Правосубъектность юридического лица. 2

Содержание 

Введение

1. Содержание правосубъектности юридического лица

    1. Историческая эволюция понятия "Правосубъектность юридических лиц"
    2. Сущность правосубъектности юридического лица
    3. Возникновение и прекращение правоспособности и дееспособности юридического лица

2. Содержание правосубъектности юридических лиц

    1. Элементы правосубъектности юридических лиц

2.2.     Особенности правосубъектности некоммерческих юридических лиц

Заключение

Нормативно-правовые акты

Список литературы 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Введение 

Актуальность темы исследования обусловлена теоретической и практической значимостью вопросов, касающихся нормативно-правового регулирования деятельности юридических лиц в Российской Федерации.

Жизнь современного общества немыслима без объединения людей в группы, союзы разных видов, без соединения их личных усилий и капиталов для достижения тех или иных целей. Основной правовой формой такого коллективного участия лиц в гражданском обороте является конструкция юридического лица.

Появление института юридического лица в самом общем виде обусловлено теми же причинами, что и возникновение и эволюция права: усложнением социальной организации общества, развитием экономических отношений и, как следствием, общественного сознания. На определенном этапе общественного развития правовое регулирование отношений с участием одних лишь физических лиц, как единственных субъектов частного права, оказалось недостаточным для развивающегося экономического оборота. Так, уже во II-I в. до н.э. юристами Римской республики обсуждалась идея существования организаций (союзов), обладающих нераздельным, обособленным имуществом (частные корпорации: коллегии), выступающих в гражданском обороте от собственного имени (городские общины), существование которых в принципе не зависит от изменений в составе их участников. Само понятие юридическое лицо было неизвестно римским юристам, и его сущность ими не исследовалась, но идеей расширить круг субъектов частного права за счет особых организаций, союзов граждан мы, несомненно, обязаны римскому праву.

Участие в гражданских правоотношениях возможно лишь при наличии признаваемой и предоставляемой государством правосубъектности. Причем объем правосубъектности юридического лица отличается от объема правосубъектности физического лица и государства.

Степень разработанности проблемы. В российской науке категория правосубъектности глубоко и всесторонне разрабатывалась в основном применительно к гражданам, тогда как сущность гражданской правосубъектности юридического лица редко становилась предметом самостоятельного исследования. Обычно правосубъектность юридического лица рассматривалась в свете общего вопроса о природе юридического лица как субъекта права либо в процессе изучения правового положения отдельных видов юридических лиц (например, работа Витрянского В.В. «Правовое положение государственных и муниципальных предприятий»). В современной литературе вопросам правосубъектности юридических лиц посвящены работы российских правоведов Козловой Н. «Понятие и сущность юридического лица: Очерк истории и теории», Кудашкина В. «Юридическая природа правоспособности субъектов гражданского права в сферах общих дозволений и запретов», Лихотниковой Е. «Некоммерческие организации: правосубъектность и право собственности», Тосуняна Г. и Викулина А. «Исключительная правоспособность банка» и некоторые другие. Однако даже в отношении самого понятия "правосубъектность" и его содержания во взглядах ученых нет единства мнений.

Объектом исследования являются общественные правоотношения, складывающиеся в процессе нормативно-правовой регламентации статуса юридических лиц в Российской Федерации.

Предмет исследования - элементы правосубъектности юридического лица.

Цель исследования - исследование правосубъектности юридического лица.

Достижение поставленной цели обусловило постановку и необходимость решения следующих основных задач:

-раскрыть теоретические аспекты категории "правосубъектность";

-проанализировать сущность и элементы правосубъектности юридических лиц;

- показать возникновение  и прекращение правосубъектности  юридических лиц;

- изучить характер правосубъектности  юридических лиц;

- выявить особенности  правосубъектности некоторых видов  юридических лиц.

Методологическую основу исследования составляют общенаучные и частнонаучные методы исследования, в том числе: формально-логический, системно-структурный. Их применение позволило автору исследовать рассматриваемые объекты во взаимосвязи, целостности, всесторонне и объективно.

Структура работы. Работа состоит из введения, двух глав, заключения, списка использованной литературы. 

 

 

 

 

 

        Глава 1. Содержание правосубъектности юридического лица 

1.1. Историческая  эволюция понятия "Правосубъектность  юридических лиц"

В разные исторические периоды содержание правосубъектности было различным.

Термин "корпорация" происходит от латинского выражения "corpus habere", обозначающего права юридической личности. Такие права стали признаваться за частными союзами в Римской империи в императорский период (начиная со 160-х годов н.э.), однако окончательного признания гражданско-правовых союзов как равных с физическими лицами субъектов права в Риме так и не произошло 1.

Первоначально в Риме частные корпорации, религиозные общины и профессиональные союзы ремесленников представляли собой не юридические лица, а объединения, напоминающие простые товарищества. Отношения третьих лиц строились не с корпорацией в целом, а с каждым участником, общее же имущество корпораций рассматривалось как принадлежащее каждому из его участников в определенной доле либо как принадлежащее одному из участников казначею, ведущему дела объединения и ответственному перед его членами. Лишь в императорское время идея о самостоятельности общины по отношению к членам, в нее входящим, стала доминирующей. Имущество профессиональных союзов ремесленников и религиозных общин было обособлено от личного имущества их членов. Однако данная процедура имела значение лишь во внутренних отношениях союза с его членами, поскольку "для третьих лиц существовал не союз как целое, а физические лица, участники союза" уже тогда выделялись различия между римскими союзами и гражданско-правовыми товариществами2.

Организации, подобные юридическим лицам существовали и в средние века. Города, коллегии, цеха, товарищества и подобные им организованности в соответствии с особыми актами монархов, парламентов и правительств становились субъектами общественных правоотношений. Этим образованиям даровались права и привилегии, набор и состав которых были весьма разнообразными. Общего понятия и единого содержания правоспособности не было, как впрочем, и понятие юридическое лицо3.

И в течение достаточно долгого времени термин "корпорация" служил синонимом термина "юридическое лицо"4. Во многом это было связано с тем, что вплоть до Савиньи цивилистике не было известно понятие учреждения; все образования, трактовались как корпорация. Лишь вследствие разработки германскими цивилистами понятия "учреждение" и "корпорация" приобрело более современное значение "юридическое лицо, основанное на членстве, участии.

Трактовка корпорации как союза, под которым долгое время подразумевалось юридическое лицо, привела к появлению так называемой корпоративной теории учреждения, в соответствии с которой учреждение рассматривалось не как иная, противоположная корпорации организационная форма, но как корпорация с неопределенным числом участников. В то же время германские цивилисты проводили различие между римскими и немецкими союзами. Они отмечали, что римская корпорация это лицо, отличное от индивидов, его составляющих, между тем как германские союзы объединения, в которых переплетены интересы союзной личности и ее членов таким образом, что права членства не противопоставляются интересам союзной личности5.

Особняком в ряду теорий юридических лиц стоит концепция Иеринга, полагавшего, что юридическое лицо, как таковое, в действительности не существует. Это - не более, чем юридический курьез. В корпорации не юридическое лицо как таковое, а отдельные ее члены являются действительными субъектами права, поскольку создание корпорации связано с удовлетворением их интересов. Иоффе О.С. описывал теорию следующим образом: "…Поскольку право - это система защищенных законом интересов, то законодатель дает правовую защиту отдельным группам людей, позволяя им выступать вовне как единое целое, что, однако, не означает создания нового субъекта права"6. Таким образом, Иеринг сочетал тезис о фиктивности самого юридического лица с признанием реальности стоящих за ним групп людей.

Также обособленно стоит теория коллективной собственности7, в соответствии с которой юридическое лицо это способ управления имуществом, принадлежащим коллективу. Нужно подчеркнуть слово способ, которое позволяет сомневаться в признании автором данной теории - Планиолем, за юридическим лицом правосубъектности. Разве способ может иметь права и осуществлять обязанности, быть истцом и ответчиком в суде? Может ли способ обладать имущественной обособленностью? Если нет, в чем необходимость создания такого способа - юридического лица?

Уже при принятии Гражданского кодекса наполеона 1804года шли обсуждения о легализации юридических лиц, но официального признание за юридическим лицом правосубъектности было закреплено лишь в Германском Гражданском Уложении, которое вступило в силу с 1900 года. В соответствии с этим нормативно правовым актом, в книге первой, вторая глава первого раздела посвящена Юридическим лицам8.

Таким образом, можно отметить, что в Новое время круг организованностей, способных стать субъектами гражданских отношений, значительно расширился. В отличие от средних веков для получения статуса акт высшей власти уже не требовался - во всяком случае, в обязательном порядке, в качестве правила. Основываясь на вышеизложенном, можно сделать вывод, о том, что впервые содержание правоспособности в достаточно полной мере было определено и закреплено в законодательных актах европейских стран в XIX - начале XX веков.

Представление о правосубъектности юридического лица, эволюционировало за пониманием сущности самого юридического лица. Данной проблемой занимались не только в "капиталистических странах", пристальное внимание на нее было обращено и советскими юристами. Сущностью юридического лица как субъекта гражданского права занимался такой ученого как С.Н. Братусь9. В своих работах он заявил себя как решительный сторонник теории юридического лица, впоследствии кратко обозначенной как теория коллектива. "Теория коллектива" исходит из того, что носителями правосубъектности государственного юридического лица являются коллектив рабочих и служащих предприятия, а также всенародный коллектив, организованный в социалистическое государство. Тема коллектива, с приходом советской власти была популярна в те годы, однако упоминание в качестве носителя правосубъектности государственного юридического лица всенародный коллектив, организованный в социалистическое государства с позиции нашего времени,, кажется некоторым перегибом.

Теория коллектива, хотя и занимала в отечественной цивилистической науке 50-х и последующих годов XX столетия лидирующие позиции, отнюдь не была единственной. В творческом соревновании с нею, а то и в противовес ей выдвигались другие концепции. В рамках общепринятого понимания юридического лица как реально существующего явления, обладающего людским субстратом, в советской цивилистике наряду с вышеупомянутой выделились и другие теории.

"Теорией  коллектива" имеет общую идею  с "теорией директора" о наличии  людского субстрата (лица или  коллектива) в государственном юридическом  лице.

"Теория  директора" или "теория администрации" наиболее полно исследованная  в работах Н.Г. Александровa, М.В. Гордон, Ю.К. Толстого10, исходит из того, что главная цель наделения организации правами юридического лица - это обеспечение возможности ее участия в гражданском обороте. Именно директор уполномочен действовать от имени организации в сфере гражданского оборота, поэтому он, и является основным носителем юридической личности государственного юридического лица.

О.А. Красавчиков рассматривал юридическое лицо как определенную систему социальных связей11, а Б.И. Пугинский - как некое правовое средство, с помощью которого конкретная организация допускается к участию в гражданском обороте12.

Действительно, будучи организацией, созданной для самостоятельного хозяйствования с определенным имуществом, юридическое лицо является вполне реальным образованием, не сводимым ни к своим участникам, ни тем более к работникам, которые в этом качестве не имеют никаких прав на его имущество и ни при каких условиях не отвечают по его долгам.

Итак, правосубъектность юридических лиц, не является новой темой. Как только появилось само юридическое лицо, так и появилась необходимость в разработке этой темы.

Несмотря на то, что уже прошло более 100 лет с момента легального закрепления за юридическим лицом статуса субъекта права, внимание к его правосубъектности лишь возросло.

Такая ситуация объясняется тем, что на протяжении всей истории, на каждом ее новом этапе, правосубъектность юридического лица, меняясь наполнялась новым содержанием.

 

   1.2. Сущность правосубъектности юридического лица

Российское законодательство не пользуется данным термином, в то время как в юридической науке, преимущественно в области общей теории права и отдельных ее отраслей, уже давно ведутся споры о том, какое место необходимо отвести этому правовому институту.

В связи с этим при рассмотрении данного вопроса приходится обращаться в первую очередь к трудам теоретиков права и ученых-цивилистов. На основе обобщения изложенных ими точек зрения можно выделить три основных подхода к определению понятия правосубъектности.

Первое направление рассматривает правосубъектность как единство право - и дееспособности, т.е. как праводееспособность. Однако даже в рамках данного подхода отсутствует единое представление о сущности правосубъектности. Например, Н.В. Витрук полагает, что она является правовым эквивалентом человеческой воли13. По мнению же С.С. Алексеева, правосубъектность - это свойство, которое по своей природе неотъемлемо от лица, практически то же самое, что и "субъект права"14.

В соответствии с другой точкой зрения содержание правосубъектности следует рассматривать более широко. В частности, в него необходимо включать также права и обязанности, непосредственно вытекающие из действия законов. При такой трактовке правосубъектности она во многом совпадает с понятием правового статуса15.

Учитывая множественность точек зрения на природу правосубъектности в юридической науке, первоочередной задачей является выработка наиболее приемлемого для исследуемой темы определения данного понятия.

Категории правоспособности и дееспособности были впервые выделены в теории гражданского права в силу того, что способность к обладанию гражданскими правами и обязанностями не всегда сочетается со способностью своими действиями эти права и обязанности осуществлять. Позже эти понятия нашли отражение и на законодательном уровне. Так, в соответствии с п.1 ст.17 ГК РФ16 способность иметь гражданские права и нести обязанности (гражданская правоспособность) признается в равной мере за всеми гражданами. Согласно п.1 ст.21 ГК РФ способность гражданина своими действиями приобретать и осуществлять гражданские права, создавать для себя гражданские обязанности и исполнять их (гражданская дееспособность) возникает в полном объеме с наступлением совершеннолетия, т.е. по достижении восемнадцатилетнего возраста.

Гражданское процессуальное законодательство содержит аналогичное определение дееспособности с некоторыми уточнениями, призванными приспособить данную категорию для гражданского судопроизводства 17. В отношении юридических лиц данные термины применяются в том же значении, что и в отношении граждан, с особенностями, о которых будет сказано ниже.

Хотя большинство представителей юридической науки в целом придерживаются аналогичных подходов к пониманию право - и дееспособности, дискуссионным является вопрос о возможности участия в правоотношениях субъекта, лишенного дееспособности, но обладающего правоспособностью. По мнению одних ученых, поскольку правосубъектность сочетает в себе оба этих элемента, в процессуальные отношения с судом могут вступать только те лица, которые сами обладают дееспособностью18. Другие полагают, что субъектами процессуальных правоотношений могут быть также процессуально недееспособные лица19.

Очевидно, что у юридического лица правоспособность и дееспособность неразрывно связаны между собой и возникают одновременно, как правило, в момент его государственной регистрации (п.3 ст.49, п.2 ст.51 ГК РФ) 20. Таким образом, у данных субъектов возможность обладания правами всегда совпадает с возможностью их осуществления, следовательно, разделение в составе правосубъектности юридического лица таких элементов, как право - и дееспособность представляется нецелесообразным.

Что касается более широкого понимания правосубъектности, то следует согласиться с авторами, подвергающими критике подобную точку зрения. Не следует отождествлять правосубъектность, т.е. способность быть субъектом права, с правовым статусом, включающим в себя конкретные права и обязанности, а также ряд других элементов, поскольку в данном случае имеет место чрезмерное расширение данного понятия, вследствие чего оно утрачивает качественную определенность21.

Таким образом, наиболее обоснованной представляется позиция тех ученых, которые рассматривают правосубъектность как единство право - и дееспособности ("праводееспособность") или, другими словами, отождествляют ее с признанием лица в качестве субъекта права.

В соответствии с легальным определением юридического лица, данным в ст.48 ГК РФ, юридическим лицом признается организация, которая имеет в собственности, хозяйственном ведении или оперативном управлении обособленное имущество и отвечает по своим обязательствам этим имуществом, может от своего имени приобретать и осуществлять имущественные и личные неимущественные права, нести обязанности, быть истцом и ответчиком в суде.

Как и всякий субъект гражданского права, юридическое лицо обладает правосубъектностью, т.е. право - и дееспособностью. Вопрос о правоспособности юридического лица разрешен в ст.49 ГК РФ.

В отличие от правоспособности граждан, носящей универсальный характер, правоспособность юридического лица имеет специальный характер. Это следует из п.1 ст.49 ГК РФ: "Юридическое лицо может иметь гражданские права, соответствующие целям деятельности, предусмотренным в его учредительных документах, и нести связанные с этой деятельностью обязанности"22.

Таким образом, деятельность юридического лица должна соответствовать его целям. Деятельность, выходящая за рамки целей, должна признаваться незаконной. Это правило распространяется в том числе и на коммерческие организации. Хотя на первый взгляд может показаться, что, формулируя их правоспособность, законодатель от вышеизложенного правила отступил: "Коммерческие организации, за исключением унитарных предприятий и иных видов организаций, предусмотренных законом, могут иметь гражданские права и нести гражданские обязанности, необходимые для осуществления любых видов деятельности, не запрещенных законом" 23.

Но иметь права и нести обязанности, необходимые для осуществления любого вида деятельности, не запрещенного законом, еще не значит, что такой вид деятельности может не соответствовать целям деятельности, зафиксированным в учредительных документах коммерческого юридического лица, пусть даже эти цели сформулированы столь же широко, как и в законе. Так, в соответствии со ст.50 ГК РФ, основной целью деятельности юридического лица является извлечение прибыли. Неслучайно поэтому Пленум Верховного Суда РФ и Высшего Арбитражного Суда РФ в постановлении № 6 "О некоторых вопросах, связанных с применением части первой ГК РФ"24 уточнил, что под любыми видами деятельности подразумеваются виды именно предпринимательской деятельности.

Что можно признать несколько поспешным. Ведь коммерческое юридическое лицо может заниматься и благотворительной деятельностью и приобретать товары для целей, не связанных с производственным потреблением. Наличие основной цели, предусмотренной законом, как раз свидетельствует о том, что могут быть и иные цели, сопутствующие основной. Однако эти цели не должны выходить на первый план и уж тем более, не должны быть такими, ради достижения которых создаются некоммерческие юридические лица специальной организационно-правовой формы (политические партии, религиозные организации).

Тем не менее, отличие правоспособности большинства коммерческих организаций от правоспособности унитарных предприятий и некоммерческих организаций разительны. Предприятия и некоммерческие организации обязаны определенно фиксировать в своих учредительных документах не только цели, но и виды деятельности. Коммерческим же - достаточно указать цель деятельности. "В связи с этим при разрешении споров следует учитывать, что коммерческой организации, в учредительных документах которой не содержится указанный выше перечень, не может быть отказано в выдаче лицензии на занятие соответствующим видом деятельности только на том основании, что соответствующий вид деятельности не предусмотрен ее учредительными документами. Унитарные предприятия, а также другие коммерческие организации, в отношении которых законом предусмотрена специальная правоспособность, не вправе совершать сделки, противоречащие целям и предмету их деятельности, определенным законом или иными правовыми актами. Такие сделки являются ничтожными на основании статьи 168" (п.18).

Все изложенное выше позволило Пленуму именовать правоспособность коммерческих организаций, за исключением унитарных предприятий и иных организаций, предусмотренных законом, как "общую", а правоспособность этих поименованных организаций и некоммерческих организаций как "специальную". Но, несмотря на такое заявление Пленума, видимо следует различать общую и универсальную правоспособность. Коммерческое юридическое лицо никогда не будет иметь универсальную правоспособность, т.е. такую, как правоспособность гражданина. Они не могут осуществлять религиозную, политическую деятельность и т.д.

Отдельными видами деятельности, перечень которых определяется законом, юридическое лицо может заниматься только на основании специального разрешения (лицензии) (п.1 ст.49 ГК РФ). Ныне действует Закон РФ от 8 августа 2001 г. № 128-ФЗ "О лицензировании отдельных видов деятельности"25.

 

1.3. Возникновение и прекращение правоспособности и дееспособности юридического лица 

По мнению исследователей, правоспособность и дееспособность юридического лица возникают одновременно, в момент возникновения самого юридического лица. Поскольку правоспособность и дееспособность юридического лица неразрывно связаны, возникают и прекращаются одновременно, то различие между ними лишается смысла. Действительно, по российскому гражданскому праву юридические лица приобретают свою правоспособность и дееспособность одновременно, в момент государственной регистрации. Согласно п. 3 ст. 49 ГК РФ правоспособность юридического лица возникает в момент его создания (п. 2 ст. 51 ГК РФ) и прекращается в момент завершения его ликвидации (п. 8 ст. 63 ГК РФ). Это означает, что юридическое лицо считается созданным со дня внесения соответствующей записи в Единый государственный реестр юридических лиц (п. 2 ст. 51 ГК РФ) и прекращает свое существование после внесения об этом записи в Единый государственный реестр юридических лиц (п. 8 ст. 63 ГК РФ).

Содержание дееспособности юридического лица, как и дееспособности гражданина, включает в себя три основных элемента:

  • сделкоспособность, т.е. возможность своими действиями приобретать гражданские права и создавать гражданские обязанности;
  • способность самостоятельно осуществлять гражданские права и исполнять обязанности;
  • деликтоспособность, т.е. способность нести ответственность за гражданские правонарушения (ст. 56 ГК РФ).

Иногда в качестве элемента содержания дееспособности указывают на возможность защиты данного субъективного права от нарушений.

Как пишет Я.Р. Веберс, дееспособность означает способность к осуществлению правоспособности собственными действиями в широком смысле слова, т.е. способность не только к приобретению конкретных субъективных прав и обязанностей, но также к их осуществлению. Поскольку право на защиту является одним из правомочий материального права, дееспособность охватывает и способность к защите права.

По мнению С.М. Корнеева, возможность защиты от нарушений характерна для любого субъективного права и не может индивидуализировать содержание дееспособности.

В отличие от граждан, дееспособность которых зависит от возраста, состояния здоровья и других факторов (ст. ст. 26, 28, 30 ГК РФ), все юридические лица, невзирая на различия в характере и объеме их правоспособности, по общему правилу имеют равную дееспособность.

Ограничение дееспособности юридического лица. Некоторые авторы полагают, что юридическое лицо не может иметь неполную дееспособность, его нельзя ограничить в дееспособности или признать недееспособным.

В настоящее время дееспособность юридического лица может быть ограничена в случаях, предусмотренных законом (п. 2 ст. 49 ГК РФ).

Согласно п. 2 ст. 64 Федерального закона от 26 октября 2002 г. «О несостоятельности (банкротстве)» (с последующ. изм. и доп.) (далее - Закон о банкротстве) на стадии наблюдения сделки, связанные с приобретением, отчуждением или возможностью отчуждения прямо либо косвенно имущества должника, балансовая стоимость которого составляет более пяти процентов балансовой стоимости активов должника на дату введения наблюдения; связанные с получением и выдачей займов (кредитов), выдачей поручительств и гарантий, уступкой прав требования, переводом долга, а также с учреждением доверительного управления имуществом должника, органы управления юридического лица - должника могут совершать исключительно с согласия временного управляющего, выраженного в письменной форме, за исключением случаев, прямо предусмотренных законом.

Нет сомнений, что нормы п. 2 ст. 295, ст. ст. 296, 297 ГК РФ, а также Закона о государственных предприятиях, ограничивающие право государственных (муниципальных) унитарных предприятий и федеральных (муниципальных) казенных предприятий распоряжаться имуществом, находящимся у них на праве хозяйственного ведения или оперативного управления, есть не что иное, как ограничение их дееспособности.

Достаточно указать, что согласно п. 2 ст. 18 Закона о государственных предприятиях государственное или муниципальное предприятие, обладающее имуществом на праве хозяйственного ведения, не вправе продавать принадлежащее ему недвижимое имущество, сдавать его в аренду, отдавать в залог, вносить в качестве вклада в уставный (складочный) капитал хозяйственного общества или товарищества или иным способом распоряжаться таким имуществом без согласия собственника имущества государственного или муниципального предприятия.

Движимым и недвижимым имуществом государственное или муниципальное предприятие распоряжается только в пределах, не лишающих его возможности осуществлять деятельность, цели, предмет, виды которой определены уставом такого предприятия. Сделки, совершенные государственным или муниципальным предприятием с нарушением этого требования, являются ничтожными (п. 3 ст. 18 Закона о государственных предприятиях).