Понятие и признаки субъекта преступления. 2
Содержание
Введение 3-5Стр
Глава I История учения о субъекте преступления. 6-18стр
1.1 Теоретические и методологические проблемы исследования субъекта преступления. 6-8стр
1.2 Историко-правовой аспект субъекта преступления в русском уголовном праве. 9-18стр
Глава II Понятие и признаки субъекта преступления. 19-29стр
2.1 Понятие субъекта преступления. 19-21стр
2.2 Возраст как признак субъекта преступления. 21-24стр
2.3 Вменяемость как признак субъекта преступления и ее значение для уголовной ответственности. 25-29стр
Заключение. 30стр
Список литературы. 31стр
ВВЕДЕНИЕ
В современных условиях развития российского государства и решения задач предупреждения преступности уголовно-правовые проблемы желают новых теоретических идей и практического применения. Но на фоне успехов в изучении теоретических и методологических вопросов о преступлении, учения о составе преступления, институтов уголовной ответственности, наказания, соучастия достижения по исследованию субъекта преступления как уголовно-правового учения не очень хорошие. Подтверждением данного положения может послужить отсутствие до настоящего времени фундаментальных комплексных исследований и работ в этом направлении, а анализ юридической, философской, медицинской, психологической и другой литературы показывает, что теоретическим проблемам в изучении субъекта преступления в уголовном праве со стороны ученых и практиков придается недостаточное значение. Следовательно, отсутствие до настоящего времени теоретико-методологического и системного анализа основных аспектов учения о субъекте преступления не позволяют иметь полное представление о данном учении и определить наиболее правильные подходы в его совершенствовании у нас в стране и за рубежом.
Научный интерес со стороны ученных к проблемам уголовного права был постоянно, в наши дни со стороны юристов и представителей других отраслей знаний он является актуальным. Рост преступности в стране, несовершенство уголовного законодательства и необходимость совершенствования судебно-следственной практики в значительной степени предопределяют актуальность данной курсовой. Общественно опасное деяние и субъект преступления это неразделимые понятия уголовного права, связанные со многими институтами и другими юридическими дисциплинами. Поэтому цель данной работы будет комплексное теоретико-методологическое исследование вопросов учение о субъекте преступления, его понятие и признаков.
Субъект преступления как элемент состава и как уголовно-правовая категория — сложное понятие, требующее дальнейшего научного изучения и уточнения. Поэтому особое внимание в работе будет уделено рассмотрению признаков лица, совершившего преступление, которые самым тесным образом связаны с вопросами уголовной ответственности. В свою очередь, проблемы возраста и вменяемости преступника с учетом изменений в действующем уголовном законодательстве и практике его применения советуют настоятельную необходимость их комплексного изучения не только учеными-юристами.
Наиболее часто проблемы имеют место в теории и практике при решении вопросов уголовной ответственности, если правонарушение совершается аномальным субъектом преступления либо несовершеннолетним, у которого имеет место отставание в психическом развитии, не связанное с психическим расстройством.
Определенные сложности на практике возникают и в связи с привлечением к уголовной ответственности лиц, совершивших преступление в состоянии наркотического опьянения и подобном состоянии. Поэтому нормы уголовного законодательства требуют существенного уточнения, а некоторые даже и пересмотра.
Проблема невменяемости как обстоятельства, исключающего признание лица, совершившего общественно опасное деяние, субъектом преступления и обуславливающего освобождение его от уголовной ответственности, рассмотрена многими ученными с учетом изменений в уголовном законодательстве и использованием материалов судебно-следственной практики. Вне поля зрения последние годы остаются теоретические проблемы изучения специального субъекта преступления и вопросы квалификации совершенных им отдельных общественно опасных деяний.
Но правильное установление признаков специального субъекта преступления позволит избежать ошибок в деятельности судебно-следственных органов, особенно когда идет речь о должностных лицах. Исследование субъекта преступления с учетом существенных изменений в уголовном законодательстве позволяет рассмотреть и другие слабо освещенные аспекты в юридической литературе. К таковым следует отнести проблему уголовной ответственности юридических лиц, которая требует дальнейшего изучения и глубокого теоретического обоснования, а также разграничение понятий «субъект преступления» и «личность преступника», часто отождествляемых в уголовном праве.
Практика применения законодательства, сложность далеко не всех обозначенных проблем, их тесная связь с деятельностью правоприменительных органов позволяют сказать, что изучение субъекта преступления является важным в теории уголовного права направлением, потребность которого диктуется самой жизнью, а актуальность и практическая значимость не вызывают сомнения. 1
Глава I История учения о субъекте преступления.
1.1 Теоретические
и методологические проблемы
исследования субъекта
Анализ юридической, философской, медицинской и психологической литературы выявил основные теоретические и методологические проблемы учения о субъекте преступления в уголовном праве. Методология позволяет представить учение о субъекте преступления с историко-философских, теоретических и правовых позиций, помогает определить наиболее перспективные направления данного учения, познать логику существующих проблем, выявить и закрепить важные приоритеты в их исследовании.
На начальном этапе формирование основ учения о субъекте преступления относятся к теориям и правовым воззрениям И. Канта, Г. В. Ф. Гегеля, А. Фейербаха, И. Г. Фихте и других философов и исследователей права, которые оказали большое влияние на развитие правовой мысли в России. В философии И. Канта (1724-1804) особый интерес вызывает осмысление самого преступного поведения и лица, его совершающего. Представление о свободе воли, которая независима от определений чувственного мира, по Канту является основой уголовно-правовых построений, откуда и вытекает понятие уголовной ответственности за действие, совершенное по решению человеческой воли. Уголовно-правовые воззрения Канта были идеалистическими, он утвердил субъективно-идеалистическое понимание свободы воли с новых методологических позиций2. По Канту преднамеренное нарушение прав является основанием того, что оно признается преступлением. При этом субъект преступления как физическое лицо обладает свободной волей, которую он рассматривает как желание.
В уголовно-правовой теории Гегеля (1770-1831) преступление это проявление воли отдельного лица. Преступник же — не просто объект карательной власти государства, а субъект права, который наказывается в соответствии с совершенным преступлением3. Гегель утверждает, что воля и мышление представляют собой нечто единое, так как воля не что иное, как мышление, превращающее себя в наличное бытие. При этом наличность разума и воли, по утверждению философа, является общим условием вменения. Вменяемость же, как свойство лица, совершившего преступное деяние, состоит в утверждении, что субъект как мыслящее существо знал и хотел. Невменяемость субъекта по Гегелю представление лица находится в противоречии с реальной действительностью, то есть характер совершенного действия не осознается им.
Фихте (1762-1814) основывал уголовно-правовые взгляды, исходя из философии субъективного идеализма. Он утверждал, что уголовная ответственность наступает не только при совершении умышленного, но и при совершении неосторожного преступления. По Фихте преступление зависит от свободы воли человека, т. е. свободы выбора преступником целей своего поведения. Фихте подразумевал избирательность поведения субъекта при совершении преступного деяния. Идеи Гегеля, Фейербаха, Фихте не противоречат субъективно-идеалистическому пониманию свободы воли Канта, его уголовно-правовой теории.
Многие идеи свободы воли, вопросы, связанные с совершением преступления, уголовной ответственностью и наказанием, понятиями вменяемости и невменяемости и другие, отраженные в философии Канта, Гегеля, Фихте, в дальнейшем разрабатывались, изучались и исследовались представителями различных уголовно-правовых школ.
Так теоретиками классической школы уголовного права, возникшей в Европе во второй половине XVIII — начале XIX в., были К. Биндинг, Н. Росси, О. Гарро. В России такое направление возникло в XIX—XX вв. в лице русских криминалистов: А. Ф. Кистяковского, В. Д. Спасовича, Н. С. Таганцева, Н. Д. Сергеевского. Классическая школа уголовного права основывалась на концепции индетерминизма, на метафизической, ничем не обусловленной свободной воле. Преступное деяние и ответственность за него представители классической школы основывали на учении о преступлении как результате действия свободной воли лица. При этом, руководствуясь доктриной произвольной свободы воли, представители данной школы в своих уголовно-правовых теориях не предусматривали наступления уголовной ответственности в отношении лиц, совершивших преступление в состоянии невменяемости. Уголовному наказанию, исходя из этих теорий, подлежали лица как за умышленные, так и за неосторожные преступные деяния.
Социологическая школа уголовного права, возникшая в конце XIX — начале XX в., в лице известных ее теоретиков, таких как Ф. Лист, А. Принс, И. Я. Фойницкий и другие, выступили против признания того, что преступник, совершая преступное деяние, обладает «свободой воли, хотя он не свободен». Действия же его на момент совершения преступления, как правило, обусловлены социальными факторами преступности4.
Преступные деяния рассматривались как деяния, совершенные только разумным человеком, а мера наказания определялась не в зависимости от тяжести преступления, а в соответствии с предполагаемым опасным состоянием лица. При этом социологическая школа была очень близка по ряду методологических положений антропологической школе, однако методологической ее основой являлась философия, как прагматизма, так и позитивизма.
1.2. Историко-правовой аспект субъекта преступления в русском уголовном праве
Изучая правовые вопросы российского законодательства, нужно для начала обратить внимание на важнейшие памятники древнерусского и феодального права, а также многочисленные законодательные акты Российской империи в области уголовного права. При этом важность и ценность источников уголовного права, характеризующих определенные этапы развития Российского государства, не потеряли своей актуальности и в настоящее время, так как наиболее глубоко и содержательно понять любое явление, событие, изменения, происходящие в общественном и государственном строе, а тем более в праве, можно, лишь изучив историю их происхождения, возникновения и развития. Важнейшей памятник древнерусского права — «Русская Правда», включающей в себя как нормы уголовного, так и гражданского права.
Будучи кодексом феодального права, она прежде всего представляет немалое значение охране собственности феодалов.
Усиливая охрану феодальной собственности, некоторые статьи «Русской Правды» в различных редакциях устанавливали разные наказания за кражу. Так, ст. 36 «Пространной Правды» предоставляла право убить ночного вора, застигнутого на месте преступления. Например, статьи об ответственности за убийство и посягательство на охраняемую законом собственность ярко отражают не только социальные изменения, происшедшие в жизни древнерусского государства в конце XI — начале XII века, но и дают возможность представить наиболее опасные преступные деяния, за которые были предусмотрены самые различные наказания, вплоть до применения к преступнику смертной казни. Иван III возложил на общины право и непосредственную обязанность преследовать и судить лихих людей, татей, душегубцев и разбойников.
Так, по Судебнику 1497 г. повальный обыск был первым актом следствия. В ст. 137 по этому поводу говорилось: «А доведут на кого татьбу или разбой, или душегубство, или ябедничество, или иное какое лихое дело, и будет ведомой лихой, и боярину того велети казнити смертною казнью...»5.
Довольно тяжкие наказания применялись к лицам, совершившим преступные деяния против церкви, так как ее предписания возводились в ранг государственной политики и были непоколебимы.
При дальнейшем рассмотрении существа вопроса о преступном деянии и лице, его совершившем, следует вспомнить судебник царя Федора Иоанновича 1589 г., который явился новым законодательным актом по отношению к Судебнику 1550 г. Ивана IV Грозного и значение которого, так же как «Русской Правды», для различных отраслей права велико. И хотя Судебник 1589 г. исправляет терминологию и текст Судебника 1550 г., но в сфере уголовных понятий, обыкновенное право дало очень мало материала составителю этого закона. Вместе с тем Судебник 1589 г. устанавливает ряд преступных деяний, которые не были предусмотрены в Судебнике 1550 г. Таким образом, в Судебнике 1589 г., как и в предшествующем Судебнике 1550 г., отсутствуют понятия преступного деяния, а также ничего не говорится о субъекте, его совершившем.
Но можно сделать вывод, что субъектом преступного деяния является только физическое лицо — человек. Вместе с тем уголовному праву, как отмечается в исторической, правовой и учебной литературе, известен факт, когда в 1593 г. в России был осужден за государственное преступление церковный соборный колокол, в который ударили во время восстания народа в г. Угличе в связи с убийством наследника престола малолетнего царевича Дмитрия. Часть жителей Углича казнили, других сослали в Сибирь.
«Мятежный колокол» был наказан кнутом, у него вырвали язык и урезали «ухо», а затем сослали в ссылку в сибирский г. Тобольск6.
Уложение царя Алексея Михайловича 1649 г., является важнейшим законодательным памятником не только в истории России, но и в истории уголовного права нашего государства, так как имеет для данной отрасли огромное значение. Признавая преступлением всякое нарушение и неисполнение закона, Уложение впервые дает классификацию преступных деяний. На первом месте стояли преступления против церкви, религиозные преступления. Глава первая, которая так и называется — «О богохульниках и о церковных мятежах», состоит из 9 статей7. Так, в соответствии со ст. 1 богохульство наказывалось квалифицированной смертной казнью — через сожжение, независимо от того, является богохульник православным или иноверцем. В главах 2 и 3 предусмотрены преступления против государя и государства. Эти главы содержат 22 статьи. Преступления против порядка управления, в частности против судебной власти государства, предусмотрены в главах 4, 6, 10.
Следовательно, в связи с достаточно сильным влиянием церкви религиозные преступления, бывшие объектом церковного законодательства, в Уложении стояли выше преступлений, которые совершаются против государства.
В законодательстве Петра I уже окончательно определяется понятие преступного деяния. Преступлением признается нарушение указа или закона, за которое следует наказание, предусмотренное самим законом. Например, в Воинских артикулах Петра I 1716 г. речь идет о преступлениях, совершенных военнослужащими или лицами, связанными с армией. Но на практике, как принято применялись и к гражданскому населению при определении наказания, за преступления против религии.
Помимо специального субъекта — военнослужащего, речь может идти об общем субъекте преступления, совершенствование же уголовного законодательства при Петре I ограничивалось в основном изданием Воинского артикула, который, являясь первым уголовным кодексом, был по своей идее военно-уголовным законом.
По Воинскому артикулу Петра Великого 1716 г. в соответствии с главой XV «О сдаче крепостей, капитуляции и аккордах с неприятелем» коллективную уголовную ответственность могли нести целые воинские подразделения и даже полки. В артикуле 117 указывается, что полк или роту, дерзнувших без ведома и указа государя или его фельдмаршала заключить с неприятелем соглашение или объявить капитуляцию, надлежит лишить чести, пожитков и живота, а рядовых каждого десятого по жребию повесить, остальных же виновных жестоко шпицрутенами наказать8. Многие артикулы указанной главы устанавливают для специального субъекта преступления — военнослужащих — наивысшую меру наказания — лишение чести, пожитков и жизни. Если же в арт. 117 говорится о преступлении, совершенном целым воинским подразделением, и речь в данном случае идет о коллективной уголовной ответственности, которая присуща, как правило, юридическому лицу
В совершенствовании уголовного законодательства России явилось Уложение о наказаниях уголовных и исправительных от 15 августа 1845 г., вступившее в действие с 1 мая 1846 г. в период царствования Николая I. В первом разделе Уложения, который представлял собой общую часть уголовного кодекса, состоявшем из 181 статьи, говорилось о существовании преступлений и проступков, а также степени виновности. Субъектом преступления по Уложению 1845 г. в силу ст. 144 признавалось физическое вменяемое лицо, достигшее 10 лет. Наказание же, которое применяется к лицам, совершившим преступление в возрасте от 10 до 14 лет смягчается. Несовершеннолетние в возрасте от 14 до 21 года, согласно ст. 145 Уложения, подвергались тем же наказаниям, что и взрослые преступники, только с некоторым смягчением наказания.
Уголовное Уложение от 22 марта 1903 г. — последний крупнейший законодательный акт Российской Империи в области материального уголовного права в период царствования Николая II. Уложение 1903 г., где огромный вклад, в разработку которого внес профессор Н. С. Таганцев, явилось важным событием в общественно-политической жизни России, хотя оно и не было полностью принято. Вместе с тем вопросы, касающиеся субъекта преступления, нашли в нем достаточно четкое отражение.
Не являлось субъектом преступления по данному Уложению лицо, не достигшее 10-летнего возраста, так как оно считается малолетним и не может в полном объеме осознавать содеянное. Не являлось также субъектом преступления лицо, совершившее преступное деяние, когда оно не сознавало своих действий и не могло руководить ими, т. е. было невменяемо. Вышеизложенное позволяет сделать вывод, что субъектом преступления по Уложению 1903 г., признавалось физическое вменяемое лицо, достигшее установленного законом возраста.
В первые годы существования Советской республики формировались органы государственной власти и издавались многочисленные законодательные акты в виде декретов. Данный период характеризуется также бессистемностью уголовного законодательства. Положение о всеобщей трудовой повинности послужило основанием для принятия множества законодательных актов, которые объявляли преступлением самовольное оставление работы, трудовое дезертирство и подстрекательство к нему, уклонение рабочих и служащих от учета, направления на работу по специальности и т. д.
Лица, совершавшие данные деяния, признавались субъектами этих преступлений при условии их полной вменяемости и наличия соответствующего возраста, с которого устанавливалась трудовая повинность.
В советском уголовном
Во второй половине 1918 г. стала активно проводиться работа по кодификации уголовного законодательства РСФСР. Поэтому в принятом 30 ноября 1918 г.
Положении о народном суде РСФСР в примечании к ст. 22 говорилось, что ссылка на приговоры и решения, основанные на законах свергнутых правительств, воспрещается.10
В дальнейший период советское уголовное законодательство приобретало более репрессивный характер. В дальнейшем шла борьба с преступлениями, посягающими на устои государства, ужесточается уголовное наказание за измену Родине, которое Конституцией СССР 1936 г. рассматривается как самое тяжкое преступное деяние. Характерной особенностью предвоенных уголовных законов и законов периода Великой Отечественной войны 1941-1945 гг. являлась их жестокость, установление карающих мер, невзирая на возраст лица, совершившего преступление.
Указом Президиума Верховного Совета
СССР от 10 декабря 1940 г. «Об уголовной
ответственности
Однако перед самым началом Великой Отечественной войны Указом Президиума Верховного Совета СССР от 31 мая 1941 г. «Об уголовной ответственности несовершенннослетних» уголовная ответственность в отношении несовершеннолетних была установлена с 14-летнего возраста, за исключением преступлений, предусмотренных Постановлением ЦИК и СНК СССР от 7 апреля.
Во время войны усиливались репрессии к гражданам, нарушающим трудовую дисциплину. В соответствии с Указом Президиума Верховного Совета СССР от 26 декабря 1941 г. «Об ответственности рабочих и служащих предприятий военной промышленности за самовольный уход с предприятий» устанавливалась уголовная ответственность за уход с работы по своему усмотрению рабочих и служащих мужского и женского пола. Самовольный уход рассматривался как тяжкое преступление и приравнивался к дезертирству, а лица, виновные в этом, приговаривались военным трибуналом к тюремному заключению на срок от 5 до 8 лет.
Важным этапом в развитии советского уголовного законодательства и его институтов является принятие Верховным Советом СССР 25 декабря 1958 г. Основ уголовного законодательства Союза ССР и союзных республик. В Основах в более развернутом виде законодательно закреплено определение понятия преступления.
Субъектом преступления считались физические лица, достигшие к моменту совершения преступления 16-летнего возраста. Но субъектом преступления признавалось несовершеннолетнее лицо в возрасте 14 лет за совершение убийства, кражи, злостного хулиганства, умышленное уничтожение или повреждение государственного или общественного имущества, либо личного имущества граждан, повлекшее тяжелые последствия, а также за умышленные преступные действия, которые могли привести к крушению поезда.11 В Основах 1958 г. не признавались субъектом преступления, как и в предшествующем уголовном законодательстве, юридические лица. Новый уголовный закон, установив общий возраст уголовной ответственности с 16 лет, в свою очередь, опять повысил минимальный возраст с 12 до 14 лет.
С 1961 по 1970 г. советское уголовное законодательство претерпевает существенные изменения. В УК РСФСР появляются специальные нормы, устанавливающие возраст уголовной ответственности с 18 лет. Так, 4 мая 1961 г. принимается Указ Президиума Верховного Совета РСФСР «Об усилении борьбы с лицами, уклоняющимися от общественно полезного труда и ведущими антиобщественный паразитический образ жизни»,12 которым предусматривалась административная ответственность в отношении совершеннолетних трудоспособных граждан за данное нарушение. Уголовная же ответственность за уклонение от общественно полезного труда была установлена спустя девять лет Указом Президиума Верховного Совета РСФСР от 23 февраля 1970 г. «О внесении дополнений и изменений в Уголовный и Уголовно-процессуальный кодексы РСФСР», в соответствии с которым была сформулирована новая уголовно-правовая норма (ст. 209 УК РСФСР). Субъектом преступления могло быть лишь трудоспособное лицо, достигшее 18-летнего возраста. Подобные указы были приняты и в других союзных республиках.
В начале 90-х годов участились случаи похищения людей, в связи с чем Законом РФ от 29 апреля 1993 г. в УК РСФСР введена ст. 1251, в которой была установлена ответственность за похищение человека.13 Законодателем внесены и соответствующие изменения в ч. 2 ст. 10 УК РСФСР, которая признает субъектом данного преступления лицо в возрасте с 14 лет.
Значительные изменения, охватывающие большой перечень статей Особенной части и ч. 2 ст. 10 УК РСФСР, были внесены Федеральным законом РФ от 1 июля 1994 г. 24 мая 1996 г. Государственная Дума приняла новый УК РФ, вступивший в силу с 1 января 1997 г.
Перечень преступлений, за которые наступает уголовная ответственность с 14 лет, был уточнен и даже несколько расширен следующими преступлениями: насильственные действия сексуального характера (ст. 132); захват заложника (ст. 206); вандализм (ст. 214); приведение в негодность транспортных средств или путей сообщения (ст. 267). Вместе с тем законодателем был указан возрастной признак субъекта преступления и в других составах, когда ответственность наступает с 18 лет: половое сношение и иные действия сексуального характера с лицом, не достигшим 16-летнего возраста (ст. 134); вовлечение несовершеннолетнего в совершение преступления (ст. 150); вовлечение несовершеннолетнего в совершение антиобщественных действий (ст. 151); торговля несовершеннолетними (ст. 152), по ряду преступлений против государственной власти, когда речь идет о должностном лице, и иных общественно опасных деяний.
В выводе следует сказать, что данный обзор исторических памятников русского права и уголовного законодательства Российской Империи, не может дать полного и объемного представления рассматриваемой проблемы.
Анализ отечественного уголовного законодательства позволяет сделать вывод, что законодатель на протяжении 80 лет постоянно обращался к уголовно-правовым нормам, определяющим признаки субъекта преступления. При этом перечень преступных деяний постоянно менялся, а возрастные характеристики и вопросы, связанные с уголовной ответственностью и наказанием субъекта преступления, уточнялись на различных этапах развития государства, исходя из задач, стоящих перед ним в области борьбы с преступностью.
Глава II. ПОНЯТИЕ СУБЪЕКТА ПРЕСТУПЛЕНИЯ.
2.1. Субъект преступления.
Субъект преступления это обладающий совокупностью признаков, предусмотренных в законе (физическое лицо, вменяемость, возраст), и являющийся одним из элементов состава преступления, который тесно связан с уголовной ответственностью.
Понятие «состав преступления», «субъект преступления», «уголовная ответственность» практически неразделимы и довольно часто отождествляются соответственно с понятиями «преступление», «лицо, его совершившее» и «ответственность».
Общественно опасное деяние при определенных обстоятельствах может совершить любое лицо, но субъектом преступления может быть только обладающее признаками, установленными в законе, — вменяемостью и определенным возрастом (14-16 лет), с которого наступает уголовная ответственность. Понятие субъекта преступления, означает прежде всего совокупность признаков, на основании которых физическое лицо, совершившее общественно опасное деяние, подлежит уголовной ответственности. Всеобщими признаками являются вменяемость и достижение лицом определенного возраста.14
Действующее уголовное законодательство впервые определило в ст. 19 УК РФ более полно и четко выраженные признаки субъекта преступления, при наличии которых лицо, совершившее преступление, подлежит уголовной ответственности, а при отсутствии хотя бы одного из них (вменяемости и возраста) физическое лицо, совершившее общественно опасное деяние, не является субъектом преступления, что означает, что об уголовной ответственности уже речь не может идти.
Основанием же наступления уголовной ответственности, согласно ст. 8 УК РФ, может явиться только совершение конкретным лицом общественно опасного деяния, предусмотренного уголовным законом и содержащего все элементы состава преступления.
Указание закона на то, что основанием уголовной ответственности является лишь преступное деяние, содержащее все признаки состава преступления, в свою очередь, исключает в соответствии со ст. 3 УК РФ уголовную ответственность по аналогии. Данное положение способствует укреплению законности и служит гарантией того, что никто не может быть привлечен к уголовной ответственности, если совершенное деяние не предусмотрено уголовным законом.