Хищение путем грабежа. Отграничение от разбоя

Основные данные о работе

Содержание

Введение

Собственность составляет экономическую основу существования  любого общества, а неотчуждаемое  право быть собственником является важнейшей гарантией осуществления интересов и свобод личности. Между тем в нашей стране доля посягательств на чужое имущество среди других преступлений остается высокой (см. Приложение А). Например, из 2628,8 тыс. преступлений, зарегистрированных в России в 2010 г., 49,4 % относится к посягательствам на имущество¹.

Спектр преступлений против собственности разнообразен, но среди посягательств на собственность заметное место занимают хищения, совершаемые в форме грабежа. Грабеж, как один из видов преступления против собственности, относится к числу довольно опасных и распространенных преступлений. В России в 1997 г. было совершено 112 049 грабежей, в 2005 г. – уже 344 440², а в 2010 - 164 547. Общественная опасность грабежей заключается в том, что при их совершении лицом открыто изымается чужое имущество, на которое оно не имеет никакого права, что свидетельствует о значительной опасности лиц, совершающих рассматриваемое преступление. Именно грабежи, как и другие тяжкие и насильственные преступления, активно противостоят правопорядку и общественному развитию. Довольно тяжкими являются и последствия этих деяний. Лица, совершающие грабежи (среди них много рецидива), распространяют среди населения стереотипы агрессивно-насильственного поведения. Грабежи представляют серьезную опасность для нормального функционирования рыночных отношений в экономике. В связи с этим изучение грабежа является актуальным.

В научной литературе по уголовному праву уделяется достаточное внимание рассмотрению как хищений в целом, так и исследованию отдельных его видов, к которым относится грабеж, а также квалифицирующих признаков указанных преступлений. Однако ряд вопросов не нашел своего отражения, отдельные из них не разработаны в достаточной степени в теории, некоторые вопросы продолжают оставаться спорными, а другие получили противоречивое толкование. Важно обратить внимание и на то, что большинство работ либо издано до принятия Уголовного кодекса РФ 1996 г.³ (далее- УК РФ), либо касается отдельных аспектов хищений и его видов. Сказанное доказывает необходимость проведения настоящего исследования.

Недостаточная научная разработанность, а также актуальность темы предопределили ее цель – дать комплексную уголовно-правовую характеристику грабежа как одной из форм хищения, выявить признаки, характеризующие его как хищение, а также признаки, позволяющие отграничить грабеж от разбоя.

Для достижения поставленной цели необходимо решить следующие задачи:

- определить понятие хищения и выявить его признаки;

- определить понятие и раскрыть признаки простого и квалифицированного грабежа;

- провести отличие грабежа от разбоя.

Объектом исследования является грабеж, как разновидность хищения; нормы уголовного закона, устанавливающие ответственность за данный вид преступления.

Предметом исследования является комплекс теоретических и практических вопросов, включающих в себя: совершенствование, применение, а также толкование норм уголовного закона, устанавливающих ответственность за грабеж.

Методологической основой исследования являются совокупность методов научного познания: формально-логического, комплексного, диалектического, исторического, сравнительного правоведения и т.д.

Практическая значимость работы заключается  в том, что углубленное изучение грабежа позволяет закрепить  знания по этому вопросу и избежать ошибок при проведении уголовно-правовой квалификации данного деяния.

Основная часть

1. Грабеж как форма хищения

1.1. Понятие, предмет и объективные признаки хищения

В современном российском уголовном  праве термином «хищение» обозначается большая группа преступлений против собственности, сходных между собой  по многим объективным и субъективным признакам. Понятие хищения – законодательное понятие; оно дано в примечании 1 к ст.158 УК РФ: «Под хищением в статьях настоящего Кодекса понимаются совершенные с корыстной целью противоправные безвозмездное изъятие и (или) обращение чужого имущества в пользу виновного или других лиц, причинившие ущерб собственнику или иному владельцу этого имущества». Приведенное понятие олицетворяет так называемый родовой состав хищения, применимый ко всем конкретным формам хищения (краже, мошенничеству, присвоению, растрате, грабежу и др.).

Законодательное понятие хищения  дает основания для выделения  следующих признаков хищения:

1) хищение направлено против чужого имущества, которое выступает его предметом;

2) хищение представляет собой изъятие и (или) обращение чужого имущества в пользу виновного или других лиц;

3) хищение – это противоправное действие;

4) хищение – это безвозмездное  действие;

5) оно причиняет ущерб собственнику или законному владельцу имущества;

6) оно совершается с корыстной целью.

Рассмотрим каждый из признаков подробнее.

В следственно-судебной практике возникает немало вопросов, связанных с правильным пониманием предмета хищения чужого имущества. Предметом хищения и иных преступлений, ответственность за совершение которых предусмотрена нормами гл. 21 УК РФ, является чужое, т.е. не находящееся в собственности или владении, имущество⁴.

Изучение практики показывает, что  «чужим» для виновного может  быть и имущество, фактически принадлежащее  ему. Так, Ш., взяв в долг у В. деньги, передал ей в качестве обеспечения его возврата икону, похищенную им ранее, о чем В. известно не было.

В связи с тем, что Ш. возможность  возвратить долг не имел, он вступил  в сговор с К. на завладение иконой, находившейся у В., путем применения насилия. Реализуя свой умысел, Ш. и К. завлекли В. в квартиру, где после нанесения удара газовым ключом по голове В. завладели иконой.

В кассационной жалобе адвокаты осужденных утверждали, что действия по изъятию  иконы нельзя расценивать как  хищение, т.к. в период совершения нападения на В. икона принадлежала осужденному Ш.

Верховный Суд Карелии, рассмотревший  данную жалобу, доводы адвокатов посчитал несостоятельными. «Согласно состоявшейся договоренности, – указал Суд, –  икона до возврата долга осужденными  должна была находиться у потерпевшей. Насильственные действия по ее изъятию, до возврата долга, не могут быть признаны законными, они образуют состав хищения»⁵.

Соглашаясь с данным решением Верховного Суда Карелии, полагаем необходимым  обратить внимание также на то обстоятельство, что похищенное виновным К. имущество – икона – хотя и принадлежало виновному Ш., однако оно не перестало быть для него самого чужим. Никаких законных прав К. на похищенную икону не имел. Поэтому в этой части доводы адвокатов осужденных действительно следует считать неубедительными.

При этом под предметом преступлений против собственности понимается не любой объект права собственности, а лишь такой, который обладает:

1) физическим (вещным) признаком. Предмет преступления (имущество) - материальная вещь объективного (внешнего) мира, занимающая какое-либо место в пространстве. Способность перемещения предметов в пространстве предопределяет их особенность, которая заключается в том, что предметом хищений могут быть вещи и иные пространственно обособленные материальные объекты, обладающие некими натуральными физическими параметрами (числом, количеством, весом, объемом и т.д.). С физической стороны имущество, являющееся предметом хищения, может быть как движимым, так и недвижимым, т.е. имеет определенную физическую форму;

2) экономическим признаком, который означает, что предметом хищения должно быть, во-первых, такое имущество, которое обладает свойством экономико-хозяйственной полезности (ценности). Потребительская стоимость вещи - полезность, т.е. способность вещи удовлетворять потребности человека. Например, мобильный телефон, выступающий предметом хищения, предназначен для удовлетворения коммуникабельных потребностей человека. Во-вторых, имущество должно иметь стоимость, выраженную в цене. При определении стоимости имущества следует исходить из рыночных цен на момент совершения преступления. При отсутствии цены стоимость имущества определяется на основании заключения экспертов;

3) социальным признаком, который состоит в том, что под ним понимаются вещи, обособленные из естественного природного состояния, в создание которых вложен труд человека. Этот признак позволяет отграничить предмет хищения от предметов экологических преступлений, ответственность за которые предусмотрена гл. 26 УК РФ. При этом приложение труда к имуществу в двух возможных ситуациях делает его предметом хищения:

- когда труд был приложен к нему одними людьми для извлечения (отделения) от природной среды, а завладение этим извлеченным из естественного состояния имуществом производится уже другими людьми без согласия первых. Сам труд здесь состоял в выводе, вычленении природных богатств из естественной среды;

- труд был приложен людьми для обеспечения в отношении имущества состояния естественной среды. В этих случаях труд заключался, например, в высадке специально приобретенной рассады лесных или других растений и уходе за ней, в разведении мальков рыбы и их выращивании в специальных водоемах (постоянной подкормке, обеспечении теплового режима и т.п.), в создании условий, близких к естественной среде, при выращивании зверей (например, норок, нутрий), и т.д.

В добавление к двум изложенным выше Н.А. Лопашенко формулирует и третью типичную ситуацию, при которой приложение человеческого труда к природным богатствам делает их потенциальными предметами хищений. В этой ситуации природные богатства остаются пребывать в естественном природном состоянии; последнее не поддерживается искусственно, однако уже предприняты шаги к тому, чтобы состоялся будущий товарооборот. В них вложен человеческий труд, иногда – вместе с ним – и немалые иные материальные затраты, которые дают основание рассматривать эти природные богатства как предмет хищения⁶.

Вместе с тем следует  заметить, что иногда даже вложение некоторого человеческого труда  в природные богатства не дает оснований рассматривать их как предмет хищений. Так, например, лес может быть посажен людьми, затратившими на это немалые средства; для поддержания экологического равновесия человек может выпустить в водные объекты молодь рыб или подкармливать в холодное время года зверей в заповеднике или заказнике, и т.д. Однако этот труд не направлен на то, чтобы ввести природные богатства в товарооборот, сделать шаг по переводу их в вещь. Поэтому посягательство на указанные объекты остается посягательством экологическим, а не преступлением против собственности, не хищением. В соответствии со сказанным, в добавление к трем выделенным выше ситуациям, в которых приложение человеческого труда превращает природные богатства в предмет хищения, нужно специально оговорить, что труд этот должен быть направлен именно на введение природных богатств в товарооборот, на превращение их в имущество;

4) юридическими признаками, которые заключаются в том, что:

а) по общему правилу предметом хищений, предусмотренных гл. 21 УК РФ, не могут быть вещи, изъятые из свободного гражданского оборота (например, ядерные материалы и радиоактивные вещества; огнестрельное оружие, боеприпасы, взрывчатые вещества и взрывные устройства; наркотические средства и психотропные вещества), несмотря на то что они обладают экономическим свойством стоимости, а также официальные документы, штампы, печати, марки акцизного сбора, специальные марки или знаки соответствия. В данном случае уголовная ответственность наступает по специальной норме - соответственно ст. 221, 226, 229, 325 УК РФ в силу действующего правила о конкуренции общей и специальной норм (ч. 3 ст. 17 УК РФ).

б) имущество должно быть наличным и принадлежать физическому или юридическому лицу по праву собственности или находиться в законном владении иного владельца имущества;

в) как уже было сказано выше - имущество должно быть чужим для виновного, т.е. на момент противоправного его изъятия не принадлежать виновному по праву собственности, что вполне осознается субъектом преступления⁷.

Непосредственным объектом хищения можно признать отношения собственности в узком, юридическом, смысле слова. Как правило, эти преступления поражают право собственности, хотя есть исключения из этого правила. Например, то обстоятельство, что имущество нажито преступным путем, не исключает ответственности за его хищение⁸.

Объективная сторона  хищения характеризуется активными  действиями, выразившимися в противозаконном, безвозмездном изъятии и (или) обращении  чужого имущества в пользу виновного  или других лиц и в причинении имущественного ущерба собственнику или иному владельцу этого имущества.

Первый признак хищения  – это изъятие и (или) обращение  чужого имущества в пользу виновного  или других лиц. Благодаря этому  признаку объективная сторона хищения  по закону теперь стала характеризоваться сразу тремя альтернативными действиями: изъятием имущества; обращением имущества в пользу виновного или других лиц; изъятием имущества и его обращением в пользу виновного или других лиц.

В этой связи следует  признать не соответствующим закону утверждение о том, что «главным способом хищения является изъятие имущества у собственника или иного владельца»⁹. Изъятие – не способ хищения, а действие, имеющее, согласно закону, место при совершении хищения.

Не следует из текста примечания 1 к ст. 158 УК РФ и мнение авторов одного из учебников по уголовному праву, которые к признакам объективной стороны хищения относят только «изъятие» имущества¹⁰.

Также стоит оценить  суждение о том, что «изъятие всегда сопряжено с обращением чужого имущества  в пользу виновного»¹¹. Если бы это было так, то законодатель, конечно же, не стал бы в определении хищения использовать союз «или» между словами «изъятие» и «обращение».

Обязательный признак  хищения – незаконный характер изъятия  чужого имущества, т.е. его перевод  в фактическое обладание виновного без каких-либо законных оснований для этого и без согласия собственника или иного владельца.

Существенным признаком  хищения служит безвозмездность  изъятия чужого имущества. Изъятие  считается безвозмездным, если оно  производится без соответствующего возмещения, т.е. бесплатно или с символическим либо неадекватным возмещением. Так, выбраковка скота с последующим приобретением по заведомо низкой цене практикой вполне обоснованно признается хищением. Точно так же является хищением завладение имуществом путем замены его на заведомо менее ценное¹².

Некоторые юристы указывают  на отсутствие необходимости включения  в определение хищения признака безвозмездности по следующим соображениям:

а) этимологически «безвозмездность»  означает «бесплатный, неоплачиваемый», между тем судебная практика признает наличие данного признака и в случае частичной оплаты стоимости похищенного имущества;

б) безвозмездность при хищении  – одна из сторон цели («корыстной»), другого конструктивного признака, непосредственно указанного в законе;

в) на безвозмездность указывает  общественно опасное последствие, характерное для хищения (реальный ущерб), которое не может наступить  при возмездном завладении чужим  имуществом¹³.

Н.Д. Эриашвили, наоборот, подчеркивает обязательность этого признака, исключение, которого, по его мнению, «породит трудности при применении закона и в первую очередь при разграничении хищений и иных преступлений, как против собственности, так и направленных на другие объекты уголовно-правовой охраны»¹⁴.

Безвозмездность изъятия чужого имущества неразрывно связана с наступлением в результате этого преступления общественно опасных последствий в виде причинения собственнику или иному владельцу имущественного ущерба, под которым понимаются прямые убытки, измеряемые стоимостью похищенного имущества. Именно с наступлением таких последствий связывается момент окончания хищения. Определение момента окончания хищения имеет как теоретическое, так и серьезное практическое значение. От его решения зависит признание хищения оконченным либо прерванным на стадии покушения, наличия добровольного отказа от его совершения, точность юридической оценки содеянного и т.д.¹⁵

Хищение чужого имущества должно признаваться оконченным преступлением с момента  фактического изъятия имущества  независимо от того, удалось ли виновному распорядиться похищенным имуществом как своим собственным: потребить или использовать иным образом, продать, подарить, передать в долг либо в счет уплаты долга и т.д. Однако для признания хищения оконченным необходимо, чтобы в результате незаконного изъятия чужого имущества виновный получил реальную возможность распорядиться похищенным имуществом по своему усмотрению. Отсутствие такой возможности исключает квалификацию преступления как оконченного хищения. Таким образом, момент окончания хищения не совпадает точно с моментом изъятия имущества; он наступает чуть позднее, тогда, когда похититель может посчитать изъятое имущество своим собственным.

Поскольку момент возникновения реальной возможности определяется по-разному в каждом конкретном случае, возникает вопрос: в каких границах она определяется? Г.А. Кригер, уделивший наибольшее внимание данному вопросу, отметил, что возможность распорядиться имуществом по своему усмотрению не следует путать или отождествлять с реальным достижением тех конечных целей, которые лицо ставило перед собой. Он пишет: «Виновный может и не достичь этих целей, то есть не успеть потребить, продать или иным способом распорядиться похищенным имуществом; важно, чтобы он достиг возможности совершить указанные действия»¹⁶.

Хищение – материальный состав преступления; для наличия  оконченного состава необходимо, чтобы объекту преступления был  причинен ущерб. Значение установления действительной стоимости похищенного  объясняется также интересами определения степени общественной опасности криминального хищения. Очевидно, чем больше совокупная стоимость изъятого имущества, выраженная в денежной сумме, чем больший материальный ущерб причиняется собственнику, тем выше степень общественной опасности совершенного преступления. Во многих составах хищений это обстоятельство приобретает квалификационное значение в силу того, что размер причиненного материального ущерба как преступного результата предусмотрен в качестве квалифицирующего или даже особо квалифицирующего признака. В связи с этим хищения подразделяются на: мелкое (ст. 7.27 КоАП РФ), хищение, причинившее значительный ущерб гражданину (п. «в» ч. 2 ст. 158, ч. 2 ст. 159, ч. 2 ст. 160 УК РФ), крупное (п. «в» ч. 3 ст. 158, ч. 3 ст. 159, ч. 3 ст. 160, п. «д» ч. 2 ст. 161, ч. 3 ст. 162 УК РФ), хищение в особо крупном размере (п. «б» ч. 4 ст.158, ч. 4 ст. 159, ч. 4 ст. 160, п. «б» ч. 3 ст. 161, п. «б» ч. 4 ст. 162 УК РФ)  и хищение предметов, имеющих особую ценность (ст. 164 УК РФ)¹⁷.

Обязательный признак объективной стороны хищения – причинная связь между противоправными действиями виновного и наступившими общественно опасными последствиями в виде причинения собственнику или иному владельцу реального имущественного ущерба.

1.2. Субъективные  признаки хищения

Субъективная сторона всякого хищения характеризуется виной в виде прямого умысла. Виновный осознает общественную опасность своих действий и отсутствие у него всяких прав на похищаемое имущество, предвидит неизбежность наступления вредных последствий в виде причинения собственнику или иному владельцу имущественного ущерба и желает их наступления.

Обязательные признаки субъективной стороны хищения –  корыстный мотив¹⁸ и корыстная цель¹⁹. Сущность корыстного мотива при хищении состоит в побуждениях паразитического характера, в стремлении удовлетворить свои материальные потребности за чужой счет противоправными способами, путем завладения имуществом, на которое у виновного нет никаких прав. Известный русский исследователь В.В. Есипов писал: «Мотив корысти означает все те побуждения и стимулы, которые имеют своим основанием желание противозаконного обогащения; поэтому нельзя считать похищением изъятие чужих съестных припасов для раздачи бедным»²⁰.

Корыстная цель – стремление извлечь материальную, имущественную  выгоду незаконным путем. Данная цель должна удовлетворяться за счет изъятого имущества, а не каким-либо иным способом. Изъятие признается совершенным с корыстной целью лишь в том случае, если виновный преследует намерение обратить похищенное имущество в свою пользу или в пользу других лиц²¹. При удовлетворении личных материальных потребностей самого похитителя наличие корыстной цели не вызывает никаких сомнений. Но корыстная цель имеется и в тех случаях, когда похищенное имущество передается другим лицам, в обогащении которых виновный заинтересован по различным причинам (при передаче похищенного имущества родным или близким виновного либо лицам, с которыми у него имеются имущественные отношения, например передача в счет погашения долга, или с которыми после передачи похищенного возникают имущественные отношения, например сдача в аренду).

Незаконное изъятие  чужого имущества без корыстной  цели не образует хищения. Именно таким  образом теория уголовного права  и судебная практика решили вопрос о квалификации действий лиц, незаконно изымающих детали или запасные части автомашин либо механизмов одного государственного предприятия и использующих их для работы автомашин либо механизмов другого государственного предприятия. Подобные действия при соответствующих условиях могут содержать состав какого-то иного преступления, для которого корыстная цель – не обязательный признак. В силу отсутствия корыстной цели не может квалифицироваться как хищение и так называемое временное позаимствование, когда, например, кассир берет во временное личное пользование деньги из кассы с их последующим возвратом.

Однако обязательность такой цели законодатель поставил под  сомнение тем, что, как уже говорилось, вопреки приведенному положению  фактически сконструировал в УК РФ ряд норм о хищении, совершаемом необязательно с корыстной целью. К ним можно относить хищения ядерных материалов, радиоактивных веществ, оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ, взрывных устройств, наркотических средств и психотропных веществ (ст.ст.221, 226, 229 УК РФ). Хотя формально, как следует из примечания 1 к ст. 158 УК РФ, корыстная цель (как и другие названные в нем признаки хищения) обязательна и для перечисленных выше преступлений. Вместе с тем не все признаки хищения, указанные в законе, могут быть признаны едиными или универсальными. Например, «корыстная» цель является обязательной при краже чужого имущества, однако она не всегда присутствует при хищении наркотических средств; безвозмездность обязательна при мошенничестве, однако необязательна при хищении радиоактивных веществ; причинение имущественного ущерба (и обогащение виновных) обязательно при грабеже; «временное позаимствование» исключает ответственность за присвоение чужого имущества, однако не исключает ее при хищении оружия и т.д.

Надо заметить, что, называя  цель, к которой стремится виновный, и мотив, которым он руководствуется, одинаково корыстными, законодатель создал проблему: внес разночтение как в практику, так и в теорию. Например, Пленум Верховного Суда РФ как убийство из корыстных побуждений предлагает квалифицировать убийство, совершенное «в целях получения материальной выгоды для виновного или других лиц... или избавления от материальных затрат...»²². В литературе же высказана по данному вопросу такая мысль: «Цель при хищении... как и мотив, является корыстной, т.е. сводится к стремлению виновного безвозмездно и заведомо противоправно присвоить чужое имущество...»²³.

Нетрудно заметить, что  здесь, по сути, происходит смешивание понятий мотива и цели преступления. Однако в этом вопросе нельзя не замечать того обстоятельства, о котором А.Ф. Зелинский говорит следующее: «Мотив означает «почему» и «ради чего» (личностный смысл) совершается деятельность и действие как ее часть. Цель отвечает на вопрос, «для чего» действие совершается»²⁴.

Таким образом, мотив  и цель – понятия хоть и близкие, но не совсем совпадающие по содержанию, их нельзя отождествлять²⁵. В конкретном человеческом поведении мотив, очевидно, не может быть одновременно его целью²⁶. Поэтому как, например, хулиганские побуждения нельзя «трансформировать» в «хулиганскую цель», так и корыстный мотив, по нашему мнению, не может превратиться в «корыстную цель».

В рассматриваемой ситуации необходимо иметь в виду и то обстоятельство, что во всех без исключения статьях  УК РФ, в которых упомянута корысть, кроме статей о хищении, она характеризует мотив преступления. Этот признак субъективной стороны в ст.ст. 181, 182, 183, 285, 292 и 325 обозначен словами «корыстная заинтересованность», а в ст. 105, 153, 206 и 245 УК РФ – словами «корыстные побуждения». Особо следует отметить, что корыстные побуждения являются признаком также похищения человека (ч. 2 ст. 126 УК РФ).

В теории многие специалисты  корыстный мотив признают обязательным признаком хищения чужого имущества²⁷. Однако высказано мнение и о необязательном его характере. Так, В.Н. Литвинов мотивами несовершеннолетних участников групповых корыстных преступлений против собственности называет «желание утвердить себя как умеющего жить»²⁸, а И.С. и С.И. Тишкевичи утверждают, что «корыстные мотивы при хищении не обязательно должны быть единственными»²⁹.

Действительно, в примечании 1 к ст.158 УК РФ корыстный мотив  не назван. Одно это обстоятельство дает основание говорить о том, что  мотив не является обязательным признаком  преступлений, именуемых в УК РФ хищением. Конечно, корыстный мотив типичен для хищения чужого имущества, однако фактически, совершая такого рода преступления, виновный может руководствоваться и другими мотивами, в том числе самыми «благородными» (помощи обездоленным, возврата долга и т.п.). Поэтому главным в квалификации действий виновного как хищения является не мотив, который может быть не только корыстным, а цель, которой является незаконное обогащение, получение наживы за счет чужого имущества, какими бы мотивами при этом лицо не руководствовалось³⁰.

Резюмируя сказанное, можно прийти к следующим выводам: во-первых, имеются достаточные основания для отнесения в уголовном законодательстве РФ слова «корысть» к характеристике исключительно мотива совершения преступления, во-вторых, при совершении хищения чужого имущества наличие корыстного мотива не обязательно, в-третьих, цель при хищении не может быть названа «корыстной»³¹.

Конечно, совершая хищение, виновный преследует определенную цель³². Эта цель состоит, прежде всего, в обогащении виновного, в личном потреблении похищенного имущества (по этой причине нельзя назвать приемлемым предложение С.В. Склярова об указании в примечании 1 к ст.158 УК РФ такой цели хищения, как цель распоряжения похищенным «по усмотрению виновного»³³; подобное нововведение, необоснованно расширит понятие хищения и позволит квалифицировать как хищение случаи завладения чужим имуществом, например, для последующего его уничтожения).