Политический режим. 13

СОДЕРЖАНИЕ

ВВЕДЕНИЕ

В работе рассматривается тема - Политический режим как элемент формы государства.

Актуальность выбранной темы обусловлена  следующим.

Периоды политических, социальных и экономических преобразований обостряют интерес широкой общественности к теоретическим моделям, связанным с реформированием системы государственной власти.

В настоящее время  проблема политических режимов является предметом серьезных научных  дискуссий правоведов и политологов.

Характеристика данного  элемента формы государства позволяет  оценить уровень развития основополагающих политических институтов в стране, методов и средств осуществления  политической власти, наконец, соответствие механизмов политического управления современным международным стандартам демократического правления.

В то же время значимость предмета нашего исследования в теоретическом  аспекте, очевидная необходимость  изучения содержания этого государственно-политического  явления для практического осуществления процесса демократизации государства, актуального для Российской Федерации, требует создания специального понятийного аппарата и, в первую очередь, генерирования определения политического режима.

Но можем ли мы сказать, что обладаем достоверными знаниями о том, что же такое политический режим? Очевидно, что проблема создания определения данного государственно-политического явления является вовсе не «мифической».

Создание определения  политического режима предопределяет ход исследования как этого явления, так и сопряженных вопросов: оснований выделения отдельных видов политических режимов, их трансформация, институциональные и функциональные особенности, взаимоотношение государства с обществом и различными социальными институтами, наконец, проблема определения места личности в государстве, прав человека и гарантии их реализации.

Предметом исследования работы является политический режим.

Объектом исследования является  политический режим, как  элемент формы государства.

Целью данной работы является исследование политического режима, его разновидностей.

Для достижения указанной  цели требуется решение следующих  задач:

- исследовать понятие  и сущность политического режима;

- рассмотреть характеристику политических режимов.

- исследовать проблемы  демократических переходных процессов

В на основании вышеизложенного, в соответствии с целью и задачами можно построить структуру курсовой работы:  введение, основная часть, состоящая  из трех глав и заключения.

Глава 1. Понятие и сущность политического режима

1.1. Разновидности определений политического режима

В политической науке  сложилось, по меньшей мере, две традиции в осмыслении политических режимов. Одна из них связана с политико-правовым, или институциональным подходом, другая — с социологическим. Различия, имеющиеся в рамках данных традиций, весьма существенны, хотя и отнюдь не непреодолимы. В первом случае преимущественное внимание уделяется формально-юридическим, процедурным характеристикам осуществления власти, во втором — ее социальным основаниям и происхождению. Рассмотрим данные определения более подробно.

Ученые, представляющее первое, институциональное направление  политического анализа, склонны  смешивать "режим" с понятием форм правления или государственного строя. "Политический режим есть система или форма правления", — пишет, например, американский исследователь К. Бекстер.

Подобная постановка вопроса традиционно была характерна и для французского государствоведения, где монархия и республика различались, главным образом, именно как формы  правления, а сам термин "политический режим" считался частью категориального аппарата конституционного права и связывался с особенностями разделения государственной власти и их соотношении. Соответственно, выделялись режим слияния властей (абсолютная монархия),  режим разделения властей (президентская республика) и режим сотрудничества властей (парламентская республика). ¹

Однако, постепенно понятие  режима обрело права самостоятельного "гражданства" и уже в 1968 году известный французский ученый М. Дюверже отмечал, что подобная классификация рассматривается французскими политологами как подсобная, в ней видят не классификацию политических режимов, а лишь классификацию "типов правительственных структур" .²

К этой группе политического  анализа примыкают и неоинституциональные разработки, нередко связывающие свое происхождение с именем крупнейшего американского политолога Г. Лассуэла. Особенность понимания режима Лассуэлом связана, прежде всего, с тем, что режим рассматривается им как способ упорядочения, легитимизации политической системы. По словам ученого, "режим ("форма правления", "политический порядок") представляет собой образец политических форм... Режим функционирует для того, чтобы свести к минимуму элемент принуждения в политическом процессе". Любопытно, что Лассуэл противопоставляет режим "правлению", которое, с его точки зрения, включает в себя "пути распределения и реализации контрольных функций в политике". Такое понимание, во-первых, связывает режим, главным образом, с конституционными действиями, а во-вторых, отказывает военным диктатурам в праве называться режимами. Такое понимание позволяет ним причислить Лассуэла и его последователей (таких, как Ф. Риггс, Р. Бейкер и др.) к представителям политико-правового осмысления режимов.

Второе направление  политического анализа режимов уделяет первостепенное внимание осмыслению тех связей между обществом и государством, которые сложились реально и не обязательно в соответствии с предписанными конституцией и иными правовыми актами нормами политического поведения. В данном случае режим рассматривается не только как "форма" (будь то правления или государственного устройства) и даже не только как структура власти с присущими ей методами реализации политической воли, но и в гораздо более широком значении — как баланс, соответствие, имеющееся во взаимоотношениях социального и политического. Сам термин "порядок", "режим", по меньшей мере, со времени выхода в свет работы А. Токвиля "Старый порядок и революция" обладает здесь совершенно иным смысловым звучанием.

В рамках социологического осмысления режимов имеется значительное разнообразие позиций, что вполне объяснимо, если иметь ввиду обозначенную нами содержательную глубину (чтобы не сказать, "размытость") трактовки самого этого термина. И если псрпос направление политического анализа склонно отождествлять режимы с формами правления и государственного устройства, то представители второго нередко не проводят никаких разграничений между политическими режимами и политическими системами. В то же время практически псе представители данного направления сходятся на том, что режимы не могут быть трансформированы путем изменения определяющих их существование правовых процедур. Каждый режим покоится на определенной системе социальных оснований, и поэтому переход может состояться лишь только если данные основания принимаются в расчет.³

Одно из характерных  в данном отношении определений  политического режима принадлежит  упоминавшемуся уже М. Дюверже, который  в одном случае рассматривал его  как "структуру правления, тип  человеческого общества, отличающий одну социальную общность от другой", а в другом — как "определенное сочетание системы партий, способа голосования, одного или нескольких типов принятия решений, одной или нескольких структур групп давления". В этом же стиле выдержано и определение одного из последователей Дюверже Ж.-Л. Кермопа: "Под политическим режимом понимается совокупность элементом идеологического, институционального и социологического порядка, способствующих формированию политической власти данной страны на определенный период". Режим таким образом предстает как значительно более сложная организация, нежели совокупность юридических механизмов или даже стремления правящего класса.

Наконец еще одна формулировка содержания термина "режим", близкая  к только что упомянутым и принадлежащая перу американских исследователей Г. О'Доннела и Ф. Шмиттера: режим есть "совокупность структур, явных или скрытых, которые определяют формы и каналы доступа к ведущим правительственным постам, а также характеристики деятелей, которые считаются для этих структур подходящими или неподходящими, используемые ими ресурсы и стратегии в целях получения желаемого назначения" .⁴

В отечественной науке  также получила распространение  позиция (сформулированная Ф. Бурлацким  и А. Галкиным), согласно которой "для  определения политического режима необходимо сопоставление официальных, в том числе конституционных и правовых, норм с реальной политической жизнью, провозглашенных целей — с действительной политикой" .

Такое понимание вносило  существенные коррективы в другое, выдержанное в политико-правовой традиции, понимание, определяющее режим как "систему методов осуществления государственной власти, отражающую состояние демократических прав и свобод, отношение органов государственной власти к правовым основам их деятельности". Как видим, размежевание политико-институционального и социологического подходов не обошло стороной и российскую политическую науку.

Подобно представителям западной политической социологии, Ф. Бурлацкий и А.Галкин связывают  анализ режимов с выявлением не только моделей поведения, но и социальной природы политической власти. В совокупности же изучение режима требует, по их мнению, ответа на следующие вопросы: "какие группировки господствующего класса находятся у руководства государством; каким методам господства и управления отдается предпочтение — прямым, насильственным или косвенным, демократическим; какие партии или партийные коалиции выступают в качестве руководящей силы; допускается ли и в каких пределах деятельность институтов социальной борьбы и давления, в частности оппозиционных, революционных партий, профсоюзов и других форм объединений трудящихся; каково положение личности в государстве и т.п.".

К такому пониманию режима близок и М.А. Хрусталев, полагающий, что понимание политического  режима отнюдь не сводится к выявлению взаимоотношений между институциональными субъектами политики (для этого, по мнению ученого, существуют категории политического и государственного строя). И хотя "исходным аспектом понятия "политический режим" выступает все та же проблема разделения государственной власти", в данном случае она затрагивает взаимоотношения правящей элиты и массы, "под которыми подразумеваются все социальные субъекты политики, а сама элита...берется как малая социальная группа". Это понимание режима, ставящее на первое место взаимоотношения "элита—масса", в целом вписывается в серию приведенных выше определений, ибо так же как и они, уделяет первостепенное внимание проблеме упорядочения социального (а не только институционального) пространства.

1.2. Основные признаки политического режима

Политический режим (внутреннее состояние) определяет как осуществляется власть, как функционируют политические институты и политические отношения, какова динамика политической системы, как соотносятся между собой  власть и общество, кто кого контролирует, а также обеспечивает достижение целей политики, реализацию интересов властвующей элиты.

Тип политического режима определяется уровнем развития и  интенсивностью общественно-политических процессов, структурой правящей элиты, механизмом ее формирования, состоянием свобод и прав человека в обществе, состоянием отношений с бюрократией (чиновничий аппарат), господствующим в обществе типом легитимности, развитостью общественно-политических традиций, доминирующим в обществе политическим сознанием и поведением.

Можно выделить следующие отличительные признаки политического режима.⁵

Во-первых, режим недостаточно связывать лишь с формой правления. Решая задачи социальной и политической стабилизации, он способствует организации  значительно более масштабных, макросоциальных процессов. В этом режим близок по содержанию политической системе, раскрывая ее динамический аспект. Именно на эту сторону деятельности режима обратила внимание политическая социология, в задачу которой изначально входил анализ взаимосвязей политики и  социальных процессов. Любой режим в своей деятельности стремится опираться на сложившуюся систему экономических интересов и культурных ценностей, а его действия непременно отзываются внутри этой системы, укрепляя или ослабляя имеющиеся в ней связи и отношения. В этом смысле любой режим обречён решать проблемы взаимоотношений, складывающихся между государством и гражданским обществом. Ведь именно в структурах гражданского общества коренятся отношения правительства и оппозиции, являющиеся ключевыми в характеристике типа и особенностей режима.

Во-вторых, очевидно, что  режим обеспечивает не только динамизм, но и определенную стабилизацию политической системы, приводя ее элементы, структурные  характеристики в упорядоченное взаимодействие, обеспечивая их слаженность и координацию. И эта задача также решается им успешно лишь в том случае, если политико-правовые механизмы создаются с учетом устройства и особенностей развития социальных структур. Проблема заключается не только в том, чтобы предписать обществу ту или иную "формулу легитимности" (например, президентскую или парламентскую модель), но и в том, чтобы выявить имеющиеся для ее "трансплантации" социально-исторические предпосылки. Любой режим в этом смысле может быть рассмотрен как некий способ разрешения, или артикуляции конфликта между обществом и правительством.

В-третьих, режим, несомненно, представляет собой совокупность властных структур, позволяющих правящему  классу осуществлять возложенные на него полномочия. В одних случаях могут существовать институт многопартийности и развитые структуры гражданского общества, в других — политические решения принимаются и реализуются режимом в опоре на принципиально иные структуры и механизмы, без всякого согласования с общественными интересами. Одно из определений режимов, обращающее внимание на эту сторону проблемы, принадлежит известному американскому исследователю Марку Хагопиану. Он рассматривает режим "как специфическую институциональную структуру, которая характеризует политическую систему страны" и деятельность которой шире, чем деятельность правительства или отдельных групп официальных лиц, представленных в институтах.

Здесь необходимо иметь  ввиду, что режимы, как справедливо  отмечается исследователями элит, функционируют не только на основании тех решений, которые принимаются в рамках имеющихся в обществе политико-правовых процедур. Не меньшее значение имеют неформальные механизмы принятия политических решений. По точному замечанию Р. Макридис, "в то время как изучение командной структуры всегда наделяет нас знанием того, каково её формальное устройство, изучение элиты почти всегда обеспечит нас информацией относительно отсутствующих (и иногда более важных) связей в организации, а именно — распределении и границах власти" . Опыт различных политических устройств убеждает в том, что понятие господствующего класса не является бессодержательным, а политика нередко "делается" представителями крупных финансовых и промышленных кругов, теми,  кто наделен ресурсами политического влияния. Властные структуры поэтому не следует отождествлять лишь с формально-юридическими механизмами осуществления власти. И на эту сторону деятельности режима в той или иной форме обращается внимание практически во всех приведенных выше определениях.

В-четвертых, любой режим в своей деятельности обращается к тем или иным методам достижения целей. Режимы могут существенно отличаться друг от друга, в зависимости от того, какие методы (насильственные или ненасильственные) используются ими в достижении поставленных целей. Важно не смешивать между собой методы осуществления власти и собственно властные структуры. Свидетельством того, что это не одно и то же, служит, например, богатый опыт функционирования авторитарных режимов. Обладающие нередко сходными репрессивными структурами политической власти, авторитарные режимы далеко не всегда обращаются к фронтальному насилию в достижении поставленных целей. В тех случаях, когда более эффективным оказывается использование методов убеждения, а не принуждения, репрессивный по своей природе режим может, вопреки ожиданиям, оказаться способным проявить "несвойственную" для него гибкость и склонность к компромиссам. Возможно здесь заслуживает упоминания один из методов массовой мобилизации, использованных режимом и, персонально, И. Сталиным в начале отечественной войны с фашизмом. Прямое обращение к нации ("Братья и сестры!"), культивирование национального единства перед лицом общей опасности сыграло не последнюю роль в достижении целей режима, существо которых совершенно не изменилось — всеми средствами сохранять власть.

Таким образом, методы осуществления  власти и властные структуры могут  существенно различаться. Поэтому  следует подчеркнуть, что режим  обладает не только специфическими структурами  власти (ими обладает и политическая система), но и особыми методами ее реализации.

Наконец, в-пятых, режим, по сравнению с системой, обладает своими собственными временными характеристиками. Четче всего этот признак отражен  в определении режима, данном американскими  политологами Дж. Барнсом, М. Картером и М. Скидмором: "Режим есть специфический период действия политической власти, осуществляемой в рамках политической системы". Мы уже заметили выше, что одна и та же политическая система может функционировать в разных режимах.

Суммируя сказанное, можно сформулировать следующее определение. Политический режим есть совокупность определенных структур власти, которые функционируют в общих (структурных и временных) рамках политической системы общества и преследуют цели ее стабилизации, опираясь в этом на сложившиеся (или же складывающиеся) социальные интересы и используя специфические методы. Режим, таким образом, это своего рода жизнь, "дыхание" политической системы, ее упорядоченная динамика. ⁶

Глава 2. Характеристика политических режимов

2.1. Политическая стабильность и политическая оппозиция

По мнению многих ведущих  теоретиков, стабильность, позволяющая  добиваться повышения управляемости  общественных процессов, является наиболее важной характеристикой не только политического  режима, но и социального порядка в целом. Учитывая же, что политические институты, будучи своеобразным продолжением и закреплением социальных норм и отношений, в первую очередь призваны упорядочивать общественные связи, достижение ими политической стабильности приобретает исключительную значимость в деятельности режима.

Содержательно о стабильности власти можно говорить при сравнении  либо различных политических систем, либо с тем режимом, который существовал  ранее. В политическом мире существуют стабильные, среднестабильные и крайне нестабильные режимы. У каждого из них существуют свои возможности управления обществом, резервы и ресурсы регулирования общественных порядков, способности к самосохранению и развитию.

Стабильность политического режима представляет собой сложное явление, включающее такие параметры, как сохранение системы правления, утверждение гражданского порядка, сохранение легитимности и обеспечение надежности (эффективности) управления. Поэтому в самом общем виде она может означать определенный характер политических процессов (например, отсутствие войн и вооруженных конфликтов), степень адаптации правительства к социальным изменениям, характер уравновешенности отношений элитарных кругов, достигнутые равновесие и баланс политических сил. При этом критериями стабильности могут быть: срок нахождения правительства у власти, его опора на партии, представленные в законодательных органах, степень многопартийности, раздробленность сил в парламенте и т.д. Используемые для достижения стабильности средства могут располагаться в широком диапазоне: от убеждения и поощрения свободной политической активности граждан до применения насилия.

Стабильность не исключает изменений  или реформ, но предполагает наличие  определенных условий их осуществления. Прежде всего она предполагает отсутствие в обществе нелегитимного насилия, господства не признаваемых обществом сил. Иными словами, власть стабильна постольку, поскольку обладает возможностью предотвратить доминирование нелегитимных сил. В этом смысле стабильность как способность общества к самозащите способствует сохранению такой организации власти, которая соответствует социальной системе, адекватна настроениям общественности, обеспечивает его интеграцию в процессе социально-экономического развития, делая его более эффективным.

К факторам стабилизации можно отнести следующие: наличие поддерживаемого властями конституционного порядка и легитимность режима; эффективное осуществление власти; гибкое использование силовых средств принуждения; соблюдение общественных традиций; отсутствие серьезных структурных изменений в организации власти; проведение продуманной и эффективной правительственной стратегии; устойчивое поддержание отношений власти с оппозицией и уровня терпимости (толерантности) населения к нестандартным идеям; выполнение правительством своих основных функций.

В противоположность стабильности нестабильность чаще всего сопровождает процессы качественного реформирования, принципиальных преобразований в обществе и власти. К факторам нестабильности относятся: культурные и политические расколы в обществе; невнимание к нуждам граждан со стороны государства; острая конкуренция партий, придерживающихся противоположных идеологических позиций; предложение обществу непривычных идей и форм организации повседневной жизни.

Одним из наиболее распространенных факторов дестабилизации политического режима является деятельность оппозиции. Оппозиция представляет собой политический институт, имеющий целью выражение интересов и ценностей, не представленных в деятельности правящего режима. Тем самым оппозиция выражает и консолидирует протестную активность населения, формулирует требования, оппонирующие или корректирующие поведение властей. Оппозиция — это носитель «критического духа» в политике.

Наличие оппозиции органически  связано как с разнородностью общества, обусловливающей невозможность постоянно сохранять в нем устойчивость и неизменность политических отношений, так и со свойствами самого человека. Ведь в природе человека как социального существа заложено стремление предлагать в затрагивающих его интересы областях жизни альтернативные проекты, осуществлять поиск нового, преодолевать установленные ограничения. Поэтому в политическом смысле наличие оппозиции означает принципиальную невозможность утверждения в обществе единого, монолитного, раз и навсегда установленного отношения к выдвигаемым властью целям, окончательной ликвидации всякой почвы для конфликтных отношений.

В таком положении есть как отрицательные, так и положительные стороны. Так, оппозиция предотвращает монополизацию  власти. Без нее политический режим утрачивает возможности к саморазвитию и, напротив, стремится к окостенению власти. При демократических режимах наличие оппозиции является важнейшим атрибутом власти, это ее «визитная карточка». В государствах этого типа у оппозиции существует свой статус, права, возможности влияния на власть. Например, в Великобритании «оппозиция Ее Величества Королева» — это один из основополагающих политических институтов. В то же время оппозиция выступает и в роли фактора, дестабилизирующего общественные порядки.

В качестве основных причин формирования политической оппозиции правящему  режиму, как правило, называют: социальное расслоение в обществе, национальное неравенство, несовершенство избирательной  системы, разочарование населения (элит) в идеалах господствующего строя, раскол элит и неудовлетворенные амбиции отдельных деятелей.

По степени лояльности к целям  и ценностям правительства обычно разделяют проправительственную, нейтральную  и непримиримую формы (типы) оппозиции, а также институционализированные (включающие партии, «теневые кабинеты» и т.п.) и неинституционализированные (ограничивающиеся идейной критикой). Главной характеристикой любого типа оппозиции служит степень ее сплоченности, организованности, массовости, отношение к легальным и законным средствам протеста. Иногда оппозиция складывается даже внутри правящих кругов (например, на основе разочарования части правящей элиты в идеалах системы власти).⁷

Соответственно типу оппозиции формируются и средства, способы ее политической деятельности: от критики режима узкой группой инакомыслящих, диссидентов (олицетворяющих духовную оппозицию власти и не прибегающих к каким-либо активным политическим действиям, организации протеста) до политического террора и насилия со стороны партий и движений, находящихся на нелегальном положении. В сочетании с реакцией властей на свою деятельность оппозиционные силы различаются степенью влияния на принимаемые в государстве решения, объемом допуска к СМИ, характером критики властей. Они могут инициировать разрушительные для государства формы нелегального вооруженного сопротивления властям, революции, мятежи, бунты, гражданские войны. Но оппозиция может играть и роль «клапана» для «выпускания пара», снижения степени протеста в целях стабилизации власти и даже выполнять чисто декоративные функции для «облагораживания» режима в глазах зарубежного общественного мнения. Нередки случаи, когда общественный протест передается от прежнего режима и усиливается в совершенно другой ситуации, действуя независимо от позитивных, реформаторских усилий властей. В такие периоды режим может оказаться в положении частичной изоляции, а оппозиция играть роль защитницы общественных интересов.

Самые значительные проблемы для режима создает непримиримая оппозиция, не признающая ценностей  правительства, постоянно призывающая к пересмотру итогов выборов, не считающаяся с нормами политической игры и имеющая тенденцию переходить к вооруженным формам протеста. Непримиримые оппозиционеры нередко отказываются от участия в выборах, используют провокации, ведут поиск союзников за рубежами страны, обращаются к международной поддержке своих требований, убеждают общество в том, что правящий режим является проводником чуждых зарубежных интересов и получил власть в результате противоправных действий или международного тайного заговора («масонов», «мирового сионизма» и т.д.). ⁸

Характеризуя стиль  поведения непримиримой оппозиции, известный политолог X. Линц в этот арсенал средств включает: систематическую  клевету на политиков, представляющих партии системной ориентации; постоянную обструкцию парламенту; поддержку предложений, сформулированных специально в целях усугубления кризиса; действия, направленные на потерю правительством авторитета; выдвижение заведомо неприемлемых требований для переговоров с правительством. Такая деятельность объективно ведет к идейно-политической поляризации, фрагментаризации и даже распаду общества. Особенно большие проблемы в этом смысле создают сепаратистские движения, радикальные, экстремистские и анархистские группировки, противостоящие не только властям, но и всему обществу.

В принципе при конкурентной демократии даже непримиримая оппозиция  может встроиться в политическую систему (как, например, европейская  социал-демократия в XX в.). Но она может  стать и лидером сопротивления  режиму, возглавить протест и добиться смещения властей (как, например, антикоммунистические силы в странах Восточной Европы в 80-90-х гг. XX столетия). В то же время непримиримая оппозиция, когда общество отказывает ей в доверии, нередко подвергается политическим репрессиям, а правительственные решения принимаются в целях ее окончательного разгрома.

Особый тип политической оппозиции представляет собой центризм. Формулируемые им задачи не имеют  агрессивного характера, а ориентированы  на принципиальное соглашательство, т.е. на предпочтение стабильности перед инновациями, на рационально-прагматический учет всего позитивного, что формулируется как властями, так и на противоположных флангах политического спектра. Политические требования центризма неразрывно связаны с легальными механизмами передачи власти, отрицанием насилия, отказом от разжигающей противоречия риторики, стремлением добиться реальной ответственности властей за принимаемые решения. Однако рациональные и примиренческие позиции не всегда ясны избирателям, ориентирующимся на крайние позиции, что снижает возмож­ности примиренческой стратегии в странах, где идет интенсивная политическая борьба.⁹