Плановая экономика: теоретические основы и сущность

Министерство Образования  Российской Федерации

 

Новосибирский государственный университет  экономики и управления

 

Кафедра экономической  теории

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Курсовая работа по экономической теории на тему:

 

«Плановая экономика: теоретические основы и сущность»

 

 

 

 

 

 

Выполнила студентка

1 курса дневного отделения

ФК гр. 4041

Абрамова Елена Сергеевна

 

Руководитель:

Захарова Елена Юрьевна

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Новосибирск 2005

Содержание

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Введение

О

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Теоретические основы плановой экономики

Идейные истоки плановой экономики

 

Каково бы не было отношение  к идее социализма, научная объективность  заставляет признать, что она входит в число нескольких фундаментальных  социально-экономических идей человеческой цивилизации. В чем же состоит эта идея? Ее можно свести к двум тезисам: материальное равенство и управление социально-экономической жизнью со стороны высших органов общества.

Идея материального  равенства

Здесь речь идет о более или менее равномерном распределении доходов и материального богатства, которым владеют члены общества. Сам по себе принцип «равномерности» служит предметом дискуссий: следует ли его понимать буквально или отвлеченно, имея в виду распределение общественного богатства в соответствии с трудовым вкладом каждого человека? Ведь измерение индивидуального трудового вклада – особая проблема. Как его оценить? На основе каких критериев? И самое главное: как абстрагироваться от природной и социально-экономической наследственности каждого человека? Если люди разные из-за своих психофизических качеств или образования и навыков, полученных в «наследство» от родителей, то столь же разными будут результаты их труда.

Социалистическая идея так и не нашла решения этой проблемы. Теоретики и практики социализма решили ее в зависимости от конкретных исторических обстоятельств, культурных традиций и даже своих личных психологических особенностей. Это обернулось огромным «разбросом» в реализации идеи равенства: от буквально понимаемого равенства в нищете и бесправии, характерного для некоторых восточноазиатских режимов до «цивилизационного» равенства в теории и практики европейской социал-демократии, допускающей существенные различия в материальном благосостоянии членов общества в зависимости от их вклада в совокупное общественное богатство.

Необходимо подчеркнуть, что социалисты выдвигают на первый план именно материальное равенство. Что  касается политического равенства  и равенства всех перед законом, то они считают, что это идея либеральной доктрины, которая является антиподом социалистической доктрины.

Идея государственного управления

Второй фундаментальный  постулат социалистической идеи –  это необходимость управления социально-экономической  жизнью со стороны высших органов общества.

Каждый из нас неоднократно встречался с фактами нерациональной организации экономической жизни. Например, материальные богатства теряются и гибнут из-за плохого использования, потенциально плодотворные экономические  идеи не находят применения, а способности и энтузиазм членов общества не получают воплощения. Социалисты считают, что эти пороки общественной жизни, как и нищета, могут быть устранены рациональным управлением и научной организацией общества. Они полагают, что необходимо регулировать производство, распределение и потребление материальных благ. Для этого нужны некие высшие органы, которые правомочны распоряжаться материальными ресурсами, трудом и результатами труда членов общества, в том числе и вопреки желанию отдельных членов общества.

Этот второй, фундаментальный  постулат социализма тоже не получил  должного научного обоснования. Социалисты не смогли дать ясного и убедительного  ответа на вопросы: каким образом  формируются высшие органы управления и на основе каких принципов и  методов они осуществляют управление обществом и экономикой.

Нереализуемость и ограниченность социалистической доктрины ясна сегодня, после нескольких десятилетий существования  реального социализма. Многие ученые и мыслители видели это и раньше, подвергая ее острой критике. Тем не менее, идеи социализма обладают огромной привлекательностью. Поэтому немало людей посвятили свою жизнь социалистической идее.

История развития социалистической доктрины

 

Хотя отдельные идеи, которые сродни этой доктрине, высказывались  еще в древности, в более или менее цельном виде она была впервые выдвинута в позднем средневековье Т. Мором, Т. Кампанеллой и другими мыслителями. В 18 – начале 19 в. знаменитыми идеологами социализма были Сен-Симон, Ш. Фурье и Р. Оуэн. Их творчество справедливо называют «утопическим социализмом», поскольку оно было оторвано от реальной общественной практики своего времени и представляло собой скорее философские мечтания, чем научное учение.

Очертания научной доктрины социализм впервые получил в  середине 19 в. трудах К. Маркса и Ф. Энгельса. Марксистскую экономическую концепцию отличает безграничная уверенность ее автора в собственной правоте. Согласно марксистской теории, противоречие между производительными силами и производственными отношениями является общеисторическим условием смены любых общественных формаций.

Авторы марксистской концепции абсолютизировали наблюдаемую  ими стадию развития капитализма, сделав из своего анализа императивные выводы о неизбежности и всеобщности революционной замены капитализма, универсализации их, даже не допуская мысли о возможности капитализма решать свои проблемы эволюционным путем.

Позднее В. И. Ленин, анализируя капитализм конца 19 в. – начала 20 в., с присущими ему концентрацией  и централизацией производства, деятельностью  монополий, пишет о «загнивающем» капитализме1. Основываясь на своих исследованиях, Ленин сделал вывод о том, что «развитие… осуществимо лишь к социалистическому обществу, к социалистической революции»2.

Абсолютизация анализируемой  деятельности, фатальная предопределенность перемен по единственно возможной схеме, и «революционная решительность» действий, базирующаяся на фанатичной идеологической вере – вот только некоторые теоретические основы появления исторического тупика под названием «командно-административная система».

Рассмотрим важнейшие  теоретические положения марксистско-ленинской  доктрины, характеризующие, по мнению ее создателей, основные черты будущего общества и пути, ведущие к реализации коммунистических идеалов. В связи с этим важно заметить, что с самого начала своего появления марксистская (а позже и ленинская социально-экономическая концепция) подверглась критике со стороны самых разных экономических школ и направлений, а также политических движений – анархистов, социал-демократов, неолибералов и др., начиная со второй половины 19 в. вплоть до наших дней.

Теоретическое обоснование уничтожения частной  собственности

Классики марксизма  новую формацию прогнозировали исключительно  как общество без рыночных отношений. «В обществе, основанном на началах коллективизма, на общем владении средствами производства не обменивают своих продуктов;…в противоположность капиталистическому обществу, индивидуальный труд уже не окольным путем, а непосредственно существует как составная часть совокупного труда».

В. И. Ленин до времени НЭПа полагал, что «строящееся общество» и рынок – суть противоположности. «Свобода торговли, свобода обмена была сотни лет для миллионов людей заветом экономической мудрости.… Долой старые экономические отношения!»3

Важнейшая предпосылка коммунистического нетоварного производства – ликвидация частной собственности. Авторы «Манифеста Коммунистической партии» недвусмысленно указывали на то, что суть их учения – уничтожение частной собственности. Этим преодолевается объективная основа существования таких явлений, как рынок, товар, деньги, цена, кредит, процент и прочие атрибуты рыночного хозяйства. «Товарный фетишизм», то есть безличностная сила рынка, заменяется сознательным управлением бесконечного множества потоков различных продуктов труда человека. Механизм внерыночного распределения ресурсов и вообще материальных благ в марксистской концепции непосредственно связан с так называемой общественной собственностью, тотальным государственным контролем и централизованным планированием.

Концепция централизованного планирования и измерение затрат труда

В программном политическом документе марксизма – «Манифесте Коммунистической партии» - можно прочитать  следующие положения:

«Пролетариат использует свое политическое господство для того, чтобы вырвать у буржуазии шаг за шагом весь капитал, централизовать все орудия производства в руках государства…

Это может, конечно, произойти  сначала лишь при помощи деспотического вмешательства в право собственности  и в буржуазные производственные отношения…

Однако в наиболее передовых странах могут быть почти повсеместно применены следующие меры:

  1. Экспроприация земельной собственности и обращение земельной ренты на покрытие государственных расходов.
  2. Централизация кредита в руках государства посредством национального банка с государственным капиталом и исключительной монополией.
  3. Увеличение числа государственных фабрик, орудий производства, расчистка под пашню и улучшение земель по общему плану.
  4. Одинаковая обязательность труда для всех, учреждение промышленных армий, в особенности для земледелия»4

Однако и в государственной экономике хозяйство объективно нуждается в постоянном измерении отношений между затратами и результатами трудовой активности.

Марксистская концепция  говорит о следующем: «…производитель  получает обратно от общества за всеми вычетами ровно столько, сколько сам дает ему. Например, общественный рабочий день представляет собой сумму индивидуальных рабочих часов, индивидуальное рабочее время – это доставленная им часть общественного рабочего дня, его доля в нем. Он получает от общества квитанцию о том, что им доставлено такое-то количество труда (за вычетом его труда в пользу общественных фондов) и по этой квитанции он получает из общественных запасов такое количество предметов потребления, на которое затрачено столько же труда. То же количество труда, которое он дал обществу в одной форме, он получает обратно в другой форме»5

Как видно из приведенной  цитаты, авторы теории марксизма предложили осуществлять учет труда и его  результатов в непосредственном измерении рабочего времени индивидуума. Но как учесть интенсивность трудовых затрат, все большее усложнение труда? Сведение трудовых затрат различной интенсивности и труда разной сложности только к учету проработанного времени означает введение уравнительного распределения, что является экономической бессмыслицей. В свою очередь, ни интенсивность труда, ни его сложность точно измерить невозможно. Процесс учета трудовых затрат усложняет и прогрессирующая наукоемкость труда. И главный вопрос – кто будет осуществлять учет затрат труда в социалистическом обществе.

К. Маркс и Ф. Энгельс  не отрицали быстрого развития производительных сил в рыночной экономике, но они  были убеждены, что капиталистические  производственные отношения уже  в 19 в. превратились в оковы производительных сил, тормозя дальнейший их рост. Авторы марксистской теории экономического роста не предполагали, что рыночная экономика путем разрешения собственных противоречий движения способна вызвать к жизни дальнейшие промышленные, научно-технические революции, приводящие общество с рыночной экономикой в иное, несравненно более высокое качество.

Проблемы демократии и диктатуры пролетариата

Каким образом государственная  идеология может сочетаться с постоянными провозглашаемыми принципами демократии в командной системе? Ранее в анализируемой теме говорилось о том, что столпами современного благополучного общества являются рыночная экономика и демократия. Итак, вторая составляющая, обеспечивающая переход общества в более высокое качество, это его демократический дух и демократическое построение, причем демократия пронизывает все общество, от его экономического фундамента, где воплощением экономической демократии является рынок, до политической, юридической, духовной сфер жизнедеятельности.

Проблема не была обойдена в концепции марксизма. «Между капиталистическим и коммунистическим обществом лежит период революционного превращения первого во второе…и государство этого периода не может быть ничем иным, кроме как революционной диктатурой пролетариата».

«Диктатура пролетариата, период перехода к коммунизму впервые даст демократию для народа, для большинства, наряду с необходимым подавлением меньшинства, эксплуататоров»6.

Чеканность выражений, императивность выводов классиков  марксизма о сущности демократии рыночной экономики, необходимости и неизбежности ее заменой диктатурой пролетариата показали, с учетом последующего исторического опыта, что и здесь обнаружился недостаток прогноза о самодвижении демократии рыночного общества, научившегося решать свои внутренние противоречия, не разрушая систему, как предрекали классики, а переводя ее в новое более высокое качество.

Диктатура и демократия несовместимы уже по своей природе. По своей внутренней логике самодвижение диктатуры пролетариата за очень  короткий промежуток времени превращается в диктатуру правящей партии, затем в диктатуру узкого круга партийных лидеров и, наконец, в диктатуру одного человека. Здесь уже демократия полностью отмирает, ибо в ней просто нет необходимости. А если общество не пропитано духом демократизма, то в нем возможно все: и тотальное огосударствление средств производства, лишенное экономического смысла; попытки введения натурального продуктообмена, как этап на пути к коммунизму; «рекордные темпы» индустриализации, приводящие к тяжелейшим диспропорциям в экономике, нерациональному расходованию природных ресурсов и нищенскому потреблению людей во имя государственных интересов; массовая коллективизация, означающая на практике подрыв потенций продовольственного снабжения страны; вселенский террор под лозунгом строительства социалистического общества.

 

Во второй половине 19- начале 20 в. социалистическое движение стало наиболее динамично развивающейся  идейной и политической доктриной  в Западной Европе, России, США и  многих других странах. Наряду с марксизмом в нем существовало немало школ и течений. Их объединяли протест против неравенства и нищеты, коллективизм и недоверие к частной собственности. Часть социалистических ученых и практиков исповедовала насильственный, революционный переход к новому обществу, другая часть придерживалась позиций постепенного, эволюционного реформизма.

Универсальное распространение  социалистической доктрины именно в 19-20 вв. имеет глубокие корни. Во-первых, социализм явился реакцией на угнетение, нищету и бесправие большей части населения, которые сопровождали становление современного промышленного общества. Например, из классической русской и западноевропейской литературы хорошо известно, какие бедствия переживали простые люди в ту эпоху. Помимо угнетения населения в западных странах, капитализм нес еще более жестокое порабощение жителям колониальных государств. Во-вторых, начиная примерно с 19 в. и вплоть до последних десятилетий развитые страны благодаря невиданному в мировой истории взлету научного знания переживали духовный феномен безграничной веры в человеческий разум и в способность человека преобразовать жизнь на научных и рациональных началах.

Также необходимо отметить еще одно обстоятельство, имеющее  отношение не столько к предпосылкам возникновения социалистической идеи, сколько к предпосылкам ее реализации в форме тоталитарного государственного социализма. Это появление, впервые в мировой истории, технических возможностей планирования жизни общества и поведения каждого его члена из единого центра, а также контроля за обществом и каждым членом общества. Такие возможности предоставили современные средства связи и транспорта.

 

 

Сущность плановой экономики

Центральное планирование

 

Экономической основой  анализируемой системы является директивное (централизованное) планирование. Оно предусматривало три обязательных элемента:

  1. Централизованность, то есть распределение заданий центральным государственным органом, например Госпланом или другими уполномоченными на то органами;
  2. Директивность, или обязательность для выполнения;
  3. Адресность – доведение планового задания до конкретного предприятия-исполнителя.

Теоретики социалистического  планирования часто приписывали  ему «научность» как фундаментальную  черту, хотя на самом деле план был  инструментом реализации политических и экономических установок государственной власти и, как правило, не учитывал объективных экономических пропорций и тенденций. Также теоретики социалистической экономики рассматривали возможность управления народным хозяйством страны как единой фабрикой. В самом деле, зачем нужны цены и деньги, если вся хозяйственная деятельность – и производство, и распределение, и потребление – подчиняется распоряжениям уполномоченных государственных органов. Советское государство, как увидим далее, не смогло реализовать эту идею в силу чисто технических сложностей управления огромным хозяйством из единого центра, но она полностью соответствует духу марксистской доктрины.

Рассмотрим сущность централизованного планирования поподробнее. Все и вся определяющий центр  материализует свою политическую волю в виде экономических планов. Абсолютно централизованный экономический план имеет разбивку директив по регионам, отраслям отдельным производителям, включая и сельское хозяйство. Непременным элементом системы является административная коллективизация сельского хозяйства, имеющая следствием экспроприацию трудовой частной собственности, насильственное объединение частных товаропроизводителей в колхозы и совхозы, жестко контролируемые централизованным государством, полностью монополизировавшим экономику и власть. Облеченное в форму обязательной директивы плановое задание доводится до каждого субъекта планирования.

Общую схему взаимодействия государства и экономики в  командной системе можно рассмотреть  на основании рис. 1.

 

 

 

 



      Плановое задание Плановое задание


 Планируемый обмен





 

 


 

 

 


 


 

 

Рис. 1.

 

Как видно из схемы,  в административно-командной системе  хозяйства отсутствует обратная связь между потребителем и производителем (все стрелки от государственных предприятий идут к потребителю сверху вниз), что на практике хорошо отражено поговоркой «Бер, что дают».

Реализация хозяйственных  решений в системе, основанной на плановых директивах, представлена на рис. 2.

 

 

 P



 

 


 

 


 





 

 Q


0 

рис. 2.

При определении планового  задания на определенный временной  период центр фиксирует объем  предложения (S1S1). Одновременно устанавливается административная цена P1, предполагающая точку равновесия E1 между спросомD1D1 и предложением S1S1. Назначая административную цену, плановые органы исходят из явно нереальной предпосылки, что спрос в течение определенного периода времени не изменится, что, в сущности, равнозначно отсутствию каких-либо изменений в потребностях населения.

В том случае, если спрос  на запланированную продукцию поднялся до уровня D2D2, то при фиксированной цене P1 спрос на продукцию составит OS2 вместо прежнего OS1. При неизменном запланированном предложении образуется дефицит в размере S1S2. При свободном рыночном ценообразовании изменение спроса до уровня D2D2 повлекло бы за собой изменение цены до уровня P2 и перемещение точки равновесия в E1-2, что сделало бы невозможным дефицит.

В другом варианте с падением спроса до уровня D3D3 спрос составляет величину OS3 при цене P1, а предложение по-прежнему осуществляется в объеме OS1 и как результат – излишек S3S1. При рыночных ценах в силу изменения спроса до уровня D3D3 цена понизилась бы до положения P3, а точка равновесия перешла бы в E1-3, без возникновения излишка продукции.

Отдельно нужно сказать о механизме принятия экономических планов в командно-административной системе. План принимается на высшем форуме правящей политической партии и в высшем законодательном органе страны, что освящает сращивание политических, исполнительных и законодательных структур общества и является одним из главных признаков тоталитаризма. После этого контроль за исполнением плана, принявшего форму закона, может осуществляться на основе административно-уголовной и партийной ответственности.

Директивное задание  плана сопровождается выделением бесплатных для производственной единицы ресурсов и фондов заработной платы, определяемых административным центром страны. Общий центр определяет не только объем выделяемых ресурсов и фондов заработной платы, но и номенклатуру товаров. Элементарный анализ показывает, что сделать это даже приблизительно, хотя бы по небольшой группе производителей, невозможно. А если страна располагает большим производственным потенциалом, то сама мысль о директивном планировании заставляет задуматься об абсурдности таких планов.

Руководящий центр является безраздельным, то есть абсолютно монопольным  собственником любой продукции, изготовленной на предприятиях. Подобная экономическая практика в отсутствии конкуренции приводит только к одному результату – производители могут работать, не взирая на качество продукции.

Производители и оптовые  потребители промышленной продукции  связаны экономически и административно  друг с другом. Потребители лишены права выбора, они получают, но не покупают (хотя и платят деньги), лишь то, что им выделено производителем по воле центра (см. рис. 1). Принцип соответствия спроса и предложения заменен волей центра, материализующей принятые политические и идеологические решения.

В рыночной экономике  факторные доходы (заработная плата, процент, прибыль, земельная рента) выполняют роль стимулов, способствующих наиболее эффективному распределению ресурсов.

В командной системе  заработная плата не является рычагом  эффективного распределения труда  в силу жесткого декретирования ее государством вне зависимости от качества и количества производимой продукции. Результат – отсутствие стимула к производительному труду. Командная система, устанавливая твердые ставки заработной платы, должна иметь и фиксированные цены на основные потребительские товары. Цена подобной экономической политики – подавленная инфляция, которая проявляется в виде низкого качества товаров, вечном дефиците и в виде очередей.

Процентная ставка не может служить в командной  экономике стимулом средством эффективного распределения инвестиций. В условиях льготного кредитования, хронического списывания долгов нерентабельным предприятиям ни о какой эффективности говорить не приходится. Инвестиции осуществляются исходя из идеологических и политических приоритетов правящего центра.

Ресурсы достаются производителям либо бесплатно (земля), либо по низкой цене, а, следовательно, неизбежно расточительное их использование.

В условиях государственной  монополии на трудовые ресурсы, инвестиции и землю заработная плата, процент  и рента не могут являться равновесными ценами, поскольку вообще не существует рынков труда, капитала и земли.

В директивной экономике  в принципе невозможно существование  такой категории, как альтернативные издержки, а следовательно, нет и  разграничения на экономическую и бухгалтерскую прибыль. И директор промышленного предприятия, и директор магазина, и руководитель банка – все они лишены альтернативы использования свободных денежных средств, ибо все эти предприятия находятся в собственности государства.

В практике неконкурентной системы экономики отсутствует состояние предельной фирмы, а также нет предприятия, получающего квазиренту или фирмы-банкрота. В результате убыточные предприятия – на дотации, прибыльные – переводят средства в бюджет и не существует объективного механизма определения эффективно работающих предприятий. Отсутствие стимулирующей роли прибыли и угрозы банкротства из-за убытков лишает предприятия необходимости эффективной работы. Основная цель выполнить директиву.

В условиях командной  системы так называемый хозрасчет носит формальный характер. Производители вносят все свои финансовые средства в обязательном порядке в бюджет, а потом средства ему выделяются из бюджета. Суммы, Вносимые в бюджет, и выплаты из него не взаимосвязаны и тем самым демонстрируется определяющая роль власти в экономике. Субъективная роль центра определяет и уравнительные выплаты без видимой связи с бюджетными платежами, и привилегированные дары и льготы, также назначаемые центром. Экономические потребности предприятия формируются и удовлетворяются центром. Перечисление денег предприятиями происходит через банковскую систему, является исключительной монополией государства, и эта система неустанно следит за финансовым обеспечением власти центра. Если к этому добавить принадлежность председателя правления Госбанка к высшей партийно-административной управленческой элите, то картина социалистической экономики выглядит вполне зримо. Кредитные рычаги, возможность получения кредитов под невысокий процент, перспектива получить в дальнейшем списание задолженности приводят как к паразитизму производителей, так и к финансовому укреплению центральной власти.

Важно отметить, что предприятия, стремясь выполнить плановую директиву, сталкиваются с бюджетным ограничением. Смысл понятия бюджетного ограничения состоит в том, что сумма денежных доходов предприятия и его денежных фондов потенциально должна быть равна сумме расходов предприятия за определенный период. Бюджетные ограничения возникают как на предприятии, так и в учреждении или в домашнем хозяйстве. Существует несколько факторов, придающих бюджетному ограничению жесткий характер:

  1. Экзогенные зоны. Это означает, что предприятие является не «ценоискателем», а «ценополучателем», то есть цена задана рынком, и отдельная фирма не в состоянии повлиять на закупочные цены или на цены, по которым реализуется продукция.
  2. Жесткая система налогообложения. Это означает не просто высокие налоги, а то, что предприятие не может повлиять на нормативы налогообложения, не получает льгот при уплате налогов, изымаемых в обязательном порядке.
  3. Отсутствие безвозмездной государственной помощи. Это значит, что государство не дотирует текущее производство и не покрывает безвозмездно расходы на капиталовложения
  4. Отсутствие возможности получения кредита. Все закупки ресурсов оплачиваются наличными. Межфирменный кредит не допускается.
  5. Невозможность внешних финансовых вложений. Здесь имеется ввиду, что собственники могут изымать прибыль, но при этом они не имеют права вкладывать ее вновь в развитие предприятия.

Надо отметить, что условия 4. и 5. выполнимы лишь в абстрактном случае и в условиях простого воспроизводства.

В командной экономике  предприятие наоборот действует  в условиях мягкого бюджетного ограничения. Достаточно обратиться к указанным  пяти пунктам и увидеть:

  1. Социалистическое предприятие может переложить часть своих ресурсов на потребителей – ведь в такой системе господствуют фирмы-монополии, или, как говорят, поставщик диктует цены;
  2. Предприятия систематически получают налоговые льготы и отсрочки в уплате налогов;
  3. Широко практикуется безвозмездная государственная помощь (дотация, субсидии, списание долгов и т. п.);
  4. Кредиты выдаются и тогда, когда нет никаких гарантий их возврата;
  5. Внешние финансовые вложения нередко осуществляются не для развития производства, а для покрытия возникающих финансовых трудностей, и все это – за счет государства.

Я. Корнаи, выдающийся  венгерский экономист, характеризуя социалистическую экономику, отмечает: «В довольно обширной области – прежде всего в сфере предприятий – деньги являются лишь пассивным средством расчета, а не активным стимулом и результатом действий». Существуют глубинные причины институционного характера, по которым бюджетное ограничение не может стать достаточно жестким. Денежное предложение – при заданных институционных условиях должно приспосабливаться к меняющемуся денежному спросу в реальной хозяйственной деятельности. Центральный банк не является учреждением, находящимся вне системы, и не может свободно решать, принимать или не принимать фридменистские7 рецепты. Напротив, этот банк представляет собой эндогенный элемент системы, который в силу необходимости должен удовлетворить ее денежный спрос».

Плановая экономика: теоретические основы и сущность