Ирина Эланс

Автор который поможет с любыми образовательными и учебными заданиями

Перестройка и распад СССР. 2

ОГЛАВЛЕНИЕ

ВВЕДЕНИЕ 3

1 СОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКАЯ И ПОЛИТИЧЕСКАЯ

СИТУАЦИЯ В СССР В КОНЦЕ 70-Х – НАЧАЛЕ 80-Х ГГ. ХХ ВЕКА 3

1.1 Нарастание застойных явлений в экономике и предпосылки социально - экономического кризиса 5

Состояние политической системы 7

2 РЕАЛИЗАЦИЯ ПОЛИТИКИ ПЕРЕСТРОЙКИ В 1985-1991 ГГ. И ПОСЛЕДСТВИЯ ПЕРЕСТРОЕЧНОГО ПРОЦЕССА 10

Изменение государственной идеологии: гласность, перестройка 10
Основные этапы реализации реформы политической системы 17

3 Последствия перестроечного процесса 21

3.1 Распад Советского Союза 21

3.2 Экономические последствия 25

ЗАКЛЮЧЕНИЕ 28

СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННЫХ ИСТОЧНИКОВ 30

ВВЕДЕНИЕ

С середины 80-х и особенно с начала 90-х гг. в России, как и в целом в СССР, стали происходить серьезные изменения. Эти изменения затронули все стороны социально-экономической и особенно политической жизни советского общества. Они протекали весьма быстро, носили противоречивый характер и имели серьезные последствия для России и всех республик, входивших в Советский Союз. Вместе с тем политические события, проходившие в Советском Союзе и в его республиках, отразились и на процессе мировой политической истории. Этот громкий период в истории СССР получил название периода перестройки. К началу 1990-х годов перестройка привела к обострению кризиса во всех сферах жизни общества и к дальнейшему распаду СССР.

Сегодня трудно объективно разобраться во всех этих событиях и, особенно в их последствиях, дать однозначный ответ на все вопросы, которые в этой связи возникают. Потребуется немало времени, прежде чем историки дадут на все эти вопросы убедительные ответы. Сегодня же точка зрения и оценки исследователей противоречивы, во многом субъективны и далеки от совпадения. Это естественно, так как для глубокого и объективного осмысления этих событий потребуются время, накопление и изучение всестороннего и большого документального материала.

Для того, чтобы понять процессы, происходившие в СССР и приведшие к его распаду, необходимо рассмотреть особенности развития этого государства, форму правления в СССР, государственный режим, форму административно-территориального устройства а так же некоторые проблемы советской государственности.

Данный вопрос интересен мне в силу своей актуальности, слабой изученности и неоднозначности. В настоящее время не утихает острая полемика по вопросу о сущности советского государства. Считаю, что эта тема, во многом, универсальна: в рамках данного вопроса, так или иначе, рассматривается история СССР вообще. Целью своей работы ставлю изучение причин, развития и последствий кризиса в СССР в 1985-1991 гг.

Задачи работы:

- выделить предпосылки экономического и политического кризиса в СССР;

- рассмотреть изменения государственной идеологии в 1985-1991 гг., дать понятия «новое политическое мышление», гласность, перестройка;

- проанализировать основные этапы реализации реформы политической системы Советского Союза;

- проанализировать основные направления внешней и внутренней политики СССР

- определить последствия перестройки, дать характеристику распада СССР;

Методы исследования:

- анализ литературы по данной проблеме;

- изучение документов и материалов по проблеме;

- анализ и обобщение различных точек зрения по проблеме.

Проблема освещения событий истории СССР 1985-1991 гг. до настоящего момента в различной литературе оценивается неоднозначно. В качестве источниковой базы данного исследования были выбраны работы как отечественных, так и зарубежных авторов: Согрин В.А. Политическая история Современной России 1985-1994 гг. От Горбачева до Ельцина; Верт Н. История Советского государства; Мау В.А. Экономика и власть; Геллер М.Я. Горбачев: победа гласности и поражение перестройки; Афанасьев Ю.Н. Опасная Россия. Важным источником послужила книга М.С. Горбачева «Перестройка и новое мышление», на основе которой можно было давать анализ событиям с точки зрения непосредственного их руководителя.

Материал работы представлен во введении, двух главах и заключении.

1 СОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКАЯ И ПОЛИТИЧЕСКАЯ СИТУАЦИЯ В СССР В КОНЦЕ 70-Х – НАЧАЛЕ 80-Х ГГ. ХХ ВЕКА

1.1 Нарастание застойных явлений в экономике и предпосылки

социально - экономического кризиса

Рассматривая исторические события в Советском Союзе середины 80-х – начала 90-х годов необходимо для понимания явлений и процессов проанализировать ситуацию, сложившуюся в стране к началу 80-х годов.

Последствия кризиса, нарастающего с момента смещения Хрущева, на рубеже 70-х и 80-х годов начали проявляться все чаще в разнообразных формах. В первую очередь он коснулся экономики.

Система управления обществом, которую называют командно-административной, функционировала все хуже с точки зрения достижения тех целей, которые – по крайней мере, на бумаге – она ставила перед собой: централизованного планирования, производства и распределения, контроля над этими процессами. Даже простое ознакомление с официальными документами эпохи – а ведь в них постоянно присутствовало стремление представить действительность в наиболее оптимистическом свете – неоспоримо свидетельствует: поставленные задачи, провозглашенные проекты, обещанные изменения либо вовсе не осуществлялись, либо осуществлялись минимально. Так называемые государственные планы, в конечном счете, оказывались бесконечно повторяющимися призывами, обреченными на провал.[1, C. 210]

Там, где, по теории, все регулировалось и контролировалось сверху, большая часть экономических явлений на самом деле ускользала от какой бы то ни было эффективной проверки и предвидения. Наряду с официальной экономикой образовалась «теневая экономика». Ее неписанные правила покорно принимались (а то и поощрялись) самими государственными предпринимателями. Подобная хозяйственная практика развивалась рука об руку с коррупцией, постепенным приспособлением властей к незаконным операциям.

В результате складывалось очень тревожное положение. Экономика в целом не развивалась. Даже по официальной статистике, обоснованно подозреваемой в оптимистическом завышении данных, темпы хозяйственного роста СССР на протяжении 70-х годов медленно, но неуклонно угасали и, наконец, почти замерзли к началу следующего десятилетия. Именно это явление было позже охарактеризовано как период «брежневского застоя».

В качестве основного направления развития советской экономики уже в начале 70-х был провозглашен переход от «экстенсивного» к «интенсивному» хозяйствованию, то есть к такой экономике, рост которой определялся бы главным образом улучшением качественных показателей. На практике же именно эти показатели: производительность труда, ресурсосбережение, качество продукции, эффективность использования оборудовании – не только не прогрессировали, но и ухудшались. [2, C.142]

Огромные средства были направлены в сельское хозяйство. Но это не дало ожидаемого эффекта – производство сельскохозяйственной продукции, и в частности животноводства, оставалось на прежнем уровне. Возможно, эти средства не были на практике эффективно использованы. Возможно, уже было слишком поздно и уже нельзя было преодолеть отчужденность крестьянина по отношению к собственному труду, побуждавшую, особенно молодежь, уезжать из села. Как бы то ни было, вместо обещанного изобилия – и, несмотря на импорт зерна в огромных масштабах – страна столкнулась в начале 80-х годов с настоящим продовольственным кризисом. Рассыпалось, таким образом, и обещание роста благосостояния путем обеспечения все большего обилия потребительских благ, которым брежневское руководство пыталось найти и вначале добивалось поддержки населения.

Однако в целом партийно-государственный аппарат оказался неспособным перестроить экономику страны в соответствии с новым этапом научно-технической революции («микроэлектронная революция»). В структуре экономики господствующее положение занимали устаревшие, традиционные отрасли (производство стали, чугуна, железной руды и т, д.). Сказывалась предельная милитаризация экономики, чрезмерная военная нагрузка на народное хозяйство. Экономика развивалась в основном за счет экстенсивных факторов — министерства предпочитали строить новые предприятия, а не оснащать старые. В итоге вытеснение ручного труда в производстве шло очень медленно.

В итоге уже в 70-е годы наметилось резкое отставание СССР от развитых капиталистических стран Запада по темпам экономического развития. Реальных попыток реформировать экономику в соответствии с требованиями научно-технической революции не производилось. Вместо этого проводились затяжные эксперименты с введением хозрасчета на предприятиях, предпринимались попытки изменить организацию промышленного производства путем создания научно-производственных объединений (НПО). Желаемого слияния науки и производства эти меры не принесли. Отличительным признаком данной эпохи стал рост масштабов незаконной промышленной и торговой деятельности, коррупции. В этой обстановке все проникающие на руководящие посты лица стремились обогатиться. В результате доходы теневой экономики исчислялись миллиардами рублей. К началу 80-х годов стала очевидной неэффективность ограниченного реформирования советской системы.

1.2 Состояние политической системы

Как считают многие современные ученые, нарастание кризисных явлений в экономике в данный период было связано с тем, что преобразования в социально-экономической сфере не были поддержаны реформированием политической и социальной сфер.

Политическое развитие общества характеризовалось всевластием партийно-государственного аппарата. Его роль в координации производства, распределении благ неимоверно выросла, о чем свидетельствует и резкий рост численности аппаратчиков (до 18 млн. человек). Быстрый рост бюрократии обеспечивался многочисленными льготами и привилегиями. Вследствие отсутствия механизма обжалования действий чиновников, растет их безнаказанность, аппарат часто даже не считал нужным руководствоваться Конституцией. Более того, руководители центральных и региональных комитетов партии издавали указы, инструкции, прямо противоречащие конституции. Такое положение вещей благоприятствовало быстрому развитию теневой экономики, расхищению государственной собственности, сращиванию преступных, уголовных элементов с органами государственной власти.[3, C. 253]

Основным противоречием в политической системе являлось расхождение между демократической формой и бюрократической сущностью советского строя. В Конституции 1977 года подчеркивался общенародный характер советского государства, равноправие всех граждан. Нормы, прописанные в Конституции, расходились с реальной ситуацией. Формально, при выборах в Советы избиралось много депутатов, были народные контролеры, дружинники, профсоюзы. Однако фактически вся власть концентрировалась в верхних эшелонах: партия осуществляла контроль за деятельностью администрации, на руководящие должности назначались исключительно партийные работники.

Верховный совет не контролировал правительство, был по существу декоративным органом, призванным лишь одобрять подготовленные аппаратом решения. Таким образом, реальная власть в стране полностью находилась в руках партийного аппарата.

В условиях коррупции власти, многочисленных фактов попирания закона со стороны аппарата, расхищения государственной собственности меняется весь жизненный уклад советского общества. Нарастают кризисные явления, выразившиеся в падении трудовой дисциплины, идейной мотивации труда, росте апатии, безразличия, воровства. В духовном развитии общества усиливается критический настрой, появляется диссидентское движение, представители которого выступили с резкой критикой командно-административной системы.[4, C. 56]

К началу 80-х годов советская тоталитарная система лишается массовой поддержки общества. Кризисные явления, характерные для советской экономики в 70-е - начале 80-х годов были хорошо известны руководству, однако длительное время оно не могло решиться на радикальные реформы. Таким образом, стагнация экономической сферы угрожала в начале 80-х годов уже непосредственно государственному функционированию в СССР.

После смерти Л.И. Брежнева в ноябре 1982 года в высших эшелонах власти вновь началась борьба за лидерство. О ее остроте свидетельствует тот факт, что дважды за короткий срок на посту генерального секретаря ЦК КПСС оказывались лица, физически немощные, и уже в силу этого заведомо «временные» как руководители правящих партии: с ноября 1982 – Ю.В. Андропов, а после его смерти в феврале 1984 г. – К.У. Черненко.

Юрий Андропов как бывший руководитель КГБ считал, что необходимо некоторое обновление официальной идеологии.

Обновить идеологию в целом, отбросить ее «устаревшие» части было далеко не так просто. Требовалось расшатать сложившееся в обществе равновесие, начать какое-то движение. Средством к этому стала «борьба со взяточничеством». [5, C. 104]

Но осенью 1983 Ю.В. Андропов перестал появляться на людях. 9 февраля 1984г. он скончался.

После смерти Андропова его место занял 73-летний Константин Черненко. Он сделал отчаянную попытку остановить перемены и вернуть эпоху «уверенности в завтрашнем дне». Вероятно, то был момент, когда советский кризис достиг своей высшей точки. Дело было не только в несостоятельности высшего руководителя; само по себе чередование у власти старых и больных людей, неспособных управлять страной, выглядело как внутри СССР, так и за границей как отражение упадка, становившегося необратимым. [6, C. 110]

Вот почему избрание Генеральным секретарем Михаила Горбачева сразу после смерти Черненко в 1985 году означало выдвижение деятеля совершенно иного типа, относительно молодого и, бесспорно, энергичного. И хотя он был еще мало известен, в разных странах уже были замечены его незаурядные способности. Однако разочаровывающий опыт последнего брежневского периода и последовавших «смен караула», апатия общества, очевидный рост трудностей – все это побуждало советских людей относиться к новому руководителю с любопытством, окрашенным скепсисом и глубоким пессимизмом.

Из всего вышесказанного можно сделать вывод, что к моменту прихода к власти Горбачева, в стране все больше нарастал кризис, а вместе с ним и необходимость коренных перемен, коренной перестройки. И, следовательно, перестройка – процесс закономерный и исторически необходимый. Однако вопрос, который в этой связи возникает, и по которому продолжаются острые споры ученых и сегодня – в какой мере была продумана содержательная часть самой перестройки. Были ли выработаны четкие и эффективные механизмы ее реализации.

2 РЕАЛИЗАЦИЯ ПОЛИТИКИ ПЕРЕСТРОЙКИ В 1985-1991 ГГ.

2.1 Изменение государственной политики: перестройка, гласность

На первом же пленуме Центрального Комитета М.С. Горбачев подал первые сигналы к переменам, сумев сменить ряд членов политбюро и выдвинув первые лозунги, нацеленные на то, чтобы стимулировать утраченный страной динамизм и вывести экономику на путь большой эффективности. В это же время Горбачев впервые вводит в оборот слово «перестройка», которое сначала понималось довольно узко – как перестройка экономики. Но позднее значение этого слова расширилось и стало обозначать всю эпоху перемен.[6, C. 72]

Перестройка в стране началась с подготовки и проведения реформ по всем направлениям общественно-политической, социально-экономической и научно-культурной жизни. Когда же стало ясно, что экономические реформы не идут, возник вопрос: что делать? Вывод был один – нужны политические реформы.

Ключевыми фразами политического лексикона М.С. Горбачева стали: повернуть экономику к человеку, создать достойные условия труда и жизни советских людей, переориентировать экономику на социальные нужды народа, сделать все для социального развития села, создать нормальные условия для жизни сельского труженика, повысить жизненный уровень большей части населения, заботиться о ветеранах войны и труда, сократить управленческие расходы, установить полнокровный социалистический рынок, создать социалистическое правовое государство, обновить национальную политику и решить много других задач.

Весной 1985 года казалось, что страна вступает в новый цикл модернизации общественных отношений, направленных на формирование политической демократии, демонополизацию экономики, освобождение частной инициативы, появление трудовой мотивации.

Однако главной задачей было остановить распад системы «государственного социализма» и обеспечить интересы его правящей элиты – номенклатуры, сформировавшей этих политиков и выдвинувшей их наверх. Средством избирается острожное реформирование общественных структур, прежде всего экономики. Однако целостная и заранее проработанная концепция того, как это сделать, отсутствовала. [7, C. 73]

Решения горбачевской администрации очень часто не опережали и направляли общественные процессы, а следовали за ними – с нулевой в таких случаях результативностью. В большей степени это объяснялось запоздалостью реформ, глубиной тотального кризиса, успевшего охватить основные звенья системы. Сыграло здесь негативную роль и другое обстоятельство. В первые годы перестройки не было серьезных социально-политических сил, способных оказывать давление на государственное руководство, побуждая его искать эффективные и адекватные быстроменяющейся ситуации решения. В обществе имелось лишь довольно абстрактное желание перемен; до осознанной готовности широких масс к радикальным преобразованиям, к смене модели общественного развития еще предстояло пройти большой и трудный путь. Да иначе и быть не могло. Подобная программа обновления обязывала всю страну заметно изменить индивидуальное и коллективное поведение. [7, C. 102]

В 1985 году, как уже говорилось выше, на пленуме ЦК КПСС был провозглашен курс на ускорение социально-экономического развития страны. Его рычаги виделись в научно-технической революции, технологическом перевооружении машиностроения и активизации «человеческого фактора». На встрече в ЦК с ветеранами стахановского движения и молодыми ударниками труда в сентябре 1985 г. М.С. Горбачев призывал не сводить все к рублю, не дожидаться появления нового класса машин, а мобилизовать энергию молодежи на привидение в действие «скрытых резервов», а именно добиться максимальной загрузки имеющихся мощностей путем организации трех-, четырехмесячного режима работы, укрепить трудовую дисциплину, проводить механизацию и автоматизацию силами местных рационализаторов, немедленно повысить качество продукции. С этой целью создается еще одна контролирующая инстанция – госприемка.

Однако ставка на энтузиазм, не подкрепленный необходимой техникой и квалификацией работников, привела не к ускорению, а к значительному росту аварий в различных отраслях народного хозяйства. Самой крупной из них стала катастрофа на чернобыльской АЭС в апреле 1986 г. Чернобыль стал мрачным символом катастрофы, надвигающейся на общество и государство, во главе которого находились политики, неспособные прогнозировать последствия своих решений. [5, C. 147]

В середине 80-х по всей стране развертываются две административные кампании: борьба с алкоголизмом и с «нетрудовыми доходами». Вырубка виноградников, резкое сокращение продажи спиртных напитков, повышение цен на них, повсеместный разгром «питейных точек» без насыщения рынка товарами, способными поглотить освобождавшиеся в семьях средства, привели к обвальному росту спекуляции спиртным, самогоноварения, к массовым отравлениям народа винными суррогатами. А борьба с «нетрудовыми доходами» на деле свелась к очередному наступлению местных властей на личные подсобные хозяйства. Она задела слой людей, выращивавших и продававших на рынках свою продукцию, в то время, как «воротилы теневой экономики», связанные с коррумпированной частью аппарата, по-прежнему процветали.

К собственно экономической реформе власти обратились лишь с лета 1987 г. «Закон о государственном предприятии» от 30 июня 1987 г. Был призван обеспечить переход на новые принципы: хозрасчет и самофинансирование.[8, С.451] Были заметно расширены права предприятий. В частности, они получили возможность самостоятельно выходить на внешний рынок, развивать совместную с иностранным фирмами деятельность. Сокращалось число министерств и ведомств, между ними и предприятиями декламировались «партнерские», а не командные отношения. Правительство заявило о желании внедрить «полный хозяйственный расчет, самоокупаемость, самофинансирование и самоуправление» во все отрасли народного хозяйства. Трудовые коллективы отныне могли выбирать директора (позднее от этой идеи пришлось отказаться). Директивный государственный план заменялся госзаказом. На селе было признано равенство пяти форм хозяйствования: совхозов, колхозов, агрокомбинатов, арендных коллективов и крестьянских (фермерских) хозяйств. В середине1988 г. принимаются законы, открывшие простор для частной деятельности в более чем 30 видах производства товаров и услуг. Побочным действием этого стала фактическая легализация «теневой экономики» и ее капиталов.

Принятый в ноябре 1989 г. закон «Об аренде и арендных отношениях в СССР» предоставил право сельским и городским жителям брать землю в аренду в наследственное пользование на срок до 50 лет свободой распоряжения продукцией. Но земля, как и раньше, принадлежала местным Советам и колхозам. А они, ревниво оберегая свое главное богатство, крайне неохотно шли навстречу новоиспеченным фермерам. Сдерживало частное предпринимательство на селе и то, что арендные договоры могли быть расторгнуты властями в одностороннем порядке с уведомлением за два месяца. Число фермерских хозяйств к концу 1991 г. не превышало 70. Располагали они только 2% всего пахотного клина в стране и 3%поголовья скота.

Политическая номенклатура сумела на короткое время увлечь массы идеями «обновления и очищения социализма», «демократизации и гласности», выборностью хозяйственных руководителей и т. д. Но удержать эти процессы инициаторам «перестройки» не удалось.

На смену идеологии «обновления социализма» набирает значительную силу идея «рыночных отношений». В этих условиях происходит еще одно парадоксальное явление.

Страх потерять власть заставил верхушку политической номенклатуры переметнуться на позиции рыночной экономики, присвоить лозунги административно-хозяйственной и научно-технической аристократии, позаимствовать терминологию «диссидентов», овладеть фразеологией «нового политического мышления» и стать на путь приватизации того, чем раньше только управляли. К политической номенклатуре, прежде всего партаппарату, безраздельно распоряжавшемуся богатствами страны в силу неограниченности власти, пришло понимание того, что сохранить свое господство они могут только превратившись во владельца государственного общенародного имущества на правах собственника.

Итак, как можно видеть, советская номенклатура затевала «революционную перестройку» с хорошо продуманными целями.

Если кратко характеризовать создавшуюся в этой связи ситуацию, то следует отметить, что переход в новое состояние в стране осуществлялся не буржуазно-демократическим, а криминально-бюрократическим путем.

Номенклатурная приватизация и бюрократическая либерализация создавали своеобразный сплав, отдаленно напоминающий рыночные отношения.[9, C. 80]

Таким образом, следующим шагом в экономической реформе стало принятие в июне 1990 г. постановления Верховного Совета СССР «О концепции перехода к регулируемой рыночной экономике», а затем серии других законодательных актов (среди них важное место занимали «Основные направления по стабилизации народного хозяйства и перехода к рыночной экономике», одобренные в октябре1990 г.). В них предусматривалось: постепенная демонополизация, децентрализация и разгосударствление собственности, учреждение акционерных обществ и банков, развитие частного предпринимательства и др. [10, C.162]

Тогда же вниманию общественности была предложена альтернативная «Программа 500 дней», подготовленная группой экономистов во главе с С.С. Шаталиным и Г.А. Явлинским. В ней намечалось провести в этот сжатый срок кардинальную поэтапную приватизацию госпредприятий с ориентацией на прямой переход к свободным рыночным ценам, существенно ограничить экономическую власть центра. Правительство отклонило ее.

В целом экономическая политика горбачевской администрации отличалась непоследовательностью и половинчатостью, что усиливало кризис народного хозяйства, дисбаланс между его различными секторами. К тому же абсолютное большинство принимаемых «правильных» законов не работало. Они «глушились» бюрократическим аппаратом на местах, усматривавшим в этой политике прямую угрозу своему существованию и благополучию.

Экономическая ситуация не переставала ухудшаться. Уровень жизни населения стремительно падал, делая в глазах простых людей рассуждения об экономической реформе все менее заслуживающими доверия. В условиях инфляции деньги теряли вес. Нарастал ажиотажный спрос на товары, потребительский рынок сотрясали следующие один за другим кризисы: «сахарный», «чайный», «табачный». После того, как правительство Н.И. Рыжкова заявило о намерении поднять в целях финансовой стабилизации розничные цены, население стало сметать с магазинных прилавков все подряд. Новый глава союзного кабинета В.С. Павлов решился в апреле 1991 г. на двух-пятикратное повышение цен с одновременной выплатой 40-процентной компенсации гражданам (замороженной, правда, на сберкнижках на длительный срок).

Ситуацию на рынке это не спасло, а доверие населения к центральной власти подорвало окончательно. Симпатии народов СССР уже были отданы республиканским лидерам, обещавшим «провести реформы не за счет трудящихся, а во благо их». Особенно напористо выступало против обнищания народа, допущенного по вине центра, руководство Российской Федерации, возглавляемое с мая 1990 г. бывавшим кандидатом в члены Политбюро ЦК КПСС Б.Н. Ельциным. К тому времени этот политический деятель уже успел войти в острый конфликт с генсеком и союзной номенклатурой из-за критики на октябрьском пленуме ЦК 1987 г. непоследовательности курса демократических реформ. Летом 1989 г. по стране прошли первые массовые забастовки рабочих, которые с тех пор уже постоянно сопутствовали перестройке.

Если в экономике перестройка началась с постановки задач «ускорения» социально-экономического развития, то в духовной и политической сфере ее лейтмотивом стала «гласность».

Гласность понималась в русском языке как «известность, общественность, оглашение, огласка». В выступлениях Горбачева термин «гласность» как свидетельство новых подходов в политике впервые появился на XXVII съезде КПСС в феврале 1986 г., когда прозвучало, что «без гласности нет и не может быть демократизма».[11, C. 5] Этот термин, как и сам курс на развитие гласности, появился тогда, когда в условиях глухого сопротивления переменам со стороны номенклатуры реформаторам потребовалось активнее опереться на общественное мнение. Поэтому главным содержанием этого понятия, по идее Горбачева, было не более чем обновление коммунистической идеологии.

Положительным результатом политики гласности явилось то, что с 1986 г. было опубликовано множество литературных произведений, находившихся долгое время под запретом. Читатели получили возможность приобщиться к творческому наследию ученых и литераторов, считавшихся прежде сугубо «реакционными», покинувших страну или высланных за рубеж в годы советской власти. Появились первые публикации книг А.И. Солженицына и других диссидентов.