Ирина Эланс

Автор который поможет с любыми образовательными и учебными заданиями

Послеродовая депрессия

ФЕДЕРАЛЬНОЕ АГЕНТСТВО ПО ОБРАЗОВАНИЮ

Государственное образовательное учреждение

Высшего профессионального образования

Тверской государственный технический университет

Факультет Гуманитарный

Кафедра Психологии и философии

КУРСОВАЯ РАБОТА.

по дисциплине «Психология потребностей»

на тему: «Послеродовая депрессия»

Проверил: Выполнил:

_____________________ Курс: 2 ЗФ

_____________________ Группа: ПСИ

«___»_________2011г. Соколова А. А.

Тверь 2011г.

СОДЕРЖАНИЕ:

1.ВВЕДЕНИЕ. -стр.3

2.АФФЕКТИВНЫЕ РАССТРОЙСТВА У МАТЕРЕЙ – стр.6

3.ПОСЛЕРОДОВЫЕ ПОСТТРАВМАТИЧЕСКИЕ СТРЕССОВЫЕ РАССТРОЙСТВА (PTSD). ПОСЛЕДСТВИЯ ПОСЛЕРОДОВЫХ ДЕПРЕССИВНЫХ РАССТРОЙСТВ ДЛЯ РАЗВИТИЯ ДЕТЕЙ. – стр.10

4. ЛЕЧЕНИЕ ПОСЛЕРОДОВЫХ РАССТРОЙСТВ НАСТРОЕНИЯ - стр.11

5.ЗАКЛЮЧЕНИЕ. – стр 14

6.СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ. -стр.15

ВВЕДЕНИЕ.

     Послеродовые психические расстройства у женщин давно привлекали внимание исследователей. За последние сто лет психопатологическая симптоматика послеродовых расстройств, также как и при других психических заболеваниях, подверглась патоморфозу. Отмечается тенденция к увеличению их частоты при уменьшении тяжести симптоматики. Термин невротическая депрессия ввел Э. Крепелин в конце 19 века для обозначения субпсихотических депрессивных расстройств. Этот термин активно использовали психоаналитики в своих работах.
     Зигмунд Фрейд проводил различия между нормальной формой эмоционального реагирования в виде печали и патологической – в виде меланхолии. С его точки зрения, печаль или скорбь имеет связь с той или иной ситуацией, поддается логическому объяснению. Когда человек находится в таком состоянии, он демонстрирует некоторую заторможенность, погруженность в себя, застревание на определенной теме с ограничением интереса ко всем другим. Переживания печали сопровождаются стремлением к уединению или, наоборот, обсуждением этой темы порой с незнакомыми людьми. Фрейд подчеркивает, что, несмотря на скорбь, люди сохраняют способность взаимодействовать с другими, понимают причины своего плохого настроения и стараются не переносить его на других (Фрейд З., 2002). «Естественность» ситуации заключается в том, что человек не считает нужным обращаться к кому бы то ни было за помощью, часто после определенного времени он забывает о своей «печали» и о ситуации, которая ей предшествовала. Важно, что воспоминания о «темной полосе» не вызывают ощущения страдания.
     В противоположность печали меланхолия (как синоним тяжелой депрессии) сопровождается утратой интереса к внешнему миру, тотальной заторможенностью, вплоть до неспособности к какой либо деятельности. Для меланхолии типичны идеи самообвинения и самоуничижения, доходящие до ожидания наказания за реальные или мнимые грехи, которым нет прощения, которые, по мнению Фрейда приводят к обеднению Я, которое становится «бедным и пустым», тогда как при скорби мир становится «пустым и бедным».
     Особенностью меланхолии является отсутствие меры и стыда перед другими за свои прегрешения. Создается впечатление, что меланхолик получает мазохистское удовлетворение в жесткости самокомпроментации. Фрейд делает вывод, что упреки меланхолика относятся не к своему Я в целом, а к его части, принимая его за некий объект. Кроме того, эта критическая часть Я постепенно смещается в Сверх-Я, что утяжеляет страдания, поскольку самообвинения приобретают моральный оттенок. В целом, такие состояния Фрейд объединяет понятием утраты и потребностью чего-либо не достижимого. В своей работе Фрейд обращает внимание на то, что меланхолия аппелирует не к реальным утратам, как при скорби, а к утрате чего-либо или кого-либо, что пациент не может сформулировать. Поэтому меланхолия идет путем парадокса, а скорбь следует принципу реальности. При скорби можно присоединиться и понять переживания человека, при меланхолии – это загадка. Зигмунд Фрейд призывает нас терпеливо слушать и анализировать самообвинения меланхолика и вместе с ним прийти к выводу, что он говорит не о себе, и его слова гораздо больше относятся к тем, кого он любил или любит. По мнению Фрейда меланхолик начинает видеть недостатки, присущие всем людям, но относит их к себе. Он считает, что причина меланхолии всегда имеет отношение к утрате какого-то объекта – воображаемого или реального и, далее, формулирует гипотезу, в соответствии с которой, энергия либидо от утраченного объекта направляется на Я, которое расщепляется. При этом потоки энергии как бы замыкаются в отношениях между фрагментом Я, принадлежащим личности, и фрагментом Я, связанным с объектом любви. По словам М.М. Решетникова (2003) «утраченный объект как магнит притягивает все мысли и чувства, а так как его больше нет – он притягивает их в никуда. Вся сила привязанности к конкретному объекту трансформируется в болезненную привязанность к утрате, которая уже не имеет ни имени, ни названия» (с.39).
     По мнению Фрейда переживания меланхолика ведут себя «как открытая рана». Любые «прикосновения» болезненны и могут ухудшить ситуацию.
     Исключительно интересными работами в плане феноменологии невротической депрессии являются исследования И.С. Кириллова (1936) и H. Volkel (1959). Первый обратил внимание на больных с депрессивным тоном, которые посещали многих врачей и «набирали» большое количество диагнозов от неврастении до шизофрении. Второй считал, что основным проявлением невротической депрессии, не достигающей психотического уровня, является грустное настроение, которое является следствием утраты, но не конкретной, а скорее моральной. Это утрата надежд, перспективы исполнения тайного желания или скрытого влечения, идеального представления о собственной личности или близком человеке (крах идеальных представлений о своем ребенке у матерей). По мнению автора, у больных с невротической депрессией происходит мыслительная переработка реальных и мнимых психотравмирующих обстоятельств. Более важным он считал обращенный к будущему страх перед надвигающимися угрожающими событиями, чем обращенные к прошлому печальные мысли (страх перед возможностью инвалидизации, смерти ребенка у матерей). Уже упоминавшийся К. Шнейдер полагал, что невротические депрессивные реакции вызываются не только свершившимися событиями, но и различными известиями, предзнаменованиями, возможной угрозой. По его мнению, угроза приводит к страху, который мобилизует или агрессивные тенденции или обуславливает депрессивное отречение. Н. Д. Лакосина (1963) отмечает присоединение тревоги к ведущему депрессивному синдрому при наличии неопределенности жизненного положения или ожидании разрешения трудной ситуации. А. Б. Смулевич считает, что картину невротической депрессии характеризует значительная выраженность соматовегетативных расстройств, а также неглубокий уровень аффективных нарушений.
     И. С. Кириллов приводит почти исчерпывающие сведения о клинических проявлениях невротической депрессии:
     1.Выраженный общий слабодушно-депрессивный тон (без заторможенности);
     2.Обильная слезливость;
     3.Быстрая физическая истощаемость, часто до приступов адинамии и обмороков;
     4.Истощаемость психическая;
     5.Вазомоторные расстройства в виде а) гипотонии, б) кровотечений носовых, кровоизлияний в кожу и слизистые оболочки;
     6.Разнообразные невротические боли, синдром тибиальных болей;
     7.Наклонность к обморокам и припадкам;
     8.Функциональные наслоения истерического типа.

   К концу 19 века послеродовые психические расстройства регистрировались в 0,14% всех родов. Тогда как в первой половине 20 века в 0,33% всех родов. Если в 19 веке в структуре расстройств до 1/3 были инфекционные психозы, а 2/3 – МДП и шизофрения, то в первой половине 20 века сообщается об увеличении количества послеродовых депрессий, по сравнению с проявлениями инфекционных психозов (Целибеев Б. А.,1972). В настоящее время в структуре аффективных расстройств, связанных с репродуктивным циклом женщин (Смулевич А. Б., 2001), до 60% составляют послеродовая депрессия и синдром грусти рожениц. Истинная частота послеродовой депрессии и синдрома грусти рожениц колеблется от 2 до 5% всех родов, а по некоторым данным до 10% (Гиндикин В. Я., 2000).
     Невротический компонент в послеродовых депрессивных расстройствах связан с утратой надежд, крахом идеальных представлений о своем ребенке у матерей, страхом перед надвигающимися угрожающими событиями в виде возможной инвалидизации, смерти ребенка. Неопределенность жизненного положения матери, связанная с ожиданием, приводит к появлению тревоги. Усугубляет ситуацию дискоординация психобиологических отношений между матерью и ребенком, получивших наименование диадических, когда нарушается сонастройка сенсорных каналов и возможность приобретения навыков по импринтиноговому типу, как матерью, так и ребенком.
     Совпадение различных факторов, действующих на мать в специализированных отделениях по выхаживанию новорожденных детей, ведет к росту пограничных аффективных расстройств.

АФФЕКТИВНЫЕ РАССТРОЙСТВА У МАТЕРЕЙ.

Аффективные расстройства женщины после родов часто бывают вызваны резкой гормональной перестройкой организма "на старый лад", причем буквально в считанные часы после родов. И такие резкие внутренние изменения вполне могут спровоцировать неуравновешенность и нервозность. Кстати, аналогично "портится характер" и во время климакса (как мужского, так и женского), а уж более известный пример - это пресловутый "переходный", или "трудный", возраст подростков. В любом случае, одной из причин изменения характера не к лучшему становятся гормональные изменения в организме. А как раз после родов они идут наиболее выражено и быстро.

Но еще одна составляющая, о которой не стоит забывать - это, собственно, клубок тех социально-психологических проблем, которые испытывает женщина в семье. Ведь, строго говоря, гормональная перестройка после родов происходит у всех женщин. А вот стопроцентного явления послеродовой депрессии и послеродового психоза не наблюдается - если и меняется настроение, то у всех в разной степени. Посему психологические трудности женщины - и есть тот самый главный штрих, который, собственно, и формирует возникновение депрессии после родов в разных ее видах.

К спектру психических расстройств после родов относят: материнский блюз, послеродовую депрессию и послеродовой психоз.

Синдром грусти рожениц (материнский блюз).

В связи с различными подходами к диагностике синдрома грусти рожениц (блюз), отличаются показатели его распространенности.. Большинство авторов полагают, тем не менее, что симптомы блюза должны персистировать в течение двух недель. В отношении послеродовой депрессии суждения специалистов единообразнее в плане того, что она напоминает большой депрессивный эпизод, длящийся 2 недели и более. Послеродовой психоз является редким феноменом и диагносцируется в 1-2 случаях на 1000 рождений.
     По данным отечественных исследований в структуре аффективных расстройств, связанных с репродуктивным циклом женщин (Смулевич А. Б., 2001), до 60% составляют послеродовая депрессия и синдром грусти рожениц. Частота послеродовой депрессии и синдрома грусти рожениц колеблется от 2 до 5% всех родов, а по некоторым данным до 10% (Гиндикин В. Я., 2000).

     Синдром грусти рожениц (синдром «blues»). проявляется с 3 по 6 день после рождения ребенка и длится от 2 до 6 недель. Переживания женщин при нем напоминают чувства легкой грусти, печали, которые человек испытывает при просушивании минорной музыки. Особенностью синдрома грусти рожениц у некоторых женщин является наличие механизма, при котором неприемлемое для личности поведение, связанное с аффективным компонентом, блокируется. В таком реагировании, по-видимому, играют роль различные психологические защиты. Для тревожных состояний некоторыми авторами (Прихожан А. М., 2001) описана форма скрытой тревожности, которая называется «неадекватное спокойствие». Мы отмечаем подобные состояния у матерей с синдромом грусти рожениц. Внешне такая женщина выглядит чрезмерно спокойной, а при психологическом тестировании регистрируются высокие уровни тревожности-депрессивности. В рамках синдрома «blues» достаточно часто встречаются неглубокие тревожные и ажитированные депрессивные реакции. Тревожные реакции с неопределенным беспокойством у молодых матерей превращается в переживание ожидания чего-то худшего, что произойдет с ее ребенком, кроме того, что он уже находится в реанимационной палате, палате интенсивной терапии. По мере улучшения состояния ребенка, допуске матери к нему в плане ухода, возникает нерешительность, неуверенность в правильности своих действий, ненужная суета. Врачи и медсестры «атакуются» бесчисленными вопросами по поводу ребенка. Внешне тревожность проявляется ажитацией, симптомом «беспокойных рук», когда женщина поправляет одежду ребенка, постоянно вытирает его лицо.   Ажитированные реакции, как известно, относятся к смешанным состояниям, когда депрессивные и маниакальные проявления сосуществуют одновременно. На фоне печального настроения у матерей наблюдается «речевой напор» и повышенная двигательная активность. Мать постоянно поправляет одежду ребенка, вытирает что-то на его лице. В отличие от тревожной реакции матери не задают вопросы персоналу, а комментируют действия окружающих. Отмечается нарочито громкий разговор со своим ребенком. В палате, где находится такая мать, звучит музыка, постоянно идут беседы.
     К внешним причинам материнского блюза относят низкую семейную поддержку, особенно со стороны мужа (более высокая вероятность расстройств у матерей-одиночек), отсутствие в период беременности такой особой психологической категории как семейное счастье. Тяжесть состояния ребенка, проблемы в уходе за ним, особенно если у новорожденного трудный темперамент, также имеют значение. Из других условий играют роль такие факторы как возраст матери, неблагоприятный акушерско-гинекологический анамнез, наличие у матери тревожных и гипотимных черт характера, низкой самооценки. Склонность к депрессивному реагированию связана также с сенситивными и астено-невротическими личностными чертами (Коваленко Н. П., Скворцова Я. М., 2001).

1.2. Послеродовые депрессии, как большой депрессивный эпизод.

Послеродовая депрессия (Postpartum Depression, PPD) напоминает большой депрессивный эпизод, как он квалифицируется в МКБ-10. Депрессия диагносцируется, когда женщина сообщает о двух неделях сниженного настроения, падения интереса к окружающему или уменьшению обычной активности, нечувствительности к ребенку или чрезмерной заботе о нем, неадекватности женщины при уходе за младенцем. Диагноз правомерен, когда отмечаются 4 из следующих симптомов: расстройства сна, чувство вины, идеи самообвинения, утомляемость, снижение концентрации внимания, расстройства аппетита, психомоторная заторможенность или расторможенность, суицидные тенденции. Обычно симптомы послеродовой депрессии начинают проявляться с 2-3 недели после рождения ребенка, заболевание тянется от 3-х до 6 месяцев.

При мета-анализе 84 статей, посвященных послеродовой депрессии, C.T. Beck (2003) выделила достоверные предикторы этого расстройства. К ним относятся:

· Депрессия во время беременности

· Низкая самооценка

· Трудности при уходе за ребенком (в том числе в отделениях реанимации, интенсивной терапии)

· Тревожные состояния во время беременности

· Хроническая психотравма

· Низкая социальная поддержка

· Обедненные супружеские отношения

· Предшествующие депрессии

· Трудный темперамент новорожденного

· Синдром грусти рожениц

· Мать-одиночка

· Незапланированная/нежеланная беременность

· Низкий социоэкономический статус
     Исследуя психогенез послеродовой депрессии, Бек отмечает, что главной внутренней проблемой женщин с PPD является потеря контроля над всеми аспектами своей жизни – эмоциями, мышлением, поведением. Автор выдвинула гипотезу о 4 стадиях этого процесса, назвав их «балансирование на краю». Первая – «столкновение с бездной», вторая – стадия самоидентификации, третья – борьба за контроль и четвертая – обретение контроля. В первой стадии происходит столкновение с проблемой, что проявляется тревогой, навязчивостями и астенией. Во второй стадии женщины понимают, что их благополучное состояние осталось в прошлом, они ощущают снижение чувства реальности, потерю мотивации. В третьей стадии, по мнению автора, матери используют несколько стратегий для изменения ситуации: борьба за свое здоровье, молитва, занятия в группе психотерапевтической помощи. В финальной стадии (обретения контроля) женщине необходимо восстановить взаимодействие в паре, понимая, что для этой цели время ограниченно.
     Исследования послеродовой депрессии показывают, что женщины осознают депрессивное состояние только тогда, когда оно достигает серьезной глубины. К такой мысли они приходят после того, как обнаруживают невозможность взаимодействия с ребенком в паре, что их буквально «парализует». Между матерью и ребенком как бы выстраивается эмоциональная и физическая стена, заполненная иррациональными мыслями, чувством вины, тревогой.
     По мнению Бек (2003), мифы, распространенные как в обществе, так и в средствах массовой информации, приравнивают исполнение обязанностей матери к счастливому времяпрепровождению. Эти мифы сеют нереалистичные ожидания у матерей. Подобные нереалистичные ожидания сталкиваются с реалиями материнства, что приводит к нарушению баланса в психике женщины. В метасинтезе 18 исследований, посвященных послеродовой депрессии, Бек идентифицирует 4 главные темы. Первая – асимметрия между ожиданиями и реалиями материнства; вторая – процесс спиралевидного снижения настроения, работоспособности, понимания ребенка; третья - ощущение краха, потери контроля; и, четвертая, обретение контроля, достижение успеха.

1.3. Послеродовой психоз.

К заболеванию относят достаточно редкие случаи, когда у женщин в течение первых трех недель после родов появляются бред и галлюцинации. По-видимому, в прошлом послеродовые психозы были более распространенным явлением, поскольку роды чаще осложнялись инфекционными процессами. Попыткой преодолеть противопоставление острых инфекционных и соматогенных психозов психозам с затяжным и периодическим течением является выделение С.С. Корсаковым четырех групп психозов, связанных с общими заболеваниями.
     1.Скоропреходящие расстройства.
     2.Расстройства, вызванные случайно присоединившимися к общему заболеваниями эмболиями, кровоизлияниями и другими органическими болезнями головного мозга.
     3.Длительные психические расстройства.
     4.Конституциональные изменения, служащие проявлением хронических болезней.
          Интересны суждения И.В. Давыдовского (1956), который различал два типа инфекции. Первый тип – экзогенные инфекции, возбудители которых в обычных условиях не находятся в организме человека и, попадая в него, неизбежно вызывают острые, тяжелые и в то же время более или менее однотипные заболевания. Эти психозы отличаются острым течением, сопровождаются расстройствами сознания. Второй тип – инфекции эндогенные, вызываемые условно патогенными микроорганизмами. На протяжении жизни между организмом человека и условно патогенными бактериями или вирусами вырабатываются сложные иммунологические отношения, для которых характерны как борьба, так и привыкание, симбиоз. Психозы вследствие эндогенных инфекций более многообразны, зависят от стадии, формы и особенностей течения патологического процесса, в связи с которым они возникают. К эндогенной инфекции относят заболевания, вызванные гноероидной флорой, ревматизм. Туберкулез и СПИД близко стоят к ней, поскольку развертываются в болезненный процесс далеко не у всех инфицированных ими людей.
          К концу 19 века послеродовые психические расстройства регистрировались в 0,14% всех родов. Тогда как в первой половине 20 века в 0,33% всех родов. Если в 19 веке в структуре расстройств до 1/3 были инфекционные психозы, а 2/3 – МДП и шизофрения, то в первой половине 20 века сообщается об увеличении количества послеродовых депрессий, по сравнению с проявлениями инфекционных психозов (Целибеев Б. А.,1972).
     В настоящее время из тяжелых психических расстройств встречаются 2 типа психозов: витальная астения рожениц и сумеречные состояния. Витальной астении, как правило, предшествуют осложененные роды. Клиническая симптоматика заключается в своеобразном психическом и физическом упадке сил, женщина ни чем не интересуется, ей безразлично состояние ребенка, развивается мутизм. Психоз длится от нескольких часов до нескольких дней. При сумеречных состояниях на фоне яркого страха возникают имульсивные действия в виде нападения на окружащих, не соответствующих ситуации нелепых суицидальных попыток, вербальная продукция заменяется выкриками, возможны зрительные и слуховые галлюцинации. После психотического состояния, длящегося минуты и часы, развивается глубокая амнезия, часто распространяющаяся на время родов.

ПОСЛЕРОДОВЫЕ ПОСТТРАВМАТИЧЕСКИЕ СТРЕССОВЫЕ РАССТРОЙСТВА (PTSD). ПОСЛЕДСТВИЯ ПОСЛЕРОДОВЫХ ДЕПРЕССИВНЫХ РАССТРОЙСТВ ДЛЯ РАЗВИТИЯ ДЕТЕЙ.

Послеродовые панические расстройства встречаются у 2% женщин и являются синдромом, характеризующимся приступами длительностью около 10 минут с чувством нехватки воздуха, сердцебиением, тремором, ознобом или жаром, головокружением или головной болью, парестезией, слабостью. Могут присутствовать психопатологические симптомы в виде деперсонализации и дереализации, чувства, что можешь сойти с ума (надвигающегося сумашествия, гибели), страха смерти. Женщина испытывает страх остаться без помощи одной со своим ребенком, причинить ему вред.
Диагностика связанных с рождением PTSD основана на таких симптомах как: застревание переживаний и мыслей на этом событии, избегании других стрессовых ситуации, тревоге в отношении здоровья ребенка, который появился на свет в результате тяжелых родов, страхе перед последущими беременностями и родами. Считается, что данный синдром встречается у 3-5,6% повторнородящих

Известно, что первичным социальным окружением для младенца является его собственная мать. На первом году жизни существуют оптимальные периоды для эмоциональной, когнитивной и социальной стимуляции. Нами ранее показано, что для становления пищевого поведения у доношенных младенцев существует оптимальный период. Если не удалось организовать грудное кормление до месячного возраста у этих детей, то младенцы в большинстве случаев остаются на искусственном питании весь первый год жизни. Очевидно, что депрессивные матери не могут отвечать на все нужды ребенка, как пример, на организацию грудного пищевого поведения. Это, в целом, является негативным фактором развития.
В целом дети, чьи матери имели после родов депрессивные состояния, в старшем возрасте демонстрируют больше когнитивных и поведенческих проблем по сравнению с детьми не депрессивных матерей.

ЛЕЧЕНИЕ ПОСЛЕРОДОВЫХ РАССТРОЙСТВ НАСТРОЕНИЯ.

     Лечение зависит от тяжести расстройства. В случае послеродового психоза используются психофармакологические средства. При послеродовой депрессии и синдроме «блюз» лечение включает медикаменты, психотерапию, образовательные программы, функционирование групп самопомощи и так называемую альтернативную терапию. При послеродовой депрессии рекомендуют комбинирвать фармакологические средства и психотерапию. Одна из проблем заключается в том, что большинство психотропных препаратов в небольших концентрациях экскретируется в грудное молоко.              При послеродовых аффективных расстройствах используется индивидуальная или групповая психотерапия. Чаще всего применяют когнитивную и личностно-ориентированные техники. Последняя концентрируется на роли переходов при родах, появлении ребенка. По данным Stuart S., O'Hara M.(1995) группы этой терапии достигают ремиссии в 59% случаев и улучшения состояния женщин в 29% случаев, если она разделяется на 12 сессий. В другом исследовании показано уменьшение симптомов депрессии после 12 недель работы в группе (Klier C. et all., 2001). Авторы использовали тренинг материнской перцепции и взаимодействий с ребенком. Когнитивная терапия изменяет негативные идеаторные установки. При послеродовой депрессии используют и различные недирективные техники. Поддержка семей в разных формах также дает положительные результаты. Если, например, пара посещает образовательные программы, женщины имеют достоверно более низкие баллы по тестам на депрессивность, по сравнению с контрольной группой. Достаточно редко используется эстрогенная терапия PPD. При лечении послеродовых непсихотических аффективных расстройств широко используется так называемая альтернативная или дополнительная терапии. Эта терапия включает терапию травами, диеты, массаж, светолечение и другие методы.
     Например, исследования Linde K. с соавторами (1996) показали, что микстура из трав более эффективна, чем плацебо и также эффективна, как стандартные антидепрессивные препараты
     Существует мнение, что полиненасыщенные жирные кислоты (ПНЖК) играют роль в этиологии послеродовых депрессий и помогают при лечении большого депрессивного эпизода (Hibbeln J., 2002). Автор провел кросскультуральное исследование сообщений о содержании ПНЖК в грудном молоке у женщин и распространенности послеродовых депрессий. Результаты показали, что меньший процент PPD достоверно связан с более высокой концентрацией ПНЖК в материнском молоке. Следовательно, диета с большим содержанием рыбы (употреблением рыбьего жира) может способствовать редукции симптомов послеродовой депрессии. В работе исследовались показатели депрессивности у женщин с PPD в течение 8-недельного использования диеты с увеличением ПНЖК, которые достоверно снижались.
     Терапевтическое влияние массажа известно давно. Показано, что массаж расслабляет мышцы, улучшает микроциркуляцию, снижает уровень тревоги, снимает болевые ощущения. При послеродовых непсихотических расстройствах у женщин используют массаж матери, массаж ребенка и одновременный массаж обоих членов диады. В исследовании Field T. с соавторами (1996) сравнивалась эффективность массажа и релаксации у женщин с послеродовой депрессией с учетом баллов тревожности и уровней кортизола до и после лечения. У матерей из обеих групп приблизительно одинаково снижались уровни тревожности, а достоверное снижение уровня кортизола в слюне происходило только у женщин, получавших массаж. Автор также провел исследование влияния массажа и укачиваний у детей, родившихся от депрессивных матерей (Field T. et all., 1996). Младенцы получали 15 минутный сеанс массажа или укачиваний дважды в неделю в возрасте от месяца до трех. Те дети, которые получали массаж, были менее капризными и имели низкий уровень кортизола в слюне. Массаж был более эффективен, чем укачивания в организации сна. Дети, получавшие массаж, достоверно больше прибавляли в весе, были более эмоциональными и контактными после 6 недельного исследования.
При лечении синдрома «блюз» используют рациональные техники, которые включаются в информирование матери о современных подходах к грудному кормлению.
Вначале сеанса матери заявляется, что многолетний опыт поддержки грудного вскармливания указывает на зависимость результата от техники кормления. Перенос центра внимания личности на двигательные схемы, получение позитивных результатов на этом пути уже в течение первого дня вмешательства значительно снижают тревожную настроенность. Гипотетические построения (подтвержденные, тем не менее, нашими исследованиями) доводятся до матери как относительные истины. Например: «Мы считаем, что до трех недель после рождения продолжается чувствительный период для налаживания грудного кормления. По миновании этого срока можно вернуться к грудному кормлению, но сделать это гораздо труднее». Коррекция распространенного мифа о первичном материнском «чутье, интуиции», о том, что ребенок родится и все образуется, начинается с заявления о том, что матерями не рождаются, ими становятся. Далее переходят к технике кормления.
Интуитивное поведение появляется только после накопления опыта в какой-либо сфере, материнское поведение – не исключение. Построение логических схем, помогает при решении одной из наиболее частых проблем тревожной матери – проблеме времени. Прием «психотерапевтического зеркала» заключается в том, что врач говорит о других матерях, о женщинах вообще. Например.
     Многие матери, особенно если у ребенка трудный темперамент, жалуются на нехватку времени. Они не успевают ребенка докормить грудью, поскольку нужно идти на какую-нибудь процедуру, массаж. Если мать пытается сохранить грудное кормление и кормит малыша в течение часа, то она вообще ничего не успевает. В данном случае помогает принцип расстановки приоритетов. На первом месте для ребенка по ценности стоят жизнь и здоровье. Поэтому, пока ребенок находится в реанимации, у него выраженная неврологическая симптоматика, пневмония – на первом месте лечение, на втором – кормление. Если же ребенок выписан из роддома домой или серьезных претензий к его здоровью у врачей нет, на первое место вполне можно поставить кормление. Массажистка или медсестра физиотерапии могут подождать, пока мать закончит кормление.
     Даже если один сеанс массажа пропадет, или матьв течение дня не даст ребенку однократно успокоительной микстуры – ничего страшного не произойдет.
     Типичный пример логической коррекции представлений матери о прибавке ребенка в весе приводится ниже.
     Следующая трудность – прибавка в весе. Многие врачи контролируют еженедельную и ежедневную прибавку в весе согласно определенным формулам. Если прибавка в весе недостаточна, педиатры назначают дополнительно сцеженное молоко или смесь из рожка. Позиция специалистов ясна – они отвечают за жизнь ребенка. Кроме того, грань между недостаточной прибавкой в весе и таким заболеванием как гипотрофия очень тонкая. С другой стороны, ни одна формула не учитывает ни темперамента ребенка, ни его индивидуальных особенностей в плане распределения количества пищи в течение дня (некоторые дети съедают больше во второй половине дня, другие – с утра), ни того, что способ взвешивания ребенка до и после кормления весьма сомнителен в плане достоверности, особенно если у вас электронные весы. К тому же механизмы сосания груди и сосания рожка различны, и в случае смешанного вскармливания происходит разрушение грудного кормления. Ребенок просто выбирает то, что ему делать легче. Поэтому, при проблеме с прибавкой в весе необходим обыкновенный здравый смысл. Результаты прибавки за один-два дня не должны приводить к немедленному действию, важна тенденция, например в течение недели. Если ребенок хорошо выглядит, у него «пухлые» ручки и ножки, не стоит спешить с докармливанием.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ.

В послеродовом периоде, по мнению матери ребенка, ее муж — не женщина, ее мать — недостаточно большой специалист, а специалист — недостаточно заботлив.

D. Brim говорит о неразрывной связи с матерью в ходе лечения. Психоаналитик может подробно рассмотреть эпизод, в котором «матери — всего лишь схемы, колеблющиеся формы... Время мучительного ожидания — это и время невыразимой тревоги и тоски, которая означает разрыв связи со своею матерью».

Психическая деятельность новых родителей состоит в обратной аналогии (зеркальной) процесса скорби. Именно во время этого процесса субъект должен избавиться от прежних ролей, тогда как после рождения ребенка он должен создать новые.

Послеродовая депрессия может возникнуть тогда, когда у матери блокирован процесс познания ребенка вследствие повторяющихся конфликтных репрезентаций, которые актуализируют прежние конфликты, поддерживающиеся неспособностью навсегда расстаться с подсознательными значимыми детскими образами. Когда мать не может реализовать свои конкретные ожидания, связанные с материнством. Но до тех пор, пока мать продолжает соотносить себя с идеалом, она постоянно разочаровывается. Степень ее разочарования напрямую зависит от сформировавшихся представлений нашего общества о роли матери.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ.

Быстровский В.Ф. Предмет и принципы семейной медицины. // Русский врач. - 2003. - №3.
Батуев А. С. Психофизиологические основы доминанты материнства. //Психофизиология матери и ребенка: Сб. статей. /Под ред. А. С. Батуева – СПб.: Изд-ва С.-Петерб. ун-та, 1999.
Вильсон Д.Т. Поведенческая терапия. //Журн. практической психологии и психоанализа. - 2000. - № 3. - С. 1 - 41.
Общепрактическая и семейная медицина. /Под ред. М.Кохен. - Минск, 2006.
Кича Д. И. Здоровье и потребность семьи в медико-социальной помощи. - М.: Логос, 2001.
Коваленко Н. П., Скворцова Я. М. Исследование психо-эмоционального состояния беременных женщин до и после родов. Перинатальная психология и медицина. Сборник материалов конференции по перинатальной психологии. – СПб., 2001
http://www.naritsyn.ru