Правление Александра II



СОДЕРЖАНИЕ

 

Введение…………………………………………………………………….3

1 Россия в конце XIX века…………………………………………………5

1.1 Состояние, результаты российского  государственного управления к  концу XIX века……………………………………………………………………5

1.2 Смена власти и вступление  на престол Александра II ……………..7

1.3 Влияние ситуаций на государственное  управление Александра II..16

2 Система органов государственного  управления во время правления  Александра II…………………………………………………………………….20

2.1 Высшие органы государственной  власти и управления …………...20

2.1.1 Законодательные органы …………………………………………..20

2.1.2 Органы исполнительной  власти……………………………………22

2.1.3 Органы судебной  власти …………………………………………...24

2.2 Высшие и центральные  государственные учреждения…………….25

2.3 Административно-территориальное  управление в империи………27

3 Внутренние и внешние  реформы периода правления Александра II.30

Заключение………………………………………………………………..44

Список использованных источников……………………………………47

Приложение А –  Причины отмены крепостного права

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

ВВЕДЕНИЕ

 

Актуальность исследования заключается в том, что вторая половина XIX века занимает особое место в истории России. По значимости период можно сравнить разве только с эпохой Петровских преобразований. Это время отмены в России многовекового крепостного права и целой серии реформ, затрагивающих все стороны общественной жизни.

18 февраля 1855 г. на  российский престол вступил 37-летний  Александр II. 19 февраля 1861 г. император  подписал Манифест об отмене  крепостного права. Отмена крепостного  права сопровождалась реформированием всех сторон жизни российского общества.

Император Александр II навечно  вошел в историю как освободитель и реформатор. Великие реформы, осуществленные во время его царствования и во многом по его инициативе, были и  неоднократно будут предметом исторического изучения. Но при этом до настоящего времени наибольшее внимание уделялось социальной составляющей этих реформ (прежде всего крестьянской, а также земской, городской и военной), и историко-правовой (в связи с судебной, земской и городской реформами), и гораздо меньше реформированию системы управления империей. Между тем, этот аспект реформаторской деятельности Александра II и его ближайших сотрудников важен и с точки зрения изучения исторических судеб российской имперской государственности, и с точки зрения оценки личной роли императора в преобразованиях, происходивших в период его правления.

Возможность мирной эволюции «регулярного» государства в  правовое зависела не только от введения в России представительных учреждений (проекты которых серьезно рассматривались и в начале 1860-х, и в конце царствования императора, который буквально накануне гибели успел одобрить проект М.Т. Лорис-Меликова, открывавший дорогу к появлению зачатка этих учреждений), но и от модернизации всей системы центрального и местного управления.

Личная роль Александра II в любых преобразованиях системы  управления была особенно велика, т.к. наиболее близко затрагивала самого императора и входила в круг его  непосредственной повседневной деятельности.

Александр Николаевич получил  в наследство довольно развитую и действовавшую по накатанной колее систему высших, центральных и местных учреждений. Главными ее недостатками были слабая способность к реформированию и малая эффективность, прежде всего, на уровне местного управления. Эти недостатки царь хорошо осознавал. Поэтому все преобразования в структуре, компетенции и организации деятельности как высших и центральных, так и местных учреждений, произведенные во время его правления, были не только вынужденной реакцией на общественный кризис и даже не только неизбежным дополнением к основным реформам, но и сознательным шагом, направленным на модернизацию и повышение эффективности государственной машины.

Целью исследования является изучение эпохи великих реформ при правлении Александра II.

Для достижения поставленной цели необходимо решить следующие задачи:

- изучить Россию в конце XIX века;

- исследовать систему  органов государственного управления  во время правления Александра II;

- рассмотреть внутренние  и внешние реформы периода  правления Александра II.

Объектом исследования выступает эпоха правления Александра II.

Предметом исследования является исторический анализ реформ правления Александра II.

Курсовая работа состоит  из введения, трех глав, заключения, списка литературы и приложения.

 

1 Россия в конце XIX века

 

1.1 Состояние,  результаты российского государственного  управления к концу XIX века

 

В конце 19 века Россия была государством с феодально-крепостнической системой хозяйства. По численности населения и по военной мощи Россия была первым государством в Европе, но экономика ее была слабая.

 В конце 19 века в России наблюдается подъем промышленного производства, вызванный реформами 60-70-х годов.

К концу 19 в. оформляется  система российского капитализма. Процесс перехода к капиталистическому, индустриальному обществу называется модернизацией. Российская модернизация особенная, она носит догоняющий характер, и проводится сверху. Модернизация, проводимая сверху, ведет к возрастанию роли государства в экономике, централизации и бюрократизации, к укреплению авторитетных начал верховной власти.

Этот процесс поощрялся  правительством, заинтересованным в  создании крупных предприятий,  для крупных госзаказов (прежде всего военных). Владельцы таких предприятий получали крупные кредиты и налоговые льготы.

Большая степень концентрации производства, приводила к монополиям, которые устанавливали контроль над рынком для получения максимальной прибыли. В конце 19 в. в России появляются первые монополии: «Продамет», «Продуголь», «Продвагон» и др.[12]

Параллельно концентрации промышленного производства шла концентрация банковского капитала. Пять крупных банков контролировали основную массу денег. Эти средства они вкладывали в промышленность, подчиняя ее своему контролю.

В результате происходило  сращивание банковского и промышленного капитала, то есть появляется финансовая олигархия, прибирающая к своим рукам громадные средства и основные промышленные мощности.

Образование монополий, концентрация банковского капитала, появление финансовой олигархии  свидетельствует о том, что в России в конце 19 в. капитализм вступает в стадию империализма. 
Особенности российского империализма [8].

1) Новая сила – финансовая  олигархия – тесно связана  с государственной властью, то  есть налицо государственно-монополистический  капитализм в России. Буржуазия, все более ощущавшая свою экономическую мощь, стремится к власти и оказывается в оппозиции к самодержавию. С другой стороны, госзаказы, финансовая поддержка делали эту оппозицию слабой, непоследовательной, предопределили склонность буржуазии к компромиссам в политической сфере.

2) Отечественное производство  в значительной степени базировались  на иностранных капиталах.

3) Российский рабочий  класс был самым угнетенным  и нищим в Европе. Прослойка  рабочей аристократии была весьма  незначительной. Высокая концентрация рабочей силы создавала благоприятные условия для революционной агитации. Все это лишало буржуазию свободы маневра в борьбе за изменение социального строя: царизм надо было сбрасывать, но, с другой стороны, был велик страх перед революционным движением рабочего класса.

4) Особо следует подчеркнуть еще одну фатальную и объективную особенность российского капитализма – катастрофическое отставание социально-экономического развития деревни. Пережитки крепостного права резко тормозили это развитие. Отсталое крестьянское хозяйство по-прежнему душили непосильные платежи.

Таким образом, крестьянский вопрос стал к началу XX в. главным вопросом российской действительности, а деревня стала просто взрывоопасной.

 

 

1.2 Смена власти  и вступление на престол Александра II

 

Процесс конституирования бюрократии в качестве субъекта модернизации 1860-70-х гг. имел альтернативу:  логично было ожидать появление на политической арене в качестве важного политического фактора российской буржуазии—естественного субъекта буржуазных по характеру преобразований. Однако по причинам (экономическая слабость русской буржуазии по сравнению с европейским конкурентами, политическая зависимость от государства, слабость капиталов) русская буржуазия не смогла стать субъектом реформ—буржуазных по содержанию — и вновь для реализации задач модернизации была призвана сформированная по принципу службы политическая элита. Таким образом, история реформ 1860-1870-х гг. стала подтверждением сложившейся ранее закономерности российского политического развития: субъектом модернизации в условиях политических систем мобилизационного типа выступает сформированный по принципу службы правящий класс, а инициатором реформ — верховная власть.

Однако после неудачи Николая I осуществить политическую модернизацию силами бюрократии стало очевидно, что реформирование политической системы потребует изменения не только позиции верховной власти (на сей раз вынужденной под влиянием крымского поражения оказать давление на правящую среду), но и существенного изменения качества бюрократии как правящего класса [9]. Другим условием успеха модернизационных преобразований стала необходимость укрепления позиции ее либерального крыла, готового пойти на осуществление модернизационных преобразований даже вопреки личным интересам. Процесс осуществления модернизации показал, что третьим условием ее успеха стало привлечение к процессу разработки и осуществления главных модернизационных преобразований представителей внеэлитных слоев общества, прежде всего либеральной интеллигенции.

Александр II - император  всероссийский, старший сын императора Николая Павловича и государыни императрицы Александры Федоровны, родился в Москве 17 апреля 1818 г.

Воспитателями его были генералы Мердер и Кавелин. Мердер обратил  на себя внимание как командир роты в учрежденной 18 августа 1823 г. школе гвардейских подпрапорщиков. Николай Павлович, тогда еще великий князь, узнав про его педагогические способности, кроткий нрав и редкий ум, решился вверить ему воспитание своего сына. В эту важную должность Мердер вступил 12 июня 1824 г., когда великому князю едва исполнилось шесть лет, и с неутомимым усердием исполнял ее в продолжение десяти лет. Несомненно, что влияние этого высокогуманного воспитателя на юное сердце его питомца было самое благотворное. Не менее благотворно было влияние и другого наставника великого князя - знаменитого поэта Василия Андреевича Жуковского, руководителя его классных занятий. Самою лучшей характеристикой полученного воспитания могут служить слова, сказанные Жуковским про своего сотоварища в деле воспитания генерала Мердера, которые всецело могут быть отнесены к нему самому: «В данном им воспитании не было ничего искусственного; вся тайна состояла в благодетельном, тихом, но беспрестанном действии прекрасной души его... Его питомец... слышал один голос правды, видел одно бескорыстие... могла ли душа его не полюбить добра, могла ли в то же время не приобрести и уважения к человечеству, столь необходимого во всякой жизни, особливо 
в жизни близ трона и на троне» [15, C.44]. Нет никакого сомнения, что Жуковский общим своим влиянием содействовал подготовлению сердца своего питомца к будущему освобождению крестьян.

По достижении совершеннолетия  наследник цесаревич совершил путешествие  по России в сопровождении Кавелина, Жуковского и флигель-адъютанта Юрьевича. Первый из царского рода он посетил (1837) Сибирь, и результатом этого посещения оказалось смягчение участи политических ссыльных. Позднее, будучи на Кавказе, цесаревич отличился при нападении горцев, за что был награжден орденом св. Георгия 4-ой степени. 
В жизни Александра женщины всегда играли большую роль. Уже в 20 лет он пережил первое глубокое чувство.

В 1837 году по желанию Николая I он предпринял путешествие по Европе с образовательной целью. Он объехал  Швейцарию, Австрию, Италию и подолгу задерживался в Берлине, Веймаре, Мюнхене, Вене, Турине, Флоренции, Риме и Неаполе. Из Неаполя через Швейцарию и Прирейнскую область он направился к своим родным в Штуттрарт и Карлсруэ. Желая поскорее вернуться на родину, он захотел ускорить свою поездку в Лондон, последний этап своего заграничного путешествия - и для этого решил сократить свой маршрут, вычеркнув из него мелкие столицы Германских союзных государств, как Дармштадт, Мекленбург, Брауншвейг и т.д. 
Престарелый герцог Гессенский Людовик II настоял, однако, чтобы Александр посетил его двор хотя бы на несколько часов. Молодой цесаревич вынужден был принять приглашение и нехотя прибыл в Дармштадт 12-го марта 1837 года.

Это посещение сыграло  большую роль в жизни Александра II. У Людовика II было четверо детей - три сына и одна дочь, которая была младшей в семье - в это время ей едва исполнилось 15 лет. Александр Николаевич страстно в нее влюбился. В тот же вечер он сказал своим адъютантам - Орлову и Каверину: «Вот о ком я мечтал всю жизнь. Я женюсь только на ней» [15, C.50]. И он немедленно написал своим родителям, умоляя их разрешить ему просить руки принцессы. Его ждали в это время в Лондоне, и он вынужден был прервать свое пребывание в Дармштадте.

Ответ родителей был  малоободрительным. Ему было приказано как можно скорее вернуться в Россию; что же касается его брака, то этот вопрос нужно обсудить и, во всяком случае, отложить. Тогда Александр решительно заявил Орлову и Каверину, что он скорее откажется от трона, чем от брака с принцессой Марией. Вернувшись в Петербург, он подтвердил своим родителям непреклонность своего решения. Император Николай уступил. 
По прибытии в Россию принцесса Максимилиана-Вильгельмина-Августа-София-Мария (род. 27 июля 1824г.) , приняла миропомазание по уставу православной церкви 5 декабря 1840 г. с именем великой княжны Марии Александровны. На другой день последовало обручение, а 16 апреля 1841 г. совершено бракосочетание цесаревича Александра с принцессой Марией Гессеннской.

Несмотря на тайну  связанную с ее рождением (она была приемной дочерью Людовика II) молодая царевна была приветливо встречена своей новой семьей и будущими подданными. По общему мнению, она была признана красавицей и прекрасно воспитанной. Несмотря на свою молодость, она проявляла всю серьезность своего характера; всей душой отдалась она делам благотворительности и восхищала Святейший Синод своим благочестием. При дворе ее упрекали лишь в суровости, замкнутости и в любви к этикету.

При вступлении на престол  у них было шестеро детей. Но частая беременность подорвала ее здоровье. К тому же от природы она была не особенно сильной и с трудом переносила суровый петербургский климат. Вынужденная по указанию врачей вести все более замкнутый образ жизни, она вскоре заметила, что император охладел к ней. Гордая, она молча страдала, продолжая, на переживаемое ею испытание, сохраняя чувство благодарности к человеку, подарившему ей свою первую любовь и сделавшему из нее, незначительной принцессы, императрицу-повелительницу всея Руси.

А в это время у Александра II роман сменялся романом и увлечение увлечением. Одно время казалось даже, что он захвачен серьезным чувством. Он увлекся молодой двадцатилетней девушкой, столь же замечательной своим умом, как и красотой, княжной Александрой Сергеевной Долгорукой - отдаленной родственницей Екатерины Михайловны. В 60-х годах, в эпоху великих реформ, она играла большую роль. Ясность ее ума и твердость характера часто заставляли Александра II настойчиво следовать по избранному им пути решительных преобразований. Ее называли “La grande Mademoiselle” . Внезапно эта связь оборвалась. Александра Сергеевна вышла замуж за старого генерала Альбединского, которого царь поспешил назначить Варшавским губернатором.

Анализ реформ 1860-70-х  гг. со всей очевидностью демонстрирует важную особенность мобилизационного развития: роль верховной власти как инициатора модернизации нередко обусловлена не личными качествами российских монархов (которые в большинстве случаев по своим мировоззренческим и психологическим особенностям были мало расположены к реформам), а тем объективным обстоятельством, что благополучие монарха в условиях мобилизационного развития есть функция эффективности государства. Сколь бы ни был лично богат монарх, критерием его успеха в качестве главы государства является не личное состояние, в благосостояние государства. И наоборот: поражение политической линии, олицетворяемой верховной властью, нередко означало и личную трагедию монарха [9]. Для славившегося несокрушимым физическим здоровьем Николая I поражение России в Крымской войне стало тяжелейшим психологическим ударом, который он не смог перенести. Его кончина была столь неожиданной, что вызвала в Петербурге толки о самоубийстве, которые современными исследователями рассматриваются как имеющие определенные основания. Политика Александра II стала, пожалуй, наиболее ярким воплощением этой закономерности. Александр II был богатейшим человеком империи его вклады в Лондонском банке после кончины составляли около 200 млн. рублей; фамильные драгоценности оценивались в сумму не менее 160 млн. рублей, а владения удельного ведомства, обеспечивавшего расходы дворца, составляли около 100 млн. рублей.

Однако критерием эффективности  его правления был не личный капитал, а стабильность государства. Именно это обстоятельство вынудило его осуществить реформы 1860-70 гг.

Судьба и политика Александра II явились примером тому, как верховная власть вопреки  личным симпатиям и склонностям  персонифицировавшего ее лица вынуждена  инициировать модернизацию. Сокрушительное поражение России в Крымской войне вынудило императора осуществить реформы вопреки не только решительному сопротивлению консервативного большинства правящей среды, но и во многом вопреки собственным политическим убеждениям [7].

По складу характера, по воспитанию, полученному в семье, по политическим пристрастиям, первым самостоятельным шагам в политике и волевым качествам Александр II менее, чем кто-либо иной, подходил для роли реформатора.

Однако сокрушительное поражение в Крымской войне заставило  нового императора пересмотреть сложившиеся ранее убеждения, убедило в непригодности методов охранительного царствования и недопустимости медлительности в решении назревших политических проблем (что, кстати, было осознано и Николаем I: умирая, он взял слово с наследника решить крестьянский вопрос. Таким образом, реформы стали воплощением не личного убеждения императора, а результатом вынужденного признания насущной необходимости серьезной трансформации политической системы как условия стабилизации внутриполитической ситуации, восстановления пошатнувшихся после Крымского поражения внешнеполитических позиций.

Если обретшая при  Николае I статус правящей элиты бюрократия оказалась по существу инструментом консервации дискредитировавшего  себя порядка, а немногочисленные представители  ее либерального крыла типа П. Киселева потерпели фиаско в противостоянии с могущественным консервативным флангом, то благодаря поддержке Александра II выросшая численно и поддерживаемая верховной властью либеральная бюрократия стала субъектом модернизационных преобразований—реформ 1860-70-х гг.

Именно новое поколение  бюрократии, поддерживаемой верховной  властью и преодолевающее противодействие  землевладельческой аристократии, обеспечило успех крестьянской реформы. Еще  в начале царствования Александр II отставил наиболее одиозные фигуры николаевского правления (К. Нессельроде, В. Долгорукова, П. Клейнмихеля и др.) и привлек к разработке и осуществлению людей иного склада. Безусловным лидером в осуществлении крестьянской реформы был племянник гр. П. Киселева, сыгравшего видную роль в разработке крестьянского вопроса в 1830-40е гг., Н. Милютин—сначала директор хозяйственного департамента МВД, затем—товарищ министра внутренних дел [7].

Вступив на престол в  самый разгар Крымской войны, царь Александр II немедленно по ее окончании принимается за осуществление программы коренных реформ: на первом месте, конечно освобождение крепостных, но предусмотрен также ряд мер по перестройке местного управления, судебной системы, образования и, позднее, армии. Речь идет о действительно крупных изменениях, пусть и не отменяющих самодержавного строя, а только модернизирующих его.

С наступлением мира не замедлила  начаться и новая эра внутреннего  обновления. В этом же году повелено озаботиться открытием женских  гимназий и учрежден ученый комитет для составления и рассмотрения программ преподавания и учебных руководств. В день коронации, 26 августа, новый манифест государя ознаменовался целым рядом милостей. Натри года приостановлены рекрутские наборы, прощены все казенные недоимки, начеты и т.д., освобождались, или, по крайней мере, смягчалось наказание разным преступникам, в том числе и государственным, участвовавшим в мятеже 14 декабря 1825 г. и в тайных обществах того времени, отменен прием в рекруты малолетних евреев, и набор между последними приказано производить на общих основаниях и т.п. 
Но все эти частные меры, встреченные с восторгом Россией, были только преддверием тех коренных реформ, которыми ознаменовалось царствование Александра II.

Император Александр II, вступая  на престол, был убежден, что освобождение крестьян должно совершиться именно в его царствование. Таково было и общее настроение интеллигенции, и даже в самой крестьянской среде носилось смутное предчувствие близкой воли. Указы об ополчении в 1954 и в начале 1955 г. вызвали в целых девяти губерниях значительные беспорядки, так как крестьяне массами заявляли желание вступить в ополчение, считая службу в ополчении за переход к воле. 
В 1856 г. был учрежден, а 3 января 1857 г. имел свое первое заседание особый секретный комитет под непосредственным ведением и председательством самого императора, задачей которого должно было быть рассмотрение постановлений и предположений о крепостном праве.

В состав этого комитета входили: князь Орлов, граф Ланской, граф Блудов, министр финансов Брок, граф В. Ф. Адлерберг, князь В. А. Долгоруков, министр государственных имуществ М. Н. Муравьев, Чевкин, князь П. П. Гагарин, барон М. А. Корф и Я. И. Ростовцев. 
8 января 1858 г. секретный комитет был преобразован в главный комитет по крестьянскому делу, в состав которого вошел еще граф Панин, министр юстиции, а в марте того же года образован был в министерстве внутренних дел под названием земского отдела центрального статистического комитета, который играл важную роль во всем этом деле. 
17 февраля 1859 г. объявлено было повеление об учреждении редакционных комиссий, председателем которых был назначен генерал-адъютант Ростовцев [16].

В эти комиссии препровождались проекты, выработанные губернскими комитетами.

28 января положения,  выработанные редакционными комиссиями и прошедшие через Главный комитет, подверглись рассмотрению Государственного совета, принявшего их с некоторыми изменениями, в смысле уменьшения размеров крестьянского надела. Наконец, 19 февраля 1861 г. последовал манифест, составляющий славу царя-освободителя, - манифест об освобождении 22-миллионного крестьянского населения от крепостной зависимости.

Прежде всего, объявлена  обязательность для помещика наделить бывших его крестьян, кроме усадебной  земли, пахатной и сенокосной в определенных в положении размерах. Во-вторых, объявлена обязательность для крестьян принять надел и держать в своем пользовании, за установленные в пользу помещика повинности, отведенную им мирскую землю в течение первых девяти лет (по 19 февраля 1870 г.) . По прошествии же девяти лет отдельным членам общины предоставлено право как выхода из нее, так и отказа от пользования полевыми землями и угодьями, если выкупят свою усадьбу; само общество также получает право не принимать в свое пользование таких участков, от которых откажутся отдельные крестьяне. В-третьих что касается размера крестьянского надела и соединенных с ним платежей, по общим правилам принято основываться на добровольных между землевладельцами и крестьянами соглашениях, для чего заключать уставную грамоту при посредничестве учрежденных положением мировых посредников, съездов их и губернских по крестьянским делам присутствий, а в западных 
губерниях - и особых поверочных комиссий.

 

 

 

1.3 Влияние  ситуаций на государственное  управление Александра II

 

Успешное осуществление политической модернизации буржуазного типа в России в 1860-1870-х гг. предполагало не только изменение персонального состава высшей администрации, но и некоторую трансформацию самой модели элитообразования, а также структурной организации элиты. Это обусловлено тем обстоятельством, что, несмотря на решающую роль служилой элиты в лице бюрократии в осуществлении реформ, реализация буржуазной по характеру модернизации неизбежно должна была повлечь за собой выход на политическую сцену экономически доминирующих субъектов в качестве влиятельных политических акторов. Это предполагало размывание монолитной прежде структуры элиты за счет образования в ее рамках групп интересов, и выход последних на политическую сцену в качестве групп влияния.

Анализ показывает, что подобного рода начальные изменения в период модернизации 1860-70-х гг. действительно произошли. И именно в этот период в рамках российской политической системы началась медленная эволюция мобилизационной модели элитообразования: было положено начало формированию характерных для политической системы инновационного типа образований—групп интересов и групп влияния. В качестве групп интересов американский исследователь А. Дж. Рибер выделяет группы “экономистов”, “инженеров”, “военных” и группу П. Шувалова.

При всей условности этой классификации и еще большей  условности ее определений представляется возможным в целом согласиться  с А. Дж. Рибером в том, что в  процессе политической борьбы вокруг концепции реформ выкристаллизовывались  протолоббиские группировки, позиции которых наложили несомненный отпечаток на осуществление модернизационных преобразований. Это означало важный шаг к формированию модели элитообразования инновационного типа [15].

Суть позиций вышеназванных  групп можно охарактеризовать следующим образом. Группа «экономистов»—специалистов в области финансов и статистики во главе с министром финансов М. Х. Рейтерном—выступила сторонником перераспределения полномочий между государством и группами влияния в сфере экономики в пользу последних, что неизбежно должно было повлечь за собой изменения в структуре элитной диспозиции: верховная власть перестает быть “направляющей силой” процесса модернизации, и ее судьба решается в ходе консенсуса ведущих экономических групп.

Если учесть, что деятельность «экономистов» имела не только теоретический характер, но представляла собой, по существу, лоббистскую активность в пользу частного капитала, можно констатировать, что “экономисты” представляли собой классический пример группы влияния.

Стремлением пополнить госбюджет было продиктовано, в частности, лоббировавшееся Рейтерном и принятое Александром II в глубочайшей тайне решение о продаже Аляски, хотя вырученная сумма—7 млн. долларов вряд ли могла существенно улучшить финансовое состояние государства. В конечном итоге, несмотря на поддержку Александра II, стратегия Рейтерна не дала ожидаемых результатов по двум причинам. Прежде всего, не удалось осуществить накопление финансовых ресурсов: решение об участии России в войне 1877-1878 гг. сорвало планы валютно-финансовой реформы Рейтерна, с которой были связаны надежды на финансовую стабилизацию (как указывалось выше, военные расходы России в русско-турецкой войне 1877-1878 гг.—1113 млн. руб.—вдвое превысили годовой бюджет государства (600 млн. руб.), что привело к понижению курса рубля на 37 % в 1878 г [8].

Во-вторых, реализация предложения  Рейтерна о передаче государственных  железных дорог в частные руки и распределения концессий на строительство новых линий показал, что частные компании (естественным образом ориентированные на получение прибыли) игнорировали менее доходные, но стратегически важные с точки зрения государства направления железнодорожного строительства, предпочитая сооружение коммерчески выгодных линий.

Помимо геоэкономических и геополитических причин возможности использования инновационной модели развития в политической практике России были ограничены и по внутриполитическим мотивам. Успешная эволюция процессов элитообразования в пользу инновационной модели предполагала укрепление экономических и политических позиций групп влияния и дальнейшее перераспределение властных полномочий в рамках дихотомии «государство—группы влияния» в пользу последних. Однако ни одному из этих условий не суждено было сбыться. Созданные в среде экономической элиты группы влияния по указанным выше причинам (политическая и экономическая слабость русской буржуазии) оставались маловлиятельными акторами российской политики, а государство в лице верховной власти не было готово к либерализации политического курса.