Ирина Эланс

Автор который поможет с любыми образовательными и учебными заданиями

Преступное легкомыслие и его критерии

Министерство образования Республики Беларусь

Белорусский государственный университет

Юридический факультет

Кафедра уголовного права

Курсовая работа

Преступное легкомыслие и его критерии

Выполнила:

студентка 4 курса, 7 группы,

юридического факультета БГУ

специальности «Правоведение»

заочной формы обучения

Попова Мария Сергеевна

_________________

Научный руководитель:

Шепелев Игорь Валерьевич

старший преподаватель

Минск

2010

ОГЛАВЛЕНИЕ

Введение 3

Глава 1. Становление законодательной формулы преступного легкомыслия (период после Октябрьской революции 1917 г. И по настоящее время) 6

Глава 2. интеллектуальный момент преступного легкомыслия 9

Глава 3.Волевой элемент преступного легкомыслия 15

Глава 4. Отграничение преступного легкомыслия от косвенного умысла 19

ЗАКЛючение 25

источники и литература 27

Введение

Вина — системное явление в уголовном праве. Категория вины связывает воедино представления об основаниях, пределах и целях уголовной ответственности, является необходимым звеном в осознании его места в системе социального контроля, служит важнейшей общефилософской предпосылкой обоснования необходимости и пределов регулятивного воздействия уголовного права на общественную жизнь.

По общему правилу преступление с неосторожной формой менее опасно, чем умышленное, ибо лицо вообще не намеривается совершать преступление. Чаще всего происходит нарушение каких либо инструкций (по технике безопасности, противопожарных, обращения с оружием и т.п.), которое влечет общественно опасные последствия, превращающие проступок в преступление. Такие преступления совершаются в любой сфере деятельности человека.

Однако необходимо иметь в виду, что, во-первых, неосторожная форма вины — это одна из опасных разновидностей невнимательности, неосмотрительности, а иногда и равнодушия, неуважения к интересам личности и общества в целом. Во-вторых, в условиях научно-технического прогресса число неосторожных преступлений во всех сферах деятельности человека увеличилось. Лица, обязанные по роду своей службы соблюдать определенные требования, из-за беспечности, легкомыслия, недисциплинированности нарушают их, причиняя огромный ущерб жизни, здоровью людей и окружающей среде. Например, к неосторожным преступлениям, совершаемым должностными лицами в сфере управленческой деятельности, относятся служебная халатность, выпуск либо реализация недоброкачественной продукции, преступления в области охраны природы и некоторые другие. Эти преступления выражаются в невыполнении или ненадлежащем выполнении должностным лицом своих обязанностей, что причиняет вред интересам общества и граждан. К неосторожным преступлениям в сфере профессиональной деятельности относятся: неоказание помощи больному, нарушение ветеринарных правил и т. п. К неосторожным преступлениям, совершаемым в быту, относятся такие, как, неосторожное тяжкое или менее тяжкое телесное повреждение, неосторожное уничтожение или повреждение государственного, общественного либо личного имущества граждан, ненадлежащее хранение огнестрельного оружия, если это повлекло тяжелые последствия.

Именно поэтому рассмотрение вопросов связанных с понятием преступного легкомыслия в уголовном праве сегодня приобретает особую актуальность.

Юристы многих поколений посвящали свои исследования неосторожной форме вины. Современное понимание вины, ее форм, видов в той или иной мере отражает эволюцию представлений об этом явлении.

Неосторожной форме вины, а в частности ее виду преступному легкомыслию, посвящены исследования многие ученых-правоведов. Работа В. А. Нерсесяна «Ответственность за неосторожные преступления» посвящена вопросам системного исследования неосторожной формы вины. Характеризуются ее юридический и нравственно-этические аспекты, обосновываются предложения по совершенствованию уголовного законодательства. В монографии С. В. Склярова «Вина и мотивы преступного поведения» анализируется концепция вины, существующая в уголовном праве, раскрываются проблемы законодательной регламентации ее форм. П. С. Дагель рассматривает понятие, значение, теоретические предпосылки и критерии правильного установления вины («Теоретические основы установления вины»). В статье И. О. Грунтова «Психологический и социально-психологический элементы содержания вины и законодательная модель неосторожности» решается проблема о том, насколько полно законодательная модель неосторожности отражает содержание вины, выносятся предложения по законодательному определению этой формы вины.

В курсовой работе также использованы авторефераты диссертаций Д. А. Чернышева. «Вопросы дифференциации вины в российском уголовном праве», В. В. Клочкова «Преступная неосторожность».

Кроме того, курсовая работа написана на основе уголовного законодательства периода после Октябрьской революции 1917 г. и по настоящее время.

Цель курсовой работ — выявление основных черт преступного легкомыслия как вида вины.

Цель предусматривает решение следующих задач:

охарактеризовать процесс становления законодательной формулы преступного легкомыслия в историческом плане;
определить интеллектуальный и волевой элемент преступного легкомыслия;
выделить разграничения преступного легкомыслия и косвенного умысла.

Курсовая работа состоит из введения, четырех глав, заключения, списка источников и литературы. В первой главе освещаются вопросы понятия преступного легкомыслия, процесса становления законодательной формулы преступного легкомыслия в историческом плане. Во второй главе исследуются вопросы интеллектуального элемента преступного легкомыслия. Характеристика волевого элемента преступного легкомыслия дается в третьей главе. В четвертой главе проводится разграничение между преступным легкомыслием и косвенным умыслом.

Глава 1. Становление законодательной формулы преступного легкомыслия (период после Октябрьской революции 1917 г. И по настоящее время)

Новацией Уголовного кодекса Республики Беларусь 1999 г.¹ (далее — УК) является понятие «легкомыслие». До принятия действующего закона в теории уголовного права практически общепризнанными были два вида неосторожной формы вины — самонадеянность и небрежность. В настоящий момент Уголовный кодекс видами неосторожности называет легкомыслие и небрежность.

В соответствии с п. «з» ст. 12 раздела III «О преступлении и наказании» Руководящих начал по уголовному праву РСФСР 1919 г.² легкомыслие и небрежность названы в качестве субъективных признаков, характеризующих деяние. Руководящие начала , хотя и не давали определения неосторожности, но исходили из него, предписывая при назначении наказания различать, между прочим, обнаружено ли совершающим деяние заранее обдуманное… или деяние совершено в запальчивости… по легкомыслию или небрежности.³ В Уголовного кодекса БССР 1924 г.⁴ отсутствуют понятия «легкомыслие» и «небрежность», но в нем были заложены основы деления неосторожной вины на виды. Согласно нормам Уголовного кодекса 1924 г. наказанию подлежал тот, кто действовал неосторожно, т. е. легкомысленно надеялся предотвратить последствия своих действий или же не предвидел их, хотя и должен был предвидеть. В учебной литературе этого периода выделяли два вида неосторожности — самонадеянность и небрежность. В п. «и» ст. 25 Постановления 2-й сессии ВЦИК X созыва от 10 июля 1923 г. «Об изменениях и дополнениях Уголовного кодекса РСФСР» неосторожность и легкомыслие названы в качестве самостоятельных обстоятельств, которые учитывались при определении меры наказания, т. е. легкомыслие было выведено за пределы понятия неосторожности, следовательно, с ним не отождествлялось и не рассматривалось в качестве одного из видов неосторожности.

В соответствии с п. «б» ст. 6 Основных начал уголовного законодательства СССР и союзных республик 1924 г.⁵ меры социальной защиты судебно-исправительного характера применялись лишь в отношении лиц, которые, действуя неосторожно, не предвидели последствий своих действий, хотя и должны были их предвидеть, или легкомысленно надеялись предотвратить таковые последствия. Это понимание неосторожности практически без изменений было закреплено в Уголовного кодекса БССР редакции 1928 г.,⁶ согласно которого в отношении лиц, совершивших общественно опасные действия, меры социальной защиты судебно-исправительного характера применялись лишь в тех случаях, когда эти лица действовали неосторожно, т. е. не предвидели последствий своих поступков, хотя и должны были предвидеть их, или легкомысленно надеялись предотвратить такие последствия.

С принятием в 1958 г. Основ уголовного законодательства Союза ССР и Союзных Республик⁷ понятие неосторожности было более детализировано. Данной форме вины была посвящена отдельная ст. 9 «Совершение преступления по неосторожности», согласно которой преступление признавалось совершенным по неосторожности, если лицо, его совершившее, предвидело возможность наступления общественно опасных последствий своего действия или бездействия, но легкомысленно рассчитывало на их предотвращение либо не предвидело возможности наступления таких последствий, хотя должно и могло их предвидеть. Статья 9 Уголовного кодекса БССР 1960 г.⁸ полностью воспроизводила положения ст. 9 Основ 1958 г. В 1940 — 1950-е годы в теории уголовного права господствующим было деление неосторожности на самонадеянность и небрежность.

Основы уголовного законодательства Союза ССР и республик 1991 г.⁹ закрепляли традиционный в теории взгляд на виды неосторожности. В ч. 2 ст. 12 Основ отмечалось, что преступлением, совершенным по неосторожности, признается общественно опасное деяние, совершенное по самонадеянности или небрежности. Преступление считалось совершенным по самонадеянности, если лицо предвидело возможность наступления общественно опасных последствий своего действия или бездействия, но легкомысленно рассчитывало на их пред отвращение. А совершенным по небрежности признавалось преступление, если лицо, его совершающее, не предвидело возможности наступления общественно опасных последствий своего действия или бездействия, хотя должно было и могло их предвидеть (ч. 3 ст. 12 Основ 1991 г.).

Согласно нормам действующего УК преступление признается совершенным по легкомыслию, если лицо, его совершившее, предвидело возможность наступления общественно опасных последствий своего действия или бездействия, но без достаточных оснований рассчитывало на их предотвращение (ч.2 ст.23 УК).

Как показывают исследования, неосторожные преступления составляют 8-10% от общего числа совершаемых в стране преступлений.

Глава 2. интеллектуальный момент преступного легкомыслия

Элементами вины являются сознание и воля, которые в своей совокупности образуют ее содержание. Таким образом, вина характеризуется двумя компонентами: интеллектуальным и волевым.

В содержание интеллектуального момента легкомыслия входят: сознание фактических признаков совершаемого лицом действия или бездействия; предвидение возможности наступления последствий деяния; предвидение развития причинной связи между деянием и возможными общественно опасными последствиями.

Сущностной характеристикой сознательной деятельности человека является предвидение. Предвидение позволяет выйти за рамки непосредственно воспринимаемого и, основываясь на актуально осознаваемом, предвосхитить будущий результат.

Предвидение наступления общественно опасных последствий означает осознание лицом того, что его деяние повлечет или может повлечь общественно опасные последствия, которые указаны в уголовном законе в качестве признака объективной стороны состава преступления.

Если при умысле лицо предвидит возможность или неизбежность наступления преступных последствий, то при легкомыслии оно предвидит лишь возможность наступления последствий своего деяния. Предвидение неизбежности наступления общественно опасных последствий исключает какой-либо расчет на их предотвращение.

Лицо, действующее по легкомыслию, в своем предвидении общественно опасных последствий абстрагируется от реальной сложившейся ситуации и не распространяет на нее возможность наступления таких последствий.¹⁰

Особенность предвидения при легкомыслии заключается еще и в том, что виновный не рассматривает последствия как результат именно своего поведения. Лицо, действуя определенным образом, полагает, что от аналогичного деяния других лиц и при иных обстоятельствах опасные последствия наступят, однако в его ситуации такие последствия исключены. Такое предвидение иногда именуют абстрактным. Лицо действует с убежденностью, что ему удастся предотвратить общественно опасный результат.

П. С. Дагель отмечает, что необходимым условием такого предвидения является предвидение хотя бы в общих чертах развития причинной связи, иначе невозможно не только предвидение этих последствий, но и расчет на их предотвращение. Субъект при самонадеянности предвидит, как могла бы развиваться причинная связь, приводящая к наступлению вредного результата, если бы невмешательство тех обстоятельств, на которые рассчитывает субъект и которые, по его мнению, должны прервать или отклонить развитие этой причинной связи.¹¹

Основное противоречие мнений по сути неосторожной вины в виде легкомыслия существует в связи с различным ответом на вопрос: имеется ли у лица, совершающего преступление по неосторожности, осознание общественной опасности совершаемого?

В научной литературе по-разному решался и решается ныне вопрос о том, имеется ли у лица, совершившего преступление по неосторожности, сознание общественной опасности своего посягательства.

Так, в период существования СССР в юридической литературе ряд ученых высказывали мнение, что сознание общественной опасности при преступном легкомыслии отсутствует вовсе (И. И. Горелик, Г. А. Кригер, В. Н. Кудрявцев, В. Г. Макашвили, М. Г. Угрехелидзе). Другая группа исследователей допускала такую возможность (А. А. Пионтковский, А. И. Рарог).¹²

Н. А. Бабий объясняет отсутствие сознания общественной опасности преступного посягательства в законодательной формуле преступного легкомыслия отсутствием сознательного причинения вреда. Автор отмечает, что нарушая меры предосторожности при общении с опасностью, лицо может осознавать, что существует определенный риск наступления последствий, т.е. что его действия таят в себе некоторую опасность. Тем не менее эта опасность и ее осознание неизмеримо малы в сравнении с сознательным причинением вреда.¹³ Таких же взглядов придерживается Э. А. Саркисова¹⁴ и П. С. Дагель.¹⁵

По мнению А. В. Баркова при легкомыслии виновный чаще сознает общественную опасность своего поведения: субъект понимает, что его деяние является рискованным, что оно запрещено определенными правилами или противоречит общепризнанным нормам предосторожности. Но возможны ситуации, когда виновный не считает свой поступок опасным, поскольку уверен в том, что последствия будут предотвращены. По этой причине законодатель не относит сознание общественной опасности деяния к обязательным признакам интеллектуального момента легкомыслия.¹⁶

С точки зрения С. В. Склярова¹⁷, осознание лицом общественной опасности совершаемых им действий при умысле в теории уголовного права, как правило раскрывается через предвидение лицом возможности причинения вреда охраняемым уголовным законом общественным отношениям и либо выступает элементом предвидения вредных последствий деяния, либо полностью с ним отождествляется. Другими словами, если лицо предвидит возможность наступления общественно опасных последствий своих действий (бездействия), то оно, безусловно, сознает их общественно опасный характер.

Д. А. Чернышев считает, что при умысле лицо не исключает причинение вреда объекту уголовно-правовой охраны, а при неосторожности, даже в случае сознательного нарушения нормативно установленных правил, напротив, не допускает причинение такого вреда. В законодательной конструкции вины это отличие, по мнению автора, может быть выражено через признак осознания лицом общественной опасности совершаемых действий (бездействия) при умысле и отсутствие такового (осознания) – при неосторожности.¹⁸

По мнению С. В. Склярова указание в уголовном законе на осознание лицом общественно опасного характера своих действий (бездействия) при легкомыслии представляется нецелесообразным. Наиболее приемлемо автор считает указание на осознание лицом, что его деяния нарушают определенные правила поведения.¹⁹

В. Н. Кудрявцев и др. объясняют то обстоятельство, что при определении легкомыслия законодатель не касается психического отношения виновного к самому деянию тем, что в соответствии с законом ответственность за неосторожность обычно наступает при наличии общественно опасных последствий, поэтому отношение к действию или бездействию не имеет столь важного значения, как при умысле, который может повлечь ответственность и без наступления каких-то последствий, обозначенных в законе; последствия – это именно тот объективный признак, который придает неосторожному преступлению качество общественной опасности. Поэтому отношение к последствию – это, по сути, и есть отношение к общественной опасности деяния.²⁰

По мнению И. О. Грунтова, для того чтобы более полно в определении легкомыслия отразить психологическое содержание и социальную сущность вины, желательно в ч. 2 ст. 23 УК Республики Беларусь внести изменения и сформулировать ее в следующей редакции: «Преступление признается совершенным по легкомыслию, если лицо, его совершившее, не сознавало общественно опасный характер своих действий или бездействия, предвидело возможность наступления общественно опасных последствий своего действия или бездействия, но без достаточных оснований рассчитывало на их предотвращение».²¹

Характеризуя интеллектуальный элемент легкомыслия, законодатель указывает только на предвидение возможности общественно опасных последствий, но опускает психическое отношение к действию или бездействию. Это объясняется тем, что сами действия, взятые в отрыве от последствий, обычно не имеют уголовно-правового значения. Вместе с тем, поскольку легкомыслие, как правило, связано с сознательным нарушением определенных правил предосторожности, установленных для предотвращения вреда, постольку осознанность поведения делает этот вид неосторожной вины более опасным по сравнению с небрежностью. Лицо, действующее по легкомыслию, всегда сознает отрицательное значение возможных последствий для общества и именно поэтому стремится к предотвращению этих последствий. Следовательно, при легкомыслии виновный сознает потенциальную общественную опасность своего действия или бездействия. Признание большей степени вины при легкомыслии по сравнению с небрежностью явилось в свое время основанием для предложения выделить в законе в качестве более опасных преступлений причинение по неосторожности смерти либо тяжкого или менее тяжкого телесного повреждения, совершенное в результате сознательного несоблюдения правил предосторожности.

Глава 3.Волевой элемент преступного легкомыслия

По своему волевому моменту лицо легкомысленно рассчитывает на предотвращение общественно опасных последствий, но его расчет не оправдывается, оказывается не соответствующим объективной обстановке и его возможностям, в результате чего наступают преступные последствия. Наиболее часто вина в виде преступного легкомыслия бывает в автотранспортных преступлениях. Водитель сознательно нарушает правила дорожного движения, понимая, что могут наступить опасные последствия, но считает, что его умение водить машину предотвратит их. Преступное легкомыслие, как форма вины, представляет опасность тем, что лицо сознательно нарушает правила предосторожности, хотя и не желает вредных последствий.

Волевой элемент преступного легкомыслия может быть определен как активное нежелание наступления общественно опасных последствий, основанное на расчете предотвратить их наступление. Однако в силу самонадеянности расчет этот оказывается необоснованным, и последствия все же наступают. Слово "самонадеянность" в русском языке указывает на излишнюю уверенность в себе, в своих силах, знаниях, опыте, мастерстве, переоценку способности принять правильное решение и действовать соответствующим образом. Преступное легкомыслие всегда связано с ошибочным, самонадеянным представлением лица о значении обстоятельств, препятствующих наступлению преступного результата. Виновный явно переоценивает эти обстоятельства, которые, по его мнению, могут предотвратить наступление общественно опасных последствий.

При легкомыслии волевой момент характеризуется активным нежеланием наступления общественно опасных последствий. В этом его отличие от волевого момента косвенного умысла. Расчет виновного на предотвращение наступления преступных последствий при легкомыслии — это всегда расчет на конкретные и объективные обстоятельства (т.е. существующие или существовавшие на момент совершения деяния), которые должны, по мнению лица, предотвратить последствия. Обстоятельства, на которые лицо рассчитывает, могут быть различными.

П. С. Дагель²² приводит перечень обстоятельств, на которые может рассчитывать субъект преступления:

обстоятельства, относящиеся к личности и деятельности самого виновного. Лицо моет рассчитывать на свои знания, опыт, навыки, умение и т. д., которые, по его мнению, позволят ему избежать причинения последствия. Нередко при самонадеянности субъект предпринимает специальные действия, направленные на предотвращение результата, и рассчитывает, что они окажутся достаточными и результат не наступит;
обстоятельства, относящиеся к обстановке, в которой он совершает свои опасные действия, например, на то, что место является безлюдным и поэтому вред никому не будет причинен;
обстоятельства, относящиеся к действиям других лиц и, в частности, потерпевшего. Например, водитель рассчитывает, что пешеход успеет перебежать улицу; турист, разжегший в лесу костер, может рассчитывать, что его погасят другие члены туристической группы;
виновный может рассчитывать и на действие естественных сил природы, например, что начавшийся дождь погасит разложенный костер;
расчет может строится и на особенностях орудий и средств, используемых виновным: на высоком качестве автомашины, который управляет водитель, на кучности боя ружья, из которого стреляет охотник и т. д. Причем в большинстве случаев субъект рассчитывает не на одно какое-нибудь обстоятельство, а на совокупность ряда обстоятельств, которые именно в своей совокупности должны, о его мнению, предотвратить результат.

Для легкомыслия характерно действительное наличие обстоятельств, принимаемых в расчет виновным в момент совершения деяния либо закономерность их проявления в этот момент. Поэтому для констатации легкомыслия суд должен по каждому делу установить, на каких реальных факторах строился расчет виновного избежать общественно опасных последствий.²³

Существенным моментом расчета на предотвращение наступления общественно опасных последствий, определяющих вину лица, при легкомыслии является его легкомысленный характер. Расчет является поверхностным, опрометчивым. Виновный считает, что те или иные обстоятельства способны предотвратить опасный результат, но ошибочно переоценивает их, не видит их недостаточности, неэффективности. По мнению И. О. Грунтова это должен понимать любой «средний человек», который занимается данной сферой деятельности. И это при должной внимательности и осмотрительности мог сознавать виновный.²⁴

Если же лицо, предвидя возможность наступления общественно опасных последствий, принимает все необходимые и достаточные в данном случае меры для их предупреждения, а вредный результат все же наступает по причинам, не зависящим от воли деятеля, то этот человек не подлежит уголовной ответственности, ибо не было легкомысленного расчета, а следовательно, и вины.

П. С. Дагель считает, что расчет субъекта на предотвращение последствий имеет как интеллектуальную, так и волевую сторону; поэтому неправильно относить его только к волевому признак. Лицо сознает, что определенные обстоятельства, на которые оно рассчитывает, имеют место или будут иметь место, и полагает, что их действие предотвратит наступление общественно опасных последствий. Тем самым, наряду с предвидением последствий, оно предвидит и их ненаступление в результате действия тех обстоятельств, на которые он рассчитывает. В этом заключается интеллектуальная сторона расчета субъекта.²⁵

Глава 4. Отграничение преступного легкомыслия от косвенного умысла

В науке и практике встречаются трудности в отграничении косвенного умысла от преступного легкомыслия.

Н. С. Таганцев указывал «… границы между непрямым умыслом и самонадеянностью, конечно, могут быть установлены судом по обстоятельствам каждого отдельного случая, но для признания наличности первого необходимо, чтобы виновный допускал, что преступное последствие произойдет, и безразлично относился к этому, а для второй, чтобы виновный полагал, что наступление последствия будет устранено его собственной деятельностью или какими-либо иными благоприятными для него условиями».²⁶