Понятие и виды правонарушений. 12

ГОСУДАРСТВЕННОЕ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ ВЫСШЕГО

ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ

«УРАЛЬСКАЯ ГОСУДАРСТВЕННАЯ  ЮРИДИЧЕСКАЯ АКАДЕМИЯ»

Институт государственного и международного права

Курсовая работа

По дисциплине «Теория государства и права»

Понятие и виды правонарушений

Выполнил: студент группы 146 1 курса (ИГиМП) ЗФ на базе ВО

Котова Юлиана Евгеньевна

Проверил:  
Русинов Рудольф Константинович

Екатеринбург - 2012

Оглавление

Введение

Веками лучшие умы  человечества ломали головы над причинами и правовой сущностью правонарушений в обществе.

На сегодняшний день эта проблема остается в юридической  науке столь же сложной и противоречивой, как и ранее. Ее актуальность несомненна.

Правонарушения существовали всегда. Поэтому нельзя не согласиться с французским социологом Эмилем Дюркгеймом, который считал, что преступления являются элементом любого здорового общества. Следовательно, полностью искоренить преступления не может ни одно общество. Они были, есть и будут всегда. Именно поэтому необходимо постоянное формулирование новых теоретических концепций борьбы с правонарушениями, разработка новых методов и мероприятий. Ведь преступность, как и любое социальное явление, постоянно развивается, принимает новые формы.

Степень изученности этой проблемы достаточно велика, но, тем не менее, до сих пор отсутствует единое доктринальное и легальное определение правонарушения. Разными учеными выделяются различные признаки правонарушений. Проблема правонарушений широко исследовалась в научных трудах таких известных представителей общей теории государства и права  и отраслевых  юридических наук  как С.С. Алексеев, Б.Т. Базылев, Л.М. Брайнин, Ю.А. Денисов, В.Н. Кудрявцев, В.М. Смирнов, Н.С. Таганцев и многих других

Основная цель работы состоит в том, чтобы проанализировать теоретические проблемы правонарушения, уяснить правовую сущность данной правовой категории, сформулировать авторское определение правонарушения.

Достижение указанной  цели обусловлено необходимостью решения  следующих задач:

-      Исследование категории правонарушение;

-      Анализ существующих в литературе концепций о правовой сущности правонарушения и доктринальных дефиниций;

-     Выявление и рассмотрение признаков правонарушения;

- Построение и исследование системы правонарушений, их классификация в зависимости от сферы общественных отношений.

               Теоретическую базу составляют работы ученых, таких как: В.Н. Кудрявцев «Правовое поведение: норма и патология», В.В. Лукьянов «Административные правонарушения и уголовные преступления в чем различия?», Н.С. Малейн « Правонарушение: понятие,  причины, ответственность», Мальцев В.В. «Принципы уголовного законодательства и общественно опасное поведение»,  А.М. Медведев «Разграничение преступлений и административных проступков. Данная литература была проанализирована и положена в основу нашей работы.

Многие зарубежные авторы так же уделяли большое внимание данной теме. Можно выделить рабату М. Вольфганг, Л. Савиц, Н. Джонстон «The Sociology of Crime and Delinquency» (Социология преступности и правонарушений). Данная книга может быть рассмотрена в качестве фундаментального труда, аккумулировавшего все наиболее значительное и актуальное, что существует сегодня в американской криминологической теории.

Понятие правонарушения

1.1 Понятие и признаки правонарушений

Проблема правонарушений широко исследовалась в научных  трудах таких известных представителей общей теории государства и права  и отраслевых  юридических наук  как С.С. Алексеев, Б.Т. Базылев, Л.М. Брайнин, Ю.А. Денисов, В.Н. Кудрявцев, В.М. Смирнов, Н.С. Таганцев и многих других.

В современных условиях жизни  российского общества, когда  новые социальные, политические и  экономические условия находятся  в процессе становления, борьба с  преступностью и с правонарушениями в целом приобретает еще большее значение. В связи с этим представляется необходимым пересмотреть подходы к пониманию правонарушения, рассмотреть их с позиции разных авторов, что позволит более доступно, убедительно и глубже показать сущность, единство и противоположность многих составных частей понятия «правонарушение» в пределах динамично развивающихся в обществе правоотношений.

Понятие правонарушение обладает некой юридической условностью.

Преступление, как и  преступность в целом, не есть нечто одинаковое для всех времен и народов. Оно существенно меняется от эпохи к эпохе и подчас даже на протяжении коротких исторических периодов в результате развития общества, изменения общественной нравственности, традиций, ценностей, права¹.

Каждое отдельное правонарушение, как явление реальной действительности, конкретно, оно совершается конкретным лицом, в определенном месте и времени, и характеризуется точно определенными признаками.

В современной юридической  литературе можно встретить множество определений. Приведем некоторые из них.

«Правонарушение – это антисоциальное, общественно опасное, противоправное деяние, влекущее юридическую ответственность» - писал Н.С. Малеин.²

«Правонарушение – виновное, противоправное деяние вменяемого лица, причиняющего вред другим лицам и обществу, влекущее юридическую ответственность» - писал В.Н. Хропанюк.³

«Правонарушение – противоправное, виновное, общественно-вредное деяние, за которое законом предусмотрена  юридическая ответственность» - писал  В.В. Лазарев.⁴

«Правонарушение – общественно-вредное (общественноопасное), противоправное деяние дееспособного субъекта, влекущее юридическую ответственность» - считает  В.К. Бабаев.⁵

«Правонарушение – это  общественно опасное деяние противоречащее нормам права и наносящее вред обществу» - определяют А.Н. Кашанин, Т.В. Кашанина.⁶

«Правонарушение – виновное противоправное деяние участников общественных отношений» - отмечает И.С. Самощенко.⁷

Из приведенных определений  видно, что признак вины выделяют далеко не все авторы (В.Н. Хропанюк, В.В.Лазарев, И.С. Самощенко и др.); наличие субъекта и его свойства в определении правонарушения так же отражают далеко не все авторы. В.В. Лазарев, А.К. Кашанин, А.Н. Кудрявцев, Н.С. Малейн вообще не упоминают субъекта в определении. Другие характеризуют его как «вменяемое лицо» (В.Н. Хропанюк), как «дееспособного субъекта»(В.К. Бабаев) или как «участников общественных отношений» (И.С. Самощенко). Последнее нам представляется, дано слишком широко и вносит ошибки в понятие правонарушения с теоретической точки зрения.

Прав В.Н. Кудрявцев, говоря, что юридическое определение  правонарушения тавтологично. Однако за этим определением скрыто детально разработанная юристами система  правовых понятий и признаков, характеризующих  различные стороны правонарушения.⁸ Остановимся подробнее на признаках характерных для правонарушения и посмотрим, какое же из приведенных определений ближе к истине с учетом реальной действительности, применяя системный метод к исследованию.

Рассмотрим правонарушение как систему, для чего попробуем построить концептуальную модель. На входе у данной системы правовые отношения, точнее, участники правоотношений. На выходе участник правоотношения, подвергшийся юридической ответственности. Законодательная и судебная системы, существующие в обществе на тот или иной период времени оказывают управляющее воздействие на данную систему. Законодательная власть управляет посредством определения основных правил поведения в обществе, выраженных в нормах права, невыполнение которых приводит к правонарушениям и наступлению юридической ответственности в виде неблагоприятных последствий для участников правоотношений. Судебная система дает окончательную квалификацию правонарушения и определяет соответствующую степень юридической ответственности (от полного освобождения до максимального значения). Механизмом, приводящим в движение систему «правонарушение», выступает исполнительная власть.

Перейдем к рассмотрению структуры системы «правонарушение».

В зависимости от того, какие нормы права нарушаются, и какая ответственность устанавливается за совершенное правонарушение, различают правонарушения уголовные, гражданские, административные и другие. Отраслевые определения правонарушений воспроизводят по сути дела признаки правонарушения, отмеченные в общей теории права.

Теперь вычленим структурные  элементы данной системы, обращаясь  к различным отраслям права.

Внешне видимым, вытекающим из самого термина «правонарушение», его признаком является противоправность. Игнорируя общественные интересы, правонарушитель, как правило, преступает закон, то есть нарушает определенную юридическую обязанности или злоупотребляет правом. Правонарушение – не просто нарушение норм права, а посягательства на те жизненные условия, которые породили закон.

Отнюдь не всякое противоречащее норма права деяние может считаться правонарушением.

Р.О. Халфина правильно  указывает основной признак, который  характеризует противоправность деяния, - невыполнение юридической обязанности. Следует, однако, иметь в виду, что  не все юридические обязанности одинаковы. Нет юридической обязанности там, где закон, устанавливая какое-либо требование, ставит его исполнение или не исполнение в зависимость от усмотрения лица (заключить договор в определенной форме, доказать те обстоятельства, на которые сторона ссылается в обоснование своих требований и возражений и т.п.)  Большинство таких обязанностей представляют собой формулировку одного из элементов того фактического состава, с которым связывает возникновение правонарушений. Несоблюдение таких требований приводит к тому, что юридические последствия, к которым стремится лицо, не возникают, либо затрудняется доказательство их возникновения впоследствии, но не представляют собой правонарушения ил объективно противоправного деяния.

Противоправны те деяния, которые отступают от требуемого государством должного поведения.  Требования же государством определенного поведения есть одновременно и запрещение поведения, отступающего от должного. Запрещение деяния того или иного рода осуществляется государством, в конечном счете, путем установления юридических санкций на случай их совершения. Существуют юридические нормы, которые устанавливают общие запреты совершать известные действия. Подобные  нормы, по сути, предусматривают всеобщую скрытую обязанность (установленную лишь на случай возникновения той ситуации, при которой может быть нарушен запрет) воздерживаться от совершения запрещенных действий (и соответствующее право компетентных органов пресекать такие действия). Однако эвентуальной обязанности воздерживаться от запрещенных действий корреспондирует эвентуальное право компетентных органов государства пресекать запрещенные действия, привлекать к ответственности нарушителей запретов⁹.

Государство устанавливает  границы противоправности в меру ответственности. Одно и то же деяние при различных исторических обстоятельствах, с учетом национальных традиций, интересов класса или социальной группы, значимости охраняемых отношений, степени причиняемого вреда и т.д., может оцениваться и как преступление, и как проступок, и как юридически безразличное поведение¹⁰.

Все без исключения правонарушения представляют собой деяния людей, а  не воздействие сил природы или  предметов, не действия животных. По этому  поводу К. Маркс отмечал «Лишь  постольку, поскольку я проявляю себя, поскольку я вступаю в область действительности, - я  вступаю в сферу, подвластную законодателю. Помимо своих действий я совершенно не существую для закона, совершенно не являюсь его объектом. Мои действия – это единственная область, где я сталкиваюсь с законом». Здесь важно отметить, что участник общественных отношений не имеет специальных каких-либо свойств. Им может выступать любое лицо, независимо от возраста, психофизических характеристик, социального положения и т.д., нас же интересуют, в первую очередь, участники правовых отношений, отношений, которые регулируются нормой права, которые попадают под защиту государства.

Следовательно, правонарушение может составить только акт поведения, внешне выраженный правонарушителем. Нельзя считать правонарушением  внутренний образ мысли и чувства, не проявленные через поступки. Уже в Дигестах Юстиана существовало положение римского права: никто не несет наказания за мысли (cogitatiorus poenam nemo patitur). Этот принцип лежит и в основе российского права, подчеркивая, что основанием уголовной ответственности может быть только преступное поведение, выразившееся в конкретном деянии, а не антиобщественные свойства личности, его мысли и убеждения.

Различают два варианта поведения личности – его активное действие и юридически значимое бездействие. Действие противоправно, если оно противоречит указанному в норме обязательному масштабу поведения. Бездействие противоправно, если закон предписывает действовать в соответствующих ситуациях.

Для привлечение к  ответственность за юридически значимое бездействие необходимо установить его начальный и конечный моменты, которые можно определить, учитывая три обстоятельства:

1. обязанность лица выполнить определенные действия,
2. возможность совершить их в данных условиях,
3. невыполнение лицом тех действий, которые от него требуются.

Большинство преступлений, предусмотренных Особенной частью УК РФ, могут быть совершены либо только путем преступного действия, либо в результате бездействия. Третья группа – «смешанные преступления», то есть преступления, объективная сторона которых может состоять из совокупности действия и бездействия (см., например, ст.ст. 262, 263, 264 и др.)

Любое правонарушение противоправно. Однако не всякое противоправное деяние есть правонарушение. Необходимо, сто  бы это деяние было результатом свободного волеизъявления правонарушителя, его виновным поведением.

Человеческое поведение  представляет определенную систему, в  которой объективное и субъективное выступают в единстве и взаимообусловленности  и, поэтому, должно рассматриваться  в определенной структуре отношений, в системе совершенных человеческих действий. Непременным признаком поведения, имеющим юридическое значение, является психологический признак, состоящий в том, что правовое (как правомерное, так и противоправное) поведение находится под контролем сознания и воли лица.¹¹ Свобода воли индивида весьма условна. Она зависит от многих объективных и субъективных обстоятельств. Как бы человек не действовал, он всегда выражает – и интеллектуально и эмоционально – свое субъективное понимание факторов объективной действительности, дает им соответствующую оценку¹². Однако при юридической оценке поведения человека необходимо, что бы у него имелась возможность выбора варианта поведения, возможность поступить по своему усмотрению. Если же у индивида такой свободы выбора нет, если он не способен осознать противоправность своего поведения, если вне зависимости от своих волевых устремлений и желаний он все же объективно нарушает норму права, налицо не правонарушение,  а объективно противоправное деяние. В нем нет конфликта индивидуальной воли и воли, выраженной в нормативно-правовом установлении. Поэтому не случайно законодатель признает за правонарушением, причем в различных отраслях права, будь то уголовное, административное, трудовое и т.д., только виновное деяние, включая признак вины в само определение правонарушения или устанавливая ответственность исключительно за виновное деяние.

Известно, что существуют общественные производство, обмен, распределение  и потребление, а значит, и адекватные им отношения между людьми.  Деяния человека, посягающие на эти отношения, независимо  от их исторических форм, обозначения в законе либо в юридической науке как раз  составляют тот фундамент, на котором складывается  теоретико-правовая категория «общественно опасное поведение».

Общественно опасное  поведение, будучи явлением социальной действительности, затрагивающим жизненно важные  интересы общества, еще на доправовом уровне отражалось в идеях  общественного сознания¹³.  Именно общесоциальные идеи справедливости, равенства, гуманизма позволяют взглянуть на общественно опасное поведение сквозь призму существующих нравственно – культурных ценностей, наметить первоначальные параметры и опасности преступлений и ответственности, наступающей за их совершение, обеспечить «защиту общества от преступлений, но не любой ценой, и, во всяком случае, не ценой разрушения общества, - таковы критерии культуры уголовного права, вписывающиеся в формулу « не далее и не более того»¹⁴.

Обратимся к историческим документам. Уже в «Русской правде» (ст. 54) невозвращение купцом долга являлось основанием уголовной ответственности лишь тогда, когда, говоря современным языком, банкротство произошло не вследствие непреодолимой силы, а в результате злоупотребления спиртными напитками и т.п. действий. Что это, как не законодательное выражение социального свойства поступка человека, предполагающее предварительный вывод об отсутствии в деяниях определенного вида опасности для общества? В соответствии с Артикулом воинским 1715г. наказание назначалось «по обстоятельству» (Арт.202) и «великости» (Арт. 203) совершенного преступления. По уложению наказаний уголовных и исправительных 1854 г. преступлением признавалось «всякое нарушение закона, через которое потягается на неприкосновенность прав власти верховной и установленных ею  властей или же на права и безопасность общества и частных лиц», а проступком – «нарушение правил, предписанных для охранения определенных законами прав и общественной или личной безопасности или пользы». Если еще учесть, что по Уложению наказание назначалось по мере того, что важнее была опасность, которой сие преступление угрожало какому-либо частному лицу, или многим, или всему обществу и государству; чем важнее зло или вред, сим причиненные преступлением; то считать признак общественной опасности преступления изобретением законодателя послеоктябрьского периода антиисторично. Еще в конце ХIX – начале ХХ в. Об общественной опасности писали В.Д. Спасович¹⁵, П.Д. Калмыков¹⁶, В.В. Пржевальский¹⁷ и другие русские ученые. Так А. Лохвицкий считал «опасность действия для общества»¹⁸ обязательным признаком преступления, а А.А. Пионтковский подчеркивал, что преступная деятельность «сталкивается с теми или иными интересами общежития и (или) создает опасность существования этих интересов, или даже непосредственно их порицает и разрушает. Ввиду этого она представляется деятельностью вредной и опасной для охраняемых государственным правопорядком благ и жизненных интересов общежития вообще, является деятельностью антисоциальное»¹⁹ Следовательно, в дореволюционном российском законодательстве среди русских ученых существовало вполне определенное представление об общественной опасности как социальном свойстве деяния человека.

 Еще более 130 лет  назад А.П. Чебышев-Дмитриев отмечал,  что «история не застает ни одного народа на такой низкой ступени развития, когда бы он не осознавал, сто преступник опасен для общества, что человек, поджегший дом одного человека, может поджечь и другой дом»²⁰. А в начале нашего века Н.Д. Сергиевский писал: «С самых первых моментов образования государственного единства и осознания общественных интересов начинается выработка норм, имеющих своим предметом общественное благо; начинается и охранение их посредством наказания»²¹. Отсюда было бы, по меньшей мере, легкомысленным полагать, что на этапах становления права законодатель и члены общества не понимали антисоциальной направленности уголовно наказуемых деяний, их опасности, вредности для общественных интересов. Конечно, такое понимание было преимущественно конкретным, отчасти в силу классовых противоречий выборочным и, естественно, не выражалось в терминологии современного законодательства и современной юридической науки.

В литературе длительное время продолжалась полемика о признании  общественной опасности признаком  исключительно преступлений или универсальным для правонарушений²². Сторонники первой точки зрения ссылались на статью 3 Основ уголовного законодательства, согласно которой преступлением признавалось общественно опасное действие; если вследствие малозначительности деяние не представляет общественной опасности, то оно не квалифицируется как преступление. И делают вывод, что признак общественной опасности присущ только преступлениям и что другие правонарушения лишены этого качества. Другая сторона считает, что общественная опасность преступлений состоит именно в том, что они наносят вред правопорядку, общественным и личным интересам. А такие вредные последствия присущи всем правонарушениям.

Общественная опасность, понимаемая как определенная опасность  для правового порядка, является материальной сущностью большинства проступков. Общественная опасность, как и противоправность, представляет собой общее материальное свойство и уголовных правоотношений, и правовых отношений, возникших из любых проступков. Уголовно-правовые отношения возникают как следствие наиболее опасных посягательств на, охраняемые государством, общественные отношения. Проступкам же свойственна меньшая  степень общественной опасности.

 В свою очередь,  безвредных и безразличных для  государства, общества, граждан правонарушений не существует. Но именно размер и объем вреда характеризует степень общественной опасности правонарушения. Вред может иметь материальный и (или) моральный характер, быть измеримым или неизмеримым, восстановимым и невосстановимым, значительным и незначительным. Та или иная характеристика вреда зависит от видов нарушенных интересов, субъективных прав, объекта правонарушения. Так если объектом правонарушения является личная собственность, то вред будет материальным, измеримым, восполнимым, различной степени значимости для потерпевшего – гражданина. При повреждении здоровья может возникнуть имущественный, измеримый, возместимый и (или) моральный (неизмеримый, невозместимый), в то же время загрязнение окружающей среды, также отрицательно влияющие на здоровье и другие объекты, вызывают, иногда, трудно измеримый материальный вред. Таким образом, анализ понятий «общественная вредность» и «общественная опасность» подводят к выводу, что данные понятия нельзя рассматривать обособленно. Каждый деликт, будь то преступление или любой проступок, содержит в себе и опасность, и реальное причинение вреда (или способность привести к наступлению вредного результата). Эта идея получила широкое распространение в нормативных актах Германии, Польши, но более всего она выражена в действующем законодательстве Болгарии. Так, в Уголовном Кодексе Болгарии указано, что « общественно опасным является деяние, которое причиняет вред или создает угрозу причинения вреда» ²³.

Несмотря на длительность дискуссии, можно констатировать общность взглядов ее участников, признающих отрицательный характер всех правонарушений. Отрицательная оценка правонарушений не может заключаться в чем-либо ином, кроме вреда и общественной опасности, юридическом выражением которой является противоправность.

Мы разделяем точку  зрения ученых-правоведов, что именно по степени общественной опасности  следует проводить разграничения  между преступлением и проступком²⁴. Преступления обладают самой высокой степенью общественной опасности. Они общественно опасны в уголовно-правовом смысле:  по значительности вреда  ущерба, причиняемого наиболее важным общественным отношениям. Большинство же проступков отличается от преступлений, прежде всего, меньшей степенью общественной опасности, отсутствием значительного вреда для общества. Они не представляют угрозы для основ существующего строя, но опасны для правопорядка. Как правило, смежные преступления и поступки посягают на один и тот же объект, часто очень сходные внешне по объективной и субъективной сторонам, но качественно отличаются друг от друга. Преступление не может совмещаться с проступком. Конкретное деяние из числа тех, которые могут быть как преступлениями, так и проступками, ни в коем случае не может быть отнесено к преступлениям, если оно не обладает признаками преступления. И в этом – огромное значение точно законодательного разграничения смежных преступлений и проступков для неуклонного осуществления демократии, для недопущения незаконного применения уголовного наказания к гражданам и должностным лицам.

Представляя собой антиобщественное, вредное явление, правонарушения вызывают соответствующее отрицательное отношение. Средством оценки поведения правонарушителя выступает юридическая ответственность, являющаяся сама по себе неотъемлемым элементом совокупности признаков правонарушения. Юридическая ответственность выступает противовесом общественной опасности. Она позволяет компенсировать вред, нанесенный правонарушителем. Причем вина – необходимое условие юридической ответственности. В соответствующих отраслях права предусмотрены формы вины и их влияние на меру ответственности.

Меры ответственности  устанавливаются или конкретно  за каждое определенное правонарушение (например, за преступление, или за конкретные административные, гражданские, хозяйственные  нарушения в форме штрафа, неустойки, пени), или в форме перечня санкций, одна из которых применяется за конкретное правонарушение, с учетом обстоятельства дела. Важно отметить, что где не предусмотрена юридическая ответственность, где она не может быть применена в строгом соответствии с законностью, там нет правонарушения.

Для борьбы с правовыми  правонарушениями важное значение имеет  четкость формулирования прав и обязанностей, за нарушения или не исполнение которых  может наступить юридическая  ответственность, а так же точность изложения самого состава правонарушения и фиксация правовых последствий правонарушений. Многие законодательные акты отвечают этим требования.

Местное нормотворчество  тоже может играть значительную роль при определении прав и обязанностей граждан, за наращение которых может последовать юридическая ответственность. В связи с этим, представляют интерес разработанные прокуратурой Ставропольского района декларация прав задержанного и избирательный кодекс Воронежской области, принятый Воронежской областной думой. Вместе с тем, существует много правовых пробелов в регулировании отношений, связанных с правонарушениями. Например, из-за отсутствия четко прописанного механизма реализации остается и по ныне декларативной ст. 29 закона РФ «о приватизации государственных и муниципальных предприятий» предусматривающая административную ответственность за нарушения законодательства о приватизации, тогда как они носят массовый характер.

Очень большое значение имеет однозначное применение понятий  и категорий права при решении вопроса об ответственности. Нередко эти понятия либо не применяются, когда это необходимо, либо наоборот, используются в тех случаях, когда это противоречит сущности применяемых норм. Например, в ГК РФ содержатся четкие понятия движимое и недвижимое имущество. Эти понятия следовало бы использовать и в других отраслях законодательства. Однако в уголовном праве некоторые  ученые считают неприменимым использование этих гражданско-правовых категорий и предлагают разработать самостоятельные уголовно правовые категории деления имущества на движимое и недвижимое²⁵. Что на наш взгляд может привести к путанице в терминологии в процессе судопроизводства.

Отсутствие четких понятии в законодательств приводит к трудностям реализации норм юридической ответственности. Так, Закон РФ "Об основах налоговой системы в РФ" не содержит понятие налога. Статья 2 данного закона определяет налог как обязательный взнос, но не указывает, в какой он форме допускается: денежные средства, ценные бумаги, валюта, натуральные платежи. В той же статье пошлины и сборы рассматриваются в качестве налогового платежа и включаются в налоговую систему. Однако по своей экономической природе сборы и пошлины существенно отличаются от налога, так как являются одноразовыми; отличаются они и по своему правовому режиму. Сборы и пошлины уплачиваются за совершение определенных юридических действий или за выдачу на них государственных разрешений²⁶.