Перевод этнографических реалий в аспекте межкультурной коммуникации

     Введение

     Вопросы соотношения культуры в самом  широком понимании этого слова  и информации, заложенной, хранимой  и   сообщаемой в словах как элементах языка, издавна привлекали не только лингвистов, но и представителей других наук. Все большие и малые особенности жизни данного народа и его страны (такие, как природные условия, географическое положение, ход исторического развития, характер социального устройства, тенденция общественной мысли, науки, искусства) непременно находят отражение в языке этого народа. Поэтому можно утверждать, что язык являет собой некое отражение культуры какой-либо нации, он несет в себе национально-культурный код того или иного народа. В нем встречаются слова, в значении которых может быть выделена особая часть, отражающая связь языка и культуры, и которая называется культурным компонентом семантики языковой единицы. К таким словам прежде всего относятся слова-реалии.

     Следует отметить, что данным языковым единицам уделено достаточно внимания как отечественными, так и зарубежными исследователями. Как отмечают С.Влахов и С.Флорин, о реалиях, как о носителях колорита, конкретных, зримых элементах национального своеобразия, заговорили в начале 50-х годов. [7; 14] Эти же исследователи упоминают работы таких ученых, как Л.Н.Соболев, Г.В.Чернов, Г.В.Шатков, А.Е.Супрун.

     С.Влахов и С.Флорин обратили внимание на такие “непереводимые” элементы почти полвека тому назад (в 1960 году вышла их статья  “Реалии”). Позже вышла в свет их книга “Непереводимое в переводе”, в которой была представлена полная характеристика, классификация и способы перевода реалий. В учебниках по теории перевода Л.С.Бархударова, В.Н.Комиссарова, В.Н.Крупнова, Л.К.Латышева, Т.Р.Левицкой, А.М.Фитерман, А.Лиловой, М.М.Морозова, А.В.Федорова также представлена информация о культурно-маркированных словах. Проблемы соотношений языка и культуры рассматриваются также Е.М.Верещагиным и В.Г.Костомаровым. Роли слов-реалий в художественном произведении уделяют внимание Н.И.Паморозская и В.С.Виноградов.

     Мы  видим актуальность данной темы в том, что в настоящее время вопрос о природе, типах реалий и способах их перевода является открытым. Вместе с тем, роль слов-реалий в процессе межкультурной коммуникации достаточно важна.

     Объект  исследования: этнографические реалии как объект лингвистического исследования.

     Предмет исследования: особенности перевода этнографических реалий в аспекте межкультурной коммуникации.

     Цель  данной работы: выявить и проанализировать способы перевода этнографических реалий в области русского национального праздника «масленица» на немецкий язык.

     Исходя  из цели исследования, решались следующие задачи:

1. определить понятие термина «реалия»;
2. рассмотреть языковую картину мира как источник происхождения реалий;
3. познакомиться с различными классификациями реалий;
4. выявить способы перевода реалий;
5. проанализировать приёмы передачи русских этнографических реалий на немецкий язык (на материале статей, посвящённых русскому национальному празднику «масленица»)

     В ходе работы нами были использованы следующие  методы научного исследования:

     - теоретический анализ специальной  литературы по лингвистике, переводоведению  и лингвострановедению;

     -  практический анализ статей, посвящённых  русскому национальному празднику  «масленица», на адекватность  перевода этнографических реалий  на немецкий язык. 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

Глава I. Реалии как объект перевода в аспекте межкультурной коммуникации

§1 Понятие “реалия”

     В настоящее время существуют различные  подходы, с позиций которых можно  рассматривать реалии. Они являются актуальным объектом  исследования  целого  ряда  лингвистических дисциплин: переводоведения, сопоставительной  лингвистики,  лингвострановедения,лингвокультурологии,  этнопсихолингвистики, теории  межкультурной коммуникации. Такое многоаспектное  изучение  может  привести  к весьма  интересным результатам. Однако  различное понимание данного языкового и культурного феномена в смежных дисциплинах, а также неодинаковая трактовка понятия реалия  вызывают  необходимость уточнить как сам термин, так и объем понятия.

     Термин  «реалия»  появился  в  российском  переводоведении  в  40-х  гг .  ХХ  века для  обозначения  уникального  национально-специфичного объекта или явления, а для названия  соответствующего  объекта  использовался термин «реалия-слово»  [20; 26]. Во второй половине ХХ века в работах по теории и практике перевода  термином «реалия» называли и сам денотат, и слово, его обозначающее.

     Начало  ХХI  века  характеризуется  повышенным  интересом  к  проблемам  языка  и культуры,  что  приводит  к  появлению  большого  количества  теоретических  и  практических разработок, диссертаций, посвященных данной  тематике,  а  также  лингвострановедческих  и  лингвокультурологических  словарей. В рамках Воронежской школы перевода складывается развернутая теория реалии. В связи с терминологической неоднозначностью термина «реалия», обозначающего и  явление  внеязыковой  действительности (предмет), и его культурный эквивалент (концепт), и средство номинации этого концепта в языке (лексема), отечественные ученые предлагают  ввести  новые  термины: R-реалии  от фр. realite, С-реалии от фр. culturel и L-реалии от фр. lexиme [21; 4].  Таким образом, в современном переводоведении данный  термин сохраняется и используется в качестве родо-вого. Хотя  теория  реалии  проделала долгий путь в своем становлении, до сих пор некоторые вопросы остаются дискуссионными.

     В  частности,  исследователи  до  сих  пор  не пришли к единому  мнению о том, что составляет объем  понятия реалии. Несомненным является тот факт, что в состав реалий входят слова, называющие  специфические  явления  природы, эндемики, блюда, напитки, одежду, обувь, жилище  и  его  части,  транспортные  средства, меры, денежные единицы, учреждения, органы власти, государственные и общественные орга-низации одного народа. Можно отметить такие   характеризующие признаки реалий:

     а)  национально-культурная  маркированность;

     б) уникальность, специфичность для  одной страны, ее культуры;

     в) принадлежность к апеллятивной лексике, к нарицательным существительным.

     Таким  образом,  в  качестве  реалий  при переводе  текстов  с  одного  языка  на  другой рассматриваются  нарицательные  имена  существительные,  именующие  уникальные национально-специфичные предметы и явления.

     В терминологическом плане следует  различать "реалию-предмет" и "реалию-слово", его обозначающее. В лингвистической   литературе  термин "реалия" употребляется как в значении слова-реалии, так и  в качестве предмета-реалии, а также для обозначения элемента лексики того или иного языка.

     С позиций лингвострановедения и  переводоведения реалии подверглись наиболее детальному изучению.

     В сопоставительном лингвострановедении  реалиями считают слова, обозначающие предметы или явления, связанные  с историей или культурой, экономикой или бытом страны изучаемого языка, которые отличаются полностью или частично от лексических понятий и слов сопоставляемого языка.

    К числу реалий в лингвострановедении  относят, во-первых, ономастические реалии, включающие в себя

    - географические названия (топонимы), особенно имеющие культурно-исторические ассоциации;

    - антропонимы - имена исторических личностей, общественных деятелей, писателей, учёных, деятелей искусства, популярных спортсменов, персонажей художественной литературы и фольклора;

    - названия произведений литературы  и искусства, исторические факты и события в жизни страны, названия государственных общественных учреждений и многие другие.

    Во-вторых, реалии, обозначаемые апеллятивной лексикой:

    - географические термины, обозначающие особенности природной географической среды, флоры и фауны;

    - некоторые слова (в том числе общие термины), относящиеся к государственному устройству, общественно-политической жизни страны, юриспруденции, военному делу, искусству, системе образования, производству и производственным отношениям, быту, обычаям и традициям.

    К реалиям в своих исследованиях обращались Е.М.Верещагин и В.Г.Костомаров,  оперировавшие  терминами "фоновые" и "коннотативные слова", "безэквивалентная лексика", или "слова с культурным компонентом", понимая под ними лексические единицы, своеобразная семантика которых отражает особенности отечественной культуры. 

      У   исследователя страноведчески-ориентированной  лексики  Г.Д.Томахина,   сопоставлявшего  американского варианта английского  языка и русский язык  и стоящие  за ними культуры, встречаются термины "денотативные реалии" и "коннотативные реалии".

   "Денотативные  реалии", по определению Г.Д.Томахина, - это такие факты языка, которые  обозначают предметы и явления,  характерные для данной культуры, не имеющие соответствий в  сопоставляемой культуре.

    Коннотативные реалии,  в противоположность  денотативным,  обозначают предметы, ничем не отличающиеся от аналогичных предметов сопоставляемых культур, но получившие в данной культуре и обслуживающем её языке дополнительные значения, основанные на культурно-исторических ассоциациях, присущих только данной культуре. 

    Для обозначения слов-реалий в переводоведении  исследователями были  введены  такие понятия, как

- "безэквивалентная  лексика"  - слова, не имеющие  эквивалентов за пределами языка,  к которому они принадлежат  (Г.В. Чернов,  А.В. Федоров);

• "экзотическая лексика" - лексические единицы, обозначающие географические и исторические реалии (А.Е. Супрун);  
• "пробелы"  (лакуны)  - ситуации, обычные для культуры одного народа, но не наблюдаемые в другой культуре (И.И.Ревзин, В.Ю.Розенцвейг); 
• "варваризмы" -  слова, с помощью которых становится возможным описание чужеземных обычаев, особенностей жизни и быта,  создание местного колорита  (А.А.Реформатский);
• "этнокультурная лексика", "этнолексемы" – лексический единицы, характеризующие систему знаний о специфической культуре определенного народа как историко-этнической общности людей (Л.А.Шейман);
• "алиенизмы" -  слова из малоизвестных языков, подчеркивающие стилистическую функцию экзотизмов (В.П.Берков).

    В.С.Виноградов называет реалиями все   специфические факты истории и государственного устройства национальной общности, особенности ее географической среды, характерные предметы быта  прошлого и настоящего, этнографические и фольклорные понятия, относя их к классу безэквивалентной лексики.

     Помимо  обычных реалий, исследователь выделяет  "ассоциативные реалии", которые "находят свое материализованное выражение в компонентах значений слов, в оттенках слов, в эмоционально-экспрессивных обертонах, в внутренней словесной форме и т. п., обнаруживая информационные несовпадения понятийно-сходных слов в сравниваемых языках".

    С.Влахов и С.Флорин  определяют реалии  как  особую категорию средств  выражения, включающую в себя слова  и словосочетания, называющие объекты, характерные для жизни, быта, культуры и истории одного народа и чуждые другому. Исследователи отмечают, что при переводе реалии требуют особого подхода, поскольку не имеют точных соответствий в других языках, будучи носителями национального и/или исторического колорита.

    В целом приведенные выше  дефиниции  характеризуют рассматриваемое  нами понятие "слова-реалии" как  языковые единицы, обозначающие элементы "чужой" культуры, имеющие национальную, историческую, местную или бытовую  окраску, не имеющие эквивалентов в  других языках и культурах.  

    На  вопрос, к какой категории языковых единиц относятся реалии, не существует единого мнения. Однако, большинство авторов (А.В.Федоров, С.Влахов, С.Флорин и др.)  считают, что реалии могут быть выражены отдельными словами и словосочетаниями, семантически равными словам.

    Грамматическая  форма реалии как слова зависит  от ее принадлежности к определенной части речи и от особенностей грамматического строя языка.

    По  наблюдениям С.Влахова и С.Флорина, в большинстве своем реалии –  имена существительные, что закономерно, поскольку, исходя из рассмотренных  выше определений, реалии чаще всего  называют предметы и явления.

    Реалиями  также следует считать отыменные  прилагательные, значение которых непосредственно  связано со значением реалий.

    Непроизводные реалии среди других частей речи встречаются  крайне редко.

    В целях выяснения содержания реалии как переводоведческого термина следует рассмотреть его на фоне других классов лексики.

    Наибольшее  количество общих черт реалии имеют  с терминами. Как реалии, так и  термины представляют собой однозначные, лишенные синонимов слова и словосочетания, называющие предметы, понятия, явления. Среди обоих классов есть единицы иноязычного происхождения, а также единицы с исторически ограниченным значением.

    Отличительными  признаками реалий при сопоставлении  с терминами можно считать  национальную и историческую окрашенность (в то время как термин полностью лишен этого признака) и связь преимущественно с художественной литературой.

    Рассматриваемые лексические категории отличаются и по способу проникновения в  другие языки: термин получает распространение  вместе с предметом, названием которого является, реалия проникает в другой язык чаще из литературы и по каналам средств массовой информации.

    По  своему происхождению реалии возникают  путем естественного словотворчества, в то время как термины создаются  искусственно, чаще всего  на основе слов латинского и греческого происхождения, либо путем переосмысления уже существующих слов.

     Следует отметить, что в определенных случаях  наблюдается  переход реалий в  термины и наоборот; существует также  категория единиц, которых можно  считать одновременно и терминами, и реалиями (А.Д.Швейцер), поэтому при разграничении понятий следует опираться на контекст.

      Реалия  и имя собственное связаны  настолько тесно, что в ряде случаев  отнести лексическую единицу  к тому или другому классу лексики  возможно лишь с опорой на орфографию. Ряд авторов, в том числе В. С. Виноградов,   включают имена собственные в категорию реалий, другие же (С. Влахов, С. Флорин) рассматривают реалии как класс безэквивалентной лексики. Некоторые авторы утверждают, что названия праздников, сказочных существ могут быть в разных условиях как реалиями, так и именами собственными.

      Обращения образуют особую группу реалий. Следует  отметить, что истинными реалиями можно считать только те из них, которые  являются носителями национального  колорита в рамках языка оригинала.

      Реалии, будучи наименованиями предметов, понятий, культурных, бытовых и исторических явлений определенного народа и  страны, отражают тот или иной отрезок  действительности, следовательно, тесно  связаны с внеязыковой действительностью. Внеязыковой фон, созданный так называемыми "ситуативными реалиями"  -  иносказаниями, словами-реалиями,  аллюзиями, намеками -   должно отражать в тексте перевода.

      Суммируя  вышеизложенное, можно сделать следующие  выводы:

       - реалии представляют собой   слова и словосочетания, называющие предметы, явления, объекты, характерные для жизни, быта, культуры, социального и исторического развития одного народа и малознакомые либо чуждые другому народу, выражающие национальный и (или) временной колорит, не имеющие, как правило, точных соответствий в другом языке и требующие особого подхода при переводе;

    - реалии являются одним из  классов безэквивалентной лексики;

       - реалии характеризуются гибкостью:  не теряя своего статуса, они  могут одновременно относиться  к нескольким лексическим категориям;

    - многие реалии являются выразителями  коннотативных значений;

       - основным критерием отличия  реалии от других классов лексических   единиц является её национальная  и (или) временная окраска. 

§2. Языковая картина мира как источник происхождения реалий

     Говоря  о проблеме перевода культурно-обусловленных  явлений, следует также осветить вопрос их происхождения и формирования в том или ином языке.

     В данном случае следует обратиться к  таким понятиям как языковая картина мира и языковые универсалии, так как именно они, главным образом, влияют на формирование реалий в языке того или иного народа.

     Многие  учёные - лингвисты посвятили свои работы вышеобозначенным понятиям.

       Например, Вильгельм фон Гумбольдт  – основоположник теоретического  языкознания, в своих многочисленных работах ставит порой вопросы философского характера, чётких ответов на которые до сих пор не может дать современная лингвистика. Помимо всего прочего, Вильгельм фон Гумбольдт был основоположником сравнительной антропологии, одной из целей которой является исследование функционирования «языка в самом широком его объёме – не просто в его отношении к речи…, но и в его отношении к деятельности мышления и чувственного восприятия» [1; 7]. В нём постепенно созревало убеждение, что ничто иное столь не способно приблизить к разгадке тайны человека и характера народов, как их языки. Руководствуясь этой идеей, Гумбольдт постепенно вырабатывает метод, посредством которого можно подойти к изначальному единству языка и мышления, а также к единству феноменов культуры, заложив тем самым лингвистический фундамент для объединения наук о культуре.

     В 1801 г. в своих фрагментах монографии о басках Гумбольдт пишет: «Язык, не только понимаемый обобщённо, но и каждый в отдельности, даже самый неразвитый, заслуживает быть предметом пристального изучения… Разные языки – это не различные обозначения одного и того же предмета, а разные видения его… Путём многообразия языков непосредственно обогащается наше знание о мире и то, что нами познаётся в этом мире; одновременно расширяется для нас и диапазон человеческого существования» (VII, 601) [1; 9].

     Из  данного высказывания следует, что  Гумбольдт, принимая во внимание факт существования множества языков, не отрицает того, что все языки  поддаются сравнению и анализу, в ходе которого мы можем выделить универсальные понятия, существующие во всех языках, а также такие реалии, аналогов которым нет в других языках. В связи с этим выводом хочется задать вопрос о том, откуда появляются те или иные реалии и какие факторы обуславливают их появление и дальнейшее существование в языке.  Вильгельм фон Гумбольдт был не единственным в своих изысканиях.

     На  основе учения В. Гумбольдта о внутренней форме языка Лео Вайсгербер построил свою теорию языковой картины мира (Weltbild der Sprache). «Словарный запас конкретного языка, - писал Л.Вайсгербер. - включает в целом вместе с совокупностью языковых знаков также и совокупность понятийных мыслительных средств, которыми располагает языковое сообщество; и по мере того, как каждый носитель языка изучает этот словарь, все члены языкового сообщества овладевают этими мыслительными средствами; в этом смысле можно сказать, что возможность родного языка состоит в том, что он содержит в своих понятиях определённую картину мира и передаёт её всем членам языкового сообщества» [19; 153].

     Термином  «картина мира» Л.Вайсгербер пользовался  уже в своей программной монографии «Родной язык и формирование духа», но в ней он ещё не относил его  к языку как таковому. Он указывал в ней лишь на стимулирующую роль языка по отношению к формированию у человека единой картины мира. Он писал здесь: «Язык  позволяет человеку объединить весь опыт в единую картину мира и заставляет его забыть о том, как раньше, до того, как он изучил язык, он воспринимал окружающий мир» [19, стр.203].

     В вышеупомянутой статье Л.Вайсгербер уже  прямо вписывает картину мира в сам язык, делая её его фундаментальной  принадлежностью. Но в ней картина  мира пока еще инкорпорируется лишь в словарный состав языка, а не в язык в целом. В статье “Sprache” (“Язык”) он делает новый шаг в соединении понятия картины мира с языком, а именно - вписывает его в содержательную сторону языка в целом. “В языке конкретного сообщества, - писал Лео Вайсгербер - живёт и воздействует духовное содержание, сокровище знаний, которое по праву называют картиной мира конкретного языка” [19, стр.210].

     В своей следующей работе «Die Stellung der Sprache im Aufbau Gesamtkultur» («Положение языка  в системе культуры») он указывал, что: «…главную предметную основу для  картины мира конкретного языка создает природа: почва, географические условия, в частности, климат, мир животных и растений…» [19, стр. 221].

     Позиция Л.Вайсгербера оказалась более  близкой к той, которую занимал  в решении этого вопроса Бенджамен  Ли Уорф, хотя немецкий учёный не был так прямолинеен, как американский.

     Б. Уорф в содружестве с учёными  Э. Сэпиром и Г. Хойджером проводил исследования на материале языка  американских индейцев (хоппи, нутка, навахо) и они выявили специфику категоризации  мира индейцами, заключающуюся в преобладании глагольных форм в описании окружающей действительности, то есть в описании мира через действие. Из этого можно сделать вывод о том, что  индейцы представляют себе мир находящимся в постоянном движении, но этому можно найти объяснение с экстралингвистической точки зрения: эти племена являются кочевыми народами, и постоянно перегоняют свой скот с одного пастбища на другое.

     Б.Уорф выводил научную картину мира прямо из языковой, что неминуемо  вело его к их отождествлению.

       Из позиции Б.Уорфа следует, что между научным познанием и обыденным следует в конечном счёте поставить знак равенства, поскольку языковая картина мира отражает массовое, «народное», обыденное сознание, но именно это сознание американский исследователь и расценивал в качестве сита, через которое нужно с его точки зрения, пропускать впечатления индивидуума от внешнего мира, чтобы их упорядочить.

     Анализ  показывает, что в вопросе о  соотношении научной и языковой картин мира Л.Вайсгербер был предшественником Б.Уорфа. Как и последний, немецкий учёный предлагал, в конечном счёте, строить научную картину мира, исходя из языковой. Но между Л.Вайсгербером и Б.Уорфом здесь имеется и различие. Если американский учёный пытался поставить науку в полное подчинение от языка, то немецкий признавал это подчинение лишь частично - только там, где научная картина мира отстает от языковой. Л.Вайсгербер всегда опирался на понимание языка как промежуточного мира (Zwischenwelt) между человеком и внешним миром.

     Реконструкция той или иной языковой картины мира осуществляется на синхронической основе, поскольку она предполагает в идеале одновременный охват всей содержательной стороны описываемого языка. При этом надо помнить, что любой язык - многоуровневое образование. Он состоит, как известно, из целого ряда подсистем, каждая из которых заключает в себе свою картину мира. Но наибольшими «мировоззренческими» возможностями обладает лексическая система языка. Вот почему вайсгерберовская концепция языковой картины мира является подчеркнуто словоцентрической. Вот почему центральное место в ней занимает категория «Worten der Welt» (вербализации или ословливания мира). Вот почему его образ языковой картины мира выглядит по преимуществу как система лексических полей.

     Приоритет лексической картины мира по отношению к морфологической, синтаксической и т.п. объясняется тем, что количество лексических единиц в языке неизмеримо больше, чем других единиц. Отсюда её огромные преимущества по сравнению с иными видами языковой картины мира. Л.Вайсгербер прибегал ко многим лексическим примерам, чтобы показать мировоззренческую зависимость человека от его родного языка.

     Выше  были рассмотрены концепции знаменитых учёных прошлого, но наука не стоит  на месте - идёт постоянный процесс, она  развивается. Поэтому следует в  процессе работы также принять во внимание взгляды учёных современности на эту проблему. В первую очередь необходимо чётко определить само понятие языковой картины мира.