Ирина Эланс

Автор который поможет с любыми образовательными и учебными заданиями

Понятие и значение иска в римском праве

Понятие и значение иска

Иски вырабатывались в Риме исторически, и их число всегда было ограниченным. При этом в эпоху формулярного процесса actio нередко давалась там, где лицо не обладало правом по цивильной системе, и наоборот, несмотря на наличие цивильного права на иск, преторы отказывали в предоставлении формулы для соответствующего иска

Судебные магистраты (главным образом преторы) имели в силу своего imperium право отказать в судебной защите отношения, хотя бы оно и подходило под нормы цивильного права, и наоборот, дать судебную защиту в случае, не предусмотренном нормами цивильного права.

Поэтому практически первостепенное значение имел вопрос, дает ли претор в данном случае иск. Ответ на этот вопрос можно было найти в преторском эдикте. Смысл термина actio в эпоху легисакционного процесса сводился к определенной деятельности лица, выражавшейся в выполнении установленного ритуала. В классическом римском праве actio есть предусмотренное эдиктом судебного магистрата средство добиться путем судебного процесса решения, соответствующего интересам данного лица.

Постепенно формулы исков в практике претора типизируются, т.е. вырабатываются типические формулы

(Иск есть не что иное, как право лица осуществлять судебным порядком принадлежащее ему требование.)

Современное позитивное право большинства стран делится на материальное и процессуальное. Под материальным правом понимают совокупность норм, регулирующих поведение субъектов в обширной области имущественных и личных отношений. Процессуальное право - это совокупность норм, регулирующих порядок рассмотрения споров, возникающих из-за нарушения субъективных прав в указанных отношениях.

Особенностью римского права было то, что оно не знало такого разделения, было едино в материально-правовом и процессуальном проявлениях. Единство материального и процессуального элементов проявлялось в категории actio. Определение этой категории приводится в Институциях (I.Кн.4.IV.):

Иск (actio) есть право лица взыскивать судебным порядком то, что ему следует".

Из этого определения можно выделить по крайней мере три значения (характеристики) данного правового явления.

Actio - это иск, процессуальное средство правовой защиты; это обращение к суду с просьбой о защите нарушенного права.
Actio - это судебное производство, в котором осуществляется спор (agere iudicium).

Приведенные два значения следует отнести к процессуальным элементам actio. Но оно содержит также важный материально-правовой элемент, поскольку:

Actio - это само материально право, доказываемое истцом в споре (иск дается, то есть обращение к суду и последующая защита под надзором государства возможны, если есть материальное право, вытекающее из квиритского права или права магистратов).

Указанное сочетание процессуальных и материально-правового элементов отчетливо проявляются в следующем определении, содержащемся в Дигестах Юстиниана: "Иск есть ничто иное, как право лица осуществлять судебным порядком принадлежащее ему требование".

Таким образом, actio -это центральное понятие римского права, ибо оно включает в себя и способ защиты права, и способ приобретения права. Оба его элемента (процессуальное средство защиты и материальное право, подлежащее защите) составляют неразрывное единство. Материальное право может реализоваться только с помощью процессуального средства, а процессуальное средство не предоставляется без наличия материального права: нет иска - нет права.

Само римское право представляло собой систему исков (actiones) и развивалось оно благодаря предоставлению субъектам все новых исков.

Виды исков

Вещные и личные. Среди многочисленных различных исков необходимо выделить следующие важнейшие виды: actio in rem (вещный иск) и actio in personam (личный иск).

Юрист Павел противопоставляет право собственности на вещь, с одной стороны, и право требовать от другого лица что-либо сделать или чего-либо не делать (воздержаться от определенного действия), с другой стороны; право собственности (как и некоторые другие права) может быть нарушено любым третьим лицом, причем заранее неизвестно, кто именно является возможным нарушителем права. Поэтому принято говорить, что для защиты такого права иск дается против любого третьего лица, которое будет нарушать право данного лица; иск в этом случае называется actio in rem — вещный иск. Термин actio in rem показывает, что отвечает по иску тот, у кого находится вещь, или вообще тот, кто посягает на данную вещь. По современной терминологии это называется абсолютной защитой.

Вещный иск направлен на признание права в отношении определенной вещи (например, иск собственника об истребовании его вещи от лица, у которого эта вещь находится); ответчиком по такому иску может быть любое лицо, нарушающее право истца, ибо нарушителем права на вещь может оказаться каждое третье лицо.

Часто к вещным искам причисляют также actiones praeiudiciales, т. е. иски, направленные не на присуждение ответчика к чему-либо в пользу истца, а лишь на признание существования или несуществования какого-нибудь конкретного правоотношения. К числу их относятся, напр., иски о состоянии (о свободе лица, о свободнорожденности, о семейном положении его). Но многие ученые с этим не согласны¹. Вообще юридическая квалификация преюдициальных исков в современной литературе составляет предмет оживленного спора.

В противоположность actio in rem иск, именуемый actio in personam, дается для защиты провоотношения личного характера между двумя или несколькими определенными лицами. Actiones in personam направлена на выполнение обязательства определенным должником (например, требование платежа долга). Обязательство всегда предполагает одного или нескольких определенных должников; только они могут нарушить право истца, и только против них и давался личный иск. Например, А. обязался что-то сделать для В.; В. имеет право требовать совершения этого действия именно от А. и ни от кого другого. Следовательно, нарушить право В. в данном случае может только А., ибо никто другой не принимал на себя обязательства совершить для В. данное действие. Таким образом, возможный нарушитель такого рода права известен заранее и иск возможен только против этого лица. Поэтому иск в этом случае носит название actio in personam (личный иск). По современной терминологии это относительная защита.

Впрочем, иногда ответчик по личному иску определялся не прямо, а с помощью какого-то посредствующего признака; например, иск из сделки, совершенной под влиянием принуждения, давался не только против того лица, которое принуждало, но также и против всякого, кто получил что-либо от такой сделки. Такие иски назывались actiones in rem scriptae (подобные вещным искам).

Односторонние и двусторонние иски. Большинство исков суть односторонние иски, actiones simplices, т. е. роли истца и ответчика прямо противоположные, истец требует признания своего права и присуждения ответчика, ответчик требует, чтобы истцу было отказано в иске. Но в известных случаях обе стороны являются одновременно истцами и ответчиками, uterque actor est, et rei et actoris partes sustinet, истец отличается от ответчика лишь тем, что он первый обратился в суд. Такие иски называются двусторонними, actiones duplices. Сюда относятся три раздельных иска, iudicia divisoria (actio communi dividundo, actio familiae erciscundae и actio finium regundorum). Источники туда же относят также interdicta retinendae possessionis, но последние не всегда имеют характер двусторонних исков.

Иск строгого права и иск, построеный на принципе добросовестности.
Другое важное различие исков actio stricti iuris — иск строгого права и actio bonae fidei — иск, построеный на принципе добросовестности.
Основное значение этого различия заключается в том, что при рассмотрении исков строгого права судья связан буквой договора, из которого вытекает иск, при рассмотрении исков bonae fidei положение судьи свободнее, он имеет право принимать во внимание возражения ответчика, основанные на требованиях справедливости, хотя бы в формулу иска и не было включено особой эксцепции (например, при actio bonae fidei судья учитывает ссылку ответчика на dolus со стороны истца, т.е. на то, что истец допустил обман, даже если в формулу иска не включено специальной эксцепции по этому поводу).

К последним Гай (4. 62) причисляет следующие иски: actio empti, vendit, locati, conducti, negotiorum gestorum, mandati, depositi, fiduciae, pro socio, tutelae, rei uxoriae.

Особую разновидность исков представляли собою actiones arbitrariae. К числу таких исков относился ряд вещных и личных исков, направленных ad restituendum и ad exhibendum. Причина, по которой эти иски носили характер actiones arbitrariae, заключалась в том, что в классическом римском праве получил безусловное господство принцип: omnis condemnatio pecuniaria esse debet. Для истца этот принцип был связан с большими неудобствами, раз требование его было направлено не на денежную сумму, а, напр., на выдачу или передачу или предъявление какой-нибудь вещи. И вот в видах смягчения неудобств, связанных с pecuniaria condemnatio, для указанных выше случаев складывается такое начало: судья, убедившись в правоте истца, до постановления окончательного решения по делу произносит так называемую pronuntiatio, т. е. предлагает ответчику непосредственно удовлетворить истца выдачею или предъявлением искомой вещи, и лишь в том случае, если ответчик не подчиняется этому предложению, он присуждает его к уплате соответствующей суммы денег, причем, по общему правилу, допускается невыгодная для ответчика оценка убытка истца. Actiones arbitrariae тоже утратили в настоящее время практическое значение, так как теперь всякое судебное решение обязывает ответчика к исполнению непосредственного требования истца и подлежит, поскольку это возможно, принудительному осуществлению.

В классическом праве редко попадаются формулы, в которых не указывалась бы aequitas как принцип решения.

Actiones directae и utiles. – иск по готовой формуле и иск по аналогии. Именно во всех тех случаях, где претор пользовался уже готовой формулой, лишь видоизменяя ее и приспособляя ее тем самым к новым случаям, не подходившим под старую формулу, первоначальный иск называется actio directa, построенный по типу его - actio utilis. В частности, все преторские actiones in jus conceptae обязательно были actiones utiles по сравнению с теми цивильными исками, из которых они выросли, благодаря включению в формулы последних разных оговорок. Но этим дело не ограничилось. Встречаются и utiles in factum actiones. Именно претор мог, создавая новый иск применительно к существующему уже иску, избрать прототипом не только цивильный иск, но и созданный им уже раньше преторский иск с intentio in factum concepta, видоизменяя опять-таки эту интенцию путем разных вставок и оговорок. Тогда получался новый иск, конципированный in factum и являющийся по отношению к своему прототипу utilis in factum actio.

Данный иск можно по сути назвать одним из средств для осуществления правотворчества без изменения буквы закона. Эту разновидность исков можно пояснить на следующем примере. Если одно лицо неправомерно уничтожает или повреждает чужое имущество, то по Аквилиеву закону (республиканского периода, приблизительно III в. до н.э.) причинитель вреда отвечает лишь при условии, если вред причинен согроге corpori, т.е. телесным воздействием на телесную вещь. С помощью иска (из Аквилиева закона) в форме utilis претор распространил защиту потерпевшего вред и на те случаи, когда вред причинен виновным образом, но без непосредственного телесного воздействия на вещь (например, лицо виновным образом уморило чужое животное голодом).

Actiones rei persecutoriae, poenales, mixtae. По объему и цели имущественные иски делились на три группы:

a) иски о вознаграждении, actiones persequendae causa comparatae или actiones rei persecutoriae; они имеют целью доставить истцу то, что при нормальных условиях должно было поступить в его имущество или чего он при нормальных условиях не должен был лишиться; к этим искам, по общему правилу, относятся вещные иски и иски по договорным обязательствам:

b) иски штрафные, actiones poenales или poenae persequendae causa comparatae, дают истцу право требовать уплаты известной денежной пени, превышающей, по общему правилу, размер убытка его; эти иски предполагают совершение правонарушения со стороны ответчика, т. е. вытекают ex delicto (сюда относится, напр., actio furti);

c) иски смешанные, actiones mixtae id est, tam rei, quam poenae causa comparataе, - это иски, преследующие ту и другую цель. Сюда относятся, напр., actio vi bonorum raptorum, actio legis Aquiliae и др. Иногда штрафной элемент примешивается к ним в том только случае, если привходит какое-нибудь особое обстоятельство, напр., ответчик не удовлетворяет истца вплоть до самого постановления судебного решения или отрицает правильность притязания истца. В современном римском праве большинство штрафных и смешанных исков отпало.

Впрочем, с точки зрения ответчика можно назвать штрафными все те иски, по которым он не только обязан выдать то, что неправильно к нему поступило, но, сверх того, отвечает и остальным своим имуществом, хотя бы с точки зрения истца иск имел характер простого иска о вознаграждении. И такие иски называются в источниках actiones poenales. Савиньи называет такие иски односторонними штрафными исками².

Исторически важное делением называет Гримм³ деление исков на Actiones civiles и honorariae, т. е. иски, основанные на цивильном праве, и иски, введенные магистратами, в частности, преторами и курульскими эдилами (actiones praеtoriae и actiones аedilicae).

Иски периода экстраординарного процесса. Actiones ordinariae, extraordinariae и interdicta. Actiones ordinariae были иски, которые, после предварительного разбора in jure перед магистром, переходили на рассмотрение присяжного судьи или судебной коллегии; эта вторая стадия производства называлась производством in judicio. Actiones extraordinariae назывались иски, которые окончательно разрешались магистратом. Это различие, имевшее важное значение при формулярном процессе, отпало вместе с падением этого процессия. Именно в позднейшем императорском праве omnia judicia extraordinaria facta sunt. Интердикты первоначально были условные приказы претора, издаваемые в известных случаях по ходатайству одной из сторон; если противная сторона не желала подчиниться приказу, то он не приводился непосредственно в исполнение, а служил лишь основанием для дальнейшего производства. С течением времени этот порядок испрашивания ad hoc приказов у претора вышел из употребления; вместо того стали прямо предъявлять иски, ссылаясь на общие формулы интердиктов, изображенные в эдикте, так назыв. interdicti actiones (т. е. иски, основанные на интердикте); обыкновенно эти иски называются просто интердиктами.

Actiones privatae и populares. – иски частные и публичные. В некоторых случаях римское право разрешало всякому гражданину, в качестве представителя всего общества, предъявлять иск против лица, нарушившего какое-нибудь постановление закона или эдикта, изданного в защиту общественных интересов. Это - так назыв. actiones populares, в противоположность которым остальные иски назывались actiones privaae. В настоящее время actiones populares более не встречаются.

Специальную категорию составляли кондикции (condictione). В чем состояло отличие кондикции от асtiones, спорно. Можно определить кондикции как иски, основанные на цивильном праве, в которых не указывалось, из какого основания они возникали (абстрактные иски). Например, истец мог потребовать с помощью кондикции платежа известной суммы, причем в формуле иска не указывалось (и это было безразлично), обязан ли ответчик уплатить эту сумму по договору займа или на основании специального письменного договора и т.п., лишь бы долг в этой сумме существовал.

Типизация исков

Преторский эдикт публиковал в систематическом порядке формуляры отдельных исков. Они излагались применительно к существующей системе правоотношений, для которых вырабатывался соответствующий иск. Естественно, все иски формулярного процесса получили характеризующие их с материальной стороны индивидуальные наименования, например actio empti, actio venditi, rei vindicatio, аctio ficticia. Индивидуальность этих исков нужно понимать, конечно, не буквально и конкретно, а как обозначение типов крупных институтов. Пользуясь этими формулярами-типами для конкретных лиц и отношений, преторы придавали искам действительно индивидуализированный характер.

Вот описания некоторых из этих исков:

Actio ficticia (иск с фикцией). В тех случаях, когда претор признавал необходимым распространить предусмотренную законом защиту на какое-то новое, не предусмотренное в законе отношение, он иногда предлагал (в формуле) судье допустить существование некоторых фактов, которых в действительности не было, и с помощью такой фикции подвести новое отношение под один из существующих исков. В формуле этот прием выражался следующим образом: если окажется то-то и то-то, в таком случае, если бы было то-то, ты, судья, присуди, и т.д. Например, когда назрела потребность допустить передачу требования от одного лица к другому, то для защиты нового лица претор стал давать иск, в котором судье предлагалось предположить (допустить фикцию), что новое лицо (которому передано право требования) является наследником первого лица (а на наследника переходили права и обязанности) (см. ниже, разд. VIII). Тем самым лицо, которому передано право требования, получало исковую защиту.

Иск, построеный на принципе добросовестности. При рассмотрении исков bonae fidei положение судьи свободнее, он имеет право принимать во внимание возражения ответчика, основанные на требованиях справедливости, хотя бы в формулу иска и не было включено особой эксцепции (например, при actio bonae fidei судья учитывает ссылку ответчика на dolus со стороны истца, т.е. на то, что истец допустил обман, даже если в формулу иска не включено специальной эксцепции по этому поводу).

Rei vindicatio. Истцом является невладеющий собственник. Ответчиком является владеющий несобственник, притом не только юридический владелец, но и detentor; последний, однако, может уклониться от участия в деле путем указания того лица, от имени которого он держит вещь, так назыв. Laudatio, или nominatio auctoris. Источники в двух случаях допускают виндикацию против fictus possessor, т. е. против лица, которое, несмотря на то, что не владеет вещью, рассматривается как владелец, именно:

а) против того, кто, не владея вещью, умышленно вступил в спор, выдавая себя за владельца, qui liti sese obtulit;

b) против того, кто умышленно перестал быть владельцем вещи - qui dolo malo desiit possidere. Иск против fictus possessor, впрочем, представляет собою скорее квалифицированный личный иск об убытках, чем иск о собственности, что явствует, между прочим, из того, что, получив вознаграждение от fictus possessor, собственник сохраняет право виндицировать вещь у настоящего владельца ее, verus possessor. Объектом виндикации может служить определенная отдельная вещь или интеллектуальная часть вещи, а при недвижимостях и реальная часть участка - locus certus ex fundo, и совокупность вещей, напр., стадо.

Виндикация направлена на признание права собственности и на выдачу самой вещи с ее приращениями. Ответственность перед истцом ответчика различествует, смотря по тому, является ли он добросовестным или недобросовестным владельцем. Добросовестный ответчик не отвечает вовсе за пропажу или ухудшение вещи (и приращений ее), поскольку то или другое произошло вследствие действия случая (casus), и, сверх того, он отвечает за dolus и culpa только с момента литисконтестации (ибо, как добросовестный владелец, он до предъявления иска, очевидно, не мог находиться in dolo, не зная о притязании противной стороны, а небрежное обращение с вещью должно быть признано простительным, так как владелец думал, что имеет дело со своею собственностью).

Недобросовестный ответчик отвечает не только за dolus и culpa за все время, пока он владел вещью mala fide, но, сверх того, с момента литисконтестации и за случайную пропажу или ухудшение вещи, если только он не докажет, что соответствующий убыток постиг бы истца даже в том случае, если бы вещь была ему передана при самом возбуждении спора. Вор отвечает за casus и до литисконтестации. Если ответчик (все равно, добросовестный ли он или недобросовестный владелец) будет присужден к выдаче спорного объекта и не пожелает добровольно выдать его, то он считается строптивым. В классическом праве для таких случаев не существовало прямых средств принудить ответчика к выдаче вещи. Судья мог только постановить arbitrium de restituendo - предложение выдать вещь истцу; если ответчик не соглашался, то истец мог принести jus jurandum in litem, клятвенную оценку своего убытка, и ответчик присуждался к уплате соответствующей суммы денег (такое положение вещей вытекало из принципа: omnis condemnatio pecuniaria esse debet). Юстиниан определил, что истцу присуждается самая вещь; от истца же зависит, если ответчик отказывается выдать вещь, добиться выдачи ее в порядке принудительного исполнения решения или же согласиться на переоценку убытка на деньги (litis aestimatio), причем допускается jus jurandum in litem: в последнем случае дело рассматривается так, как будто вещь продана истцом ответчику.

Кроме самой вещи ответчик обязан выдать и omnis causa, т. е. плоды и другие приращения, напр., половину клада, найденного в спорном участке.

Признание исков и возражение против них

В случаях признания ответчиком требований истца решение могло последовать уже в первой стадии производства (in iure).

Институт признания еще в XII таблицах занимал место в процессе, так как там упоминался признанный должником долг aes confessum наряду с судебным решением. Найденные в 1933 г. отрывки Гая, передавая формулы двух legis actiones - через испрошение судьи и через кондикцию, вносят ясность в это дело и свидетельствуют, что как признание ответчиком требований истца, так и отрицание им этих требований в названных формах процесса совершались путем формальной постановки истцом запроса ответчику с вызовом ответить "да" или "нет" - postulo aies an negas - требую, чтобы ты сказал "да" или "нет" (Гай, 4. 17. 17-а). Когда ответчик отрицал свой долг, он отвечал "не должен" - non oportere, - процесс развивался дальше и передавался in iudicium. Такого продолжения процесс, очевидно, не имел, когда ответчик отвечал утвердительно - признанием своего долга, и за этим следовало подлежащее исполнению присуждение в пользу истца.

Наряду с признанием на суде личных требований из обязательств известна другая форма признания права истца на вещи, но связанная с передачей права собственности. Она свершалась не путем формальной манципационной сделки, а судебной уступкой - in iure cessio - доведением дела до разбирательства in iure, когда уступающий свое право на вещь на вызов приобретателя заявить свои права, отвечал или отрицанием, или молчанием.

Здесь молчание или отрицание ответчика приравнивается к его согласию (молчаливому). Формальные вопросы одной стороны и принятие другой стороной какого-либо из двух положений завершаются процессуальным присуждением вещи истцу претором. Магистрат основывает свое решение на ответе вызываемой стороны и процессуально легализирует сделку сторон.

В формулярном процессе институт судебного признания принял определенно выраженный лично-правовой характер. Ответчик, признавая себя обязанным что-либо уплатить, уподоблялся тому, кто при иске на вещь уступал ее в форме признания. Признавший требование, по мнению Дождева, выносил как бы решение по собственному делу.⁴

Confessus pro iudicato est qui quodammodo sua sententia damnatur (D. 42. 2. 1).

(Признавший считается присужденным, будучи как бы приговорен собственным решением.)

Когда ответчик признавал существование требования, направленного на вещи, или основание этого требования, но не его размер, возникали затруднения. Сначала вопрос разрешался путем передачи для разрешения судьей в следующей стадии - in iudicio.

Notandum est quod in hac actione, quae adversus confitentem datur, iudex nou rei iudicandae, sed aestimandae datur: nam nullae partes sunt iudicandi in confitentes (D. 9. 2. 25. 2).
(Следует отметить, что при том иске, который дается против признающего, судья назначается не для решения дела, а для его оценки: ведь по отношению к признающим нет никаких (спорящих) сторон для присуждения.)

Однако при этом порядке против сделанного in iure признания ответчик мог in iudicio выступать с опровержениями и таким образом обессиливать его. В последующей четверти II в. был принят сенатусконсульт, на основании которого выработалось правило, что последовавшее in iure признание вело за собой постановление, завершающее спор по данному пункту, особенно при исках на вещи. Такое постановление окончательно устанавливало право истца на вещь - rem actoris esse.

Ответчик может защищаться трояким образом против предъявленного к нему иска:

a) он отрицает те факты, на которых, якобы, основано право истца; доказать в таком случае наличность этих фактов составляет обязанность истца;

b) он приводит другие факты, из которых явствует, что право, несмотря на приведенные истцом факты, не могло возникнуть или должно было прекратиться, так что, во всяком случае ко времени предъявления иска, это право уже не существует; onus probandi в таких случаях падает на ответчика;

c) наконец, ответчик, не отрицая самого права истца, противополагает этому праву такое обстоятельство, которое, раз на него будет сделана ссылка, парализует судебное осуществление права истца навсегда или на время, напр., иску о собственности ответчик противополагает свое право узуфрукта на спорную вещь, или иску об исполнении договора он противополагает ссылку на обманный образ действия истца, допущенный им при заключении договора; в первом случае ответчик ссылается на самостоятельное встречное право, во втором - на известный факт; и в этих случаях onus probandi падает на ответчика. Ссылка ответчика на такое обстоятельство, парализующее судебное осуществление права истца, называется возражением, exceptio в тесном или материальном смысле.

Понятие, виды и основания эксцепции.

Понятие эксцепции определяют два юриста - Ульпиан и Павел:

Exceptio dicta est quasi quaedam exclusio, quae opponi actioni cuiusque rei solet ad excludendum id quod in intentionem condemnationemve deductum est (D. 44. 1. 2. Ulpianus).
Эксцепция названа так, будучи как бы некоторым исключением, которое обычно противопоставляется иску по какому-нибудь делу, для исключения того, что требуется в интенции или кондемнации.
Exceptio est conditio quae modo eximit reum damnatione sive modo minuit damnationem (D. 44. 1. 22. pr. Paulus).
Эксцепция есть условие, которое или изъемлет ответчика от присуждения, или только уменьшает присуждение.

Из этих двух определений можно уже установить, что по содержанию эксцепции направлены на освобождение ответчика от присуждения или на уменьшение этого присуждения. Ульпиан добавляет, что эксцепция, будучи противопоставлена иску, стремится исключить не только присуждение, но и самое основание иска, выраженное в интенции. При таком широком понимании римскую эксцепцию можно было бы определить как противопоставляемое иску и его проведению юридическое препятствие, важность которого не вытекает сама собой из иска, а потому может быть рассматриваема судьей только в том случае, если на это указывает особая часть формулы.