Предмет, структура, методы административного права
Содержание
Введение
Административное право – это важная отрасль права в любой правовой системе, ведь она регулирует общественные отношения в сфере государственной управленческой деятельности, деятельности государственных органов и должностных лиц по исполнению публичных функций государства.
Как науку административное право можно рассматривать как составную часть юридической науки, которая в свою очередь определяется как система государственно-управленческих и административных взглядов, представлений о законах, регламентирующих отношения в сфере государственного управления.
В целях моего исследование прежде всего необходимо определиться с тем, что такое административное право в России сегодня. Д.Н. Бахрах в своем определении отмечает: «Административное право - это система общественных отношений, возникающих при осуществлении властной деятельности публичной администрации по исполнению законов, актов правосудия, публичных договоров, а также при осуществлении административного судопроизводства»1.
По мнению Ю.М. Козлова, «административное право - это совокупность правовых норм, с помощью которых государство регулирует общественные отношения, возникающие в связи и по поводу практической реализации исполнительной власти»2.
А.П. Коренев полагает, что «административное право... предназначено регулировать... общественные отношения в. сфере государственного управления, деятельности исполнительной власти»3.
Анализируя приведенные выше определения и другие, встречающиеся в научной литературе, можно сделать вывод о том, что в основном все авторы сходятся в том, что и государственное управление, и деятельность исполнительной власти, и деятельность публичной администрации может рассматриваться как предмет административно-правового регулирования.
Стоит отметить тот факт, что в некоторых случаях определение отрасли права сводится к предмету отраслевого регулирования, т.е. просто к общественным отношениям, не учитывая метод нормативного воздействия. Данный подход неверен, т.к. не учитывает рассмотрение в качестве критериев выделения отрасли не только предмета, а также и метода правового регулирования.
А.А. Фатьянов предлагает рассматривать систему отрасли административного права исходя из широкого понимания предмета отрасли административного права. Он отмечает, что «государственное управление - это деятельность всего государственного механизма в целом». Это позволяет приведенному автору признать, что современное административное право не следует делить на общую и особенную часть, следует исходить из дифференциации данной отрасли на подотрасли, институты и субинституты на основе того, что административное право обслуживает отношения по осуществлению не государственного, а административного управления4.
Целью данного исследования является общая характеристика административного права как отрасли права.
Основные задачи:
1. Изучить литературу по проблеме исследования.
2. На основе теоретического анализа изучения проблемы систематизировать знания о понятии административного права.
3. Рассмотреть место административного права в системе права.
Глава 1. Общие положение об административном праве
1.1. Формирование системы российского административного права
Административное право, как отрасль российского права, возникло в процессе дуализма развития социально- управленческих процессов в российском феодальном обществе периода формирования единого централизованного и абсолютистского государства на территории современной России. Этот дуализм был обусловлен потребностью властного и принудительного установления порядка в государстве с одной стороны, а с другой - вызывался необходимостью экономического развития, финансово- экономическом усилении государства, что не могло происходить без участия государства и правовой системы того периода. Данный дуализм выражался, с одной стороны, в формировании в Российском феодальном государстве полицейского права, а, с другой стороны, создавалась система норм права камерального (право фиска). Возникновение двух указанных управленческих сфер деятельности государства было обусловлено социально- историческими процессами, происходящими в обществе, напрямую связано с формой государства, соответствующего исторического периода, видом общественно- экономической формации. Н.П. Карадже-Искров отмечал, что юридическая личность государства в этот исторический период раздваивается, получается «...два самостоятельных лица:
1) государство - публичная власть,
2) фиск»5.
Можно смело констатировать, что административное право
берет свое начало с периода формирования в России централизованного феодального государства и становлением абсолютизма в российском государстве. Н.П. Карадже-Искров отмечал, что «монарх смотрел на своих подданных как на лиц несовершеннолетних, неспособных понимать, в чем заключается их собственное благо. В связи с этим полицейская опека проникала во все подробности народной жизни». Противоположную точку зрения высказывает Ю.Н. Старилов, который отмечает, что «в то время государство представлял господин (царь, король, князь, властитель). Его воля и считалась законом, а действия и мероприятия не были связаны с нормативными правилами (законодательными установлениями). Отсутствовал и предмет административного права, ибо управленческая деятельность осуществлялась без всякого нормативного регулирования. Следовательно, систематический административно-правовой науки в период абсолютизма создано не было. Предпосылки для создания самостоятельной и систематической управленческой науки (науки управления или административного права) отсутствовали, так как в эпоху монархического абсолютизма не существовало ни сформированной системы разделения властей, ни административно-правового порядка, в рамках которого были бы установлены правовым путем субъективные права индивидуумов по отношению к государственной власти»6. Безусловно, в период феодального абсолютизма наука административного права еще не возникла, но отрасль административного права начинает активно формироваться и этот процесс основывается на том, что монарх «руководствуется исключительно соображениями целесообразности, пользы, фактической необходимости. Его чиновник действует лишь на основании его инструкций. Однако эти инструкции не создают прав ни для чиновников, ни для подданных»7. Подобное мнение высказывает и И.Д. Беляев, который писал, что в конце XVII - начале XVIII вв. происходит развитие приказной администрации и падения самоуправления. В этот период администрация забирает под свою опеку все общество, «постепенно лишает его самоуправления и обращает его в какую-то массу, лишенную жизни и значения»8. Изучение работы И.Д. Беляева позволяет признать, что именно при царе Алексее Михайловиче (1629-1676 г.) начинается формироваться единая централизованная российская администрация. Принятое в 1649 г. Соборное Уложение распространялось на все сферы жизни тогдашней России и лежало в основе формирования приказной системы, т.е. системы органов государственного управления9. «История абсолютных монархий, пишет А.И. Елистратов, подтверждает ту мысль, что при смешении властей законодательной и правительственной государственное управление не может стать подзаконным. Сосредоточивая в своем лице вместе с властью управления и власть законодательную, абсолютный монарх совершенно непроизвольно избегал связанности законом в делах государственного управления, которые должны были бы решаться по закону. У нас, в России, попытки связать управление законом делались со второй половины XVIII в. В манифесте Екатерины II о выборе депутатов в комиссию для сочинения Уложения 1766 г. было выражено намерение правительства о том, «чтобы и в потомки каждое государственное место имело свои пределы и законы к соблюдению доброго во всем порядка». Манифест 1 января 1810 г. об образовании Государственного Совета снова говорит о желании правительства «по мере просвещения и расширения общественных дел учреждать постепенно образ управления на твердых и непременяемых основаниях закона». В Основных Законах 1832 г. это положение правительственной программы возводится в принцип действующего права: «Империя Российская управляется на твердых основаниях положительных законов, учреждений и уставов, от Самодержавной Власти исходящих» (ст. 47)»10. Данные положения, по нашему мнению, свидетельствуют о том, что процесс наиболее активного формирования отрасли административного права, как и некоторых иных, происходит уже в XVIII в. Как обоснованно утверждает И.А. Исаев, возникновение отраслей российского права было обусловлено закономерностями экономического и социального развития российского общества, влиянием западной юридической мысли и опыта западных государств, что привело к возникновению ранее неизвестных отраслей и институтов права, установление приоритетов письменных нормативных актов, перехода от казуальных предписаний к абстрактно-общим нормам11.
Активный процесс формироваться административно-правовой науки берет начало в первой половине XIX в., когда университетские учебные планы были составлены с учетом Свода законов Российской империи и включали в себя предметы государственно-правового, финансово-правового и управленческого циклов12.
Таким образом, формирование российского полицейского права характеризовалось следующими обстоятельствами и условиями:
а) возникновение в России полицейского права обусловлено характером российского абсолютизма как формы государства. Н.М. Коркунов писал: «Управляющая государством воля властителя есть вместе и единственное объединяющее в нем начало: без нее государство бы распалось. Вместе с тем и совершенство государственного устройства зависит от того, насколько сама объединительная власть является единой»13.
б) жесткой и централизованной системой государственных органов во главе которой стоит монарх;
в) первоначальной формой (источником) административного права являются указы главы государства с последующим возникновением законов, лежащих в основе управленческой деятельности феодальной администрации;
г) широким применением принуждения в отношениях власти и подданных, выражающемся в поддержании порядка, предотвращения негативных последствий действий подданных, охраны общественного порядка, общественной безопасности и иных отношений в сфере нормального функционирования институтов феодального общества.
Одновременно с возникновением российского полицейского права в системе российского феодального права, происходит зарождение и развитие права камерального, регулирующего экономические, финансовые, хозяйственные управленческие отношения (старая камералистика) и управленческие отношения в аграрной сфере, мануфактурном, горном деле, строительстве и т.п. (новая камералистика). Так, анализ приказной системы Алексея Михайловича позволяет признать, что созданная им центральная государственная администрация состояла из приказов, осуществляющих свою компетенцию либо в полицейской, либо в камеральной сферах. Приказами, осуществляющими деятельность по реализации норм полицейского права, являлись: Приказ Тайных дел - главное центральное ведомство по управлению при государе «чтобы царская мысль и дело исполнялось все по царскому хотению, а бояре и думные люди о том бы не ведали, дьяки и подьячие. делают дела всякие царския - тайные и явные»; Разрядный Приказ - «здесь наряжались воеводы в полки и делались все распоряжения по управлению, содержанию и назначению войск...»; Военные Приказы - Стрелецкий Приказ, Пушкарский Приказ, Иноземный Приказ, Рейтарский Приказ, Оружейный Приказ; Судебные Приказы - Челобитный Приказ, Московский Судебный Приказ, Владимирский Судебный Приказ, Разбойный Приказ, Холопий Приказ, Земский Приказ; Приказы для управления землями - Приказ Казанского Дворца, Сибирский Приказ, Приказ Малой России, Смоленский Приказ. Приказами, осуществляющими деятельность по реализации норм камерального права, являлись: Поместный Приказ - «ведалось всего Московского государства земля, и что кому дано поместья и вотчин, или кто у кого вотчину купит, или кому вотчину вновь дадут по государеву указу за службу»; Дворцовые Приказы - Приказ Большого Дворца, Приказ Конюшенный, Царская Мастерская Палата, Царицына Мастерская Палата, Приказ Золотого и Серебряного Дела, Аптекарский Приказ, Хлебный Приказ, Панафидный Приказ; Финансовые Приказы - Приказ Большой Казны, Приказ Большого Прихода, Новгородская Четь, Устюжская Четь, Костромская Четь, Галичская Четь, Новая Четь, Печатный Приказ, Счетный Приказ; Приказы по отдельным ведомствам - Монастырский Приказ, Ямской Приказ, Каменный Приказ14.
Приведенная российская феодальная
система органов государственного управления
свидетельствует, что административное
право, как отрасль права, начала зарождаться
в России еще во второй половине XVII в., причем данный процесс
характеризовался одновременным становлением
полицейского и камерального права, адекватно
чему формировалась и система органов
государственного управления. Безусловно,
наибольшего развития данная отрасль
получила в XVIII и XIX вв. под влиянием формирующийся
в этот период западной науке камерального
и полицейского права. В свою очередь каждый
из указанных административно-
1.2. Система административного права как комплексной отрасли российского права
Принятие Конституции Российской Федерации16 в 1993 г. активизировало процесс формирования системы административного права во взаимосвязи с государственным управлением и с административным судопроизводством. Причина такого подхода объясняется тем, что, с одной стороны, ст. 118 Конституции Российской Федерации закрепила административное судопроизводство наряду с конституционным, гражданским и уголовным судопроизводством. С другой стороны, неоднозначную характеристику приобрела категория «государственное управление» в связи с отсутствием в содержании Конституции Российской Федерации терминов «государственное управление» и «органы государственного управления».
На практике категория «государственное управление» является реально существующей. Более того, нормативные правовые акты Российской Федерации и субъектов Российской Федерации, формируя правовую основу реализации государственного управления, фактически использовали и используют термины «государственное управление» и «орган государственного управления». Примером таких нормативных правовых актов являются указы Президента Российской Федерации от 10 июня 1994 г. № 1200 «О некоторых мерах по обеспечению государственного управления экономикой», от 11 марта 2003 г. № 306 «Вопросы совершенствования государственного управления в Российской Федерации».
Однако к определению термина «государственное управление» после принятия Конституции Российской Федерации 1993 г. юридическая наука подходила с различных позиций.
С одной стороны, возникло утверждение о том, что в Конституции Российской Федерации произошла замена термина «орган государственного управления» на термин «орган исполнительной власти». Более того, по мнению В.С. Рыжова, «группа авторов заменяет термин «государственное управление» на просто «управление» либо «организацию управления». Иными словами сформировалось «направление, авторы которого радикально меняют содержание понятия государственного управления либо вовсе отказываются от его использования»17. Так, К.С. Бельский, «уходя от термина «государственное управление», использовал словосочетание «государственно-аппаратная среда»18.
С другой стороны, исполнительно-распорядительную деятельность органов исполнительной власти в Российской Федерации определяют как государственное управление в узком значении. Его представляют в виде внутриаппаратной и внеаппаратной деятельности указанных органов при реализации функций исполнительной власти. Считается, что именно исполнительная власть через систему своих органов призвана осуществлять государственное управление общественными процессами. По мнению А.П. Алехина, А.А. Кармолицкого, Ю.М. Козлова, «понятие исполнительной власти необходимо увязывать с понятием государственного управления, так как государственное управление по своему назначению представляет собой не что иное, как вид государственной деятельности, в рамках которого практически реализуется исполнительная власть»19. Следовательно, к органам исполнительной власти можно применить следующий вывод: «органы государственного управления теперь есть органы исполнительной власти»20.
К сожалению, вопрос о государственном управлении остается спорным. Понятия «государственное управление», «орган государственного управления» были и остаются определяющими на рубеже XX-XXI вв. Авторы книги «Научные основы государственного управления» подчеркивали государственный характер управления социалистическим народным хозяйством в СССР. В вышедшем из печати в 1970 г. учебнике советского административного права Б.М. Лазарев писал: «Анализ Конституции СССР 1936 года позволяет сделать вывод о том, что государственным управлением по действующему законодательству является деятельность тех органов государства, которые именуются органами государственного управления»21. В советский период Конституция (Основной Закон) СССР 1977 г. в зависимости от функций государства выделяла органы государственного управления наряду с органами государственной власти, правосудия, надзора и контроля. До принятия Конституции Российской Федерации термин «орган государственного управления» применялся наряду с термином «орган исполнительной власти». Например, в названии ст. 1 Закона РФ от 22 декабря 1992 г. № 4174-1 «О Совете Министров - Правительстве Российской Федерации» указывалось, что «Совет Министров Российской Федерации - высший орган государственного управления Российской Федерации». В содержании ст. 1 этого Закона предусматривалось, что «Совет Министров - Правительство Российской Федерации является органом исполнительной власти Российской Федерации».
На современном этапе развития российского государства вопрос о наличии или отсутствии категории «государственное управление как-то стал выпадать из поля зрения исследователей. В настоящее время на страницах научной и учебной литературы возник значительный интерес к категории «государственное управление» и ее взаимосвязи с категорией «административное право».
Особое внимание в этой связи заслуживает статья В.М. Манохина «Отраслевой принцип в организации государственного управления»22. Раскрывая место и роль отраслевого принципа в организации и функционировании государственного управления, автор неоднократно подчеркивает мысль об административно-правовом регулировании общественных отношений в сфере государственного управления.
История развития административного права подтверждает ее статус как правовой основы государственного управления. По мнению А.И. Радченко, административное право «рассматривалось как совокупность правовых норм, предназначенных для регулирования общественных отношений, возникающих в связи с деятельностью органов государственного управления, а также осуществлением другими государственными органами управленческой деятельности внутриорганизационного характера».
Значительное количество административно-правовых норм направлены на регулирование и регулируют общественные отношения в сфере государственного управления. Наряду с ними в системе административного права существенное место должны занимать административно-правовые нормы, регулирующие общественные отношения в сфере административного судопроизводства, с учетом действия ст. 118 Конституции Российской Федерации.
В этой связи административно-правовое регулирование становится комплексным и фактически отражает как созидательную, так и охранительную деятельность органов исполнительной власти, иных представителей государственной администрации. Организацию и деятельность последней в полном объеме охарактеризовал Д.Н. Бахрах в своих научных и учебных изданиях.
Таким образом, всю совокупность административно-правовых норм, формирующих систему административного права, необходимо выстроить с учетом двух составляющих предмета правового регулирования, а именно, общественных отношений, отражающих содержание созидательной деятельности государственной администрации, и общественных отношений, характеризующих содержание охранительной деятельности государственной администрации. При этом в системе административного права целесообразно выделить две части. Первую - в виде административно-регулятивного права, вторую - в виде административно-деликтного права. Каждую часть следует подразделить на отрасли. В части административно-регулятивного права необходимо выделить самостоятельные отрасли, которые отражали бы общую характеристику государственного управления и его особенность в отдельных сферах общественной жизни России. К таким отраслям могли бы относиться:
- правовые основы государственного управления во всех сферах общественной жизни;
- право государственной и общественной безопасности;
- экономическое право;
- медицинское право;
- образовательное право;
- энергетическое право;
- строительное право;
- служебное право.
В части административно-деликтного права следовало бы выделить самостоятельные отрасли в виде административной юрисдикции и административного судопроизводства. В итоге такая система административного права отражала бы комплексный характер правового регулирования норм данной отрасли и позволила рассматривать административное право в качестве комплексной отрасли публичного права в Российской Федерации23.
1.3. Перспективы развития российского административного права
Сутью административного права является регулирование отношений между органами публичной власти и теми субъектами права, на которых распространяется их властное регулирующее воздействие.
В России содействие развитию и реализации прав, свобод и законных интересов невластных субъектов административно-правовых отношений долгое время не являлось основополагающим в деятельности органов государственной администрации, несколько «приглушенно» звучала эта проблема и в административно-правовой науке. Сейчас положение, во всяком случае, на уровне теоретическом, меняется. Например, Д.Н. Бахрах прямо пишет, что «главная составляющая предмета административного права ... система отношений публичной администрации с гражданами и их организациями. Основная задача административного права - правовое обеспечение конституционных положений граждан». С этим трудно не согласиться. Но нельзя забывать, что аппарат государственной администрации пока, и это подтверждается социологическими исследованиями, больше заботится о собственном благополучии, воспринимая права и законные интересы граждан и организаций «в качестве производных, вторичных по отношению к своим непосредственным интересам»24.
Данное обстоятельство предполагает необходимость теоретического обоснования и практической реализации такого организационно-правового режима функционирования исполнительной власти, который бы гарантировал, с одной стороны, максимальное ограничение самой возможности административного произвола, неоправданного вмешательства в сферу частных интересов, в т.ч. в сферу индивидуальных и корпоративных интересов хозяйствующих субъектов, с другой стороны, - повышение эффективности государственного регулирования жизнедеятельности общества в интересах национальной безопасности, социальной справедливости, поддержания достойного уровня жизни населения Российской Федерации.
Не менее важной представляется и задача административно-правового обеспечения реализации норм Конституции России об участии народа в управлении делами государства. Части 1, 2 и 3 ст. 3, часть 1 ст. 32 Конституции сегодня воспринимаются как наиболее декларативные; гарантированность их реализации с каждым годом, как верно отмечает А.Ф. Ноздрачев, настойчиво стремится к нулю25. И это действительно так:
- сведя к минимуму реальность проведения референдумов по действительно актуальным и значимым для большинства населения вопросам федерального и регионального значения и отказавшись от права населения субъекта Федерации на правотворческую инициативу, законодатель фактически ограничил возможность реального участия населения в процессах правоустановления;
- изменив порядок формирования депутатского корпуса и отказавшись от императивного мандата, законодатель на весь срок депутатских полномочий фактически вывел «народных избранников» из-под контроля электората и «освободил» их от необходимости выполнения предвыборных обещаний и программ, в т.ч. в сфере законотворчества;
- изменив порядок избрания высшего должностного лица субъекта Федерации, законодатель нивелировал возможность влияния населения региона на качество государственного управления, обоснованность региональной политики, в т.ч. в социально-экономической сфере.
Проблемы «вовлечения» граждан в осуществление исполнительной власти существуют не только в России, но в странах с устойчивыми демократическими традициями они настойчиво решаются в зависимости от традиций, политических, правовых и иных условий. Например, «французская администрация отрицательно относится к участию населения в деятельности государственных служб», тем не менее, примеры широкого участия населения в управлении есть и во Франции. В Германии принцип защиты государства от утраты доверия граждан является ведущим принципом деятельности органов государственного управления, а различные правовые предписания определяют разнообразные формы его реализации. Не случайно поэтому на Западе сформировалось самостоятельное научное направление, рассматривающее категорию «транспарентность» в контексте ответственности органов государственной власти и политического управления (Д. Лассен, Дж.М. Балкин, А. Шедлер, Дж. Фокс и др.)
Иначе обстоит дело в нашей стране, несмотря на то, что именно в России и именно в рамках полицейского права И.Е. Андреевским еще в XIX в. были сформулированы идеи об участии граждан в управлении государством, сформировалась концепция «активного гражданства» А.И. Елистратова, наделявшего всех дееспособных граждан полномочиями в сфере публичной охранительной деятельности26.
В федеральном и региональном законодательстве современной России нет норм, направленных на обеспечение возможности «позитивного», «повседневного» и «равноправного» участия граждан в деятельности органов исполнительной власти. Не предусматривается это и в положениях об органах исполнительной власти. Из науки административного права, по образному выражению А.Ф. Ноздрачева, «испарились» такие проблемы, как «гражданин и аппарат управления», «участие общественности в государственном управлении» и другие важные вопросы, активно исследовавшиеся в прошлые годы. Проблемы открытости исполнительной власти, государственного управления рассматриваются в качестве не юридической, а политологической или социологической проблемы.
Наука административного права, и здесь следует поддержать А.Ф. Ноздрачева, должна осознать вызов времени. Необходимо, в частности, обосновать теоретические предпосылки, наметить концептуальные направления и предложить практические формы и методы сотрудничества гражданского общества и государства, культивировать идею о преимуществе прекращения извечной «войны» государственного аппарата с собственным народом27. Следует более серьезно прорабатывать и концептуальные основы информационной открытости органов публичной администрации. Причем речь следует вести не только о тех или иных формах отчета о проделанной работе, но и активно привлекать население к процессу принятия решений, ибо нельзя осуществлять власть от имени народа (ч. 2 ст. 3 Конституции РФ) и не допускать его к принятию решений. Под этим углом зрения следует расширять междисциплинарные связи административного права с конституционным правом, предлагать административно-правовое видение проблем, связанных с реализацией таких форм непосредственного выражения власти народа, как референдум и выборы (ч. 3. ст. 3 Конституции РФ).
В контексте конституционной самоидентификации России следует особо затронуть вопрос о доктрине современного административного права. Ее наличие констатируется как реальный факт. И это справедливо, если под доктриной понимать простую «совокупность научных взглядов или основных идей на цели, задачи, принципы, составные части и главные направления развития административного права и его подотраслей и институтов». Имеющаяся в настоящее время «совокупность научных взглядов или идей» в сфере административного права представляет собой совокупность нередко противоположенных взглядов и противоречивых идей, которые не могут претендовать на роль доктрины. Дело в том, что доктринальность трактовкам и суждениям о позитивном праве придает их признанность государством и юридическим сообществом в качестве согласованной и доминирующей в конкретный исторический период системы взглядов на правовую реальность, приоритеты, принципы, формы, средства и методы правового регулирования общественных отношений.
Признанность юридической доктрины государством обеспечивает воплощение образующих ее теоретических конструкций в юридическую составляющую государственной политики, в текущее законодательство, в нормативное и казуальное легальное толкование норм права. Признанность доктрины юридическим сообществом обеспечивает упорядоченность противоречивого, нередко хаотичного эмпирического материала о праве в интересах придания ему целостного и внутренне согласованного характера и формирования ретроспективной, действующей или прогностической юридико-логической модели позитивного права.
Если учесть, что многочисленные предложения научного сообщества по проблемам административной реформы, формированию административных судов, совершенствования текущего законодательства в большей своей части остаются невостребованными, а перспективной и непротиворечивой юридико-логической модели развития административного права нет, речь пока следует вести скорее не о доктрине административного права, а о необходимости ее формирования, о необходимости скрупулезного отбора тех идей и взглядов, которые обеспечивают развитие административного права, развитие, адекватное конституционной самоидентификации современной России28.
Образно говоря, речь должна идти о самоидентификации административного права как науки, учебной дисциплины и отрасли законодательства с точки зрения конституционной самоидентификации современной России. Поэтому необходимо прежде всего определиться с объектом, с которым будет устанавливаться тождество:
- будут ли это общие черты, восстанавливающие и воспроизводящие самобытность дореволюционного полицейского права?
- либо это будет восстановление и воспроизводство принципов и институтов советского административного права, сохраняющихся в той или иной мере в современном административном праве?
- либо предполагается установление тождества с теми конституционными ценностями и идеалами, в основе которых - признание прав и свобод человека и гражданина и правовая государственность?
Не отрицая исторической преемственности развития административного права, полагаю, что современной России нужно современное административное право, «очищенное» от того негативного опыта структурирования и правового регулирования, которое накопилось за долгие годы отечественной политико-правовой истории. В этой связи хотел бы подчеркнуть следующее.
Первое. Не ущемляя академической свободы и права каждого на собственную позицию, следует определиться с теми экзотическими, на мой взгляд, идеями, в основе которых попытки реанимировать полицейское право как самостоятельную отрасль права или подотрасль административного права24, представить современное административное право как полицейское право и свести его роль к совокупности норм, в частности, «определяющих формы и процедуры полицейской и фискальной деятельности государства, закрепляющих перечень административных проступков и устанавливающих меры ответственности за них», к осуществлению правового регулирования исключительно посредством императивных методов, «опирающихся на силовые структуры государства и меры государственного принуждения»29.
