Правовое положение юридических лиц в международном частном праве

 

ОГЛАВЛЕНИЕ

 

ВВЕДЕНИЕ………………………………………………………………………..3

ГЛАВА 1. ОБЩИЕ ПОЛОЖЕНИЯ……………………………………………...5

    1. Особенности правового регулирования.……. ……………….........…...5
    2. Личный закон юридического лица ……………….………………...…..8
    3. Критерии определения личного закона………………………………..11

ГЛАВА 2. ПРАВОВОЕ ПОЛОЖЕНИЕ ЮРИДИЧЕСКИХ ЛИЦ…………….18

2.1.  Правовое  положение иностранных юридических лиц в РФ…………18

2.2. Правовое  положение российских юридических лиц за рубежом…….24

ЗАКЛЮЧЕНИЕ………………………………………………………………….30

СПИСОК ИСПОЛЬЗУЕМЫХ ИСТОЧНИКОВ И  ЛИТЕРАТУРЫ……...…...31

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

ВВЕДЕНИЕ

 

Тема  данной работы «Юридические лица как  субъекты международного частного права». Актуальность выбранной темы состоит  в  том, что в связи с развитием  международных экономических связей растет число субъектов, которые  осуществляют свою деятельность, не ограничиваясь  рамками одного государства. Во многих случаях возникает необходимость  установить, какому государству принадлежит  то или иное юридическое лицо, т.е. определить его национальность. Осуществить  это на практике довольно трудно, поскольку  учреждено юридическое лицо может  быть в одной стране, местонахождение  иметь - в другой, вести деятельность - в третьей, а акционерами его  могут быть физические и юридические  лица разных стран.

Любому государству, допускающему иностранный капитал на свою территорию, тем более в приоритетные сферы  экономики, небезразлично, кто реально  владеет тем или иным предприятием, чьи капиталы и интересы в нем  представлены. А между тем используемые на практике критерии определения национальности (личного закона) юридического лица во многих случаях не позволяют выявить  реальную связь предприятия с  экономикой той или иной страны.

Объектом исследования являются закономерности правового регулирования института юридических лиц как субъектов международного частного права.

Предмет исследования составили  действующие нормы международного частного права, российского гражданского права, регулирующие вопросы определения правового положения юридических лиц, судебная практика по спорам, возникающим при определении правового положения юридических лиц, а также положения российской и зарубежной правовой науки, посвященные данной теме.

Цель данной работы заключается  в комплексном исследовании правового  положения юридических лиц в  международном частном праве, в  выявлении теоретических и практических проблем, связанных с определением правового положения юридических лиц в международном частном праве, и разработке предложений по изменению действующего законодательства.

Достижение поставленной цели требует решения следующих  задач:

  1. проанализировать способы правового регулирования института юридических лиц в международном частном праве;
  2. раскрыть понятие личного закона юридического лица, рассмотреть и сравнить основные критерии определения национальности;
  3. исследовать специфику правового положения российских юридических лиц за рубежом и иностранных юридических лиц в России;
  4. разработать научно обоснованные рекомендации и предложения по усовершенствованию норм, регулирующих правовое положение юридических лиц в международном частном праве.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

ГЛАВА 1. ОБЩИЕ  ПОЛОЖЕНИЯ

 

    1. Особенности правового регулирования

Изучение в международном  частном праве такой категории, как юридические лица, связано  с решением ряда проблем не только практического, но и теоретического порядка. В рассматриваемой области, равно как и в других институтах, и вообще для международного частного права весьма характерно разделение всех лиц, действующих на данной территории, на отечественные (национальные) и иностранные. То же самое имеет место и применительно к юридическим лицам. Одним из самых важных обстоятельств, которое, прежде всего, принимается в расчет при оценке правового положения юридического лица в конкретном государстве, выступает критерий: к какой категории лиц в вышеуказанном смысле оно относится — «своим», т.е. принадлежащим к данной стране, или «чужим», принадлежащим к другому государству.

Физическое лицо имеет  гражданство (подданство), т.е. особую правовую связь с определенным государством, в силу которой обеспечивается защита его прав и интересов даже вне  пределов собственного государства  с помощью разнообразных средств, предпринимаемых последним, а также  домициль — место постоянного  или преимущественного жительства, которое далеко не всегда совпадает  с государством гражданства (подданства).

Основным фактором для  уточнения гражданско-правового  статуса иностранных юридических  лиц в международном частном  праве является то обстоятельство, что на них воздействуют по крайней мере две регулирующие системы — система национального права государства, считающегося для данного юридического лица «своим», и государства, на территории которого оно действует или предполагает действовать (территориальный закон). При этом в ряде случаев особое значение могут иметь также и нормы соответствующих многосторонних или двусторонних международных договоров, в которых участвуют рассматриваемые государства.

Правовое  регулирование юридических лиц  как субъектов международного частного права осуществляется посредством  двух методов: коллизионного и материально-правового.

Традиционным  методом правового регулирования  международного частного права, без  которого трудно обойтись и в отношениях с участием иностранных юридических  лиц, является коллизионный метод. Задача коллизионного метода сводится к  отысканию того правопорядка, который  является компетентным для регулирования  вопросов правового статуса иностранного юридического лица.

Коллизионно-правовые нормы, регулирующие правовой статус иностранных юридических лиц в РФ, имеют трехуровневую структуру.

Во-первых, в их число входят коллизионные нормы  российского гражданского законодательства, например нормы раздела VI части третьей  Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ)1.

Во-вторых, правосубъектность иностранных юридических лиц регулируется коллизионными нормами, содержащимися в двусторонних договорах о правовой помощи. Так, например, согласно договору между РФ и Республикой Албанией правоспособность юридического лица определяется законодательством Договаривающейся Стороны, на территории которой оно учреждено.

В-третьих, большую группу коллизионных норм составляют нормы многосторонних договоров  о правовой помощи.2

Однако  в ряде случаев государство вынуждено  принимать правовые нормы прямого  действия, специально направленные на регулирование порядка допуска  и осуществления последующей  предпринимательской деятельности иностранных компаний на территории данного государства.

Это нормы  законодательства об иностранных инвестициях, которые и являются внешним выражением применения материально-правового  метода регулирования. Также выражением применения этого метода являются унифицированные  материальные нормы международных  договоров.

Внутринациональное  российское законодательство об иностранных  инвестициях представлено Федеральным законом от 9 июля 1999г. № 1545-1 "Об иностранных инвестициях в РФ" (далее – Закон об иностранных инвестициях)3, в котором определяется, что такое иностранное юридическое лицо, каков порядок и форма деятельности таких лиц на территории РФ.

Что касается унифицированных норм международных  договоров, то до последнего времени  подавляющим большинством отечественных  исследователей вопрос о возможности  унификации материально-правовых норм, относящихся к институту юридического лица, вообще не ставился. Объяснялось  это, по-видимому, тем, что нормы о  юридических лицах имеют существенную специфику в различных государствах мира и их унификация представляет значительную сложность.

Однако  попытки унификации норм о юридических  лицах осуществлялись начиная с 30-х годов XX в. Примером подобной унификации является Гаагская конвенция о признании иностранных компаний 1956 г. Однако эта конвенция так и не вступила в силу по причине отсутствия достаточного числа ратификаций. Конвенция стран ЕС о взаимном признании товариществ и юридических лиц 1968 г. также не вступила в силу, так как Нидерланды в свое время не ратифицировали ее, а сейчас к ней добавились те страны, которые впоследствии вступили в ЕС.4

Таким образом, значительных успехов в области  унификации норм о юридических лицах  на международном уровне достигнуто не было. Примером региональной унификации является Минская конвенция «О правовой помощи по гражданским, семейным и уголовным делам» 1993 г.5

Таким образом, правовое регулирование юридических  лиц как субъектов международного частного права осуществляется при  помощи двух методов - коллизионного  и материально-правового. Оба метода являются в равной степени важными  и необходимыми для правового  регулирования юридических лиц  в международном частном праве  и должны существовать параллельно. Материально-правовой метод используется, когда государство хочет исключить  возможность отсылки к иностранному праву.

 

    1. Личный закон юридического лица

Когда проблема юридического лица рассматривается  в аспекте международного частного права, это означает, что анализируется  иностранное юридическое лицо с точки зрения права того государства, которое либо принимает это юридическое лицо, либо квалифицирует его как участника сделки, совершаемой между этим лицом и национальной компанией данного государства. Задача сводится к тому, чтобы определить частноправовой статус иностранного юридического лица, отыскать тот правопорядок, который является компетентным для регулирования вопросов его правового положения.

Правовой  статус юридического лица всегда определяется единственным законом - личным законом (статутом) юридического лица. Личный закон  устанавливает основные правовые параметры  юридического лица, он отвечает на вопрос о том, является ли конкретное образование  юридическим лицом, какова его правоспособность, каковы полномочия органов, его представляющих, какова ответственность данного  юридического лица и т.д. К решению  этих вопросов применяется лишь один закон - личный закон юридического лица. В данном случае основополагающий принцип  МЧП - принцип автономии воли –  не применяется.

Сфера действия личного статута юридического лица, как правило, определяется в законах о международном частном праве; кроме того, она находит отражение в судебной практике и доктрине.

Статья 1202 Гражданского кодекса РФ содержит перечень вопросов, решаемых на основе применения личного закона юридического лица:

1) статус  юридического лица;

2) организационно-правовая  форма юридического лица;

3) требования  к наименованию юридического  лица;

4) вопросы  создания, реорганизации, ликвидации  юридического лица, в том числе  вопросы правопреемства;

5) содержание  правоспособности юридического  лица;

6) порядок  приобретения юридическим лицом  гражданских прав и принятия  на себя гражданских обязанностей;

7) внутренние  отношения, в том числе отношения  юридического лица с его участниками;

8) способность  юридического лица отвечать по  своим обязательствам.

Таким образом, личный закон регулирует вопросы, касающиеся учреждения, функционирования, управления, ликвидации юридических лиц и  т.д. Комментируя ст. 1202 ГК РФ, некоторые российские юристы указывают, что содержащийся в ней перечень не является исчерпывающим и что ряд других вопросов, в ней не перечисленных, также "должен решаться на основе применения личного закона юридического лица, поскольку их связь с правосубъектностью очевидна"6.

В литературе по международному частному праву распространено мнение, согласно которому личный закон  юридического лица определяет также  его государственную принадлежность и национальность. Л.А. Лунц писал: "Под "национальностью" применительно к юридическим лицам понимают как личный закон (личный статут) организации, так и ее государственную принадлежность"7. Иными словами, проблема "национальности" сводится к отысканию "личного статута" компаний, регламентирующего их правовой статус". Та страна, закон которой является личным законом компании, определяет ее национальность и государственную принадлежность.

Вместе  с тем время от времени в  российской литературе поднимается  вопрос о соотношении понятий "личный статут" юридического лица и "национальность" юридического лица. Так, А.В. Асосков пишет: "Понятие "личный статут юридического лица" используется для решения вопросов исключительно частноправового характера... и имеет отношение только к коллизионному правовому регулированию. Категория же "национальности юридического лица" имеет гораздо более широкую область применения, которая затрагивает, прежде всего, публично-правовые институты"8.

С этим следует  согласиться. Однако из того факта, что  категория "национальность" приходится на сферу не только частного, но и  публичного права, Асосков делает вывод о том, что слово "национальность" не должно применяться в международном частном праве, поскольку тогда, по сути, оно превращается в синоним выражения "личный статут юридического лица".

«Полагаем, что данный вывод нелогичен. Те публично-правовые вопросы, которые охватываются понятием "национальность", например вопросы  налогообложения юридического лица, правовых режимов, изъятий либо стимулирования, устанавливаемых для иностранцев, вопросы дипломатической защиты и т.д., также характеризуют правовое положение юридических лиц, дополняя тем самым их частноправовой статус. Понятие национальности юридических  лиц (хотя терминологически и несколько  условное) - общепринятая категория, указывающая  на их государственную принадлежность, что помогает решать целый ряд  проблем, возникающих в отношении юридических лиц в международном плане»9.

В доктрине стран ЕС превалирует точка зрения о том, что личный закон определяет национальность юридических лиц. Согласно доктрине Франции, например, юридическое  лицо обязательно должно быть подчинено  закону определенного государства - национальному закону. Оно не может  осуществлять свою деятельность (которая  проявляется в юридических актах), если оно не будет надлежащим образом  учреждено согласно требованиям  этого закона. Задача сводится к  тому, чтобы отыскать этот национальный закон.

Таким образом, понятие национальности юридических лиц определяет их правовой статус в более полном объеме, а их личный закон - лишь в объеме частного права; очевидно, что эти понятия однородны, и нецелесообразно относить их к разным юридическим категориям. Эти понятия взаимосвязаны и взаимообусловлены: национальность юридического лица определяет его личный статут, а содержание личного статуса зависит от того, какую национальность имеет юридическое лицо. В каждой правовой системе существуют свои критерии определения национальности и содержатся разные коллизионные нормы, определяющие гражданскую правоспособность (личный статус) юридических лиц.

 

1.3. Критерии определения личного закона

Проблема  определения национальности юридических  лиц редко возникает как самостоятельная, обычно она привязана к другой проблеме, которую помогает решить. Например, если в законе Франции  указаны льготы, которые распространяются только на французов, то, соответственно, необходимо решить, является ли то или  иное общество, осуществляющее деятельность на территории Франции, французским. Это  необходимо и для решения вопроса  о том, распространяется ли на конкретное общество налоговое законодательство конкретной страны. Когда речь идет о дипломатической защите юридического лица, естественно, государство предоставляет такую защиту только "своим" юридическим лицам, т.е. тем, которые принадлежат данному государству.

Вопрос  о том, является ли вообще данное образование  юридическим лицом, также решается исходя из его национальности. Полное товарищество Законом Франции от 24 июля 1966 г. признается юридическим  лицом, а соответствующее ему  объединение лиц в Великобритании - partnership - нет. Определение национальности юридических лиц также весьма значимо при решении вопроса об их признании в других государствах. Приведенные примеры показывают, что вопрос "национальности" юридического лица затрагивает одновременно как частноправовую, так и публично-правовую сферы, а решение его может быть достигнуто с помощью коллизионного метода.

Итак, доктриной  международного частного права признано, что юридические лица подчиняются  национальному закону, т.е. закону того государства, которому они принадлежат. Однако определить этот самый закон  весьма непросто из-за многообразия критериев  в коллизионном праве разных стран.

Критерий инкорпорации. В странах, принадлежащих к англосаксонской системе права, используется критерий места учреждения (инкорпорации) юридического лица. Критерий инкорпорации означает, что за юридическим лицом признается национальность государства, на территории которого это лицо учреждено и зарегистрировано.

В основе этого критерия лежит осознание  того факта, что юридическое лицо порождается, становится субъектом  права по воле государства и вписывается  в существующий в нем правопорядок, что и дает основания считать  это юридическое лицо привязанным  к данному государству. Указанный  критерий получил широкое распространение  кроме англосаксонских в ряде стран Латинской Америки - Бразилии, Венесуэле, Мексике, Перу, на Кубе. Россия и многие страны СНГ также применяют этот принцип определения национальности юридических лиц.

Данный  критерий в литературе разных стран, включая и те, в которых он применяется, неоднократно подвергался критике. Указывалось, что он носит весьма формальный характер, мало что говорит  о характере и месте реальной деятельности юридических лиц. А  это создает возможность для  учредителей юридического лица выбрать  государство с наиболее привлекательной  для них правовой системой и учредить там юридическое лицо, которое  в реальности будет осуществлять свою деятельность на территории других стран.

Несмотря  на серьезную обоснованность критики, критерий инкорпорации живуч, поскольку  имеет весьма привлекательные свойства, главное из них - юридическое лицо, национальность которого определяется на основе критерия инкорпорации, не утрачивает правосубъектность при переносе своей деятельности в другие страны, чего прочие критерии не обеспечивают.

Критерий местонахождения административного  центра (критерий оседлости). В странах континентальной Европы наиболее распространен критерий местонахождения административного центра (siege sociale) юридического лица. Он означает, что к юридическому лицу применяется право того государства, где находится главный административный центр юридического лица. Критерий реальной оседлости взят за основу в Германии, Австрии, Португалии, Греции и т.д.

Исторически критерий реальной оседлости  впервые  стал применяться в середине ХІХ в. во французской судебной практике именно как реакция на злоупотребления учредителей, стремившихся переносить место учреждения компании в Бельгию и Швейцарию, законодательство которых предоставляло более удобные правовые нормы.

Местонахождение административного центра согласно доктрине иностранных государств также  определяется неоднозначно; различают  "статуарную" (формальную) оседлость, отраженную в уставе (уставное местонахождение компании), и "эффективную" (реальную) оседлость - место, где фактически находится этот центр управления (штаб-квартира).

В практике европейских государств, придерживающихся теории оседлости, отсутствует терминологическое  единство. Понятие "штаб-квартира" соответствует понятиям "центр  управления" или "фактическое  местонахождение компаний". Нередко  употребляется термин "главное  отделение компаний". Уставное местонахождение  и штаб-квартира соответствуют российским понятиям - юридический и фактический  адрес.

Данный  критерий также имеет недостатки. Можно представить себе ситуацию, когда юридическое лицо учреждено  в государстве, придерживающемся критерия места учреждения юридического лица (например, в Великобритании или  Нидерландах), но органы юридического лица фактически находятся (регулярно  проводят свои заседания) в территории государства, использующего критерий реальной оседлости (например, в Германии). Или обратную ситуацию, когда юридическое  лицо зарегистрировано в стране, где  доминирует критерий реальной оседлости,

но фактически управляется с территории другого  государства. В приведенных примерах соответствующие юридические лица не будут признаны на территории стран, использующих критерий реальной оседлости, либо будут признаны в ином качестве.

Кроме того, в нынешней ситуации, когда компания ведет свою деятельность, не ограничиваясь  одной страной, определить, в каком  именно государстве она имеет  главный орган управления, весьма затруднительно.

В литературе по международному частному праву был  выдвинут и еще один критерий определения "национальности" юридического лица - место деятельности (центр эксплуатации). Этот критерий получил применение в практике развивающихся стран. Под местом деятельности понимается обычно основное место производственной деятельности (правление может находиться в одной стране, а разработка недр, например, осуществляться в другой). Так, в Законе о компаниях 1956 г. Индии применительно к иностранным компаниям особо оговаривается, что компания, учрежденная в соответствии с законами иностранного государства, может зарегистрироваться в Индии как "иностранная компания, имеющая местом осуществления бизнеса Индию".

Однако  очевидны недостатки рассматриваемого критерия: ее неопределенность (юридическое  лицо может одновременно осуществлять свою деятельность на территории нескольких стран) и неустойчивость (на протяжении короткого периода времени юридическое  лицо может сменить несколько  мест своей предпринимательской  деятельности).

Особая  роль принадлежит критерии контроля, который основан на теории, в соответствии с которой государственную принадлежность юридического лица необходимо определять исходя из национальной принадлежности лиц, которые фактически осуществляют контроль за его деятельностью (т.е. руководят данным юридическим лицом). Целью применения критерия контроля является определение действительной государственной принадлежности юридического лица.

Зарождение  доктрины контроля связано с теорией  фикции, которая была выдвинута еще  в XIII в. Папой Иннокентием IV, а позже  была поддержана многими представителями  зарубежной юридической науки (Ф.К. Савиньи, Р. Иерингом). Согласно указанной теории юридическое лицо представляет из себя юридическую фикцию, за которой стоят действительные обладатели прав и обязанностей - люди, в интересах которых и осуществляется деятельность данного юридического лица. Таким образом, юридическое лицо - это лишь технико-правовой прием, за которым скрываются заинтересованные люди, исходя из национальности которых и необходимо определять государственную принадлежность соответствующего юридического лица.10

Начало  практического использования критерия контроля было положено во времена  Первой и Второй мировых войн, когда  одними из наиболее важных задач являлись задачи, связанные с запретом деятельности юридических лиц так называемых «враждебных» государств и изъятием принадлежащего им имущества.

Этот  вопрос впервые возник в английской судебной практике в известном деле Даймлера (1916). В Англии была учреждена акционерная компания по продаже шин. Ее капитал состоял из 25 тыс. акций, из них только одна принадлежала англичанину, а остальные находились в руках германских собственников. Компания была зарегистрирована по английским законам. С точки зрения английского права, компания - английское юридическое лицо. Однако суд признал, что в данном случае надо установить, кто контролирует юридическое лицо, и соответственно с этим решил вопрос о его фактической принадлежности.

Принцип контроля применяется не только в  случаях вооруженных конфликтов, но и при применении экономических  санкций, вводимых Советом безопасности ООН.

В современной  международной практике принцип  контроля применяется с оговорками в Вашингтонской конвенции 1965 г. «О порядке разрешения  инвестиционных споров между государствами и  иностранными лицами», а также в  отдельных двусторонних соглашениях  о защите инвестиций, заключенных  с развивающимися странами.

Также принцип  контроля используется и во внутреннем законодательстве с целью защиты прежде всего экономических интересов государства от влияния иностранного капитала. Так, в Законе РФ от 27 декабря 1991 г. №2124-1 "О средствах массовой информации"11 предусмотрено, что иностранное юридическое лицо, а равно российское юридическое лицо с иностранным участием, доля (вклад) иностранного участия в уставном (складочном) капитале которого составляет 50% и более, не вправе учреждать организации (юридические лица), осуществляющие телевещание (ст. 19.1).

Несмотря  на заманчивость данного критерия, направленного на выяснение настоящего положения и государственной  принадлежности той или иной компании, установление государственной принадлежности на основе критерия контроля не остается неизменным. При перераспределении  уставного капитала между акционерами  из различных государств национальность юридического лица будет постоянно  меняться. Кроме того, в ряде случаев  установить состав капитала (например, в анонимных компаниях в отношении  акций на предъявителя) вообще нельзя, а от этого зависит определение "национальности" в случае применения "теории контроля".

Усложнение  экономических отношений в мире лишь усугубляет трудности по отысканию  одного критерия для определения  национальности юридических лиц. Судебная практика в этих условиях встала на путь прагматизма и при возникновении  сложности использует несколько  критериев. При этом в зависимости  от обстоятельств может применяться  то один, то другой принцип. Например, судебная практика Франции использует критерий местонахождения административного центра для выяснения личного закона юридического лица, но может применять критерий контроля, если выяснение национальности этого лица связывается с вопросом о пользовании правами. В США, напротив, для определения подсудности используется принятый в этой стране критерий инкорпорации, а для целей налогообложения - критерий места основной деятельности. Суды целого ряда стран прибегают к использованию нескольких критериев.

 

 

 

 

 

 

ГЛАВА 2. ПРАВОВОЕ ПОЛОЖЕНИЕ ЮРИДИЧЕСКОГО ЛИЦА

 

2.1. Правовое положение  иностранных юридических лиц  в России

Правовое положение иностранных  юридических лиц в РФ определяется как правилами нашего законодательства, так и положениями международных  договоров РФ с другими государствами.

Основные положения о  применении права к юридическим  лицам содержатся в п. 1 ст. 1202 Гражданского кодекса: "Личным законом юридического лица считается право страны, где учреждено юридическое лицо". Таким образом, современное российское гражданское законодательство исходит при определении "национальности" юридического лица из критерия инкорпорации.

Правовое положение юридических лиц в международном частном праве