторинга  деятельности менеджмента и тем  самым способствовать увеличению капитализации компании. Этот контроль подразумевает как внутренние процедуры управления, так и внешние правовые и регулирующие механизмы. Акционеры хотят четко знать, какую именно ответственность перед ними несут высшие должностные лица компании за достигнутые результаты. Инвесторы хотят понимать, будет ли у них реальная возможность влиять на принятие важных решений.

Проблема корпоративного регулирования  возникла с появлением крупных корпораций на рубеже XIX–XX вв., когда стал происходить процесс разделения права собственности и управления этой собственностью. До этого рокфеллеры и морганы были полновластными хозяевами предприятий и держали в своих руках как исполнительные, так и контрольные функции.

В начале 30-х годов собственники стали расширять сферы своей  деятельности, и им пришлось передавать исполнительные функции другим лицам. Наемным исполнителям высшего звена доверили право принятия решений не только по текущим, но и по стратегическим вопросам. Как только это произошло, стал очевиден конфликт интересов управленцев и акционеров. Акционерам был нужен рост капитализации, а топ-менеджерам – солидный статус, высокая зарплата и бонусы. История корпоративного регулирования – история противостояния интересов этих основных сторон.

Играя на разногласиях между интересами акционеров, топ-менеджеры сконцентрировали контроль над корпорацией в своих руках.

Проблема государственного регулирования экономики - вечная проблема, как вечен и постоянен процесс  общественного производства. Каждый раз здесь актуализируется лишь новый объект регулирования. Задача ученого - во всем многообразии форм и явлений выбрать то главное, которое действительно является "болевой точкой" современного развития. В настоящий момент таковым является российский корпоративный сектор.

В России корпоративный сектор экономики является самым мощным среди остальных форм хозяйствования. Но следует отметить, что отечественные акционерные общества не в состоянии использовать все свои возможности и преимущества. Причины этого лежат в корпоративных конфликтах, большинство из которых возникает по причине несовершенного законодательства, и неразвитого фондового рынка России. Так же причины кроются в основе становления корпоративного сектора, а именно – особенностях приватизационных процессов и постприватизационного периода.

Это обуславливает всевозрастающее  значение корпоративного регулирования, как основного фактора повышения  эффективности деятельности акционерных  обществ, улучшения инвестиционного  климата Украины, и повышения  уровня корпоративной культуры.

В большинстве отечественных исследований корпорациями называют хозяйственные общества, имеющие статус юридического лица, созданные путем объединения собственности его основателей и выпуска на сумму стоимости этой собственности акций. Корпорация является экономически интегрированной системой, которая состоит из социально-экономических процессов и связей, составляющих ее структуру. Корпорации присуще наличие объединяющей идеи и целей, среди которых выделяют: максимизацию прибыли, повышение эффективности производства, усиление конкурентоспособности, рост экономического потенциала и финансовых ресурсов. Стратегической целью функционирования корпорации является увеличение ее рыночной стоимости.

Корпоративное регулирование - это  процессы регулирования собственником  своих корпоративных прав с целью получения прибыли, управления корпоративным предприятием, возмещения затрат через получение части собственности в случае ликвидации, возможных спекулятивных операций с корпоративными правами. Такое определение в большей степени характеризует деятельность одного из собственников акционерного общества направленную на получение денежного дохода. Но управление корпорацией это процесс гораздо более широкий, имеющий своей целью повышение уровня конкурентоспособности корпорации, обеспечение комплексного использования имеющихся ресурсов, координацию социального партнерства, и нацеленность на потребителя. Таким образом, корпоративное регулирование – это процесс направленный на достижение стратегических целей корпорации, и только в последнюю очередь на распределение среди собственников результатов деятельности организации.

Нетрудно увидеть, что участники  дискуссии о современном корпоративном  регулировании часто понимают различным  образом сами термины "корпоративное  регулирование" и "корпорация", что создает путаницу и недоразумения. Особенно это проявляется в русскоязычной среде. Один из источников различных недоразумений связан с обозначением в русском языке английских слов "management" и "governance" одним словом "управление". В этих условиях довольно сложно создать терминологию, которая бы точно и однозначно разделяла сферу менеджмента и корпоративного регулирования.

Другим источником недоразумений  является термин корпорация, который  иногда трактуется очень широко, а  иногда понимается достаточно узко, как одна из форм ведения бизнеса.

Существует казус с термином директор. Официально в Российском законодательстве закреплен термин "совет директоров", но при этом в совете не "директора", а "члены  совета директоров". В русском  языке исторически сложилось, что термин "директор" обозначает высшую исполнительную должность и относится к сфере менеджмента. Термин "директор" в английском языке обозначает именно члена совета директоров и относится к сфере корпоративного управления. Неустоявшаяся и противоречивая терминология свидетельствует лишь об одном. В сфере корпоративного регулирования много проблем, как практического, так и методологического плана.

2. История  корпоративного регулирования

Первый этап истории корпоративного регулирования – сосредоточение в одних руках права собственности и управления ею – закончился. Начался второй этап – корпоративная система с сильным менеджментом и слабым собственником. Управленцы свели роль акционеров к минимуму, став фактически полновластными хозяевами предприятий.

В начале 1930-х годов  Адольф Берле и Гардинер Минс, проанализировав  весьма представительные данные, пришли к следующим выводам: 200 крупнейших корпораций (за исключением банковской деятельности) контролируют примерно половину совокупной собственности  в Соединенных Штатах; 58% этой собственности принадлежит 88 из этих двухсот компаний, которые практически контролируются менеджментом, а не собственниками. При этом авторы пришли к заключению, что интерес контроля над корпорацией радикально отличается от интереса владения собственностью корпорации. Иными словами, интересы собственников капитала и агентов, управляющих этим капиталом, не совпадают. Принципу разделения прав собственности и контроля сопутствует проблема несовпадения интересов собственников и нанятых ими менеджеров. В экономической литературе в более широкой трактовке эта проблема известна как "агентская".

Ортодоксальная неоклассическая  экономическая теория опирается  на постулат поведения экономических  субъектов, направленного на максимизацию полезности. В абстрактной форме поведение экономических субъектов описывается поведением идеализированных переменных в упрощенных условиях. Предполагается, что:

• все ресурсы полностью распределены и находятся в частной собственности;
• все субъекты экономических отношений действуют исключительно из соображений денежной выгоды;
• предпочтения экономических субъектов стабильны;
• экономические трансакции не сопряжены с дополнительными издержками.

Рональд Коуз в 30-х годах  попытался ослабить четвертое условие, предположив существование ненулевых трансакционных издержек. В 70-х годах более детально в рамках экономической теории начали рассматривать вопросы ассиметрии информации при заключении сделок и эффекта неблагоприятного отбора. Агентская проблема рассматривалась в статьях Росса в контексте контрактов. Вопросы неполноты контрактов и информационной ассиметрии тщательно рассмотрели Майкл Дженсен и Вильям Маклинг, сформулировав теорию агентских издержек в 70-х годах, связав ее с проблемой формирования оптимальных контрактов, обеспечивающих минимизацию трансакционных издержек.

Для корпораций, акции которых котируются на фондовой бирже, проблема информационной асимметрии приобрела принципиальное значение. Менеджеры и члены советов  директоров обладают значительно большей  информацией о состоянии компании, что дает им преимущество при совершении операций на фондовом рынке. Хотя подобные действия во многих случаях могут считаться незаконными, проблема вновь упирается в информационную асимметрию. В реальных условиях проблема контрактов связана с практикой судебных рассмотрений. Возможность добиться доказательных выводов невысока. Именно поэтому в корпоративной практике многих стран всегда есть примеры действия менеджмента вопреки интересам акционеров. Как противовес таким действиям в литературе широко обсуждается проблема участия менеджмента в финансировании развития компании в качестве ее акционера. Простая логика говорит, что, будучи акционером, он должен рассуждать и действовать как акционер. Этот вопрос подробно рассмотрен в 70-х годах Дженсенем и Меклингом.

Логика их рассуждений известна как гипотеза о конвергенции интересов. Если не учитывать проблемы налогов, то их логика выглядит следующим образом. Если компания принадлежит полностью  одному акционеру, то 1 доллар компании, потраченный этим акционером на личное потребление, обходится ему как акционеру в 1 доллар потерь. Если этому акционеру принадлежит 80% акций компании, а 10% принадлежат другим акционером, то траты 1 доллара на личное потребление обходятся контролирующему компанию акционеру в 80 центов потерь, 20 центов теряют другие акционеры. Отсюда у акционера, контролирующего компанию, может возникать стремление относить личное потребление на счет компании. Ясно, что не всякое личное потребление может быть отнесено на счет компании. Поэтому предельная полезность каждого потребленного доллара за счет компании падает быстрее, чем одного доллара, выплаченного в форме дивидендов. Отсюда следует, что контролирующий компанию акционер будет тратить ресурсы компании на личное потребление до тех пор, пока предельная полезность трат на личные нужды не сравняется с предельной полезностью от увеличения стоимости компании.

Из этих рассуждений ясно, что  эффективность трат на личные нужды  тем выше, чем меньше доля в акционерном  капитале компании. Отсюда вытекает бесполезность попыток стимулировать менеджмент действовать в интересах акционеров за счет вовлечения его в состав акционеров с относительно небольшой долей.

Гипотеза конвергенции интересов объясняет, почему мелким акционерам трудно защитить свои интересы в компании, контролируемой крупным собственником. Если говорить в терминах Дженсена и Меклинга, то модель корпоративного управления должна быть построена таким образом, чтобы минимизировать агентские издержки. Тем не менее, в условиях неполноты контрактов, информационной асимметрии, существенным различием в знаниях и свободе, которая предоставляется менеджерам в соответствии с принципом остаточного контроля, урегулировать проблему лишь на основе контрактов невозможно. Корпоративные скандалы на протяжении всей истории развития корпораций свидетельствуют о том, что на уровне контрактов проблема вряд ли может быть полностью решена.

Существо возникающей проблемы Питер Друкер сформулировал в 1942 году в следующей форме. "Власть менеджмента — незаконная власть. Она не имеет в своей основе какого-либо фундаментального принципа, равного принципу права собственности. Но это не нападки на менеджмент. Менеджмент продемонстрировал свою эффективность и способность развивать компании и управлять капиталом. Власть им принадлежит не потому, что они узурпировали ее, а потому, что акционеры забыли о своих правах и своем долге". Совершенствование корпоративного управления, говоря языком Дракера, должно быть нацелено на создание таких моделей управления корпорациями, в которых акционеры были бы мотивированы и действительно могли бы реализовать свой долг и права в отношении собственности.

Альтернативный подход к проблеме связан с таким механизмом контрактных  отношений, при котором, говоря экономическим  языком, функции полезности менеджера и инвестора максимально совмещены. Иными словами, интересы менеджера не должны существенно отличаться от интересов акционера. Такая ситуация может быть достигнута за счет правильной системы материальной компенсации деятельности менеджмента. В конце 80-х — начале 90-х годов Дженсен и Мёрфи связали проблему поощрения менеджмента с показателями эффективности деятельности компании. Такой подход упирается в проблему оценки эффективности бизнеса, которая находится в центре многих исследователей в области менеджмента.

Существующие системы оценки эффективности  бизнеса вызывают все больше недовольства и разочарований. Все чаще утверждается, что финансовые показатели, не отражают в полной мере эффективность деятельности компании. Поиск систем измерения эффективности активно шел с начала 50-х годов, но окончательно доминирование исключительно финансовых показателей в оценке эффективности было преодолено после публикации в 1991-м году статьи Роберта Экклса "Манифест оценки эффективности".

В 1992-м году Нортон и Каплан опубликовали статью, в которой предложили систему сбалансированных показателей, увязывающую финансовые и нефинансовые показатели эффективности со стратегией и миссией компании. Десятилетия поиска оптимальной системы показателей и их практического использования в компаниях дали положительные результаты, тем не менее Нортон и Каплан не решаются рекомендовать систему сбалансированных показателей в качестве основы для построения системы оценки и мотивации менеджмента.

В 80-х годах Нелсон и Уинтер предложили отказаться от третьего постулата формальной экономической теории — о стабильности экономических предпочтений. Они утверждают, что изменение внешних условий влияет на изменение сложившихся принципов и норм поведения экономических субъектов и направлено на снижение транзакционных издержек. Фактически они перешли к построению динамической теории фирмы.

Весь спектр экономических исследований в области проблемы агентских  издержек приводит к весьма пессимистическому  заключению — у инвесторов слишком мало инструментов для контроля деятельности менеджмента и защиты своих прав собственности. Столь пессимистический вывод, тем не менее, заставил Шлейфера и Вишни задать очень важный вопрос. Почему инвесторы готовы отдать деньги менеджменту в условиях, когда теория и практика говорят о том, что у менеджмента слишком много возможностей использовать эти деньги в своих интересах? Объяснение этого феномена возможно, если учесть эффект репутации. Менеджеры, корпоративные директора и инвесторы заботятся как о своей личной репутации, так и о репутации корпорации. Менеджеры должны создать репутацию компании как способной "обменивать" риск на доходность. Тем самым менеджмент заинтересован в создании доходности для инвестора, чтобы иметь возможность получить ресурсы для финансирования роста на фондовом рынке. Таким образом, основная проблема трансформирована по существу. Инвестор не стремится финансировать корпорацию в обмен на получение права контроля. Он финансирует корпорацию в обмен на ее репутацию и способность создавать стоимость. Такой подход объясняет явление инвестиционного оптимизма, когда инвесторы охотно финансируют компании без всяких на то рациональных оснований.

Строительство финансовых пирамид  и активное участие в них большого числа людей — простейший пример нерационального поведения инвестора. Более сложные ситуации возникают в случае коренной трансформации экономических систем.

В начале индустриальной революции  инвесторы охотно вкладывали деньги в компании, которые собирались заняться строительством железных дорог в Англии. Таких компаний было достаточно много. С одной стороны, инвестору было ясно, что железные дороги — это привлекательное будущее, которое непременно произойдет и позволит хорошо заработать. Вместе с тем, они не были склонны учитывать тот факт, что не каждая компания, занявшаяся строительством этого будущего, выиграет в конкуренции. Дороги действительно построили и была получена доходность, но не все компании смогли это сделать и большая часть из них обанкротилась в силу разных причин — непрофессионализма, ложной ориентации в технологиях, низкой эффективности и т.п. Аналогичный эффект произошел в конце XX века на волне информационной революции. Все инвесторы верили, что за информационными технологиями будущее и высокая доходность, но они забыли, что далеко не все получат этот привлекательный результат. Большая часть компаний обанкротится. В том и в другом случае инвесторы, по сути, сыграли на скачках в соревновании за лидерство. Кто-то выиграл, но большая часть проиграла, так как их "лошадь" не была лучшей.

Таким образом, возникает необходимость  отказаться и от второго постулата  формальной экономической теории о "денежных" рациональных интересах  экономических субъектов. В рамках поведенческой теории финансов развиваются  концепции иррационального поведения инвесторов на фондовом рынке. Этот иррационализм связан с различиями в оценке будущего, отношении к рискам, со стремлением к игре "на деньги" в надежде на большой выигрыш.

Из этого спектра работ ясно вытекает необходимость в корне  пересмотреть природу корпорации и, прежде всего, роль и власть ее акционеров. Корпорация не является системой с четкими границами. Это открытая система. Почему поставщик капитала в открытой системе имеет столь неограниченную власть в процессе принятия решений? Возникает проблема оценки и учета интересов других заинтересованных сторон в деятельности корпорации. Открытость системы и появление интересов других сторон заставляют иначе взглянуть на природу корпорации.

Соответствующий круг вопросов рассмотрен в работе Luigi Zingales. Автор ясно формулирует проблему пересмотра основных гипотез и тех оснований, на которых построена теория фирмы. Между теорией фирмы, объясняющей фундаментальные основы деятельности корпорации, современным корпоративным управлением, корпоративными финансами и организационным развитием сложился неоправданно большой разрыв. Устранение этого разрыва ставит перед фундаментальной экономической наукой новые трудные задачи. Дальнейшие попытки оставаться внутри устаревших гипотез, полезных для первоначального развития экономической теории, делают эту теорию сегодня бесполезной игрушкой не только в корпоративном управлении, но и в более близких областях, таких как корпоративные финансы. Многие вопросы корпоративного управления так и останутся вопросами без ответов, если они рассматриваются вне современных взглядов на структуру капитала, оценку стоимости бизнеса и формирование стратегических решений.

Если взглянуть глубже на развивающуюся  дискуссию, то становится ясно, что  назрела необходимость серьезного переосмысления базовых принципов капитализма, построения нового понимания собственности. Совершенно ясно, что попытка "втиснуть" феномен интеллектуальной собственности в узкие рамки понимания частной собственности, сложившегося несколько веков назад, не дает удовлетворительного результата.

Сегодня уже невозможно рассматривать  проблемы корпоративного управления вне  понимания таких социальных механизмов, как формирование социального капитала и феномена доверия в современном  обществе. Без этого вряд ли можно понять природу семейного бизнеса и различия в экономическом развитии стран. Проблема взаимодействия экономического капитала (капитала в классическом смысле) и социального капитала — одна из фундаментальных проблем корпоративного управления в широком смысле. Обсуждение прав мелких акционеров в рамках понимания корпоративного управления в узком смысле не будет результативным. Ответы не лежат в плоскости пропорций между исполнительными и независимыми директорами в корпорации. Нужно изучать проблему формирования социального капитала в обществе, проблему механизмов воспроизводства доверия между людьми и социальными группами. Именно здесь кроется широкий спектр ответов на актуальные вопросы современного корпоративного управления.