Ирина Эланс

Автор который поможет с любыми образовательными и учебными заданиями

Правовое государство: теория и опыт

КУРСОВАЯ РАБОТА

ПО ТЕОРИИ ГОСУДАРСТВА И ПРАВА

Тема «Правовое государство: теория и опыт»

Выполнена студентом 3 курса

Научный руководитель

2009

Содержание:

Введение ……………………………………………………………………………3
Сущность и история развития идей правовой государственности ……………4
Развитое гражданское общество как одно из условий развития правовой государственности ………………………………………………………………………
Принципы правового государства ……………………………………………….
Опыт построения правовой государственности в России ……………………
Заключение ………………………………………………………………………..
Приложения ……………………………………………………………………….
Список используемой литературы ………………………………………………

Введение:

В гражданском обществе господствует или закон, или насилие. Но насилие иногда принимает обличье закона, и иной закон больше говорит о насилии, чем о правовом равенстве.

Ф. Бэкон

Проблемы правового государства всегда волновали передовых людей, прогрессивных мыслителей древности, средневековья и современности. Вопросы: Что такое правовое государство? Когда появилась его идея и как она развивалась? Каковы его основные признаки и черты? Каковы цель и назначение правового государства? – практически всегда находились в поле зрения философов, юристов, историков, независимо от их взглядов и суждений, а также от того, как квалифицировалось и как называлось это государство – государством ли закона, справедливости, государством всеобщего благоденствия или же государством законности¹.

С. А. Котляревский считал, что понятие о правовом государстве возникло, вероятно, из смутной потребности дать какое-нибудь обоснование факту властвования и подчинения.² В средние века слагается представление о гранях, перейти которые не может самая верховная власть в данном государстве, нарушить которые не может его закон. В истории европейских монархий смутное противопоставление этого ограничивающего начала фактическому самодержавию монарха переплетается с различными циклами идей: божественного мироправления, потенциальных правомочий, присущих всему народу, оформленного договора, в который некогда люди вступили друг с другом. Стремление ответить на данный вопрос, и даёт главный смысл работе, которую произвела школа естественного права.

В послевоенные годы доктрина правового государства делает упор именно на правовом характере закона, который по своему содержанию должен соответствовать определённым гуманитарным ценностям (права человека, справедливость, равенство), а также правовым, и институциональным принципам организации государственной власти (разделение властей, независимый суд, институт конституционного контроля). Как очевидно, в соответствии с этим, в ч.2 ст.55 Конституции РФ указывается, что «в Российской Федерации не должны издаваться законы, отменяющие или умаляющие права и свободы человека и гражданина». Это значит, что законы должны быть правовыми, и только верховенство и соблюдение таких законов создаёт соответствующий требованиям правового государства режим законности.

Верховенство легитимного закона складывается тогда, когда тому способствуют экономические, социальные и политические предпосылки: раскрепощённый производитель, независимый потребитель, равноправный гражданин, свободная личность, демократическая политическая система в целом. Но правовое государство - не что-то раз и навсегда данное, а это скорее идея, которая реализуется постепенно с учётом уровня развития экономики, политики и культуры в каждом государстве. Поэтому в Российской Федерации нужно реализовать идею правового государства в объёмах и формах, соответствующих уровню развития экономики, политики и культуры именно в нашем государстве, а значит нельзя слепо копировать формы и структуры, заимствованные в других странах.

Вопросы правового государства широко обсуждаются в наше время. Основная причина такого внимания к правовому государству заключается не только в гуманизме самой идеи его возникновения, но и в поисках путей её наиболее адекватного оформления и эффективного осуществления.

Сущность и история развития идей правовой государственности

Зачатки теории правового государства в виде идей гуманизма, широкого и ограниченного притязания господствующего класса принципам демократизма, установления и сохранения свободы, господства права и закона прослеживаются ещё в рассуждениях передовых для своего времени людей: мыслителей-философов, историков, писателей и юристов Древней Греции, Рима, Индии, Китая и других стран.

Античная концепция теории соотносится с полисом (гражданской общиной) как с формой и способом общения людей и ищет пути упорядочения и гармонизации этого общения. Закон, в представлении античных философов, защищает индивидов друг от друга, а не от полиса. Доминантой их рассуждений является порядок в обществе, а не индивидуальная свобода.

Принцип законности как основополагающий для жизни полиса был выработан уже в поучениях семи мудрецов, для которых лучшим являлось такое устройство полиса, в котором отдаётся предпочтение закону, дающему «меру всем человеческим поступкам».³ Сократ в спорах с софистами довёл эту идею до совершенства. Для Сократа подчинение закону – это условие существования полиса. Сам полис существует лишь в форме всеобщего исполнения его законов. Справедлив не закон сам по себе, а порядок, основанный на законе, - а это по сути полис.

Гражданин как лицо частное у Сократа плавно переходит в лицо политическое как идеальное выражение полиса. Между гражданином и полисом практически нет никакой границы: законопослушный гражданин тождествен полису, а полис тождествен законопослушному гражданину. Высшая справедливость, таким образом, заключается в соблюдении законов, что приводит к единению граждан, единомыслию, упорядоченности и гармонии. Но достижение этой гармонии достигается не посредством прав, а посредством общих обязанностей, имеющих не столько юридический, сколько нравственный характер. Но вместе с тем политической силе нет места в построениях Сократа: идеальный полис – это нравственное единение сограждан вокруг знающих правителей и разумных законов.

Платон как ученик Сократа отталкивается от его идей. Полис для Платона – это совокупность людей, призванных делать что-либо вместе. Применение силы со стороны полиса, по его мнению, не только оправданно, но и необходимо. Ведь справедливость есть соразмерность и соподчинённость всех начал: разума, воли и чувства, в признании общей цели и направляющей к ней силе, в том числе и силе закона, суть которого состоит не в равном распределении прав, а в распределении обязанностей по принципу «каждому своё».

Такие качества правовых норм, как всеобщность и абстрактность, рассматриваются Платоном как весьма существенный недостаток. Поэтому государство, в котором господствует закон, лишь второе в платоновской иерархии форм правления, а истинным, т. е. знающим правителям идеального государства, законы не нужны. Только истинный правитель может определить, что есть благо и в чём заключается счастье; сам он не связан законами, которые издал. Там же, где истинного правителя нет, необходимо всеобщее подчинение законам. Но и в этом государстве «законности» закон не правит, а подавляет. Это государство приобретает некое подобие правового: в нём закон предписан и гражданам, и правителям, а они – его рабы.

В отличие от Платона, у Аристотеля человек становится субъектом права как носитель собственности: цель законов – не подавление частных интересов, а их гармонизация.

Выражая своё отношение к государственной власти, праву и закону, Аристотель постоянно проводил мысль о том, что «не может быть делом закона властвование не только по праву, но и вопреки праву, стремление же к насильственному подчинению, конечно, противоречит идее права». Там, где отсутствует «власть закона», делал вывод Аристотель, там нет места и (какой-либо) форме государственного строя. Закон должен властвовать над всем»⁴. В отличие от Платона, Аристотель анализирует свойства права как такового, закон для него не является инструментом для достижения какой-либо цели; правовой закон ценен сам по себе как условие благой жизни, жизни разумной. Правление закона, а не людей предполагает реализацию имманентных праву качеств – всеобщности, абстрактности, беспристрастности, стабильности, что в свою очередь, приводит к упорядоченности полисной жизни.

С идеями передовых мыслителей Древней Греции о праве, свободе, человеческом достоинстве и гуманизме перекликаются гуманистические воззрения древнеримских политических и общественных деятелей, писателей, историков, поэтов. Марк Туллий Цицерон нередко упоминается как мыслитель, стоявший у истоков концепции правового государства.⁵ «Государство есть достояние народа, а народ не любое соединение людей, собранных вместе каким бы то ни было образом, а соединение людей, связанных между собою согласием в вопросах права и общности интересов».⁶

Будучи глубоко убеждённым и последовательным сторонником естественного права, Цицерон исходил из того, что права и свободы человека не даруются и не устанавливаются кем-то и по чьему бы то ни было желанию или велению, а принадлежат ему по самой природе. Оперируя понятием «истинного закона», Цицерон рассматривал его как «разумное положение, соответствующее природе, распространяющееся на всех людей, постоянное, вечное, которое призывает к исполнению долга, приказывая; запрещая, от преступления отпугивает; оно, однако, ничего, когда это не нужно, не приказывает честным людям и не запрещает им…»⁷. Цицероном был сформулирован правовой принцип, согласно которому «под действие закона должны подпадать все», а не только некоторые, «избранные граждане». Важным оказалось выработанное им положение, в соответствии с которым любому закону должно быть свойственно стремление хотя бы «кое в чём убеждать, а не ко всему принуждать силой и угрозами». Им выдвигались призывы к человеколюбию, «законосообразности», к борьбе за свободу и справедливость, за гуманистическое отношение государственных органов к свободным гражданам и даже рабам. В отличие от Аристотеля, который видел одно из условий лучшего государства в уравнивании собственности, т. е. в фактическом имущественном равенстве, Цицерон подчёркивает свойство правовой нормы быть уравнивающей силой в обществе неравных и различных по своим качествам людей. Право предполагает юридическое равенство субъектов, и в случае его нарушения уничтожается и само право как социальный феномен.

Правовая теория в древности развивалась вне связи с теорией государства, поскольку государства в буквальном значении этого понятия не существовало и соответственно не существовало понятия государственного суверенитета, но вместе с тем говорить о концепции правления права, а не людей, есть все основания.

Свобода в древности мыслится как коллективная ценность. Гражданин свободен потому, что является частичкой свободного полиса. Поэтому не отдельный человек, а полис, как совокупность людей, является высшей ценностью. У древних греков и римлян не могло сложиться представление об автономности личности, об индивидуальной свободе. В отношении отдельного человека доминирует идея личного долга, а не личного права.

Древняя гуманистическая мысль, государственно-правовые взгляды и идеи передовых, прогрессивных мыслителей того времени, несомненно, стали первоосновой всего последующего процесса развития гуманистических взглядов и идей, составивших впоследствии фундамент теории правового государства.

Эпоха средневековья для развития права и соответственно правопонимания не создавала необходимых условий. Роль права в жизни общества сокращается. Феодальная раздробленность, сословность, партикуляризм вытесняли право из человеческих отношений. Конечно, полное уничтожение права как равной меры невозможно, но вполне возможно сокращение его роли в обществе. Христианизация античной теории естественного права началась с Августина Блаженного и получила законченное выражение у Фомы Аквинского, Сформулировавшего, по сути, концепцию правления божественного закона как божественного разума и божественной воли.

Теория правового государства практически не развивалась в средние века, и следующим значительным этапом в развитии этой концепции стало Новое время.

XVIII – XIX вв. формулирование концепции правления права в Новое время было инициировано конфликтом нарождающегося гражданского общества и абсолютистского феодального государства, претендующего на неограниченную власть. Смысл теорий правления права Нового времени – оградить нарождающуюся частную сферу от произвольного вмешательства в неё государства.

В Новое время государство и общество начинают анализироваться как феномены, не совпадающие друг с другом. Государство предстаёт как средоточение реальной политической власти, способное использовать её как во вред, так и во благо общества. Теория ограниченного государства, озабоченная поисками средств ограничения властных возможностей государства, недопущения деспотического, произвольного осуществления власти, является в большей степени не правовой, а политической теорией. Смысл её заключается в защите права от государства и государственного закона, поскольку исторически право гражданского общества, частное право развивается вместе с обществом, независимо от воли политических властей; именно в частном праве реализуются присущие ему принципы свободы и равенства, которые лишь постепенно переносятся и на политическую сферу. Поэтому право в либеральных теориях Нового времени ассоциируется с личной свободой, с автономной и юридически равной с другими личностью, с незыблемостью частной собственности и частной жизни вообще.

В разных странах процесс складывания либеральной политической теории шёл по-разному и с разной степенью интенсивности. Ф.Хайек выделяет два направления в истории политической мысли Нового времени – английское и французское. Первое базируется на интерпретации традиций и институтов, второе увлекается конструированием утопий. Французы пытались обеспечить свободу с помощью лучшей организации государственной власти, что с английской точки зрения означало искать свободу там, где её никогда не было. Для англичан государственное вмешательство в жизнь общества плохо само по себе, оно – необходимое зло, которое важно ограничить до максимально возможных пределов. Английское понимание свободы олицетворяли юристы, французское – философы.⁸ Но и сам Хайек указывает на некоторую долю условности в этой конструкции. Так, Ш. Л. Монтескье больше принадлежит к английской традиции, а Т. Гоббс, несомненно, опередил становление французской. Однако общее направление развития политико-правовой мысли указано верно: вершина английской теории – Д. Локк, французской – Ж.-Ж. Руссо. Американская же традиция является продолжением английской, а немецкая – ближе к французской.

В Англии очень рано утвердилось представление о праве как о силе, сдерживающей произвол властей. А парламент, возникший в XIII веке, формально мало изменившись, существует по сей день.

Д. Локк в своей либеральной политической теории широко использует способы естественно-правовой аргументации. Естественными Локк объявляет основные принципы частного права. Поскольку правительствам свойственно стремиться к злоупотреблениям, Локк предлагает принять определённые меры против государства. Гарантией против тирании является реализация принципа разделения властей. Кроме того, предъявляются и определённые требования к закону. Законы, принимаемые в государстве, не могут противоречить принципам естественного права. Такого рода закон будет правовым, и именно такой закон не ограничивает, а сохраняет и расширяет свободу. А «свобода людей в условиях существования системы правления заключается в том, чтобы жить в соответствии с постоянным законом, общим для каждого в этом обществе …; это – свобода следовать своему собственному желанию во всех случаях, когда это не запрещает закон, и не быть зависимым от непостоянной, неопределённой и неизвестной самовластной воли другого человека».⁹ Это и есть характеристика правового гражданского общества, условием существования которого является ограниченное государство.

Ограниченное государство – это основная тема исследования и Ш.-Л. Монтескье. Он утверждает, что свобода может поддерживаться только в умеренных государствах, в тех, в которых проведено разделение властей и созданы условия для их взаимного сдерживания, а это возможно только тогда, когда власти находятся в разных руках. Только в том случае, если будет проведено не только функциональное, но и социально-политическое разделение властей, будут иметь смысл конституционные средства воздействия органов власти друг на друга: такие, как импичмент или право вето.

Организационные принципы ограниченного государства впервые сознательно, целенаправленно были реализованы на практике при образовании США. Американский опыт интересен тем, что впервые в истории человечества было создано конституционное, ограниченное государство (конституция означает реализацию принципа ограниченного государства,¹⁰ писал Гамильтон). Не объяснение того, что есть свобода, а создание эффективного механизма её обеспечения – в этом ценность американского опыта. Ограниченное государство есть социально-политический и юридический феномен, смысл которого состоит в обеспечении свободы, понимаемой как свобода от вмешательства в частную жизнь, как свобода меньшинства от большинства. Гарантом такого положения должна являться писаная конституция, фиксирующая компетенцию государственных органов и стоящая над ними, поскольку принята она специально созданным для этой цели органом и требует особого порядка изменения, а также конституционное закрепление разделения властей и системы сдержек и противовесов. Итак, в США, можно сказать, было реализовано понимание конституционного государства как государства максимально ограниченного, т. е. в духе «английской традиции».

Во Франции набравшее силу третье сословие стремилось выразить свою волю в виде всеобщего закона. Это нашло своё выражение в работах Руссо, писавшего о правлении общей воли, что, в конечном счете, практически реализовалось в кровавой якобинской диктатуре, показавшей, что нет тирана страшнее, чем возомнившего себя выразителем всеобщей народной воли.

Немецкую теорию правового государства философски обосновали И. Кант и затем Г. Гегель. Строго говоря, у Канта речь идёт не о правовом государстве, а о правовом обществе, ведь государство он понимал в античном духе: «Государство – это объединение множества людей, подчинённых правовым законам»,¹¹ где действует принцип, согласно которому законодательство может решить относительно народа то, чего народ не может решить относительно самого себя. Если же государство уклоняется от данного принципа, от соблюдения прав и свобод и не обеспечивает охрану позитивных законов, то оно рискует потерять уважение и доверие своих граждан¹².

Государство у Гегеля поглощает индивида, семью, гражданское общество, которые являются лишь предпосылками государства. И Кант, и Гегель, таким образом, продолжают оперировать категориями античности. Государство мыслится ими как античный полис, в особенности Гегелем. И как античные мыслители понимали полис в виде правового общения, как высшую форму человеческого общения, так и Гегель понимает государство. Но государство начала XIX века – это сосредоточение реальной власти в обществе, поэтому слияние права и государства, в конечном счете, приводит к победе последнего, к уничтожению права как права.

Такой же стиль мышления свойствен и немецким юристам. Так, автор термина «правовое государство» (Rechtsstaat) В. Т. Велькер понимал государство в цицероновско-кантовском смысле, противопоставляя правовое государство теократическому и деспотическому.¹³ Впоследствии немецкие юристы в целом разделяли этот подход. Л. фон Штейн совершенно логично рассуждал, что не может существовать государство без права, поэтому в определённом смысле каждое государство является правовым. Особенностью немецкой теории являлось то, что собственно государство, вся политическая система выводилась за границы исследования. Смысл теории правового государства – упорядочить, но не изменить административно-бюрократическую систему управления. Правовое государство, по сути, означало «государство упорядоченной законами бюрократии» и контролируемой судом.

Таким образом, в Новое время концепция правления права отдаёт предпочтение обществу перед государством и индивиду – перед обществом. Главная опасность для права видится не в индивидуальном, а в государственном произволе.

Можно по-разному воспринимать идеи правового государства и их интерпретацию. Но бесспорно то, что теория правового государства всегда отражала общечеловеческие ценности и интересы. Главное в идее правового государства – связанность государства правом, подчинение праву, защита людей от возможного произвола со стороны государства и его органов.

Развитое гражданское общество как одно из условий развития правовой государственности:

О гражданском обществе в российской политической жизни ныне говорят многие, не очень представляя себе, что это такое. Разумеется, такое состояние порождено десятилетиями, когда само понятие гражданского общества было исключено из отечественного теоретико-юридического знания. Но хотя сейчас гражданское общество вошло в научный и политический оборот, оно не должно стать неким фетишем. Утверждения типа «демократия невозможна без развитого гражданского общества», на мой взгляд, не следует принимать на веру.

Вот почему стоит обратиться к истокам появления этого понятия, его первоначальному содержанию, и сравнить его с нынешним пониманием гражданского общества.

Рубеж XIX - XX вв. можно считать началом нового этапа развития гражданского общества. К этому времени ведущее место в промышленности и торговле перешло от частных предпринимателей и торговцев к индустриальным, торговым и финансовым корпорациям. С другой стороны, организованный в профессиональные союзы рабочий класс сложился во внушительную силу, с которой вынуждены считаться предприниматели и на защиту интересов которого притязает ряд влиятельных политических партий и движений. В защиту демократических и социальных прав и свобод выступают широкие слои служащих, лиц свободных профессий, деятелей науки, культуры и искусства, научная интеллигенция, студенты, молодежь.

Во многих странах гражданское общество переживает опасный период. В одних регионах оно существует лишь в потенции как выражение общей тенденции развития мировой цивилизации; в других оно находится в стадии становления.

Решающая роль в замене гражданского общества тоталитаризмом принадлежит государству. Глава фашистского государства Бенито Муссолини саму идею Stato totalitaro выражал так: "Все для государства, ничего кроме государства, ничего против государства". Именно с помощью государства гражданское общество заменяется тоталитарным.

Разумеется, государство и общество - не враги. Но их интересы не тождественны, а иногда противоречивы. Государству, например, проще было бы обеспечить борьбу с правонарушениями и охрану правопорядка, если ввести комендантский час, поголовное дактилоскопирование населения, наделить оперативный аппарат правоохранительных органов широкими правомочиями проводить обыски, превентивные задержания, аресты, высыпки, а дела о правонарушениях решать в ускоренном порядке в военных и других чрезвычайных судах. С другой стороны, богатство и свобода в гражданском обществе будут быстрее расти и процветать, если граждане не будут обременены налогами, будут свободны от воинских и иных обязанностей, от акцизных сборов, таможенных пошлин и ограничений.

В нормальные, относительно спокойные периоды социального развития эти и другие противоречия обсуждаются и решаются в представительных учреждениях. Не было, нет и не будет демократических государств, где не велись бы нескончаемые дебаты о размере налогов, о способах борьбы с преступностью, о состоянии законности и других общественных и государственных проблемах. Однако противоречия между государством и обществом резко обостряются в кризисные периоды, особенно если к руководству государством стремится или приходит группа лиц, пытающихся использовать государство в групповых целях.

Государство способно стать орудием уничтожения гражданского общества, если власть перейдет в руки политических деятелей, учреждающих привилегии, противоречащие всеобщему равенству перед законом, ограничивающих или отменяющих права и свободы, заменяющих диалог и поиск компромиссных решений принуждением и подавлением инакомыслящих, узаконивающих отношения власти-собственности, свойственные тоталитарным и полутоталитарным государствам.

XX в. создал ряд серьезных угроз для дальнейшей истории человечества. Растет число стран, имеющих ядерное оружие, общего количества которого достаточно, чтобы уничтожить жизнь на Земле. Существует опасность перерастания локальных конфликтов и войн в термоядерные, ведущие к глобальной катастрофе. Развитие промышленности уже причинило невосполнимый ущерб природе; нарастает экологическая катастрофа, грозящая вырождением и гибелью человечества. Само человечество переживает еще не виданный в истории стремительный рост народонаселения, особенно в развивающихся странах; социальные последствия демографического взрыва дают основания крайне пессимистическим прогнозам.

В кризисные эпохи гражданское общество не всегда способно противостоять экстремистским тоталитарным партиям, захватившим руководство государством. Основные институты демократии, которыми обеспечено современное государство, выглядят как его необходимые части, но не являются таковыми, поскольку государство остается государством и без этих учреждений. Гражданское общество по самой своей природе недостаточно организовано для борьбы с государством, если последнее находит возможность избавиться от его власти и контроля. В социальных спорах самым последним доводом всегда была сила, а организованная сила государства превосходит любую другую.

Решающим фактором сохранения гражданского общества, современного государства и права или, наоборот, замены их тоталитарным строем является состояние народа как особой социальной общности.

Объединение множества людей в единый народ осуществляется через все формы общественного сознания, особенно, на наш взгляд, через осознание общности исторических судеб, т.е. действительное или предполагаемое единство прошлого, настоящего и будущего, в основе которого лежат преемственность традиций и предвидение общих исторических перспектив.

Но само существование человечества - доказательство несбыточности ряда крайне пессимистических прогнозов о конце истории, которым нет числа. До сих пор человечество существовало как саморегулирующаяся система с сильным инстинктом самосохранения. Гражданское общество, права и свободы человека, правовое и социальное государство - основные ориентиры в этом саморегулировании.