Перспективы развития формы Российского государства

дение.

Приступая к анализу современной  формы российского государства, прежде всего, следует иметь в  виду, что российское государство  и российское общество, утверждая  федеративную структуру страны, должны рассматривать федеративное устройство не как самоцель, а как средство более эффективного государственного управления. Иными словами, не федеративный принцип ради самого федеративного  принципа, а федерация ради обеспечения  социального и экономического прогресса.

Конституция Российской Федерации 1993 года провозглашает Россию федеративным государством. Российский федерализм - это далеко не беспроблемная категория, это та реальность, которая имеет на сегодняшний день ряд нерешенных аспектов. И это касается как формы, так и содержания федеративных отношений в России, сохранения ее территориальной целостности.

Федерализм в России во многом уникален. Ему трудно подобрать  аналоги в истории и современном  мире. Он не сводится ни к национально-государственному устройству, (что отличало советскую модель) ни к территориальному (свойственному многим странам). Попытки копировать опыт США, Германии и других государств не имели успеха, потому что расходились с российскими реалиями и противоречили интересам развития страны. Асимметрия, присутствующая в конституционных положениях о федеративной организации России, отразила сложный состав и прошлое страны.

Принцип федерализма, безусловно, крайне важен для интеграции Российского  государства в сферу международных  отношений и мировую правовую систему, отличающегося не только своими масштабами, но и многообразием черт, присущим только нашей стране: экономическим, национальным, историческим, социально-политическим, идеологическим. Некоторые считают, что Россия находится в процессе перехода от прежней жестко централизованной экономики к рыночным отношениям и в этом процессе выявляется необходимость  многих специфических форм и методов  такого перехода. И всё-таки большинство  авторов в настоящее время  чаще всего рассматривают нашу страну в качестве “застрявшей” между  авторитарно-тоталитарным прошлым  и пока еще несбывшимся либеральным  будущим. Многие исследователи подчеркивают переходный характер современной отечественной  государственности. Данный период характеризуется  высоким уровнем дезорганизации, слабостью государства, слабостью  массового признания его ценности, отсутствием сформированного по новым принципам правового поля, крайне недостаточным продвижением к рынку и развитием частной  инициативы, коррупцией, преступностью  и т. д.

Нельзя считать, что все  решено, что выбран уже оптимальный  вариант государственного устройства и никаких проблем нет. Развитие федеративных отношений - это дорога со встречным движением. Сейчас многое свидетельствует о том, принимаемые  решения направлены на формирование не федеративной модели отечественной  государственности, а унитарной. Появился некий проект Конституции, в котором  четко прописана явно унитарная  модель. Уменьшены доходы субъектов  Федерации в новом бюджете. Дума пытается провести закон о назначении губернаторов. В экономических программах Г. Грефа и Ишаева федерализм за исключением нескольких упоминаний этого термина вообще отсутствует.

Развитие федерализма, как  и три года назад, тормозится рядом  негативных факторов, в числе которых  отсутствие обоснованной государственной  концепции развития федеративных отношений  в России. В настоящее время  в стране происходят заметные перемены, ведущие к усилению президентской  власти. Это вызывает в обществе вполне обоснованные вопросы. Насколько  данные перемены оправданы, правильно  ли выбран их вектор, как это скажется на развитии федерализма, какова при  этом должна быть позиция органов  власти и, в том числе, Федерального Собрания, какую роль могут и должны играть субъекты Федерации.

I. Понятие и структура  формы государства.

Термин «форма государства» употребляется в различных значениях. Во многих науках - это понятие, используемое для выделения данного явления (формы государства) из других явлений  государственности; в понятии взятые в виде абстракции признаки отражают существенные стороны формы государства  в их взаимосвязях, образующих определенную целостность.

Для действующего права той  или иной страны, прежде всего для  ее конституционного права, форма государства - это правовой институт (в разных характеристиках - комплексный институт или комплекс институтов), система  внутренне согласованных норм данной отрасли права, регулирующих реальное явление (форму), в их правовых взаимосвязях.

В политических науках, государствоведческих дисциплинах форма государства  понимается как один из институтов государства (государственности) в  соответствии с различными подходами  к понятию института. Она изучается  этими отраслями науки как  фактическое явление, существующее зачастую в соответствии с конституционными нормами, а в ряде без такого соответствия и даже в противоречии с ними. В государствоведении форма государства изучается как конкретный комплексный институт, имеющий свои особенности в каждой стране, даже если для характеристики такого института или его составных частей используется одно и тоже название. При одинаковом названии президентские республики США и Кении - не одно и тоже явление, индийский федерализм отличается от канадского, методы управления в парламентарной монархии Таиланде во многом не похожи на методы управления в парламентарной монархии Великобритании и т.д. Для сравнительного государствоведения все эти особенности имеют первостепенное значение.

Создавая понятие формы  государства, различные авторы оперировали  четырьмя составляющими. Это форма  правления, форма государственного устройства, политический (с другой точки зрения - государственный) режим, политическая динамика. Рассматриваемое  понятие конструировалось на основе сочетания четырех, трех, двух элементов. Отдельные авторы сводили его  к одному из них (к политическому  режиму). В настоящее время в  отечественной науке обычно используется трехэлементная характеристика: форма  государства рассматривается как  совокупность форм правления (структура  и взаимоотношения трех высших органов  государства - главы государства, парламента и правительства), государственного устройства (унитаризм, федерализм, автономия) и государственного режима (методы осуществления государственной  власти).

Элементный подход к форме  государства имеет практическое значение и широко применяется в  учебных целях. Используя его в научных исследованиях обращают внимание на единство (а не просто совокупность) элементов, составляющих форму государства. Но на деле это единство часто предстает все же как механическое соединение элементов, а не как единство целостной системы, обусловленное его внутренними связями и ее отношениями со средой (прежде всего социальной, национальной, социокультурной средой и т.д.). Характеристика формы государства нередко дается лишь через ее элементы, определения же формы в целом обычно ограничиваются общефилософскими понятиями. Такой подход не может быть признан безупречным, тем более что в последние десятилетия некоторые конституции (например, Турции 1982г., Сальвадора 1983г., Никарагуа 1987г. и др.) не ограничиваются упоминанием о формах правления и государственного устройства, а содержат более общий термин - «форма государства».

Правда, такая терминология используется обычно лишь в заголовках соответствующих глав основных законов. Эти главы включают нормы о  формах правления и государственного устройства, реже - о политическом режиме, иногда содержат другие важные положения (например, характеристику республики как социально-правового государства, принцип национальной солидарности и уважения, прав человека в турецкой конституции 1982 г.), но определения формы  государства как комплексного института  в них нет. Тем не менее, включение  в конституции обобщающего понятия  «форма государства» дает дополнительную аргументацию о необходимости ее определения не только через совокупность элементов, но и как особого института, особой структуры.

Системный подход предполагает учет не только элементов с их качествами, но и связь между ними, образующих единое целое (форму государства), а  также связи элементов с этим целым, ибо целое вступает вовне как новое образование, а не только через свои элементы. Связи элементов играют огромную роль в возникновении данной совокупности, ее было бы невозможно получения путем обычного примыкания друг к другу двух, трех, четырех элементов. Более того, путем таких связей создается новое качество, присущее форме государства, которое не принадлежало ни одному из элементов, взятых отдельно.

С этой точки зрения, не только форма государства составляется из элементов, но и традиционно называемые три элемента представляют собой  лишь главные стороны формы государства, в которых она проявляется, не исчерпывая своих качеств до конца. Наряду со структурой и взаимоотношениями трех высших органов государства (форма правления), федерализм и унитаризм (форма государственного устройства), методами государственного режима (разными в условиях демократии, авторитаризма, тоталитаризма) форма государства находит свое проявление в организации и порядке деятельности органов государства на местах (без учета роли префектов до 1982 г., имевших большие полномочия и контролировавших всю местную жизнь, трудно было бы адекватно понять форму государства во Франции), в системе и деятельности органов правосудия (существование особой системы административных судов, рассматривающих жалобы граждан по вопросам управления, накладывает особый отпечаток на деятельность всего государственного аппарата), в существовании или отсутствии специальных органов контрольной власти, в характере “материальных придатков” государства (существование воинской обязанности и альтернативной службы или только системы волонтерского набора в армию). Таким образом, мы подходим к пониманию формы государства с более широких позиций, чем это нередко принято в литературе.

Форма государства, как и  любая форма, определяется его содержанием, ибо форма всегда есть организация  содержания. Таким содержанием является государственная власть: та или иная форма государства создается  и изменяется с тем , чтобы наиболее эффективно осуществлялась государственная власть. Для этой цели образуются органы государства, устанавливается определенное административно-территориальное деление, применяются те или иные методы осуществления государственной власти.

Вместе с тем, форма  государства определяется не только содержанием “первого порядка” - государственной  властью как таковой, но и зависит  от конкретного социального содержания последней. Сохранившаяся в некоторых  странах полуфеодальная власть тяготеет к авторитарным формам ее выражения (существует монархия с обширными  полномочиями главы государства, роль парламента принижена, он превращен  в консультативный орган или  не существует вовсе, наблюдается сильная  централизация или даже “сверхцентрализация”, местное самоуправление практически отсутствует, используются авторитарные методы управления). Демократическая власть, опирающаяся на средние слои населения, национальную (прежде всего промышленную) буржуазию в том или ином объеме проводит в жизнь концепцию разделения властей и систему сдержек и противовесов, осуществляет децентрализацию и деконсентрацию управления, применяет демократические методы: регулярные выборы, ротацию, референдум, различные формы партиципации граждан в управлении. Связи социального содержания государственной власти и формы государства, приизнаваемые и марсисткскими, и немарсистскими исследователями (первые, правда, преувеличивали их, а вторые зачастую игнорировали) нельзя недооценивать, анализируя институт формы государства в различных странах. Термин “социально-правовое государство”, включаемый теперь в некоторые конституции, лишь отчасти учитывает эти связи.

Вместе с тем следует  отметить, что жесткой зависимости  содержания и каждого из элементов  формы не существует. Излишняя детерминированность, на которой настаивают сторонники марксистстско-ленинского подхода, не всегда оправдана. Социальное содержание может определять (например, в абсолютной монархии), а может и не определять те или иные формы (например, тоталитарный режим может существовать в условиях политического властвования различных социальных сил). Связи содержания и формы, зависимость последней от содержания отчетливо обнаруживаются в деятельности органов государства на местах (губернаторы в Саудовской Аравии (как правило, родственники монарха) сильно отличаются своим положеним от безвластных , по существу, губернаторов штатов в Индии), в структуре и функционировании третьей власти - правосудия (без учета роли мусульманских судов, например, в Омане вряд ли удастся адекватно понять форму государства в этой стране), в порядке формирования верхушки государственного аппарата (без этого не понять теократическую форму государства в Иране, где многие высшие государственные постымогут занимать только священнослужители, имеющие определенный духовный сан), в деятельности контрольной власти (в том числе конституционных судов, некоторые решения которых, например, в России, имеют политический характер, отражают особенности социальной природы власти , этнического состава страны и др.). Такие связи иногда обнаруживаются в структуре федерации (например, в Бельгии она определяется одной из сторон социального фактора - отношениями различных этнических общностей). Напротив, трудно усмотреть доминанту социального содержания в федеративной форме Коморских островов, которая определяется прежде всего географическими факторами (каждый остров-субъект федерации). При разном социальном содержании государства федерациями являются Россия и Пакистан, не определяется социальным содержанием чатое применение референдумов в Швейцарии, отражающее обратные связи государственной власти с населением, и неприменение этой формы связей в США (на федеральном уровне в США не проводилось ни одногореферендума).

В высокоразвитой Великобритании и полуфеодаоьном Непале существует одна и та же форма правления - парламентарная республика, в ФРГ и Пакистане, где в политической власти доминируют разные социальные слои, существует федерация, демократический режим существует в США и Индии при неодинаковом содержании государственной власти и т.д. Различия в социальной природе оказывабт нередко влияние, как видно из сказанного, не на сами основы формы государства, правления или территориально политического устройства, а на их особенности (абсолютная монархияможет существовать при одной расстановке классовых сил, а парламентарная - только при другой, но все равно это - монархия).

Рассматривая связи содержания и формы, исследователи нередко  ограничиваются социальным содержанием. Такой подход долгое время существовал  в отечественной литературе, его  использовал и автор данной работы. Более внимательный анализ, однако, свидетельствует, что содержание государства  имеет и другие стороны. Оно включает такие отношения, которые связаны с наличием управленческой элиты и необходимого кадрового состава для выполнения организационных задач, отношения, вытекающие из экологических проблем, из взаимосвязей с другими государствами и т. д. Да и само социальное содержание нельзя сводить только к отношениям классов и социальных слоев, как это нередко бывает. Социальное содержание включает национальные, этнические отношения, отношения территориальных коллективов - определенных регионов государства даже при одинаковом этническом составе их населения, проблемы, связанные с положением женщин и т.д. Все эти моменты в той или иной степени могут оказывать свое влияние на различные стороны формы государства. Наличие необходимого кадрового состава дает возможность построить государственный аппарат на иных началах, чем там, где этого нет, отношения этносов и регионов самым тесным образом связаны с вопросами территориальной и национально-культурной автономии, экологические проблемы вызывают к жизни создание особых округов со специфическими формами управления, эти округа не входят в общую систему административно-территориального деления ни в США, ни в Японии, равно как не входят в нее школьные и медицинские округа в Великобритании. Ситуация, связанная с социальными отношениями мужчин и женщин, порождает особенности формы государства в мусульманских странах (например, лишение избирательных прав женщин и запрет занимать пост главы государства). Не менее важным фактором содержания оказывается религия. Наиболее яркий пример этого - клерикальная государственная форма в Иране. Есть и другие стороны содержания государства, которые необходимо исследовать, в том числе прямые и обратные связи не только государства и общества, но и связи внутри аппарата самого государства.

Во многих случаях те или  иные случаи государственной формы  не зависят от социального содержания государства или вообще от его  содержания, а определяются другими  факторами - географическими условиями, традициями, общественной психологией, а иногда и волюнтаристическими  действиями правящих личностей-диктаторов (таково было, например, провозглашение президентом Бокассой империи в Центрально-Африканской республике в 1976 г.).

Понятие формы государства  в юридической литературе обычно дается путем перечня тех трех слагаемых, о которых говорилось выше. Иногда добавляется четвертый  элемент - политическая динамика. Этот «перечневый подход» воспринят  и в политологии, но определенные формы государства принимает  там все же более синтезированный характер. Еще короче оно в некоторых философских работах, где акцент делается, прежде всего, на связи содержания и формы. Видимо, необходимо каким-то образом обобщить перечневый характер определения, а с другой стороны, не утратить его позитивных моментов, сведя определение к очень общей формулировке. Представляется, что можно было бы охарактеризовать форму государства, как особый комплексный институт государственности, следующим образом: это - обусловленная содержанием государства (прежде всего социальным, но не только им) организационно-функциональная структура государственности, выражающая способ организации и осуществления государственной власти в совокупности всех ее ветвей, включая методы прямой и обратной связи с населением.

II. Форма правления в  России:

II.1  Понятие формы правления.

Форма правления является одной из важнейших частей формы  государства. Понятие формы государство  зародилось еще до нашей эры. Аристотель писал о разграничении формы  правления в зави-симости от того, «осуществляется ли верховная власть единолично (мо-нархия), ограниченным числом лиц (аристократия), всем населением (демократия)» Еншбарян Р. В., Краснов Ю. К. «Теория государства и права»/ Уч. пособие. М: Юрист, 1999. С. 78. В принципе вплоть до сегодняшнего времени указанный критерий остался: формы правления различаются в зависимости от того, осуществляется ли верховная власть одним лицом или принадле-жит выборному коллегиальному органу.

Форма правления «раскрывает  способ организации верховной государственной  власти, порядок образования ее органов, их взаимодействия между собой и  с населением, степень участия  населения в их формировании»  Теория государства и права: Учебник  для вузов/ под ред. Проф. В.М. Корельского и проф. В.Д. Перевалова. М.: Норма, 2003. С-184. показывает, как образуется высшие органы, что они собой представляют, на каких началах взаимодействуют, какой принцип лежит в основе взаимоотношений между высши-ми и другими государственными органами. Под этой формой понимается организация власти, характеризуемая ее формальным источником, то есть тем, кому принадлежит власть в данном государстве. Также свидетельствует, участвует ли население в формировании высших органов государства, то есть демократическим или недемократическим способом они образованы. Недемократическим путем формируются, например, высшие органы государства при наследственной монархии.

Таким образом, под формой правления подразумевают организацию  верховной государственной власти, в особенности высших и центральных  ее органов, структуру, компетенцию, порядок  образования этих орга-нов, длительность и объем их полномочий, взаимоотношения с насе-лением, степень участия последнего в их формировании. В связи с этим выделяют монархические и республиканские формы правления.

Форма государственного правления  дает возможность уяснить:

как создаются высшие органы государства, и какого их строение;

как строятся взаимоотношения  между высшими и другими государственными органами;

как строятся взаимоотношения  между верховной государственной  властью и населением страны;

в какой мере организация  высших органов государства позволяет  обеспечивать права и свободы  гражданина.

 По указанным признакам  формы государственного правления  подразделяются на:

монархические (абсолютные, конституционные)

республиканские (президентские, парламентские)

II.2 Особенности российской  республики.

Республиканская форма правления  в России имеет особенности по сравнению с типичными формами  президентской и парламентской  республик. “Гибридный” характер новой  формы правления обусловлен спецификой исторической эволюции института главы  российского государства, социально-политических и социально-экономических условий  проведения реформ. Сочетая черты  президентской и парламентарной республики, форма правления сохраняет  большинство компонентов дуалистического  режима с доминированием президента в системе органов государственной  власти.

В современных демократических  государствах обоснованию государственной  власти служит такой принцип конституционализма, как суверенитет народа и связь  государственной власти с народом. Возникший в ходе демократических  революций XVIII-XIX вв., он был направлен  против феодального абсолютизма  и приходил на смену монархическому принципу. Закрепляемый в конституциях современных демократических государств принцип конституционализма, согласно которому вся власть принадлежит народу, не означает, однако, полной неограниченности власти народа. В противоположность теории неограниченного или неконтролируемого суверенитета, которая предлагалась, например, Ж.-Ж.Руссо [8; 168-169, 171] и в соответствии с которой политическая власть народа должна быть практически неконтролируемой, конституционализм основывается на ограниченном характере народовластия.

Развивая теорию конституционного государства, одним из первых в русской  правовой мысли на это указывал Б.А.Кистяковский. Опасность формального характера неограниченного народного суверенитета видел русский мыслитель Н.А.Бердяев, который писал: “Остается неизвестным, чего захочет суверенный народ, когда все будет предоставлено его воле, какой строй жизни пожелает создать он” [9; 159].

С другой стороны, деспотический  для прав личности характер может  иметь государство, построенное  на принципе народовластия, если такое  государство конституционно не ограничено. Об этом свидетельствует опыт диктатуры  якобинцев в эпоху Великой  французской революции или диктатуры  пролетариата после Октябрьской  революции. Суверенитет народа должен быть ограничен правами личности. Этот демократический принцип требует  толерантности к правам меньшинства. Понимая под народом в юридическом  смысле совокупность всех граждан, следует  учитывать, что интересы и потребности  социальных слоев различны. Поэтому  политическое представительство должно отражать многообразие общественных интересов, препятствовать росту неравенства  и концентрации власти в руках  одной партии или узкой группы людей.

Парадоксальность всех теорий суверенитета отмечал К.Поппер. Отдельные  разновидности теории суверенитета, согласно которым “править должен мудрейший или наилучший, или  закон, или большинство”, противоречивы, т.к., например верховная воля народа может быть использована для попрания сначала законов, а потом и  самой свободы [10; 163-164]. Следовательно, принцип народного суверенитета может быть принят только с ограничениями. В то же время он должен означать решающее участие народа в создании государственных учреждений, организации  и осуществлении государственной  власти через институты представительной и непосредственной демократии.

III. Форма государственного  устройства России:

III.1 Понятие формы государственного  устройства.

История существования государства  свидетельствует о том, что во всех века разные государства отличались друг от друга внутренним строением, т.е. способом территориального деления (административно-территориальные  единицы, автономные политические образования, государственные образования, обладающие суверенитетом), а также степенью централизации государственной  власти (централизованные, децентрализованные, организованные по принципу демократического централизма). Все выше перечисленные  явления в современной юридической  теории принято объединять в один термин - форма государственного устройства, под которой понимается «территориальная орга-низация государственной власти, соотношение государства как целого с его составными частями» Венгеров А.Б. “Теория государство и права”, Москва: Юрист, 1994, с. 119.

При всем многообразии форм государственного устрой-ства двумя основными среди них являются унитарная и фе-деративная. Третья форма государственного устройства - конфедерация, но на современной политической карте мира она фактически не встречается.

Также необходимо добавить, что форма государственного устройства делится на две группы: внутренние и межгосударственные устройства. К  внутренним можно отнести унитарную и федеративную форму государственного устройства, а к межгосударственным - конфедерацию. Конфедерация государств не рассматривается, как внутренняя форма государственного устройства, потому что является союзом государств, объединением международно-правового характера с международным договором. Также стоит заметить, что многие авторы полагают, что конфедерация не является самостоятельным государством, а всего лишь содружест-вом, «союзом абсолютно независимых государств, созданным для дос-тижения каких - либо конкретных целей (оборона от общего врага, экономическое развитие, политическое объединение и т. д.)» Венгеров А.Б. “Теория государство и права”, Москва: Юрист, 1994, с. 121.

III.2 Особенности российского  федерализма.

Федерализм в России во многом уникален. Ему трудно подобрать  аналоги в истории и современном  мире. Он не сводится ни к национально-государственному устройству (что отличало советскую модель), ни к территориальному (свойственному многим странам). Попытки копировать опыт США, Германии и других государств не имели успеха, потому что расходились с российскими реалиями и противоречили интересам развития страны. Ассиметрия, присутствующая в конституционных положениях о федеративной организации России, отразила сложный состав и прошлое страны. В этой связи ссылки на международный опыт, примеры других государств, а тем более аргументы в пользу использования зарубежного опыта, - очень условно. Как правило, они используются российскими политиками и учеными для подкрепления идеологической позиции. Например, “развитие принципов федерализма, является укреплением принципов демократии”. В международной практике, однако, происходит наоборот.

Поскольку почти три четверти субъектов Федерации не обладают статусом государства в составе  РФ, а 32 субъекта образованы по этническому  признаку, Россия, провозгласившая  федеративное устройство, оправданно сохраняет немало конструкций, присущих унитарному государству. При этом важно  подчеркнуть, что в мире более  типичны случаи, когда при формировании федерации субъекты объединяются, создают  центр и передают ему часть  своих полномочий. В России согласно Конституции полномочия передаются сверху вниз, от центра - субъектам, самостоятельность  которых неравномерно увеличивается. Причем предметы ведения и полномочия между органами государственной  власти Федерации и ее субъектов  разграничиваются Конституцией, Федеральным и иными договорами. “Иные договоры” так и остались бы гипотетической возможностью, не востребованной практикой, - как это и происходит в других федерациях, если бы в отношениях центра с отдельными субъектами Федерации не возникли серьезные проблемы.

Сепаратистские настроения в регионах во многом зависят от нестабильности центральной власти. Но эта стабильность, в свою очередь, обусловливается региональным сепаратизмом. Большей или меньшей самостоятельности  хотят все. Каждый субъект РФ, исходя из своих возможностей давления на центр, выстраивает собственную  модель взаимоотношений с ним, пытаясь  закрепить ее двусторонним договором. Поэтому каждый субъект федерации  имеет аргументы и примеры, опираясь на международный опыт. Используется, однако, не все, а только то, что подходит под политическую задачу.

В международном опыте  широкое признание в правовых доктринах и на практике получила территориальная автономия. В настоящее  время сложилась территориальная  автономия двух видов.

Первый - наделение части  территории государства более широкими правами, чем другие, принимая во внимание особенности исторического, экономического характера, а также наличие компактно  проживающей группы, подпадающей  под понятие "национальное меньшинство".

Второй - придание специального статуса территориальным образованиям в рамках всей страны.

В числе стран, где созданы  автономии первого вида, можно  отметить Великобританию, Францию, Финляндию, Данию, Португалию.

В Финляндии специальный  статус предоставлен Аландским островам, в Дании - Фарерским островам и  Гренландии, в Португалии- островам Азорского архипелага и Мадейре, во Франции- Корсике, в Великобритании - Северной Ирландии.

В частности, автономные образования  Финляндии и Дании, несмотря на определенные особенности, имеют общие моменты, которые заключаются в порядке  их формирования. В этих странах  автономные образования были созданы  на основании специального закона, в разработке которого принимали  участие представители как центра, так и автономий, что дало возможность на начальной стадии согласовать спорные моменты. Следует отметить, что автономии в Финляндии и Дании являются примером создания политико-территориальных единиц с учетом этнического состава населения.

Иные критерии принимались  во внимание в Португалии, предоставившей статус автономии островам Азорского архипелага и Мадейре. Особый статус островной части Португалии определяется особенностями географического положения, а также экономическими и социальными условиями жизни населения. При этом институциональным актом автономной области является статут, который вырабатывается Ассамблеей области. Окончательное решение в отношении статута области принимается общенациональным Парламентом.

Контроль со стороны центральной  власти за органами автономных областей осуществляется в Португалии в нескольких направлениях: можно отметить, например, контрольные полномочия министра республики, назначенного в автономную область. Контроль за нормативными актами автономной области осуществляется также Конституционным судом в процессе реализации общих процедур подобного вида. Что касается контрольных полномочий министра республики, то они во многом аналогичны тем, которыми наделены губернаторы в субъектах федерации целого ряда стран с федеративным устройством. В течение пятнадцати дней с момента получения декрета областной законодательной ассамблеи министр республики обязан подписать его либо осуществить право вето. Вместе с тем законодательный орган может преодолеть вето министра.