Понятие и признаки соучастия в преступлении. 6

СОДЕРЖАНИЕ

Введение

Данная тема очень актуальна, поскольку соучастие в совершении преступлений известно нам с давних пор. Актуальность рассмотрения данной темы определяется следующим обстоятельством. Правоприменительная практика показывает, что в соучастии совершается очень большое количество преступлений (примерно одна треть), причем наиболее тяжких и опасных. Естественно поэтому, что в обстановке сегодняшнего роста преступности в законодательстве соучастию отводится большое место.

Официальные данные фиксируют увеличение бандитизма, похищения людей, захвата заложников, терроризма и других посягательств, совершаемых группами. Организованные группы, в том числе вооруженные формирования, контролируют коммерческие структуры, банки, производственную и посредническую деятельность. Организованный характер наркобизнеса угрожает здоровью населения. Трудно найти сферу, которая была бы вне интересов организованной и групповой преступности. Это и контрабанда, расхищение цветных металлов, вывоз природных ресурсов, капитала, антиквариата, художественных ценностей и др. Большая часть корыстных и насильственных посягательств также совершается группами.

Основная масса судебных ошибок приходится на центральные вопросы соучастия. Однако, если по ним авторы монографий, учебных пособий и статей пытаются выработать общую платформу, найти взаимоприемлемые решения, дать рекомендации, в какой-то мере социально оправданные и отвечающие интересам практики, то применительно к формам и видам соучастия выработать общую концепцию не удается, что, несомненно, сказывается на судебной практике, на единообразии ее результатов.

Данная тема скрывает в себе множество дискуссионных вопросов, у огромного количества авторов, таких как Р.Р. Галиакбаров, Бурчак Ф.Р., Владимиров В.А., Зелинский А.Ф., Ковалев М.И., Тельнов П.Ф. и т.д. Каждый из которых вносит свой вклад в развитие основных понятий такого сложного явления, как соучастие. В своей работе, я бы хотел изложить свое виденье наиболее интересных вопросов, которые связанны с соучастием в преступлениях.

1. Понятие и признаки соучастия в преступлении

В работах, выполненных на базе Общей части Уголовных кодексов РСФСР 1922 и 1926 гг., наметился двоякий подход к построению определения соучастия. Одни специалисты предлагали считать соучастием «совершение одного или нескольких преступлений совместной деятельностью двух или более лиц1». В их определениях преимущественное внимание уделялось объективным элементам совместности преступных деяний. Субъективные признаки не указывались в определении. В 1958 году в советском уголовном законодательстве появилось новое определение соучастия. В ч. 1 ст. 17 Основ (ст. 17 УК РСФСР) оно определяется как «умышленное совместное участие двух или более лиц в совершении преступления2».

Определение соучастия стало рабочей формулировкой для судебной практики и широко используется при разрешении спорных случаев обвинения в совместной преступной деятельности. Оно служит вместе с тем законодательной основой для теоретической разработки проблемы соучастия.

Согласно современному уголовному законодательству соучастием в преступлении признается «умышленное совместное участие двух или более лиц в совершении умышленного преступления» (ст. 32 УК). Соучастие прежде всего предполагает участие нескольких (двух и более) лиц в совершении преступления. При этом необходимо иметь в виду, что эти лица должны обладать признаками субъекта преступления: возрастом (ст.20 УК) и вменяемостью (ст. 21 УК). В теории уголовного права, делая акцент на количественной характеристике этого признака, его относят традиционно к числу объективных признаков соучастия в преступлении. Другим объективным признаком соучастия является «совместность участия» двух или более лиц в совершении преступления.

Из всего исторического развития понятия соучастия можно отметить, что до последнего в понятия вкладывали только объективный признак. И только в Уголовном Кодексе 1996 года выделен как объективный, так и субъективный признак. Объективный - это количественный (множество субъектов, т. е. более одного) и качественный (т. е. совместность). Что бы раскрыть понятие качественности или совместности, не обходимо выделить три обязательных элемента: 

- взаимообусловленность деяний двух или более лиц. Конкретное участие отдельных лиц в преступлении по своему характеру может быть различным, совершаться с разной степенью интенсивности. Как правило, с объективной стороны соучастие совершается путем активных действий. Но вместе с тем не исключается возможность совершения преступления соучастниками и в форме бездействия         - единый для соучастников преступный результат. Это значит, что соучастники, совершая взаимно дополняющие действия, направляют их на достижение общего для них всех результата. Случаи, когда лица участвуют в совершении одного посягательства, но при этом стремятся к достижению различных последствий, не могут расцениваться как соучастие

- необходима причинная  связь между деянием каждого  соучастника и наступившим общим  преступным результатом.

А субъективный - совместность умысла и его направленности при совершении умышленного преступления. Вопрос умышленности является довольно дискуссионным. Пионтковский А. А. предложил считать соучастием именно «умышленное участие двух или нескольких лиц в совершении умышленного преступления3». В свою очередь Н. Д. Сергеевский, Г. Е. Колоколов, А. Н. Трайнин, М. Д. Шаргородский, В. С. Прохоров были сторонниками неосторожного соучастия4. Действующее уголовное законодательство решило эту проблему однозначно. В соучастии в преступлении возможна лишь умышленная вина. Неосторожная вина не может создавать внутренней согласованности между действиями соучастников, что является обязательным для соучастия. Умышленное совместное участие субъектов в совершении одного и того же преступления не исключает индивидуальной вины каждого соучастника. Вина в совершении преступления всегда строго персонифицирована, поскольку того требует такой принцип Уголовного закона (ст. 5 УК т.е. принцип вины). У соучастников одного и того же преступления могут не совпадать также цели и мотивы действий.

  Согласно п. «в» ч. 1 ст. 63 совершение преступления в составе группы лиц, группы лиц по предварительному сговору, организованной группы или преступного сообщества (преступной организации) является обстоятельством, отягчающим наказание. Это обусловлено тем, что участие в преступлении нескольких лиц позволяет более тщательно маскировать преступную деятельность, что, безусловно, затрудняет работу правоохранительных органов по ее своевременному разоблачению и пресечению. По сравнению с преступлением, которое совершается в одиночку, соучастники представляют большую общественную опасность.

Это объясняется тем, что объединение усилий соучастников делает совершение преступления более продуманным; при этом появляются большие возможности для сокрытия совершенного преступления. Все это делает совершение преступления более легким для соучастников и нередко толкает их на совершение тяжких и особо тяжких преступлений. При совершении преступления в соучастии обычно причиняется больший ущерб, и наступают более тяжкие преступные последствия. Но даже в этом, казалось бы неоспоримом вопросе имеются разнообразные точки зрения. Например, по мнению Р. Д. Сабирова, «опасность деяния повышает не любое соучастие, а групповое исполнение преступления», так же есть ряд авторов, которые признают соучастие нейтральным фактором5. 

Бывают случаи, когда непосредственный исполнитель не может являться субъектом преступления в силу возраста (ст. 20 УК) или невменяемости (ст. 21 УК). Тогда речь идет о так называемом опосредованном причинении. Вред охраняемым законом отношениям в данном случае причиняется посредством использования лица, не подлежащего уголовной ответственности, которое используется как орудие преступления в руках надлежащего субъекта. При этом надлежащий субъект действует умышленно, используя лицо, не отвечающее требованиям субъекта преступления.

Правила квалификации таких действий были определены в Постановлении № 7 Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 14 февраля 2000 г. “О судебной практике по делам о преступлениях несовершеннолетних”, пункт 9, которого гласит:

«Необходимо иметь в виду, что совершение преступления с использованием лица, не подлежащего уголовной ответственности в силу возраста (статья 20 УК РФ) или невменяемости (статья 21 УК РФ), не создает соучастия. Вместе с тем при совершении преступления несовершеннолетним, не подлежащим уголовной ответственности по указанным выше основаниям, лицо, вовлекшее несовершеннолетнего в совершение этого преступления, в силу части 2 статьи 33 УК РФ несет ответственность за содеянное как исполнитель путем посредственного причинения.»

Также в своей работе хотелось бы отметить дискуссионный вопрос, который касается субъективной связи, а именно о возможности соучастия с односторонней субъективной связью, когда лишь один участник понимает, что общий результат достигается совместными усилиями его и другого лица, а другое лицо считает, что действует в одиночку и преступный результат - это последствие только его поведения. Ф. Г. Бурчак и группа авторов признают такую возможность, в то время как П. Ф. Тельнов и другие считают обязательным признаком соучастия наличия двусторонней субъективным связи. Основным аргументом при этом служит то, что соучастие при односторонней субъективной связи не соответствует закону, который требует умышленного совместного участия всех и каждого.6

В данном вопросе, я больше склоняюсь к точки зрения П. Ф. Тельнова. Поскольку в действующем законодательстве (Ст.32 УК РФ) соучастием признается именно умышленное и именно совместное участие двух или более лиц, так что для соучастия не достаточно, когда только одно лицо понимает, что общий результат достигается совместными усилиями его и другого лица

2. Виды соучастников

Дореволюционное законодательство знало множество видов соучастников. Уложение о наказаниях уголовных и исправительных 1845 года относит к главным виновникам «распоряжавши или управлявши действиями других», а также «приступившие к действиям прежде других при самом оных начале, или же непосредственно совершившие преступление» (ст. 14); к участникам — тех «которые непосредственно помогали главным виновным в содеянии преступления, которые доставляли средства для содеяния преступления или же старались устранить препятствия, к тому представлявшиеся» (ст. 14). Соучастие с предварительным соглашением состояло из зачинщиков, сообщников, подговорщиков или подстрекателей и пособников (ст. 15). Зачинщики — «те, которые, умыслив содеянное преступление, согласили на то других, и те, которые управляли действиями при совершении преступления или покушении на оное или же первые к тому приступили». Сообщники — «те, которые согласились с зачинщиками или с другими виновными совершить, совокупными силами или действиями, предумышленное преступление». Подговорщики или подстрекатели — «те, которые, не участвуя сами в совершении преступления, употребляли просьбы, убеждения или подкуп и обещание выгод, или обольщение и обманы, или же принуждение или угрозы, дабы склонить к оному других». Пособники — «те, которые также, хотя не принимали прямого участия в самом совершении преступления, но из корыстных или иных личных видов помогали или обязались помогать умыслившим оное, советами или указаниями и сообщениями сведений, или же доставлением других каких-либо средств для совершения преступления, или устранением представлявшихся к содеянию оного препятствий, или заведомо, пред совершением преступления, давали у себя убежище умыслившим оное, или же обещали способствовать сокрытию преступников или преступления после содеяния оного7»

Из вышеперечисленного видно, что система довольно запутанная, а определить роль каждого соучастника в преступлении довольно не простая задача. И не смотря на то, что понятие видов соучастников развивалось начиная с 1845( далее Уголовное Уложение 1903 г., УК РСФСР 1922 г., УК РСФСР 1926 г., УК РСФСР 1960 г., ) и заканчивая УК 1996 года, общая концепция почти не поменялась.

Согласно Уголовному Кодексу 1996 года, соучастниками признаются лица, умышленно участвующие в совершении умышленного преступления. Они различаются между собой по характеру действий, которые выполняют в процессе совершения преступления. Статья 33 УК предусматривает следующие виды соучастников: исполнитель, организатор, подстрекатель и пособник.

Исполнитель — это лицо, непосредственно совершившее преступление либо непосредственно участвовавшее в его совершении совместно с другими лицами (соисполнителями), а также лицо, совершившее преступление посредством использования других лиц, не подлежащих ответственности в силу возраста, невменяемости или других обстоятельств, предусмотренных УК (ч. 2 ст. 33). Исполнителем преступления признается тот субъект, который своими действиями выполняет объективную сторону состава преступления или ее часть, т.е. совершает действия, описанные в соответствующей статье Особенной части УК (В Уложение о наказаниях уголовных и исправительных 1845 года – это главный виновник, т.е. «приступившие к действиям прежде других при самом оных начале, или же непосредственно совершившие преступление»). Так, например исполнителем убийства является лицо, непосредственно причинившее смерть потерпевшему (ст. 105 УК РФ). В качестве исполнителя преступления могут выступать одно или несколько лиц. В случаях, когда объективная сторона состава того или иного преступления выполнена совместными действиями нескольких лиц, имеет место соисполнительство. При этом каждый из исполнителей может либо полностью выполнить действия, описанные в соответствующей статье Особенной части УК (например, при групповом хулиганстве — ст. 213 УК), либо исполнить только какую-либо часть этих действий (например, угроза оружием и удержание потерпевшего при разбое, когда другой соисполнитель изымает ценности — ст. 162 УК).

Соисполнителем также признается лицо, которое непосредственно не выполняет объективную сторону состава деяния, но, находясь на месте преступления, помогает в этом другим соучастникам. Если лицо удерживает потерпевшего при причинении вреда его здоровью либо лишает его возможности оказывать сопротивление изъятию имущества, то оно наряду с теми, кто непосредственно причиняет вред здоровью или изымает имущество, признается соисполнителем.

Таким образом, для признания лица исполнителем (соисполнителем) преступления необходимо, чтобы оно приняло участие в самом процессе совершения преступления. Применительно к убийству Пленум Верховного Суда неоднократно указывал, что в качестве исполнителей преступления следует признавать лиц, которые действовали совместно, с умыслом, направленным на совершение убийства, и непосредственно участвовали в процессе лишения жизни потерпевшего.

В тех случаях, когда орудием совершения преступления выступают лица, не подлежащие ответственности в силу возраста, невменяемости или других обстоятельств, исполнителем признается тот субъект, кто использует их для выполнения объективной стороны состава преступления.   Исполнителями некоторых преступлений (в частности, должностных, воинских, против правосудия и др.) могут быть только лица, обладающие признаками специального субъекта. Поэтому когда лицо, не обладающее такими признаками, непосредственно участвует в выполнении объективной стороны состава такого преступления, оно не может быть признано его исполнителем (соисполнителем). Его действия следует рассматривать как пособничество в совершении преступления со специальным субъектом. Согласно ч. 4 ст. 34 УК РФ, лицо, не являющееся субъектом преступления, специально указанным в соответствующей статье Особенной части, участвовавшее в совершении преступления, предусмотренного этой статьей, несет ответственность за данное преступление в качестве его организатора, подстрекателя либо пособника.

Организатором признается лицо, организовавшее совершение преступления или руководившее его исполнением, а равно лицо, создавшее организованную группу или преступное сообщество (преступную организацию) либо руководившее ими (ч. 3 ст. 33 УК) (В Уложение о наказаниях уголовных и исправительных 1845 года - это главный виновник, так же как и исполнитель, потому что «распоряжавшие или управлявшие действиями других»). Такая деятельность возможна не только при множественности преступлений, но и при совершении единичных общественно опасных деяний.

Организация преступления может выражаться в определении объекта посягательства, разработке плана деятельности, выборе соучастников, подготовке орудий и средств совершения преступления и т.п.

Руководство преступлением проявляется в распределении обязанностей между соучастниками, в даче указаний в процессе совершения деяния, в распоряжениях о мерах по сокрытию следов и т.д.

Таким образом, организатор выступает вдохновителем, инициатором преступления. Он объединяет усилия и направляет деятельность других соучастников на достижение преступного результата. При этом организатор может также непосредственно участвовать в преступлении в качестве соисполнителя либо руководить действиями других соучастников, находиться на месте преступления или быть вне его пределов.

С субъективной стороны действия организатора возможны лишь с прямым умыслом: он не только сознает характер своих действий и их последствий, но и желает их наступления, объединяет усилия других соучастников на достижение желаемых целей.

В тех случаях, когда организатор непосредственно не участвует в выполнении объективной стороны, его действия квалифицируются по статье Особенной части, предусматривающей ответственность за совершенное преступление, и ч. 3 ст. 33 УК РФ (ч. 3 ст. 34 УК РФ). Однако это касается действий организаторов преступлений, совершенных в форме сложного соучастия с распределением ролей, т.е. соучастия в узком смысле слова.

Действия организаторов преступлений, совершенных организованной группой и преступным сообществом, подлежат квалификации по статьям Особенной части УК РФ без ссылки на ст. 33, так как указанные в ст. 35 УК РФ формы совершения групповых преступлений признаются соисполнительскими действиями.   Таким образом можно выделить две разновидности организатора: организатор совершения преступления или руководитель его исполнением и лицо, создавшее организованную группу или

преступное сообщество. Однако высказано и иное мнение: «Организатор, согласно ч. 3 ст. 33, в зависимости от формы соучастия может выступать в трех разновидностях:            - лицо, организовавшее совершение преступления;     - лицо, руководящее исполнением преступления;      - лицо, создавшее организованную группу или преступное сообщество (преступную организацию) либо руководившее ими»8

Организатор, как вид соучастника необходим в таких формах соучастия, как организованная группа и преступное сообщество. Согласно п. 5 ст. 35 лицо, создавшее организованную группу или преступное сообщество (преступную организацию) либо руководившее ими, подлежит уголовной ответственности за их организацию и руководство ими в случаях, предусмотренных статьями 208, 209, 210 и 282.1 УК, а также за все совершенные организованной группой или преступным сообществом (преступной организацией) преступления, если они охватывались его умыслом. Таким образом наличие организатора является одним из обязательных составляющих организованной группы и преступного сообщества, поскольку его отсутствие говорит о переквалификации формы соучастия. Без организатора возможно существования только таких форм, как группа лиц без предварительного сговора и группа лиц с предварительным сговором.

Подстрекателем признается лицо, склонившее другое лицо к совершению преступления путем уговора, подкупа, угрозы или другим способом (ч. 4 ст. 33 УК) (В Уложение о наказаниях уголовных и исправительных 1845 года – это Подговорщики или подстрекатели, т.е. «те, которые, не участвуя сами в совершении преступления, употребляли просьбы, убеждения или подкуп и обещание выгод, или обольщение и обманы, или же принуждение или угрозы, дабы склонить к оному других»). Он склоняет другое лицо к преступлению, возбуждает в нем желание и решимость его совершить, поэтому действия подстрекателя находятся в причинной связи с совершенным преступлением и наступившим результатом.

Подстрекатель непосредственно не участвует в выполнении объективной стороны состава преступления. Оставаясь в стороне, он добивается совершения преступления чужими руками, чем отличается от исполнителя. Если же он, возбудив у других лиц решимость совершить деяние, в последующем сам принимает непосредственное участие в нем, то становится соисполнителем преступления. В таком случае действия подстрекателя оцениваются аналогично действиям исполнителя преступления, а его роль инициатора учитывается при индивидуализации наказания.

Подстрекательство выражается в разнообразных активных действиях: просьбах, советах, убеждениях, запугивании, подкупе, угрозах как устно, так и письменно. Не могут рассматриваться как подстрекательство высказывания общего характера о желательности совершения общественно опасного деяния, восхваление или поощрение антиобщественных поступков, преступных наклонностей отдельных людей, так как они не связаны со склонением к непосредственному совершению конкретного преступления.

От организатора подстрекатель отличается тем, что его роль ограничивается склонением другого лица к совершению преступления. Авторы приводит интересные данные об объеме тех или иных видов соучастников в соучастии вообще. Так, по поводу подстрекательства у каждого автора сведения различные (по данным М. И. Ковалева — 4%; по сведениям Н. Г. Угрехелидзе — 7%, П. Ф. Тельнов насчитывает 1,3%). В то же время по мнению П. Ф. Тельнова, «в общем количестве соучастников организаторы составляют 13,4%», т. е. по данным автора, количество организаторов в 10 раз превышает количество подстрекателей9.

С субъективной стороны подстрекатель всегда действует умышленно, чаще с прямым умыслом. Хотя в учебники Козлова А. П. высказана иная точка зрения, он утверждает, что с субъективной стороны подстрекательство возможно и умышленное, и неосторожное. В примере с тремя охотниками и крестьянином с трубкой лицо, предложившее выстрелить в трубку, действует умышленно в направлении одного результата (по нынешним представлениям — хулиганские действия) и неосторожно — другого результата (неосторожное лишение жизни); и фактически здесь присутствует подстрекательство к неосторожному результату, т. е. одно преступление, тогда как де - юре сегодня подобные действия создают идеальную совокупность со всеми вытекающими отсюда правовыми последствиями.10 В данном вопросе я позволю себе не согласиться с мнением автора. Потому что считаю, что подстрекательство, даже в примере с охотниками и крестьянином, было умышленное. А то что первоначальный результат отличается от достигнутого не имеет значения для субъективной стороны подстрекательства. Сам факт того, что одно лицо склоняет к совершению преступления другое, говорит о умышленной форме вины.

Действия подстрекателя квалифицируются по статье Особенной части УК РФ, предусматривающий преступление, к совершению которого он подстрекал исполнителя, но со ссылкой на ч.4 ст.33 УК РФ. Если же подстрекатель, принимая непосредственное участие в совершении преступления, становится его соисполнителем, то ссылка на ст. 33 УК РФ не требуется.

Пособником признается лицо, содействовавшее совершению преступления советами, указаниями, предоставлением информации, средств или орудий совершения преступления либо устранением препятствий, а также лицо, заранее обещавшее скрыть преступника, средства или орудия совершения преступления, следы преступления либо предметы, добытые преступным путем, равно как и лицо, заранее обещавшее приобрести или сбыть такие предметы (ч. 5 ст. 33 УК РФ) (В Уложение о наказаниях уголовных и исправительных 1845 года – это Пособники т. е., «те, которые также, хотя не принимали прямого участия в самом совершении преступления, но из корыстных или иных личных видов помогали или обязались помогать умыслившим оное, советами или указаниями и сообщениями сведений, или же доставлением других каких-либо средств для совершения преступления, или устранением представлявшихся к содеянию оного препятствий, или заведомо, пред совершением преступления, давали у себя убежище умыслившим оное, или же обещали способствовать сокрытию преступников или преступления после содеяния оного»).

Пособник содействует подготовке или совершению преступления, но непосредственно не участвует в выполнении его объективной стороны, не совершает действий, описанных статьях Особенной части УК, чем и отличается от исполнителя (соисполнителя). Только в преступлениях, совершаемых специальными субъектами, лицо, не обладающее особыми признаками субъекта (юридически не «включенное» в особую систему отношений), признается не исполнителем, а, пособником, даже если оно фактически выполняет объективную сторону состава преступления. Действия пособника должны быть совершены до момента окончания преступления. Вместе с тем в теории предпринята попытка выделения и другой роли пособника — укрепления уже возникшей у другого лица решимости совершить преступление, содействия формированию субъективной стороны11.Хотя я считаю, что здесь идет речь о вторичном признаке, все-таки главная роль пособника заключается в оказании помощи другим соучастникам, но эта помощь становится таковой, естественно, после того, как сведения о ней пропущены через сознание других соучастников, восприняты, освоены ими и приняты как помощь.

Различаются два вида пособничества: интеллектуальное и физическое.

К первым относят традиционно дачу советов, указаний, предоставлением информации, заранее обещанное укрывательство средств и орудий совершения преступления, преступника, следы преступления, предметы, добытые преступным путем, заранее и обещанное приобретение или сбыт таких предметов. И данный перечень в теории признают исчерпывающим. Тем не менее М. И. Ковалев предлагал расширить интеллектуальное пособничество за счет заранее данного обещания не сообщать о преступлении органам власти или не препятствовать его совершению. Уголовное право вполне обоснованно не пошло по этому пути, и первый фактор был признан прикосновенностью в виде недонесения о готовящемся преступлении12.

Физическое пособничество выступает в трех формах: предоставления орудий или средств совершения преступления; устранения препятствий; укрывательства будущего преступника, средств или орудий будущего преступления13. Данная классификация осуществляется на основе характера оказываемой физической помощи.

Предоставление средств или орудий совершения преступления заключается в даче одним лицом другому в пользование или распоряжение каких-либо предметов, выступающих в качестве средства или орудия совершения преступления. При этом средства или орудия призваны либо облегчить совершение преступления (средства), либо участвовать в причинении вреда (орудия). Похоже, что указанные предметы не обязательно должны находиться в полной собственности предоставившего лица, они могут быть и только в пользовании, только в распоряжении данного лица, а могут быть и вне правового поля его (украл предмет и предоставил его в качестве средства или орудия другому человеку).

Устранение препятствия — совершение действий по ликвидации тех преград, которые стоят на пути других соучастников при совершении преступления. В качестве такой преграды могут выступать физические или юридические лица, иные предметы материального мира. Указанные две формы пособничества не следует смешивать, хотя в теории уголовного права существует мнение, что «на практике обе формы физического пособничества так тесно переплетаются друг с другом, что фактически между ними очень трудно провести различие». Устранение препятствий отличается от предоставления средств или орудий тем, что в первом случае лица сталкиваются с наличием какой-то преграды, которую преступникам нужно преодолеть, ликвидировать, тогда как во втором — с фактором, который нужно заполучить для более эффективного совершения преступления. Оно же дополнительно отличается от предоставления орудий совершения преступления еще и тем, что в последнем варианте лица стремятся заполучить предметы, которым суждено участвовать в причинении вреда, тогда как при устранении препятствий, естественно, этого нет.

Физическое укрывательство, как уже выше было сказано, заключается в сокрытии самого будущего преступника, средств или орудий будущего совершения преступления. Здесь помощь пособника проявляется в сохранении кадров и предметов будущего преступления. Данное укрывательство отличается от заранее обещанного укрывательства тем, что оно носит физический характер, тогда как последнее — интеллектуальный. Его же нельзя смешивать с предоставлением средств или орудий, поскольку при физическом укрывательстве лицо хранит предметы, уже предназначенные для совершения преступления и не принадлежащие самому укрывателю, тогда как предоставление орудий или средств выступает как следующий этап пособничества, При котором передается предмет, принадлежащий пособнику. Физический укрыватель не может нести дополнительной ответственности за предоставление средств или орудий, так как он лишь возвращает чужое имущество. Понимаем, что найдутся противники такого подхода применения общегражданских ценностей к преступнику, но это должно быть абсолютно оправданным в правовом государстве. Очень похожи действия физического укрывателя с устранением препятствий, но они разноплановые: физический укрыватель своим поведением готовит будущее преступление, предмет его деятельности (преступник, средство или орудие совершения преступления) становится элементом преступления; при устранении препятствий предмет деятельности (препятствие, преграда) является излишним для преступления фактором.

Предоставлением средств может быть признано снабжение преступника огнестрельным или холодным оружием для совершения убийства, орудием взлома для хищения имущества из хранилища и т.п.