Переводческие трансформации

СОДЕРЖАНИЕ

ВВЕДЕНИЕ 3

Глава 1 ПЕРЕВОДЧЕСКИЕ ТРАНСФОРМАЦИИ 4

1.1 Понятие переводческой и грамматической трансформации. 4

1.2 Влияние субъективного фактора  при устном переводе. 7

Глава 2. ПРИЧИНЫ  ИСПОЛЬЗОВАНИЯ ПЕРЕВОДЧЕСКИХ  ТРАНСФОРМАЦИЙ 9

2.1 Положение языковой единицы в системе языка. 13

2.2 Внутриязыковые факторы. 14

2.3 Грамматические категории. 14

2.4 Различие синтаксиса в русском и английском языках. 20

Глава 3  КЛАССИФИКАЦИЯ ГРАММАТИЧЕСКИХ ТРАНСФОРМАЦИЙ 22

3.1 Синтаксические трансформации: 25

3.2 Грамматические замены на морфологическом уровне 32

3.3 Немотивированные трансформации. 37

Глава 4 СРАВНИТЕЛЬНОЕ  ИССЛЕДОВАНИЕ ТРАНСФОРМАЦИЙ  ТЕКСТА  В  УСТНОМ  И ПИСЬМЕННОМ  ПЕРЕВОДАХ 38

ЗАКЛЮЧЕНИЕ 48

ЛИТЕРАТУРА 49

ВВЕДЕНИЕ

    Как известно, процесс перевода не  является  простой заменой единиц одного  языка единицами другого языка.  Напротив, это сложный процесс,  включающий ряд трудностей, которые  необходимо преодолевать переводчику. Одним из  приёмов, которые помогают переводчику,  являются трансформации. Переводческие трансформации (замены) происходят по причине неполной общности или различия английского и русского языков. Общность между грамматическими свойствами русского и английского языков задается их общей принадлежностью  к индоевропейской семье и проявляется в наличии общих грамматических значений, категорий и функций, например: категорий числа у существительных, категорий степеней сравнения у прилагательных, категории времени у глагола, функциональной значимости порядка слов и т.п.

В то же время различие принципов грамматического  строя, выражающееся в принадлежности этих языков к разным грамматическим группам, отражается в существенных различиях между грамматическими свойствами, например, в существовании несходных грамматических категорий: артикли в английском языке, деепричастие в русском языке; полнозначное согласование в русском языке, фиксированный порядок слов в английском языке; и т.д.

При этом не следует забывать, что как  различие, так и сходство между  грамматическими формами, их функциями и значениями может быть полным и неполным. Полное сходство, как правило, встречается сравнительно редко, так же как и полное, некомпенсируемое различие.

Интерес к проблеме переводческих трансформаций  со стороны лингвистов и их всестороннее изучение являются в курсе теории и практики перевода уже традиционными. Такие широко известные лингвисты, как А. Д. Швейцер, Я. И. Рецкер, Л. С.  Бархударов, В. Н. Комиссаров, А. В. Федоров, Е. В. Бреус и многие другие посвятили исследованию переводческих трансформаций свои многочисленные статьи и монографии. Тем не менее, проблема межъязыковых преобразований вообще и грамматических в частности продолжает оставаться актуальной. Трансформации, будь то на семантическом или формальном уровне,  являются неотъемлемой частью переводческой деятельности. Любой профессионально выполненный перевод включает в себя те или иные виды трансформаций.

    В нашей работе рассматривается  наиболее сложный, на наш взгляд, вид трансформаций – грамматические  трансформации.  Мы считаем его  наиболее сложным в силу того, что он включает дополнительные трудности: применяя грамматические трансформации, переводчик  должен быть очень осторожным и внимательным, чтобы не нарушить норм переводящего языка. Более того, в данной работе  исследуются грамматические трансформации при устном переводе, что ещё в большей степени осложняет задачу, перед которой поставлен переводчик. Устный перевод, (синхронный, последовательный или перевод с листа) ставит переводчика в условия максимального сокращения времени, выделяемого на выбор грамматических конструкций для перевода. В то же время, устный переводчик, как известно, обладает большей свободой творчества, нежели письменный.  Таким образом, в качестве гипотезы мы выдвигаем следующее положение: при устном переводе возрастает влияние субъективного фактора по сравнению с письменным переводом, и, как следствие этого, количество грамматических трансформаций, используемых переводчиком, увеличивается.

    Таким образом, целью данной работы является исследовать использование грамматических трансформаций. Для достижения этой цели мы поставили следующие задачи: понять, что же такое грамматические трансформации, изучить причины,   их вызывающие,     установить характер грамматических трансформаций, а   также     подтвердить или опровергнуть вышеуказанную гипотезу  на    практике.

    Данная работа  состоит из четырёх глав, в  первой из которых исследуется  понятие переводческой трансформации, во второй – причины возникновения грамматических трансформаций, в третьей – их классификация, четвёртая глава посвящена практическому исследованию использования грамматических трансформаций на материале устных и письменных переводов русского текста на английский язык, которые даны в приложениях 1 и 2, список литературы содержит 31 работу и 1 источник. 

Глава 1 ПЕРЕВОДЧЕСКИЕ ТРАНСФОРМАЦИИ

1.1 Понятие  переводческой и грамматической  трансформации.

    Базовым понятием  переводческой теории является  понятие эквивалентности. Когда говорят, что фраза на ИЯ и её перевод эквивалентны друг другу, имеется в виду, прежде всего, их семантическая эквивалентность, т.е. соотнесённость с одной и той же предметной ситуацией. А. Д. Швейцер различал два вида семантической эквивалентности – компонентный и денотативный [Швейцер, 1973, 118]. Учитывая, что при переводе мы имеем дело со смыслом, т.е. одним из семантических компонентов языковой единицы, можно сказать, что семантическая эквивалентность достигается благодаря наличию в тексте ИЯ и тексте ПЯ одних и тех же сем. В этом случае тексты находятся в отношении компонентной семантической эквивалентности. Второй вид семантической эквивалентности, именуемый денотативным, связан с явлением языковой избирательности. Суть её состоит в том, что один и тот же предмет и предметная ситуация могут быть описаны с разных сторон посредством разных признаков: например, “Картина висит на стене” (предикат состояния), “Картину повесили на стену” (предикат действия) и “Я вижу картину на стене” (предикат восприятия). Разные семантические предикаты перекрещиваются и являются взаимозаменяемыми благодаря тому, что описывают одну и ту же ситуацию. В отличие от компонентного уровня семантической эквивалентности, на уровне денотативной эквивалентности наблюдается семантическое расхождение между исходным текстом и текстом перевода. Отношение эквивалентности тут основано на приравнивании разных, но соотнесённых с одной и той же предметной ситуацией семантических компонентов [Бреус, 2000, 10].

Он играет в студенческой команде                   He is a member of the college team

(предикат  действия)                                     (предикат состояния)

    Таким образом,  для достижения семантической  эквивалентности требуются разнообразные  переводческие преобразования (трансформации или замены). На уровне компонентной эквивалентности в основном используются  трансформации, затрагивающие грамматическую структуру высказывания. Уровень денотативной эквивалентности требует более сложных  лексико-грамматических трансформаций, влекущих за собой изменения в семантической структуре высказывания [Бреус, цит. раб., 10].

    Необходимо  определить, что же такое переводческие  трансформации вообще и для чего они нужны.

    Первое и  основное качество, которым должен  владеть переводчик, заключается в умении “видеть” переводческие проблемы, способности не поддаваться соблазну подмены слов подлинника словами переводящего языка. Неизбежным следствием последнего является переводческий брак, именуемый буквализмом.

    В толковом словаре  переводческих терминов учёного-лингвиста  Комиссарова можно найти определение этому явлению: Грамматический буквализм — сохранение грамматических структур или форм подлинника в переводном тексте [Комиссаров, 1990, 156].

     Конечно,  если мысль можно выразить  таким же образом, как она  выражена в оригинале, это надо  и сделать. Так при переводе  фразы “Она живёт в Лондоне”  как “She lives in London” наблюдается соответствие на всех уровнях – формальном и семантическом. Но подобные случаи скорее исключение, чем правило. Каждый язык – глубоко самобытное и специфическое явление, и ожидать частых совпадений не приходится [Бреус, цит. раб., 14].

    Сопоставительный анализ  переводов обнаруживает, наряду  с языковыми единицами ИЯ, имеющими единичные или множественные соответствия в ПЯ, и такие лексические и грамматические единицы, для которых в ПЯ нет прямых соответствий. Единицы ИЯ, которые не имеют регулярных соответствий, в языке перевода называются безэквивалентными [Комиссаров, цит. раб., 38]. Безэквивалентными грамматическими единицами могут быть как отдельные морфологические формы (герундий) и части речи (артикль), так и синтаксические структуры (абсолютные конструкции). При переводе существование безэквивалентных грамматических единиц не вызывает особых трудностей. Выбор грамматической формы при переводе зависит не только  и не столько от грамматической формы оригинала, сколько от её лексического наполнения, т. е. от характера и значения лексических единиц, получающих в высказывании определённое грамматическое оформление [Комиссаров, цит. раб., 39]. Различия в таком оформлении, как правило, не являются препятствием для установления отношений эквивалентности между высказываниями в оригинале и в переводе. Именно в таких случаях очень часто прибегают к трансформационному переводу. Трансформационный перевод заключается в передаче значения безэквивалентной единицы с помощью одной из грамматических трансформаций, которые наряду с лексическими трансформациями применяются при осуществлении процесса перевода. 

Различные учёные по-разному определяли переводческие трансформации. Так, например,  Р. К. Миньяр-Белоручев дал следующее определение: "Трансформация – основа большинства приемов перевода. Заключается в изменении формальных (лексические или грамматические трансформации) или семантических (семантические трансформации) компонентов исходного текста при сохранении информации, предназначенной для передачи" [Миньяр-Белоручев, 1996, 201]. 

 Я. И.  Рецкер же определяет  трансформации  как "приемы логического мышления, с помощью которых мы раскрываем значение   слова ИЯ в контексте и находим ему   соответствие в ПЯ, не совпадающее со словарным" [Рецкер, 1974, 216].

Швейцер А. Д.: «Переводческие трансформации –  это межъязыковые операции перевыражения смысла» [Швейцер, цит. раб., 118].

Архипов А. Ф. под переводческими трансформациями  понимал «технические приёмы перевода, состоящие в замене регулярных соответствий нерегулярными.», а также «сами языковые выражения, получаемые в результате применения таких приёмов» [Архипов, 1991, 84].

Латышев Л. К., принимая во внимание два критерия адекватного перевода – равноценность  регулятивного воздействия исходного  и переводного текстов и их семантико-структурное подобие, - именует  переводчекие трансформации как  «отступление от структурного и семантического параллелизма между исходным и переводным текстом в пользу их равноценности в плане воздействия» [Латышев, 2000, 27].

Грамматические трансформации. В переводоведении существует множество классификаций видов переводческих трансформаций, но все они делятся на три основные группы:  лексические, грамматические и лексико-грамматические трансформации.

В данной работе рассматриваются грамматические трансформации, поэтому необходимо дать определение  именно этому виду переводческих преобразований.

    По словам Коммисарова, грамматические трансформации (Грамматические замены) - это способ перевода, при котором грамматическая единица в оригинале преобразуется в единицу ПЯ с иным грамматическим значением. Замене может подвергаться грамматическая единица ИЯ любого уровня: словоформа, часть речи, член предложения, предложение определенного типа. Понятно, что при переводе всегда происходит замена форм ИЯ на формы ПЯ. Грамматическая замена как особый способ перевода подразумевает не просто употребление в переводе форм ПЯ, а отказ от использования форм ПЯ, аналогичных исходным, замену таких форм на иные, отличающиеся от них по выражаемому содержанию (грамматическому значению) [Комиссаров, цит. раб., 54] .

    А. Д. Швейцер определял  грамматические трансформации как  «трансформации, при которых преобразуется формальная структура высказывания и остаётся неизменным конституирующий его смысл набор сем»  [Швейцер, цит. раб., 118].

    Грамматические трансформации заключаются  в преобразовании структуры предложения в процессе перевода в соответствии с нормами переводного языка. Трансформация может быть полной или частичной в зависимости от того, изменяется ли структура предложения полностью или частично. Обычно, когда заменяются главные члены предложения, происходит полная трансформация, если же заменяются лишь второстепенные – частичная. Кроме замен членов предложения могут заменяться и части речи. Чаще всего это происходит одновременно.

1.2 Влияние  субъективного фактора  при  устном переводе.

   Грамматические трансформации – неотъемлемая часть перевода, как письменного так и устного. Но, как известно, устный перевод значительно отличается от письменного. П. Палажченко приводит следующую таблицу отличий письменного перевода от устного [Палажченко, 2000, 23]:

    Очевидно, что общим и  основным фактором, отличающим устный  перевод от письменного, является  то, что в отличие от письменного,  при устном переводе переводчик  поставлен в условия ограниченности  времени.  При получении информации на русском языке, задача переводчика – как можно точнее и быстрее передать её основной смысл на английском языке. В данном случае у переводчика нет возможности подумать, имеется ли в английском языке эквивалент данной русской языковой единицы  и, если имеется,  выбрать наиболее подходящую его форму. Следовательно, переводчик прибегает к трансформациям, в частности грамматическим, чтобы передать  смысл информации на английском языке в той форме, в какой он передал бы эту информацию,  как считает он сам, если бы был носителем английского языка, то есть роль субъективного фактора при устном переводе возрастает (см. Гл.4).

  А. Д.  Швейцер высказывался по этому  поводу следующим образом: “Переводчик неизбежно привносит в процесс перевода свои собственные характеристики. Это сказывается и на этапе интерпретации исходного текста, и на этапе создания нового текста на языке перевода. К этим характеристикам относится  верность переводчика определённой культурной традиции, его собственное творческое и эстетическое кредо, его связь с собственной эпохой, и, наконец, та конкретная задача, которую он сознательно или неосознанно ставит перед собой. Личность переводчика находит своё проявление в его коммуникативных установках” [Швейцер, цит. раб., 99].  

    Таким образом,  переводческие, а в частности  грамматические, (межъязыковые) трансформации – это способы перевода, которые переводчик может использовать  в тех случаях, когда эквивалентная   форма высказывания  в языке перевода отсутствует или не подходит по контексту. Чаще всего данный способ используется устными переводчиками для  достижения максимальной адекватности перевода, и ввиду ограниченности времени субъективный фактор возрастает.

Глава 2 ПРИЧИНЫ ИСПОЛЬЗОВАНИЯ ПЕРЕВОДЧЕСКИХ ТРАНСФОРМАЦИЙ

    Несмотря на то, что при переводе, осуществляя те или иные трансформации, переводчик не отдаёт себе отчёт в том, с какой целью он это сделал, т.е. трансформирует текст на интуитивном уровне, каждая переводческая трансформация  мотивирована, т.е. вызвана той или иной причиной.

    Мотивы и  причины использования переводческих  трансформаций каждый   лингвист  видит по-своему. Г. М. Стрелковский  объясняет использование переводческих преобразований следующим образом: «Переводчик воспринимает исходящую от отправителя информацию в виде конкретных произведений речи. Именно в этих речевых произведениях и реализуется коммуникативное намерение. Следовательно переводчику необходимо так преобразовать речевое произведение одного языка в речевое произведение другого, чтобы передать коммуникативное намерение отправителя. Важным требованием является точность в переводе, которая должна определяться не точным соответствием между единицами двух языков, а функциональной тождественностью. Точным может считаться лишь такой перевод, который обеспечивает тождественность функции речевого произведения при эквивалентности смыслового оригинала и его транслята» [Стрелковский, 1979, 88]. Таким образом, трансформации используются переводчиком для того, чтобы текст перевода был также функционально тождественен исходному тексту»  С этой точкой зрения перекликается мнение Л.К. Латышева. Он высказывает эту мысль в более развёрнутом виде: Прежде всего он предлагает термин коммуникативная компетенция.  Под коммуникативной компетенцией им понимается комплекс предпосылок, без которого невозможна языковая коммуникация: «Реакция человека на текст определяется не только свойствами самого текста (его семантикой и структурой), но и наличием определённых предпосылок, которыми человек должен обладать, чтобы адекватно воспринять и интерпретировать текст, наличие привычек к  определённым языковым стандартам и стереотипам и определённых предварительных знаний, без которых нельзя толком понять, о чём идёт речь» [Латышев, 2000, 29].  При этом Латышев делит коммуникативную компетенцию на составляющие, каждая из которых играет свою роль в процессе восприятия и интерпретации текста. Отсутствие у получателя текста необходимой предварительной информации приводит к ситуации, когда «слова понятны», но непонятна суть сказанного. Что касается несоответствия текста привычным речевым стандартам, Латышев считает, что оно может вызвать как положительный, так и отрицательный эффект: «Если непривычность способа выражения – результат неумения, недостаточной коммуникативной компетенции, то она становится фактором, препятствующим успешной коммуникации. Происходящая от некомпетенции «необычность» речи затрудняет её восприятие, отвлекает внимание от содержания» [Латышев, цит. раб., 30]. Таким образом, воздействие, оказываемое текстом на адресата, определяется соотношением свойств текста с коммуникативной компетенцией адресата. А для того, чтобы в переводе произвести регулятивное воздействие текста, необходимо, чтобы соотношение свойств переводного текста с коммуникативной компетенцией носителя переводящего языка было бы аналогично (приблизительно равно) соотношению свойств исходного текста с коммуникативной компетенцией носителя исходного языка. Таким образом, переводной текст должен быть  неравен исходному тексту в той степени, в какой коммуникативная компетенция носителей переводящего языка не равна коммуникативной  компетенции носителей исходного языка. Это целенаправленно создаваемое переводчиком неравенство двух текстов компенсирует неравенство двух коммуникативных компетенций таким образом, чтобы возникало относительное равенство двух соотношений, которое и обеспечивает эквивалентность регулятивного воздействия двух текстов [Латышев, цит. раб., 30]. Итак, причинами переводческих трансформаций являются существенные расхождения коммуникативных компетенций носителей исходного языка и носителей переводящего языка и необходимость  «сгладить» их ради достижения равноценности регулятивного воздействия исходного и переводного текста. Таким образом, Латышев связывает необходимость использования переводческих трансформаций с коммуникативной компетенцией. В   более ранней работе этого же учёного можно найти следующее высказывание о мотивировании переводческих трансформаций: «Мотивированность переводческих трансформаций заключается в сочетании  творческого подхода к переводу со строгим отношением к передаче содержательной стороны исходного текста, его существующих особенностей, исключающих переводческий произвол.» [Латышев, 1981, 198]  В целом, Латышев называет 3 основные причины переводческих трансформаций:

1. Расхождения в системах исходного и переводящего языков, которые могут быть следующими:

а) в одном  из языков отсутствует категория, свойственная другому языку.

б) внутри одной и той же категории членения различны.

в) сопоставимые лингвистические категории не вполне совпадают по объёму значения.

2. Расхождения норм исходного и переводящего языков. С нарушением нормы мы сталкиваемся  в тех случаях, когда смысл фразы понятен, однако вызывает представление о неправильности речи (нормативных отклонениях)
3. Несовпадение узуса, действующего в среде носителей исходного и переводящего языков. (Узус  - правила ситуативного использования языка.  Он отражает речевые привычки и традиции данного языкового коллектива.) [Латышев, цит. раб., 189]. 

      А. Ф.  Архипов выделяет восемь мотивов  применения трансформаций, с целью добиться более высокой степени эквивалентности:

1. Стремление избежать нарушения норм сочетаемости единиц в языке перевода, так называемых буквализмов.
2. Стремление идиоматизировать перевод, т.е. использовать выражения и конструкции, наиболее употребительные в переводящем языке.
3. Необходимость преодоления межъязыковых различий в оформлении однородных членов предложения.
4. Стремление избегать чуждых переводящему языку словообразовательных моделей.
5. Стремление избегать неестественности, неэстетичности некоторых повторов, громоздкости, неясности и нелогичности выражения.
6. Стремление к более компактному варианту перевода.
7. Стремление донести до рецептора важную фоновую информацию или снять избыточную.
8. Стремление воссоздать трудно передаваемую игру слов, образность [Архипов, 1991, 86].

     Е. В.  Бреус мотивирует переводческие трансформации следующим образом: «Смысл оригинала передаётся при помощи переводческих соответствий, имеющих не только иное языковое выражение, но и отличный от оригинала набор сем, а это и порождает необходимость во всевозможных переводческих трансформациях».

    При переводе  с русского языка на английский  или любой другой язык причина, побуждающая к переводческим трансформациям, чаще всего кроется в присущем английскому языку видении мира и связанном с этим явлении языковой избирательности. При переводе имеет место не только контакт двух языков, но и соприкосновение двух культур. Описывая предметную ситуацию, английский язык может выбрать иную, чем в русском отправную точку в описании, использовать иной предикат или конфигурацию признаков. Для него, в частности, характерно преимущественное использование глагольных форм. Русскому языку, наоборот, свойственно более широкое использование опредмеченных действий и признаков, что проявляется в более частом, чем в английском, использовании существительных» [Бреус, 2000, 14].

    Необходимо  отметить, что все причины использования  грамматических трансформаций сводятся к двум основным: Объективные и субъективные. По объективным причинам происходят трансформации, связанные с культурными различиями носителей двух языков, с различиями грамматических структур языков, и т. п. К субъективным причинам относятся: недостаток времени в условиях устного перевода, собственный стиль переводчика, является ли переводчик носителем исходного языка или переводного, и т.п.

     При этом  необходимо уточнить, что существует  два основных вида грамматических замен: устойчивые межъязыковые соответствия, образованные с помощью грамматических трансформаций и контекстуальные, образующиеся в процессе перевода в зависимости от контекста. Все эти замены  происходят по причине различий в структурах двух языков – языка оригинала и языка перевода:

1. Положение языковой  единицы в системе языка (части  речи)

2. Внутриязыковые факторы

3. Грамматические категории:

• Категория падежа
• Категория числа
• Категория рода
• Категория определённости-неопределённости
• Категория степени качества
• Категория вида и времени
• Категория залога

4. Различие синтаксиса в русском и английском языках

Далее рассмотрим все  вышеперечисленные языковые различия более подробно:

     В русском языке синтаксические и морфологические аспекты равноценны, а в английском, что характерно для аналитического языка, отношения между словами выражаются, в основном, порядком слов, т. е. синтаксическими средствами, поскольку морфологическое начало играет подчинённую роль. Такой приоритет синтаксиса часто создаёт трудности для перевода, которые переводчик должен уметь преодолевать, используя в переводе грамматические трансформации.

2.1 Положение  языковой единицы в системе  языка.

    Соответствующие  семантические единицы в разных  языках могут также иметь разную  значимость,

 т. е. занимать  различное положение в системе  языка. Слово может быть более  употребительным в одном языке,  а в другом иметь более узкое  или даже терминологическое значение [Миньяр-Белоручев, 1994, 28]. Слова могут также иметь различное грамматическое значение. В одном языке слово может быть употреблено только как существительное, а в другом  как существительное, глагол и прилагательное. Несмотря на относительную близость частей речи по составу в обоих языках, более глубокое знакомство с ними свидетельствует о значительном различии между ними. Это различие, прежде всего, заключается   в  расхождении в составе грамматических категорий и средств их выражения в обоих языках. Профессор В. Д. Аракин даёт сопоставительный анализ частей речи в английском и русском языках, который приводится ниже.

Имя существительное. Имя существительное в русском языке характеризуется наличием трёх грамматических категорий: 1) категории падежа, выраженной парадигмой склонения, состоящей из шести падежей; 2) категории числа, состоящей из двух чисел – единственного и множественного; 3) категории грамматического рода, представляющей три рода – мужской, женский и средний, имеющие соответствующее морфологическое выражение.

В отличие от русского, имя существительное в английском языке характеризуется наличием двух грамматических категорий: 1) категории числа,      состоящей      из   двух  чисел  единственного   и    множественного;

2) категории   детерминативности    (определённости  – неопределённости), выраженной артиклями в препозиции.

Имя прилагательное. Имя прилагательное в русском языке характеризуется наличием согласования с существительным в роде, числе и падеже и категорией степени качества.

 В отличие от  русского, прилагательное  в английском  языке не имеет согласования с существительным. В то же время в английском языке, как и в русском, имеется морфологически выраженная категория степени качества.

Глагол. Глагол в русском языке характеризуется наличием семи грамматических категорий: 1) категории вида, выраженной морфологическими формами несовершенного и совершенного вида; 2) категории времени, находящей своё выражение в формах пяти времён – трёх форм времени несовершенного и  двух форм совершенного вида; 3) категории залога, имеющей морфологическое выражение в виде форм действительного, возвратно-среднего и страдательного залога; 4) категории наклонения, представленной формами трёх наклонений – изъявительного, повелительного и сослагательного или условно-желательного; 5) категории лица, выраженной личными окончаниями; 6) категории числа, выраженной личными окончаниями; 7) категории грамматического рода в формах единственного числа прошедшего времени.

  В системе английского  глагола представлены следующие  грамматические категории: 1) категория времени, выраженная тремя формами времени – настоящим, прошедшим и будущим; 2) категория наклонения, представленная шестью морфологически выраженными формами наклонений – изъявительного, повелительного, сослагательного I, сослагательного II, предположительного и условного; 3) категория залога, имеющая морфологическое выражение в виде форм действительного и страдательного залога; 4) категория вида, представленная формами двух видов – общего  и длительного; 5) категория временной отнесённости, представленная формами перфекта; 6) категория лица, выраженная в настоящем времени морфемой –(е)s и нулевыми морфемами в других лицах; 7) категория числа [Аракин 1979, 112].

2.2 Внутриязыковые факторы.

    Причиной переводческих  преобразований могут служить  и внутриязыковые факторы, такие как сочетаемость и коммуникативная структура высказывания. Коммуникативная структура высказывания представляет собой состав компонентов, один из которых имеет минимальную коммуникативную нагрузку и именуется «темой», а другой – максимальную коммуникативную нагрузку и именуется «ремой».

2.3 Грамматические категории.

    Категория падежа. В русском языке категория падежа представлена 6 падежами – именительным, родительным, дательным, винительным, творительным и предложным. Рассматривая значение каждого отдельного падежа как особой грамматической категории, мы видим, что оно имеет комплексный характер и состоит из ряда более мелких созначений. Например, в качестве одного из таких созначений можно назвать предметность, поскольку категория падежа свойственна именам существительным, обозначающим предметы и явления. Другим созначением может быть названа принадлежность существительного к определённому грамматическому роду, и т. д.

   Эти созначения  профессор Е. И. Шендельс называет  семами. Под понятием сема понимается минимальный, далее неделимый элемент грамматического значения [Шендельс, 1962, 52].

    В русском  языке категория падежа характеризуется  наличием следующих сем: предметности, рода, числа, одушевлённости/неодушевлённости.

    Вопрос о  категории падежа в английском  языке до настоящего времени  носит дискуссионный характер.  Почти общепринятой считается  точка зрения, согласно которой в составе существительных имеется класс слов, изменяющихся по двум падежам – именительному и притяжательному, оформленному морфемой ‘s. Это класс существительных одушевлённых и существительные семантического поля “время”. Таким образом, с точки зрения типологической характеристики категории падежа в имени существительном мы можем отметить, что в английском языке все существительные делятся на два класса: слова, обозначающие предметы, неживые, не имеющие категории падежа, и слова обозначающие предметы живые и время, имеющие два падежа – общий и притяжательный. Семы притяжательного падежа следующие: предметность, одушевлённость, притяжательность, субъектность и объектность.

    Категория  падежа представлена в системе  личных местоимений английского  языка двумя падежами – именительным  и объектным – с основными  семами предметности, числа и  направленности.

Категория числа. Как в английском, так и в русском языке существует грамматическая категория числа. Эта категория выражает количественные отношения, существующие в реальной действительности, отражённые в сознании носителей данного языка и имеющие морфологическое выражение в соответствующих формах языка.