Правление Суллы и его итоги
Содержание
Введение
Начало I в. до н. э. в истории Рима изобилует событиями, определившими его дальнейшую судьбу. Одним из них была борьба двух политических объединений – марианцев и сулланцев, которая и стала темой нашего исследования.
Одно из центральных мест в обширном круге проблем теоретического и методологического характера, которые ставит перед наукой история Рима второй половины II – I вв. до н. э., занимает проблема перехода от республики к империи. Это не случайно: именно в событиях, определивших этот переход, заложены основные импульсы всего последующего развития римского государства и общества. Особенно оживленный характер обсуждение данной проблемы приняло в Новое время. Борьба марианцев и сулланцев – один из важнейших этапов, подготовивших переход от республиканского режима к империи, что и определило актуальность исследования.
Новизна заключается в попытке воедино собрать все факты, данные в источниках и показать, с использованием существующей историографии, их противоречивость.
Объектом нашего исследования стала социально-политическая борьба в Риме в I в. до н. э. Предметом же послужила борьба оптиматов (сулланцев) и популяров (марианцев).
Целью данной работы стал анализ борьбы марианцев и сулланцев в Древнем Риме.
Для исполнения цели работы при исследовании были поставлены следующие задачи, а именно:
Выяснить причины и обострения социальной борьбы в Риме во время Союзнической войны 91 – 88 гг. до н. э. и охарактеризовать поход Суллы на Рим.
Рассмотреть период господства марианцев в Италии (87 – 82 гг. до н. э.).
Изучить ход гражданской войны 83 – 82 гг. до н. э. и выяснить причины установления диктатуры Суллы.
Охарактеризовать период правления Суллы.
В работе были использованы следующие методы исследования:
—Историко-генетический;
—Историко-системный;
—Историко-сравнительный.
Историко-генетический метод относится к числу наиболее распространенных в исторических исследованиях. Суть его состоит в последовательном раскрытии свойств, функций и изменений изучаемой реальности в процессе ее исторического движения. Этот метод позволяет в наибольшей мере приблизиться к воспроизведению реальной истории объекта исследования. Данный метод был использован для выяснения причин обострения социальной борьбы в Риме во время Союзнической войны.
Основой применения историко-системного метода является единство в общественно-историческом развитии единичного, особенного и общего. Реально и конкретно это единство выступает в исторических системах разного уровня. Функционирование и развитие обществ включает и синтезирует те основные составные компоненты, из которых складывается историческая реальность. К этим компонентам принадлежат отдельные неповторимые события (Союзническая война), исторические ситуации (господство марианцев в Италии) и процессы (первые шаги превращение Рима в империю, при помощи установления диктатуры Суллы). События и процессы не только казуально обусловлены и имеют причинно-следственные связи, но и взаимосвязаны между собой функционально. Изучаемая система (в нашем случае борьба марианцев и сулланцев) рассматривается не со стороны ее отдельных аспектов и свойств, а как целостная система.
Историко-сравнительный метод также давно применяется в исторических исследованиях. Он основывается на сравнениях — важном методе научного познания. Многие явления тождественны или сходны внутренней сутью и отличаются лишь пространственной или временной вариацией форм. Поэтому в процессе сравнения и открывается возможность для объяснения исторических фактов, раскрытия их сущности. Именно историко-сравнительный метод позволяет указать на недостатки источниковедческой базы. Поэтому данный метод был использован при сравнении политики правления марианцев и суллацев.
1 Источники и историография.
При написании данной курсовой работы была использована литература в которой можно выделить два определяющих, совершенно противоположных подхода исследования: революционный и нереволюционный. Сравнение интерпретаций одних и тех же фактов и событий было полезно для их научного анализа.
Концепция революционного характера перехода от республики к империи идет от Т. Моммзена, который считал, что начало революции в Риме было положено выступлением братьев Гракхов, и завершилась она установлением «монархии Цезаря» [13]. По сути своей это была реакция широких демографических слоев против господства сената. Во главе римской революции стояли, по мнению Моммзена, такие истинные демократы, как Гракхи, Марий, Сульпиций, Цинна. В целом концепция Т. Моммзена получила широкое признание и вызвала множество откликов, вариаций и подражаний.
Особый взгляд на проблему римской революции высказал С. Л. Утченко [17]. Он предложил собственное определение характера и существа событий II – I вв. до н. э. как «социальной революции», осуществленной в рамках единой общественно-экономической формации. По мнению С. Л. Утченко , это была демократическая революция против Рима-полиса, против «староримской аристократии, против крупного землевладения… борьба италийского крестьянства за землю и политические права». Она развивалась условно в 146 – 88 гг. до н. э., ее кульминационным пунктом была Союзническая война, превратившая Рим из полиса в федеративное государство с единой территорией и единым гражданством.
Концепция нереволюционного характера перехода от республики к империи выглядит более однородной. Ее сторонники представляют суть и принципиальное значение исторического развития Рима в том, что он постепенно превратился из общины в мировую территориальную державу. Это вызвало дезинтеграцию всех структурообразующих республиканских систем.
Монография Н. В. Чекановой [18] представляет собой фундаментальное научное исследование, посвященное одной из самых важных тем истории древнего Рима – проблеме перехода римского государства от республики к империи. Подробный разбор деятельности лидеров, пролагавших пути к новому императорскому режиму – Суллы, Юлия Цезаря, Октавиана Августа, – автор удачно сочетает с воссозданием римской общественной жизни в эпоху Гражданских войн, мыслей и чувствований различных социальных групп, тех духовных ценностей, которые исповедовали последние. Н. В. Чеканова показывает социальный и идейный раскол в римском обществе времени поздней Республики: с одной стороны, общественная верхушка, сенаторская знать и некоторая часть средних слоев, с их приверженностью к традиции, к заветам предков; с другой – младшая сенаторская знать, «новые люди», городской люмпен-пролетариат, жители италийских общин и провинциалы, слабо интегрированные в римское общество, которым было присуще в той или иной степени безразличие к традиционным установлениям и ценностям.
Трухина Н. Н. в своей монографии [16] дает характеристику римского общества и важнейших общественных проблем II – начала I в. до н. э., выявляет социальный состав и цели политических партий того времени. Так же она критикует основные концепции по вопросам партийной борьбы Поздней Республики, высказывает мнение о наличии в Риме трех главных политических течений: аристократии, средних слоев и мелкого плебса.
В источниках борьба Мария и Суллы, так же представлена достаточно широко. «Римская история» Веллея Патеркула [2] и «Гражданские войны» Аппиана [1] дают подробное изложение предпосылок союзнической войны, хода боевых действий на первом и втором годах войны, создания государственной организации союзников, ловкой римской политики по расколу рядов союзников, с одной стороны, и жестокости на поле сражения – с другой.
Наиболее подробные сведения о диктатуре Суллы мы находим у Плутарха [4] и особенно Аппиана [1]. Они рассказывают о приходе Суллы к власти, его сторонниках и противниках, различных мероприятиях Суллы, жестоких методах правления. В их работах можно найти характеристику тех слоев населения, на которые опирался Сулла, на положительных и отрицательных сторонах его правления, на роли его диктатуры в падении республиканского строя. Краткий обзор периода содержит «Римская история» Флора [3].
Из тех же источников встают и последующие события, связанные с первым после движения Гракхов, неизмеримо более кровавым витком гражданских войн, с разгромом Марием кимвров и тевтонов, со вторым сицилийским восстанием рабов, на подавление которого был направлен также Марий, с движением Апулея Сатурнина и получившим название Союзнической войны восстанием италийских союзников Рима, подавление которого было поручено Марию и Сулле. История Первой Митридатовой войны, кроме того, изложена в «Митридатовой книге» обширного труда Аппиана [1].
2 Обострение социальной борьбы в Риме во время Союзнической войны 91 – 88 гг. до н. э. Поход Суллы на Рим.
К 90-м гг. I в. до н. э. обстановка в Италии становилась все более напряженной. Заметно обостряются отношения между всадниками и сенаторами, в борьбе с которыми всадники все более решительно начинают использовать суд. Уменьшается число граждан, обладающих земельной собственностью и жаждущих передела. Но особенно остро встает союзнический вопрос. Давно уже экономическое развитие Италии, приводившее к смешению римлян и италиков, требовало их уравнения в политических правах. Между тем положении союзников оставалось таким же неравноправным, каким оно было еще до пунических войн – уже не говоря о том, что у них отбирались лучшие земли, они выплачивали военный налог, поставляли вспомогательные войска, получая при дележе добычи мизерную долю, и полностью зависели от произвола римских властей, не имея никаких политических прав. Веллей Патеркул пишет: «В каждом году, в каждой войне они должны были выставлять двойное число пехотинцев и всадников, и никогда не пользовавшиеся гражданскими правами того государства, которое благодаря им достигло вершин, будучи при этом людьми одного происхождения, одной крови, они третировались как иностранцы и чужаки» [2, с. 95]. К концу 90-х годов I в. до н. э. общественные противоречия столь обострились, что для многих политических деятелей стала ясна угроза новых вспышек социальной борьбы.
Именно в это время на политической арене появляется народный трибун Марк Ливий Друз. Патеркул пишет про него, что: «Для того чтобы понять образ его жизни, не следует опустить один случай: когда он сооружал дом на Палатине, на том месте, где некогда был дом Цицерона, позднее Цензорина, а ныне Статилия Сизенны, строитель предложил ему построить так, чтобы он был скрыт от завистливых взглядов и избавлен от докучливых свидетелей, и он ответил: «Если только позволяет твое искусство, построй мой дом так, чтобы каждый мог наблюдать за всем, что я делаю» [, с. 94-95]. Избранный в 92 г. народным трибуном, он предлагает целую программу преобразований, в центре которой стоял аграрный и ставший неотделимым от него союзнический вопрос.
Начал Друз с того, что, идя навстречу италикам, обещал провести законы о даровании им гражданских прав и о выведении для новых граждан в Италии и Сицилии множества колоний. Сенаторы предложили Ливию Друзу компромисс – удовлетворить его обещания в обмен на лишение всадников судебной власти. Новый судебный закон, предложенный на одобрение народному собранию, предусматривал увеличение численности сената вдвое, до шестисот человек, за счет включения в его состав всадников и передачу сенату нового состава судебной власти с правом расследования дел о коррупции. К этому законопроекту он присоединил предложение о раздаче хлеба неимущим гражданам и выведении колоний на государственные земли. В результате законом были недовольны и всадники и сенаторы.
В день народного собрания, на котором предстояло провести законопроект Друза, нахлынуло столько народу, что, по словам Флора, казалось, что город осажден неприятельской армией [3, с. 102]. Собрание проходило бурно, не обошлось даже без ареста одного из консулов, которого Друз, при ободрительных криках собравшихся отправил в тюрьму. Законопроекты были приняты и переданы в соответствии с существующими порядками на утверждение сената. Не в состоянии найти убедительных оснований для отклонения, сенат отверг их под предлогом несоблюдения мелких формальностей.
Готовилось новое собрание. Но накануне его на пороге собственного дома жизнь народного трибуна оборвал кинжал наемного убийцы. Патеркул пишет: «Когда он возвращался с Форума в сопровождении огромной и нестройной массы граждан, всегда его сопровождавшей, во внутренней части его дома его поразили ножом, пронзившим его бок и там оставленным. В течение нескольких часов Друз скончался» [2, с. 94].
Устранение влиятельного народного трибуна и угроза расправы над его сторонниками вызвали вооруженное восстание римских союзников, известное в древности как Союзническая война (90 – 88 гг. до н. э.).
Над Римом нависла страшная опасность. По численности союзники превосходили римлян и не уступали им в военной организации. К восставшим примкнули портовые города Италии, а именно через них Рим поддерживал связь с провинциями, от доходов которых и торговли с которыми он в то время уже зависел.
Восстание против римлян началось в городе Аскуле. Жители города, услыхав о гибели Ливия Друза, собрались в театре. Туда же явился римский претор, узнавший о собрании. Обратившись к собравшимся с бранной речью, он вызвал возмущение. Жители Аскула расправились с обидчиком и его воинами, после чего они призвали к восстанию других союзников. Восстание охватило большую часть средней и южной Италии. Патеркул написал, что: «Смерть Друза возбудила еще ранее назревавшую войну с италиками. В консульство Л. Цезаря и П. Рутилия, сто двадцать лет тому назад, вся Италия подняла оружие, хотя зло исходило от аскуланцев, убивших претора Сервилия и легата Фонтея, затем перекинулось к марсам и далее охватило все части Италии» [2, с. 95]. Сохранили верность Риму крупные рабовладельческие хозяйства. Кроме того, военными оплотами римлян были их колонии, разбросанные по разным областям Апеннинского полуострова.
Наиболее энергичными
Война приняла тяжелый и напряженный
характер. Для пополнения рядов римских
войск сенат дал распоряжение
принимать в легионы
В первый период войны успех сопутствовал восставшим. Их отряды овладели рядом городов в южной Италии. Римские войска терпели тяжелые поражения. Захватывая города, восставшие расправлялись с местной рабовладельческой знатью. К восстанию присоединялась беднота, а в некоторых местах даже рабы. Поражения вызвали волнения плебса в самом Риме. К тому же ухудшение продовольственного положения из-за прекращения торговли грозило голодными бунтами. Колебались оставшиеся верными римлянам этруски и умбры.
Восставшие италики попытались создать государственную организацию. Патеркул пишет, что: «В качестве своей столицы италики избрали Корфиний и назвали его Италика» [2, с. 96]. В нем собрался «сенат» из 500 членов, выбранных от различных городов и племен, принявших участие в восстании. Сенат избрал двух консулов и 12 преторов. Была отчеканена золотая монета, на которой был изображен символ Италии бык (считалось, что само слово «Италия» происходит от «вителлус» – бычок), прижавший рогами к земле извивающуюся римскую волчицу. Положение Рима становилось все более угрожающим.
Серьезные военные неудачи заставили римлян пересмотреть политику по отношению к союзникам. В конце 90 г. до н. э. Луций Юлий Цезарь провел закон о даровании прав римского гражданства тем из союзников, которые сохранили верность Риму и не приняли участия в восстании. В 89 г. до н. э. новым законом было обещано римское гражданство всем восставшим союзникам, сложившим оружие в течение двух месяцев с момента его опубликования.
Большая часть италиков воспользовалась предоставленной им возможностью выйти из войны. Однако самниты, луканы, марсы и некоторые другие союзные общины продолжали борьбу. Тем не менее, постепенно военный перевес перешел к римлянам. Преодолев героическое сопротивление восставших, римляне овладели Корфинием. Основные силы восставших союзников были разбиты (88 г. до н. э.), но в отдельных горных районах война продолжалась еще некоторое время. Патеркул пишет, что: «Затем мало-помалу вводя в римское гражданство тех, которые или не брались за оружие, или сложили его первыми, римляне укрепили свои силы. Помпей, Сулла и Марий восстановили клонящееся к упадку римское государство. Если не считать военных действий под Нолой, италийская война была в основном закончена…» [2, с. 96].
Уступка Рима италикам, вырванная ими героической борьбой, в значительной степени обесценилась тем, что новых граждан, превосходящих по численности старых, включили только в 10 триб, а не во все 35. При голосовании в собраниях по трибам (трибутным комициям) это давало им всего десять голосов, тогда как старые граждане обладали тридцатью пятью голосами. Сенат преследовал этим цель несколько ограничить политическую активность новых граждан в народном собрании. Аппиан написал, что: «Все новые граждане, впрочем, подобно предыдущим, зачислены были в десять новых триб с тою целью, чтобы они не смешались с гражданами, находившимися в старых трибах, и при голосовании не получили перевеса вследствие своего многолюдства» [1, с. 224]. Естественно, новые граждане и защищавшие их популяры были недовольны таким положением и настаивали на распределении новых граждан по всем 35 трибам. Неполное решение союзнического вопроса, а также тяжелое экономическое положение после войн вызвали ожесточенную внутриполитическую борьбу.
Распространение прав римского гражданства на италиков имело далеко идущие последствия. Из города-государства Рим начинал превращаться в государство общеиталийское. Все его свободное население становилось римскими гражданами и могло оказывать влияние на решение политических вопросов.
Непосредственным результатом распространения римского гражданства на италиков было изменение самого состава римских легионов, которые отныне в большей своей части стали комплектоваться из италиков. С одной стороны, это увеличивало боеспособность армии, с другой – определило характер тех будущих социальных перемен, которые, в конечном счете, сделали неизбежным падение Римской республики.
Уступка Рима италикам была ускорена новой угрозой с Востока, исходившей от Митридата Евпатора. У римлян были основания подозревать, что союзники чеканили монету из его золота. Но еще опаснее была лютая ненависть к Риму населения восточных провинций, готового оказать поддержку царю Понта людьми и ресурсами.
Приняв позу освободителя, понтийский царь начал действовать в римских провинциях. Он разослал по всем городам письма с приказом перебить у себя всех римлян и обещанием свободы. Открыть эти письма надлежало в один и тот же день. И жители провинций истребили за один этот день до восьмидесяти или, по сведениям некоторых авторов, даже до ста пятидесяти тысяч граждан, обосновавшихся здесь как землевладельцы, откупщики, ростовщики, торговцы. Цифра погибших граждан, возможно, преувеличена. Не исключено, что в нее включены и оказавшиеся в Малой Азии жители Италии, носившие римскую одежду. Но, во всяком случае, погибли тысячи откупщиков и их агентов, было захвачено все принадлежавшее им имущество, разбежались их рабы, прекратился сбор налогов с богатейшей римской провинции. И это было самым опасным для государства, разоренного Союзнической войной.
Известие об истреблении римлян и италиков в странах Эгейского бассейна вызвало гнев и возмущение среди римского населения, особенно среди всадничества. Римские торговцы, ростовщики и публиканы не только жаждали отомстить за погибших собратьев, но намеривались сильно обогатиться за счет грабежа экономически развитого Восточного Средиземноморья. Поэтому они считали, что командующим в войне с Митридатом должен быть военачальник, тесно связанный со всадничеством. Наиболее подходящей кандидатурой для этого был, с их точки зрения, престарелый Гай Марий, вернувшийся в строй во время Союзнической войны.
Однако сенат, руководимый группой оптиматов, назначил командующим в войне с Митридатом Луция Корнелия Суллу, бывшего консулом в 88 г. до н. э. Сулла хорошо знал политическую обстановку на Востоке. Во время Союзнической войны он показал себя деятельным военачальником, беспощадно подавившем сопротивление восставших.
Н. В. Чеканова в своей монографии пишет про Суллу, что: «Единственное, что выделяло его из ряда молодых римских аристократов и, по-видимому, внушало сенату уверенность в его способности реально противостоять марианцам и организовать поход против Митридата, – это его неукротимое честолюбие и жажда славы» [18, с. 161].
Сулла возглавлял сильную армию, готовую к выступлению на новый театр военных действий. Легионы Суллы уже двинулись по направлению к Брундизию, чтобы оттуда переправиться на Балканский полуостров.
Тем не менее, всадники и связанный с ними Гай Марий настаивали на своем решении вопроса о ведении войны с Митридатом. Новая вспышка социальной борьбы была связана с деятельностью народного трибуна 88 г. до н. э. Сульпиция Руфа. Красноречивый и энергичный народный трибун Сульпиций Руф провел через народное собрание ряд мер, выгодных плебсу, италикам и прежде всего Марию: уравнение в правах старых и новых граждан, амнистию и передачу командования над восточной армией Марию. Сульпиций Руф предложил несколько законопроектов, которые должны были нанести удар по сенатской олигархии: провести чистку сената, изгнав из него всех сенаторов, имеющих долги свыше 10 тыс. сестерций; распределить всех новых граждан и вольноотпущенников по всем 35 трибам. Стремясь усилить ряды своих сторонников, Сульпиций Руф предложил вернуть из изгнания осужденных за политическую деятельность.
Законопроекты Сульпиция встретили сопротивлении со стороны сената. Однако они имели успех в народном собрании, и, несмотря на ожесточенное сопротивление оптиматов, были приняты и стали законами в 88 г. до н. э.
По сведениям Плутарха Сульпиций навербовал отряд в 3 тыс. человек, дубины которых наводили страх на сторонников оптиматов [4, с. 201]. Законы Сульпиция ослабили авторитет и влияние сената, укрепили ряды популяров. Сульпиций предложил еще один важный закон, по которому сенатский военачальник Сулла отстранялся от командования армией, отплывающей на Восток воевать с понтийским царем Митридатом VI, и заменялся Марием, вступившим в союз с популярами. Сульпиций понимал, что армия, возглавляемая сторонником сената, будет опасна для популяров и их деятельности.
В народном собрании Сульпицию и его сторонникам удалось провести свое предложение, но отстранить от командования армией Суллу оказалось невозможным. В Нолу, где стояли готовые к посадке на суда легионы Суллы, прибыли воинские трибуны, чтобы принять войско и передать его Марию. Однако Сулле не стоило больших трудов объяснить легионерам, что выполнение решения народного собрания означает направление на Восток других легионов, которым и достанется добыча. Посланцы народа были побиты камнями, легионеры поддержали Суллу, который не подчинился решению народного собрания. Сулла повел войска на Рим (88 г. до н. э.).
Безусловно, это решение Суллы нельзя считать субъективно осознанным государственным переворотом. По сообщению Аппиана, политическим лозунгом Суллы было освобождение Рима от тиранов [1, с. 354].Чеканова Н. В. пишет,что: «При этом имелись в виду не только Марий и Сульпиций, но все те, кто действовали заодно с ними и ослабляли государство. Об этом Сулла говорил на собиравшихся народных сходках еще во время боев под стенами Рима» [1, с. 165]. Таким образом, он постоянно подчеркивал, что действует в интересах государства и в соответствии с ситуацией, сложившейся в результате междоусобных распрей.
Марий и его сторонники попытались организовать сопротивление. На окраинах Рима начались жестокие схватки. Сулла пригрозил поджечь город. Угроза возымела действие: воины Суллы заняли Рим.
Захватив власть над Римом, Сулла, прежде всего, расправился с Сульпицием и его сторонниками. Многие сторонники Мария погибли. Отрубленную голову Сульпиция Руфа выставили на рострах как трофей победителей и предвестие грядущих расправ. Гаю Марию удалось бежать в Африку и укрыться в руинах Карфагена. Римский историк Флор писал: «Марий, взирающий на Карфаген, и Карфаген, видящий Мария, могли служить друг другу утешением» [3, с. 62].
Для упрочнения власти олигархии, от имени которой выступал Сулла, он реформировал государственное устройство: укрепил ряды сената, включив туда 300 новых членов из своих сторонников, резко ограничил права народного собрания и народных трибунов. Был принят закон, по которому все предложенные трибунами законопроекты должны предварительно обсуждаться в сенате. Тем самым деятельность народных трибунов ставилась под контроль сената. Наконец, Сулла изменил порядок голосования в народном собрании, вернув его к старой, так называемой сервиевской системе, обеспечивающей преобладание зажиточной части граждан.
Стремясь приобрести поддержку малоимущих римских граждан, Сулла ограничил ссудный процент и предложил вывести несколько колоний. Законопроекты Суллы были приняты и стали законами без всякого сопротивления.
Все представленные факты сведетельствуют о том, что решение союзнического вопроса вызвало обострение социальной борьбы между оптиматами и популярами. Это привело к тому, что Сулла смог воспользоваться механизмом, в создании которого решающая роль принадлежала Марию: профессиональная армия, преданная полководцу, сводит на нет итоги любого голосования. Благодаря этому: впервые в римской истории армия выступила против существующего правительства и свергла его; впервые в римской истории город Рим был взят римскими же войсками, а в пределах римских городских стен находилось вооруженное войско, которое, согласно римским законам, было запрещено вводить в Рим.
3 Господство марианцев в Италии в 87 – 82 гг. до н. э.
После проведения выборной кампании на следующий, 87 год до н. э. Сулла во главе шести легионов отбыл на Восток, так как успехи Митридата приняли особенно угрожающий для римлян характер. Это развязало руки противникам сенатской олигархии. Оснований для подъема движения популяров было достаточно. Новые граждане (бывшие италийские союзники) выражали недовольство своим неполноправным положением и требовали возвращения к демократическим законам Сульпиция о распределении союзников по всем трибам. Массы городского плебса были недовольны ограничением функций народного собрания и прав народных трибунов. Всадники понимали, что усиление сенатской олигархии может ударить по их судебной монополии и политическому влиянию.
После отъезда Суллы на Восток сторонники Мария начали уговаривать Цинну выступить за возвращение победителя кимвров из изгнания. Италийцы со своей стороны будто бы дали ему взятку в 300 талантов за то, чтобы он выступил за распределение новых граждан по всем 35 трибам. Даже если какие-то деньги консул и получил, вряд ли, конечно, его политическая позиция определялась столь меркантильными мотивами. Очевидно, он просто решил опереться в своей деятельности на италиков, что могли принести немалые дивиденды. Это естественным образом вело его к союзу с марианцами, которые в прошлом году вместе с Сульпицием отстаивали то же решение. Они же, разумеется, стали выступать за возвращение из изгнания Мария и его сторонников [1, с. 425].
В конце концов, Цинна выступил в комициях с предложением распределить новых граждан по трибам и вернуть изгнанников. Противников этого проекта возглавил его коллега Гней Октавий. Его, очевидно, в массе своей поддержал городской плебс, который, как и нобилитет, был против уступок италикам. Большинство плебейских трибунов наложили вето на предложение Цинны. Его сторонники из числа италиков, прибывшие в Рим с оружием, потребовали снятия вето. Люди Октавия напали на них и учинили побоище. Аппиан уверяет, что, когда они одолели приверженцев Цинны, тот бросился бежать по городу, обещая рабам свободу. В конце концов, ему пришлось скрыться из Рима. Сенат отстранил его от должности и назначил на его место фламина Юпитера Луция Корнелия Мерулу, не связанного ни с Суллой, ни с Цинной [1, с. 426].
