Содержание

Введение…………………………………………………… 2-3

Глава  I   Понятие несостоятельности (банкротства).

          1.1.  Определение термина «банкротство»…………………….. 4-5

    1.2. Подход к определению «несостоятельности» и «банкротству» в дореволюционный период........................................................................6-10

    1.3.  Понятие о   несостоятельности (банкротстве) в Российском законоадетсльве.......................................................................................11-17

Глава II   Признаки несостоятельности юридического лица

   2.1. Сущность критериев неоплатности и неплатежеспособности.  …………………………………………………………............................19-23.

    2.2. Признаки несостоятельности (банкротства) в соответствии с действующим российским законодательством о банкротстве (результаты анализа)..................................................................................................... 24-31

Заключение ………………………………………………..32-33

Библиография  …………………………………………....34-36

     Введение

     С переходом Российской Федерации  к рыночной экономике и частной  собственности появилась необходимость  в институте несостоятельности (банкротства) для того, чтобы уменьшить риск кредиторов, и если уж их потери неизбежны, то они должны быть распределены наиболее справедливым образом. Значение института банкротства заключается в том, что из гражданского оборота исключаются неплатежеспособные субъекты (в случае их ликвидации), что служит оздоровлению рынка, а с другой стороны, этот институт дает возможность ответственно действующим субъектам предпринимательской деятельности реорганизовать свои дела и вновь достичь финансовой стабильности.

     Институт  несостоятельности (банкротства) относительно новый для отечественной системы  правового регулирования и практики предпринимательских отношений. Тема правовой несостоятельности (банкротства) является очень актуальной в современных условиях, так как ввиду неустойчивости экономики, финансовых кризисов, завышения налогов и других негативных обстоятельств, предприятиям и организациям становится все труднее не только развиваться, но и даже «удержаться на плаву».

     Рыночная  экономика и предпринимательская  деятельность не могут эффективно функционировать  в том случае, если предприятие  не способно удовлетворить требования своих кредиторов, обеспечить своевременные обязательные платежи. Возникает необходимость официального признания такого предприятия несостоятельным (банкротом).

     Федеральный закон от 26 октября 2002 г. №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации устанавливает основания для признания должника несостоятельным (банкротом), регулирует порядок и условия осуществления мер по предупреждению несостоятельности (банкротства), порядок и условия проведения процедур, применяемых в деле о банкротстве, и иные отношения, возникающие при неспособности должника удовлетворить в полном объеме требования кредиторов.

     Объектом  исследования выступает институт несостоятельности 
(банкротства). Предметом исследования является  понятие несостоятельности юридического лица.

     Целью данной работы является – рассмотреть  признаки несостоятельности (бавнкротства) юридического лица.

     В соответствии с поставленной целью  сформулированы следующие задачи:

     – определить понятие  несостоятельности (банкротства) юридического лица;

     – определить, каким образом соотносятся между собой такие понятия, как «несостоятельность» и «банкротство»;

     – рассмотреть признаки банкротства по современному российскому законодательству;

• сделать выводы по результатам проделанной работы.

         Глава  I.  Понятие несостоятельности (банкротства).

1. Определение термина «банкротство».

     В «Толковом словаре живого великорусского языка» В.И. Даль дает следующее определение  банкротства – «банкрутство –  это несостоятельный торговец, лопнувший неплательщик». При этом «банкрут бывает или случайный, несчастный или же лживый, подложный, злостный. Разница между ними точно такая же, как между обокраденным или погоревшим и вором»¹

     Несколько отличается определение банкротства, данное в «Словаре иностранных слов» – «банкротство (нем. Bankrott, итал. Bankrotta) – это долговая несостоятельность, отказ предпринимателя платить по своим долговым обязательствам из-за отсутствия средств; т.е. финансовый крах, разорение.².

     В словаре С.И. Ожегова банкротство определено, как несостоятельность, сопровождающаяся прекращением платежей по долговым обязательствам (причем банкротство фирмы – злостное банкротство (умышленное).³.

     Энциклопедический словарь Ф.А. Брокгауза содержит уже не только определение банкротства, как юридический термин торгового права, означающий «неоплатность лица, производящего торговлю, происшедшею от его вины» (слово трактуется от итальянских слов banca - скамья, стол и rotta- изломленная, надломленная, то есть несостоятельность банкира, крах банка), но и определяются его основные признаки, которые состоят в следующем:⁴

     1. Банкротство есть неоплатность, т.е. такое состояние должника, когда он не удовлетворяет  предъявленных ему обязательственных  требований.

     2. Банкротом является лицо, производящее торговлю, в противоположность прочим лицам, которых называют несостоятельными должниками.

     3. Неоплатность происходит от вины  должника. Вина может быть неосторожная  или умышленная. Признаком вины  должника банкротство отличается  от несчастной торговой несостоятельности, при которой невозможность оплатить долги происходит от непредвиденных бедственных обстоятельств.

     В «Словаре русского языка» 1985 года, банкротство  определяется так: банкротство –  это несостоятельность лица, компании, банка и т.п., приводящая к прекращению платежей по долговым обязательствам; это разорение.⁵.

     «Словарь  современного русского международного языка», изданный в 1950 году гласит, что  «банкротство – это отказ от выполнения долговых обязательств; банкротство  – это разорение; банкротство – это официально установленная и юридически признанная неплатежеспособность субъекта».⁶. 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

2. Подход  к определению  «несостоятельности»  и «банкротству»  в дореволюционный  период.

     Необходимо  обратить особое внимание на подход к «несостоятельности» и «банкротству» в дореволюционный период. Так, при изучении Банкротского Устава 1753 г., обращает на себя внимание факт, что вообще в нем употребляются оба понятия «несостоятельность» и «банкротство», но когда речь идет о каких-то неправомерных действиях торговцев, употребляется только понятие «банкротство». Например, в Уставе описывается распространенная в то время ситуация, когда «купцы набирают в долги немалые суммы деньгами и товарами, а затем объявляют себя банкротами, через некоторое время таким похищенным чужим капиталом снова пускаются в торговые обороты и наживают состояния, не думая удовлетворить своих кредиторов, а когда те к ним обращаются, они отвечают, что после приключившегося с ними несчастья некоторые капиталы получили по наследству или другим образом».⁷. В таком контексте данный Устав ни разу не говорит о «несостоятельности» употребляя исключительно понятие «банкротство».

     Такая же позиция присутствует и в Банкротском  Уставе 1763 г. Введение в него содержит рассуждение о том, что «особую необходимость в данном Уставе имеет займодавец, который обманится в своем «занимателе», думая, что он человек «добрый и состоятельный». А.Х. Гольмстен пишет, что в этих трех пунктах займодавец может обмануться трояким образом: 1) должник, будучи «добрым» человеком впадет в несостоятельность; 2) будучи состоятельным, станет «плутом» и объявит себя банкротом; 3) в одно и то же время окажется «плутом» и несостоятельным.⁸. Здесь уже прослеживается разграничение между «плутом» (банкротом) и добрым человеком, впадшим в несостоятельность (небанкротство). Впервые особое значение этим понятиям придает Банкротский Устав 1768 г., заменяя термин «непорочный банкрот» термином «упадший», «которое звание должно обозначать в нем несчастного, а не дурного человека». Таким образом, термин «банкротство» предназначался для торговцев, виновных в том, что впали в несостоятельность.

     Серьезная попытка дифференцировать эти понятия  была сделана в Банкротском Уставе 1800 г. В ст. 131 этого Устава указывается, что «для отличия беспорочного банкрота от прочих называть отныне пришедшего в несостояние упадшим, которое звание означает в нем несчастного, а не бесчестного человека; неосторожного и злого называть банкротом».⁹. Очевидно, тогда (после 1800 г.) уже начало формироваться мнение о том, что банкрот – это нечестный человек, имевший умысел на причинение вреда кредиторам.

     Окончательно  этот вопрос не был решен и в  Уставе 1832 г., но из анализа его положений  можно сделать вывод о том, что банкротство не является обязательным признаком несостоятельности. Такого мнения придерживались многие русские юристы. Так, П.П. Цитович, говоря о способах прекращения юридических лиц, отмечал, что «компания может быть объявлена несостоятельною, конечно, без квалификации несостоятельности в банкротство».¹⁰.

     Великий правовед Г.Ф. Шершеневич в своих  трудах отмечал, что «под банкротством следует понимать неосторожное или  умышленное причинение несостоятельным  должником ущерба кредиторам посредством  уменьшения или сокрытия имущества».¹¹. Таким образом, Г.Ф. Шершеневич считал, что банкротство предполагает несостоятельность, при этом необходимо только одновременно наличие несостоятельности и каких-то преступных действий, причинную связь между ними искать не следует. Несмотря на то, что законодательно четкого разграничения между понятиями в то время не существовало, многие законы, регулирующие отдельные проблемы, по-разному относились к несостоятельным и банкротам. Как отмечал П.П. Цитович, «несостоятельность торговца может оказаться банкротством, а сам он – банкротом с видами на тюрьму, если не на лишение всех прав состояния и ссылку».¹².

     А.Ф. Трайнин писал, что «банкротство – это деликт весьма своеобразный: он слагается из двух элементов, из которых один (несостоятельность) –  это понятие гражданского права, другой (собственно банкротское деяние) – это понятие уже уголовного права». Далее он отмечал, что именно эта сложность состава банкротства чрезмерно затемняет его юридическую природу.¹³.

     В связи с этим в российском праве  возникла дискуссия о том, с какого момента должны применяться уголовные нормы к банкроту. Утверждалось, что уголовное преследование не должно зависеть от решения гражданского суда, причем для возбуждения уголовного дела достаточно наличия преступных признаков по факту прекращения платежей, поскольку преступление должно преследоваться сразу после его обнаружения. Но если вопрос о банкротстве будет решаться уголовным судом до решения гражданским судом вопроса о несостоятельности, то возможно столкновение двух юрисдикций.

     Так, именитый правовед Г.Ф. Шершеневич справедливо считал, что если «лицо относительно которого гражданский суд отверг наличность несостоятельности, будет осуждено как банкрот уголовным судом, и наоборот, когда лицо, объявленное несостоятельным от имени гражданского суда, будет освобождено от уголовного преследования, несмотря на обнаружения в конкурсном процессе улики, то такая ситуация будет вести к подрыву судебного авторитета и многочисленным судебным ошибкам, вызванным хотя бы тем, что гражданский суд гораздо более компетентен в вопросах несостоятельности, чем уголовный суд».¹⁴. По мнению Г.Ф. Шершеневича, компетенция уголовного суда должна начинаться только с момента признания несостоятельности лица и определения этого свойства судом гражданским. [14]

     Таким образом, в дореволюционном конкурсном праве обязанности по определению свойства несостоятельности лежали на органах конкурсного производства. Вопрос о наличии признаков банкротства (преступных действий) должника сначала решался конкурсным управлением (причем тогда, когда все гражданское производство будет окончено), затем общим собранием кредиторов. Окончательно этот вопрос решал гражданский суд, решения которого были принципиальными для возбуждения уголовного преследования¹⁵.

     Однако  на практике такое решение вопроса о банкротстве не имело положительного значения, поскольку конкурсное управление призвано было осуществлять совсем не свойственные ему функции публичного обвинения. Это привело к бездействию конкурсного управления в этом направлении. А.Ф. Трайнин в связи с этим приводит интересные данные: с 1902 по 1908 гг. в среднем по России за банкротство было осуждено менее двухсот человек, причем количество оправданных по обвинению в банкротстве составило 87,7 %, в то время как средний процент оправданных по остальным преступлениям был 36,5%. Все эти факты говорили о том, что решить дело о банкротстве было крайне сложно, поскольку все материалы попадали в уголовный суд слишком поздно, уже на завершающем этапе конкурсного производства.

     Некоторые ученые говорили, что нельзя предоставлять конкурсу и собранию кредиторов возможность решать вопрос о несостоятельности, поскольку это означает «перенесение судебных функций с суда государственного на установление частное, что никоим образом не может быть допущено»¹⁶. Такого мнения придерживался Н.А. Тур, говоря что «обсуждение в порядке конкурсного производства вопроса о виновности должника в банкротстве, с одной стороны излишне усложняет конкурсное производство, с другой - без основания стесняет преследование должника в уголовном порядке»¹⁷.

     А.Ф. Трайнин видел решение данной проблемы в необходимости установления вмешательства прокурора в дело непосредственно после объявления судом несостоятельности, с тем, чтобы освободить конкурсное управление от необходимости решать вопрос о  свойстве несостоятельности и не потерять время, необходимое для доказывания самого факта банкротства. А.Ф. Трайнин также считал, что отделение гражданского производства о несостоятельности от уголовного производства о банкротстве максимально обеспечит интересы должника обезопасив его от личного усмотрения кредиторов¹⁸

     Очень четко понятия «несостоятельность»  и «банкротство» разграничивались во Франции. Из истории известен следующий  интересный факт: при обсуждении в  Государственном совете проекта  соответствующего закона Наполеон настаивал на том, что банкротом следует называть каждого несостоятельного, пока он не докажет отсутствие намерения причинить вред кредиторам и не получит от суда свидетельства, его оправдывающего. Однако это предложение было признано слишком суровым и не вошло в закон. К.И.. Малышев отмечал, что некоторые колебания в терминологии остались после принятия Уложения о несостоятельности, но они окончательно исчезли как во французском законодательстве, так и в литературе после 70-х годов XIXв.¹⁹ 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

     ^{1.3.  Понятие  несостоятельности (банкротстве) в Российском    законодательстве.}        

     Что касается понятия банкротства в  России, то понятие и признаки банкротства, содержались в Законе о банкротстве 1992 года, но со временем они перестали отвечать современным представлениям об имущественном обороте и требованиям, предъявляемым к его участникам. Так, в ст. 1 Закона, под несостоятельностью (банкротством) понималась неспособность должника удовлетворить требования кредитора по оплате товаров (работ, услуг), включая неспособность обеспечить обязательные платежи в бюджет и внебюджетные фонды, в связи с превышением обязательств должника над его имуществом или в связи с неудовлетворительной структурой баланса должника. Вследствие принятия в качестве основного критерия несостоятельности – неоплатности должника невозможно признать банкротами должников, которые хоть и имели громадные задолженности, но стоимость имущества, которых намного превышала сумму предъявляемых им исковых требований.

     Указанный закон также не содержал механизмов защиты кредиторов от должника, от возможных действий друг против друга после принятия арбитражным судом и рассмотрении заявления о признании должника банкротом. В этот период кредиторы могли ходатайствовать о наложении ареста на имущество должника в качестве обеспечительной меры, что делало невозможным продолжение функционирования, а значит, спасение бизнеса даже потенциально жизнеспособного должника. В том случае, если арест на имущество должника не был наложен, то недобросовестный должник мог в течение указанного периода распорядиться своим имуществом, причем некоторые из таких сделок невозможно было признать недействительными в силу ст. 28 Закона «О банкротстве» 1992 г.– «Признание недействительных сделок должника, совершенных до признания его несостоятельным (банкротом)».²⁰

     Так, для признания юридического лица несостоятельным необходимо было в  каждом конкретном случае производства по делу проводить анализ баланса  должника, и только если величина долгов превышала величину активов, возможно, было вынесение решения о признании должника несостоятельности. В противном случае суд должен был прекратить производство по делу о несостоятельности; это происходило даже в тех случаях, когда юридическое лицо в течение многих месяцев не удовлетворяло предъявленные требования по обязательствам кредиторов и обязательным платежам. Кроме того, анализ структуры баланса представлял собой достаточно сложный и трудоемкий процесс. Такой подход допускал, что участниками имущественного оборота могли быть и лица (организации, предприниматели и т.д.), неспособные оплачивать полученные ими товары, работы, услуги, в силу чего неплатежеспособными становились также их контрагенты по договорам.

     С другой стороны, создавались реальные условия, когда более-менее юридически грамотные руководители коммерческих организаций, не опасаясь банкротства, не расплачиваясь по обязательствам, могли довольно долго использовать предназначенные для этих целей денежные суммы в качестве собственных оборотных средств, - лишь бы общая сумма кредиторской задолженности не превысила стоимость активов организации. Действовавшие легальные понятия и признаки банкротства защищали недобросовестных должников и тем самым разрушали принципы имущественного оборота.

     Закон о банкротстве 1992 года в ст. 1 содержал определение банкротства, которое содержало в себе два основных признака несостоятельности:²¹

• первый (внешний) - приостановление текущих платежей, если предприятие не обеспечивает или не способно обеспечить выполнение требований кредиторов в течение 3 мес. со дня наступления сроков их исполнения;
• второй - неспособность обеспечить выполнение требований кредитора должна сочетаться с превышением обязательств должника над его имуществом или с неудовлетворительной структурой  баланса должника.

     Таким образом, предприятие-должник при наличии внешнего признака банкротства могло не быть признано банкротом, если проверка покажет, например что предприятие обладает финансовыми резервами, имеет значительную дебиторскую задолженность, готовую высоколиквидную продукцию.

     В Законе 1992 года неплатежеспособность и несостоятельность определялись как два различных признака банкротства. В этом случае применение в законодательстве терминов «несостоятельность» и  «банкротство» в качестве синонимов  сомнительно. В литературе высказывается мнение, что термин «банкротство» должен применяться лишь в значении частного случая несостоятельности, когда неплатежи предприятия сочетаются с превышением его обязательств над его имуществом или с неудовлетворительной структурой баланса. Должник мог быть признан банкротом, если кредиторская задолженность превышала балансовую стоимость всех активов. Некоторые авторы рассматривают употребление этого термина, как частный случай несостоятельности и в другом отношении – когда неплатежеспособный должник совершает уголовно наказуемое деяние, наносящее ущерб кредиторам.²²

     В Приложении № 1 к Постановлению Правительства  РФ от 20 мая 1994 г. № 498 «О некоторых мерах  по реализации законодательства о несостоятельности (банкротстве) предприятий» в тексте прямо указывалось, что основными критериями признания структуры баланса предприятия (организации) неудовлетворительной являлись коэффициент текущей ликвидности и коэффициент обеспеченности собственными средствами предприятия.²³

     По  мнению некоторых авторов, представляется, что коэффициенты неудовлетворительной структуры баланса (указанные чуть выше) могли применяться только в совокупности с другими критериями несостоятельности.²⁴

     Важно отметить, что перечисленные коэффициенты на протяжении последних нескольких лет многократно и справедливо подвергались критике. Применение их как основных показателей платежеспособности должника не давало реальной картины и не позволяло определить степень вероятности ее восстановления. Для установления того является ли структура баланса должника удовлетворительной или нет, арбитражный суд каждый раз должен был проверять состав и стоимость имущества должника, также оценивать структуру баланса и мог вынести решение о банкротстве только после установления факта превышения кредиторской задолженности над балансовой стоимостью всех активов должника. Это положение позволяло недобросовестным должникам, обладающим значительным имуществом, без опасений быть объявленными банкротами, не выполнять свои денежные обязательства.²⁵.

     Ныне  действующий Закон «О несостоятельности (банкротстве)» 2002 г. как и закон о банкротстве 1992 г. занимает компромиссную позицию. В ст. 1, 2 исследуемых законов термин «несостоятельность» используется с термином «банкротство», который заключается в скобки. Далее по тексту в законах применяется исключительно термин «банкротство». По мнению Д.А. Кращенко, с позиции юридической техники это представляется явной недоработкой, поскольку никакого объяснения юридическому отождествлению понятий «несостоятельность» и «банкротство» в тексте законов пока не дается.

     И все же наиболее правильной из рассмотренных  является точка зрения о существовании  определенной иерархии, ибо процесс  начинается с выявления неплатежеспособности предприятия. Если же предприятие теряет всякие перспективы рассчитаться с кредиторами, то должник переходит в новое качество – становится несостоятельным. Последняя, третья стадия и есть качественное состояние – банкротство, но банкротом должника признает арбитражный суд²⁶. В специальной литературе отмечается, что юридический смысл градации данных понятий состоит в том, что несостоятельный хозяйствующий субъект при определенных условиях может вернуть себе качество простого неплательщика, продолжить предпринимательскую деятельность и рассчитаться с долгами. Для банкротства же все кончено, поскольку признание арбитражным судом предприятия банкротом влечет его ликвидацию.

     Ст. 2 Закона о банкротстве 2002 г. определяет несостоятельность (банкротство) как  признанную арбитражным судом неспособность  должника в полном объеме удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей. Причем только та неспособность, которую признал арбитражный суд в своем соответствующем решении (Закон 1998 г. же допускал возможность объявления должником неспособности в полном объеме удовлетворить требования кредиторов и исполнения обязанностей по уплате обязательных платежей).

     Следует отметить еще один аспект понятия  банкротства, банкротство – это  один из способов ликвидации юридического лица. Пункт 1 ст. 65 Гражданского кодекса РФ предусматривает, что признание судом юридического лица банкротом влечет за собой его ликвидацию. При этом, если стоимости имущества ликвидируемой коммерческой организации потребительского кооператива, благотворительного или иного фонда недостаточно для удовлетворения требований кредиторов, такие юридические лица (за исключением казенных предприятий) могут быть ликвидированы только путем банкротства. У указанного института есть и своя специальная задача, которая состоит в том, что коль скоро потери кредиторов оказались неизбежными, то они должны быть распределены между ними наиболее справедливым образом [

     Кроме того термин “банкротство” применим к  уголовно  наказуемым 

деяниям. Такой  вывод  делается  из  названия  статей  Уголовного кодекса РФ: неправомерные  действия  при банкротстве (статья 195); преднамеренное  банкротство      (статья 196);    фиктивное     банкротство  (статья   197).

При  этом  под  преднамеренным  банкротством  понимается умышленное создание или увеличение неплатежеспособности, совершенное руководителем или собственником коммерческой организации, а равно индивидуальным предпринимателем в личных интересах или интересах иных лиц, причинившее крупный ущерб либо иные тяжкие последствия.  А под фиктивным банкротством понимается заведомо ложное объявление руководителем или собственником коммерческой организации, а равно индивидуальным предпринимателем о своей несостоятельности в целях введения в заблуждение кредиторов для получения отсрочки или рассрочки причитающихся кредиторам платежей или скидки с долгов, а равно для неуплаты долгов, если это деяние причинило крупный ущерб.

      В отечественном    законодательстве    искажено    соотношение      общественной опасности самого факта  криминального  банкротства  и      его конкретных последствий.  Уголовное    право   является   средством   защиты   общества   от      преступлений,  как любое средство защиты,  нормы права должны быть  "включены" постоянно. Специальные усилия должны направляться не на  то,  чтобы  защиту  "включить",  а,  наоборот,  на  то,  чтобы  ее   "выключить".  Наличие  в составах криминальных банкротств указания  на  последствия  делает  защиту  от  этих  преступлений  постоянно