Поощрение и наказание в работе социального педагога

25

ВВЕДЕНИЕ

Одной из наиболее актуальных и важных проблем в современной социально-педагогической деятельности является применение поощрения и наказания, как метод стимулирования, воздействия на поведение учащегося.

От поведения и мотивации учащегося на половину зависит успех педагогического процесса.

              Зачастую наказание и поощрение являются чуть ли не основными инструментами взаимодействия педагога с учащимися, причем все эти методы безусловно изабилируют  многообразием видов и форм, специфических проявлений в зависимости от индивидуальности и опыта учителя. Возможно именно из-за широты диапазона способов коррекции поведения, возникает множество споров между педагогами, детьми и родителями. Все чаще конфликты на этой почве освещаются в СМИ, выходя за рамки отдельно взятого педагогического взаимодействия и перетекая в общесоциальную проблему. Тем самым появляется новая плоскостная ниша социально-педагогической деятельности.

Не удивительно, что мнения и взгляды диаметрально разнятся среди педагогов и психологов на использование поощрений и наказаний в воспитании современного человека. Бытует мнение, что поощрение и наказание вообще не уместны применять в эффективном педагогическом процессе, хотя это мнение скорее теоретиков и далеко от практической деятельности воспитания в школе. Другие предполагают, что наказание должно превалировать над поощрением, воизбежании избалования. Причина такого положения в том, что в педагогической теории нет ясного понимания сущности поощрения и наказания как воспитательных средств. Порой к наказаниям относят лишь порку, воздействие грубым насилием, а к поощрениям – только награды, подарки. Иногда же, напротив, всякое одобрение считают поощрением, любое осуждение объявляют наказанием. Итогом служат крайние и взаимоисключающие друг друга подходы в теории, которые отрицательно сказывается и на практике использования поощрения и наказания

Проблемой использования методов поощрения и наказания занимались К.Д. Ушинский, Л.Н. Толстой, В.А. Сухомлинский, А.С. Макаренко, Л.Ю. Гордин, Н.Е. Щуркова, В.Ю. Питюков.

Таким образом, актуальность данной проблемы обосновывает основную цель: определить условия воздействия поощрения и наказания на ребёнка.

Объект исследования – учебно-воспитательный процесс.

Предмет исследования – методы поощрения и наказания, применяемые в процессе воспитания учащихся

В связи с поставленной целью и задачами нами была выдвинута гипотеза: использование поощрения и наказания будет продуктивным, если качественно провести диагностические исследования с помощью вопросов, а также, если учитывать возрастные особенности учащихся.

Для реализации поставленной цели и проверки выдвинутой гипотезы в исследовании были определены следующие задачи:

1. Изучить психолого-педагогическую литературу по проблеме исследования.

2. Определить роль и место поощрения и наказания в педагогическом процессе.

3. Проанализировать опыт использования методов в педагогическом процессе взаимодействие учителя и учеников.

4. Определить условия воздействия поощрения и наказания на ребёнка.

В соответствии с целями и задачами были использованы такие методы исследования, как теоретический анализ психолого-педагогической литературы, опрос, наблюдение, тестирование, изучение передового опыта, математические методы и анализ результатов.

Курсовая работа состоит из введения, двух глав, заключения, списка литературы и приложений.

ГЛАВА I. Поощрения и наказания в социально-педагогическом процессе: за и против

1.1 История проблемы поощрения и наказания в воспитании детей в историческом и социально-психологическом аспектах.

В процессе воспитания любого ребенка, так или иначе применялись методы поощрения и наказания.

Эти понятия обычно воспринимаются как антиподы. Между тем смысловая гамма этих понятий чрезвычайно широка. Одни из этих значений сильно расходятся, другие же, напротив, весьма сближаются.

Так, например, «поощрение» означает «одобрение», «содействие», «ускорение», «стимулирование» и т. п. «Наказание», в свою очередь, означает «наставление», «выговор», «кару», «требование», «штраф», «стимулирование» и пр.

Педагоги утверждают, что наказание имеет тройное значение. Во-первых, оно должно исправить вред, причиненный дурным поведением. И ребенок обязан убрать небрежно разбросанные вещи, починить по возможности сломанную или разбитую вещь. Из своих карманных денег хотя бы частично возместить стоимость причиненного кому-либо ущерба.

  Во-вторых, наказание способствует тому, чтобы такие действия не повторялись. Оно имеет отпугивающий, устрашающий смысл, о чем мы уже говорили. Но третье, и, по всей видимости, главное значение заключается в снятии вины. "Провинность" представляет собой определенное отчуждение, преграду, неуверенность во взаимоотношениях с провинившимся. Грядущее наказание должно смыть эту вину. Тем самым в наказании усматривается элемент высшей справедливости, которую виноватый признает и принимает.

Из этого следует, что\если мы наказываем ребенка из-за собственной нетерпеливости или плохого настроения, а также по причине находящих на нас приступов злобы, то свое самочувствие мы немного улучшаем, но с точки зрения воспитательной наше поведение не только расходится с целью, но и приносит вред. Ребенок с минуту страдает, может, и плачет, просит прощения, но в его понятия о справедливости это не укладывается, он не ощущает за собой необходимого чувства вины, нет и облегчения и урока на будущее.

    А как обстоит дело с поощрением? Оно как воспитательное средство более действенно. Если наказание лишь останавливает дурные действия, то поощрение ориентирует на хорошие и закрепляет их. Под поощрением нельзя понимать конфеты, футбольный мяч или велосипед за школьные успехи.

   Лучшая награда для ребенка - сознание того, что он принес радость любимым людям, а подарок в придачу лишь символизирует это. Там, где символ становится главным и самоцельным, где лишь он заставляет ребенка хорошо вести себя, - в семье что-то неладно.

     Если за любую ошибку ребенка ждет наказание и ничего больше, ребенок не научится правильному поведению. Кроме того, он будет бояться того, кто наказывает, стремиться обмануть его, чтобы избежать наказания. Никакие упреки и наказания не сделают школу привлекательнее для менее одаренного ребенка. Но если за каждый маленький успех хвалить и ободрять его, появится надежда, что он будет работать с удовольствием и полной отдачей.

    Поощрение и наказание - основные воспитательные средства. Это означает, что с их помощью мы достигаем определенной воспитательной цели. Цель наказания, таким образом, не потопить грешника, а спасти и вытянуть.Способ для этого – прощение.

   Прощение - это не награда, а освобождение от напряжения вины, ожидаемого или уже полученного наказания. Это, по сути, примирение. Как любое освобождение, прощение рождает добрые чувства к освободителю. Только тогда ребенок будет любить наказывающего отца или мать, и переживать новые проступки как стремление исправиться, помириться, хорошо вести себя впредь.

  Но и здесь следует избегать крайностей. Никогда ничего не прощать означает бесчувственное, бесчеловечное, антипедагогичное поведение. Оно лишь углубит пропасть между воспитателем и ребенком. Но всегда с готовностью прощать все - значит потерять авторитет и возможность влиять на ребенка.

   Вопрос о поощрениях и наказаниях воспитания детей является в педагогике одним из самых запутанных, более того - щепетильных. Ведь исходя из идеалов гуманизма ребенка нельзя наказывать ни в коем случае, а поощрением для него должно являться только чувство переживания успеха, ощущение личностного роста. Не случайно дисциплинарные воздействия прочно отождествляются с авторитарной педагогикой. А их применение считается уделом жестокого от своей профессиональной беспомощности учителя, следствием плохо организованной работы в образовательном учреждении.

   K сожалению, действительность всегда была далека от прекраснодушных идеалов, и вся реальная история педагогики - это, по сути дела, история поощрений и наказаний.

    Кстати, наиболее мягко обстояло с этим дело на заре цивилизации - в первобытном обществе, где обдуманные "хладнокровные" наказания вообще не применялись. В сильном раздражении взрослый мог прикрикнуть на ребенка или шлепнуть его. Но чаще всего он ограничивался угрозой, например, стучал палкой по следам ребенка, не прикасаясь к нему, давая, таким образом, выход накопившемуся раздражению и как бы предупреждая о том, что может сделать, если выйдет из себя. Средством же поощрения преимущественно служило одобрение взрослым поступков ребенка.

   Однако по мере становления школы как социального института наказание и поощрение решительно выходят на авансцену педагогической деятельности. Причем в цивилизациях Древнего Востока физическое наказание отнюдь не рассматривалось как способ унижения ученика, трактовалось не столько как дисциплинарное, сколько в качестве эффективного и удобного в применении дидактического средства. Так, например, в Египте телесное наказание использовалось в школах настолько часто, что понятия "учить" и "подвергать телесному наказанию" обозначались одним и тем же иероглифом со значком бьющей руки. Именно в Египте впервые появилось сакраментальное выражение: "Ухо мальчика на спине его, он слышит, когда его бьют". Впрочем, поркой дело не ограничивалось, непокорных учеников, бывало, даже заковывали в колодки. Разумеется, такой подход отражал особенность древнеегипетской педагогики: она рассматривала ребенка как незавершенного взрослого, сознательно игнорируя специфику детского возраста.

   Впрочем, педагогическая жестокость опиралась на Востоке на традиции семейного воспитания. В "Притчах Соломона" (начало I тыс. до н.э.) рекомендовалось широко применять телесные наказания: "Кто жалеет розги свои, тот ненавидит сына, а кто любит, тот с детства наказывает". В Талмуде также подчеркивалось, что жестокое воспитание на ранних стадиях развития ребенка - залог его хорошей судьбы, а отец, бьющий дитя, его спасает. Более того, существовала традиция самых суровых наказаний, вплоть до лишения жизни провинившегося ученика или воспитанника.

  Неудивительно, что такой суровый подход к ребенку был вообще присущ древневосточной педагогике. В Месопотамии это, например, отразилось в поговорках: "Глупость привязана к сердцу мальчика, но посох назидания удалит ее от него", "Посох и обличение даст мудрость, а мальчик, оставленный без надзора, посрамит мать свою". В целом, запрет, упрек, телесное наказание - все, что не давало личности возможности выйти за установленные обществом рамки, рассматривалось как основное средство воспитания.

   Причины этого различны: здесь и традиции семейного воспитания, и стереотипы школьной педагогики - каждое новое поколение учителей наследовало палочную дисциплину, жестокое отношение к ученикам в отместку за собственные страдания (своеобразная "дедовщина"). Но сказывались и недостатки методики обучения: объем учебного материала, который должен был наизусть выучить школьник, превышал физиологические возможности человеческого мозга.

  Что же касается поощрений, то преимущественно, кроме традиционного одобрения, похвалы, использовался своего рода стимул перспективы. Тексты, по которым обучались письму и чтению, содержали оды, воспевающие прекрасную жизнь чиновников, ради которой можно и потерпеть тяготы обучения. Другим методом была соревновательность: ученику постоянно внушалась мысль, что он должен превзойти в знаниях своего товарища.

  Подчеркнем, что по мере развития общества поощрение все чаще трактуется как эффективное воспитательное средство: "Награда и палка одинаково весят в руке мудреца". В египетской же педагогике эллинистического времени (III-I вв. до н.э.) телесное наказание вообще больше не воспринималось как универсальное. На первый план начинают выступать внутренние, нравственные мотивы человеческого поведения: "Бог письма поместил на земле палку, чтобы воспитывать глупца. Для умного же сотворил он стыд".

  Оригинальные меры поощрения и наказания использовались в еврейских школах в период Талмуда (I-II вв. н.э.). В школах ставились семь скамеек, и близость места сидения ученика по отношению к педагогу точно соотносилась с его успехами. Излишне жестокое отношение к воспитанникам прощалось, если данный учитель успешно преподавал. Однако в III-V вв. начинает усиливаться тенденция к сведению телесных наказаний до минимума. Были разработаны подробные инструкции, которые ограничивали процедуру наказаний, более того, учителя, переусердствовавшие в битье, строго наказывались.

  Конечно, применение телесных наказаний неразрывно было связано с уровнем профессиональной квалификации педагога, ступенью обучения. Наиболее часто они практиковались в начальной школе, у малознающих педагогов. Про таких в Арабском халифате складывались уничижительные поговорки типа: "Этот человек глупее учителя начальной школы", "Не ищи совета у учителя, пастуха и дамского угодника".

  В Индии же, где телесные наказания не поощрялись, а образованность чрезвычайно высоко ценилась, существовал пиетет перед наставником, и считалось, что "если ученик злословит по адресу учителя, то становится ослом, если насмехается - собакой, унижающий становится червем, завистливый - насекомым".

  А вот в средневековом арабском мире плетка была непременным атрибутом процесса обучения не только в обычных, но и в аристократических школах. Многие халифы позволяли пороть собственных детей. Даже великий Авиценна говорил о важной роли "руки" при обучении ребенка. Вместе с тем постепенно складывается и целая методика применения наказаний. Считалось, что они должны варьироваться в зависимости от индивидуальных особенностей школьников. Причем телесное наказание допускалось только как крайняя мера и его ни в коем случае нельзя было превращать в избиение. Число ударов ограничивалось тремя. Не подвергались телесному наказанию дети до десяти лет, а педагогу запрещалось наказывать в гневе или поручать старшему ученику пороть того, кого он обучает.

Руси слово «наказать» означало «учить», «наставлять». И всё же, не смотря на «антиподство», поощрение и наказание имеет точки соприкосновения.

В теории и практике воспитания широко распространена точка зрения, согласно которой всякое одобрение, похвала, выражение доверия и педагогическое воздействие, рассчитанное на стимулирование положительных эмоций воспитанника, принято называть поощрением. К наказаниям относят любое осуждение, угрозу, порицание. Их назначение — коррекция поведения детей в определенных сложных ситуациях [28, стр. 86-91].

Педагоги утверждают, что наказание имеет тройное значение: оно исправляет вред, причинённый дурным поведением; способствует тому, чтобы такие действия не повторялись, т.е. имеет отпугивающий характер; снятие вины.

В прежние времена личность рождалась в унижении. Можно назвать пословицы, в которых это проявляется:

- Кнут не мука, а впредь наука.

- Не слушался отца, послушаешься кнутца.

- Не слушаешь духа кротости, так палкой по кости.

- До двух раз прощают и в третьи бьют.

Но уже в то время народ пытался отходить от принципов физического наказания:

- Детей наказывай стыдом, а не грозою и бичом.

- Виноватого бог простит, а правого царь пожалует.

Но с ослаблением страха телесных наказаний, – писал П. Ф. Каптерев, - вследствие постепенного изгнания последних, многие признавали совершенно необходимым возбуждать в детях страх более тонкий и деликатный — страх духовных страданий, страх мучений уязвленного самолюбия, неудовлетворенного честолюбия и тщеславия, мук соперничества, борьбы, поражений. В школах были введены ряд позорящих наказаний, задевающих самолюбие, а с другой – множество наград...

Позорящие наказания были довольно разнообразны и состояли в лишении какой-либо части костюма (например, передника в женских школах), вождение виновного по всей школе, в сажании за последнюю парту или стол, в постановке дурных отметок, в записывании в черную книгу, и т. п.» [12, стр. 8]. 

К. Д. Ушинский считал, что если школа и семья разумно организуют весь процесс обучения и вос­питания детей, то перед ними никогда остро не будет стоять вопрос о наказании и других «излечивающих» мерах. Лучше, если воспитатель добьётся того, что поощрения и наказания станут ненужными» [31, стр. 151]. «Также воспитатель не должен никогда хва­лить дитя в сравнении с другими, но только в сравнении с его собственным прежним несовершенством или, еще луч­ше, в сравнении с нормою того совершенства, которое до­стигается», – писал он. Большое значение придавал в деле нравственного воспитания моральному поощрению. «Дети, – писал он, – ненавидят учителей, от которых никогда не дождёшься одобрения или признания того, что хорошо сделано... Это убивает стремление к совершен­ству».

А. И. Герцен утверждал, что воспитатель мстит детям наказаниями за свою неспособность. А. Дистервег считал, что меры наказания «большей частью и бесполезны, и не нужны там, где обучение ведётся правильно, то есть согласно природе ребенка и природе самого предмета обучения... Наказание вообще должно ставить себе целью устранение наказаний» [7, стр. 212].

В. Н. Худяков определял наказание как метод педагогического воздействия, который должен предупреждать нежелательные поступки, тормозить их, вызывая чувство вины перед собой и другими. По его мнению, суть наказания заключается в том, чтобы ребенок пережил чувство раскаяния, проанализировал свое поведение и деятельность, сделал соответствующие выводы.

М.В. Ломоносов же предлагал использовать поощрения и наказания. Особо отли­чившихся награждали золотыми и серебряными медалями, книгами, математическими приборами «в присутствии всей гимназии». В каче­стве наказаний Ломоносов применял выговоры, угрозы. За «постыд­ные шалости» наказание осуществлялось на глазах всех учащихся. Рас­пространенные в школах телесные наказания, по сложившейся тради­ции, применялись и Ломоносовым, хотя он рекомендовал использовать их как исключительную меру, в отдельных случаях, не причиняя этим вреда здоровью детей. Как метод и как условие воспитания и обучения Ломоносов расце­нивал порядок и дисциплину.

В воспитании и образовании Ломоносов считал важными такие методы, как убеждение и пример.

Неосуществимость этих и подобных высказываний становилась очевидной при первом столкновении с действительностью. Но сам факт отрицания этой действительности был прогрессивным явлением.

Важна и роль А. С. Макаренко. Он считал, что нужно чаще поощрять, а наказывать изредка, только если это необходимо. В наше время среди педагогов бытуют самые разные взгляды на воспитание детей. Ш.А. Амонашвили же считает, что нужно поощрять, а наказывать не нужно совсем.

Но единого подхода в воспитании детей нет. Один и тот же подход к разным детям не дает одинаковых результатов. Объясняется это тем, что, сколько детей, столько разных характеров, отдельных, присущих только одному ребенку и неповторимых в другом индивидуальных качеств. Каждому, кто имеет дело с воспитанием детей, необходимо учитывать его индивидуальные и возрастные особенности при выборе методов воспитательного воздействия.

Необходимость использования поощрений и наказаний в каждом конкрет­ном случае вытекает не из какой-то «шкалы» пороков и добродетелей, за которые следует строго отмеренная доза карательных мер и наград, а из реально проявляющейся в данной педагогической ситуация потребности в коррек­ции поведения детей.

Поощрение - сильный регулятор поведения, с его помощью научение происходит быстрее. Но не всякое поощрение может приносить пользу, как и наказание не всегда вредно – в воспитании нет плохих или хороших приемов, а есть уместные или неуместные.

  Поощрение и наказание могут осуществляться в двух формах: материальной и психологической (духовной). Современное общество предпочитает материальную форму поощрения и наказания, т.е. "Куплю конфету – не куплю конфету".

Это характерно и для семьи, и для школы. Редко используется психологическая форма, т.е. такие особенности взаимодействий и взаимоотношений людей, в которых проявляется одобрение (внимание к ребенку, сопереживание ему, поддержка, вера и т.д.) и наказание (огорчение, обида, показное равнодушие, сердитость, в крайних вариантах гнев). Естественно, что использование психологических средств требует не только больше душевной отдачи, но и вполне определенного актерского мастерства. Недаром А.С. Макаренко писал, что учителем нельзя стать до тех пор, пока не научишься произносить слова "Подойди сюда" с 20 разными оттенками в голосе. Использование только материальных форм поощрения и наказания воспитывает человека зависимого, с низким самоконтролем,  который, в основном, ориентируется по обстановке: "Попадусь – не попадусь". Использование психологической формы воздействия формирует совесть как внутренний механизм контроля поведения.

   Человеку в день нужно не менее 8 "поглаживаний", желательно, разных по способу и степени проявления.

      Особенно в похвале нуждаются следующие категории детей:

      дети с комплексом неполноценности, основанным на их действительных    недостатках. Без похвалы такие дети страдают. Эта похвала – пособие и подарок для неимущих;

      дети с обоснованным комплексом "сверх полноценности" (действительно талантливые дети). Для них похвала – гормон роста, они знают о своих преимуществах, но нуждаются в признании окружающих. Если детей не хвалить, они не завянут, но и не расцветут;

      самолюбивые дети с повышенной чувствительностью к оценке. Им похвала в принципе вредна, но без нее они не могут обходиться. Выход: не хвалить открыто, но сообщать ребенку безоценочные сведения о его реальных достоинствах, избегая сравнений с

1.2 Классификация видов и форм поощрения и наказания.

Рассматривая поощрение и наказание  следует отметить, что это прежде всего совокупность мер (средств) педагогического воздействия , с целью изменить поведение в благоприятную сторону. Как правило наказание и поощрение неотъемлемо связаны друг с другом в целостном социально-педагогическом процессе.

Поэтому некоторые ученые классифицируя средства воздействия  стараются не разделять эти антонимы. Л.Ю. Гордин классифицирует по способу стимулирования и тормо­жения деятельности детей, способу внесения изменений в их отношения следую­щие виды поощрения и наказания:

1. Поощрения и наказания, связанные с изменением в правах детей.

2. Поощрения и наказания, связанные с изменениями в их обязанностях.

3. Поощрения и наказания, связанные с моральными санкциями.

Внутри каждой из этих групп поощрений и наказаний большое разнообразие форм их использования, однако их тоже можно подразделить на следующие основные формы:

а) поощрения и наказания, осуществляемые по логи­ке «естественных последствий»;

б) традиционные поощрения и наказания;

в) поощрения и наказания в форме экспромта [6, стр. 151].

Кудрявцева О.А. напротив разграничивает эти обязанности, предлагает свою классификацию видов поощрения:

1. "Компенсация". Используется для тех детей, у которых чего-то серьезно не хватает (физический недостаток, плохой характер, неудачи в жизни). Их надо хвалить за то, что есть у них хорошего, не обязательно достигнутое ими самостоятельно (лучше не злоупотреблять такой похвалой, ибо такие дети могут превратиться в избалованных деспотов).

2. "Аванс" – это похвала за то, что будет, опережающий тип. Он внушает человеку веру в себя. Наша вера превращает возможность в действительность. Похвала за то, чего нет – это далеко не всегда то же самое, что говорить неправду.

Надо обязательно хвалить утром и на ночь. Хвалить за малейшую попытку совершенствования себя.

Можно выделить следующие типы аванса:

а) утверждать, что ребенок что-то делает лучше, независимо от реальности;

b) одобрять за малейшие попытки преодолеть себя и не ругать, если не получается;

с) не замечать дурных проявлений, если они находятся на одном и том же уровне, а когда дело стало лучше, то заметить и похвалить.

Используя аванс как тип похвалы, следует не переступать черту возможного и не вводить ребенка в заблуждение.

3. "Подъемная" похвала. Если мы собираемся повышать требования к ребенку, то начинать их надо с похвалы, как вдохновения на новые подвиги.

4. Косвенное одобрение. Похвала, при которой вроде бы не хвалят, т.е. попросить помощи, совета и т.п. В разговоре с другим человеком как бы между прочим сказать добрые слова о ребенке, но так, чтобы он слышал их. Эти слова должны быть на уровне констатации достоинств ребенка, но нельзя задевать при этом его отрицательные качества.

5. "Взрыв любви" (скорая психологическая помощь). Используется в крайних случаях, когда у ребенка кризисное состояние.

Конечно же классификация видов и форм поощрения и наказания во многом условна и не отражает всего богатства практических возможностей использования этих воспитательных средств. Вместе с тем воспитателю не­обходимо иметь представление и о наиболее типичных конкретных мерах поощрения и наказания, используемых в воспитании детей и подростков. При этом необходимо иметь в виду, что та или иная мера связывается с поступком ребенка не непосредственно, а лишь через анализ конкретной ситуации, с учетом всех отношений, составляющих данную ситуацию [6, стр. 169-171].

В числе наиболее употребительных мер индивидуального и коллективного поощрения следует назвать, прежде всего, поручение почетных обязанностей. Почетные поручения в качестве меры поощрения широко используются и в семье. Например, мытье посуды после чая может поручаться ребенку 5-8 лет эпизодически, в виде поощрения.

Мерой поощрения является и предоставление дополнительных прав. Необходимо иметь в виду, что предоставление дополнительных прав может приводить к противопоставлению отдельных ребят коллективу. Поэтому важно, чтобы подобное поощрения осуществлялось с учетом общественного мнения коллектива, было в значительной мере функцией коллектива.

Одна из наиболее распространенных мер поощрения — присуждение почётного места в соревновании. Это сопровождается коллективными и индивидуальными наградами — премиями, подарками, почетными и похвальными грамотами и т. п. Особенно часто используются поощрения в виде подарков в семье. Стремление определенной категории родителей во что бы то ни стало делать своим детям дорогие подарки становится источником трудностей в воспитания в семье и в школе.

Своеобразной формой присуждения почетных мест в соревновательно - творческой деятельности школьников являются различные выставки лучших работ детей: рисунков, поделок, сочинений. Награждать следует разного рода почетными грамотами и вымпелами.

Количество их не должно быть излишним. Важно, чтобы вручение этих поощрений победителям соревнований производилось в торжественной обстановке: на линейке или сборе, в школьном зале и т. п. [6, стр. 171-176].

Но, ни в коем случае нельзя считать наградой прощение. Это не награда, а освобождение от напряжения вины, ожидаемого или уже полученного наказания, по сути своей примирение. Как любое освобождение, прощение рождает добрые чувства к освободителю. Только тогда ребенок будет любить наказывающего отца или мать, и переживать новые проступки как стремление исправиться, помириться, хорошо вести себя впредь.

Но никогда ничего не прощать означает бесчувственное, бесчеловечное, антипедагогичное поведение. Оно лишь углубит пропасть между воспитателем и ребенком. Но всегда с готовностью прощать всё - значит потерять авторитет и возможность влиять на ребенка. Так что и здесь рассудительность и понимание индивидуальных качеств ребенка будут служить нам лучшим ориентиром.