Политические элиты и лидеры

Ю.К.М.К. 
 

Курсовая  работа 

«Политические элиты и лидеры» 
 
 
 
 

 Выполнила: Рахманбердиева А.

            Проверила: Бекенова А.Е.

Шымкент 2010г. 
 
 
 

 СОДЕРЖАНИЕ. 
 

1.Лидерство 

2.Социально-философские  истоки элитизма и историческая  ситуация, породившая

классическую  теорию элит 

3.Классические  теории политических элит 

4.Современные  концепции политического элитизма 

5.Типология политических  элит 

6.Системы рекрутирования  политических элит 

7.Политическая элита современной России 

8.Заключение 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

     Введение.

В последние  годы в средствах массовой информации,  в научной литературе все

чаще и чаще стало употребляться такое понятие,  как «элита» и его различные

вариации –  «экономическая элита»,  «бизнес-элита»,  «политическая элита» и

т.д. Этому в  немалой степени способствовали многочисленные обсуждения,  кто

же в настоящий  момент правит Россией.

Что есть элита? Что есть политическая элита? Как  не заблудится в дебрях

научных изысканий  и теорий? И главное – политические элиты в России,  что

это? Вот вопросы,  которые в той или иной степени  находят отражение  в данной

работе. Для этого  необходимо рассмотреть идеологию  концепции элиты созданную

в 19 начале 20-ого  веков.

  1. По уровню политической активности личности различаются:  

1. Граждане с  минимальной политической активностью,  являющиеся только объектом политики.  

2. Граждане –  участники общественной или политической  организации, т.е. политические  активисты.  

3. Общественно-политические  деятели – оппоненты или сторонники официальной власти.  

4. Профессиональные  политики, для которых политика  – основной вид жизнедеятельности.  

5. Политические  руководители, т.е. организационные  идейные формальные или неформальные  лидеры.  

Деятельность  различных партий, общественных организаций персонифицируется в конкретных личностях – лидерах. Лидерство как социальное явление присуще природе человека. По мере развития общество переходило от лидерства в личностном виде к более сложным формам: к институтам лидерства, групповому лидерству. В России долго господствовала точка зрения, что если в стране не существует антагонистических противоречий, то автоматически сняты и проблемы политического лидерства. Но в условиях советского общества борьба за власть, за реализацию политических программ оборачивалась культом личности, беззаконием и репрессиями.  

В условиях демократизации возрастает роль научного управления обществом, роль политического лидерства  и политических элит. Лидерство все  больше выступает как один из механизмов регулирования отношений социальных групп, институтов, общества в целом. Его сущность составляют отношения доминирования и подчинения, влияния и следования.  

Для понимания  политического лидерства необходимо выяснить его природу. Лидерство  – понятие многогранное; в нем можно выделить такие главные моменты, как характер и политическую социализацию самого лидера, свойства его сторонников, взаимосвязь его с массами, конкретную ситуацию и т.д. Однако у лидерства много аспектов и сводить все только к личностным факторам нельзя.  

Лидерство в  общем плане – такой вид  взаимодействия людей, когда личность (или группа) направляет других людей  на организацию их совместной деятельности, осуществление целевых установок. У определения лидерства много  общего с определением власти, властных отношений, поскольку властные отношения существуют не только в политической жизни, но и в других общественных сферах. Лидер может быть определен как субъект власти во всех видах социального развития общества. Он направляет ведомых; не просто ведет их, но и желает вести; ведомые также желают этого. Это отражает сущность социальной роли лидера, что конкретно проявляется в роли, в функции лидера.  

Субъектом политического  процесса его делает то, что по своим  незаурядным качествам он становится во главе социально-политического движения для реализации его целей. С этой целью лидер наделяется властными полномочиями, т.е. правом направлять людей и распоряжаться финансовыми ценностями.  

Политический  лидер одновременно является и объектом политики. Он должен обладать такими качествами, главным критерием которых является эффективность его деятельности для удовлетворения интересов выдвинувшего его политического движения. Он испытывает влияние, давление различных заинтересованных сторон и должен воспринимать их предложения и требования, быть готовым к компромиссу.  

Политические  лидеры, выражая интересы определенных классов, слоев, партий, движений, оказывают  огромное влияние на развитие политических процессов в стране. Особенно велика роль лидера в переломные периоды развития общества, когда требуется быстрое принятие решений, высочайшая ответственность за их реализацию, способность оценить ситуацию и т.д. Лидер должен обладать аналитическими способностями, умением анализировать ситуацию, уверенностью, решительностью, последовательностью в своих действиях. Интересы общества, социальной справедливости должны быть для него выше личных. Кроме того, лидер должен обладать умением увлечь людей, вызывать у них доверие, обладать высокой культурой, быть честным, порядочным, корректным, уважать людей, идущих за ним. Политический лидер, осуществляя политическую программу, должен быть и волевым, и настойчивым, и целеустремленным.  

Чтобы стать  лидером, личности необходимо оправдать  доверие объекта и завоевать  тем самым авторитет. За субъектом-лидером идут не потому, что приходится идти, а потому что хочется идти. Претендентов на лидерство бывает много, но история выбирает того, кто отвечает ее потребностям.  

Различают индивидуальное лидерство и коллективное (элита  и массы). Индивидуальное политическое лидерство в национальном масштабе представляет собой:  

1. Дистанционное  лидерство (лидер и его последователи  не имеют прямых контактов  с народом, a опосредованно осуществляют  их через организации и чиновников).  

2. Многоролевое лидерство (лидер ориентируется не только на свое окружение, но и на чиновников исполнительной иерархии, на широкие массы. Его задача – сохранять равновесие различных политических сил и ветвей власти).  

3. Корпоративное  лидерство (лидер озвучивает то, что наработано его "пирамидой")

У политического  лидера выделяют следующие функции:  

l) интегративную  (объединение интересов различных  слоев общества в единую программу);  

2) координационную  (между ветвями власти и общественным  мнением);  

3) прагматическую (цели и задачи общества реализуются в конкретных программных действиях).  

По видам деятельности лидерство различают формальное и неформальное. Формальное связано  с управленческим статусом, с руководящей  должностью. Неформальное – с влиянием, незаурядными качествами личности, что и делает ее лидером. В стабильных функциональных группах, входящих в социальные системы, лидер назначается, и тогда он становится руководителем. Но в силу определенных причин назначенный руководитель не выполняет всего набора функций, и тогда эти функции передаются другой личности, не назначаемой, но избираемой группой, неформальному лидеру. Лидерство – социальная роль, которую исполняет определенный субъект. Значит, лидер как конкретный человек в данной роли появляется лишь тогда, когда появляется потребность в такой роли. Нужно также помнить о том, что роль может оставаться, а лидеры могут меняться. Поэтому при анализе конкретного лидерства необходимо анализировать не только лидера-личность, но и содержание лидерской роли в конкретной обстановке.  

Большое значение для эффективной роли лидера имеет  авторитет. В самом общем виде авторитет – это социальная оценка субъекта деятельности группой людей  или в целом обществом, в котором  он действует. Сущность оценки заключается в определении соответствия субъекта требованиям деятельности и условиям ее происхождения, т.е. соответствия лидера ожиданиям людей, что должно проявиться в его политической деятельности. Истинный авторитет политического лидера создается прежде всего защитой социальных интересов, ценностных ориентации группы, общества в целом. Но бывает и так, что лидер по каким-то причинам теряет истинный авторитет и прибегает к ложному, типологию которых очень хорошо дал А.С. Макаренко. (1. "Авторитет подавления", руководитель-лидер демонстрирует свое превосходство в правах и возможностях и держит подчиненного в страхе за свое будущее. 2. "Авторитет расстояния" – стремление лидера увеличить дистанцию между собой и подчиненными с целью ослабить критику себя и усилить формальное влияние за счет неформального. 3. "Авторитет педантизма, резонерства" – стремление создать систему ненужных условностей, мелочности, придирок, напряженности. 4. "Авторитет рубахи-парня" – стремление приобрести авторитет путем преувеличения своей доступности.)  

Знание истинных и ложных авторитетов необходимо для любого политического лидера, оно позволяет оценить сильные  и слабые стороны лидера, возможность  его воздействия на политические процессы.  

Содержание роли лидера меняется в зависимости от социальных ситуаций, и само развитие общества порождает новый набор его функций. Рассматривая конкретную ситуацию социального развития, выделяют следующие ситуации: традиционную, революционно-кризисную и экстремальную, в которых роль лидера имеет свои особенности (типология лидерства).  

В традиционной ситуации лидерство основано на вере в святость традиций, в законность существующего порядка, в его "разумность".  

     2.Социально-философские истоки элитизма и историческая ситуация, породившая

классическую  теорию элит.

Сформировавшиеся  на рубеже XIX-XX веков в Западной Европе и США политические

системы не просто не смогли преодолеть социальные проблемы раннего

индустриального общества, о которых говорили как  классики марксизма, так и

либеральные авторы. Индустриальный капитализм «периода трестов» в развитых

странах и противоречия «догоняющей модернизации» в  странах «второго эшелона»

индустриального развития (включавшего и Российскую империю) в ряде случаев

обострили и  экономические, и социальные проблемы, унаследованные от «хмурого

утра» промышленного  капитала. В этих условиях популярность леворадикальных

идеологий (революционный  марксизм, анархизм, синдикализм) у  неимущих, прежде

всего, пролетарских  страт, составлявших большинство населения  развитых

стран, был вполне объясним. Соединение демократических и либеральных идей в

Западной Европе привело к появлению всеобщего  избирательного права и

массовых, в тех  условиях, - рабочих партий. Подобная политическая ситуация в

сочетании с  обострившимися в период «организованного капитализма»

экономическими  кризисами, геополитической борьбой  за передел мира породила

системный кризис западного индустриального общества.

Важнейшим фактором этого кризиса стали декаданс либерально-христианской

идеологии и  культуры, позитивистской и  рационалистической науки.

Выражением этого  системного кризиса в социально-политической сфере были

уменьшение роли парламентов и рост влияния бюрократии, активность «групп

давления», выражавших интересы, прежде всего, финансово-промышленной

олигархии, и  связанная с этим коррупция. Одной из ярких и, в то же время,

глубоких работ, анализирующих кризис конституционализма и либеральных идей,

стала книга  известного русского юриста и политолога П.И. Новгородцева

«Введение в  философию права. Кризис современного правосознания» (1909). В

этой книге  проанализированы, в частности, сочинения  трех критиков «партийного

строительства»: американского социолога рубежа веков Брайса, немецкого

философа права  Гольцендорфа и интереснейшего русского социолога М.

Острогорского, о котором будет сказано ниже.

Итак, тенденция  к бюрократизации и олигархизации  партий, независимо от их

идеологического цвета, а также кризис парламентаризма, стали очевидными. Эти

явления, в сочетании  с ростом влияния левых, породили у имущих и средних слоев

тягу к «сильной власти». Стремление и преодолеть «гнилой  либерализм», и не

допустить российского  сценария, случившегося именно в «слабом  звене» западного

мира, подтолкнули  формирование классических элитистских  концепций

, теоретически  обосновывавших своеобразное «естественное право» богатых и

знатных на власть.  При этом, каждый из их авторов был  крупным мыслителем и

социологом, а  то, что их идеи прямо использовались отцами итальянского фашизма,

не должно приводить  к напяливанию на Р. Михельса, Г. Моска  и В. Парето «черных

рубашек».

     3. Классические  теории политических элит.

     Г.  Моска (1858-1941), будучи еще весьма  молодым исследователем,

опубликовал в 1884 году работу «Теория правления и  парламентское правление».

Она уже содержала  основные положения классического элитизма, но итальянский

исследователь не использовал сам закрепившийся  в современной

социально-политической науке термин «элита» (Его ввел в  науку спустя

тридцать лет  В. Парето, что было источником спора  между этими учеными о

приоритете). «В сколько-нибудь организованном обществе, - писал Моска,

исследуя, преимущественно, исторический материал, - политическое руководство

осуществляется  меньшинством»[1]. Его Моска

назвал «политическим  классом» или «правящим классом». Править политический

класс может  как демократическими, так и авторитарными  методами. Формирование

управляющих слоев  происходит по совокупности качеств  – доблести, богатства,

священства, порождающих, соответственно, - военную, финансовую и церковную

аристократии. Способами  формирования именно «политического класса» Моска

называл наследование, выборы или кооптацию (пополнение приемлемой для

правителей «свежей  кровью» из средних слоев). Отвергая «власть черни», Моска

признает, что  править могут или средние  слои, или аристократия. Моска отвергает

либерализм, демократию именно как власть среднего слоя, ведущую  к вырождению

элиты. Моска  исследует «формулу правления», «политическую  формулу, то есть

инструментальный  характер власти, говорит о научной  политике, использовании в

социологии методов точных наук.

Создателем термина  «элита» стал еще один итальянский  мыслитель,

также признаваемый одним из основоположников современной  политической

социологии, В. Парето (1848-1923). Парето – инженер по

образованию, один из создателей теории математической экономики, философ и

социолог, наиболее известные свои труды опубликовал, работая в Лозаннском

университете (Швейцария). Среди заслуг Парето перед социально-политической

наукой –  обоснование системного подхода  к политике, создание теории элит и

теории идеологии. Идеологию Парето, разумеется, под влиянием психоаналитических

и бихевиористских  концепций, рассматривает как производное (дерриватив)

от «резидуа» - остатка (чувственной, аффективной, бессознательной  сферы

человеческой  психики). Предвосхищая системный и структурно-функциональный

подходы к социуму, Парето отвергает идеологический, нормативно-аксиологический

взгляд на политику и настаивает на том, что необходимо лишь «научными усилиями

обеспечить большинству  максимум благосостояния»

[2].

Понятие элиты Парето формулирует в «Трактате общей социологии» (1916 год). К ней

он относит  «индивидов с высочайшими показателями в любой области

социально-политической жизни»[3]. В своих

ранних работах (к. ХIХ в) Парето называет страту управляющих  аристократией. Но

неизбежность  именно этих двух страт (элиты и управляемых) сформулирована Парето

уже тогда. Парето оспаривает классификацию форм государства  по Моска (городское

государство –  феодальное государство – бюрократическое  государство -

представительное  государство). Но соглашается в главном – признании вырождения

европейской элиты («История – кладбище аристократий», - говорил Парето, а

замена элит идет по принципу ухудшения). Прямо  следуя Н. Макиавелли,

наследниками  которого называли себя, впрочем, оба  итальянских социолога, Парето

делит элиту  на львов (радикалов, выразителей сильной  власти) и лис 

(хитрецов, умеющих  льстить и массе, и оппонентам  из неправящей элиты).

Европейскую элиту  Парето считал царством лис, а преодоление  тотальной

бюрократизации  и усредненности видел в приходе «львов» (Так же как и М. Вебер

видел защиту от бюрократии в харизматическом лидерстве). Элиту Парето делил на

правящую и  неправящую. К первой относятся собственно политические лидеры, ко

второй –  люди, достигшие высот в экономике, науке, духовной сфере. Во избежание

вырождения элиты  необходимо пополнение правящей элиты  лучшими  представителями

неправящей. Современная  социально-политическая наука, используя  идею Парето о

политической (правящей) и неправящей элитах, обычно говорит  об «элите» и

«контр-элите».

     Р.  Михельс (1876-1936), немецкий ученый, принявший по

приглашению Б. Муссолини итальянское подданство в 1926 году, разработал теорию

олигархии, дополняющую  мысль о неизбежной всеобщей бюрократизации

индустриального общества, принадлежащую М. Веберу. Сложная социальная

организация порождает, соответственно, сложную организационно-управляющую

структуру, в  которой неизбежно формирование узкой правящей группы. Нежелание  и

неспособность простых людей брать на себя ответственность, необходимость

профессионализации  и бюрократизации управления, требование стабильности

лидерства неизбежно  порождают олигархию (власть немногих и, при этом,

худших). Большинство, по мнению Михельса, служит лишь пьедесталом  для

господства меньшинства, олигархии. «Не существует противоречия между учением,

согласно которому, история – это процесс непрерывной  классовой борьбы, и тем

учением, по которому классовая борьба приводит к созданию новой олигархии,

переплетающейся со старой»[4], - писал

Михельс в 1991 году («Социология политических партий в условиях демократии»).

Таким образом, Михельс соглашался с Марксом  в признании важности фактора

классовой борьбы в развитии общества. Но отрицал  ее роль как локомотива

прогресса. «Каждая  революция рождает новую олигархию», - в такой формулировке

следует запомнить  «железный закон олигархии» Михельса сторонникам любых

радикальных преобразований в нашем Отечестве.

Идеи, сходные  с положениями Р. Михельса, высказал в опубликованной на

французском языке  работе «Демократия и политические партии» (1903 год) русский

социолог М.Я. Острогорский (1854-1919). Этот автор отнес

их преимущественно  к политическим партиям, как структурам, создаваемым,

независимо от идейно-политических пристрастий, исключительно  для борьбы за

власть. Партии – это элитарно-олигархические структуры, ответственные за то,

что парламенты превратились в место политических баталий,  а не

представительства народных интересов. Все это написано почти за век до баталий

в Государственной  Думе на рубеже тысячелетий. Близкие к создаваемой в начале ХХ

века русской  либеральной партии (впоследствии, партия конституционных

демократов) интеллектуальные круги воспрепятствовали публикации русского

издания книги  Острогорского, считая, что столь  нелицеприятная оценка

деятельности  партий и партийного представительства  помешает борьбе за

конституционализм. Как видим, стремление по-большевистски  заставить замолчать

своих оппонентов вовсе не является чем-то новым для  современных российских

право-либеральных  политиков.

    4.Современные концепции политического элитизма.

Элитистский (а  не классовый) подход, дополненный теорией  социальной

стратификации, стал в западной социально-политической науке преобладающим.

Выделим несколько  наиболее распространенных в ней  современных элитистских

концепций, предварительно сформулировав возможные основания  для 

типологизации и классификации теорий элитизма:

·        свойства и характеристики элит и  их представителей;

·        взаимоотношения внутри элиты, степень  ее сплоченности;

·        способы и характер отношений элиты с массами;

·        роль элиты в обществе;

·        способы и каналы рекрутирования (формирования и пополнения) элиты.

     1.Маккиавелистская  школа.

Она следует  традиции Г. Моска и Р. Михельса (маккиавелистом, напомним, считал

себя и В. Парето). Неизбежность борьбы между не всегда лучшими, но богатыми и

влиятельными  слоями за власть над «чернью» –  постулат как классиков элитизма,

так и неомаккиавелизма (иногда, особенно при исследовании геополитических

процессов, его  называют политическим реализмом). Среди современных

маккиавелистов  упомянем Дж. Бернхема.